Часть 11

«Моя дорогая Фурина, Жизнь идет своим чередом. Фонтейн начал привыкать к твоему отсутствию, но я - нет. Мне все время мерещится твой образ. Твой лик намертво отпечатался перед глазами, я стал все чаще видеть тебя в своих снах. Каждый раз, когда мы с Фокалорс куда-нибудь отлучаемся, мне мерещится, что ты рядом с нами. Я все жду, когда ты снова подойдешь ко мне и обзовешь, скажешь, что я зря родился. Иногда я сам бормочу эти слова себе под нос. То ли от безмерной тоски, то ли осознавая, что ты права. Фокалорс предпочитает не говорить о тебе. И пускай твой уход ранил меня сильнее, чем я ожидал, сама Фокалорс кажется мне настолько отрешенной и одинокой, что я начинаю жалеть о том, что стал причиной вашей разлуки. Блеск в ее глазах исчез, она перестала улыбаться. Больше нет в ее голосе привычных ноток мягкости и нежности. Она так опустошена твоим отсутствием, что я готов сдаться в любую секунду. Как бы я хотел, чтобы все сложилось иначе, но я не могу. У меня появился долг, о котором я не просил, но который я обязан исполнить. Я должен сделать все, чтобы моя семья была счастлива, хотя мои сны говорят об обратном. Я уже много ночей вижу тебя в отдалении от нас. Вижу море крови на снегу, вижу порт Инадзумы, охваченный огнем из-за тебя, вижу пустынников, которых ты ведешь через подземные пещеры, кишащими монстрами Бездны. Я не знаю, где ты сейчас, Барбатос просто передает письма по ветру, отказывается раскрывать твое местоположение, но то, что я вижу, убивает меня. Ты с таким отчаянием пьешь, что твоя боль стократно усиливает мою. Я не знал, что известие о нашей свадьбе так сильно повлияет на тебя. Хотел бы я, чтобы все было иначе. Я больше не могу просить тебя вернуться, потому что знаю, что то, что вернется к нам будет не тобой. Моя Фурина отказалась от меня, и я буду нести этот груз всю оставшуюся жизнь. Но я прошу навестить хотя бы Фокалорс. Она так скучает по тебе, что перестала смотреть в свое отражение. Юлию пришлось все утро собирать ее волосы, потому что она перестала глядеть на воду, давясь тоской по тебе. Не вини сестру. Это я довел нас всех до такого. Если хочешь кого-то наказать - наказывай меня. Фокалорс пришлось сделать выбор не в твою пользу, и она жалеет об этом каждую секунду, что проводит подле меня. Я знаю, что навсегда останусь для нее вторым местом, знаю, что тебя для нее никто не затмит, но я бы никогда не стал претендовать. Твоя сестра любит тебя больше всех. Ты как несколько тысяч светил в небе, как глоток свежей воды, а она страждущий по темной пустыне и страдающий от обезвоживания бедуин. Без тебя Фокалорс не живет, а существует. Прошу, Фурина... вернись хотя бы на минуту, дай ей увидеть тебя, верни в мою любовь жизнь...» Очередное письмо Сциллы Фурине. Было скомкано и брошено в воду в запечатанном виде. - Не умер? - неуверенно спросил Нёвиллет. - Не умер. - с нажимом повторила Фурина. Она приподнялась на локтях так, чтобы нависнуть над его лицом и чувствовать кожей его сбивчивое горячее дыхание. Его пульс мгновенно подскочил, сердце начало бешено колотиться о ребра, стуча в ее предплечье. - Почему я должен был умереть? Глупый вопрос, не требующий ответа. Фурина усмехнулась: - Как ты думаешь, Нёвиллет, почему только жрецам дано делить со мной ложе? Он замолчал в наигранном недоумении, а Фурина продолжила: - У бессмертных с давних пор стоит запрет на соитие со смертными. - Из-за возможности рождения Выродка... - ответил Нёвиллет. - Почти. - кивнула Фурина. - Но даже если смертная женщина сможет забеременеть от Дракона, то для начала она должна пережить сам процесс. Понимаешь, Нёвиллет, секс с бессмертным существом опасен для жизни. Смертное тело может не пережить таких нагрузок. Эта смерть мучительная и долгая, особенно для женщин. Но и мужчин это тоже касается. Я сама поставила себе этот запрет, лишив себя соития со смертными на долгие столетия, потому что даже Боги не всегда остаются в сознании после ночи со мной. А жрецов в давние времена с пеленок готовили к тому, что Богиня может воспользоваться ими в любой момент, чего они точно не смогут пережить. Нёвиллет дрогнул всем телом, понимая, куда клонит Фурина. - Признаться, с Драконами я не спала, не знаю, выдержали бы они, потому что даже сильнейших бессмертных мне не везло по неосторожности ломать во время секса. Но я и подумать не могла, что Выродок сможет выстоять. Ты чересчур вынослив и силен, раз способен здраво рассуждать и разговаривать. Это из-за элементаля? Нёвиллет молчал. Молчал так долго, что Фурина, устав ждать, села на нем, уперевшись руками в его плечи. - Почему я не почувствовала его в тебе с самого начала? - Сосуд. - спустя время ответил Нёвиллет. - Я не стал его ломать. Силы Фокалорс все еще запечатаны во мне. - Умно. Ты бы выдал себя, если бы принял силы. И все бы поняли, кто ты. Нёвиллета мелко затрясло. Фурина приложила силу, пригвоздив его намертво к лежанке так, чтобы тот не смог шевельнуться. - Я просила тебя убраться с плато... Просила! - голос сорвался. - Зачем ты остался?! Ты хоть понимаешь, что бы было, если бы тебя убили и забрали элементаль?! - Я не мог уйти. - Не смей врать! - Я обещал. - Обещал лгать мне и предать меня? Кому ты мог пообещать такую подлость?! Нёвиллет не ответил. Но молчание его было таким громким, что Фурина сама догадалась: - Фокалорс... Фурина глупо захлопала глазами, чувствуя себя загнанным в угол зверем. Фокалорс ведь много раз виделась с Нёвиллетом. В интригах и заговорах ей не было равных, если бы она захотела обмануть само мироздание - она бы это непременно сделала. Неудивительно, что Нёвиллет столько лет умудрялся оставаться для всех слепым смертным, обманывая даже самых близких ему людей. След влияния Фокалорс на него чувствовался с самого начала, только Фурина разглядела его только в эту секунду. - Она пришла ко мне в день своей смерти. Сказала, что только ты сможешь защитить Фонтейн, что я должен сделать все, что в моих силах, чтобы уберечь тебя от всех опасностей, с которыми тебе предстоит столкнуться. - Защитить меня?! - еще громче запричитала Фурина. - Притворяясь моим жрецом?! Ты посягнул на святое, Нёвиллет! Зачем нужно было столько лет тратить на притворство? Моя вера для тебя лишь способ всех обмануть? О какой защите идет речь, когда ты о себе позаботиться не в состоянии?! Если бы я не явилась, Ромул бы убил тебя! Об этом тебя тоже моя сестра попросила?! Как ты можешь ей прикрываться?! Нёвиллет попытался резко сесть, но Фурина приложила еще больше сил, чтобы удержать его на месте. Солома под его спиной хрустнула, корпус жреца на половину погрузился в лежанку. - Я