Вода и музыка

Свист.        Каждый поворот сопровождался порывом ветра. Она не знала, куда лететь, и можно ли скрыться ото всех. Скорее всего, Ли уже ищут стражи порядка, да и не только они. Двойной побег навлёк на неё лишь дополнительные проблемы. Хотя, действительно ли ей, как игроку, могут навредить? Впрочем, размышлять об этом бессмысленно. Сейчас главное найти хоть какое-то относительно тихое место, чтобы перевести дух. Пронизывающий ветер с каждым вдохом обжигал лёгкие, вызывая неприятный кашель. Лит, не останавливаясь, вынула руку из кармана и подставила ладонь свету, который уже не грел. Приближался закат, последние лучи солнца прощались с жителями Риквелла. Вместе с ними, казалось, уходила и надежда Лилит. — Невыносимо… — прохрипела она, раздражённо обращаясь то ли к природе, то ли к самой себе. Ей оставалось лишь лететь, куда глаза глядят. Время тянулось так мучительно долго, что она решила остановиться. Ли отбросила борд куда-то в сторону и оттряхнулась от невидимой пыли. У неё уже не осталось сил на то, чтобы убегать. Больше не было желания оставаться здесь. Всё это бесполезно, ей просто не справиться с этим миром. Можно же просто выйти в меню выбора и выбрать реальность получше. К чёрту все возможности, законы, всех обитателей этого Риквелла. С хитрой усмешкой Ли улыбнулась. Долгожданная свобода. Возможность избежать последствий манила её как никогда. Её руки поднялись к голове, чтобы нащупать кнопку выхода, но пальцы не сумели найти её. Предчувствие чего-то неладного кольнуло в груди. Тогда разумным решением показалось снять шлем, однако попытка не увенчалась успехом. Она чуть не вырвала себе клок волос. Где щелчок? Где знакомый звук разъединяющихся контактов? Вместо этого теперь только густая тишина. Пальцы, ещё секунду назад уверенные, теперь предательски задрожали. Дыхание сорвалось, превратившись в хрипение. Что-то было не так. Не просто не так, а чудовищно неправильно. Она впилась ногтями в волосы. Боль пронзила череп, но шлем не поддался, будто его никогда и не существовало. Сердце рванулось в бешеной скачке, ударяя в рёбра. Мир вокруг поплыл, краски расползлись, словно размытые акварелью. Ноги подкосились, а пол ушёл из-под неё. Или это она проваливалась куда-то? Уже не чувствуя боли, Ли потянула за волосы. Но шлем волшебным образом не появлялся, отрицая саму возможность освобождения. Паника. Она поднялась из глубин, сдавила горло, выкрутила живот в ледяной узел. Первые слёзы. Горячие, солёные, беспомощные. Они прожгли её щёки. Звуки утонули в ватной тишине, будто кто-то выдернул штекер из реальности. Волна жара, а следом пронизывающий холод. Тело больше не слушалось. Разум цеплялся за последнюю надежду, что оставалась. «Этого просто не может быть!» Но что, если может? Этот мир, с его холодным ветром на коже и слишком яркими красками заката теперь ощущался самой настоящей тюремной камерой. — Снимись же! — в панике и ярости кричала она, хотя где-то в глубине души уже понимала, что это бесполезно. Слезы бессилия смешались с пылью на щеках, оставляя грязные разводы. Мир, ещё днём казавшийся таким захватывающим, теперь виделся жестокой ловушкой, захлопнувшейся без предупреждения. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, унося с собой последние теплые краски. На Риквелл опустилась тьма, длинные тени зданий тянулись по улицам. Небо, ещё недавно окрашенное в розово-оранжевые тона, приобрело холодный, выедающий душу оттенок. В воздухе повисла сырость, проникающая под саму одежду. Стоп, разве прошло уже так много времени? Ли могла бы поклясться, что в участок заходила тогда, когда на улице стояла тьма. Паника медленно отступала, как отлив, меняясь на обжигающий гнев. С каждой секундой он заполнял всё её тело. Лит сжала кулаки так сильно, что ногти впились в кожу, оставляя на ладонях кровавые полумесяцы. — Нет... нет, нет! — её голос сорвался в хрип, будто рваная ткань. Обвиняющие проклятия кружились в голове. Игра, разработчики, их коварные алгоритмы... Но больше всех она винила саму себя. Глупость и идиотский проблеск смелости, за который теперь ей придётся платить. — Должен же быть выход! Гнев клокотал внутри, как расплавленный металл, требуя выхода. Руки сами искали, за что ухватиться, что сломать, во что врезать кулаком. Лишь бы выпустить хоть каплю этой ярости, разъедающей её изнутри. Её взгляд упал на металлический мусорный бак, стоящий на обочине. Он казался таким прочным, таким твёрдым и несокрушимым. Идеальная мишень. Не раздумывая ни секунды, она размахнулась и со всей силы пнула его ботинком. Нога прошла сквозь металл так, будто его и не было. Бак мерцал, искажаясь, как неудачно прорисованная голограмма. Затем он и вовсе растворился в воздухе, оставив после себя лишь фантомное ощущение холода. Ли застыла, ошеломлённо глядя на пустое место, где только что стоял бак. Происходящее буквально насмехалось над ней. С трудом сдерживая поток бранных слов, она стиснула зубы. Ей ничего не оставалось, кроме как с обидой отойти от края, сжав рукава на своей белой