Глава 15. Зря я всё-таки не придушила тебя во сне, или Душу всю вынула, стерва.

❄❄❄

      Наруто бросил несколько веточек базилика в фарш и накрыл сковороду крышкой. Посмотрел на время, чтобы засечь десять минут. А пока тут всё само по себе тушилось, взялся за сотейник, где уже растопилось масло.       Под орущих из умной колонки «Лимп Бизкит», всыпал в масло муку. Подпевая: продолжай вращать, вращать, вращать, вращать! (что?), — помешивал смесь венчиком.       — Кип роллин, роллин, роллин, — качая головой в такт, Наруто доводил бешамель до нужной консистенции, не забывая поглядывать на томящуюся начинку для будущей лазаньи. — Перфекто, ёпты.       По сравнению с ужасом, который он устроил утром, тем более. Кухня вновь наполнилась исключительно аппетитными ароматами. У Наруто всё как-то спорилось, хотя мысли часто перескакивали с места на место.       — Наша музыка — ваша чакра! Радиостанция «Голос Листа» на 106.4 FM. Радио, которое делает тебя сильнее, — музыку перебила эфирная вставка. Мощный мужской голос, красиво напомнил, на какой слушатели волне.       — Продолжаем разговор, — включился ведущий. — Напоминаю, что тема сегодняшнего разговора: необычные истории знакомства со своей второй половинкой.       — Хах, — усмехается Наруто, выкладывая первый слой листов для лазаньи. Они немного непослушные потому, что пришлось их размягчить — из подходящих форм для запекания, у Хинаты нашлась только маленькая. — Да я бы своей историей разорвал радиоэфир. Что? — недовольно бросает он. — Чего ты пялишься? Хочешь что-то возразить? — его вынужденный собеседник молчит, не отводя стеклянных глаз. Таких же голубых, как у самого Наруто. — Понимаю. Хочешь сказать, что мы не пара? Что она мне никакая не вторая половинка и всё такое? Не ожидал от тебя. Это, знаешь ли, жестоко. Что? Нечего возразить?       Плюшевому снеговику Фрости действительно на это нечего возразить. Он продолжает улыбаться, сверкая голубыми глазами, пришитыми немного на разной высоте.       — Ну вообще, в твоём умении слушать что-то есть, — заливая верхний слой лазаньи соусом, нехотя признаёт воришка. — И потом, ты единственный, с кем я могу обсудить Хинату. Ты же так хорошо её знаешь. Намного лучше меня. В конце концов, кто из нас с ней спит, верно? — дверца духовки с громким стуком закрывается. Наруто вытирает руки о фартук, оборачивается к Фрости. Тот шутку оценил, улыбается. — Зашибись, — закатывает глаза Узумаки, — теперь ревную к плюшевому снеговику. Докатились.       Руки занять больше нечем. Дозвонившаяся девушка воодушевлённо рассказывает, что встретила своего парня ещё в школе, во время летних каникул, на пляже, когда до ужаса напугала его своим появлением.       — … в то время моё сердце было занято, так глубоко, что я не думала, будто это может закончиться. Но вот появляется он, ха-ха-ха, совсем не мужественно, не как принц из сказки… Конечно, наш путь не назовёшь простым. Столько боли… нам даже пришлось расстаться… а сейчас мы…       — Банальщина, — недовольно отмахивается Наруто, приглушая звук. Время до прихода Хинаты тянется, как расплавившаяся резина. Никакие самовнушения не помогают отделаться от долбящегося изнутри страха. Воровато поглядывая на свой телефон, Наруто с ужасом ожидает момента, когда тот оживёт. Она загнала его в угол.       С серьёзным видом наклоняясь поближе к Фрости, Наруто спрашивает:       — Вот, что она за человек, а? Объясняешь ей — опасно, не лезь, дай всё сделать профессионалу. А она что? Упирается, спорит, из себя выводит. И это даже не то, что бесит больше всего! Спрашиваешь, что же бесит больше всего? Я тебе скажу: вот эти её все слова, мол как ты мог подумать, что картина важнее тебя, как я могу лишиться тебя в своей жизни. Это к хренам собачьим, чего вообще означает? Ты знаешь? Может она говорила тебе что-то? — Фрости молчит. — Понимаю, — с тяжёлым вздохом, продолжает Наруто, от безысходности упираясь лбом в столешницу. — Не будешь выдавать её секретов. Похвально. Но ты и меня пойми. Ощущение такое, что между нами вроде как что-то происходит. С другой стороны — ничего не происходит. И как это понять? Что говоришь? Я задаю слишком много вопросов и мне лучше заткнуться? Наверное, ты прав.       В замке поворачивается ключ. Наруто стремительно выпрямляется. В широко распахнутых глазах застыла неприкрытая паника. Он начинает метаться из стороны в сторону в тесном пространстве между столом и плитой. Ищет за что зацепиться, безуспешно стараясь принять непринуждённый вид.       Хината выдыхает с нескрываемым облегчением, как только переступает порог квартиры. Ставшие привычными, аппетитные ароматы, будоражащие чувство ненасытного голода разных оттенков, являются главным доказательством, что воришка не натворил дел. С другой стороны, в задумчивости стягивая сапоги, размышляет Хината, после утреннего погрома стоит сначала заглянуть на кухню, а выводы делать потом.       Она с опаской проходит в комнату. Стреляет глазами по углам, не находя никаких разрушений. И только потом сосредотачивается на блондине в фартуке.       — Тебя, — изумлённо спрашивает Хината, — чего так перекосило? — воришка стоит к ней лицом, одна рука отведена за спину — он опирается ею на шкаф у плиты, при этом прогиб у него такой, будто позирует на фотосессии для глянца. Хотя, может дело не в кривом изгибе спины, а в другой руке, которую он держит навесу, подпирая подбородок. «Сама непринуждённость», — закатывая глаза, думает Хината.       — Што-о-о, — сначала протяжно прошипев, а следом на распев протянув долгое «о», отозвался Наруто, только сильнее выгибаясь в спине. Хината начинала бояться, что так он чего доброго прогнётся назад себя, да больше не разогнётся.       Дзынь!       Обернувшись на звук, Хината удивлённо заметила Фрости. По всему выходило, что источником был именно плюшевый снеговик.       — Ах, ты ж твою снежную мать! Спасибо, что напомнил, — наконец-то переставая строить из себя участницу шоу «Топ-модель по-американски», Узумаки бросился надевать варежки-прихватки, чтобы достать форму из духовки. — М-м-м, идеально, — втянув носом горячий парок, клубившийся над лазаньей, констатировал повар.       Хината облизалась, заглядывая ему через плечо.       — Вовремя ты, — поставив блюдо на специальную подставку под горячее, усмехнулся Наруто. И следом забрал у плюшевого снеговика кухонный таймер, который непонятно откуда откопал. Зато как будто привычным движением убрал его в ящик стола.       — Шла на аромат, — в тон ему, ответила Хината, пытаясь разобраться, что за эмоцию вызвало то, насколько воришка обосновался в её доме. Чего там, в жизни тоже. И опрометчиво потянулась оторвать кусочек верхнего слоя. — Ай! — пискнула она, получив по пальцам. — Э-э-э-й! — тут же возмутилась, укоризненно глядя на наглого воришку.       — Во-первых, ей надо ещё подышать, — наслаждаясь своим превосходством, наставлял Наруто, — а во-вторых, не слышал, чтобы ты мыла руки как пришла. Марш, — развернув её командным жестом, указал он направление.       Хината невнятно бубнила, выказывая недовольство. Всё время пока делала, как он сказал.

❄❄❄

      Самую малость в отместку, вернулась Хината в тесных домашних штанах и растянутой майке на тонких бретельках, открывающей какой нужно вид на приподнятую грудь. Нужно только правильно сложить руки вместе, чтобы смотрящий оценил максимально открытую ложбинку. Даже накинутый сверху тонкий кардиган не мешал демонстрировать своё тело во всей красоте.       Наруто как раз стоял с опущенной головой, нарезая и выкладывая по тарелкам лазанью, так что Хината в последний момент успела спустить кардиган с одного плеча и распушить распущенные волосы.       «Вот, что я называю непринуждённость. Учись, салага», — победоносно улыбаясь своим мыслям, Хината продефилировала к столу.       — Вот теперь мож… — воришка поднял взгляд. Глаза непроизвольно скользнули по всему образу, моментально приклеиваясь к тому, что ему желали выставить на обозрение. Слова застряли в глотке. Рот наполнился слюной, как у голодного пса. И лазанья тут была не при чём.       Хината откровенно сексуально прикусила нижнюю губу, пропуская кожу сквозь зубы до тех пор, пока она не освободилась, с лёгким подрагиванием, привлекающим внимание. Хината горделиво подумала, что подобные штучки можно проделывать только имея достаточно пухлые губы. Спасибо, природа, не обделила.       — Кхм, — вытирая уголки рта, откашлялся воришка, с огромным трудом переключая внимание на лазанью. Да уж, её пышность и румяная корочка не шли ни в какое сравнение с аппетитным десертом, решившим довести его до спермотоксического обморока. — Что я там хотел… — понятное дело, что он там хотел. Вопрос за малым — она-то готова к его хотелкам, или так и будет только дразнить? Бессердечная фурия.       — Меня, — Узумаки дёрнулся на это одно слово, сказанное Хинатой с придыханием. Она, желая добить беднягу, чуть наклонилась над столом, сведя вытянутые руки вместе, из-за чего грудь едва не выпала из низкого ворота майки. — Накормить, — как ни в чём не бывало, закончила стерва, невинно улыбаясь.       Наруто перевёл взгляд на большой нож, всё ещё зажатый в руке. Честное слово, не тешь он себя по-прежнему надеждой таки трахнуть эту гадину, прирезал бы.       — И вино не забудь, — взбираясь на стул, приказала Хината. — Такой день, как сегодня, а особенно разговоры с тобой, — укоризненно предъявила она, — непременно нужно залить бутылкой красного.       Ещё один взгляд на нож, обратный на декольте. Не, не бывать такому, чтобы Наруто предпочёл кровавую расправу. Если устраивать расчленёнку, то только ту, где ключевым является корень «член».       — Какое желает моя госпожа? — услужливо улыбнулся Наруто, закинув полотенце на руку на манер официантов из дорогих ресторанов.       Хината с подозрением прищурилась, стараясь разгадать, чего это он вдруг стал таким довольным. Но воришка надёжно держал под замком свои мысли о правильном значении слова расчленёнка.       — М-м-м, — постукивая пальчиком по подбородку, протянула госпожа, — желаю бутылочку кьянти.       — Слушаю и повинуюсь, — хлопнул в ладоши Наруто. И прокрутился вокруг своей оси, как услужливый джин.       Пока он рылся в нижнем ящике, где Хината хранила вино «про запас», она вытягивала шею, пуская слюни на его крепкий зад, обтянутый светло-серыми спортивными штанами. Идеальный цвет, чтобы видеть все выпуклости и изгибы.       — Аппетитно, — высказала Хината своё экспертное мнение.       — Что? — переспросил Наруто, наконец отыскав нужную бутылку.       Хината быстро уселась ровно.       — Твоя… лазанья, — Хината сделала многозначительную паузу между словами, зная, что никто, кроме неё самой, не догадается об этой двусмысленности, — выглядит очень аппетитно.       — Тогда, налетай, — как ни в чём не бывало, ответил Наруто, подвинув по столу тарелку, где лежал кусочек побольше.       Хината закатила глаза, но по-доброму. Защитная реакция против того, насколько его забота оказалась милой. Невольно задумаешься, как бы это работало, будь они в отношениях? Она смогла бы когда-то привыкнуть к круговороту возбуждения и умиления?       Нет, однозначно ответила Хината. К Наруто невозможно привыкнуть, на него можно только жёстко подсесть.       — Твоё вино, — напоминая, что он здесь, совсем рядом, произнёс Узумаки. Только руку протяни. Буквально.       — Спасибо, — замялась Хината, выбрав снова сделать шаг назад, и спряталась в бокале.       Не просто так, между прочим, если кто-то вдруг решил, что дело в одном только страхе. Просто есть дела поважнее. Пересмотрев свой подход к сексу ради снятия напряжения, Хината пришла к выводу, что ответственнее сначала сделать работу, а уже потом подумать обо всём остальном. Тем более, что если они всё сделают правильно, то воришка никуда не денется.       — Как продвигается наш план? — профессионально спросила Хината. — Твоя бывшая звонила? — Наруто поперхнулся лазаньей. Появилось желание соврать, что не звонила. При том, что она реально не звонила. Просто лицо Хинаты настолько ничего не выражало, помимо демонстративного делового отношения к делу, что Наруто подумал: так и должны выглядеть серийные маньяки.       Не решаясь открывать рот, воришка только отрицательно покачал головой.       — Понятно, — разочаровано произнесла Хината, прикладываясь к бокалу. Предвкушение опасной авантюры требовало что-то делать, двигаться, планировать, только не сидеть на месте. — В таком случае, не откажусь от добавки, — в сторону Наруто подвинулись тарелка и бокал.       Пока воришка беспрекословно выполнял её прихоти, Хината осматривалась. Но того, что интересовало в первую очередь, не находила. Даже намёка.       Наруто, разумеется, заметил странное поведение обнаглевшей фурии.       — Потеряла чего? — насмешливо поинтересовался воришка.       — Да нет, — с напускным небрежением, пожала плечом Хината. — Так, смотрю. Мало ли, — поигрывая бровями, многозначительно добавила она, как бы говоря — я знаю, что ужин это только начало и готова перейти к десерту.       Во всём, что казалось воровского дела, Наруто соображал быстро. Чутьё подсказывало — он знает, чего она тут так активно ищет. Эта сексапильная мисс Марпл не переставала удивлять.       Наруто сел ровнее, сложил руки в замок, растянув их на столе. И посмотрел на Хинату именно так, как она ждала: точно это ей удалось раскрыть его маленький секрет, а теперь настало время поделиться с ней, открыть пусть в воровское закулисье.       Её глаза заблестели надеждой.       Воришке самую малость стало жаль эти мечты разбивать.       — Позволь угадаю, — серьёзно начал Узумаки — поржать всегда успеет. — Ждёшь, когда я расстелю перед тобой… карту с планом?       Хината потеряла интерес не то что к лазанье, к вину. К вину, Санта!       — О да, прямо как в лучших фильмах о ворах, — вся засветилась от счастья Хината. Воображение во всех подробностях рисовало, как вместо тарелок на столе образуется план здание. Наруто использует подручные предметы, чтобы обозначить их позиции и перемещения. Она могла бы быть перечницей — изгибы подходят. А потом пути отхода. В фильме из этого вышли бы крутые нарезки. От нетерпения Хината едва была способна усидеть на месте.       Не стоило ей использовать для наказания воришки сексуальные методы. Карма, в конце концов, такая же женщина, а значит, падка на симпатичные мордашки и крепкие, как орех, шикарные мужские задницы.       — Мы по-твоему кто? — посыпались разбитые в дребезги мечты. — Двое друзей Оушена? Не маловато? — Наруто наслаждался скуксившейся мордашкой коротышки. Как же приятно побеждать.       — Но, — не сдалась Хината, — ведь так важно учесть все нюансы. Входы, выходы, порядок действий. К-как тут без карты-плана!       Наруто расхохотался. Громко. Наиграно. А вдоволь наигравшись, резко смех оборвал.       — Нас туда при-гла-сят, — по слогам выдал он. — Но если тебе от этого станет легче: это значит, что мы проникнем в дом, — театральный шёпот, издевательские пасы руками, как будто он разводит завесу тумана, драматичная пауза, — через парадный вход.       Хината опрокинула в себя сразу целый бокал красного вина.       — Зря я всё-таки не придушила тебя во сне.       — Да брось, и дальше что? — нахально заулыбался блондин. — Пять котов и алкоголизм?       Их прервала вибрация. Тарелки и столовые приборы зазвякали друг об друга.       — Тебя спас звонок, — отгоняя мысль, что всё становится слишком реально, отшутилась Хината.       Наруто мог только смотреть на высветившийся номер. У него не было ощущения, что этот звонок спасительный. Скорее, совсем наоборот.       — Ответь, Наруто, — между нетерпением и ужасом, хрипло попросила Хината.       Выбора не осталось. Пальцы предательски дрожали. С первого раза провести по зелёной кнопке не вышло. Только с третьей попытки.       — Говори, — но для той, кто слушала по ту сторону трубки, у Наруто нашлась жёсткая интонация, не располагающая к светским беседам.       — Через два дня, — чувствуя, что по-прежнему задевает его, и неприкрыто наслаждаясь такой реакцией, гадко промурлыкала Анко. — Он ждёт с нетерпением. Как и я…       Наруто поспешно отключился. Отбросил телефон, как будто тот раскалился и вот-вот взорвётся.       Последние слова мерзким ощущением грязи размазались по коже. И легко проникли глубже. Подобрались к самому сердцу. Напомнили, что ему ни разу не удалось выйти победителем из их игры в перетягивание каната. Только вместо каната постоянно была воля Наруто.       Она подкралась незаметно. Тонкие пальчики коснулись скулы, настойчиво прося повернуться. Наруто подчинился. Снова. Но в этот раз другой. Хината была другой. Стояла так близко. Он просто не удержался. Обхватил тонкую талию своими огромными ручищами, то ли прижимая её к себе, то ли сам вжимаясь носом в плоский живот.       Наверное, это то, что он всегда подсознательно искал. Эту заботу. Теплоту. Потерянный мальчишка, Наруто нуждался в той, кто скажет, как правильно. Кто проведёт сквозь тьму к свету. Но сам же противился таким, снова и снова оказываясь рядом с теми, кто приносил в жизнь лишь грязь.       Хината была порядком. Чистотой. Святой, способной простить ему все грехи. Если он позволит…       Она удивилась, когда Наруто с силой сжал её запястья, вынудив прекратить заботливо поглаживать по волосам. Хинату прошило чувство потери. Она хотела возразить, но пустой взгляд голубых глаз выкачивал всю жизненную энергию. Казалось, последнее тепло, что ещё не уничтожили зимние морозы, крал воришка.       Наруто крепко держал её руки. Намеренно лишая себя этой близости. Не сейчас. Не после этого короткого разговора с изуродованным прошлым. Хината заслуживает большего.       Это лишь пауза, мысленно заверил себя Узумаки.       Хинате пришлось играть по его правилам. Хотя, только ли по его? Не она ли первая запретила себе думать о следующем шаге? Почему же так больно не касаться его? Быть словно отлучённой от части души. Дышать в полсилы.       — Что она сказала? — запрещая себе думать о чём-то помимо предстоящей авантюры, тихо спросила Хината.       — У нас два дня.       Они застыли. Не пытаясь приблизиться, но и не отпуская друг друга.       И только вьюга за окном усиливалась.