сам стал верховным жрецом. - ответил он. - Это было моим желанием. - Ни единому слову. - ядовито выплюнула Фурина. - Ни единому слову твоему не верю! Сколько раз ты мог обо всем рассказать?! - Я не лгал, когда говорил о вере или своих чувствах. Ты - все, что у меня есть, ради тебя я предал всех, даже своих братьев. Фокалорс... - Не смей произносить ее имя! - Фокалорс. - его голос стал серьезным. - И Сцилла. Они были моей семьей. Но они пожертвовали всем ради тебя и Тейвата. Мне ничего не оставалось, кроме как послушать твою сестру. Она приказала мне следовать за тобой в любую Бездну и быть твоим щитом. Мне было шесть! Я был ребенком! Но я был готов умереть ради Фокалорс! Я был готов умереть ради тебя! Я ждал тебя все время, но ты бросила меня в воду и ушла! Даже так я остался верен словам твоей сестры! Я прошел через весь этот кошмар сам! И сам разрушил жизни Ромула и Рема ради тебя! Ярость накрыла Фурину с головой, она вдавила жреца еще глубже в постель. - Даже сблизился со мной из-за обещания, данного моей сестре?! - Нет! - выпалил Нёвиллет. - Не верю! - Это правда! - его голос тоже сорвался на отчаянный крик. - Я хотел сам избавиться от Ромула и Ремуса, хотел, чтобы ты не появлялась до тех пор, пока Фонтейн не окажется в полной безопасности от такой угрозы! У меня почти получилось, но Ризли нашел тебя и вернул. Я не знал, что он воспримет мою шутку всерьез. Шутка? О том, что меня надо искать там, куда не ступает нога смертных и бессмертных? Об этом говорил Ризли... - Почему ты тогда лгал мне? - Боялся. - признался Нёвиллет. - Сначала боялся, что ты прикончишь меня до того, как я отомщу за твою сестру и Сциллу. Хотел, чтобы ты ушла, чтобы обвиняла Гидро Драконов, потому что это лучше, чем то, во что мы теперь вляпались... Хватка Фурины ослабла, а Нёвиллет смог вдохнуть. - Сначала? - не поняла она. - Да. Сначала. Я хотел, чтобы позор Гидро Драконов так и оставался тайной, чтобы смертные и бессмертные не порочили их память. Чтобы никто не знал о преступлениях Тритона и Левиафана. Фурина вдруг поняла, что хотела бы того же. Уж лучше бы все винили ее в убийстве семьи Гидро Драконов. Лучше бы она была вечным злодеем. Так правильнее. Так привычнее. - Но даже так я никогда не думал предать ни Фокалорс, ни тебя. Я стал единственным твоим жрецом. Твой храм - мой дом. Твоя вера - мое дыхание. Я принадлежал тебе с первого своего вздоха, Фурина. Я это понял, когда увидел тебя в доках. Сначала я боялся, что из-за тебя мой план пойдет под откос. Потом я боялся, что ты не примешь меня таким. Он ровно сел, из-за чего Фурина съехала на его бедра. Нёвиллет невесомо коснулся ее спины, то ли поддерживая, то ли боясь положить ладонь полностью. - Я тварь. Худшее существо на планете. Я не должен был рождаться. Я знаю это, но я никуда не могу деться от тебя. Как бы ни хотел, как бы ни пытался - я все равно вернусь к тебе. Я не думал, что все обернется так. Я правда надеялся, что ты будешь считать меня смертным слепцом, хотел менять облик, старея. Хотел, чтобы ты похоронила меня с почестями. И потом я сбежал бы на другой край света, как ты и хотела, но я не смогу этого сделать. Я думал, что мои братья - центр моего мира, обманывал себя этим, хотел, чтобы так и было, но... - Ризли умер этой ночью. - не выдержала Фурина. Нёвиллет остановился. Фурина была готова поклясться, что видела, как его взгляд за черной повязкой стал мертвым и холодным. Руки Нёвиллета опустились безвольными плетями на постель. - Цефей застрелил его. Клоринде пришлось обратить его в волка. Теперь он ни жив, ни мертв. - Ризли... - сорвалось с губ Нёвиллета. - Он сейчас терпит первые дни обращения. Это боль, которая нам с тобой даже не снилась, учитывая его возраст и рану. Фурина не могла остановиться, сама не понимала, зачем говорит об этом так, она не знала чего хотела больше: чтобы только Нёвиллету было больно, или им двоим. - Почему ты не сказала раньше? - Потому что сомневалась в тебе. Фурина потянулась к его лицу и сняла повязку. В драконьих глазах застыли слезы горечи, но Нёвиллет старался не проронить ни слезинки. Явно винил во всем себя, но понимал, что без жертв не обошлось бы. Рана от смерти принцев все еще была свежа, а смерть Ризли его добила окончательно. - И сомневаюсь до сих пор. - добавила Фурина. - Я уже не понимаю, когда ты говоришь правду, а когда лжешь. Глаза у Нёвиллета были прекрасными. Яркими, точно солнечный день, заволоченный грозовыми тучами с пурпурным отливом. И вроде бы солнце не слепит, но смотреть больно. Фурина аккуратно провела пальцем по влажной дуге ресниц. - Об этих глазах я плакалась тебе, пока ты спокойно слушал. Я не знаю, чего ты добиваешься. Если ты хочешь избавиться от Выродков сам - я не стану препятствовать и вмешиваться. Неважно, какие цели ты преследуешь. Неважно, просьба это моей сестры или нет. Из всех шансов сказать правду и стать со мной еще ближе ты выбрал то, что оттолкнуло меня. Я не терплю предателей. Но сделать тебе ничего не смогу. Фурина встала с его бедер и подошла к сваленной в кучу одежде, достала все еще мокрые брюки и натянула их, прикидывая, чем можно прикрыть грудь. - Эта ночь была проверкой? - Да. - соврала Фурина. - Ты сильнее, чем я думала. Если твой план так хорош, тогда я покину тебя, и ты сможешь его завершить. - Снова уходишь? - его голос охрип. Рубашка Нёвиллета оказалась лучшим вариантом, поэтому Фурина надела ее. Не желая тратить время на мириады пуговиц, она просто оставила мокрую ткань свободно облегать ее тело. - У меня есть незаконченное дело. Мне нужно отлучиться на пару дней. - Фонтейн принял своего Бога обратно. Ты не можешь еще раз бросить страну. - Я сказала, что ухожу ненадолго. И ты больше не можешь так свободно разговаривать со мной, сын Тритона. - постаралась сделать будничный тон Фурина. - Могу. - возразил Нёвиллет. - Нет. Ты больше не жрец моего храма. Не по статусу. Нёвиллет теперь единственный старший наследник Гидро Драконов. Он не может посвятить всю свою жизнь служению Богу. Умереть заживо можно было. Фурина увидела этот феномен в остекленевшем взгляде Нёвиллета. Фурина ждала ответных обвинений. Ждала, что он уличит ее во лжи, хотела поругаться и разнести пещеру по камешкам, но Нёвиллет остался неподвижно сидеть на сломанной лежанке. - Я убью их. - спустя время заговорил Нёвиллет. - И покину плато. Никогда не вернусь, клянусь. Ты больше не услышишь обо мне, только прошу, не бросай Фонтейн. И не посмею, пронеслось в голове, но сейчас я должна завершить начатое. Вслух сказала: - Хорошо. И в это же мгновение покинула озеро Урании, оставив Нёвиллета наедине со своими мыслями.