ветровке. Сколько времени она уже в ней? Каждый шорох, каждый далёкий звук казался Лит предвестником неизбежной опасности. Ей чудилось, что из тёмных переулков за ней наблюдают чьи-то глаза, а за каждым поворотом поджидает неизвестная угроза. Внезапно тишину разрезал тихий, размеренный звук шагов. Лилит резко обернулась, настороженно вглядываясь в темноту. Никого. Пустые улицы, погаснувшие окна и тишина. «Нервы…» – подумала она, пытаясь успокоить колотящееся сердце. Но тут же отчётливо услышала шорох, похожий на чью-то возню у переулка. Зеленоватый блеск, слишком схожий с неестественным свеченим рогов Кирана, пронзил Ли ударом в сердце. Неужели он нашёл её? Проявился не просто страх неизбежного, а чего-то непостижимо жуткого. Воспоминания о его давящей заботе, которые по идее должны были успокоить, сделали только хуже. Ли тронулась с места, ища глазами здание поблизости. Где-то, где можно укрыться от всего. Одно такое, похожее на университет, показалось ей спасительным маяком. Ноги сами несли её к открытым воротам, подгоняемые неудержимым импульсом к бегству. Достигнув двери, Лит не стала тратить время на поиск ручки. Её неудержимая тревога требовала немедленного действия. Собрав всю свою ярость и страх в один сокрушительный удар, она с размаху пнула тяжёлую деревянную дверь. Грохот эхом разнёсся по пустому зданию. Не мешкая ни мгновения, Ли рванула внутрь. Горячая волна адреналина ударила в виски, разгоняя кровь, впрыскивая в мышцы силу. Она взметнулась по лестнице, буквально мчась, проглатывая ступени. Там, должно быть, ещё оставался глоток воздуха. Хоть где-то то же ей можно передохнуть от этого кошмара? Гулкие удары её шагов раскатывались по пустым коридорам, отскакивая от стен, смешиваясь с тенями. Сквозь этот грохот она не могла уловить шаги за спиной. Бежал ли он следом? Дышал ли ей в затылок? Она не хотела знать. Вырвавшись на крышу, Лилит опёрлась о выступ, жадно хватая ртом воздух. Схватилась рукой за грудь, внутри которой горел целый пожар. Мышцы ныли, но адреналин всё еще бурлил в крови. Ли осмотрелась. Как быстро однако наступила ночь. Тени вокруг будто шевелились, вытягивались к ней, а огни мегаполиса пульсировали в такт её собственному неровному дыханию. На секунду ей даже показалось, что один из стеклянных гигантов наклонился и придвинулся ближе. Его фарез внезапно превратился в огромный, безжалостный зрачок, неотрывно смотрящий на неё. Она резко зажмурилась, вжав пальцы в холодный парапет. Когда веки дрогнули и поднялись, небоскрёб уже стоял ровно. Город не изменился. Однако чувство, что за ней наблюдают, никуда не исчезло. Оно висело в воздухе, как предчувствие бури. Где же искать спасение? Внезапно тишину крыши нарушил тихие, ритмичные звук. Скрип и шарканье. Лилит замерла, с опаской прислушиваясь. Звук приближался, становясь всё яснее. Шаги. Кто-то поднимался по лестнице. Мысль о охране не так сильно наводила ужас, как мысль о том, что он нашёл её. Холод охватил её спину. Затихшая было на мгновение паника вновь захлестнула её с новой силой. Ли старалась не издавать ни звука, не отрывая взгляда от чёрного провала лестничного пролета. Она медленно начала отступать, делая каждый шаг с неимоверным усилием, будто ноги были прикованы к полу. Ли дошла до края крыши. Головокружение усилилось, и в этот момент шаги на лестнице неожиданно стихли. Наступила звенящая тишина, нарушаемая лишь свистом ветра в металлических конструкциях крыши и приглушенным гулом города внизу. Ли с трудом переводила дыхание, ощущая как её силы стремительно падают. Она закрыла глаза, сосредоточившись на ощущениях своего тела. Холод под пальцами, шершавая поверхность под ногами. Медленно, стараясь унять дрожь в руках, она старалась найти опору в себе. Глубокий вдох, затем медленный, контролируемый выдох. Ещё раз. Вдох. Выдох. Воздух ощущался легче, даже свежее. Постепенно пульсация в висках начала утихать. Навязчивые мысли, ещё недавно метавшиеся в голове испуганным роем, стали выстраиваться в более или менее понятный порядок. Нужно было что-то предпринять. Нужно было… Ли сделала шаг ближе к краю, дабы успокоить себя видом на красивый город. Не удалось. Её нога зацепилась за что-то твёрдое и неровное, скрытое под слоем рубероида. Резкая боль прошла через лодыжку. Внезапно мир накренился, уходя из-под её ног. Ли невольно вскрикнула, выбросив руки вперед, пытаясь удержать равновесие. Пальцы конвульсивно схватили воздух, затем царапнули по краю крыши, но не нашли опоры. Пространство перед глазами сократилось, открывая взгляду бездну по другую сторону — небо. Мир расплылся в мелькании огней и силуэтах небоскрёбов. Время растянулось, превратившись в тягучую, вязкую субстанцию. Лит не чувствовала своего тела. Остался только леденящий душу ужас. Мысли разбежались, словно стайка испуганных птиц, не в силах сосредоточиться ни на чём, кроме неизбежности. Что теперь её ждёт? Игра начнётся заново? Или закончится навсегда? Это чувство безысходности оказалось куда страшнее самого падения. Понимание, что ничего нельзя изменить, парализовало волю, вырывая последнюю надежду. Но вдруг, среди всепоглощающего ужаса, возникло странное чувство. Лёгкость, почти радость. Может, она наконец обретёт ту свободу, которую всегда хотела? Оставалось только ждать. Ждать удара, который поставит точку в этой короткой, бессмысленной гонке. Каждая секунда казалась вечностью, а каждый метр шагом в бездну. В голове проносились обрывки воспоминаний, но сила притяжения неумолимо тянула её вниз. Глаза закрылись сами собой и тьма поглотила всё.

