Часть 4

Когда-то не существовало болезней, заставляющих людей отвергать свою человечность и бросаться в пучину безумия. Когда-то всякий рожденный смертный мог прожить свое отведенное Эгерией время насыщенно, радостно и Справедливо. Пока в этот мир не пришла Фурина, явив вместе с собой новые порядки и законы для мира смертных. В те далекие времена люди, поклоняющиеся Фокалорс, склоняли головы и перед Фуриной, но Богине была чужда людская лояльность, она лишь исполняла свой долг - карала неверных. В один из дней она зашла в ранее неизведанный ею лес Эриний и обнаружила разграбленное и уничтоженное отступниками поселение. Иностранные еретики посмели напасть на местные племена и села, решив, что им все дозволено, но ни один из них не вернулся на свою родину. Там, добивая корчащихся от немыслимой боли отступников, посреди горящих обломков и кучи трупов Фурина нашла дитя. Девочка была ранена и изуродована. Она умоляла о смерти. Тогда Фурина сказала: «Ты можешь умереть здесь бездомной шавкой вместе со своими обидчиками, а можешь пойти со мной и служить мне». Фурина напоила дитя своей кровью, вылечив ее раны, дала крышу над головой и обучила таинству служения и мастерству боя. С тех пор девочку, следующую всюду за Фуриной, стали называть эриния. Эриния росла быстро, так же быстро развивалось ее тело. Чем старше она становилась, тем больше внимания она привлекала, что не нравилось жестокой Богине. Фурина запретила всем мужчинам и женщинам, носящим оружия, смотреть в сторону эринии. Девочка была столь же безжалостна, сколь и ее Богиня. И даже вражеские армии и полчища монстров предпочитали закрывать глаза во время битвы с Фуриной, если на поле боя присутствовала эриния. Ведь лучше умереть от незамеченного меча или стрелы, чем быть жертвой жестокой расправы Богини за нарушение запрета. Спустя время Фурина взяла на попечение еще двух эриний. Все три девушки регулярно принимали кровь своего божества, чтобы залечивать раны. Когда все три мегеры сменили не один век, стало понятно - кровь Фурины сделала их бессмертными. Эринии стали зависимы от крови, они испивали драгоценную кровь своей Богини почти ежедневно, чтобы утолить голод, но человеческая природа в них сыграла против Фурины. Спустя десятки лет служения эринии предали Фурину, пошли против руки, вскормившей их. Они впились зубами в плоть своего Бога и иссушили ее тело полностью. Когда Сцилла узрел данное преступление, он моментально поймал всех эриний, поставил их на колени, отрубил им руки, которыми они удерживали тело своего Бога, вспорол их легкие, наполнив их камнями, и связал их ноги прочными лозами, отправив мучащихся бессмертных эриний томиться на дне океана. С тех пор ни одна живая тварь не слышала об эриниях... Записки Сциллы. Том II. Глава XX. Свежий воздух наполнил легкие с такой невероятной быстротой, что Фурина на секунду опешила, застыв на месте. Вся спертость ее храма, застоявшийся запах гнили, болезни и смерти улиц исчезли. Фурина успела привыкнуть к тухлой вони внутри города, а освежающий легкий бриз выбил ее из колеи на несколько мгновений. Возможно, вполне вероятно, на самом деле, если быть честной с самой собой - чего Фурина никогда не признает - она застопорилась из-за знакомых пейзажей. Лес Эриний был и ее домом когда-то. Когда союз с Гидро Драконами дал свои плоды, и они с Фокалорс перебрались ближе к столице. Там Фурина нашла первую мегеру, там они все вместе жили, пока Гидро Драконы не подумали, что их дружба с Богами дошла до своего пика, чтобы построить свое поместье в лесу по соседству с их с Фокалорс озером. Вход в лес раньше казался ей ничем не примечательным пейзажем, она тысячи раз лениво оглядывала окрестности в поисках вкусной животины, не различая в своем скучающем разуме ни красоты зеленой летней листвы, ни магии золотистых и багряных оттенков осени, ни великолепие белых заснеженных мириад ветвей, ни весенних почек, рождающих листву заново. Для Фурины и морские виды тогда касались серыми и однообразными. Все, что не имело яркий кровавый оттенок, ее не привлекало. А сейчас... Красиво, подумала она, разглядывая родные сосны и пихты. Чем ближе они приближались к барьеру, тем сильнее менялась цветовая гамма леса Эриний. Цвет местной флоры в глубине леса давно приобрел характерные небесно-голубые оттенки. Тысячу лет Гидро Драконы и Фокалорс питали это место своей стихией, было бы удивительно, если бы растения и звери здесь никак не мутировали. Фурина догадывалась, что монстрами, о которых упоминал Нёвиллет, могли быть зверушками Сциллы, тот - как Фокалорс - тащил в дом все, что не прикреплялось намертво к земле. Услышав злобное рычание в кустах, Фурина улыбнулась: - А-а, ты про этих милашек говорил? Нёвиллет повернул голову в сторону звука, на первый взгляд казалось, что его желудок с легкостью перенес быстрый переход из его храма в лес Эриний, но голос у него все равно осип так, словно он был готов вот-вот вывернуться прямо посреди заросшей тропы. - Эти... милашки... самые опасные твари в стране. Фурина подошла к кустам, но рычащий зверь тут же сиганул из них прочь, издав напоследок жалобный скулеж. - Это же обычная рысь, она даже не наполнена элементом. Неужели местные бравые воины боятся их? - Говорят, даже обычные звери в этом лесу... - Нёвиллет, тебе нечего бояться, пока я рядом. Если что, по пути навестим зверушек Сциллы, посмотрим на них... Да твою ж... - То есть... я посмотрю на них, если решу, что они опасны - избавлюсь от них. Фурина коснулась локтя жреца и провела его через Гидро барьер. Уже на территории, огражденной магией сестры, Фурина заметила небольшую трещину в барьере. Наличие бреши в защитной магии само по себе было тревожным звоночком на пути поиска ответов - если Выродок смог пройти через плотный слой Гидро барьера, да так, что даже Фокалорс не почувствовала приближения противника, то Фурине придется приложить много сил, чтобы убить гада. Враг один, а проблем море. Звуки внешнего мира стихли, Фурина остановилась прямо у входа в особняк, осматривая заброшенное здание, подмечая про себя детали, которые упустила тридцать лет назад. Нёвиллет громко прокашлялся, подавляя рвущийся наружу рвотный позыв, прежде чем заговорить: - О таком надо предупреждать. - Извини, - отмахнулась она, - но времени у нас недостаточно, чтобы тратить его на пешие прогулки. Фурина обошла сгнившее от сырости крыльцо из древесины синего белоникса, всматриваясь в пустые оконные рамы. Взгляд упал на приоткрытую входную дверь. - Когда я вошла в поместье, дверь была настежь открыта. - сказала она. - Но когда я выходила, я закрыла ее. Нёвиллет ступил на трухлявые доски, стуча по порогу тростью: - Если замок был выбит, то дверь могла поддаться сильному порыву ветра. И я все еще слышу рычание и передвижение где-то рядом, скорее всего, Сциллины звери уже успели побывать в доме. - Питомцы Сциллы сейчас могут быть в глубине леса на востоке, должно быть, они оккупировали мое озеро, там элементальной энергии хоть отбавляй. Поверь, если бы в этой части леса обитали они, то от дома бы ничего не осталось. - ответила Фурина. - Пока мы проходили через барьер, я заметила стаю волков. Если обычные звери научились проходить через барьер, то скоро и люди начнут. Барьер сдала моя сестра, он ослаб за последние годы, учитывая, что он полностью сделан из Гидро, неудивительно, что дерево здесь так набухло и прогнило - элементальной энергии в воздухе очень много, вероятно, барьер скоро растворится. - Это плохо? - Очень. - ответила Фурина. - Я не хочу, чтобы сюда кто-либо приходил. Они вошли в дом, под подошвами сразу же затрещали