***

Воздух за барьером казался тяжелым. Повсюду летали остатки элементальной Гео энергии. Тяжелые кучевые облака были раздроблены на тысячи осколков, но неустанно плыли вдаль так, словно ничего не случилось. Будто бы небо не обратили в решето. Когда Фурина вышла за пределы леса Эринии, полил сильный дождь, словно разрезанные вдоль и поперек облака перестали сдерживать ливень в своих тисках. Легкие сотрясала могущественная магия, настолько сильная, что ее можно было потрогать. Барьер Фокалорс скрыл их с Нёвиллетом от Тейвата на несколько часов. За это время разразилась большая битва, расколовшая привычную беспечную жизнь на «до» и «после». Фурина ощущала остатки Гео магии так отчетливо, что на секунду решила, будто Моракс решил напасть на Фонтейн. Но город стоял как ни в чем не бывало. Люди голосили повсюду о великом сражении в Ли Юэ, которое раскололо гору Хулао на насколько частей. Поговаривали будто бы Фурина разозлилась и уничтожила обитель великих Гео Драконов в отместку за что-то древнее, кто-то приплел стародавний конфликт Богини с Аждахой. Слухи нарастали быстро, но единственный, кто смог объяснить Фурине, что произошло на самом деле, нашелся в заброшенном храме Богини Фурины. - Аждаха мертв. - первое, что произнес при встрече Юлий. - Кто-то забил его и главную наследницу до смерти. Фурина застыла на пороге своего храма, не веря своим ушам: - Что? - Гео Владыка и его старшая дочь убиты. - повторил жрец. - Кто-то забил их в их собственном доме, но оставил младших дочерей в живых. - Моракс? Нет, он не мог... Юлий покачал головой: - Моракс в это время был в Инадзуме. Кто-то прислал ему письмо, в котором говорилось, что на Электро Драконов готовится покушение, и решил сам разобраться в этом деле... Его обманули, чтобы тот не успел на подмогу к Драконам. Фурина схватилась за голову: - Кто посмел бы пойти на такое преступление?! Кто из бессмертных способен на убийство одного из сильнейших Владык?! Юлий красноречиво на нее посмотрел: - Только Гео Богу и тебе под силу такое. Вот и говори, где вы с Нёвиллетом были этой ночью? - Дома. - тут же  ответила она. - Мы были дома... Юлий внимательно осмотрел ее, задержавшись взглядом на рубашке Нёвиллета. - Он жив? - Более чем. - Бездна. - выпалил Феникс. Юлий нервно нахаживал круги по храму, заламывая руки. - На сына Тритона мы рассчитывать не можем. Но не думаю, что Нёвиллет пойдет на конфликт с тобой. Но и в битву вместе с нами он навряд ли вступит. - Фокалорс. - тут же сказала Фурина. - Нёвиллет сказал, что Фокалорс просила его позаботиться обо мне. Юлий замер, вперив тяжелый взгляд в пол. - Она могла. Но откуда ей было знать? - Сны Сциллы? - предположила Фурина. - Уран мог видеть будущее. У Сциллы были задатки провидца. - Ему снился немыслимый бред, который подкреплялся бурной фантазией. - возразил Юлий. - Помнишь, он говорил о сне, где я взял целое плато в плен, а ты на пару с каким-то Аврелием меня победила? - Но он видел Аврелия подле меня. - ответила Фурина. - А Нёвиллет сын Флер, значит, и в снах Сциллы была толика правды. - Это не отменяет того, что мы не можем Нёвиллету полностью доверять. - голос Цезаря стал холодным и острым, точно лезвие ножа. Было видно, как ему тяжело говорить о таком. - Мой брат сильнее тебя. И он оказался предателем. Мы больше не можем полагаться на того, кто отвернулся от тебя. Нам нужно отправиться на совет в Ли Юэ. Надо подтвердить твою невиновность и убедить, что в момент убийства ты была здесь. У нас появился новый враг, если он с такой легкостью расправился с Драконом... Шестеренки в голове снова с древним скрипучим скрежетом зашевелились. Кто мог убить Гео Дракона? Кому под силу такое? Кто, кроме Выродков и самой Фурины способен на такое зверство? Кому под силу забить до смерти отца и дочь? И почему именно их? Кто из бессмертных мира сего может взять на себя такую немыслимую тяжесть? Ответ был так же ясен, как проблески солнечного света в глазах Нёвиллета. Кто-то, кто был взращен кем-то немыслимо сильным. Кто-то, кто способен на коварство. Кто-то, для кого слова «предательство» и «отчуждение» были так же понятны, как и Фурине. - Нет. - перебила Юлия Фурина. - Но тогда это убийство на тебя скинут! - возразил Юлий. - Мы итак по уши в дерьме, не хватало еще одного обозленного на мир Выродка! Это был не Выродок. Не Выродок убил Гео Драконов. Но кто-то, кто очень близок по силе к Выродку. А единственные существа, которые могли расправиться с Богом или Драконом, были... Фурина смерила жреца тяжелым взглядом. Возле жертвенника послышалось шевеление. Из-за статуи Фурины вышла обнаженная Клоринда, позади которой на четырех лапах заваливаясь в разные стороны несмело передвигался белый волк с голубыми глазами. - Мой волк! - уголки губ дернулись вверх. Фурина дождалась, когда Ризли сам к ней приблизится, и присела, запуская ладонь в густую мягкую шерсть. - Как он? - Тяжело. - отозвалась Клоринда. - Но справляется лучше многих. Ризли подался вперед, позволяя Богине себя рассмотреть. Фурина погладила белоснежную спину и принялась ласково почесывать герцога за ухом. - Со временем привыкнешь. - мягко улыбнулась ему Фурина. Волк в ответ проскулил что-то, что напоминало жалобу, вероятно, забыл, что человеческая речь зверю неподвластна. Ризли поднял взгляд на Юлия, тот ответил: - Час назад пришло письмо от Арлекино. Все Архонты и Драконы собрались в Ли Юэ, чтобы расследовать убийство. - Кому что, а бессмертным лишь бы посудачить... - закатила глаза Фурина. - Мы не можем вмешиваться в это дело. - Но почему?! - не унимался Юлий. - Мы итак остались почти без союзников! Кто встанет на нашу сторону, если все посчитают, что это ты убила Гео Драконов?! Фурина вздохнула и перевела взгляд за окно. Снежная буря успокоилась, но дождь - нет. Лед сковал воды, покрыв их своим белым толстым слоем. А дождь мягко целовал его, пытаясь найти утешение хотя бы в холоде. У Фурины был выбор. Она может доказать свою невиновность, но не станет. Это ее вечное бремя, ее боль, которую она носит в себе веками. Это ее кредо, которое приводит ее в Ли Юэ который год на поиски того, кого она сама уже не знает. Взгляд невольно падает на Клоринду - та стоит с лицом, будто понимает все, будто для нее это дело само собой разумеющееся. Сколько лет Фурина потратила на то, чтобы доказать ей, что ценит всех эриний одинаково? В пустых руках снова забилось крохотное сердечко. Пальцы снова ощутили тепло маленьких светлых ножек, а в нос ударил забытый, молочный, сладкий аромат. Фурина закаленными от вечных ударов судьбы щеками ощутила мягкость пушка золотистых волос. Фурине стыдно за эти мысли, но и сделать с собой она ничего не могла. - Аждаху убила я. - твердо заявила она. - И мы будем говорить об этом так, будто это правда. Юлия передернуло: - Зачем покрывать настоящего убийцу? Кто вообще способен на такое, кроме тебя? Ответ лежал на поверхности. Фурина могла забить до смерти Аждаху, следовательно, Фурина это и сделала. Только не сама. А тот, кто мог бы быть ею. Тот, кто перенял от нее самые худшие и лучшие ее качества. В глазах Феникса промелькнуло короткое осознание. - Тысяча лет... - прошептал он. - Всемилостивая Фокалорс! Фурина, не говори, что их убила... Это имя до сих пор поражало грудь хлеще тысячи стрел. Даже спустя десять веков одно только имя могло сбить Фурину с ног и лишить всяких сил. Ради меня, промелькнуло в сознании. Ради меня. - У нас есть дела поважнее. - снова перебила его она, стараясь совладать с эмоциями. - Со смертью Аждахи и принцессы Ту разберемся позже. - Нам нужна Арлекино. Здесь. - настояла Клоринда. - Мы одни не справимся. Очевидно, что... - поймав осоловелый взгляд Фурины, Клоринда запнулась, - она ранена и первым делом бежит сюда. Мы должны ее защитить. - Я понимаю. - кивнула Фурина. - И я буду защищать вас всех. Но мне нужно похоронить Фокалорс. Я больше не хочу нести этот груз. И сейчас никто не пойдет на открытый конфликт. Ромул ранен, Ремус обессилен, Драконы и Боги заняты. Другой возможности у меня может не быть. Фурина повернулась к Юлию: - Без тебя я не смогу ее перевести. Клоринда останется с Ризли, лучше нее в обращении никто не разбирается. Юлий прикрыл глаза, считая про себя, убеждая себя в том, что эта идея правильна. Собрав все остатки воли в кулак, он ответил: - Отправимся сейчас. Я буду рядом. Не бойся ничего. Фурина не боялась. Страх за собственную шкуру покинул ее много веков назад. Но ее слабость горчила на языке и отравляла кровь. На промерзшем полу тут же заискрились мириады частиц Пиро энергии, они буйным красным вихрем закручивались в портал, открывая проход в безмолвную снежную пустыню, куда не ступает даже нога бессмертного. Фурина напоследок крепко обняла Ризли, нервно машущего хвостом. - Не переживай, мой волк, - вымучено улыбнулась она для пущей уверенности. - Я вернусь к вам очень скоро.