***

Как будто оказавшись во сне, Лит услышала обрывок разговора двух незнакомых голосов. — … невероятно. — шептал мужской голос, низкий и немного осипший. — Ещё секунда и я бы не успел. — Перестань, Рейн, — ответил спокойный, но твёрдый женский голос. — Не накручивай себя. Мы тут не при чём. — Но… как?! — Мужской голос прозвучал взволнованно. — Она же падала… с такой высоты.. я едва успел. — Ну успел же, — с лёгкой иронией произнесла девушка. — Всегда говорила что ты зоркий, впрямь чудо, что ты вообще её увидел. — А если бы я… зазевался? — спросил Рейн, и в его голосе послышалась горечь. — Не забивай голову. — отрезала девушка. — Главное, она жива и кажется, приходит в себя. — Эй… — мужской голос приблизился. — Вы меня слышите? — Откройте глаза. Ли с трудом разлепила веки. Мир, сначала размытый и нечеткий, постепенно начал приобретать очертания. Над ней склонились двое: девушка с длинными каштановыми волосами и юноша с почти белыми, словно выгоревшими на солнце, прядями. Он тяжело дышал, на его лице застыло выражение шока и нескрываемого облегчения. Его руки быстро исчезли из поля зрения, предположительно только что отпустившие её. Они оба смотрели на неё с тревогой и… чем-то ещё, чего Ли не смогла определить. — М-м… — выдохнула Лит, окружение расплылось мутными пятнами, а тело отозвалось лёгким недомоганием. — Спокойно, — успокаивающий голос девушки с каштановыми волосами проник сквозь туман, — всё хорошо. Чьи-то сильные руки бережно поддержали её спину, приподнимая. Лилит ощутила как её переместили из лежачего положения в сидячее. — Аккуратно, — прозвучал рядом низкий мужской голос. — Голова не кружится? Лит лишь слабо кивнула, не в силах сфокусировать взгляд. Постепенно мир вокруг начал обретать чёткость: зелёные кроны деревьев, ночное небо, мягкий свет фонарей. — Где… где я? — прохрипела она, облизнув пересохшие губы. Горло саднило, будто она наглоталась песка. — Возле Техноуниверситета, — ответил он. — Вы… упали. Мужчина запнулся, бросив на неё быстрый, оценивающий взгляд. Девушка рядом с ним нервно сглотнула. — С крыши, — быстро добавила она, словно боялась паузы, — но он успел вас поймать. Фрагменты произошедшего вновь прошлись по её сознанию. Осколки воспоминаний, острые, как битое стекло, вонзились в сознание: головокружительная высота, парализующий ужас, вихрь падения… По позвоночнику пробежал холодок. — Я… я просто споткнулась… — прошептала она, сама не веря своим словам. — Неважно, — девушка мягко сжала её руку. — Главное, что вы целы. — Меня зовут Алия, а его Рейн. — Лилит, — ответила она, с трудом фокусируя взгляд на размытых лицах. — Позволь мне проводить тебя, — предложил Рейн. Его голос, обволакивающий, почти интимный, заставил Ли невольно вздрогнуть. Он осторожно коснулся её руки, проверяя, не сломана ли она. — Я… я не хочу тебя затруднять, — пробормотала Лит, отдёргивая руку. Голова кружилась, в висках стучало. — Мне совсем не сложно, — улыбнулся Рейн, и в уголках его губ мелькнули едва заметные тени. — Я тоже могу, — выпалила Алия, её голос прозвучал слишком резко. Она теребила ремешок сумки, взгляд ее метался между Лилит и Рейном, — уже поздно, и… опасно ей одной ходить. — Я справлюсь, — перебил её Рейн, его тон стал жёстче. Он посмотрел на Алию, и в его глазах мелькнуло нетерпение, — не волнуйся, Алия, я сообщу, когда доберусь. Алия замолчала, зажав губу. Ветер играл с её волосами, отбрасывая тени на бледное лицо. Ли почувствовала, как между Рейном и Алией пробежала волна напряжения, которое осталось висеть в воздухе. — Ладно, — тихо произнесла Алия, отводя взгляд. — Тогда до завтра. — До завтра, — отозвался Рейн, после чего уже обратился к Лилит. — Пойдем? Лит кивнула, чувствуя, как необъяснимое беспокойство сжимает грудь. Она попрощалась с Алией и пошла рядом с Рейном, стараясь держаться на расстоянии. Молчание между ними казалось тяжелым. Лилит физически ощущала его взгляд на себе, и это вызывало у нее мурашки по коже. — Ты часто здесь бываешь? — спросил Рейн, нарушая молчание. — Нет, — ответила Лилит, ежась не только от холода, но и от его пристального взора. — Я… я просто проходила мимо. — Странно, — нахмурился Рейн, замедляя шаг. — Я здесь постоянно бываю, а тебя раньше не видел, ты… учишься в Техноуниверситете? — предположил он. Лилит отрицательно покачала головой. — Тогда что ты делала на крыше? — спросил Рейн, и в его голосе появились стальные нотки. Ли молчала, сжимая кулаки. Боль в голове усилилась, а перед глазами вновь промелькнул миг падения. — Тебе точно не нужна