битые стекла окон и осколки дорогих ваз, которые когда-то украшали вход. Фурина, не теряя лишние секунды, носилась из комнаты в комнату, всматриваясь в до боли в грудине знакомый интерьер, касалась руками книг и любых бумажных предметов, надеясь отыскать среди исписанных строк хоть что-то похожее на почерк Сциллы. - Что ищете? - Дневники Сциллы. - ответила Фурина. - Или любые его записи. Он всегда записывал все, что с ним происходило, думаю, в них можно будет найти что-нибудь полезное. Нёвиллет встал у ближайшей стены так, чтобы всегда быть у снующей туда-сюда Фурины на виду, отчего-то Фурине подумалось, что это она у него на виду, но она быстро отбросила эти мысли. На первом этаже поместья располагались: кухня, столовая, зал для приема гостей и рабочий кабинет Тритона. Книжных шкафов только на этом этаже насчитывалось в дюжину, а про личные покои Сциллы Фурина молчала - бардак из рукописей там царил с момента, когда изобрели бумагу и чернила, а Дракон впервые взялся за перо. - Вы хотите скрыть наличие дневников от Ризли? Поэтому пришли сюда раньше? Фурина остановилась у широкой винтовой лестницы, ведущей на верхний этаж, где была комната Сциллы. - Там... В тех записях много личной информации, которую я не хочу освещать. Тем более, там должен был упоминаться тот Выродок. - Вы сказали, что упустили ребенка. - напомнил Нёвиллет. - Зачем скрывать записи о нем, если дневники могут помочь его отыскать? Потому что Фокалорс и Сцилла хотели бежать к Барбатосу просить помощи, думала Фурина. Потому что только он мог помочь им скрыть Выродка. Если есть вероятность, что Выродок слышал имя Анемо Архонта или знал о планах Сциллы и ее сестры, то мог обратиться за помощью к Барбатосу. Если в записях Сциллы будет хоть что-то об этом, и если эта информация дойдет до других Богов и Драконов, то Фурина посрамит не только имя своей Фокалорс и подставит Барбатоса, но и подвергнет опасности Выродка. - Ты говорил, что никакой подозрительной активности, связанной с Гидро, нигде не упоминалось за последние годы. Нёвиллет кивнул. - Тогда это дитя нашло свой покой. - продолжила Фурина. - А если это так, то оно явно не заслуживает того, что с ним могут сделать Боги, Драконы... И я, не стала договаривать она. - И вы. - заключил вместо нее он. Фурина опустила взгляд в пол. Я не знаю, что мной двигало. Но если за тридцать с лишним лет этот мальчик не устроил геноцид и не сверг никакого Бога или Дракона со своего престола, то я не вижу смысла в его смерти. - Если хотите, можете сказать, что ребенок умер, я буду молчать. - в конце концов произнес жрец. - Но в тех дневниках могут упоминаться имена убийц. Вы не можете просто назвать имена виновников моему брату, не предоставив доказательств. - Доказательством будут глаза у отрубленной головы. - сказала Фурина. - У Выродков Тритона глаза такие же, как у него самого. - Тритона? - спросил Нёвиллет. Фурина кивнула: - Да. Тот Выродок... у него были глаза... как у... Фурина зажмурилась от отчетливого воспоминания. Оно мелькало перед глазами яркими бликами, накладывалось на образ жреца с такой точностью, что Фурина ступила назад, потеряв на секунду самообладание. На короткое мгновение ей показалось, что она увидела Сциллу. Что это он стоял перед ней в глупых многослойных нарядах жреца, а не Нёвиллет. - Все в порядке?   - Да. - глухо проронила Фурина. Она глубоко вздохнула, отгоняя мрачные мысли, и поднялась на верхний этаж. Ей потребовался час, чтобы разобраться в хаосе из рукописей, царившем в комнате Сциллы. То, что ее заклятый друг пытался в писательство уже многие годы, но никак не мог написать хоть что-то стоящее, Фурину не удивило. Удивило количество разнообразных сюжетов на разбросанных по полу выцветших бумагах. С фантазией у Сциллы проблем никогда не было. Самыми невыносимыми находками оказались нижнее белье сестры и ее платье, скомканные на широкой двуспальной кровати. Рядом, но на полу, валялись рубаха и накидка Дракона. Их застали в самый неподходящий момент... Хотя... Скрытно передать элементаль из своей груди в грудь Сциллы у Фокалорс по другому не вышло бы, если бы на ней была одежда - ее пришлось бы разорвать в области сердца. Что-то не сходится. Даже если Фокалорс отдала элементаль, когда в дом ворвались, то Сцилла успел бы среагировать на нападение раньше. Он бы не позволил ей убить себя. И каким образом так совпало, что на них напали аккурат в момент, когда Фокалорс удобнее всего было бы незаметно переместить элементаль? Взгляд невольно упал на разбросанные по полу осколки стекла и разнесенную в щепки раму. Оконные осколки. Оконную раму. Внутри комнаты. В то время как все стекла на первом этаже были выбиты наружу во время всплесков Гидро энергии, пока Драконы пытались отбиться. Фурина обошла второй этаж, убедилась в том, что окна спальни Левиафана и его родителей уцелели. Замок на входной двери в поместье был снесен, запорная планка вырвана из дверного косяка и валялась рядом с битыми вазами. Дверь тоже выбили во внутрь. Фурина подошла к окну, услышав стук трости и шаги по земле. Она медленно прошлась взглядом по заднему двору поместья, где до сих пор на выжженной земле, которая не поддавалась смене времен года из-за барьера Фокалорс, среди груды давно сгнивших поленьев лежали разбросанные крупные кости размером с самого Нёвиллета. Фурина спрыгнула со второго этажа, приземлившись аккурат перед жрецом: - Не стоит туда идти. - Не стоит? - Там я сожгла тела. - ровным тоном пояснила Фурина. - Если наступишь на кость Гидро Дракона - навлечешь на себя сто лет неудач. Нёвиллет остановился, над черной повязкой тут же показалась изогнутая светлая бровь. - Правда? - недоверчивым голосом спросил он. Фурина произнесла со знанием дела: - Правда. Мне доводилось как-то случайно наступить на останки деда Сциллы. Потом меня много лет преследовали одни неудачи. Хотя не стану отрицать, что Сцилла, рожденный в день смерти своего деда и был моей самой большой неудачей. Фурина развернулась на пятках, всматриваясь в торчащую на земле широкую длинную кость, покрытую многочисленными шипами. - Тела Гидро Драконов на самом деле очень большие, чтобы ужиться со смертными, они приняли человеческий облик с помощью трансформации. Как вода может принять любую форму, так и Гидро способно менять тело в свою угоду, но проблема была в том, что, когда я отрезала головы всей семейке Сциллы, их тела начали возвращаться в свою естественную форму. Если бы я не уничтожила их на месте, то только одна туша Сциллы заняла бы половину леса, а про его папашу я промолчу. Нёвиллет промычал что-то нечленораздельное и замолчал, явно что-то очень долго обдумывал, да так яростно, что Фурина не выдержала: - Ну, чего? - На секунду подумал, что вы заботились о памяти Драконов, не дав таким громадным телам разлагаться прямо здесь. - Нет, я просто разошлась и хотела поиздеваться над ними. - хохотнула Фурина. - тела Гидро Драконов нужно предать воде, а не огню. Нас всех произвело Гидро. Гидро и позаботится о наших останках. - Я так и понял. Фурина широко улыбнулась воспоминаниям, потому что смотреть на то, как догорали туши Тритона и Левиафана было приятно. Даже очень. Чего греха таить, даже мелкий Выродок смотрел на огонь не без чувства исполненной справедливости. Правда, тело Сциллы его очень огорчило. - И Фокалорс... - зачем-то сказала она вслух. - О чем вы? Фурина кинула взгляд на алые, почти кровавые тона заката в небе. - Я не нашла дневников Сциллы. - бесцветно сказала она. - Кто-то был в доме и забрал их до меня. Враг это был или нет, я не знаю. Но... скрывать того Выродка уже нет смысла.