***

- Принцесса Ту поддерживала любую идею отца. - рассуждала Фурина, пока они с Фениксом бродили сквозь завывающую метель. - Думаю, она тоже могла быть заодно с Ромулом и Ремусом. - Вполне очевидно. - кивал ей Юлий, проваливаясь в сугробы на каждом шагу. - Но другие принцессы? Я слышал, их почти не тронула битва. - Нюйва милосердна и любвеобильна. - ответила Фурина. - Однажды она подарила мне теплый плащ из своей кожи, чтобы тот грел меня во время зим. Думаю, она бы пошла против воли отца, потому что любые интриги ей противны. А ее младшие сестры далеки от политики. Выходит, Нюйва новая Владыка Гео. Юлий покачал головой: - Думаю, выберут Гуй Чжун. - Эта малышка еще недостаточно сильна, чтобы править. - Моракс выказывает к ней особое расположение. - чуть тише сказал Юлий, словно это был секрет. - Их союз даст больше плодов, чем правление Нюйвы и Моракса. - Их никто не поддержит. - Мир готов к переменам. - покачал головой Юлий. - Даже ты вступила в союз с Выродком. - Короткий. - поправила его Фурина. - Но вступила. Даже если мы победим, если выйдем сухими из воды, что будет дальше? Нёвиллета казнят, когда узнают о его происхождении. - Не позволю. - резко бросила Фурина. - В том и дело. - продолжил Феникс. - Теперь все иначе. Драконы и Боги уже давно переступили черту ненависти, Фокалорс и Сцилла прямое тому доказательство. А Выродки? Они ходят среди людей, некоторые становятся лекарями, которые спасают тысячи человеческих жизней. Внебрачные дети Аждахи, ты же слышала о них, они оберегают Ли Юэ. Даже Барбатос и Двалин приняли нескольких Выродков в свои владения, а те верно им служат. Мир давно начал меняться, просто никто не хочет это признавать... А ты? - А что я? - сделала глупое лицо Фурина. - Не притворяйся. Нёвиллет ведь твой мужчина, это видят все. Мужчина. Фурина зажмурилась, чувствуя стыд. Мужчина. С каких пор к ее важной величественной персоне кого-то приписывают? Она - сильнейшая из всех, ей не нужны мужчины. Но Нёвиллет почему-то всегда ощущался правильно. С первой встречи, со слов о куртизанке, с первого касания. Люди и Боги восхваляют любовь, Фурина готова сама кланяться этому чувству, потому что оно творит настоящие чудеса. Но испытывает она подобное к Нёвиллету? Может ли она то же, что могла Эгерия и Фокалорс? Сестра, эринии и Юлий - ее слабости, та часть любви, которая заставляет и прыгать от восторга, и мучиться в агонии. А Нёвиллет? Нёвиллет другой и эмоции вызывает другие. Не такие. Фурина не может дать им название. Любовь? Разве можно любить кого-то, кого совсем не знаешь? - Нет. - попыталась убедить саму себя она. - Я разжаловала его и оставила дома. Когда все закончится, думаю, мы с ним разойдемся на разные концы света. - Глупая. - А как иначе?! - взревела вместе с вьюгой она. - Мой путь - темные углы Бездны и вечная боль! Ты всю жизнь страдаешь из-за меня! Мои эринии страдали из-за меня! До сих пор страдают! Арлекино вынудила Царицу пойти на сотрудничество с нами! Я знаю, что она не пошла бы на такой опрометчивый шаг без совета Крио Владыки! Клоринда много лет потратила на слежку за Оробаси, рискуя жизнью! А... - Фурина остановилась, вкладывая все свои силы в то, чтобы продолжить. - А Навия... моя золотая роза! Ты хоть понимаешь, что я сделаю со всеми нашими друзьями и врагами, если они узнают о ее преступлении?! Я ничего, кроме лишений не приношу. Даже моя сестра убила себя ради меня! И Сцилла! Мой... - с губ едва не сорвалось «брат». - Мы сами выбрали тебя. - ответил Феникс. - И не прикрывай страх близости бредовыми отговорками. - Я начинаю жалеть, что взяла тебя с собой. - Ты боишься, что не можешь дать ничего взамен. Но разве любовь это не про жертвы? А ты сама? Разве ты не жертвуешь собой ради нас? Даже если любовь для тебя кажется чем-то стыдным и запретным, ты все равно нас любишь. Перед глазами предстал ледяной дворец, вознесшийся среди бесконечных белоснежных равнин, будто созданный самим дыханием Крио. Каждая грань его стен переливалась прохладным сапфировым блеском, ледяные шпили тянулись вверх, теряясь в гуще беснующихся снежинок, стремясь достать облака, покрытых плотной серебряной пылью. Фурина теряла ощущение времени и пространства в этих снежных степях. По опыту судила, что прошел день или два, как они с Юлием покинули Фонтейн. - Я ничего не боюсь. - ответила Фурина, вглядываясь в высеченные магией символики двух Богинь на массивных ледяных дверях. - Это тебе следует бояться. - Чего? - усмехнулся жрец. - Обморожения? В нос ударили знакомые нотки клюквы, в которые намертво втерлась копоть и едва ощутимая на кончике языка сладость крови. На лице расползлась глупая улыбка: - Расплаты за сваренных Фатуи в Белло. Юний дернулся всем телом, озираясь по сторонам ошалелым взглядом. Убранство ледяного храма не изменилось. Что тридцать три года назад, что десять лет назад, когда Фурина была здесь в последний раз. Снаружи постройка казалась величественной, не уступала Мермонию в масштабах и красоте, но вся эта ледяная роскошь была лишь оберткой, скрывавшей в себе один единственный пустой зал изо льда. По центру на невысоком выступе стоял гроб из хрусталя. Единственным источником света был пламенный шар, озаряющий пространство вокруг гроба, из-за чего яркие блики, отражающийся от прозрачного стекла, невесело плясали на ледяных стенах. Увидев очертания тела Фокалорс в гробу, Юний запнулся об ногу и с грохотом рухнул на пол. - Моя Богиня. - едва слышно проговорил он. Юлий сломался быстро. Когда Фурина впервые увидела этот скромный дар Царицы, то первым делом рассыпалась в слезных благодарностях, а уже потом упала ниц перед телом сестры. Фурина бесцветным взглядом следила за тем, как Цезарь попытался встать и подойти к гробу, но вся его важная спесь мигом растворилась в шепотливых извинениях и молитвах. - Одна здесь все эти годы. - не найдя в себе силы подняться, подполз к гробу Юлий. - Одна в этой снежной пустыне, отрезанная от всех вод мира... Фурина! - рявкнул он. - Как ты могла?! Но ответ ему не был нужен. Он знал Фурину лучше многих. Мог оправдать любую ее выходку, пускай, ругал ее чаще, чем моргал и дышал. Уперевшись двумя руками в хрусталь, жрец поднялся над прозрачной крышкой, осматривая Фокалорс с ног до головы. - Моя Богиня, моя душа, моя любовь, моя несравненная госпожа, - обнял гроб он. - Прости, что не смог попрощаться . Прости, что отпустил твою блудную сестру странствовать по свету, пока твоя жизнь кипела хлеще лавовых озер. Моя Фокалорс... Фурина вдруг почувствовала сильный укол в сердце. Но то была боль за Феникса. Фурина уже смирилась с тем, что тело сестры больше не согреет ее, что голос Фокалорс навеки потерялся среди ветров, а воля и сила ее теперь жили в Нёвиллете. Фурина только недавно приняла ее смерть. Подойдя к гробу ближе, она положила ладони на дрожащие плечи Юлия. Кому было тяжелее всех? Ромулу и Ремусу, которых предали единственные, кому они могли доверять? Нёвиллету, который в одиночку всю жизнь несет невыносимый груз, который взвалили на него Богини? Покойным Драконам, чьи кости будут перемывать веками? Фурине, обрекшей всех на страдания? Или брошенному и покинутому всеми Юлию? Юлию, которому пришлось годами жить в страшном неведении, ожидая возвращения Фурины? - Ее нужно вернуть в Первые воды. - хлюпнул носом он. - Так не делается, Фурина. Ладно Драконы, они заслужили, но Фокалорс мы должны похоронить как следует... - Да. - кивнула она. - Заберем ее и отправимся домой. А как похороним, я подвешу на стенах головы Выродков. - Если найдете их, - Фурина вздрогнула, услышав знакомый голос за спиной, - мастер, Юлий. Фурина уже успела забыть, что она здесь. - Моя эриния. - Арлекино. - утер слезы Юлий. - Здравствуй. Эриния стояла в дальнем углу зала, скрываясь в темноте. Пиро Глаз Бога слабо мерцал где-то за ее спиной, озаряя светом ледяную стену. - Это ты переодела мою сестру? - почему-то спросила Фурина, сама не зная причину интереса. - Я видела на ней несколько платьев, когда приходила сюда, думала это Царица. - Крио Архонт решила оставить это дело мне. - медленно и