❄❄❄

      Хината ненавязчиво просила его надеть рубашку, видимо полагала, что на отпетых бандитов необходимо произвести хорошее впечатление. Наруто даже послушался — тупо и бездумно, едва соображая от страха, что делает. Но всё пошло по пизде ещё до того, как они покинули квартиру. Светло-голубая рубашка, под цвет глаз, моментально покрылась противными потными пятнами, будто Наруто принимал в ней душ.       Так что сейчас он сидел в чёрной футболке, одолженной из набора Хинаты, в таких же чёрных, но хотя бы недавно купленных, джинсах, а толстовку — тоже чёрную, вот неожиданность — крепко сжимал в руках, держа на коленях.       Хината не торопилась. Ожидание убивало последние нервные клетки. Наруто слушал барабанное соло своего пульса, бьющегося в висках. Подкатывала тошнота. Всерьёз казалось, что повышенное давление намерено выдавить его из тела. Интересно, если бы он шёл туда один, так же нервничал? Или всё усложняет упрямое желание Хинаты вляпаться в неприятности?       Блядь, да как можно было позволить ей это? Не отговорить. Сдаться, и как сдаться? Чтобы ещё остаться с чувством вины, за поступки, которые только планировал совершить. Ради, сука, этой невыносимой фурии.       — Душу всю вынула, стерва, — сгорбившись, жёстко прошептал Наруто, нервозно проводя пятернёй по волосам.       Стук каблуков при каждом шаге. Не лёгкое тук-тук, а громогласное бам-бам. Будто заколачивает гвозди в крышку его гроба. Отбивным молотком. А гроб, вовсе не деревянный ящик, а его разрывающееся на части сердце. Глупый, глупый, воришка, так виртуозно орудовал своими отмычками, полагая, что вскрывает её замки, один за другим. Пока не осознал, что вскрыл собственную душу. Заходи и правь, фурия. Да здравствует, королева!       Поднимает на Хинату тяжёлый взгляд, обвиняющий. Всё разбивается о растерянность. Наруто капитулирует. Поражённый в самое сердце, не может — не желает — отвести глаз. Она так прекрасна, что у него нет слов.       На Хинате топ без рукавов с воротником-стойкой, плотно облегающий стройный силуэт. Сочетание воздушной органзы и тяжёлого бархата, с открытыми краями на проймах, добавляют в образ нечто панковское. А богатая барочная вышивка чёрного и медного цвета с растительными мотивами, подчёркивает её утончённый вкус. Эти листья обвиваются вокруг неё, смея прикасаться к самым желанным изгибам. Наруто открыто завидует им.       Карамельная юбка-миди трапециевидного силуэта из кожзаменителя только лишний раз подчёркивает её изящество. Декор в виде диагональных вставок с этническим орнаментом, напоминает вышивку с элементами ручной работы и выгодно выделяет тонкость талии, заставляя гадать, насколько аппетитные формы скрыты за свободным кроем юбки.       Будто этого мало, высокие чёрные сапоги на каблуке, делают ноги длиннее, ненавязчиво выставляя напоказ её пикантную женственность.       Хината изящно поправляет длинную ассиметричную серёжку, практически касающуюся оголённого плеча. Волосы каскадом падают вперёд. Она возвращает их на место, художественно-красиво выворачивая запястье.       Наруто не особо видно со своего места, но кажется, что она просто заплела несколько прядей на затылке, оставив основную массу свободно ласкать прямую спину. Неподдельная скромность, которой удаётся острее всего подчеркнуть её породу.       Узумаки до выворачивающей на изнанку жажды желает дотянуться до Хинаты. Коснуться, доказывая себе, что нет ничего важнее знания, что она здесь. Стоит перед ним. Не важно, как далеко от него её образ особы королевских кровей. Плоть её на расстоянии вытянутой руки.       Хината улыбается какой-то особенной улыбкой. В ней загадка. И удовольствие быть красивой для него. Только для него.       Наруто не помнит, как оказался рядом. Как протянул руку. Но стоит её тёплым пальчикам оказаться между его грубыми пальцами, мир продолжает своё вращение. Спросите воришку сейчас, когда он чувствовал себя счастливее — он посмотрит на вас, как на идиотов. Разве могло в его жизни быть что-то лучше этого момента?       — Ты прекрасна, — охрипшим от эмоций голосом, говорит банальность Наруто. Не склоняясь слишком низко, приподнимает её ладошку повыше, оставляет мимолётный поцелуй на костяшках. Хината делает именно то, чего он добивался: смотрит снизу вверх, распахивая глаза, подведённые тёмно-грифельными тенями, тянется за его движениями.       В грозовых тучах серых глаз молнии греха и проступающая сквозь толщу святость.       — Спасибо, — справившись с дрожью в голосе, наконец, отвечает Хината.       Наруто нравится, что веры в правдивость его слов в ней больше, чем сомнений в себе.       Хината удерживается, чтобы не жевать губы, не портить идеальный матовый цвет алой помады. Приходится набраться смелости и сказать одну важную вещь прямо, без подготовки, не оттягивая более:       — Мне хотелось быть красивой… для тебя.       Его рука ложится на талию. Наруто прижимает её к себе, заставляя привстать на носочки. Ладошка касается широкой мужской груди. Где под чёрной футболкой колотится сильное сердце.       Наруто даже думает, а не поможет ли такая мелочь, как непреодолимое сексуальное желание, остаться им дома? Он бы раздевал её медленно, пока не остались лишь сапоги. Ах, мечты, мечты.       Вместо непристойного предложения, воришка касается её мягкой кожи под ушком, обжигая горячим дыханием:       — Поверь, я никому не дам в этом усомниться.

❄❄❄

      Наруто строит из себя джентльмена, помогая Хинате надеть забавную короткую шубку из искусственного меха, выкрашенного во вкусно-малиновый цвет. Очередной гранью её образа становится игривость. Ей идёт.       — Благодарю, — лишь обозначив лёгкий книксен, улыбается Хината, принимая из рук Наруто небольшую замшевую сумочку на цепочке со значком «Гуччи».       — Если честно, — спокойно признаётся Наруто, расслабленно привалившись к стене, пока Хината запирает дверь, — я немного побаивался, что ты взбесишься, — она вопросительно приподнимает брови. — Ну из-за того, что я, — он делает взмахи рукой, подыскивая формулировку позаумнее, — не выказал должного рвения при выборе наряда.       Хината закатывает глаза. Вообще-то, она может отличить дешёвые джинсы от брендовых, а то, как из-под ворота приталенного чёрного пальто выглядывает капюшон толстовки делает Наруто, в её глазах, той разновидностью небрежных опасных парней, о которых втайне грезят хорошие девочки вроде неё.       Но не говорить ведь ему всё это. Ещё решит, что она втрескалась до беспамятства.       — Как ты верно отметил, сегодня я красотка, — высокомерно откидывая волосы, заявила Хината, — вот и нечего тебе отвлекать от меня внимание.       — Ни за что! — с чувством, ответил Наруто, залихватски подскочив к ней, чтобы предложить локоть. — Позволите препроводить вас до лифта, принцесса?       — Почему бы и нет, — хватаясь, улыбнулась Хината. — Люблю, знаете ли, заниматься благотворительностью.       — Стерва, — мило улыбаясь, констатировал факт Наруто.       — Нахал, — в тон ему, вернула любезность Хината.       По закону жанра, спустившись на пару этажей ниже, они подцепили в попутчицы старушку в мехах и золотых украшениях, с мелкой лысой шавкой под мышкой.       Наруто воспользовался возможностью, чтобы уступить ей одну сторону лифта, переместившись ближе к Хинате. Вообще-то, настолько близко, будто он забит под завязку.       Старушка нашла поведение воришка вызывающим, что немедля отразилось на морщинистом лице. Хинату ситуация только забавляла. Просыпался азарт, от которого хотелось разделить с Наруто любую авантюру. Даже такую по-детски нелепую.       Лифт звякнул, останавливаясь. Наруто покачнулся, как будто они в вагоне метро, придавливая Хинату к стене.       — Упс, прощу прощения, — изображая раскаяние, взволновано выдал Наруто, извиняясь за то, что в попытке не потерять равновесие, схватил Хинату за грудь.       — Бесстыдство, — не сдержалась старушка, буквально протискиваясь в двери, как только те начали открываться. — Уходим, Джиджи.       Хината покраснела, но искристо рассмеялась. Со смехом отступали остатки напряжения и лишь возрастало нетерпение, натягиваясь струной, изголодавшейся по прикосновениям виртуозных пальцев музыканта.       Наруто залюбовался. Такое чувство, что они просто парочка влюблённых. Вышли прогуляться по району, чтобы спонтанно поужинать в первом понравившемся ресторанчике. И вовсе не ждёт их встреча с местным королём преступного мира. Или с предательницей-бывшей. Их прошлое давно стёрлось, всё, что имеет значение — совместное настоящее.       Прекрасная иллюзия, которую Наруто решил продлить, приобнимая Хинату за плечи и ведя за собой.       — Кстати, — пошловато ухмыляясь, начал он, — как думаешь, старушенция в курсе, что кличка её собаки — это марка вибратора?       Хината совсем не изящно прыснула от смеха.       — Откуда ты это берёшь? — осторожно промокнув уголки глаз пальчиками, стараясь не размазать макияж, похихикивала Хината, через раз выдавая нечто похожее на милое хрюканье.       — Даров, ребят, — завидев весёлую парочку, на всё фойе прокричал Киба, активно маша рукой.       — Привет, Киба, — поздоровалась Хината, пока Наруто крепко пожимал протянутую руку.       — Куда это вы такие… красивая и недоразумение бомжацкого вида? — скалясь от собственного остроумия, поинтересовался консьерж.       Хината неловко спрятала улыбку, прикрываясь ладошкой.       — С кем ты общаешься, Хината? — обречённо покачал головой Наруто. — Твоё умение выбирать друзей оставляет желать лучшего. Но ничего, — задирая нос, воришка демонстративно отвернулся от Кибы и взял Хинату за руку, — как только мы поженимся и я стану твоим господином, сразу наведу порядок. Не позволю своей принцессе и дальше общаться со всяким сбродом.       — Слышь, господин, — взвилась Хината, вырвал руку, — губу закатай, пока кто-нибудь не наступил. Чего захотел. Ага, щас, бегу и спотыкаюсь загнать себя в кабалу прогнившего патриархального брака.       — Да! — разразился овациями, Киба. — Покажи ему, девочка! Женское тело — не ваше дело!       Наруто с Хинатой синхронно развернулись в сторону консьержа. На лицах одинаковое недоумение.       — Т-то есть, — сконфуженно почёсывая щёку, выдавил Киба, — это… ну… в том смысле, что…       — Разве можно долго на него злиться? — наиграно приложив руки к сердцу, жалостливо произнёс Наруто. — Жизнь парня уже наказала, когда сотворила идиотом.       Хината вновь закатила глаза.       — Кто бы говорил, — устало протянула она. Киба едва успел оживиться, как Хината осадила друга: — Оба хороши. Мальчишки, — пожала она плечами, — что с вас взять.       — Давай уже пойдём, — буркнул Наруто, — пока у меня ещё осталось ощущение, что в этом споре я остался в плюсе.       — Секунду, — что-то резко вспомнив, Хината полезла в сумочку за телефоном. — Отвлеклась на… — хотела сказать, что на комплименты и взгляды Наруто, но вовремя сдержалась, решив ничего не уточнять. — Короче, забыла вызвать такси.       — Эм-м-м, ха-ха, — Наруто неестественно посмеялся, нервно накрыв её руку своей. — Знаешь, давай-ка пойдём, — даже не дав ей попрощаться нормально с Кибой, сразу потащил на улицу, буквально выталкивая из открытых швейцаром дверей.       — Но я… — только и успела пискнуть Хината.       Узумаки остановился, позволив Хинате, наконец, обрести сцепление с дорогой, когда убедился, что они отошли подальше от всех любопытных ушей.       — Боже, — хмуро выдохнула Хината, недовольным одёргивающим движением приводя себя в порядок. — Что за дела?       Наруто оглядывал улицу поверх её головы и озирался во все стороны. С таким серьёзным лицом, будто он Джейсон Борн и готовится дать отпор отряду спецагентов. Хината закатила глаза. Дешёвый выпендрёж.       — Я всё понимаю, — видимо убедившись, что время на объяснение у него есть и это не поставит под угрозу выполнение его невыполнимой миссии, приглушённо заговорил Наруто, — ты в этом деле новичок, не знаешь всех правил, — Хината не закатила глаза только потому, что нужно было одарить этого наглеца уничижительным взглядом. Впрочем, Наруто её проигнорировал. В конце концов, преступным мир был его вотчиной, где он был кем-то вроде… Хинаты в мире искусства. — Но вот тебе самое главное: никто не ездит на подобные встречи на такси.       — Предлагаешь поехать на автобусе? — язвительно подколола воришку Хината.       — Да ты просто богиня остроумия, — издевательски лыбясь, не остался в долгу Наруто. — Прям хочу посмотреть, что ты будешь делать, если понадобится срочно сматывать удочки. Скажешь бандитам: ой, подождите, не убивайте пока, сейчас приедет моё такси? У водителя в рейтинге пять звёзд.       Зараза, подумала Хината, звучит и правда логично. Но внешне осталась равнодушной.       — Хорошо, ты у нас профессионал, — не упустив возможности приправить фразу ноткой сарказма, сказала Хината, — твои предложения?