***

Ризли пришлось откачивать. Едва его ноги коснулись каменной дорожки, ведущей к крыльцу поместья, как герцог рухнул пластом, чуть не разбив себе голову. Пока Фурина делала искусственное дыхание, а Юлий непрямой массаж сердца, ругая Богиню пятиэтажными бранными выражениями, Фурина то и дело поглядывала на своего жреца, который вполне сносно перенес все их перемещения. - Герцог Ризли, - лепетала она, похлопывая очнувшегося мужчину по щеке, - ты так слаб, что мне страшно отпускать тебя без своей охраны на улицу. Ризли вырвало обедом. И завтраком. Возможно, полдником. Фурина оценивающе посмотрела на вышедшую из него массу, радуясь, что в желудке Ризли не было крови. - Мы всего лишь сократили дистанцию на пару десятков километров, вам даже не разорвало кишечник, к чему так драматизировать? - Фурина... - прохрипел он. - Предупреждать о таком надо. Фурина закатила глаза: яблоко от яблони. Удивительно, что они с Нёвиллетом не кровные родственники. Юлий отнес Ризли на спине в дом и усадил на единственный уцелевший диван. - Я думал, вы телепортируете нас. Юлий же телепортировал до барьера. Фурина покачала головой: - А ты мечтатель, Ризли, телепортация возможна у тех, кто использует магию, а у меня магии нет. Пришлось ждать, когда герцог придет в себя, за это время даже Нёвиллет, обычно сохраняющий нейтральную позицию и вселенское спокойствие, умудрился спросить, сколько они будут торчать в этом месте. Ризли и Юлий внимательно осматривали гостиную и столовую. Повсюду валялись разнесенные в щепки деревянные предметы интерьера - столы, комоды, стулья, кресла, картины, статуэтки и посуда. Негде было присесть. Фурина мысленно вернулась в тот день, когда она вошла в этот дом, а его хозяева еще были живы. Мебель не двигали, кивнула мыслям она. Даже тот, кто забрал дневники, ничего не поменял здесь. - Давно засохшие пятна крови едва заметны на почти черном вздутом дереве, - сказала Фурина, - но я отчетливо помню все. Хотя ей не давали покоя следы Гидро ударов, оставленные на стенах, на потолке и на полу. - Будет лучше, если мы восстановим картину преступления с самого начала. - хрипло проговорил Ризли. - Фурина, у нас с Юлием своя версия, но ваша будет самой правильной, вы видели больше нас, не могли бы вы начать? Мы, по ходу истории, будем дополнять своими мыслями... Фурина подавила едкую ухмылку - конечно, она может. Твой брат предупредил меня, я скажу о Выродке первая, чтобы ты не тратил время на глупые мысли и налаживание доверия. - Думаю, следует начать с моей ссоры с Фокалорс. - сказала Фурина. - Как вы знаете, я была против ее отношений со Сциллой, в один из дней, лет тридцать семи назад, если быть точнее, я чуть не прихлопнула Сциллу, когда тот сказал, что хочет взять Фокалорс в жены, а поддержку они решили искать у Барбатоса и Моракса. - Святотатство. - прошипел Юлий. - Согласна. - кивнула Фурина. - Законы, сохраняющие порядок в Тейвате, запрещают представителям разных рас вступать в отношения и плодиться. Но низших элементальных существ это правило не касается - их выводок не опаснее насекомых. В основном это правило касалось Богов и Драконов по отношению к людям, чтобы не плодить Выродков и им подобных. - Вы упоминали, что Боги не могут иметь детей. - задумчиво сказал Ризли. - Не могут. - ответила Фурина. - Но не Фокалорс. Ее суть - создание жизни и рек. Она - в теории - могла быть единственной Богиней, которая смогла бы выносить дитя от любой твари, включая Дракона, поэтому этот запрет распространялся на нее в особенности. Драконы и Боги могут вступать в отношения, но такое порицается в нашем обществе, так что брак Фокалорс и Сциллы должен был быть оправдан или поддержан хотя бы половиной из нынешних правителей семи стран. - Фонтейн, Ли Юэ и Мондштадт, считай, поддержали. - сказал Ризли. - Фонтейн выразил протест. - холодно ответила она. - Я отказала им в поддержке, чем усложнила способ найти союзников за счет моей... силы принуждения. А семья Сциллы не могла привлекать к себе лишнее внимание, поэтому молили их не спешить. Впрочем... Спустя столько лет, я понимаю, зачем Фокалорс и Сцилле нужна была эта свадьба и поддержка самых лояльных Архонтов и Богов. Юлий прикрыл глаза, отворачивая лицо в сторону. Слушать такое для него было пыткой. Фурина все гадала, почему он тогда не пошел в поместье Драконов мстить с ней, она все эти тысячелетия была убеждена, что Феникс любил Фокалорс больше, чем ее. Сейчас же до нее дошло - он не мог дать ей убить семью Гидро Драконов, потому что это означало бы, что Фурину должны были судить. В тот день Юлий умолял ее направить свой гнев в другое русло, потому что одну свою Богиню он уже потерял, но у него все еще оставалась Фурина. Он не хотел, чтобы она загубила свою жизнь. И я оставила его в этом хаосе на целых тридцать лет... - Помимо Выродка, напавшего на этот дом, - сказала Фурина, переводя взгляд на своего жреца. Она сама не понимала, зачем то и дело поглядывала на него, словно искала поддержку в черноте непроницаемой повязки, скрывающей глаза. - был еще один. В день, когда я покинула Фонтейн, Сцилла просил поддержать его решение о свадьбе. Он зачем-то сказал, что одна из служанок его отца забеременела, что ребенка нужно скрыть от всех... Меня больше беспокоили новости о свадьбе, поэтому я не придала значения его словам о возможном Выродке, так что я покинула Фонтейн, оставив их всех на произвол судьбы. Воцарилось долгое молчание, прерываемое тяжелым сиплым дыханием герцога. Мужчина все еще был мертвенно бледен, но взгляд у него был ясным, а язык его четко проговаривал: - Выходит, Фокалорс и Сцилла хотели заключить официальный брак, чтобы... - Выдать то дитя за свое. - кивнула Фурина. -  Фокалорс видела своими глазами, как велась охота на Выродков, но я уверена, что и Сцилла был против детоубийства, но мнение большинства Богов и Драконов они не могли переспорить. Законы на то и законы - они написаны кровью и слезами, их нарушение должно караться, а исключений быть не должно. Если бы их союз поддержали, если бы им дали заключить брак, то и появление ребенка, похожего на Сциллу, обладающего немеренной силой из-за - якобы - связи Бога и Дракона, было бы легко оправдать. Разумеется, дитя они бы могли завести без свадьбы, но тогда был бы риск, что и Сциллу, и Фокалорс пришлось бы судить за нарушение закона. Брак был рискованным шагом, но это был единственный способ скрыть происхождение дитя и преступление Тритона. - И