четко отвечала Арлекино. - Посчитала, что мои прикосновения к телу Фокалорс не оскорбят тебя. Не оскорбят, подумала Фурина и тут же сказала: - Спасибо, что не оставляла ее все эти годы. - Я не могла иначе. Фурине захотелось к ней прикоснуться. Захотелось подойти вплотную, провести руками по платиновым волосам, начертить на сомкнутых веках очертания крестообразных зрачков, дать испить крови. Как это было раньше. Когда жизнь была ярче и желаннее. - Клоринда в Фонтейне. - дрогнувшим голосом произнесла Фурина. - Она много раз туда возвращалась, я знаю. Знаю, что ты тоже нарушила запрет Сциллы и пыталась вернуться... Осознав, что эти слова были лишними, Фурина замолчала. Незачем ворошить дела минувших столетий, когда все обиды были давно прощены, а ссоры потеряли смысл. Коротко улыбнувшись, эриния ответила: - Мы обе были там, когда узнали о смерти Фокалорс. Прошло много лет, но мы никогда не останемся в стороне, если ты в опасности. Я знаю, что сейчас не лучшее время для таких бесед, но пришло срочное сообщение от Клоринды. - Что еще? - тут же встрепенулся Феникс. - Выродки покинули Кур-де-Фонтейн. - голос ее стал серьезным. - И утром Царица прислала тревожную весть о том, что среди Драконов шепчутся о неких братьях, которые смогут заменить двух Богинь в Фонтейне. Дела в Тейвате обстоят неважно, поэтому нам следует вернуться. - Мы и не собирались задерживаться. - твердо ответил Юлий. - Мы пришли сюда только за телом. - Ремус исчез, но он не так опасен, как Ромул. - задумалась Фурина. - И Нёвиллет. - добавил Юлий. Фурина смерила его тяжелым взглядом, но никак протестовать его словам не стала. - Нёвиллет? - спросила Арлекино. - На Аврелия похожий? - Ты его знаешь? Арлекино смерила их недоуменным взглядом. - Да. - протянула она. - Знаю. Я видела его, когда переправлялась через Мондштадскую границу пару недель назад. Сначала подумала, что это тот жрец, о котором говорили Лини и Линетт, но потом поняла, что твой жрец не может... - Арлекино остановилась, красные зрачки опасно сверкнули в полутьме. - Так он третий Выродок. Мондштадт? Но что Нёвиллет там мог делать? - Нет! - тут же ответила сама себе Фурина. - Барбатос и Двалин никогда бы не посмели меня предать! Ты явно перепутала Нёвиллета с кем-то другим. - Фурина. - позвал ее Юлий. - Не верю! - гортанный крик Фурины отразился от стен ледяного дворца. Анемо Дракон и Анемо Архонт - разумеется - были со своими безумными царями в голове и проблем от них всегда было много, но Фурина всегда была убеждена, что если она когда-нибудь останется одна, а весь мир ополчится против нее, то Барбатос будет единственным, кто встанет на ее сторону. Пьянчуга с лирой и пьянчуга с чьей-то головой в руке - да их дуэт столько песен и стихов породил! - Это какая-то ошибка. - заявила Фурина. - Нёвиллет явно задумал избавиться от племянников. Неудивительно, что он привлек на свою сторону кого-то из Архонтов и Драконов. Но Барбатос ни за что не сядет пить за один стол с Ромулом и Ремусом! Ни за что! Вы поняли меня?! Из-за них мертва моя сестра! Фурина злобно зашагала по залу, причитая на манер Юлия: - Но Барбатос до сих пор ни разу не связывался со мной. Выходит, Нёвиллет ему предпочтительнее... Почему я узнаю об этом между делом?! Когда Нёвиллет мог покинуть Фонтейн? Ты сказала пару недель назад... - Когда принцы погибли. - кивнул Юлий. - Ты не могла найти его нигде... А если Нёвиллет собирает свою армию против Ромула и Ремуса? Тогда в этом есть смысл. - Кто еще с ним заодно? - Вполне вероятно, что Моракс и Буер. - спустя время ответила Арлекино. - И сестры Райден. - Почему ты так уверена? - Потому что Буер, как и Барбатос, знает о существовании Выродков в Фонтейне. От их магии не скрыться. Они знают, что произошло в день смерти Фокалорс, и приняли решение, за чью сторону бороться. Сестры Райден давно затаили обиду на Оробаси. Клоринда смогла спокойно следить за Электро Драконами только находясь под покровительством Архонтов. - А Моракс? Он только что потерял друга. - спросил Юлий. - Не думаю, что он не пожелает отомстить. - Это не подтвержденный факт. - неуверенно произнесла эриния. - Но у нас с Клориндой есть основания полагать, что тот, кто забил Аждаху и принцессу Ту, мог обучаться у Моракса. Или быть напрямую с ним связан. Неужели вы думаете, что Моракс сам бы отправился в Инадзуму по такому пустяковому делу? - Считаешь, он в сговоре? - Ты пытаешься связать два разных мира. - кивнул Фурине Юлий. - Но были очевидцы, которые видели в компании Моракса женщину с золотыми волосами. В мире множество таких женщин, но слишком много совпадений. - сказала Арлекино. - И сами подумайте: кто, кроме Фурины или Моракса мог пробить в Драконьем Хребте глубокий кратер? Кто грубой силой может сломать щит Владыки Гео? У нас с Клориндой алиби. Да и единственной, кто был по силе ближе всех к Фурине, была... - У нее никогда не было предрасположенности к Гео. - хрипло перебила Фурина. - Никогда. - Прошла тысяча лет. - покачала головой Арлекино. - Навия теперь другая. И если она решила так открыто пойти против Драконов, которые так и норовят от тебя избавиться... Фурина вдруг почувствовала себя иначе. Словно все прожитые годы разом свалились на ее пустую голову, обрели какой-то свой неподвластный ей самой смысл, и правильно уложились. Словно все, что было раньше - пепел в море, который растворился солеными водами. Она взглянула на тело сестры, а Фокалорс своим мертвенно бледным лицом будто отвечала: «После меня остался сын Тритона и Фонтейн. А что останется после тебя?» - Мне не нужны союзники. - решительно заявила она. - Мне будет достаточно вас. Возвращаемся в Фонтейн. Мы задержались. Во взгляде Юлия что-то загорелось, лицо его вытянулось в забытом Фуриной благоговении. Даже уголки губ Арлекино на секунду дрогнули. Феникс вскинул руки в стороны, пол вокруг хрустального гроба покрылся бесчисленным количество Пиро огоньков, которые тут же заискрились, собираясь в большой круг. Лицо Юлия тут же посерьезнело, он расчертил рукой воздух, а микроскопические светящиеся огоньки заплясали в обратную сторону. - В чем дело? - спросила Фурина. - Почему ты изменил маршрут? - Барьер. - нахмурился Юлий. - Гео барьер покрыл почти все плато, мы не сможем пройти незамеченными. В ледяном зале повисла тяжелая тишина. Фурина чувствовала на себе взгляды жреца и эринии, неотрывно глядя на преспокойное лицо Фокалорс. - Если Арлекино права, и Моракс заодно с Нёвиллетом, то Гео щит - предупреждение об опасности. В Фонтейне нас готовы встретить. - А если Моракс переметнулся к Выродкам? - встревоженно спросил Юлий. - Ты сказала, что оставила Нёвиллета на озере? Он не мог так быстро выбраться из барьера Фокалорс. Даже с элементалем. Как бы Моракс понял, что нужно поставить свой щит, и откуда он знает, что... - Барбатос. - ответила Фурина. - Эти двое уже в Фонтейне. Нет. В Фонтейне сейчас все бессмертные, ведь очевидно, что убийство Аждахи и принцессы нужно спросить с меня. Все еще не отрывая взгляда от лица сестры, Фурина четко и твердо произнесла: - В Фонтейне что-то происходит прямо сейчас. Вполне вероятно, что нашего участия и не потребуется. Сын Тритона в состоянии избавиться от Выродков, а его союзники помогут ему разрешить конфликты, которые возникнут, когда тайна смерти моей сестры и Сциллы всплывет наружу. Вину за смерть Гео Драконов я возьму на себя, но это расследование - не самая главная наша проблема. Фурина открыла крышку гроба и бережно коснулась бархатной мертвецки холодной кожи сестры. - Однако я не оставлю Фонтейн без защиты. Как и не оставлю Клоринду и Ризли с Флавиями без присмотра. Даже если Нёвиллет не солгал мне, да даже если солгал - я не позволю бесконечным спорам бессмертных как-либо навредить нашему плато. Фурина подняла на руки Фокалорс. Юлий и Арлекино тут же сняли с себя верхнюю одежду и принялись оборачивать ею тело Богини. - Фонтейн - моя земля. Я охраняла ее на заре времен. Если смертные и бессмертные забыли об этом - я им напомню. Юлий, создай портал в ближайший порт. - скомандовала она. - Мы зайдем с главного входа...

