Часть 6

Глава 6. Стол накрыла прислуга в большой гостиной. Тётушка меня очень порадовала, он был весь забит всякими вкусностями. Моя маменька никогда не позволила бы мне портить аппетит столь безобразным образом, а тем более съесть столько сладостей за один раз. Мы с подругами лопали пирожные, печенья и конфеты, запивая лимонадом. Нам прислуживала стройная, тонкая горничная Таня, она была старше за меня, почти на два года и выше почти на голову. Она одна из крепостных. Её выкупила моя тётя у помещицы Строгановой, почти даром, всего за 10 рублей. Танька тогда была почти при смерти, и никто не думал, что она выживет, но хорошее питание и уход сделали своё дело. Тётя её выходила и скоро будет год, как девушка уже здесь. Строганыха, как узнала, что девка выжила, так чуть с зависти не померла, ведь рабочая лошадь стоит 50 рублей, а тут девку продешевила, продала по малодушию, всего за 10 серебром. Помещица пришла требовать свою дворовую девку обратно, а когда поняла, что быть большому скандалу, поскольку имеется бумага о совершении сделки, начала за неё предлагать уже 100, но ассигнациями. Но тётушка сказала, что не продаст Татьяну ни за какие деньги, мало того, она собирается ей сделать вольную, когда девка станет полностью зрелой. Вскоре нам слуги принесли торт. Он был великолепен, украшенный цветами из крема и фруктами. Я поймал взгляд Тани, когда разрезал торт на двенадцать идеально ровных кусочков, было видно, что девушке, очень хочется его попробовать, хотя бы маленький кусочек. Когда я «был Александром», я на слуг вообще никакого внимания не обращал, прибавляя им забот, работы и головной боли. Девичий же наряд с шуршащими нижними юбками продолжал действовать, на меня странным образом и под его действием, я в Таньке, сначала увидел девочку, а затем уже прислугу и мне как девочке, захотелось сделать приятное другой девочке, хоть и крестьянкой, очень бедной девочке. Когда я увидел, что с её губ скатилась тонкая слюнка, я уже не мог удержаться и взяв маленькую тарелочку, положил на неё кусочек тортика, несколько конфет и пряников, а затем встав из-за стола отнёс их Таньке, стоящей в ожидании приказаний у двери. У девушки от изумления сначала расширились глаза, потом она побледнела, а затем, покраснев, тихо молвила: — Господин, простите, я не могу это взять. — Почему? — Я не хочу. — Таня, не обманывай себя, я же вижу, что ты хочешь. Если ты не можешь это принять от Александра, то прими это от Александры. Кроме того, я хочу у тебя попросить прощения за те досадные неприятности, что доставил тебе, пока был Александром. — Это, правда? — Да. Прости меня Таня, если сможешь. — Я и так барин, вас давно простила. — Бери Таня и угощайся. — Но я не могу от вас взять сладостей. Нам не положено. Может кто-то увидеть… — Я тебя понял. Татьяна если ты боишься или стесняешься, иди в ту комнату, там никого нет, и ты сможешь, все спокойно съесть — сказал я, открыв дверь перед девушкой. Горничная вскоре вернулась с пустой тарелочкой и вся её довольное личико светилась от счастья, и было перепачкано кремом торта, как мордашка у кошки сметаной. Она подошла ко мне и тихо поблагодарила. Я подал ей платок и сказал, чтобы она подошла к зеркалу и привела себя в порядок, а затем может быть свободной. Татьяна сделала красивый реверанс и удалилась. — Девочки, что это было? От прежнего Александра ничего не осталось! Саша, ау! Ты где? — воскликнула Аня, и все девочки рассмеялись. — — Я вроде ещё здесь, и вроде, как никуда и не уходила. — Сашка и тебе не жаль такого вкусного торта для прислуги. -Нет, не жаль. Это всего лишь еда… Я как девочка, не могла отказать себе в удовольствии сделать другой девочке приятное. Кроме то я разрезала торт на 12 равных кусочков, поэтому у меня еще остается на пробу один кусочек, вы же все съедите по два кусочка, как и было задумано в самом начале. -Ты что будешь кормить всех крестьянских девок сладостями? — спросила Аня. — Нет. Но одну, которую очень хорошо знаю, разве я не могу, сделать на короткий миг счастливой, таким очень простым способом? — Но она же нам не ровня? — Отчего же… Она такой же человек из плоти и крови, как и все мы. — Саша она же крепостная! — Ну и что. Разве Татьяна виноватая, что она родилась в не том теле и в не то время? — Аня он прав, то есть она права. Крепостное право, нужно отменить, это самое гнусное явление в нашем обществе, когда человек продаётся, как скотина и стоит дешевле в пару раз, чем приличная лошадь, какая к черту может быть тут цивилизованность, даже если господа говорят по-французски. — Ну, ты Катька и загнула, как настоящая революционерка. Взрослых, за такие высказывания, по доносу, могут и на каторгу… — — Аня, ну это уже слишком… дяденьки и тётеньки часто любят подобные темы обсуждать, за бокалом вина, во время званых ужинов и никто их на каторги не отправляет — отозвалась Марфа. — Сашенька, а какой подарок, ты получила на день рождения? — решила перевести на другую тему разговор Настя. — Тётя, подарила мне вот эту милую шляпку и куклу — снова краснея, ответил я. — Саша покажи нам её! — воскликнула Ксюша. Я открыл большой ящик комода и достал красивую куклу, очень странный подарок тёти, как для мальчишки. Девочки начали рассматривать её, не сдерживаясь от восхищенных комментариев. -Девочки она прелестная. Я себя такую хочу! — Вот смотрите, здесь вышита подпись! — отозвалась Настя. — Это же творение