все-таки Выродков было несколько... - глухо проронил Юлий. - А вы откуда знаете? - спросила Фурина. - Я думала, что Гидро Драконы смогли скрыть рождение Выродка. Да и я следов не оставила. Ну, как не оставила... - Почти через год, после того, как ты покинула нас, - ответил Юлий, - в твой храм ночью пришла женщина средних лет, она принесла с собой зайца, свернула ему шею и положила на твой алтарь. Я сказал ей, что жертвоприношения больше не проводятся, но она умоляла Богиню отомстить за ее дочь. Обещала заплатить любые деньги, лишь бы Богиня Фурина отомстила. Нутро Фурины подсказывало, что дочь этой женщины и была той служанкой, о которой говорил Сцилла. Молитва исполнена, без тени горести подумала Фурина. Тритон мертв, как и вся его семья. - Флер. - едва слышно дополнил верховный жрец. - Умерла во время родов, Фокалорс сказала не вмешиваться в это дело, однако, до меня доходили слухи, что Тефида отправила тело Флер родным, чтобы те смогли ее похоронить. От ее семьи и пошел слух, что, когда тело переодевали в похоронное платье, то заметили рваные разрезы на животе. Предполагали, что девушку растерзал какой-то зверь... или Дракон... Роды Выродков само по себе почти смертельное испытание, если женщина и выживала от такого кошмара, то оставалась на всю жизнь калекой... Смеяться тут было не над чем, но Фурину почему-то прорвало. - Тефида?! - вскрикнула она, хватаясь за живот. - Да эта стерва отправила Флер домой, чтобы поглумиться над ее родителями! Не удивлюсь, если она в тело вложила записку: «Ваша дочь - шлюха, которая охмурила моего мужика»! Насмешил! В жизни не поверю, что Тефида сделала что-то хорошее. Тритон свой корнишончик в штанах не удержал, но вместо того, чтобы отмудохать мужа, она решила показать свое никому ненужное превосходство горюющим родителям! - Не самая уместная тема для насмешек. - осторожным тоном вмешался Ризли. Фурина кивнула: - Разумеется, но поверьте мне на слово. Тефида - дрянь, которую я с превеликим удовольствием прикончила. Более того, я уверена, что она своими руками пытала Выродка, которого родила та служанка. На пару с Левиафаном пытала, у них был тандем из конченных мразей. - Ребенка пытали? - спросил Ризли. - Учитывая, что он - Выродок, который не должен был рождаться, думаю, его пытались так убить, но мальчик умудрялся выживать. - задумчиво произнесла Фурина. - Но не стану отрицать, что этой семейке могло понравиться калечить ребенка. Убить Выродка - та еще морока, на моей памяти были инциденты, когда и отрубание головы не помогало... - В любом случае, - поспешил перебить ее Юлий, - наши догадки о Выродке Тритона оказались правдой. Но... - Разве то дитя не могло погубить всю семью Драконов? - спросил Ризли. - Вы говорили, что такие дети могли расправиться с бессмертным. И Флавии были частыми гостями в этом доме, думаю, они могли знать о ребенке и подговорить его убить всю семью Драконов. Фурина подошла к одному из книжных шкафов, стоящих у выхода из гостиной, она с легкостью отодвинула в сторону тяжеленный шкаф, открыв обзор на узкую, прочную, металлическую дверь с несколькими замками, которые открывали и запирали эту дверь только снаружи. - Мальчика держали здесь. Она отворила дверь, дав Юлию и шатающемуся на ватных ногах Ризли спуститься в подвал, чтобы осмотреть помещение. Мрачную темень подвала тут же озарил приятный свет от огня Феникса. - Пресвятые... - послышался внизу шепот Ризли. Фурина повернулась к своему жрецу - тот медленно, стуча тростью по полу, приближался к ней. - Хочешь спуститься? Она чуть было не добавила, что ему там не на что смотреть, но Нёвиллет, словно почувствовал ее рвущийся наружу комментарий, поспешил ответить: - Хочу послушать ваш рассказ. Фурина кинула хмурый взгляд на ступеньки - тонкие, трухлявые и узкие для широкой стопы жреца. Она осторожно коснулась локтя Нёвиллета одной рукой, обхватив его спину второй. - Я помогу. - Не нужно. - дернулся всем телом жрец, заставив ее отстраниться. Но все равно Фурина шла бок о бок со своим жрецом, пока они спускались. - Это тюремная камера, нет, даже в Меропиде условия в десятки раз лучше... - возмущался Ризли, когда к нему приблизилась Фурина - но никак не детская комната. - Когда я вошла в поместье, - начала рассказ Фурина, - входная дверь была выбита, я не придала этому значения. Тела Сциллы, Левиафана и их родителей были разбросаны по гостиной. Они были на своем последнем издыхании, поэтому я их добила. Умерли бы все, кроме Сциллы. - Из-за элементаля. - сказал Ризли. - Из-за элементаля. - кивнула она. - Элементаль помог бы его ранам затянуться, с ним Сцилла стал вдвое сильнее. Но я убила его и забрала элементаль. Когда же я отнесла тела на задний двор и развела огонь, я услышала шум в подвале и вспомнила о Выродке. Фурина подошла к старому грязному от времени и сырости матрасу - единственному предмету мебели в помещении. - Дитя перепутало меня с Фокалорс. - бесцветным тоном сказала Фурина. - Кинулось мне в объятия, едва увидев, даже не стало сопротивляться, когда я его ударила. - Если Сцилла и Фокалорс хотели его защитить... - недоумевал герцог. - Как они допустили, чтобы этот ребенок жил... так? - Едва ли Сцилла бывал в этом поместье чаще, чем раз в месяц. - ответила Фурина. - После моего ухода уровень преступности в стране возрос, Сцилла и Фокалорс - очевидно - пропадали на работе, решая проблемы страны своими силами. - Так и было. - подтвердил Юлий. - Они не вылезали из столицы... но и о Выродке не говорили... - Тем более, - вставила она, - Сцилла не мог осудить свою семью по законам Фонтейна - тогда бы о ребенке узнали все. Но и сам насилие он не мог применить, все-таки любил родных. Думаю, они с Фокалорс периодически навещали ребенка, но... Почему сразу не забрали его? Почему не пошли к Барбатосу? Что-то держало их в стране? Странно, что Юлия не посвятили в это дело. Фурина уже много раз думала, почему Цезаря обошла весть о Выродке, но на ум приходила только одна догадка. - Все равно, - покачал головой Ризли, - Выродок или нет - нельзя так относиться к ребенку. В нем говорила боль за Нёвиллета. Фурина невольно перевела взгляд на жреца - тот стоял спиной к ним, словно темная холодная подвальная стена была лучшим собеседником для него. - Значит, Драконов убил другой Выродок. - заключил Юлий. - Но ребенок мог все слышать. Разве он не пытался с тобой поговорить? Фурина кивнула: - Что-то с ребенком было не так. Он не мог разговаривать, даже ходить