❄❄❄

      — Просто, чтобы мне понимать, — обхватив себя руками, медленно начала Хината, смотря на довольное лицо воришки, — а то я ведь новичок и ничего не знаю. Поехать на такси, которое комфортабельное, представительское и вовремя проходит техосмотр, мы не можем. Но на этом корыте можем?! Она с какого раза заводится? Если вообще заводится.       Наруто широко открыл рот от возмущения, изображая поруганное достоинство. И тут же прикрыл руками зеркало у водительского места:       — Не слушай её, детка, — любовно поглаживая некогда жёлтую краску кузова, нежно заговорил он с машиной. Теперь Хината от души закатила глаза. — Что ты вообще понимаешь в этом? Ценитель прекрасного, — коверкая слова и состроив противную рожу, ядовито высказался Наруто, будто обозвал Хинату последними словами. — Это не просто машина. Это жёлтый «Камаро». Семьдесят первый год. Классика.       Хината оценивающим взглядом прошлась по бледно-жёлтой машине с двумя чёрными полосами вдоль кузова. Без слёз, конечно, не взглянешь. Обшарпанная, гордо носящая на себе следы коррозии, да ещё сиротливо припаркованная среди дорогих авто тех, кто приехал в элитный фитнесс-центр, расположившийся аккурат напротив высоки, в которой живёт Хината. Назвать такую «классикой», язык не повернётся.       — В любом случае, — устало сказала Хината, — ехать слишком далеко. Не хочу заглохнуть посреди дороги и вызывать потом эвакуатор. Твоя детка вряд ли выдержит такое испытание. Поедем на моей, но ты поведёшь. Я не слишком уверено чувствую себя за рулём.       Наруто озадаченно уставился на коротышку в малиновой шубе. За время их недолгого знакомства, куда бы Хината не ехала, каждый раз вызывала такси, даже в день, когда он к ней залез, её машина забрала. А тут выясняется…       — У тебя своя тачка? Это типа что, я мог с комфортом отвести нас к твоим предкам?       — Поверь, — закатила глаза Хината, — учитывая количество вещей, да ещё наличие Ханаби, та поездка была бы максимально далека от комфорта.       Наруто скривился, представив, что там должна быть за маленькая девчачья машинка. Бросил уже тоскующий взгляд на свою брутальную детку. Послал «Камаро» воздушный поцелуй, с обещанием скоро вернуться. И поплёлся вслед за Хинатой, которая, разумеется, не стала его дожидаться.       — Сразу предупреждаю, — бегом забегая под бетонные своды подземной парковки, от чего его голос громко отозвался эхом, крикнул Наруто, — если она будет выглядеть слишком позорно, то ни за что не сяду за руль. Лучше автобус.       — Без понятия, что означает «позорно», — приветливо махнув мужчине в будке, отвечающему за поднятие толстых металлических столбов от угонщиков, пожала плечами Хината. — Спасибо, — всё так же любезно, поблагодарила она, когда крупный мужчина с кривым носом — явно от частых переломов — и многодневной щетиной, протянул ключ с брелоком. — Хорошо, что у них можно хранить запасной, — пояснила она для Наруто. — Понятия не имею, где основной.       Воришка только подивился подобному отношению.       — Уверена, что она там не сгнила уже? — поддел он. — Как можно настолько не уважать свой автомобиль? Даже если он розовый и разгоняется только до шестидесяти километров.       Хината раздражённо закатила глаза. И нажала на брелок. Раздался характерный звук, а следом Наруто ослепила мимолётная вспышка фар. Словно в серой толпе подмигнула умопомрачительная красотка в красном платье.       Мир заиграл новыми красками. Бетонные стены превратились в пыль, зима отступила, невзрачная одежда слетела с воришки, и вот он уже облачён в шёлковую рубашку, застёгнутую на пару пуговиц, свободные шорты и пафосные солнечные очки-авиаторы. В этом райском уголке, больше ничего для жизни не требуется. Тем более, что он несётся по бесконечному проспекту. Пальмы превращаются в размытые силуэты. И только пляжные девчонки в откровенных бикини замирают, чтобы проводить его восхищённым взглядом. Видя свободное место рядом с ним, они мечтают оказаться в салоне. Потрогать высококлассную кожу сидений, ощутить рёв двигателя…       — Чего же ты ждёшь, мой лев? Прокати меня, — выгибаясь, как дикая кошка с эмблемы спорткара, рядом, конечно, оказывается Хината. Вызывающе поглаживает рычаг переключения передач, намекая, что его ждёт в конце поездки.       — Пристегнись, крошка, — нагло ухмыляется Наруто. — И постарайся не выпрыгнуть из трусиков раньше времени, — он смотрит на дорогу впереди, надавливает на педаль, наслаждаясь голосом двигателя. — Сначала приручу эту кошку, — поглаживая руль, твёрдо шепчет он. — А потом буду наслаждаться тобой. Медленно.       Хината ничего не предпринимает. Это даже интересно — наблюдать за Наруто. Пусть он напоминает человека в вегетативном состоянии, зато мир, в котором пребывает его разум, делает его счастливым. Судя по туповатой улыбке и стекающей с уголка рта полоске слюны.       — Медленно, — гоготнув, произносит Наруто какой-то своей фантазии. Хината только закатывает глаза.       — Эй, Чад Фелдхаймер, — поняв, что это может затянуться, Хината помахала перед лицом воришки рукой, стараясь привести того в чувство. — Очнись уже, — слегка его встряхнув, недовольно буркнула Хината, — представитель всего этого идиотизма, что меня окружает.       — Т-ты, — ещё не вернувшись полностью из мира каких-то — Хината ставит на то, что абсолютно пошлых — своих фантазий, невнятно протянул Наруто, но хотя бы посмотрел на неё, — цитируешь братьев Коэнов?       — Я прямо сейчас могу порадовать тебя сзади, — придав голосу томности, продолжает сыпать цитатами Хината. Раз уж это работает.       — А? — проморгавшись, смотрит на неё воришка. На этот раз полностью осознанным взглядом. Хината ждёт, что из-за сказанного у неё возникнут проблемы: отделаться от шуток после такого заявления, будет сложно, а этот нахал ещё и на слове может поймать, с него не убудет.       Вот только, Наруто буквально отодвигает её со своего пути, чтобы оказаться как можно ближе к автомобилю.       — Да чтоб у меня больше не встал! Это же грёбаный красный «Ягуар»! — будто боясь испачкать отполированный до блеска корпус, Наруто только водит по воздуху в опасной близости. Смотрится и правда подобно ласке. Хината ловит себя на мысли, что завидует этому куску металла. — Неподражаемая британская эстетика. От этого силуэта мурашки: длинный капот, плавный объёмный корпус, решётка подчёркнутая пропорциями, и угол наклона ветрового стекла, словно призыв — бери меня, поехали, — сам с собой говорит Наруто, нахваливая «Ягуар», как по написанному буклету. Как будто пытается втюхать её.       — Видимо, вопрос о «позорности» можно снимать, — язвительно замечает Хината.       — Издеваешься? — взвился Наруто. Смотрит на неё гневно, но стоит перевести взгляд обратно на машину, глаза загораются восторгом. — Как ты можешь мариновать её здесь?! — в том, как он с нажимом говорит «ты» скрывается какой-то намёк, непонятный Хинате. — Эта тачка — арт-объект, буквально рождённый для самовыражения на дороге. Амбициозный, стильный, с характером. Прости конечно, но эта машина, как точное воплощение тебя в металле.       Хината может только открыть рот. Сказать ей на это нечего. Комплимент даже слишком лестный, чтобы просто взять и поверить в его правдивость. Разве она правда такая? Словно впервые увидев машину, Хината соглашается, что внешне та натуральная красотка. Выглядит дорогой и недоступной.       — Зачем покупать такую красотку, если маринуешь её здесь? — обвинительно вопрошал воришка. — Это всё равно, что… бля, как там будет на твоём языке? Типа, купить того же Ренуара, а потом убрать в сейф и никогда — никогда — не доставать, чтобы тупо полюбоваться.       — Вообще-то, это подарок, — не слишком активно, начала оправдываться Хината. — Отец настоял, что у меня должен быть автомобиль. Хотя я говорила, что из меня хреновый водитель, и ещё я часто люблю работать в дороге, поэтому такси или общественный транспорт мне идеально подходят. Но, — она развела руки в стороны, — имеем то, что имеем.       Наруто присвистнул, ещё раз проведя рукой рядом с красным корпусом — дотронуться не решался, будто это не металл, а останки святого.       — Хиаши приятно удивляет. Думал, он скорее выберет для тебя что-то, — воришка неопределённо покрутил ладонями в воздухе, подбирая не слишком обидное продолжение.       — Розовое и медленное? — с издёвкой, подкинула идею Хината.       — Надёжное и практичное, — в тон ей, сам выбрал эпитеты блондин.       — Что ж, за это стоит сказать «спасибо» дяде Хизаши, — закатила глаза Хината. — Ума не приложу, зачем папа взял его с собой, но тот умеет быть убедительным. А ещё у него ярко выраженный кризис среднего возраста, за который расплачиваюсь я.       — Ты правда совсем-совсем не ездишь на этой красавице? — с надеждой, что ошибается, спросил Наруто.       Хината неловко пожала плечами.       — Я не возражаю, когда друзья просят её одолжить, — сомневаясь, что воришка примет этот вариант за подходящий, всё же сказала Хината. — И, вроде, как-то даже просила подвести меня. Опаздывала куда-то что ли, — больше сама с собой, перебирала воспоминания Хината, отвлёкшись от воришки.       — Какой движок? — нетерпеливо врывается в её мысли вопрос Наруто.       Хината бросает ему ключи:       — Сам проверь.       Наруто смотрит на брелок, как на Священный Грааль. И уже хватается за ручку водительской двери, когда резко что-то вспоминает. Хината вопросительно двигает головой. Это она что-то ещё забыла? Или что?       Ей остаётся только смотреть, стараясь сохранять спокойствие, как Наруто обходит автомобиль, чтобы сначала открыть дверь для неё:       — Прошу, дорогая, — протягивая руку в приглашении соблазниться, призывает Наруто, источая грубую сексуальность. Как тут допустить мысль, чтобы отказаться?       Показалось, или он правда держал её ладошку в своей руке дольше необходимого? В голове сплошной ветер, Хината силится вспомнить, зачем они куда-то едут, но все мысли — эти разноцветные хаотично движущиеся шарики, ограниченные замкнутым пространством черепа, как в какой-то игре, сталкиваются с самым ярким и окрашиваются в его цвет. У цвета нет названия, только значение — мысли о Наруто.       Хината сглатывает от того, как близко они оказываются, когда Узумаки занимает водительское кресло. Почему эта поездка вызывает такое возбуждение? Она и раньше оказывалась с мужчинами в одном авто, и то были мужчины, с которыми она хотя бы спала. А Наруто? Хината смотрит, как он делает глубокий вдох, задерживая дыхание, прежде чем вставить ключ в замок зажигания. От этого точного, уверенного движения, у неё сводит пальцы на ногах. Хочется подвигать бёдрами, чтобы избавиться от настойчивого желания. Всех, кого хочет, он берёт с таким напором? Хината бы проверила.       Двигатель оживает. Это утробное рычание дикой кошки вибрирует во всём теле. Хината крепче хватается за ремень безопасности. Впрочем, от перевозбуждения он бесполезен.       — Этот рёв ни с чем не спутаешь, — только что не постанывая от удовольствия, тянет Наруто, так и сяк лаская кожу руля, пробегая кончиками ловких пальцев по приборной панели, да вообще едва не облизывая весь кокпит. — Восемь цилиндров, легендарное зверское ускорение, — он оборачивается к Хинате, восторженно сообщая: — До сотни за три и семь секунды!       Она не впечатлена. Вот за секунду намокшие трусики и посланные нахрен моральные принципы — это реально зверское ускорение. А разогнал её так этот нахальный блондин, сейчас радующийся как мальчишка.       — Пристегнулась? — видит, что да. Ухмыляется. — Отлично. Держись крепче.       — А? Ч-что? — в панике спрашивает Хината, принимаясь вертеть головой в разные стороны. — За что тут держаться?       Наруто только громко смеётся. И давит на газ.