помощь? — настаивал Рейн, делая шаг к ней. Его близость стала удушающей. Вопрос эхом отдавался в голове, цепляясь за что-то глубоко внутри, за тщательно оберегаемую ранимость. Ли знала, что её реакция неадекватна, что его забота вполне обоснована. Только вот не могла в это поверить. Тонкий ледок, сковавший душу, трещал, грозя обрушить её в пучину давно забытых эмоций. Она невольно сжала руки, пытаясь удержать этот хрупкий барьер. — Я… — начала она, голос дрожал, словно струна, натянутая до предела, — мне сложно… когда так. Его взгляд, до этого напряженный и вопрошающий, смягчился. Он понял. Или, по крайней мере, постарался понять. В его жесте, в том, как он незаметно отступил назад, было что-то бесконечно бережное. — Прости, — сказал он тихо, голос обволакивал теплотой, разгоняя туман тревоги, — я не хотел тебя смущать, просто ты побледнела как-то. Его слова, простые и спокойные, дали ей каплю надежды. — Всё… более-менее, — прошептала она, опуская глаза. — Может, тебе нужно… присесть где-нибудь? Или можем развеиться. Забота, лишённая навязчивости, прозвучала искренне. Лилит подняла на него глаза и увидела в них только сочувствие. На мгновение ей захотелось рассказать ему всё, выплеснуть наружу весь тот ужас, который она пережила. Но она промолчала. — Спасибо, — тихо сказала она. — А как.. развеиться? — Я играю на гитаре, — ответил Рейн, и тень улыбки скользнула по его губам. — У меня есть… что-то вроде студии неподалеку. Можем там немного пошуметь, помогает отвлечься. Предложение прозвучало неожиданно, но временно оставить заботы это лучшее, что она сейчас может себе позволить. Ли, помедлив мгновение, кивнула. Они шли молча, по пустынным, освещенным неоном улицам. Напряжение постепенно отступало, уступая место робкому любопытству. Рейн шёл чуть впереди, его широкие плечи и уверенная походка создавали ощущение надежности. Лит невольно отметила, как ветер играл с его белыми волосами, придавая ему немного дикий вид. Вскоре в поле зрения появилось здание. Громадный, элитный прямоугольник, возвышающийся над окружающими постройками. Ночью он казался особенно впечатляющим. Не разноцветным, но полным неоновых узоров, пульсирующих холодным и электрическим светом. Голографические вывески мерцали в воздухе, создавая иллюзию движения. Дизайнерские выступы, напоминающие то ли осколки кристаллов, то ли лезвия гигантских ножей, ловили свет и отбрасывали длинные, причудливые тени. Вся эта игра света и тени придавала зданию нереальный вид, что раньше чудилось ей только во снах. Рейн повёл её не к главному входу, сверкающему хромом и стеклом, а к неприметной двери сбоку, почти сливающейся с тёмной стеной. Рядом с ней располагался сложный механизм, похожий на сканер сетчатки глаза. Рейн сделал пару нужных действий и дверь бесшумно отъехала в сторону, открывая проход в мягко освещенный коридор. Дверь бесшумно закрылась за её спиной, отсекая мир снаружи. Студия оказалась именно такой, какой она её смутно представляла, и в то же время совершенно иной. Комната, просторная, но не огромная, была выдержана в сдержанной, почти аскетичной гамме серых и черных тонов. Никаких лишних деталей, ничего, что могло бы отвлекать от самого смысла студии. В воздухе витал едва уловимый аромат энергетика, металла и чего-то ещё, неуловимо знакомого, того, чего Ли не сумела изобразить в своей памяти. В дальнем конце комнаты располагалась небольшая сцена, освещённая приглушённым светом. На ней, словно на алтаре, красовались главные атрибуты этого места: микрофон на высокой стойке, усыпанный множеством кнопок и регуляторов, назначение которых Лит могла только предполагать. И самое главное — электрогитара. Она притягивала взгляд, завораживала своей необычностью. Корпус был матово-чёрным, а края, очерченные неоновым контуром, создавали эффект голограммы. Струны, хотя и казались обычными, блестели нетронутой новизной, излучая ощущение скрытой мощи. Сама студия не производила впечатления роскоши, скорее целеустремленности. Стены, обшитые каким-то темным, пористым материалом, поглощали звук, создавая атмосферу изоляции и отрешённости. Несколько металлических конструкций, назначение которых Ли оставалось неясным, добавляли пространству нотку индустриальной эстетики. Всё здесь говорило о творчестве и энергии. Лилит молча оглядывалась, впитывая саму атмосферу этого места. В ней не было бурного восторга, скорее мягкое удивление. — Здесь неплохая акустика, — сказал Рейн, проводя рукой по корпусу гитары. Голографическая окантовка вспыхнула ярче, словно отвечая на его прикосновение. — Я сам собирал эту электрогитару, модифицировал звукосниматели… Он начал углубляться в технические детали, рассказывая о разных типах металла, о калибрах струн, о тонкостях настройки звука. Лит слушала его вполуха, рассеянно скользя взглядом по стенам студии. Её мысли всё еще витали где-то далеко, цепляясь за обрывки воспоминаний о падении, о Киране.. о том, будет ли он её искать. Она кивала, изредка вставляя дежурные «угу» и «правда?», но Рейн, казалось, почувствовал её