на своих двоих почти не мог. Возможно, перед моим приходом его хорошо огрели родные. Его тело было слишком истерзано. Хотя она часто мысленно возвращалась в тот день. Мальчику на вид было три или четыре, но на самом деле ему было шесть лет. Плохо развивался? Вполне вероятно, учитывая пытки и отсутствие социализации. Ну и гены тупости от Тритона. Фурина кивком позвала своих товарищей наверх, Ризли и Юлий сразу же поднялись, а Фурина подошла к своему жрецу: - Нам нужно наверх. Тот, ни секунды не медля, развернулся и направился в сторону лестниц, Фурина хотела пойти за ним следом, но взгляд зацепился за какую-то темную едва заметную линию, нарисованную на полу. Юлий забрал с собой единственный источник света, поэтому Фурине пришлось напрячь глаза, чтобы насильно быстро адаптировать их к темноте. Кровь. Было достаточно взглянуть, чтобы удостовериться. На почти ледяном каменном полу детской кровью с помощью тоненьких пальчиков было нарисовано четыре силуэта: три взрослых и один маленький. Сначала был нарисован высокий мужчина, который держал за руку женщину с длинными волосами в до боли знакомом платье, похожим на то, что Фурина нашла в спальне Сциллы. Девушка та держала за руку другую девушку, в которой Фурина почти узнала себя, а сама Фурина держала за руку ребенка. Ноги чуть было не подкосились, но позади послышался голос Нёвиллета: - Не думаю, что я смогу подняться. - Да. - выпалила Фурина, не до конца понимая, с чем согласилась. - Я помогу. Воздух в гостиной показался ей легче, чем там - в подвале. Фурина перевела дух, настраиваясь на разговор. В голове буйствовала одна мысль. А вдруг Выродок сразу узнал Фурину и кинулся ее обнимать, потому что ждал, когда она придет? Зная Сциллу, он мог наплести ребенку, что Фурина на самом деле самая добрая и дружелюбная, а дитя могло поверить. - Фурина, - позвал Ризли, - все хорошо? Фурина позволила себе еще мгновение быть растерянной, прежде чем взять себя в руки: - Разумеется. О чем мы говорили? - Если хотите, мы можем сделать перерыв. - Нет. - замотала головой она. - Точно. Выродок, который убил Фокалорс... Фурина прошла вглубь гостиной, остановившись у винтовой лестницы: - Видите этот разрез на полу? Это один из вариантов использования Гидро, когда обладатель элемента материализует оружие. Вероятно - копье, или причудливый посох, не уверена, но именно здесь лежал Сцилла, когда я его нашла. Здесь его ранил Выродок, который нанес почти смертельную рану. Ризли и Юлий осмотрели след от удара, но ничего не стали дополнять. - Разрез точный и сильный, от Сциллы избавились быстро, несмотря на то, что он отбивался. - Фурина указала рукой на следы Гидро магии по стенам и потолку гостиной. - Это сделал тот же Выродок, который ранил остальных Драконов. Но на момент нападения Сцилла и Фокалорс находились на втором этаже. - Но следы крови видны и на лестнице. - заметил Юлий. - Потому что Сцилла выбежал из комнаты уже раненным. - ответила Фурина. - Окно в его комнате разбито - кто-то ворвался внутрь и напал на них. И спускался по лестнице Сцилла с глубокой кровоточащей раной на спине. - Фурина дождалась, пока Юлий и Ризли осмотрят лестницу и спальню Сциллы. - Вероятно, Фокалорс бежала или осталась в его комнате. После того, как нападавший понял, что у Фокалорс нет элементаля, он потерял к ней интерес, потому что на теле моей сестры не было ран... Выродков... - Фурина не стала уточнять про следы от близости Фокалорс и Сциллы. - Но... - сощурил глаза герцог, осознавая, к чему клонит Фурина, - каким образом Сциллу и его семью ранили в одно и то же время, если они находились в разных концах дома. - Нападавших было двое. - сказал Нёвиллет. - Именно. - кивнула Фурина. Она прошла к месту, на котором не так давно сидел Ризли. - Видите эти следы от ударов? Это то же копье, следы которого мы видели на у лестницы. Размах рук у второго нападавшего шире, вероятно, этот был выше и физически сильнее того, который ворвался в спальню Сциллы. - Выходит, - начал Ризли. - в одно и то же время в поместье ворвались два Выродка. Один избавлялся от Драконов, пока другой напал на Фокалорс и Сциллу, но, не обнаружив элементаля, второй решил, что ваша сестра не имеет никакой ценности для него и решил расправиться со Сциллой, но тот побежал на помощь своей семье. А, когда он спустился, был атакован тем, кто орудовал внизу. - Именно. - улыбнулась Фурина. - А ты умен Ризли, сразу дошел до сути... - Значит, - задумчиво сказал Юлий, - мы так и не узнаем, как именно Фокалорс оказалась в твоем храме? - Она могла сама добраться. У нее могло хватить сил. Элементаль поддерживал ее физическую оболочку, но без него жизнеспособность тела Фокалорс и ее сознание медленно растворялись. - тяжко вздохнула Фурина. - Я видела подобные случаи, правда, не с элементалем, но с веществом, похожим на него. Фокалорс... хотя ее действительно могли отнести на мой алтарь... В любом случае, кто бы не расправился с Драконами, Фокалорс он не тронул. - Почему Сцилла не защитил ее? Фурина, Юлий и Ризли повернули головы к Нёвиллету. - Я имею ввиду, почему он побежал вниз, когда Фокалорс была еще жива? По спине Фурины пробежался табун мурашек. Вопрос ее жреца был настолько глуп и наивен, что не требовал ответа, но Фурина все же решилась произнести это: - Потому что Фокалорс убила себя в тот момент, когда отдала элементаль. Ее тело пребывало в сознании еще какое-то время, но она уже была мертва. Сцилла просто быстро понял, что произошло и расставил приоритеты, выбрав спасти жизнь своим родным, которые на тот момент еще дышали. Сухие факты почему-то заставили глаза намокнуть. Фурина проморгалась, отогнав ненужные эмоции. - С Драконами расправились, но добивать не стали, оставив их мучиться. - продолжила Фурина напускным бесцветным тоном. - Примерно в это время я вернулась в столицу и нашла Фокалорс в своем храме. Потом пришел Юлий и мы разругались... а дальше вы знаете - я ворвалась в дом Гидро Драконов, добила их, отрезала головы, сожгла тела. Потом взяла Выродка в одну руку, а головы Драконов в другую и отправилась в столицу показывать честному люду, что их лидеры мертвы, вызвав этим большой бунт, превратив столицу на несколько часов в Бездну. Фурина невольно взглянула на Юлия - тот опустил взгляд в пол. Он так и не смог посмотреть на тело Фокалорс, вспомнила Фурина. И к лучшему. Пусть хранит в памяти ее светлый образ. - Так сын Тритона жив? - спросил Ризли. Фурина кивнула: - Я отнесла