❄❄❄

      Плавный ход завораживает. «Ягуар» мягко откликается на каждую команду Наруто, когда лавирует между плетущимися серыми автомобилями, будто заторможенными из-за мороза. Кажется, что если закрыть глаза, ощутишь чувство полёта. Свободы. Дикая красная кошка отзывается довольным мурлыканием, радуясь, что водитель отменяет запреты. Тесный город закончился, впереди гладкое шоссе, уходящее вдаль кронами фонарей.       Хината спустила шубу, оголив покатые плечи. Её губы шевелятся, пока она подпевает Джорджу Майклу.       — … «но на следующий день ты его вернула», — расслабленно улыбаясь, поёт она чуть громче, так что Наруто может слышать нежные нотки голоса. Красиво. Плевать, что сама песня действует на нервы. Воришке точно не хотелось бы, чтобы Хината вернула его сердце обратно. Если он наберётся смелости отдать его ей.       Обогнав фургончик, затерявшийся на вечерней дороге, Узумаки прерывает пение Хинаты, напоминая о своём присутствии:       — Ты тихая. Я удивлён, — нагло посмеиваясь, бросает мимолётный взгляд, чисто убедится, что привлёк внимание. — Думал, будешь возмущаться и просить снизить скорость. Но ты, кажется, совсем не боишься.       Хината всерьёз задумывается над тем, как себя чувствует. Брови надвигаются на глаза, губы чуть поджаты. Впрочем, быстро придя к какому-то выводу, её лицо приобретает безмятежное выражение:       — Выходит, доверяю тебе.       Узумаки едва не бросает руль, чтобы схватиться за сердце. Уничтожила буквально одной фразой. Ненавязчиво, даже нежно, руку по локоть просунула в грудную клетку. Не обратила внимания на разодранную кожу, порванные мышцы и раскрошенные в щепки рёбра. Прикоснулась к колотящемуся сердцу, наслаждаясь его реакцией на неё.       От реальности давления в груди, в глазах потемнело. Готовившееся к защите от нападения тело, размякло, будто хлебный мякиш в ледяных водах речного потока.       — Интересно, — протянула Хината с приторно-язвительными нотками в голосе. Наруто слышал, но звук доходил с задержкой, искажённым. — Что бы сказала твоя «детка», увидев, как быстро ты променял её — всю такую классическую — на новенькую модель?       Машина вильнула. Хината вскрикнула, ища опору в передней панели, но ремень вжал обратно в сиденье, не позволяя дотянуться.       Адреналин усилил рефлексы. Наруто не успел испугаться неуправляемости «Ягуара», вернув их на свою полосу. Встречных не было. Опасность дороги его вообще нисколько не трогала. На секунду Наруто даже захотел превратить дорогую тачку в груду искорёженного металла. В отместку за то, что она такая совершенная, заставляет желать поиметь её.       Хината проглотила все ругательства. Да и страх за жизнь испарился едва успев оформиться. Она не могла отвести испуганного взгляда от дрожащих пальцев Наруто, до вздувшихся вен вцепившихся в руль. Казалось, что он вот-вот закричит. Раненный, загнанный зверь. И кругом лишь враги.       Плавно натянув ремень безопасности до предела, Хината накрыла руку воришки своей. Поразилась, насколько он был холодным. Как сильно его била дрожь.       Кидая затравленные взгляды то на неё, то на дорогу, и изредка на сцепку их рук, Наруто дышал урывками, сжав плотно челюсти. Это была смесь из страха и презрения. Хината безуспешно пыталась понять, на кого они направлены. А может ей просто не хотелось верить, что Наруто способен так сильно ненавидеть…       Себя.       — Прости меня, — пробиваясь сквозь дебри чужих эмоций, мягко проговорила Хината. — Это была всего лишь шутка. Я не пыталась тебя обидеть.       — Д-да, — резче необходимого, коротко отозвался Наруто. — Знаю, — не столько для Хинаты, сколько для себя, добавил он. Он ведь правда знает. Его беда в том, что не удосужился пустить Хинату дальше порога. Рассказал о парочке преступлений, выставляя их самыми серьёзными. А те ровным счётом ничего для него не значили. Об ужасных предательствах, что опутали его, как тяжёлые цепи грехов, ни словом не обмолвился. Хината надавила на болевую точку случайно.       Неловко убрав руку, сомневаясь, что так делает Наруто лучше, Хината дала ему время прийти в себя. Тишина с ним ещё никогда не была такой тревожной и напряжённой.       — Ты расскажешь мне? — не выдержав, несмело спросила Хината.       — О чём? — уже зная, что его фурия захочет знать, по привычке оттягивал время воришка.       — О жёлтом «Камаро».

❄❄❄

      Хината далеко не сразу сообразила, что натворила. Ещё долго будет винить себя за эту неосмотрительную шутку, могла догадаться. Вероятно, чувство вины притупится, если Наруто доверит ей эту часть своей истории. Дура, всё ведь на поверхности, он сам говорил, как начал воровать. Желание обладать тем, что не можешь себе позволить. И она буквально швыряется обвинением: ты ничуть не изменился. Отказался от того, что было ценно, ради того, что дороже стоит.       — Права я получил легко, с первого раза, — сосредоточившись на дороге, Наруто заговорил. На Хинату не смотрел, делая вид, что её нет, а он просто разговаривает с пустотой. Позже разберётся с тем, как изменится её отношение к нему. — При этом оставаясь пешеходом. Для парня в шестнадцать лет — это целая трагедия. Ходил, страдал, тяжело вздыхал, типа невзначай рассказывал об очередном однокласснике, которому предки подогнали тачку. И когда после окончания учебного года отец привёл меня к себе в автомастерскую, подумал — ну всё, получилось, сейчас увижу отполированную красотку с красным бантом на крыше, — Наруто усмехнулся, нервно поправив непослушные волосы. — Размечтался. Как будто забыл, что мой старик не такой. Нет. Он меня привёл, чтобы сказать, что я могу летом поработать с ним. Шеф его был не против — лишние руки всегда нужны. А как начнётся новый учебный год, он добавит столько же, сколько смогу заработать и вот тогда у меня будет машина.       Наруто нахмурился, вспомнив, как разозлился тогда на отца. Благо память стёрла мелкие подробности, но, кажется, он крикнул ему что-то обидное. Типа, почему у всех нормальные папаши, а мой только и может, что поучать.       Минато остался непреклонен. Пожал плечами, мол дело твоё. Выбор за тобой, сынок. Хочешь тачку сейчас — работай, или ходи пешком, пока сам не заработаешь.       Наруто с сожалением осознал, что в следующий их разговор только буркнул согласие, не удосужившись извиниться.       — Всё лето впахивал, как проклятый. Хотя, в какой-то момент даже понравилось: суровая мужская компания, взрослые шутки, этакое братство, куда меня неожиданно приняли с распростёртыми объятиями. Ну и девчонки, конечно, — Хината снисходительно одарила его немного ревнивым взглядом. Тут даже сам воришка не отказался признать, что она рядом, взглянул в ответ, успокаиваясь под эти собственнические замашки его фурии. — Я был неотразим в потной, перемазанной маслом белой майке и приспущенном рабочем комбинезоне. Они ходили мимо стайками, когда работал на улице, застенчиво хихикали. Не упускал возможность потаскать что-то тяжёлое в такие моменты, чтобы заценили мои «банки».       Хината прикусила нижнюю губу, впиваясь ногтями в бедро. Для фантазий у неё и так уже была эта взрослая версия Наруто, но нет, воображение сделало его моложе. Загорелый, с белоснежной улыбкой и горящими голубыми глазами, особенно выделяющимися на смуглом лице. Волосы в беспорядке не потому, что лень ими заниматься, а потому что встал пораньше, чтобы придать им эту небрежность.       Хината точно какая-то озабоченная извращенка, но поделать ничего не может. Воображает, как подъезжает на своём красном «Ягуаре», вся такая взрослая и опытная. И легко совращает малолетнего наглеца, позволяя ему трахнуть себя прямо на нагретом жарким летним солнцем капоте.       «Ох, и о чём ты только думаешь?», — одёргивает себя Хината.       — Помню, как быстро билось сердце, когда он повёз меня на рынок подержанных авто. Тогда не было мыслей, что тачка достанется дешёвая, что на ней могли до меня человек десять кататься. Первая тачка — моя собственная. Так просто, но никак не укладывалось в голове. Наверное, тогда я был абсолютно счастлив, — Наруто чуть сильнее сжал руль. — Эти десять минут абсолютного, чистейшего счастья. Потом как расплачивался с управляющим не помню, как поехал в первый раз сам, за рулём своей собственной машины — тоже. Зато помню, что орал на весь салон «Ай оф зэ Тайгер». А потом подбросил одноклассницу до дома.       Хината недовольно закатила глаза. Конечно, Узумаки, продолжай, ей ведь так хочется послушать о тебе, набитом бушующими гормонами под завязку, и какой-то малолетней шлюшке, строившей тебе глазки.       Наруто заметил. Посмеялся. Настолько свободно, словно они вели приятную беседу, которая закончится на приятных воспоминаниях из далёкого прошлого.       — О да, ты всё верно понимаешь, — подтвердил её догадки Наруто. — Она была благодарна за это. Настолько, чтобы ещё полчаса целоваться на заднем сиденье, — Хината фыркнула, тем самым показывая, что ничего другого от него не ждала.       Узумаки попытался припомнить ещё что-то о той девчонке. Не смог. Вроде, рыжая была. Или то был кто-то другой.       — Как бы там ни было, — подбираясь к моменту, когда его жизнь выбрала неправильную развилку, с горечью в голосе продолжил Наруто, — чуть позже я оказался на вечеринке у мажора из параллельного класса. И когда раздался рёв восьмицилиндрового движка, от его новенькой тачки, подаренной ему предками — ни за что, просто так, без всяких условий. Тачки, ради которой он не впахивал всё лето. «Камаро» показался мне просто гнилым мусором. Захотелось столкнуть его с моста. И самому сигануть туда же. Я чувствовал, что никогда не захочу вновь оказаться за рулём этого корыта.       Хината пристыжённо опустила глаза на свои руки.       — Мне не стоило… — тихо начала она. Но Наруто не дал договорить:       — Теперь я хотел его тачку, — жёстко выдавил он сквозь сжатые челюсти. — Потому что она была лучше моей.       Чтобы до Хинаты дошло, он взглянул в виноватые серые глаза. Говорил чётко, как будто высекал каждое слово в камне:       — И я взял её.       Стоило осудить его. Правильная часть Хинаты, та, что всегда следует правилам, так и делает. Где-то там в самом тёмном углу, настолько тихо, что практически молча. Всё остальное в Хинате ему завидует. Отчаянной и глупой смелости. Силе желания обладать чем-то. Она едва ли когда-нибудь решилась бы на кражу — потому что, никогда ничего не хотела настолько неистово.       Но Хината давит в себе эти мысли. Когда видит потухший взгляд Наруто. Он явно не гордится собой, и не считает, что бросил какой-то вызов устоям. А просто разрушил свою жизнь. И, вероятнее всего, свои отношения с отцом.       — Сделать это оказалось так просто, что даже неинтересно. Этот тупица оставил ключи в зажигании. Музыка, девочки, бухло, пока все наслаждались вечеринкой, я ехал по ночным улицам. Быть за рулём той малышки сильно отличалось от всего опыта вождения, какой у меня был. Не шло ни в какое сравнение с чёртовым жёлтым «Камаро». Думаю, — он замолчал, делая глубокий вдох, — поэтому я специально направил её в столб.       — Что? — поражённо уставилась на него Хината. В огромных глазах отражались пролетающие мимо фонари и красно-белое ограждение. — Т-ты же мог пострадать.       Узумаки медленно выдохнул. Коротышка снова это сделала — вселила надежду, что в конце этого разговора они окажутся чуть-чуть ближе друг к другу, а не наоборот. И она снова больше всего испугалась за него. Ещё бы точно знать, что это к ебеням означает.       — Отделался шишаком, вывихом запястья и таким испугом, что едва не обделался.       — Не смешно, — для успокоения нервов, возмутилась Хината.       Наруто согласно покивал. Дальше действительно не было ничего смешного.       — Копы нашли меня у раскуроченной машины. К тому времени уже началась вся эта движуха, обнаружили пропажу и всё такое. От удара ещё мутило, а я оказался в клетке. Наверное, меня о чём-то спрашивали. Видимо, я отвечал. Взяли номер отца. Позвонили, — Наруто сглотнул. Пальцы вновь забила дрожь. — Но он приехал только утром.       — Ты всю ночь провёл в камере?       Наруто кивнул:       — И мне следовало выучить этот урок лучше. В любом случае, утром меня отпустили. Мне даже в каком-то смысле повезло. Запомни: никогда не вызывай копов на вечеринку, пока не избавилась от всего запрещённого, — он нашёл в себе силы криво усмехнуться. — Они там случайно нашли травку и какие-то таблетки. Короче, у папаши того мажорчика не было ко мне никаких претензий. Я думал, что реально отделался лёгким испугом. Но всё это было позже. Намного позже. А пока мой отец приехал за мной.       Внутри что-то оборвалось. Прямо как в тот день.       — Он всё делал молча: подписывал бумаги, ждал меня, вёз меня домой. По дороге даже не взглянул на меня. Думал, он злится и просто пытается сдержаться, чтобы не отмудохать как следует. Чёрт возьми, — Наруто размахнулся, но по рулю так и не ударил, — как мне хотелось, чтобы он побил меня. Наорал. Сделал хоть что-то. А он только молчал.       В какой-то степени, Хината могла понять Наруто. Очень сложно, и чертовски больно, когда ощущаешь пренебрежение со стороны кого-то из родителей. Но при всей строгости Хацуми, не смотря на её завышенные требования и нескрываемое недовольство поступками дочери, она оставалась той матерью-львицей, на которую Хината всегда могла положиться. Непостижимым образом, Хацуми умела это показать. К тому же, у Хинаты всегда был Хиаши. Вообразить страшно, чтобы он мог перестать смотреть на старшую дочь, что бы та не сделала. Хината не проверяла, но сомнений никогда не возникало. Ни тени.       Вот только, и обвинить в чём-то отца Наруто она никак не могла. То немногое, что он успел рассказать о своей семье, в частности об отце, говорило о нём, как о заботливом, любящем. У них с сыном была связь, Хината ощутила боль сродни физической, когда подумала, что этот мужчина слепо верил: сын никогда не заставит его усомниться в крепости их уз.       Разбитые в дребезги, как чужая дорогая машина, грёзы. Страшно. До невозможности сделать вдох. До желания биться в истерике.       — Я надеялся, что он заговорит, когда мы приехали домой. Думал, наверное, он просто сдерживался, но вот сейчас-то взорвётся, — найдя силы продолжить говорить, вспоминает Наруто. — И заговорил, но, чёрт побери, я бы выбрал, чтобы он навсегда онемел, — как будто это было вчера, перед глазами возник их уютный дом, раннее утро, редкие пожелтевшие листья, успевшие за ночь нападать на покошенную лужайку. Прямой взгляд отца — те же голубые глаза, что и у сына. Его лишённый жизни и эмоций голос: — «Это моя вина. Я сделал что-то не так». Он винил во всём себя, понимаешь? — эмоции били через край, Наруто вертел головой от дороги, к Хинате, пытаясь добиться хотя бы от неё ответа на вопрос: как это возможно?       В минуты беспросветного отчаяния, когда Наруто больше всего себя ненавидел, каждый раз старался снять с себя эту убивающую ответственность. Внутри себя кричал, что пошёл бы иным путём, обвини отец во всём его. Он бы прислушался. Преодолел свою испорченную натуру.       Лёд опасно затрещал, стоило Наруто ступить на него одним коньком. Мальчишка испугался и убрал ногу. Но рядом был Минато. Он улыбнулся, смело делая шаг.       — Тебе нечего бояться, сынок, — сказал он, уезжая вглубь озера, и так же быстро возвращаясь обратно. — Лёд крепкий. К тому же, я рядом. Поймаю, если упадёшь, — протянутая рука, кажущаяся огромной. Надёжной…       — Соврал, — сдавленным шёпотом, невпопад произнёс Наруто. Голова разрывалась от треска льда. — Той близости, что раньше, больше не было. Наши отношения дали трещину. Думаю, всё, что я сделал дальше, его больше не удивляло. Он даже ждал, что этим закончится. Зато, — через силу улыбнувшись, Наруто обернулся к Хинате, — свою жёлтую малышку с тех пор я больше не предавал. Как сбежал из дома, она стала самым дорогим, что у меня есть, — и так оставалось до недавнего времени, едва не добавил Наруто.       «Пока в моей жизни не появилась ты», — кричали глаза, сверкающие в темноте, шептал язык тела, потянувшись к её личному пространству. Но вслух воришка ничего из этого не сказал.       Хината тоже боялась заговорить. Она была благодарна темноте салона за то, что Наруто не видит зарождающихся слёз. Всё внутри неё металось от желания обнять, сказать что-то важное, то, что поможет, докажет ему — ещё не всё потеряно, ты на верном пути, не веришь сам, я буду верить за двоих.       И она теперь хотела знать абсолютно всё. Вопросы требовали ответов, перебивая друг друга. Пока он открылся перед ней, пока ещё не восстановил свою броню. Пока они не…       — Приехали, — перечёркивая все планы Хинаты, сказал Наруто.