отстранённость. Он замолчал на полуслове, бросив на нее быстрый взгляд. — Хочешь попробовать? — спросил он, кивнув в сторону сцены. В его голосе слышалась едва заметная нотка разочарования, быстро сменившаяся на дружелюбие. Лилит, немного смутившись, пожала плечами. — Я… не умею петь, — пробормотала она. — Неважно, — улыбнулся Рейн. — Просто попробуй. Здесь есть автотюн, он всё исправит. Он поднялся на сцену и указал на микрофон. — Вот эта кнопка включает его, — показал он. — Видишь, рядом с ней два регулятора? Один для громкости, другой для эха. Но тебе пока это не понадобится, автотюн всему голова. — Рейн едва заметно пропустил короткий смешок. Ли нерешительно поднялась на сцену. Она подошла к микрофону и, немного помедлив, прикрикнула в него. Звук ее голоса, не усиленный, без эффектов, показался ей излишне громким и неуверенным. Прям как у лягушки коки. Читала Ли как-то раз про них, уж до чего громкие виды бывают. — Погоди, — сказал Рейн, поднимая руку. — Я ещё не включил ничего, дай мне секунду. Он энергично зашагал к неприметной комнате, слегка отдалённой от сцены. Выглядела она совершенно обычно, даже в каком то смысле строго. Ли прикинула, что возможно она была предназначена для монтажа песен, но не была до конца уверена в своих домыслах. Всё же она решила не доставать его со своими вопросами. Два сужженые по вертикали прямоугольные окна позволяли немного заглянуть внутрь комнаты. Стекло было затемнённым, создавая эффект односторонней видимости. Хотя кто его знает, как тут всё устроено. Через стекло было видно как Рейн склонился над небольшим пультом, расположенным предположительно внизу, вне зоны видимости. Его пальцы забегали по кнопкам, вызывая на экране над сценой каскады непонятных ей символов. Лилит неловко покрутила микрофон по своей оси, как скакалкой. Удивительно что это вообще возможно, для чего бы такая функция микрофону? Наконец в студии заиграла лёгкая, но тем не менее методичная мелодия. Рейн вышел из комнаты и бросил ей ожидающий взгляд. Но Лит, даже находясь в студии только с одним человеком, ощущала себя как на выступлении перед тысячью людьми. Она попыталась встать ровнее, как то правильно поставить ноги.. лишь бы только не опозориться перед опытным гитаристом. — Ну же, Лит, смелее! — подбодрил Рейн, или же посчитал, что подбодрил. — Что мне спеть? — растерянно спросила она. — Да что захочешь, а я могу отойти за энергетиками, тебе взять? — предложил Рейн, давая ей возможность попеть в одиночку. — Было бы хорошо.. давай. — скромно улыбнулась Ли и слабо помахала ему рукой. Рейн показал ей какой то энергичный жест, смысл которого был ей не особо ясен, и пошёл к выходу. Двери подтверждающе хлопнули, а Лилит облегчённо выдохнула. Не то что бы Ли ждала от него осуждения, она в принципе стеснялась в любом виде демонстрировать себя. В данный момент одиночество лишь расположило её к себе, развязав ей руки и сняв со рта скотч. Лит удалось поймать первые биты и начать незамысловато петь. Голос, хриплый и неуверенный, словно извиняясь за свою тихую хрупкость, начал просачиваться сквозь сжатые губы, прорезая густую черноту студии. В этой неловкости, в этой неидеальности крылась странная, пронзительная искренность. Каждый звук рассыпался на тысячи мельчайших осколков, вибрируя в воздухе и заставляя неоновые плиты на стенах пульсировать в такт. Мягкое мерцание создавало атмосферу таинственности, пронизанную дерзостью, присущей студии электрогитариста. Воздух, насыщенный электричеством, словно хранил в себе отголоски прошедших на этой сцене репетиций. Ли хоть и помнила, что заперта в цифровой реальности, но в этом месте она временно нашла свою свободу. Понемногу забывала о своих виртуальных оковах, избегая любых подобных мыслей. Груз с плеч медленно сползал, растворяясь в ритме её голоса и света. Оставалась только она и её хрупкий, но свободный голос. Голос набирал силу, постепенно заполняя студию. Она закрыла глаза, позволяя мелодии вести себя. В этот момент произошло то, чего она ожидала, но не смогла предугадать. Резкий хлопок двери разорвал устойчивое пение. Лилит вздрогнула, чуть не выронив микрофон. Она резко оборвала песню, что-то с испугу нажав на микрофоне. Присмотревшись, она увидела Рейна, стоящего в дверном проёме с двумя банками энергетика в руках. — Я вроде не убивать тебя пришёл, чтобы так пугаться, — усмехнулся он, замечая ее растерянность, — просто энергетики принёс. Лилит смущенно улыбнулась, пытаясь справиться с внезапно вернувшейся стеснительностью. Рейн подошел к сцене и жестом предложил ей спуститься. — Давай, — сказал он, протягивая ей руку, — присядем, поговорим. Лилит, слегка неуклюже, приняла его помощь и спрыгнула со сцены. Они устроились на мягком диване, стоящем у стены. Рейн протянул ей банку энергетика, открыл свою и сделал глоток. — Ну как, — спросил он, глядя на неё, — полегчало? — Да, — ответила она, открывая банку и делая небольшой глоток, — без тебя я бы с ума сошла. Рейн откашлялся, немного помяв в руках пустую банку. — А куда ты теперь? Подвезти? Лит отвела