великого мастера, кукольных дел Дударева! — воскликнула Марфа. — Она коллекционная, наверное, стоит целое состояние. За неё, наверное, можно легко купить хорошую лошадь или парочку крепостных крестьян! — сказала черноглазая и черноволосая Анна. — Анька, прошу тебя, давай больше не будем об этом! — Хорошо Катя. — Девочки кукла, как живая. Она мне кого-то очень напоминает! Мои подруги переглянулись, а затем округлившимися глазами от удивления посмотрели на меня. После этого все звонко рассмеялись. Я же засмущался и не мог понять, что происходит. Ксюша и Катя встали из-за стола и ничего не объясняя, потащили меня к зеркалу. — Посмотри Саша на свою куклу, а теперь на себя. Тебя она никого не напоминает? — спросила Ксения и не удержавшись, хихикнула. Катька лишь осуждающе на неё посмотрела. И тут я понял, почему мне показалось лицо куклы очень знакомо… Эта миленькая кукольная девочка с фарфоровым личиком, был никто иной, как я сам, только в уменьшенном размере! Кукла была точной моей копией, она имела моё лицо, такое же платье как у меня и все, что было под ним, было тоже самое и у куклы, включая и кружевные панталончики с оборками. -Это похоже на колдовство! Этого не может быть! — Саша в этом нет ничего особо мистического, Дударев воистину великий мастер. Его знают не только в столице, но и за границей. Видимо тётушка, Эвелина дала ему твой портрет, в качестве образца, или быть может она дала портрет твоей маменьки — рассудила спокойно Катя. В комнату постучали, и вскоре на пороге появилась Татьяна, неся поднос с глубокими хрустальными тарелочками, на которых была клубника со сметаной. — Ваш десерт, барышни — промолвила девушка. Таня принялась расставлять тарелочки с десертом перед каждой из нас. Тарелку с самыми крупными ягодами девушка уже хотела поставить передо мною, но её попытались опередить. Анна сделала попытку, схватить тарелку прямо с подноса. Танька, совсем не церемонясь, отвесила ей не сильную затрещину по руке и промолвила: — — Юная барышня, ведите себя прилично! Я вам подам, вовсе не нужно хватать, как это делают собаки или ещё хуже, как это делают необразованные и невоспитанные крепостные, которые вовсе вам не ровня! Не так ли юная барышня?! Анька стала вся красная от злости и уже хотела швырнуть свою тарелку с десертом на пол, но Таня опередила, мгновенно отобрав ее у девочки. Поставила на указательный палец тарелку и заставила её крутиться, а затем, словно фокусник, держа вращающуюся тарелку на указательном пальце, ловко поставила её на поднос. При этом с тарелки не упало ни крошки. Девушка, глядя в глаза Анне, невозмутимо молвила: — Барышня, если вы не хотите есть десерт, так бы и сказали… Таня, немного подумав, поставила тарелочку передо мной и сказала: — Александра, быть может, вы съедите десерт, не нести же мне его обратно, в конце концов, на кухню. Я сама клубнику собирала. На грядке, это самая первая поспела. В этом году клубника будет знатной, если вдруг не пойдут сплошные дожди. — Спасибо Таня. -Не за что молодой барин! Угощайтесь на здоровье. Девушка, сделав реверанс, вышла. Мы все расхохотались из-за устроенного представления горничной. Анька вся красная сидела надув губки. Мы с Катей пододвинули к ней свои тарелки с десертом, начали уговаривать её, простить служанку. После нескольких попыток, нам удалось это сделать. Аня взяла мою тарелку с самыми большими ягодами и принялась их уплетать, как ни в чем не бывало. Мы с Катей переглянулись, с облегчением вздохнули и улыбнулись. Потом пришла моя тётушка, и мы все пошли в большую комнату, где стоял рояль. Тётушка играла, а мы пели и танцевали, потом снова играли в куклы, потом качались на качелях возле дома, снова пели и танцевали и опять играли в куклы. Вечером был снова сладкий стол с пирогами и клубничным десертом, который в этот раз подала Фёкла. Я расставался с девочками и очень жалел, что день так быстро прошёл. Никогда не думал, что с девочками, которые мне раньше казались такими скучными, можно так славно и весело провести время. Я лежал в мягкой постели в роскошной ночной девчачьей ночной рубашке и вспоминал, свой двенадцатый день рождения, самый дивный и необычный в моей жизни. Я больше не сердился на горничных, за то, что они сделали со мною, и совершенно не жалел, что мне не удалось пошалить. Был совершенно счастлив и в душе преисполнен благодарности к этим чертовкам, за данную мне возможность почувствовать, себя по-иному, очень необычно. Я провёл этот день, полностью одет, как девочка, в обществе одних девочек, играя в их игры, и что меня очень удивляло, все это теперь, мне не казалось чем-то ужасным, как это было утром. Мои мысли путались и разбегались, словно розовые пушистые зайцы. Засыпая, я поймал себя на мысли, что девочкой быть — это так волшебно, и я не прочь, чтобы моя тётя продолжила моё чудесное наказание, ещё на один день. Мне снился яркий и цветной сон, как мама ведёт меня за ручку, в парке, одетым в красивое, пышное, белое и воздушное платьице. Всё кругом, залито солнечным светом и всё такое большое, а я такой маленький. И что самое удивительное, я не знал, кто я на самом деле, девочка или мальчик, а просто радовался погожему теплому дню, прелестному наряду из атласа, шелка и кружев, и, то, что мама рядом, такая ласковая и нежная. Потом мне снились, ленты, банты, шляпки, платья и куклы, все те прекрасные и милые вещи которые обычно снятся девочкам.