❄❄❄

      Сердце пропустило удар. После чего, поспешило галопом, разгоняя кровь. Уровень адреналина мгновенно подскочил, напоминая, с какой целью задумывалась эта вечерняя поездка. Остальное постепенно отходило на второй план. Хината ещё проявила сопротивление, с трудом оторвав взгляд от высоченных раздвижных ворот. Не зная, чего хочет от Наруто, попыталась подавить недовольство, что разговор прерывается. И что сама рада его отложить, захваченная новым предвкушением. Хотелось извиниться что ли.       Но кто-то невидимый, ожидающий их по ту сторону, заставил ворота прийти в движение. Тихо поскрипывая, сплошная тёмная махина скрывалась за высокой белой стеной с облицовкой из натурального камня. Открывался новый, полный неясной опасности, мир.       Наруто и Хината переглянулись. Кивнули друг другу, выражая одновременно поддержку и заверение, что выберутся отсюда только в том же составе, в каком заявились.       — Как бы не хотелось, — напутствовал Наруто, — не показывай, что боишься.       Хината парой резких движений вернула шубу на плечи, кутаясь, будто уже оказалась на улице. Села прямее, сбрасывая оцепенение от истории Наруто. На время придётся расстаться с этой своей версией. Примерить новый образ. Хината пока смутно представляла, какой конкретно, но что-то уже вырисовывалось. Например, эта безбашенная и одновременно хладнокровная арт-дилер, ничего не боялась.       — Чего мне бояться? — нагло заявила она, высокомерно задирая подбородок. Никакого пустого бахвальства. Новая Хината точно знала, почему может позволить себе быть бесстрашной: — Ты же со мной.       Губы Наруто медленно растянулись в опасной улыбке. Ответ ему однозначно понравился.       «Ягуар» плавно въехал на территорию. Дорога тут же поворачивала вправо, плавно поднимаясь вверх. Проезд не доставлял проблем, вся дорожка из мелкой светлой брусчатки, была освещенная уличными фонарями — на вид натыканные в случайном порядке чёрные палки. Они терялись между кустов, высаженных по левую сторону, скрывая размеры участка. Правда, в это время года что-то рассмотреть мешала не листва, а белые шапки снега.       Хината не смогла скрыть восхищение подпорной стеной, следующей за ними по правую руку. Это был настоящий архитектурный ансамбль из модульной стены, облицованной таким же белым камнем, как при въезде, с ритмическими пилонами. Не смотря на элегантное воплощение, очевидно, что главное назначение подпорок — не позволить грунту оседать на участке. Прямо за этой монументальной каменной подпорной стеной, начинался крутой склон. Сейчас такой же белый от снега, на котором чернеют голые деревья. Но летом он наверняка представляет собой буйство зелени.       В темноте не разглядеть, но на самом верху, похоже, была дорога. Кто-то мог ездить по ней каждый день, разглядывая этот уединённый уголок с верхотуры.       Увиденное не создавало ощущение логова преступного Змеиного короля. Тем более, что стоило им сделать поворот, оставляя часть кустов позади, открылся вид на открытую территорию, заставленную припорошенной снегом мебелью, которую почему-то никто не удосужился убрать на зиму. Выдержанный в стиле минимализма фонтан не работал, но был украшен разноцветными огоньками, что делало его ещё волшебнее. Ну приехали, босс мафии даже украсил участок к праздникам.       Хината закатила глаза. Не то чтобы она ожидала насаженные на колья головы врагов, всюду вооружённую охрану в чёрных костюмах, или скалящихся на чужаков опасных бойцовых собак. Но хотелось бы увидеть хоть что-то похожее. Пока она была готова уважать хозяина дома за тонкий вкус.       — А не, теперь всё нормально, — закатывая глаза, пробубнила Хината себе под нос.       Огромный дом в средиземноморском стиле, в котором безошибочно читались мотивы итальянских вилл и испанских палаццо, с этими колонами, арками и декоративными карнизами, даже находясь среди зимней сказки, даже украшенный гирляндами и ёлочными венками, первым делом навёл на мысли о колумбийских наркобаронах.       Не доехав до места, где дорожка переходит в настил, выложенный терракотовым камнем — в цвет стен дома — в непосредственной близости к арке, за которой должна прятаться входная дверь, Наруто остановился. Кожа на руле скрипнула под давлением его крепкого обхвата. Он смотрел в одну точку, словно ястреб, высматривающий добычу.       Присмотревшись лучше, Хината поняла, кто привлёк внимание воришки. Должно быть, люди из прошлого. Вышли встречать старого знакомого. Вот и люди в чёрных костюмах: двое широкоплечих, почти квадратных мордоворота, даже в сумерках не снимающие солнцезащитных очков, как-то особенно прижимающие к себе полы пиджаков, видимо, чтобы ветер не раскрыл их, демонстрируя спрятанное оружие. Стоило испугаться такой откровенной опасности для жизни. В конце концов, они могли пристрелить их ещё до того, как сладкая парочка покинет автомобиль.       Виновата их стереотипность, решила Хината, откровенно закатывая глаза. Чем знатно повеселила Наруто. Ему это было нужно. Такая отчаянно смелая фурия рядом. Особенно, когда между хорошо знакомыми ему личными охранниками Орочимару, показалась маленькая фигурка, ещё более знакомая. До желания переломить ей хребет пополам.       Хината тоже с удвоенным вниманием впилась взглядом в женщину. Свет от фонарей хорошо её освещал. Ничего особенного, пришла к выводу Хьюга, заставляя себя расслабиться. Бывшая Наруто выглядела… потасканной. Более литературное слово она искать не собиралась. Конечно, соперница — такое определение было самым простым, и пока у Хинаты не было времени вникать в его семантику — завернулась в меха до пят, сверкала бриллиантами в ушах и на шее, но всё равно выглядела дешёвкой. Несла себя, как будто королева всех этих земель, а на деле казалась лишь поломойкой, снявшей шмотки с трупа своей бывшей госпожи.       Наруто залип на выражении пренебрежения, так органично смотрящемся на утончённых чертах фурии. В гневе она была хороша, в возбуждении — просто богиня, но эта готовность не напрягаясь указать Анко на её место, сносила крышу настолько, что он мог бы взять её прямо сейчас. И судя по тому, как Хината облизала губы, стрельнув в его сторону обжигающим взглядом, возражать она не будет.       — У тебя ведь есть в рукаве глупость, которая сделает наше появление эпичным? — не сомневаясь, что ответ положительный, спросила Хината.       — Читаешь мысли, — ответил Наруто, заставляя «Ягуар» рычать и раскидывать снег из-под колёс. — Держись.       Хината ухватилась за салонную рукоятку над головой.       Наруто мысленно досчитал до трёх, и вдавил печаль в пол. Красный «Ягуар» пронёсся оставшуюся часть пути, едва не проскочив мимо. На это и был расчёт. В нужный момент, воришка дёрнул ручной тормоз, выкручивая руль. Машина закрутилась на месте. И встала так, что пассажирское сиденье оказалось ближе к встречавшим.       Хината зажмурилась в какой-то момент. Страх быстро перерос в восторг, когда тело оказалось будто в невесомости. Уши заложило, поэтому она не уверена, но кажется успела покричать, отдаваясь крутящему моменту. Всё не открывая глаз, она слышала все звуки слишком громко, как если бы сама стала их частью. Вот Наруто отстегнул ремень. Открыл дверь, впуская ледяной, бодрящий воздух. Его уверенные шаги. Ближе. Ближе.       Она открыла глаза в тот момент, когда Наруто положил руку на ручку её двери. Этот взгляд через окно «Ягуара» длился целую вечность. За это время успели умереть и воскреснуть цивилизации. Высохнуть и вновь затопить сушу мировые океаны.       Узумаки протянул руку. Хината без раздумий приняла её.       Он ни на секунду не сомневался, что она просто не может его подвести, но то, насколько сексуально-непринуждённо Хината выбралась из машины, достойно наивысшей награды за грацию. Она своей осанкой, взглядом, подачей, даже тем, как именно вложила ручку в его, вызывала сомнения: а точно это они явились для аудиенции у короля? Нет, едва ли. Это королева снизошла до простолюдинов.       — Достойно Лувра, — уверено заявила фурия, не скрывая ядовитого сарказма в голосе. Наруто не спорил, реально вышла картина маслом: оба бугая и злющая Анко, активно отряхивались от снега, которым их щедро окатило во время резких поворотов. От излишней активности, некоторые снежинки начали таять, оседая влагой на волосах и лице, парням пофиг, но вот у Анко поплыл макияж, причёска превратилась в переваренную вермишель, повисшую на лбу.       — Прошу, — указывая дорогу вперёд, церемониально предложил Наруто. Хината не отпустила его, напротив, крепче взяла под руку. Дошагала до готовой взорваться сопернице. Каким-то чудом, каблука на сапогах хватило, чтобы сделать её на пару сантиметров выше. Анко готовилась открыть рот и что-то сказать. Но Хината опередила:       — С дороги, — вышло жёстко. И сразу пояснило, что Хината не потерпит возражений. Видимо, это настолько не соответствовало её образу приличной девушки, что Анко обескураженно послушалась.       А поняла, как её опустили, когда спина Наруто скрылась за закрытой дверью.

❄❄❄

      Смех Хинаты заглушал рукав Наруто, в который она уткнулась. Хотелось продлить этот беззаботно-наглый момент, обсудить каждую деталь дерзкой выходки. Остаться наедине, в идеале — вернуться домой, где больше никого не будет, никто не помешает наслаждаться… Им.       Хлоп… хлоп… хлоп…       Хината неловко споткнулась, врезавшись в выросшую буквально из-под земли спину Наруто. У воришки в рекордные сроки вышло закрыть её собой, отгородить от человека, что так бесцеремонно вторгся в их уединение.       Наруто понимал — Хината не может не чувствовать, насколько он напряжён. Чёртова реакция тела, он ничего не мог с ней поделать, никак не мог скрыть. Издевательские овации Орочимару эхом звучали в голове, вызывая одно желание — бежать.       — Вижу, ты не растерял умения появляться эффектно, — обманчиво насмешливо, бросил Орочимару. Наруто остро прочувствовал, что они правда это сделали, заявились в змеиное логово. Добровольно.       Иррациональный страх путал мысли, орал, что нельзя допустить, чтобы он увидел Хинату. Бросил даже один свой скользкий змеиный взгляд. Коснулся издали её чистых, нежных черт. Из-за неё Наруто приписывал Орочимару почти магические способности. Не знает, как, но точно знает, что сможет предъявить на неё свои права. Как сделал с жизнью самого Наруто, посадив на короткий поводок.       Жаль, что в Наруто было недостаточно веры. Самое время начать молиться.       Хината не шевелилась. Нервозность Наруто передалась и ей. Воображение нарисовало настоящего человека-змея. Индуистского нага. Бледного мужчину с голым торсом и длинным хвостом, покрытым лоснящимися чешуйками. Охраняет своё подземное сокровище, готовый задушить в смертельных объятиях чужаков, нацелившихся это сокровище украсть.       Всё тело сковал холод. Она не могла пошевелиться. А стоило зажмуриться, казалось, что пара змеиных, ярко-жёлтых глаз, гипнотизируют её. Призывают остаться навсегда.       Хината тяжело втянула воздух, стараясь вернуть здравомыслие. Её захватил до дрожащих коленок знакомый аромат. Перец и мандарины. Острый, как само его присутствие, как обжигающий огонь от одного только желания попробовать его на вкус. Кисло-сладкий, как ощущение праздника, как волшебство в чистом виде. Невинный и пропащий. Наруто наполнил её собой до краёв. Она буквально дышала им.       Против этого у страха не было шанса.       Наруто почувствовал её руку, когда Хината вложила свои тонкие пальчики в его дрожащую ладонь. Ухватилась крепко, не разорвёшь. Нащупав подушечкой большого пальца её пульс, Наруто сосредоточился лишь на этом чётком ритме. Пока его собственное сердце не пришло с ним в гармонию.       Так никому и не помолившись, Наруто поверил, что всё будет хорошо. Нужно только держаться вместе.       — Признаться, не думал, что увижу тебя снова, На-ру-то, — произнёс глубокий, с меняющимися интонациями мужской голос. Невозможно определить радуется его обладатель встрече, или готов закатать в асфальт. То, как вкрадчиво Орочимару растягивал имя воришки, было почти ласково. Или напоминало шелест травы, в которой притаилась змея, готовая напасть.       — Признаться, не думал, что добровольно вернусь сюда, — не слишком уверено, но с присущей ему отчаянной наглостью, повторил за бывшим боссом Наруто.       — Представишь меня своей спутнице? — будто потеряв всякий интерес к Наруто, спросил Орочимару.       Едва не вырвалось однозначное «нет». Узумаки крепче сжал руку Хинаты. За спиной раздалось сдавленное шипение. Не рассчитал силы. Сделал больно. Испугался, чем воспользовалась бесстрашная фурия.       Хината решила, что глупо ждать. Она смело шагнула из-за спины воришки. И тут же оказалась лицом к лицу с…       Самым обычным человеком. Ни хвоста, ни чешуи. Даже огромных жёлтых глаз не наблюдалось. Впрочем, производить впечатление Орочимару всё равно умел. С тонким вкусом подобранный белый смокинг, начищенные до блеска остроносые ботинки, на узле галстука изящная брошь с жёлтым камнем. Присмотревшись повнимательнее, Хината разглядела на ней двух серебряных змеек, как бы охранявших камень. Орочимару сидел на широком подлокотнике низкого дивана без закруглений — строго прямой формы, сложив длинные ноги друг на друга. В правой руке трость, перехвачена так, чтобы змеиные глаза с набалдашника смотрели на собеседников. Он поправляет идеальный узел галстука, демонстрируя запонки — такие же жёлтые камни с серебряными защитницами. Образ и поведение настолько идеальны, что создаётся впечатление, что Орочимару совсем не прикладывает к этому усилий.       Приходится признать, что в роли хозяина этого наркобаронского особняка, он превосходно органичен. Пожалуй, это роднит его с самыми опасными из змей — яркая окраска. Опасная красота, вводящая в заблуждение, привлекающая внимание. Завораживающая.       — Хината Хьюга, — задрав подбородок, с вызовом представилась Хината.       Наруто не без доли страха, с восхищением смотрел на неё. Даже нашёл в себе силы усмехнуться: на каждую кобру найдётся свой отчаянный мангуст.       — Позволите полюбопытствовать, госпожа Хьюга? — облизав тонкие губы, не отводя от неё взгляда, спросил Орочимару. Согласия, разумеется, ждать не стал, просто продолжил: — Зачем вы пришли в мой дом? Да ещё в компании вора?       Хината сделала несколько уверенных шагов вперёд. Теперь она оказалась ровно по середине. Орочимару всё ждал ответа. Смотрел заинтересованно, но пытался казаться скучающим. Наруто в свою очередь, неотрывно буравил взглядом её затылок, вызывая желание стряхнуть с себя эту навязчивость. В одночасье Орочимару стал переменной понятной, а вот Узумаки нестабильной.       Она слегка повернула голову, чтобы видеть очертания Наруто. И вытянула руку, ожидая, что он поможет ей преодолеть пару коротких ступеней, ведущих в углубление с диванами и журнальным столиком.       Уловка, чтобы воришка восстановит статус-кво.       Наруто чуть ли не бегом бросился к ней. Но ручку взял нежно, будто боясь испортить дорогое произведение искусства.       Хината не дожидаясь приглашения присесть, опустилась на диван напротив точной копии, занятой Орочимару. Повторила его позу, элегантно закинув ногу на ногу. Наруто, словно верный охранник, сел так, чтобы их ноги соприкасались. Как мог навязчиво напоминал о своём присутствии. Хината не возражала. Жар, расходящийся от места, где они касались друг друга, распространялся по всему телу, возбуждая не только сексуальное желание, но и самоуверенность.       Наглость.       Она прикусила губу, пряча улыбку от мысли, что училась у лучшего.       — Полагаю, вы согласитесь, Орочимару, — говоря с ним на равных, ровно начала Хината, испытывая его на прочность фривольностью. — Могу я звать вас Орочимару? — изображая невинную овечку, спросила позволения Хината.       Змеиный король неожиданно рассмеялся. Наруто испытал натуральный шок. Не было такого, чтобы этот человек хоть раз смеялся настолько искренне.       — О, госпожа Хьюга! Вы попали мне в самое сердце. Какая прекрасная наглость — попросить разрешение что-то сделать, после того, как уже сделала. Прошу, прошу. Нет, умоляю. Продолжайте звать меня только Орочимару. Делайте это как можно чаще, — улыбаясь Хинате, радостно выдал мужчина.       Наруто в конец охренел от такой наглости. Да этот скользкий тип флиртует с Хинатой! С его Хинатой!       И эта фурия не лучше. Вон как улыбается ему в ответ.       Что за нахер тут происходит?!       — Благодарю, — опуская глаза, первым делом выражает благодарность Хината. — Как я начала говорить, думаю, вы должны со мной согласиться, Орочимару, — специально выделила его имя Хьюга, — что воры могут быть полезны. Это мой ответ на ваш вопрос о том, что я делаю в компании вора. Он привёл меня туда, где есть то, что мне нужно. Очень нужно, — ударной порцией сексуальности, добавила она. — Полагаю, это можно считать ответом на ваш второй вопрос. Орочимару.       — С радостью и предвкушением послушаю, госпожа Хьюга, что же это такое — то, чего вы так сильно желаете?       Хината сделала паузу. И произнесла, пока сердце пропустило удар:       — Вашего Ренуара.