ребенка в церковь, чтобы показать ему, за что я убила его любимого Сциллу, а он, когда увидел тело моей сестры... начал визжать и реветь, я... скинула его в воду в доках. Меч, прикрепленный к поясу почему-то стал ощущаться намного весомее, чем он был на самом деле. Юлий закрыл лицо руками и взвыл. - Ты хоть понимаешь, что натворила?! - Оставь нравоучения. - тут же вмешался Ризли. - Нам важнее найти тех, кто виновен в смерти Богини и Драконов. - Фурина, честное слово, - не слушал его Юлий, - каждый раз думаю, что тебе меня нечем удивлять, но каждый раз, когда ты пробиваешь какое-нибудь дно, ты умудряешься не только окружающих в него заманить, но еще и снизу стучишься, доказывая, что это не предел твоих возможностей! - Долго придумывал? - съязвила Фурина. - Ладно, если правда вскроется, то твое имя будет очищено. - недовольно пробурчал Цезарь. - Но, когда все узнают, что ты Выродка отпустила в мир, с тебя же три шкуры спустят! Ты чем думала? Явно не головой своей, там одни опилки! - Если бы они могли хоть пальцем меня тронуть, то уже давно бы казнили! Ничего мне не будет! А дитя то живет себе и пусть дальше будет жить! - ответила Фурина. - Думаешь, я одна, кто совершил подобный проступок? - Фурина, - позвал Ризли. - А где гарантии, что этот ребенок не в сговоре с теми двумя Выродками?! - глаза Юлия опасно заискрились Пиро элементалем. - У нас по Фонтейну ходят целых три Выродка! Да мы покойники! - Юлий... - взмолился герцог. - Да он, может, уже и не в Фонтейне! Я выгнала его, дав понять, чтобы он бежал из страны и залег на дно! Он ни разу не высовывался за эти годы! А те твари, что загубили мою сестру, здесь давно! Даже укус на шее Авроры тому доказательство! Даже, если допустить, что укус на шее благородной дамы поставлен мужчиной, то явно очень молодым, если не подростком. А укус на кисти Фурины еще меньше, так что это не тот Выродок, которого она нашла в поместье. - Ты множишь себе врагов со скоростью света... - зашипел Юлий. - Почему хотя бы раз не подумать головой, прежде чем наломать дров... - Да я стараюсь! - сорвалась на крик Фурина. - Я пытаюсь все исправить! Мы только первый день занимаемся расследованием, а мне эти претензии уже поперек горла встали. Думаешь, я не понимаю, что виновата? Думаешь, меня не терзают те же мысли, что и тебя? Я тридцать лет пытаюсь справиться с мыслью, что Фокалорс больше нет! Я просто так убила Сциллу, Юлий! Будь добр, заткнись! Юлий, казалось, совсем распалился: - Пора заканчивать со своей рефлексией! Любому горю должен быть предел, я только и вижу, что ты жалеешь себя! Ты бросила нас на тридцать лет! Тридцать лет, Фурина! Горе не оправдание! Ладно нас, ты Фонтейн бросила! Фокалорс и Сциллу! Представляешь, что бы чувствовала Фокалорс, окажись она здесь? - Юлий, замолкни. - послышался строгий и холодный голос Ризли. Жрец перевел дух. Его щеки совсем раскраснелись от гнева. - Ну, извини, что это не я умерла. - выпалила она и сразу же об этом пожалела. Какое ребячество. Она не дева, находящаяся на пике всплеска гормонов, чтобы намеренно выносить из своего рта такие речи, но Фурина почему-то все равно произнесла это вслух. Впрочем, они должны были обсудить произошедшее между ними тридцать лет назад. Неудивительно, что все закончилось ссорой. - Что ты несешь? - Хватит! - беспрекословный тон Нёвиллета почему-то заставил и Богиню, и Феникса замолкнуть. - Юлий, не смей повышать голос на Богиню. - осадил его жестким тоном Нёвиллет. - Ризли прав - сначала надо разобраться с видимой угрозой. Поэтому Юлия и не посвятили в это дело! Буркнула сама себе Фурина. Паникер-истерик, еще и шуму бы навел... Фурину вдруг осенило. Юлий ведь плохо умеет скрываться и лгать, то, что Фокалорс не рассказала ему о маленьком Выродке - вполне понятно, но ведь в это же время в Фонтейне были и другие Выродки... Знали ли Фокалорс и Сцилла о них? Очевидно, что - да. Через барьер не прошли бы Выродки, которых не знала бы Фокалорс, потому что защитная магия в барьере, окружившем поместье Драконов и озеро Богинь, принадлежала Фокалорс. Да и магия барьера такая сильная, что действует до сих пор... И, раз Сцилла и Фокалорс не прибегли к помощи других Ахронтов, Драконов и Фурины... Когда Выродки встали у власти, в Фонтейне моментально начали менять обычный порядок вещей. Они хотели власти и элементаль. Но, если подумать... неизвестно, сколько Выродкам лет, и сколько они были знакомы с Фокалорс... Если элементаль им нужен был с самого начала, почему не взяли сразу, их же двое, да и Фокалорс проще было бы достать именно в столице, а не за защитным барьером... Или элементаль Выродкам не был нужен... Тогда что? Остается власть в Фонтейне. Бред. Даже так, участие Фокалорс и Сциллы сложно объяснить... Сговор? Поэтому тело Фокалорс не тронули? Нет, что-то не сходится. Они были знакомы, в ином случае Фокалорс сама бы мне написала, я бы пришла на ее зов. Если перевернуть ситуацию, если допустить, что Сцилла и Фокалорс скрывали двух Выродков так, как это сделала Фурина, то... Можно допустить мысль, что они были в самом деле знакомы, но... убийство всей семьи Драконов... Кто-то кого-то предал? Если дети Тритона хотели элементаль Фокалорс, то зачем убивать родных, разве они были виновны в том, что Фокалорс спрятала элементаль в Сцилле? Пробелов в этой истории все еще много. Чутье подсказывало Фурине, что Фокалорс неспроста оказалась на ее жертвеннике. Все еще была вероятность, что сестра сама туда добралась, но... Во что ты вляпалась, Лорс? - У нас есть два опасных Выродка, засевших на фонтейнском троне. - сказал Ризли. - И они ставят метки на людях. Им нужен элементаль, который Фурина спрятала. Никто, кроме Фурины не знает, где этот элементаль, думаю, лучше оставить это так, в случае, если нас выловят по отдельности, поставят нам метки и заставят говорить... Защита Фурины - наша первостепенная задача. - Мне не нужна защита. - Нужна. - возразил герцог. - Всем нужна, вы не исключение. Полагаю, раз Выродки бессмертны и владеют магией, то могут менять свой облик, значит, искать нам нужно не одного, а сразу двух людей, приближенных к Флавиям, или косвенно связанных с ними. Они вполне могут управлять целой династией из тени. Фурина сначала слушала герцога вполуха, но потом поняла, что тон у Ризли уж слишком вдумчивый и серьезный. - У вас есть кто-то на примете? - Есть. Но я не уверен в своих доводах. Дайте мне время... Мне кажется, теперь я смогу добраться до правды.