***

- Я сказала в ближайший, а не в самый дальний. - закатила глаза Фурина, когда магия Феникса перенесла их из ледяного дворца, стоящего посреди заснеженных полей, в плывущий в порт Ромарин туристический корабль из Сумеру. Портал жреца перенес их прямиком на палубу, где оживленные после сытного ужина туристы вели праздные беседы, наслаждаясь морскими видами. Их появление почти никто не заметил, точнее, их бы никто и так не заметил, не будь у Фурины на руках замотанное в одежды тело сестры. Прежде чем хоть кто-то обратил на них внимание, Фурина перенесла своих спутников в ближайшее пустое помещение - крохотная комнатка, где уборщицы хранили свой инвентарь. - Можешь не рассыпаться в благодарностях. - зажег свет Юлий. - Ты идиот, - зашипела Фурина. - Хочешь, чтобы я Фокалорс перевозила в таких условиях? - Воспользуйся головой. - скрестил руки на груди жрец. - Из Ромарина идет сеть подземных тоннелей, ведущая прямиком до Салосского плато. В тех же тоннелях находится деревня Меруси. Мелюзины позаботятся о Фокалорс, пока мы будем искать Клоринду, Навию и Ризли. - А что потом? - спросила Арлекино. - А потом я убью всех, кто мне не нравится. Ну то есть всех. Вообще всех. - сказала Фурина и получила от Феникса локтем прямо по ребрам. - Самое важное - не нарваться на неприятности. Пока что последим за бессмертными, посмотрим, что у них там происходит. Если Нёвиллет и его союзники собираются избавиться от наших основных врагов, то не будем лишний раз высовываться. Если сын Тритона не справится - вмешаемся. Корабль заметно замедлил ход, что означало, что через несколько минут они окажутся в порту Ромарин. - Наконец-то твой рот излагает умные мысли. - кивнул Юлий. Фурина хотела пнуть его под зад, но от ее резкого движения безвольная рука Фокалорс сползла с живота и плетью свисла вниз. - Моя родная, потерпи это унижение, это все твой безмозглый жрец. Сама знаешь, куринный мозг такой крошечный... - Волосы сожгу. - Я тебе руки переломаю... - Может, прекратите? - вздохнула Арлекино. - Более подходящего места не нашли? Юлий, создай проход в грузовой отсек, найдем, куда положить Богиню. - Хорошая идея. - согласилась Фурина. Магия Юлия перенесла их в просторное помещение, походящее на крытый базар. Отсеки с вещами из разных стран были похожи на отдельные палатки с товаром. Фурина сначала подумала, что перепутала лайнер с торговым кораблем, потому что грузовой отсек был наполнен сельскохозяйственным сырьем, но потом увидела отдельные стеллажи с вещами плывущих гостей судна. Послышалось рычание породистых псов, агрессия которых сдерживалась металлическими прутьями клеток, в которых они содержались. На Фурину животные редко проявляли такую агрессию, на Юлия - тоже. Что-то в атмосфере, царившей в грузовом отсеке корабля, насторожило Фурину. Чтобы такие ласковые и любвеобильные создания сорвались на такой звериный вой - нужно постараться. Фурина огляделась, помимо них в помещении никого не было. Взгляд зацепился за покрытый золотыми витиеватыми цветочными узорами чемодан, стоящий неподалеку от выхода. Чуткий нюх уловил до боли знакомые нотки крови. Не человеческой. Драконьей. - Я вижу подходящий ящик. - кивнула Арлекино на продолговатую деревянную коробку. Фурина бросила цепкий взгляд на чемодан, затем обернулась к эринии. - Там какую-то хрупкую статую везут. - открыл ящик Юлий. - Может, другой поищем? - Предлагаешь везти мою сестру в коробке из-под пузыринов? - съязвила Фурина. Юлий стоически выдержал ее взгляд, затем попытался поднять статую, но в одиночку он не справился, поэтому на помощь ему подоспела Арлекино. Фурина бегло оглядела статую - какой-то незнакомый ей мужчина, сидящий в раздумьях на камне. Безфкусица, фыркнула Фурина про себя. Когда тело Фокалорс было аккуратно уложено в ящик, Арлекино и Юлий перенесли его ближе к выходу, чтобы покинуть корабль в числе первых. А когда шум генераторов успокоился, когда корабль причалил в порт Ромарин, когда сверху послышалась возня снующих по палубе смертных, Фурину вдруг с головы до ног окатила волна беспокойства. Что-то не так. Зачем Мораксу препятствовать нашему возвращению в Фонтейн? Он знает, что я вернусь домой при любых обстоятельствах. Погодите, откуда ему знать, что я покинула плато? Царица не выдала бы меня, учитывая, что она единственная не стала никак связываться ни с Нёвиллетом, ни с Выродками. Нет, тут же промелькнуло в голове, Он поставил барьер не для нас... - Фурина, - выбил ее из раздумий голос Юлия. - Поднимись наверх, прикажи жандармам на пропускном пункте выпустить нас раньше всех. - Разве стоит Богине высовываться? - уточнила Арлекино. - Лучше мне подняться и договориться. - Жандармы верны мне. - ответила за Юлия Фурина, бросая косой взгляд на чемодан. Барьер стоит для того, кто вернется на плато. Это предупреждение не для нас, а для... - Я скоро вернусь, пока что продумайте, как мы понесем Фокалорс через пещеры. Схватившись за ручку белого чемодана, Фурина вышла из грузового отсека. Шла она нарочно медленно, прикидывая, сколько тонн умудрилось уместиться в этом небольшом квадратном чемоданчике. Уже на палубе она начала взглядом выискивать в толпе золотую макушку. Златовласых женщин почему-то оказалось слишком много, словно на корабле решили собраться все блондинки Тейвата. Фурина осторожно огибала скопления людей, протискиваясь между готовящимися сойти на берег туристами, следуя то за одной копной золотых шелковых волос, то за другой. На дне зрачков почему-то снова загорелся пламенный столб высотой с Мермоний. Юлий в тот день впервые разозлился так сильно, что испепелил в своем огне целое поселение. Языки пламени пожирали все: деревянные дома, скот, жителей, даже монстров Бездны, ошивавшихся неподалеку. Фурина помнит, как держала на руках новорожденную девочку, которую хотели продать в качестве ужина для сирен. Помнит, как принесла эту девочку домой, а Фокалорс тут же ушла в лес искать для голодного ребенка молоко какого-нибудь животного. Помнит, как Сцилла корчил смешные гримасы для ребенка, надеясь хоть как-то ее рассмешить. Помнит, как на крик девочки пришла Тефида и принялась укачивать и успокаивать малышку, причитая, что в их руки ни при каких обстоятельствах нельзя доверять детей. Фурина помнит, как Арлекино учила девочку первым словам. Как Клоринда учила ее делать первые шаги. Когда матери чувствуют тревогу за дитя, они обычно неосознанно касаются живота. Фурина такой роскоши никогда не испытает, но руки почему-то сами прижали чемодан к себе, лишь бы никто чужой в этой толпе не коснулся его и не перебил запах Навии. Пока Фурина плутала по палубе, она поймала какого-то моряка в форме с символикой Богини Фокалорс. Мужчина, узнав ее, склонил