❄❄❄

      Орочимару изобразил наивное детское удивление, настолько искреннее, что оно почти разрушило лощённый образ главаря целого преступного синдиката. То есть, Наруто полагал, что с таким самомнением, у Орочимару должна быть целая преступная империя. Его работа чаще всего была мелочёвкой, за несколько лет пребывания рядом с Орочимару, воришка не смог составить сколько-нибудь достойного представления о масштабах змеиного королевства.       Впрочем, ключевым всегда остаётся пресловутое «почти». Стоило Орочимару рассмеяться, громко, отрывисто, издевательски, кровь застыла в жилах. Это был смех человека, держащего у твоего горла нож, а не высокомерного засранца, желающего тупо унизить.       Самое время сматывать удочки, кивнув гениальной идеи, вовремя посетившей его, решил Наруто. Заготовленные для Хинаты «ну, мы попытались, но ничего не вышло», готовились сорваться с языка. А дальше дело за малым: берём её в охапку, заводим «Ягуар» и съябываем в туман. Воришка даже расслабленно заулыбался, как будто они уже преступили к осуществлению плана.       Хината поняла, что начала терять внимание Орочимару. Первое впечатление ей произвести удалось, но перед ней мужчина, который давно получает всё, что хочет, остроумием и хлопаньем глазками надолго его не удержишь.       — Скажу откровенно, я всё равно не пожалел, что согласился на эту встречу. Было, — Орочимару показательно покрутил голову змеи на трости, — занимательно. В твоём стиле, Наруто. Ввязаться в заведомо проигранную партию, чтобы впечатлить девушку, — его взгляд плавно скользнул с воришки к Хинате. — Уверен, вы этого стоите, госпожа Хьюга. Но учитывая, как сильно вы хотели моего Ренуара — я вижу это по вашим глазам — жестоко с его стороны не предупредить сразу, что вы останетесь ни с чем. Я бизнесмен, люблю зарабатывать, но вам бы всех денег мира не хватило, чтобы купить моего Ренуара.       От Хинаты не укрылось, как ему нравится это повторять — «мой Ренуар». Несложно догадаться почему, почуял своё превосходство. Ещё бы, обладать чем-то, что отчаянно нужно кому-то другому? Власть в чистом виде. Но ты плохо знаешь Хинату Хьюга, если думаешь, что она сдастся так быстро. На самом деле, его слова о деньгах навели её на мысль. Хината цеплялась за любую ниточку, пока идеальный план маячил где-то на задворках сознания.       — Ну-у-у, откровенно говоря, — небрежно бросила Хината, будто отмахиваясь от Орочимару, как от назойливой мухи, — мы и не собирались его у вас покупать.       Наруто так и застыл с глупой улыбочкой на губах. Мечты о побеге таяли подобно снегу по весне. Чует его зад, зря он позволил этой обезумевшей фурии руководить процессом. Чего она ожидает, тыкая в змею палкой? Куда же интересно их заведут подобные заявы?       Орочимару не подвёл. Приосанился, напрягая подтянутое тело под невинно-белыми одеждами. Не к месту Наруто подумал, что тот, наверное, жутко дорогой, а когда будет весь в их крови, будет безвозвратно испорчен. Придётся выкинуть. Трость, до этого отставленная в сторону, перекочевала в обе его руки, змея, как и её хозяин смотрели в упор. Смотрели на воришку. Наруто так испугался, что стало смешно. Да он реально на грани истерики.       Хината проследила за опасно прищуренным взглядом Орочимару. И легко, будто феи звонят в колокольчики, захихикала.       — Нет-нет, — заверила она, как только внимание Орочимару вновь сосредоточилось только на ней, — мы не собиралась его красть. У Наруто принципы, — с гордостью, заявила Хината, — он не ворует картины.       Так-так, отметила про себя Хьюга, очевидные варианты Орочимару быстро вычеркнул. А неочевидных, очевидно, у него не было. Лёгкая растерянность на его лице вновь вернулась контроль в руки Хинаты. Весь из себя крутой, опасный босс оказался в ситуации, когда придётся задать вопрос, если хочет получить ответ.       — Вы умеете интриговать, госпожа Хьюга, — вообще-то, такое обращение раздражало, в конце концов, госпожой Хьюга была её мать, но Хината и не подумала поправлять, пусть зовёт госпожой. — Если ваш план не состоял в том, чтобы купить или украсть. То, что же вы намеревались делать?       Охуенно хороший вопрос! Орал внутренний голос Наруто. Аж поблагодарить захотелось за то, что озвучил. Ему вот тоже до одури интересно знать, какой у них, блядь, план. Неужели…       «О-о-о, только не это», — в отчаянии, думал Наруто. А это он как допустил? Где были его мозги? Они же… импровизируют!       — Н-у-у-у, — изображая легкомысленную наивную дурочку, протянула Хината, — вежливо попросить?       Наруто был готов убиться головой о журнальный столик. Зато Орочимару от души веселился.       — Красива, умна, да ещё и с прекрасным чувством юмора, — восхищаясь, лапал Хинату взглядом Орочимару, открыто облизываясь. — Не будь это Ренуар, госпожа Хьюга, ваш план сработал бы.       Хината улыбнулась, как будто говоря, что фортуна любит смелых и она должна была попробовать. Её мозг всё ещё отчаянно искал подсказку. Как продлить эту встречу? Ещё немного времени и она раскусит его. Нужно только вспомнить всё, что говорил Наруто.       Орочимару поднялся. Хината была готова умолять. Но добродушный хозяин пока не планировал прерывать встречу. Он довольно улыбнулся, пристально заглядывая ей в глаза:       — Подобное отчаянное геройство должно быть вознаграждено. Возможно, вы желаете хотя бы взглянуть на мою коллекцию? И на Ренуара, разумеется.       — Желаю, — требовательно заявила Хината, смотря на Змеиного короля снизу вверх.       Орочимару остался доволен. Он только щёлкнул пальцами, как откуда-то из-за угла объявился дворецкий. Будто только и ждал, когда понадобится хозяину.       — Возьми у наших гостей вещи, — не обернувшись к маленькому человечку, чья внешность стирается из памяти, стоит отвести взгляд, приказал Орочимару. — Они решили задержаться.       Хината сама пошла ему навстречу, Наруто пришлось сделать то же самое. Но на пути вдруг вырос Орочимару. Узумаки только сейчас заметил, что выше ростом. Да и в плечах шире. А вокруг никого из его людей. При желании, он мог бы сломать Орочимару пополам. Если бы не этот его гипнотический взгляд, эта подавляющая аура, сразу разъясняющая, где ты находишься в пищевой цепи.       Орочимару встал вплотную, настолько близко, что Наруто защекотало в носу от навязчивого аромата парфюма. Он больно сдавил локоть воришки, обернулся на Хинату, которой дворецкий помогал снять шубку. Змеиный шёпот окружил Наруто, будто вокруг одновременно затрясли хвостами сотни гремучих змей:       — Ты, должно быть, едва сдерживаешься, когда её прекрасный ротик открывается, чтобы сказать очередное «желаю».       Сказал и тут же отошёл, забирая с собой удушающую атмосферу. Как ни в чём не бывало, направился в сторону Хинаты, что-то вещая о своей коллекции.       А Наруто остался стоять на месте. В голове смешались каждое «желаю». То голосом Хинаты, то голосом Орочимару. Он начинал теряться среди них. Западня мешала думать, следить за ситуацией. Грёбаный Орочимару! Нет, хорошо это не кончится, если не увести Хинату прямо сейчас, то случится катастрофа.       — Наруто? — голос Хинаты немного развеял туман. Во всяком случае, стал единственным маяком в непроглядной тьме. Она протягивала руку, показывая, что без него и шага не ступит.       — Иду, — моя фурия, мысленно добавил воришка.

❄❄❄

      Странная штука, память. Наруто был тут однажды, в прошлой жизни. Но чётко помнил каждый поворот. Даже вещи, никем не передвинутые с их прежних мест. А как насчёт крыльца в их доме? Наруто попытался вспомнить сколько там ступенек. И не смог.       Хорошо, что Хината держала его за руку, не давая забыть, почему он здесь. Почему важно оставаться собранным. Прозвучит кощунственно, но чтобы вытащить отсюда Хинату, он не может полагаться на одну удачу.       А вот и Пещера чудес. Наруто она не впечатлила, но Хината другое дело. За этой дверью был её мир. К этому невозможно подготовиться, что вот сейчас они сделают один шаг и расстановка сил изменится. Хината окажется ещё ближе к Орочимару, и ещё дальше от него.       Её ладошка вспотела. Она барабанила пальчиками от нетерпения.       Тьма внутри развеивалась лампа за лампой, зажигаемыми Орочимару. Хината старалась дождаться, чтобы осмотреть всё по очереди, но глаза уже разбегались, стараясь уловить всё сразу.       — Добро пожаловать, — ударив тростью о пол, как заправский шпрехшталмейстер, объявил Орочимару.       Хината только мимоходом взглянула на хозяина коллекции, просто чтобы убедится в своей правоте, и в очередной раз этой догадке поразиться — есть у него преступная империя, или нет, но Орочимару больше всего гордится полотнами, собранными здесь.       В галерее, а по-другому эту комнату не назовёшь, температура оказалась ниже, чем в доме. Хината быстро пожалела, что отдала шубу. Зябко поведя плечами, поправила сумочку, готовясь следовать за Орочимару.       Прежде, чем она сделала хоть шаг, на плечи легка толстовка Наруто. Пропитанная его теплом и ароматом, она приятной тяжестью обняла Хинату за плечи. Как и ладони Наруто, пока он заворачивал её, будто в кокон, пользуясь близостью, чтобы стать непозволительно близко.       — Спасибо, — сбившимся голосом, поблагодарила Хината. Воришка только кивнул.       А стоило ей отвернуться, поймал взгляд Орочимару, маячивший над её макушкой, чтобы нагло улыбнуться. Утрись, змеёныш, она моя, буквально кричал его вид, а ты можешь и дальше дрочить на своих мёртвых художников и их картины. Впрочем, Наруто не был до конца уверен, что авторы всех полотен уже мертвы, так что предпочёл выбрать версию без упоминания художников.       «Дрочи на свои картины, уебан», — мысленно повторил Наруто, посылая Орочимару ещё одну многозначительную улыбочку.       — Прошу, моя дорогая, — не, дружище, мы так не договаривались. С чего Орочимару ведёт себя так, будто у них тут борьба за Хинату? Он тупой или прикидывается? Это его женщина, она пришла с ним, и уйдёт с ним. Что за очередная херня? Возмущался риторическими вопросами воришка, пока Хината медленно пошла по галерее.       Она подолгу останавливалась перед каждым полотном. Даже перед самыми нелепыми и идиотскими, на взгляд Наруто. Ну кому может нравиться мазня, где все люди нарисованы как будто из шаров и прочих геометрических фигур? Они реально зовут это искусством?       — Я приобрёл этого Леже, когда был захвачен идеями кубизма, — вещал Орочимару, — какой дерзкий вызов условностям перспективы и глубины. Согласны?       — В чём-то, пожалуй, — согласилась Хината. — Но кто-то скажет, что кубисты только разрушали целостность изображения. Мне нравится сравнение картин кубистов с полем битого стекла. В этом что-то есть.       — Рад слышать, что у вас на всё своё мнение, госпожа Хьюга, — довольный разговором, произнёс Орочимару. Да уж, подумал Наруто, ему должно быть тесно среди кретинов, которыми он себя окружил. Даже не с кем поболтать.       Хината переживала, что ненароком обидит его, но, кажется, всё обошлось. Похоже, Орочимару быстро во что-то влюблялся, так же быстро после теряя интерес, оставляя для себя только лишь самое запоминающееся воспоминание. В таком случае, не удивительно, что бывшая Наруто выглядит такой помятой, немного более зловредно, чем требуется, рассуждала Хината. Наверное, Орочимару забыл о ней сразу, как та сделала самое главное — предала парочку воришек. Зачем же держать её рядом? Ради редких приступов ностальгии? Или догадывался, что когда-нибудь от неё вновь будет польза? Например, приход Наруто? Или… её, Хинаты, появление в этой галерее?       — У каждого уважающего себя коллекционера, должен быть хотя бы один представитель великой венецианской школы, — прервал размышления Хинаты, довольный голос Орочимару. Она встряхнула головой, избавляясь от дурацких идей, пока не раздула их до размеров вселенского заговора.       — Не знаю, насколько буду оригинальной, но отдаю предпочтение Тициану, — вспоминая, как впервые оказалась в музее Прадо в Мадриде и смотрела на его «Данаю», поделилась Хината. — И всё же, не могу представить, чтобы кто-то не оценил это полотно Тинторетто. В людях той эпохи, — задумчиво проводя рукой рядом с картиной, продолжила Хината, — есть что-то безоговорочно красивое.       — Тинторетто ведь был учеником Тициана, — будто хвастаясь знанием, сказал Орочимару. А может, прищурившись на мужчину, думал Наруто, намекает, как удачно совпало, что у него есть картина ученика того, кто нравится Хинате. Бля, надо хоть почитать об этом Трапециане, пригодится выпендриться.       Хината улыбнулась, будто тоже забыла, что это не дружественный визит, а перед ней не очкарик-искусствовед:       — Говорят, Тициан выгнал его уже через десять дней. Разглядел уникальность стиля, или испугался конкурента.       Наруто не понравилось, что при слове конкурент, Орочимару вскользь глянул на него. Какого хрена? Ты кем там себя возомнил? Конкурентом?       Воспользовавшись тем, что Хината отошла на десяток шагов, любуясь очередной картиной, пока грёбаный Орочимару бесстыдно разглядывал её, Наруто преградил ему дорогу. Да, ушлёпок, я быстро учусь, читалось в каждом движении.       — Подберите слюни, господин Орочимару, — с притворным уважением, обратился к бывшему боссу Наруто. — Ты уже не в том возрасте, чтобы удовлетворить все её желания. Сердечный приступ догонит раньше.       Что там воришка думал об идеи тыкать в змею палкой?       Орочимару, тем не менее, как будто принял вызов. И даже не выглядел обиженным.       — Деньги, влияние, острый ум, утончённый вкус, — перечислил Орочимару. — Чем из этого, позволь узнать, располагаешь ты, Наруто? — насмешливо спросил Змеиный король, брезгливо убирая несуществующую пылинку с чёрной футболки воришки. — И что ты можешь дать такой женщине, как Хината?       Всадил, зараза, свою трость по самый набалдашник в грудину Наруто и пошёл дальше. Озвучит этот поганый вопрос, которого так старался избегать блондин. Хината уже что-то рассказывала Орочимару, увлёкшись процессом, пока Наруто быстро истекал кровью, пачкая стены и дорогие полотна. Что он может ей дать? Что?       Место, где Поль Гоген соседствовал с Альфонсом Мухой, чешским представителем арт-нуво, всё больше затягивало Хинату, будто она Алиса, погружающаяся в секреты Страны Чудес. И вот перед ней очередной.       Сердце забилось о рёбра. Ладони сжались в кулаки. Она всё смотрела и смотрела, но до конца поверить своим глазам не могла. Сканировала каждый мазок: свободный и прерывистый на сене, длинный на небе и мелкий, изогнутый на деревьях. Практически ощущала на себе лучики солнца, освещающие спящий пейзаж мягким утренним светом.       — Э-это… — едва слышно шепнула Хината. Но договорил за неё совсем другой голос. Взявшийся буквально из ниоткуда:       — Сислей. Шикарный, да? — Хината мучительно медленно повернулась к источнику голоса.       «Ёп твою мать!», — подумал Наруто, смотря, как по галерее к ним приближается Кабуто собственной персоной.