взгляд, теребя край своей футболки. — Мне… некуда, — прошептала она, — У меня нет жилья, да и даже минки. Рейн тяжело вздохнул, откидываясь на спинку дивана. — Это очень некстати, — произнес он, хмуря брови, — в этой реальности даже игроки чувствуют голод, жажду и всё такое. Лилит удивленно моргнула. До этого момента она действительно не обращала внимания на подобные потребности. Но стоило Рейну упомянуть об этом, как в животе предательски заурчало, а веки стали тяжелыми. «Наверное плацебо», — подумала она. Рейн, заметив её состояние, покачал головой. — Я не хотел бы бросать тебя на улице, — сказал он решительно, — лучше оставайся у меня на ночь, у меня две спальни. Ли посмотрела на него с сомнением. Предложение было неожиданным, но перспектива провести ночь на улице была ещё менее привлекательной. — Я… — начала она, — не знаю… — Не бойся, — перебил её Рейн, — это всего на одну ночь, а завтра что-нибудь придумаем. — Раз уж так настаиваешь.. — Пойдём, — сказал Рейн, поднимаясь с дивана, — такси вызову. Они направились к выходу из студии. Выйдя, Рейн достал у себя из кармана голографическое устройство и прикоснулся к нему. С тихим писком на проекции появилась кнопка вызова такси, которую он тут же нажал. — Сейчас будет, — сказал он, убирая прибор обратно. Они стали ждать. Прошло пять минут, потом десять. Тягучее молчание повисло между ними. Время словно замедлилось, каждый миг растягивался в бесконечность. Рейн раздраженно промычал и снова достал устройство. Он начал быстро тыкать пальцем по проекции, проверяя статус вызова. — Да ну, твою мать. — выругался он, — Показывает, что такси не вызвано, я ж точно нажимал кнопку! Лилит тяжело вздохнула. Она не знала, что сказать. Ей хотелось просто, чтобы такси приехало побыстрее. Усталость, которую она раньше не замечала, накатывала с новой силой. Время шло, а желанное такси всё не появлялось. Наблюдая за Рейном, Ли заметила, как изменилось его выражение лица. Сосредоточенное, напряжённое, словно он что-то подозревал и теперь тщательно проверял. Хоть Лит не всегда была уверена в своей способности правильно интерпретировать человеческие эмоции, сейчас ей показалось, что он явно озадачен. В этот момент её взгляд упал на знакомый зеленоватый свет, исходящий из переулка за углом здания. Это были рога Кирана. Не настоящие, конечно, а часть его виртуального образа. По правде, это у неё была попытка убедиться в том, что шарики за ролики ещё не уехали. Внезапная встреча вызвала у Лилит сложную смесь эмоций. После того неудачного эпизода с «помощью» в поисках работы, а затем и вовсе кражи его борда, ей хотелось старательно избегать его. Особой угрозы он не представлял, но сам факт побега оставлял неприятный осадок. Сомнения, преследовал ли он её, тоже были, но задавать подобные вопросы в лоб ей не особо хотелось. Сейчас, увидев не такое уж и пугающее сияние, Лит поняла, что всё же хочет поговорить с ним. Объясниться. — Рейн, — обратилась она к гитаристу, — подождёшь меня пару минут? Рейн, всё еще погруженный в решение проблемы с такси, лишь коротко кивнул, не отрываясь от своего голографического устройства. Воспользовавшись моментом, Ли быстро направилась в сторону переулка. Уже там, оперевшись о стену, как и ожидалось, стоял Киран. Увидев её, он почти незаметно улыбнулся и тихо присвистнул, будто беззвучно комментируя: «Аллилуйя, неужели сама подошла?». — Киран… — начала Лит, чувствуя, как к горлу подступает комок, — извини... за всё. — Заколебался тебя искать, — ответил Киран, скрестив руки на груди. — Случайно нашёл. — А зачем ты меня вообще искал? — спросила Лилит, удивлённо подняв брови. — После того, как я… ну, ты знаешь. — Борд, — коротко бросил Киран. — Кстати, где он? Интересно, он не дал ни малейшего намека на то, что следил за ней. Да что там, даже обыкновенная реакция тела могла бы его выдать. Лилит неловко переступила с ноги на ногу. Киран раздражённо вздохнул и провел рукой по своим чёрным волосам. — Ладно, — сказал он, — проехали, а это кто там с тобой был? Друга нашла, что ли? — Мы случайно познакомились, — ответила Ли, уклоняясь от подробностей. — Хорошо провели время. Киран бросил на нее угрюмый взгляд, но промолчал. — И чего вы там стояли? — Такси ждали, но оно так и не приеха.. не прилетело. — Тогда полетели на моей машине, как раз познакомишь. Лит засомневалась. С одной стороны, предложение Кирана избавляло от необходимости ждать не пойми сколько ещё это такси. С другой она всё еще чувствовала себя неловко из-за прошлых событий. Но в итоге, взвесив все «за» и «против», она согласилась. Вернулась из переулка уже в сопровождении высокого парня с необычной, слегка светящейся причёской. Рейн, всё еще безуспешно пытавшийся вызвать такси, выпрямился и с любопытством уставился на незнакомца. — Можешь оставить такси, мы полетим на другом транспорте. — Да, Рейн, познакомься, это Киран, — Киран, это Рейн. — представила Лилит своего нового знакомого. — Рад познакомиться, — произнёс Киран с иронией в голосе, протягивая Рейну руку. — Взаимно, — ответил