голову, пряча глаза в длинных темных волосах. - Со мной жрец Юлий, вместе с ним Предвестница Фатуи. Они в грузовом отсеке. Сделайте так, чтобы они вышли первыми. Юноша застыл, глядя на нее то ли с обожанием, то ли с первобытным животным страхом. Фурина глядела куда-то мимо него, все искала свои солнечные кудри. - Будет исполнено, моя Богиня. - сбивчиво отозвался моряк. Услышав его голос, Фурина все-таки взглянула ему в глаза - небесно голубые, не такие, как у Ризли, в которых можно было тонуть, а такие, что заставляли нутро чувствовать себя птицей, запертой в клетке, стремящейся воспарить в далекие небеса. Пресвятая Фокалорс, чуть не вырвалось из глубин ее души. - Как тебя называть? - ошеломленно спросила Фурина. - Каспар. - тихо отозвался моряк. Фурина опустила взгляд на свое запястье, сжимающее плечо Каспара. Каменные натренированные мышцы перекатывались под ее пальцами, с виду хрупкий парень на деле оказался довольно сильным... сильной... Фурина поймала его, не задумываясь, а инстинкты словно сами привели ее к тому, кого она искала. Даже голос другой, более глубокий, не отличишь от мужского. У Клоринды с этим проблемы. Если бы не случайность, мы бы разминулись. Фурина протянула моряку чемодан: - Впредь не оставляй такую вещь без присмотра. От нее разит за километр. Лицо Каспара озарила лисья ухмылка, тот, уже не проявляя прежнего благоговения, понимая, что его раскрыли за мгновение, ответил голосом Навии: - Я не планировала быть пойманной еще до прибытия в Фонтейн. Золотая роза Фурины. Самая яростная среди эриний. Первая решила пойти против своего Бога, решив его предать и подбив на это преступление других эриний. Моя Навия. - Это все, что ты хочешь мне сказать? Фурину накрыла давно забытая злость. Не ярость, испепеляющая изнутри, не желание убить или ударить. Маленькая искорка обиды загорелась где-то в груди, а осознание нависших над их головами проблем, распалило ее. - Мне нет прощения. - легко ответила эриния. - И оправдываться я не буду. А взгляд у нее суровый. Такой стойкий и непрошибаемый, что об его твердость сломалась сама Фурина. - Я не об этом. - тихо ответила она. - А-а, - протянула Навия. - Ты про Гео Драконов. Да прибудет Бездна пристанищем их душам! Кто мог такое сотворить? - Тебя ждут на плато! - рыкнула Фурина. - О чем ты думала?! - О том, что тебя предали, очевидно. В ее голосе звенела сталь и жажда спора. Навия с каждым мгновением все больше и больше расцветала, словно бутон, впервые за долгое время увидевший солнечный свет. - Я чую твою кровь! Как ты посмела позволить себя ранить?! Ты хоть понимаешь, сколько проблем свалила на голову своего Бога?! - шипела Фурина. - Они планировали твое убийство. - склонила голову Навия, а улыбка ее надломилась. Не высказанное: «Как и ты когда-то!» больно кололо в груди. Фурина тяжело вздохнула: - Ты должна бежать. Эриния накрыла свободной рукой пальцы Фурины, сжимающие ручку чемодана, те сами по себе разжались. - Я сопровожу спутников Богини. - вернула себе личину моряка Навия. - И бежать я не стану. Не заставишь. Фурина плотно сжала губы, чувствуя, как желание разломить корабль на две части заставляло пальцы судорожно сжиматься и разжиматься. Кто-то в толпе выкрикнул: «Сколько нам еще ждать? У нас столик в ресторане забронирован!» Фурина бегло осмотрелась - Навии хватило несколько минут, чтобы оповестить весь экипаж о присутствии Богини. Несколько моряков робко бросали короткие застенчивые взгляды в сторону Фурины, она решила держаться их. Ее единственной задачей было не выделяться, а смертные, то ли осознав это, то ли с подачки эринии, как можно скорее вывели Фурину с корабля в числе первых. Смешавшись с толпой, Фурина прошлась по вымощенной белым камнем дорожке, ведущей к подъемнику на вершину плато. Одновременно с ней, но в сторону грузового лифта шли Юлий, Арлекино и Навия, переодетые в форму жандармов, и перевозили на длинной тележке ящик, в котором лежало тело Фокалорс. Тревога не отступала, плохое предчувствие только усиливалось, Фурина всматривалась в каждое лицо, вслушивалась в каждые вздохи и ритмы сердец, пыталась найти хотя бы один намек на присутствие еще одного бессмертного в Ромарине. Когда дверцы лифта отворились, Фурину с головы до ног обдул знакомый морской бриз. Запах родного моря успокоил. Взгляд тут же зацепился за статую Фокалорс. Мысль о том, что сестра наконец-то вернулась домой ненадолго согрела душу. Похороним в Первозданных водах, вернем тебя к истокам всех вод Тейвата. Фурина позволила себе подойти к статуе. Рядом с пьедесталом, на котором стояло изваяние сестры находилось еще одно подножие. Когда-то на нем стояла статуя Фурины. Богиня покачала головой, тревожно озираясь по сторонам. Узнавшие ее жандармы неловко семенили вокруг, не решаясь подойти. - Богиня. - шепотом обратилась одна из патрулирующих служащих, - Нам докладывали, что вы прибудете. Прошу, пройдемте через служебный вход. - Мне нужна ваша помощь. - так же тихо сказала Фурина, оставаясь на месте. - Что угодно. - Сейчас из грузового лифта выйдет жрец Юлий, переодетый в вашу форму, помогите ему незаметно вывезти то, что он и еще несколько моих людей перевозят. Мне нужно осмотреться, поэтому я покину порт. Взгляд женщины тут же изменился, стал беспокойным, она кивнула своим коллегам - те поспешили присоединиться к ним. - Богиня... - Моя Богиня, нам приказали следить за каждыми входами и выходами. Во все порты и населенные пункты южной части Фонтейна отдан приказ искать вас и ваших спутников. - Меня уже ищут? - удивилась Фурина. - Приказ был отдан леди Юноной. - пояснил один из жандармов. - Из-за битвы, разразившейся в Ли Юэ, все Боги и Драконы собрались в столице. Они считают, будто это вы убили Гео Владык, но никто не знает, где искать вас. Они сейчас обыскивают лес Эриний. Юнона еще имеет влияние на юге? Разве Флавии не потеряли все, что имели? Но что важнее... - Откуда леди Юноне знать, что я здесь появлюсь? - Чутье мадам де Фонтейн? - пожала плечами женщина. - Она сказала, что с ней связалась одна из ваших учениц. Весь Мермоний стоит на ушах. Нам отдают противоречивые приказы, и мы не знаем, кому верить. Богиня, это правда, что Драконы и Богиня Фокалорс умерли по вине церковных певцов? - Кто рассказал вам об этом? - Слухи давно гуляют по всему плато, просто в последние дни они обострились. - ответил жандарм. - Моя леди. - обратился еще один служащий. - Мы клялись в верности правящей династии и Мермонию, но мы верой и правдой служили герцогу Ризли. В свете последних событий, вы - наш Фонтейн. Ваши приказы - наш основной приоритет. Фурина от нахлынувшего чувства гордости вздернула подбородок, всматриваясь в лица смертных, которые сами не до