❄❄❄

      В тайне Хината надеялась, что этот ублюдок будет здесь. Даже ждала этой встречи. Чего она не предвидела, так это, что грёбаный Сислей окажется частью коллекции Орочимару. В тот раз она нашла картину для человека, который им точно не был. Страшно подумать, что случилось с прежним хозяином, раз Сислей теперь здесь.       — Почему-то, — Кабуто подошёл совсем близко, и по выработанной годами привычке, поправил очки, съехавшие на нос, — горжусь им больше всего, — он в упор посмотрел на Хинату, как-то скомкано усмехнулся. — Точнее тем, что смог достать его для господина Орочимару. Не самый дорогой, казалось бы, да и за карьеру я бывал в стольких бойнях на аукционах. Но то, как ловко тогда удалось всё провернуть, — теперь его очки повернулись к картине. — Было, по меньшей мере, гениально.       Хината дёрнулась в его сторону. Нет, сама себя остановила. Ну и что дальше? Высказать ему всё в лицо? Напомнить, кто она такая? Дать бы в морду, но не устраивать ведь потасовку в этом храме искусства.       — Анко сказала, что вы спустились в Пещеру чудес, — Кабуто хрюкнул себе под нос, видимо, считая название и необходимость его произносить глупыми, только врождённая трусость мешала смеяться открыто. Поэтому следом он прочистил горло, выдавая смех за кашель. Пока босс не придал значения, он достал документы, зажатые под мышкой. — Простите, если отвлёк, но тут необходима ваша подпись. Иначе, процесс передачи в собственность не ускорится. Вы же знаете этих мелких людей, — снова поправив очки, мня, что стоит с Орочимару на одной ступени, заметил Кабуто, — пользуются любой возможностью проявить упрямство.       — Прошу меня простить, — раздражённо перехватив трость, первым делом Орочимару обернулся к Хинате. — Дело никогда не отпускают надолго.       Хината отстранённо кивнула, продолжая буравить взглядом Кабуто. Силилась понять помнит он её или нет. Чёрт возьми, да знает ли он вообще, кто она такая? В подробности Хината не вдавалась, теперь понимает — зря. Сколько информации было у Кабуто, когда он присваивал её Сислея? Пока притворялся её помощником? Она была только именем на бумаге? Придурок даже не оборачивался. А Хината ждала какой-то фокус, вроде того, что Кабуто вот-вот подмигнёт ей, говоря: да, я знаю кто ты такая, а я, кстати, лучше тебя.       — Де-е-етка, — рядом материализовался Узумаки, перекрывая обзор, слишком близко, чтобы не отвлечься, — если продолжишь так пялиться, то тут всё вспыхнет, — тихий шёпот нужен был для конспирации, близость для сохранения тайны, в этот раз воришка не специально сломал Хинате мозг, заставив тот переключиться в режим сексуальных фантазий. — Ничё так, — чуть громче произнёс Наруто, указывая на картину.       — Угу, — смогла выдавить Хината. О Кабуто было забыто, временно. Разве что, не к месту подумалось, как забавно, что даже в мыслях Хината использовала слово «присваивал», а не «воровал». Слишком похоже на воришку. Всё, Узумаки точно доломал её мозг. Ещё немного усилий и волю тоже доломает.       Как не кстати эта миссия по спасению её работы и репутации, а Хината уже готова перестать ломаться. Плюнуть что ли на всё это? Орочимару всё равно не отдаст картину, да ей и предложить нечего в обмен. Чего уж там, Хината на его месте тоже ни за какие чужие сокровища не отдала одно своё.       И почему-то посмотрела в глаза Наруто.       — Готовы продолжить? — момент разрушил голос Орочимару.       Хината неловко опустила голову, делая вид, что поправляет волосы. Наруто не стал мешать, отошёл чуть в сторону, вновь уступая её внимание Змеиному королю.       Не смотря на спешку, приведшую Кабуто в галерею, он нашёл время, чтобы остаться на финал экскурсии. Наруто следил за каждым его движением, стараясь найти сигналы, выдающие, что он помнит Хинату. Либо он так умело притворялся, либо понятия не имел, кто она такая. Обидно, если последнее, воришка уверен, что Хината хотела бы врезать ему будучи уверенной, что Кабуто понимает, за что ему прилетело. С другой стороны, минус скользкий ублюдок, знающий его фурию. Так спокойнее.       Иногда Наруто терял интерес к Кабуто, и смотрел на Хинату. Её присутствие злейшего врага отвлекало даже от картин. Было видно, что распушивший перья Орочимару больше не способен полностью её увлечь. Нагловато усмехаясь, Наруто знал — только он сможет. Достаточно оказаться ближе, и она забудет обо всех, обо всём. Потому что он так на неё влияет. Даже, если Хината до сих пор пытается сопротивляться, отказываясь облечь происходящее между ними в слова. Или, что предпочтительнее, в активные действия.       — Наконец, жемчужина моей коллекции, — тут внимание Хинаты перестало рассеиваться. Наруто встал чуть сбоку от неё, вплотную к стене, чтобы не пропустить момента, когда она увидит картину. Он хотел украсть это воспоминание о ней. Украсть её восхищённый взгляд, торопливо бегающий по мазкам краски на холсте. — Ренуар, госпожа Хьюга.       В какой-то момент, Хината решила, что хочет увидеть картину, потому что нуждается в ней. Потом подумала, что это всё равно Ренуар — нужен он ей или нет. Но стоило действительно увидеть, как стало не важно. Этот тихий пейзаж, уводящий куда-то вглубь, эта игра света и момент времени — момент между грозами — передышка в буйстве природы, но обманчивая, пропитанная напряжением. В куске холста и смеси нескольких красок была целая вселенная. Душа человека, создавшего и того, кто затерялся размытой тенью среди природы. Срез эпохи. Голос прошлого. Послания утерянных поколений.       Хината вдохнула полной грудью, закрывая глаза. Она чувствовала ветер, слышала шелест листвы. Её окутал запах озона. Вот почему она любит свою работу — большую часть времени — потому что на сотню клиентов приходится один, кому она достанет не картину, а эти эмоции.       Она улыбнулась. Ну конечно. Иначе и быть не могло. Стоило открыть глаза, первым увидела вовсе не картину, а чужие глаза. Яркие, весенние, бурные, как воды горной реки, обнимающие и согревающие. Смотрящие в ответ. Знающие, что она хотела разделить этот момент только с ним.       Наруто обрадовался, что за плечом крепкая стена, только она помогала сохранять равновесие. Глаза Хинаты, сами, как две разыгравшиеся грозы, делали его таким невесомым, выбивали дух из тела.       «Делай, что хочешь, Хьюга, но мы должны заполучить эту картину», — под действием эйфории, транслировал воришка, не переставая ловить её взгляд. Чёрта с два он позволит этой зелёной мазне, позволившей увидеть чудо её глаз, остаться в этом гадюшнике.       Это бесспорно было влияние Наруто, потому что она вдруг подумала, насколько жизнеспособен план — хватай и беги? Эффект неожиданности ведь задержит их? Нужно только добраться до тачки, а там, три секунды и они уже несутся в закат на скорости сто километров в час.       Руки потянулись к картине. Безумие. Хорошо, что раздался капризный недовольный голос за спиной:       — Орочимару, ты не забыл, что наверху ждут гости? Они не могут начать без хозяина турнира, — не пытаясь притворяться милой, бросила Анко. Она успела привести себя в порядок, но слишком яркий макияж при ближайшем рассмотрении, да ещё в этом искусственном свете, делал её похожей на дешёвую проститутку.       Наруто боролся с накатывающей тошнотой, от мысли, что когда-то это лежало с ним в одной постели, когда Хината привлекла внимание, вопросительно приподнимая брови. Пришлось подумать секунду, прежде, чем он догадался, что фурия интересуется турниром, о котором упомянула Анко.       — Покер, — одними губами, прошептал Наруто, небрежно пожимая плечами. Своеобразная традиция в этом доме. Сам воришка никогда не участвовал, но пару раз наблюдал за игрой из комнаты охраны, развлекаясь тем, что раскусывал шулеров. Всегда сто из ста.       — Да, — слегка разочарованно, согласился Орочимару. — Это было любопытно, госпожа Хьюга. Мне искренне жаль, что приходится так скоро с вами расставаться.       Хината поспешно облизала губы, нервно зажимая между пальцев юбку. Мысли торопливо носились в голове, в поисках выхода. Все карты, как будто уже были у неё на руках, но окончательный ответ всё равно не складывался.       Карты! Ну конечно!       Турнир. Покер. Орочимару. Наруто. Игры. Риск…       Всё, как Хината любит: найти слабое место в броне противника и бить пока не сдастся. Орочимару всего лишь один из тех, кого, как сказал однажды Наруто, она разводила на деньги, чтобы добыть для клиента нужную ему безделушку. Жемчужина коллекции, говоришь, уже полностью отдаваясь на волю адреналина, размышляла Хината. Посмотрим, что сильнее: тщеславие иди жажда риска.       — В таком случае, — смело бросая вызов Змеиному королю, заговорила Хината, — почему бы не продлить этот вечер?       Орочимару блеснул на неё глазами. Попался!       — Я весь внимание, госпожа Хьюга.       Хината проглотила долбящееся в горле сердце, приказала новой волне надежды отвалить. Не время говорить «гоп». Сначала нужно прыгнуть:       — Я так понимаю, у вас турнир по покеру? — Орочимару поспешно кивнул, вот кто полностью отдавался своему предвкушению, не отдавая себе отчёт в том, что добровольно идёт в ловушку, расставленную хитрой фурией. — Возможно, за столом найдётся свободное место?       — Хотите сыграть? — с таким видом, будто собрался умолять Хинату присоединиться, восхищённо улыбаясь, спросил Орочимару.       — Да. Хочу, — твёрдо заявила Хината. — На Ренуара.