Рейн, пожимая протянутую руку и оценивающе прищурился на Кирана. Затем Киран, коснувшись сенсорного экрана своих часов, вызвал машину. Через несколько секунд перед ними плавно опустился аэрокар. Они забрались внутрь, и машина бесшумно поднялась в воздух, взмывая выше потока других летательных аппаратов. Лилит, уже имевшая опыт полёта с Кираном, не удивилась, но отметила про себя, что и Рейн воспринял всё происходящее с поразительным спокойствием. — Адрес? — коротко спросил Киран. — Римкор, тринадцатый ряд, — ответил Рейн. Киран кивнул и направил машину к указанному месту. Полет оказался недолгим и, к счастью Лилит, на этот раз обошелся без приключений. Аэрокар приземлился у подножия одного из гигантских небоскребов. — Тут как раз активный найм новых сотрудников, — сказал Рейн, выбираясь из машины. Ли не нужно было думать, что бы понять, что он лжёт. Однако несмотря на это, она решила не выдавать его. Киран, не обратив внимания на слова Рейна, подошёл к Лилит и протянул ей небольшое устройство с единственной кнопкой. — Это тебе, — сказал он, нажмешь снизу, появится голограмма. Как телефон считай, мой номер уже сохранён на всякий пожарный. — Поняла, — кивнула Лилит, принимая устройство. Киран попрощался и взмыл в небо на своем автомобиле. Ли и Рейн вошли в небоскреб. — А зачем ты соврал? — сразу же спросила она. — Ему не к чему знать наши планы, — ответил Рейн, пожав плечами. Лилит сочла это странным, но решила не спорить от греха подальше. Они пересекли просторный холл небоскреба, стены которого мерцали мягким неоновым светом, отражаясь в полированной поверхности пола. Поднявшись на бесшумном лифте, Лилит, слишком уставшая, даже не взглянула на номер этажа. Через пару мгновений после открытия дверей лифта они оказались в длинном, ухоженном коридоре. За каждой дверью, тянувшейся вдоль стены, скрывалась чья-то жизнь, чьи-то истории. Рейн остановился у одной из них и приложил к сенсорной панели небольшой металлический диск. Индикатор мигнул зелёным, и дверь плавно отъехала в сторону. — Заходи, — пригласил Рейн. Квартира оказалась на удивление просторной и светлой, с панорамными окнами, открывающими вид на ночной город. — Видимо тут всё дорогое — оценила она. — Ага, даже в этом мире цены бывают безбашенные, — подтвердил Рейн. — Но зато удобно. Усталость давала о себе знать, и Лилит с трудом сдерживала зевоту. — А во что мне переодеться? — спросила она. — Глянь в шкафу, там есть ночнушки, — ответил Рейн, указывая пальцем на дверь в спальню. В шкафу действительно висело множество самых разных вещей: от лёгких шелковых халатов до теплых плюшевых пижам. Ли, немного повозившись, нашла белую ночнушку своего размера, украшенную мелкими серебристыми звездами. Взяв её, она вышла из комнаты Рейна и, найдя вторую спальню, быстро переоделась. Комната была погружена в полумрак. Она легла на мягкую кровать и, выключив свет, закрыла глаза. Тишина окутала ее, словно теплое одеяло. Мысли же, утихшие по прибытию, внезапно начали беспорядочно бежать марафон в голове. Однако само её тело расслабилось, напряжение ушло. Ночной город за окном превратился в размытое пятно света. Хотя казалось что вот-вот наступит утро. Её дыхание стало ровным и глубоким. Медленно проваливаясь в сон, Ли ощутила, как покой и умиротворение наполняют её, смывая усталость и тревоги прошедших дней. Впервые за долгое время она чувствовала себя в безопасности. Веки Лилит затрепетали, и она медленно открыла глаза. Ощущение было странным, будто она делала это впервые. И в каком-то смысле так и было — она первый раз проснулась в виртуальной реальности. Глубоко внутри теплилась надежда, что, открыв глаза, она увидит знакомую обстановку своей комнаты, свою кровать в реальном мире. Но нет, вокруг были незнакомые стены. Спальня в квартире Рейна. Разочарование кольнуло острым уколом, но тут же растворилось, вытесненное восхитительным ароматом жареной картошки. Ли села на кровати, потягиваясь и оглядываясь по сторонам. Комната была пуста. Встав, она подошла к окну и отдёрнула штору. За стеклом раскинулся всё тот же городской пейзаж, залитый утренним солнцем. Переодевшись в свою одежду и умывшись в ванной комнате, Лилит направилась на кухню. Оттуда доносились аппетитные запахи и позвякивание посуды. — Доброе утро, — сказала она, заходя на кухню. Рейн, стоявший у плиты, обернулся. — Доброе, — улыбнулся он. — Садись, сейчас всё будет готово. На столе уже стояли тарелки и стаканы с соком. Лилит села за стол, наблюдая, как Рейн ловко переворачивает картошку на сковороде. Воздух наполнял аромат жареного лука и специй. Утро обещало быть приятным. Рейн подошел к столу, держа в руках две тарелки с дымящейся картошкой. Одну он поставил перед Лилит, другую взял себе и сел напротив. Аромат жареного картофеля с зеленью был настолько аппетитным, что у Лилит заурчало в животе. Первый же кусочек подтвердил. Картошка была просто шедевральной. — Ммм, как вкусно! — похвалила Лит. — Да ничего особенного, — отмахнулся Рейн, но в его голосе слышалась довольная нотка. После