***

Пришлось ждать, пока Юлий не простится с останками Сциллы. На самом деле Фурине показалось, что она указала ему на кости Левиафана - она не помнила, в каком порядке лежали безголовые тела, пока горели. Ризли пообещал ей сотню пирожных за то, что она позволит им на своих двоих выйти из леса Эриний, чтобы Юлий их потом просто телепортировал. Фурине было по боку, как тратить время, она не испытывала усталости, но смертным такой длинный путь мог показаться тяжелым, поэтому она раз в полчаса предлагала свои транспортные услуги. - Скучные вы. - пробурчала она. - Я бы могла вас всех в любой конец Тейвата отвести, а вы нос воротите. Ризли, Нёвиллет, добродушие вашей Богини не будет вечным. - С тяжелым сердцем отклоняем ваше предложение. - тактично отказался герцог. Сумерки давно сгустились темнотой ночи. Из-за тяжелых плывущих кучевых облаков периодически показывалась полная луна. То тут, то там слышались завывания и рычания, но звери так и не решались нападать на них. Фурина все гадала, о каких монстрах говорил Нёвиллет. Да и Юлий как-то слишком подозрительно оборачивался на каждый шорох, словно им в действительности что-то могло угрожать. Ссора с Юлием быстро сошла на нет, Фурина не привыкла долго хранить обиду, если дело, разумеется, не касалось Сциллы, да и сам жрец был по натуре отходчивым, поэтому преспокойным тоном предложил: - Если мы переберемся хотя бы до пляжа? - Можно. - сразу согласилась Фурина. - Вы моей смерти хотите. - вздохнул Ризли. Фурина почувствовала на своей спине взгляд. Сначала он был один, затем к нему прибавилась еще пара десятков. Это уже не волки. - Так будет лучше. - вопреки ожиданиям Фурины согласился ее жрец. - Мне не нравится здесь. Фурина кинула быстрый взгляд через плечо - всюду была кромешная темнота - хоть глаз выколи. Дорогу им освещал огонь Феникса, поэтому глаза Фурины не сразу различили едва заметные голубые крохотные огоньки в темноте леса. Однако, пока глаза пытались сопоставить два и два, инстинкты уже знали ответ. - Мне завтра с утра на работу, если меня опять придется откачивать, боюсь, я умру от истощения прямо в своем кабинете. Голос у Ризли сначала был шутливым, он явно отпирался от предложения Юлия из-за того, что это было предложение Юлия, но, под конец его голос перешел на шепот. - Фурина. - позвал Цезарь. Послышались осторожные, почти невесомые шаги. По пропитанной влагой земле, по густой мокрой траве, сквозь многочисленные ветви деревьев. Ризли не слышал их, но на интуитивном уровне ощущал присутствие зверя рядом. Фурина же слышала их передвижения настолько отчетливо, что уже знала вес и размер противников. Нёвиллет, будучи тем, кто опирается на слух всю свою жизнь, сразу же обернулся на шорох. Фурина почувствовала его ладонь на своем предплечье. - Знаю. - ответила она. Она осторожно двинула ведущей рукой - Нёвиллет тут же убрал ладонь - вынула меч из ножен и в эту же секунду рассекла им воздух. Послышался характерный звук лезвия, разрезающего плоть, после которого последовал предсмертный скулеж. Фурина ступила в сторону тела животного, какая-то тварь в это же время решила кинуться на нее, но Фурина пробила ей голову рукоятью меча. - Юлий, защищай братьев. - властным тоном приказала Фурина, всматриваясь в труп зверя. Это была странная и очень уродливая помесь медведя, волка и оленя. Большое массивное тело, преимущественно обладающее волчьими чертами, три пары ног с мягкими копытами и преступно уродливая морда. Красоту картины дополняли два темно-синих рога на голове. Оба поверженных Фуриной зверя были физиологически очень похожи друг на друга, и от обычных обитателей леса их отличала ненормальная концентрация элемента Гидро в крови. Сразу стало понятно - эти твари не были выведены естественным путем. Их словно... - Сшили магией... - сказала вслух Фурина. Она опустилась на колено и коснулась толстой шеи зверя. Метки, красующиеся аккурат над жизненно важными артериями, очень удивили Фурину. Три? Несколько сонных артерий? А удивить Фурину почти невозможно. Это три разных зверя, которым поставили метки Гидро, и насильно слили их тела в одно... Пресвятые пузырины... - Юлий. - на автомате выпалила она его имя. Картина происходящего перестала казаться реальной и ощущалась далеким бредовым сном. - Фурина? Голос жреца звучал так нервно, что Фурина моментально опомнилась: - Бери Нёвиллета и Ризли и беги. Стоило ей закончить говорить, как со всех сторон начали приближаться монстры. Фурина стремительно и без колебаний отрезала им головы, но тварей было так много, что Юлию пришлось окружить себя и братьев кольцом из огня. Лес он бы не поджог своей магией, но и твари, переполненные Гидро энергией, умудрялись создавать бреши в его защите. Фурина не стала прибегать к своим силам. Истинным силам. Таким, от которых материки трясутся, а острова галопом скачут прочь от нее. Помимо этих тварей, лес переполнен и другой живностью. Фурине особо не было до них дела, но питомцев Сциллы она не хотела бы тревожить. Радовало одно - среди наступающих на них тварей не было тех, кого взрастил сам Дракон, следовательно, Выродок, который сотворил этот ужас со всеми этими животными, так и не добрался до озера Фурины и Фокалорс. Один за другим она тихо и быстро избавлялась от существ, пока одна из тварей не подобралась так близко, что едва не укусила ее. Фурина воткнула ей в пасть меч, который сразу же пошел трещинами от остроты клыков, вонзенных в него. Оружие рассыпалось, но Фурине почему-то стало только легче. Этот меч следовало уничтожить уже давно. Теперь Фурина голыми руками сворачивала шеи и пробивала головы. Эти существа были во много раз сильнее обычных лесных зверей. - Ризли, - позвала она, оттесняя тварей подальше от огненного кольца, - можете не искать тела людей с метками... - Этот Выродок ставил опыты на животных... - ахнул Юлий. - Как такое возможно?! Разве такую тварь можно создать самому?! - Гидро позволяет. Фурина уже сталкивалась с подобным, правда, в то время ей приходилось охотиться на ведьм и алхимиков, сотворивших подобное с низшими элементальными существами. Среди злобных