конца осознавали, кому клялись в верности. Это все работа Ризли. Если бы не Ризли, меня бы выдали, едва я ступила на свою землю. - Вы должны предупредить всех. - спустя время ответила Фурина. - Фонтейн сейчас будут рвать на части сорвавшиеся с цепи шавки. Ваша главная задача - защита граждан. А я разберусь с угрозой. Сейчас помогите жрецу моей сестры. Я чувствую перемены в воздухе, что-то не так... - Это Ромул. - послышалось со спины. Фурина обернулась на голос - Юнона. Леди Флавий дышала тяжело и прерывисто - явно спешила к Фурине, когда узнала о ее прибытии. - Клоринда предупредила, что в случае, если плато накроет чья-то защитная магия, вы прибудете в один из портов. - сбивчиво объяснила Юнона. - Что с Клориндой? - В безопасности. Ризли вместе с ней. - ответила женщина. - Что важнее - Ромул схватил Марса. Богиня... - голос Юноны дрогнул. - Он укусил его, пометил своей меткой и принудил выдать ваше возможное местоположение. Он ведет сюда своих големов. Вам нужно бежать как можно скорее. Двери грузового лифта отворились. Юлий и Навия вывезли тело Фокалорс и начали выискивать взглядом Фурину. Юлий тепло улыбнулся и помахал Фурине, указал на нее Навии и Арлекино - те осторожно развернули тележку с Фокалорс и повезли ее в сторону Богини. Заметив Юнону, Юлий нахмурился. Затем он встретился взглядом с Фуриной. На осознание потребовалось несколько мгновений. Арлекино и Навия с опаской переглянулись и уставились в сторону моря. - Ромул уже здесь. - процедила Фурина. Она моментально оказалась у смотровой площадки, откуда виднелись выходы на линии аквабусов, ведущих в Кур-де-Фонтейн, и портовый город. К ней подтянулись эринии, Феникс, жандармы и Юнона. - Он собрал всех своих големов. - всматривалась в ровную водную гладь Юнона. - Нёвиллет сказал Богам и Драконам, что вы пытали его в лесу Эриний, что он еле сбежал от вас. Пока что все бессмертные ищут вас там вместе с ним... Может, у вас есть еще время... Нёвиллет так быстро выбрался из барьера Фокалорс? У неподготовленных уходят недели, чтобы сообразить, где иллюзия, а где реальность, даже Буер однажды там заблудилась. До Фурины с трудом дошло, что, говоря о Нёвиллете, нужно было еще учитывать, что он Метис. Его интеллекта должно было хватить, чтобы разобраться с ловушками Августов, установленных по всей территории озера Урании вплоть до дома Гидро Драконов. Выходит, бессмертных сейчас развлекает Нёвиллет. Жадный какой... - Плохо. - ответила Фурина. - На ужин у нас сегодня только один Выродок. - Моя Богиня. - испуганно спросил жандарм. - Что нам делать? Море перед глазами начало стремительно темнеть. Воздух наполнился гнилью запретной магии. Фурина всеми клеточками тела ощутила настоящую угрозу, исходящую из глубины. - Спасаться. - сказала Фурина. Затем она вскочила на перила и обернулась к толпе людей, скопившейся за ее спиной, наблюдавшей изменения в море. - Слушать всем меня! В толпе кто-то прокричал: «Это же Богиня!» Повсюду послышались воодушевленные и восторженные вздохи. - Сейчас на территории порта Ромарин, портового города и близстоящих деревень произойдет еще одна крупная битва. - гул толпы резко стих, стоило Фурине заговорить. - Я приказываю всем жандармам, находящихся прямо сейчас на своих постах, организовать экстренную эвакуацию порта Ромарин. Посылайте голубей по всему югу... Нет! Разошлите весть во все углы Тейвата! Передайте всем смертным и бессмертным этого мира, что твари, убившие правящую династию Гидро Драконов и виновные в смерти Богини Фокалорс сейчас находятся прямо здесь! Пусть каждая шавка, - процедила грозно Фурина, - посмевшая позариться на мою землю посмотрит на то, как я расправляюсь с предателями! Пусть весь мир вспомнит, на что способен отвергнутый им Бог! Жандармы, жители Фонтейна и прибывшие на плато иностранцы с замиранием сердца вслушивались в каждое ее слово. - Я убью каждого... Я прикончу их всех голыми руками! - распалилась Фурина. - Как и подобается Богу, перед которым даже небеса бессильны! - казалось, стены порта Ромарин затряслись от ужаса, пробежавшего во взглядах перепуганных людей. - Внемлите моим словам и запомните их: никто не сбежит от моей кары! Всякого, кто посмеет покуситься на мое плато, будет ждать неминуемая гибель! Исполнять! - рявкнула она на последок. Портовые жандармы, услышав последнее слово быстро переглянулись, надеясь удостовериться, что они не бредят. Через несколько секунд резко собравшие всю свою волю служащие принялись отдавать свои приказы друг другу и организованно выводить людей через служебные и запасные выходы. Фурина спустилась на смотровую площадку, вперив яростный взгляд в море. - Юлий, - позвала она. - Жизнь и безопасность Юноны и эриний - наша первостепенная задача. Арлекино, ступай в портовый город и спасай смертных. Гидро больше нее на нашей стороне, цунами смоет с лица земли весь юг. Навия, помоги ей. Не смей лезть в битву, ты ранена. - Это мы еще посмотрим. - ответила Навия. - Ромул ведет армию! - взволнованно проговорила Юнона. - Они убьют вас, Богиня... Фурина кинула на нее недвусмысленный взгляд, под натиском которого Юнона сдалась. - Поздно. - спокойным уравновешенным голосом сказала Арлекино. Водная гладь начала принимать пурпурные оттенки. - Ромул уже здесь. - спустя несколько мгновений напряженного молчания, ответила Фурина. Я ошибся. Пресвятые Архонты, Боги, низшие, люди... Да кто угодно! Как я ошибся... Фурина в опасности. В смертельной опасности! И все это из-за меня. Ромул и Рем задумали ее убить. Как я сразу это не понял?! Они провели меня, а я выдал им ее секрет! У меня хватило мозгов солгать, что силой, которая способна убить Фурину, владею я. Я не знаю, как сказать об этом Фокалорс. Она уже неделю ни с кем не разговаривает! Даже близнецов сторонится... Может... Она догадалась? Нет, тогда бы она позвала Фурину или сдала бы Ромула и Ремуса Драконам. Фокалорс рискнет всем, даже собой, но не Фуриной. Она стала чаще навещать моего брата. Стоило мне сказать, что я видел его во снах вместе с Фуриной, как она совсем перестала быть собой. В последний раз я видел ее такой, когда мы с Фуриной очутились в Бездне. Фокалорс тоже может быть опасна. Если она решит, что моя семья встанет на сторону Ромула и Ремуса, то без сомнений избавится от них. Фурина не отвечает на мои письма. Я уверен, что она их даже не вскрывает, а в Фокалорс вдруг разыгралась гордость - она до сих пор не отправила ей ни одного письма... Что мне делать? Может, убедить Ремуса дружить с Фуриной? Он умнее, Ромул его послушает. Нужно сделать так, чтобы они перестали считать ее угрозой. Нужно всеми силами защитить мою сестру. Последний дневник Сциллы. Страница сто семьдесят. За полгода до убийства Фуриной.