завтрака, Ли, отложив вилку, спросила: — Ну что, придумал что-нибудь насчёт работы? — спросила она, вытирая губы салфеткой со стола. — Думал с утра, — ответил Рейн, — нашел пару вариантов, несложных, но для них нужно хотя бы немного ориентироваться в этом мире. Ты же, как я понял, недавно играешь, раз у тебя минки нет? Ли кивнула. — Хотелось бы сначала жилье купить, — сказала она, — а потом уже с профессией разбираться. Рейн задумался, постукивая пальцами по столу. — Ладно, — наконец произнёс он, — есть один вариант. — Какой? — с любопытством спросила Лилит. — Работа в океанариуме. — В океанариуме? — удивилась Ли. — Кем же мне там работать? — с недоумением спросила Лилит, — просветишь? — Аквариумистом, — ответил Рейн. — Ухаживать за аквариумами. Чистить, ремонтировать, кормить обитателей. — Ну, — протянула Лилит неуверенно. — Чистить и кормить я ещё, может быть, смогу, а вот ремонт.. — Я могу помочь, — предложил Рейн. — У меня как раз никаких дел не будет в ближайшее время. — Дай подумаю, — сказала Лилит, задумчиво глядя в окно. После завтрака, немного поразмыслив, она всё же решилась. — Ладно, — сказала Лилит, — можно попробовать. Рейн одобрительно кивнул, достал свой телефон и начал набирать номер, найденный в объявлении об открытой вакансии в океанариуме. Пока он разговаривал, Лилит решила помыть посуду, убрав со стола тарелки и стаканы. К тому времени, как Лит закончила мыть посуду и вытирать стол, Рейн завершил разговор. — Тебя приняли! — сообщил он с улыбкой. — Даже без собеседования. — С чего у них такая щедрость? — удивилась Лилит. — У них там вечная проблема, — пояснил Рейн. — Работа считается скучной, желающих мало. — Люди слишком привередливы, — усмехнулась Лит. — Есть такое, — согласился Рейн, окидывая её взглядом. — Слушай, тебе бы стоило что-то новое надеть, сходим по магазинам? — прикупим тебе пару вещей.. за мой счёт. Лилит смущенно покраснела. Ей казалось, что все к ней как то подозрительно благосклонны. — Не знаю, как тебя благодарить, — пробормотала она. — Не стоит благодарностей, — отмахнулся Рейн. — Просто считай это инвестицией в нашу аквариумистку. Предложение было слишком заманчивым, чтобы от него отказаться. — Ладно, — согласилась Лилит, и на её лице расцвела улыбка. — Давай. Лифт плавно опустил их на первый этаж. Двери раскрылись, выпуская Рейна и Лилит в яркий солнечный день. Машины сигналили, люди сновали туда-сюда. Привычная городская суета. Рейн вызвал такси, и, к его удивлению, машина подъехала почти мгновенно. Вскоре они уже были у сверкающего фасада огромного торгового центра. Как только они вошли, глаза Ли загорелись. Она тут же ринулась в ближайший отдел с одеждой, начав с энтузиазмом перебирать вешалки, примеряя то одно, то другое. Рейн терпеливо следовал за ней, покорно ожидая у примерочных. Первый час пролетел незаметно, второй чуть медленнее, а на третий терпение Рейна начало иссякать. – Лилит, может, уже хватит? – осторожно спросил он, когда девушка в очередной раз скрылась за занавеской. – Ну ещё чуть-чуть. – донеслось из примерочной. – Нужно же всё посмотреть, на всякий случай… "На всякий случай" растянулось ещё на час. Лилит, казалось, вообще не замечала усталости. Она пархала между стеллажами с неугасающим энтузиазмом, словно заряженная батарейка. Четыре часа пролетели как в тумане. Наконец, Лит, удовлетворённая, направилась к выходу. Они покинули торговый центр, нагруженные несколькими большими пакетами. Вызванное такси доставило их обратно к Рейну. Лилит нужно было выбрать наряд для первого рабочего дня в океанариуме. В квартире, Рейн свалился на диван, измученный марафонским шоппингом. – Я, пожалуй, пас, – пробормотал он. – Больше никуда не пойду. – А как мне добраться до океанариума? – спросила Лилит, перебирая пакеты с одеждой. – Вызову тебе такси, – вздохнул Рейн. – а там разберешься, не маленькая. Лилит выбрала элегантный костюм тёмно-синего цвета. Блузка с высоким воротником идеально сочеталась с пиджаком. А туго застегнутый пояс для уверенности. В этом наряде она чувствовала себя собранно, готовой к новому этапу в своей жизни. Спустившись на лифте, Лит вышла из небоскреба. У входа уже ждало такси. Она грациозно скользнула на заднее сиденье, машина плавно поднялась в воздух, начав свой полёт к указанной Рейном точке в приложении. Ли на всякий случай сфоткала адрес на свой телефон. Сквозь панорамные окна такси она наблюдала за мелькающими внизу улицами, и предвкушение смешивалось с лёгким волнением. Пару минут спустя такси приземлилось у неприметного серого здания. Оно совсем не походило на то, что Лилит представляла себе, думая об океанариуме. Это было обычное офисное строение, ничем не выделяющееся из ряда подобных. Она старалась сохранять спокойствие, вдохнуть поглубже, унять внезапно нахлынувшее волнение. Но несмотря на все усилия, руки дрожали сами собой. Сердце билось, отбивая тревожный ритм. Неприметность здания, контрастирующая с яркими образами, которые рисовало её воображение, только усиливала смутное беспокойство. Она потянулась к ручке двери.