рыков, лязга зубов и приятных звуков рвущейся плоти, Фурина различила какой-то инородный вой. Настолько схожий с животным, что Фурина не сразу поверила в то, что это был человеческий голос. - Аврора наверняка была одной из первых подопытных. - сказала Фурина. - У этих следы от укусов свежие. Твари эти сильнее, быстрее и свирепее... Думаю, ими прямо сейчас кто-то управляет, раз они решили напасть. - Фурина, у меня есть револьвер! - крикнул ей Ризли. Но Фурина почти закончила. Она схватила одного зверя за рога и начала размахивать им на манер тяжелого клеймора, отбрасывая тварей в сторону деревьев с силой, чтобы те от удара ломали себе спины. Позади послышалось очередное рычание. Фурина повернула голову в сторону звука - в темноте ночи кто-то очень ловкий и мохнатый быстро и методично прокусывал шеи тварям, умудрялся отрывать им лапы своими, хотя этот шерстяной помощник был в разы меньше тех Гидро существ. Точнее - это была самка... Волчица... Фурина узнала ее по ауре. По глубине аметистовых глаз. По шерсти цвета сумеречного неба, готовящегося покрыться густыми черными мазками ночи. Фурина столько раз пропускала длинные локоны такого же оттенка между пальцев, что не узнать не могла. Когда последняя тварь была повержена, Юлий убрал защитное заклинание и озарил огнем местность - всюду валялись изуродованные при жизни трупы животных, нашедших вечный покой в руках Фурины. - Вы пропустили последнего. - сказал Ризли Фурине, когда на свет вышла волчица. Его рука лежала на кобуре, Фурине следовало бы что-то предпринять, сказать хоть что-то, но она стояла столбом и не могла проронить ни слова. Она запрещала себе вспоминать их, запрещала думать о них, пыталась презирать и ненавидеть, но не могла. - Фурина, что происходит? - спросил Юлий, но, всмотревшись в морду волчицы внимательнее, он схватил Ризли за макушку и отвернул его лицо в сторону, а сам опустил взгляд в землю. - Ты чего? - недоумевал Ризли. - Это эриния. - шепотом сказал жрец. После этих слов отвернулся даже слепой Нёвиллет. Когда взгляды мужчин были обращены не на эринию - та приняла облик женщины. Высокой, фигуристой, не обделенной красотой самой нимфы. Упругие полные груди подрагивали в такт ее грациозной - иронично - кошачьей походке, взгляд сливовых глаз был устремлен только на Фурину. Она отбросила длинный непослушный локон темных волос за плечо, позволяя Фурине смотреть на свое полностью нагое тело. - Я следила за их бытом три месяца, почти нашла их хозяина, а вы мне здесь все испортили. Холодный тон больно резанул по ушам. - Клоринда. - тепло произнес Юлий. - Как я рад тебе! Когда ты вернулась? Почему не объявилась? Клоринда даже не посмотрела на него - она не сводила цепкого взгляда с Фурины. - Я давно в городе, вы просто не замечали. В любом случае, вы наконец-то нашли Фурину, хоть какая-то польза от вас есть. - Оборотень? - спросила Фурина. - Серьезно? Клоринда широко улыбнулась, но улыбка эта была больше похожа на волчий оскал: - Узнаю мастера - только встретились, а ты уже ругаешь. Во рту Фурины пересохло: - Кто посмел обратить тебя? Какая сволочь возомнила, что может трогать эриний? Ее эриний? - Он уже мертв. - ответила Клоринда. - Так что это дело давно минувших лет. Что важнее... Она приблизилась к Фурине и положила мертвецки бледную холодную ладонь на предплечье: - Мы в этом лесу не одни. Фурине хватило мгновения, чтобы принять решение. Она была окружена двумя жрецами церкви Эгерии, высокопоставленным герцогом и эринией. А в противниках у нее как минимум два Выродка. В любой другой раз Фурина приняла бы бой без колебаний. В любой другой раз она бы с удовольствием пролила и свою, и чужую кровь. Но сейчас ей было, что терять. Фурине было тошно от себя, она Бог, которому не знакомо бегство. Это от нее сбегают. Это она самая могущественная фигура на поле боя. Но через пару секунд на устланной безобразными трупами земле остались лишь следы и дотлевающие огоньки магии Феникса. Я люблю Фурину. Я убежден в этом. И убеждение это настолько непоколебимое, что никто не в состоянии его оспорить. Родной брат не так близок мне, как она. Фурина - мой брат. Она моя сестра. Мать и отец. Она учит меня новому каждый день, потому что я круглый идиот. Она так говорит. Фурина - моя семья, пускай, она презирает меня за мое происхождение, пускай, я вызываю в ней только отторжение и ненависть. Она часть меня. Я готов отдать ей все, что у меня есть, лишь бы она чаще навещала нас. Она - мой лучший друг. Мне кажется, я понимаю Фокалорс в этом. Но Фурину я понять не могу. Если я знаю, что мои чувства к Фурине платонические, то для моих чувств к Фокалорс у меня нет должного названия. Фокалорс засела так глубоко в моей душе, что я не представляю себя без нее. Иногда мне кажется, что я думаю ее голосом. Когда я делаю вдох, то почему-то ощущаю аромат ее тела. Когда я закрываю глаза перед сном, я вижу ее так отчетливо, что кажется, будто ее лик отпечатался на обратной стороне моих век. Фокалорс. Фокалорс. Фокалорс. Только о ней и думаю, будто других важных дум у меня нет вовсе. Отец назвал это периодом гона, но я не уверен. С нами с Левиафаном что-то не так. За две тысячи лет я ни разу не испытывал влечения. А Левиафан этот период встретил будучи взрослым Драконом. Да и Фурина говорила, что я слишком долго развивался в детстве, сказала, что гены у отца плохие... Как же сложно... Мать сказала не приближаться к Фокалорс, потому что Фурина нас не пощадит... А я не могу... меня так тянет к ней, что иногда я тешу себя фантазиями о том, что и ее тянет ко мне так же... Фурина меня никогда не пощадит, иногда я просыпаюсь посреди ночи после кошмаров, в которых она нас всех убивала... Как странно... Сны такие четкие и одинаковые, что поджилки трясутся еще несколько дней после таких ночей. Отец говорил, что покойный дедушка видел вещие сны, что такое случается с избранными, но мне никогда не снилось ничего, что сбывалось... Буду надеяться, что это лишь мое воображение. Личный дневник Сциллы. Страница сто тринадцать. Дата неизвестна. Предположительно - за девятьсот лет до убийства Фуриной.