❄❄❄

      — Ах! — откровенно безумно, отреагировал Орочимару, крепче вцепившись в свою трость. Он так смотрел, что Наруто сделалось жутко. Ну реально псих. Да ещё расхохотался. А когда заходил по галерее, размахивая руками, воришка подумывал реально сматывать удочки. — Как же это… — проорал Орочимару, указывая головой змеи на Хинату, — тонко, госпожа Хьюга!       Хинате стоит отдать должное, она даже бровью не повела. С гордый спокойствием стояла, ожидая вердикта. Хотя вполне разделяла желание Наруто испугаться и сбежать. Но прежде вызвать людей, которые наденут на Орочимару смирительную рубашку.       — Господин Орочимару… — попытался осторожно вмешаться Кабуто.       — Что? — взвилась Анко, по-видимому, привычная к странностям Орочимару настолько, что не боялась. К тому же, без веской на то причины, как подумалось Наруто, считавшая, что ей ничего не грозит. Дура. — Ты же не собираешься…       — Тишина! — удивительно, но тут он не орал. Напротив, сказал ровно, ледяным тоном. Подействовало даже на Наруто с Хинатой, хотя они и так молчали, захотелось послушаться и стать ещё тише. — Я собираюсь делать то, что посчитаю нужным. И ничьё позволение мне не нужно. Что же касается вас, госпожа Хьюга, — Орочимару в несколько стремительных шагов загнал её в угол, перекрывая пути к отступлению. Наруто дёрнулся вмешаться. Но его тут же скрутили громилы, каким-то образом появившиеся в галерее.       Орочимару отвлёкся от Хинаты, которая встретила его порыв слегка заинтересованным взглядом. Наклонил голову к плечу, позволяя длинным тёмным волосам скользнуть по белому пиджаку, смотря на скрюченного пополам Наруто.       — Тц-тц-тц, — грозя указательным пальцем, будто ребёнку, задумавшему совершить глупость, противно цокнул Орочимару. И только убедившись, что Узумаки не вмешается, вернул внимание Хинате. — Думаю, нам нужно обсудить все детали в моём кабинете.       — Хорошо. Но прежде прикажите своим людям отпустить моего вора, — строго потребовала Хината.       Орочимару ухмыльнулся. Впрочем, незамедлительно подал знак. Наруто покачнулся, но не упал. Размял плечи, посылая в сторону охранников проклятия вместе с гневными взглядами.       — Но… — попыталась Анко. Безуспешно. Орочимару её даже не заметил. Пружинистой походкой пересёк галерею, ожидая, что двое нежданных гостей пойдут следом.       Хината едва поспевала на каблуках. Впрочем, в этом не было нужды, Наруто помнил, где находится кабинет бывшего босса. Даже, если бы захотел не забыл. Там он продал душу дьяволу. Там Шикамару навсегда перестал быть его другом…       Узумаки тряхнул головой. Что это на него нашло? Вообще не время думать о подобном. Сейчас главное Хината. Что-то в её спокойствие есть неправильное. Как будто это ещё не конец. И продолжение Наруто точно не понравится.       — Садитесь, — приказал Орочимару, занимая своё место в высоком кожаном кресле за тяжеловесным дорогим столом из красного дерева.       Хината села напротив, специально чуть пододвинув своё кресло так, чтобы оказаться на одной линии с Орочимару. Наруто так рисковать не стал, поэтому плюхнулся на диван в углу.       Орочимару долго гипнотизировал Хинату. Молча смотрел на неё, сложив ладони вместе. Она пыталась читать его. Сложно. А для её безумной затеи может быть опасно. Он хочет согласиться. Скорее даже уже согласен. Но, очевидно, потребует что-то взамен. Хината не ждала оригинальности. И не планирует пасовать. Она пойдёт до конца.       А Орочимару?       — Я уже упоминал, как дорога мне эта картина. Но тут вы попали в «яблочко», госпожа Хьюга, — Хината сглотнула, вспомнив историю о том, как Орочимару играл в Вильгельма Теля. — Мне сложно устоять против соблазна хорошей игры. Хорошего пари.       — Что же, не вижу причин отказываться сейчас, — совращая, ответила Хината. — Мою ставку вы знаете. Озвучьте вашу.       Орочимару облизался. Наруто прирос к дивану. Плохое предчувствие сковало тело.       — Если вы победите, — специально оттягивая момент, начал Орочимару. — получите моего Ренуара. Но если проиграете, — уже предвкушая этот момент, вкрадчиво продолжил он, — я получу ваше тело. Одна ночь, госпожа Хьюга.       Наруто пытался ущипнуть себя. Надо срочно просыпаться. Давай, придурок! Выбирайся из этого кошмара.       — Ха-ха, — легко посмеялась Хината, свободно откидываясь на спинку кресла. Как будто всё только сейчас встало на свои места. — Не сочтите за грубость, Орочимару, просто я ожидала от вас чего-то более… изощрённого. Любопытного. Даже жаль, что вам не удалось меня удивить.       — Не люблю показное, — Хината про себя уже во всю смеялась. Не любишь показное? Ты серьёзно? А этот дом такой огромный, конечно же, не потому, что ты что-то компенсируешь. И своим Ренуаром ты хвастался чисто по доброте душевной. — Если знаю, чего хочу — открыто говорю об этом. И за своего, — ну вот опять, — Ренуара, хочу вас.       «Не смей!», — всё ещё находящийся в каком-то нездоровом ступоре, орал в себе Наруто. Хината должна была ощущать каждой клеточкой его несогласие.       — Я согласна, — ответила Хината.       Вот так просто. Взяла и ответила. Не плюнула ему сразу в рожу. Не бросила что-то тяжёлое.       Наруто начал долгое падение в бесконечную пропасть. Нет, он отказывается верить, что всё правильно услышал. Она не могла. Да, его фурия отчаянная, но не настолько, чтобы обещать подобное. Ничто. НИЧТО. Не стоит этого. Какая к чёрту репутация, если попытки сохранить её приведут в постель этого гада? К-как… как Наруто будет жить, если Хината проиграет?       — Значит, — уже поднимаясь, чтобы закрепить сделку, начал Орочимару. Но Хината его перебила. Подарила Наруто ещё один вдох, клочок надежды.       — Прежде, чем мы ударим по рукам, — строго сказала она, — пока ваш арт-дилер здесь, хочу, чтобы он оформил все документы. Хочу увидеть бумаги, подтверждающие, что Ренуар теперь мой. Если я проиграю, вы просто её уничтожите, — прежде, чем Орочимару высказал протест, пояснила Хината. — И ещё одна деталь. Раз это спор между мной и вами, то я считаю, что мне достаточно оставаться в игре дольше вас, но не обязательно продолжать играть после. Если возражений нет?       Орочимару на секунду задумался.       — Нет. Никаких возражений, — он быстро что-то настучал длинными пальцами — которыми сможет трогать Хинату, каждую её чёрточку изуродовать, стереть её чистоту — на экране мобильного. Через три минуты в кабинет постучали. Вошёл Кабуто. Кажется, Орочимару объяснял ему, чего хочет. Наруто не уверен, он находился в вакууме, куда ничто не могло проникнуть. Сам он оказался ограничен вселенной, где существует только затылок Хинаты. Никак не мог взглянуть на что-то другое.       А она делала вид, что его не существует. Потому что, если позволит себе вспомнить, кто сидит позади, от кого мурашки по телу, то даст заднюю. Нельзя. Она слишком близко. Голод до этой победы, что буквально в шаге, ослепляет. Одновременно заставляя прозреть. Хината знает — она сможет. Потому что лучше заносчивого скучающего мужчины напротив, потому что сумела раскусить его раз, сможет снова. Потому что все её ночи принадлежат Наруто, даже если она ещё этого не признала.       Кабуто протянул бумагу Орочимару. Он размашисто расписался. Следом показал документ Хинате. Она пробежалась по всем строчкам, убедилась, что всё честно и вернула его обратно. Орочимару спрятал бумажку в ящик. Хината запомнила в который. На случай, если понадобится план Б.       — Мои гости состоятельные люди, — когда Хината осталась довольна соблюдением её условий, сказал Орочимару. — Это не простые дружеские посиделки с игрой на интерес. Каждый вносит десять миллионов, чтобы купить место за столом. Если для вас это проблема, госпожа Хьюга, я мог бы…       — Я выпишу чек, — не дав ему закончить, гордо заявила Хината. — Если это не проблема? — уже спокойнее добавила она.       — Разумеется, — согласился Орочимару, смотря на неё с ещё большим интересом. В глазах мужчины откровенно читался вопрос: кто же вы такая, госпожа Хьюга?       Хината выудила из сумочки чековую книжку. Без разрешения взяла со стола Орочимару ручку. И ровным подчерком вывела необходимую сумму. Наруто даже на секунду забыл, что стоит на кону, всерьёз забеспокоившись. Это же огромная сумма. Хината словно не видит, что делает. Разве уже не слишком?       Оглушающий треск рвущейся бумаги. И Хината протягивает Орочимару подписанный чек.       Он даже не проверяет всё ли верно. Просто кидает его в один из многих ящиков стола.       — Полагаю, теперь можно ударить по рукам? — Орочимару встаёт. Идёт к ней. Так, будто уже за своим призом. Наруто выискивает на столе что-нибудь колюще-режущее, что можно вогнать ублюдку в глазницу.       Хината поднимается лишь в последний момент. Заставляет Орочимару подождать её. Пусть всего несколько секунд, но это игра. И сейчас мяч у неё. Как и тактическое преимущество.       — По рукам, — говорит она, крепко, совсем не по-женски, пожимая холодные пальцы Орочимару.       Пути назад нет.       — Оставлю вас, — насмешливо говорит Орочимару, косо поглядывая на бледного Наруто. — За дверью будет мой человек, он вас проводит.       Хината кивает. Тянет время, смотря, как уходит Орочимару. Надо же, не испугалась заявиться сюда, заключить сделку с преступником, а взглянуть в глаза Наруто боится настолько, что готова сбежать через окно.       — Э-это несколько не предвидено, — мямлит Хината, смотря куда угодно, только не в глаза Наруто. — Но главное, что план сработал. Ну или начал работать. Не то чтобы у нас вообще был план. Что, кстати, большое упущение. В следующий раз, когда решил наведаться к криминальному боссу, нужно уделить этому вопросу больше времени, — у неё вырвался нервный смешок.       После Хината умолкла.       — Наруто? — позвала она, осмелившись поймать взглядом макушку светлых волос. — Скажи что-нибудь.       Тишина.       Взрыв.       — Ты какого хера вообще творишь?!

❄❄❄

      Хината и рта не успела раскрыть, как Наруто налетел на неё, хватая за локоть. Он развернул её к себе, не рассчитывая силу. Мелькнула совсем дикая мысль, что он может ударить.       — Мы уходим, — прорычал Узумаки коротышке в лицо, и потащил к выходу. — Сейчас же, — прикрикнул он, когда ощутил лёгкое сопротивление. Вообще-то, Хината упиралась изо всех сил, только насмерть перепуганный, и адски злющий воришка не заметил.       — П-постой, — вырывалась Хината.       — Зачем?! — Хината пискнула, когда Наруто неожиданно обернулся, напирая так сильно, что остался единственной её опорой. Она опасно наклонилась назад себя, балансируя на каблуках.       — У-усп…       — Не смей, — вкрадчиво процедил Наруто, грубо перебивая, его голос поднимался на поверхность из тёмных глубин, где-то зарождался львиный рык, вынуждая Хинату чувствовать себя дрожащей овечкой, — говорить мне успокоиться.       — Наруто, — с откровенной мольбой в голосе Хината ничего поделать не смогла.       — Я всё сказал. Мы уходим. Я. ТЕБЕ. ЗАПРЕЩАЮ.       За свои двадцать с приличным хвостиком лет, Хинате не довелось узнать, какое она предпочитает стоп-слово, зато успела обзавестись старт-словом. Этаким выстрелом стартового пистолета, услышав который бросалась в атаку.       Наруто угадал с первого раза.       — Запрещаешь? — ледяным тоном, уточнила Хината. Безумный взгляд из-под чёлки, восстановленное равновесие, и пара точек на запястье воришки — нажимаешь и любой отпустит, размер не играет роли. Толчок в грудь. Ещё один. И ещё. — Запрещаешь?! — взвилась Хината, готовая рвать и метать.       Наруто опешил. Ошарашенно потёр места ушибов — больно, чёрт возьми. Это ведь его фантазия так разыгралась? На самом деле глаза Хинаты вовсе не могут гореть красным, да и волосы не могут встать дыбом, шевелясь в разные стороны, как у… Разъярённой фурии?       Воришка зажмурился, тряся головой. Наваждение развеялось. Только Хината не перестала наступать на него, всякий раз со всей силы ударяя кулачками в грудь. Пока он не упёрся в стену.       — Запрещаешь?! Хер тебе! Ничего ты не можешь мне запретить, ясно?       «Не ясно», — очухавшись от первой волны шока, ясно подумал Наруто. — «А почему про себя?»       — Не ясно, — крикнул он, вновь перехватывая инициативу.       — Чё сказал? — прищурилась Хината.       — Чё слышала! Читай по губам: з-а-п-р-е-щ-а-ю.       — Нет, — возмутилась она, надувая губки. — Ты не можешь мне запрещать.       — О правда что ли? — фальшиво удивился Наруто. — Но погоди-ка… Я тебе уже запретил!       Близилась гроза. Их взгляды сталкивались, высекая искры. Каждый упрямо не желал отступить. Воронка из его горячей и её ледяной энергий закручивалась вокруг них, превращая всё вокруг в руины.       — Это глупо, — прервала напряжённое молчание Хината.       — Согласен, — позволяя плечам расслабиться, признал Наруто.       Так же быстро, как разбушевалась, буря улеглась.       — Прости, что ударила, — нехотя извинилась Хината.       — Прости, что повёл себя как мудак, — более охотно, покаялся Наруто. Нежно коснулся её руки, в том месте, где схватил. Последнее, чего он хотел, чтобы на молочной коже проступили красные следы от его пальцев. — Но я просто не могу тебе позволить. Нам не следует оставаться. Пожалуйста, Хината, — тихо просил Наруто, боясь поднять взгляд. Хотел продлить момент неопределённости, не видеть упрямой готовности в её чертах.       — Мы буквально, — страстно начала она, но осеклась, постаралась успокоиться, — буквально в шаге от цели. Глупо поворачивать назад.       — Ты обещала, — обречённо простонал Наруто, закрывая пальцами глаза, — обещала, что если я решу, что мы уходим — мы уйдём. И уж конечно не удосужилась предупредить, что готова поставить себя на кон. Чёрт, Хьюга! — он порывисто обхватил лицо Хинаты ладонями, настолько осторожно, словно она могла разбиться от малейшего лишнего движения. — Ты просто не отдаёшь себе отчёт, что творишь. Обратного пути не будет. Но если ты проиграешь… я тут всё разнесу. Понимаешь?       Хината приказала себе сосредоточиться. Что сложно сделать, когда можешь думать только о тёплых руках воришки, и его обеспокоенном взгляде, и о том, насколько близко его губы. Почему она думает о его губах? Снова невовремя.       Она накрыла его руки своими:       — Я не проиграю, — без тени сомнения, произнесла Хината.       — Я хочу верить, — ещё не сдаваясь окончательно, но давая первую слабину, устало ответил Наруто. — А потом думаю о том, что будет, если… — Хината зажала ему рот.       — Я не проиграю, — повторила она, и Наруто вновь не заметил в ней сомнений. — Поверь, я хороша в чтении людей. Вообще-то, я чертовски в этом хороша. А Орочимару уже у меня на крючке. Он ещё не понял, но то, что выбрал в качестве приза тупо секс в итоге сыграет против него.       Наруто снова застонал:       — Прошу, не произноси «Орочимару» и «секс» в одном предложении.       Хината осторожно улыбнулась.       — Это значит, что мы остаёмся? — прощупывая почву, уточнила хитрая фурия.       Наруто ломался сколько мог, но куда ему против этой обезоруживающей улыбки? Хината радостно взвизгнула, хлопая в ладоши и пару раз подпрыгнув.       — Эй! — возмутился воришка. — Соберись. Это же покер, ты должна быть типа хладнокровной и нечитаемой. Нет, всё, я уже жалею, что согласился. Гиблое дело, — и так и этак сокрушался Узумаки. За что снова отхватил от Хинаты. Легонько. — С-с-с, — потирая несчастное плечо, обижено зыркнул воришка.       — Просто сиди и смотри, как работает мастер, — задирая нос, заявила Хината.       Узумаки закатил глаза. Ничего не знаю, если этой сатанинской фурии можно предлагать себя в качестве приза всяким богатеньким импотентам, то он может своровать её фишку. В конце концов, в этом уже он мастер.       Наруто потянулся к дверной ручке. В этот раз была очередь Хинаты хватать его за руку. Он вопросительно изогнул бровь, уставившись на девушку. Озадачено пожал плечами. Ну что ещё?       — В себе я не сомневаюсь, — тихо начала Хината, — но на всякий случай, чисто для подстраховки: ты ведь тоже запомнил, в каком ящике лежит документ, где написано, что законный хозяин Ренуара — я?       Конечно, он тут же расплылся в довольной улыбке, сверкая предвкушением в кристально лживых голубых глазах.       — Умерь свой энтузиазм. Я же сказала: на всякий случай. План Б, который нам не пригодится. Уяснил? — Наруто позволил себе ещё раз закатить глаза. Хината погрозила кулаком. — Ещё раз…       Подняв руки в защитном жесте, Наруто отступил к двери, открывая её перед Хинатой. Не успела она выйти, в проёме нарисовался плюгавый гном-дворецкий.       — Прошу, госпожа, господин, следуйте за мной, — с лёгким поклоном, попросил он. Хината кивнула, не дожидаясь, когда Наруто предложит, хватаясь за его руку.       Путанные коридоры, в которых Хината слишком быстро запуталась, понадеявшись, что если придётся сбегать, Наруто знает какие-нибудь потайные ходы.       И вот они перед двойными дверями с золотыми ручками. Дворецкий готовится распахнуть их перед парочкой, а Наруто не мог найти лучшего момента, чтобы спросить:       — А ты играть-то вообще умеешь?       Наконец-то у Хинаты появился повод закатить глаза. Чем она незамедлительно воспользовалась.

❄❄❄

      Покерная комната встречала гостей тусклым светом и интимной обстановкой. Кто-то из участников турнира уже занял свои места, но пока ждали хозяина, и пустовало несколько крутящихся кожаных кресел с подлокотниками, подвесные светильники над покерным столом не зажигали.       Наруто быстро окинул взглядом обстановку, убеждаясь, что с его последнего визита тут ничего не изменилось. Дорогой антураж в лучших традициях джентльменских клубов, всё сплошь тёмное дерево, натуральная кожа, тяжеловесное, основательное. Стол в центре, за ним пара диванов для зрителей, справа — барная стойка, уже облюбованная скучающими длинноногими красотками в броских платьях. Анко стояла среди них, потягивая коктейль через соломинку. Заметив взгляд Наруто, она хищно ухмыльнулась, пихая трубочку глубже в глотку. Обсасывала её, видимо полагая, что выглядит сексуально. Воришка без сожалений отвернулся. Хината тоже осматривалась, поэтому у него была возможность лишний раз убедиться — самая красивая женщина пришла с ним. Или это он пришёл с самой красивой женщиной? От перестановки красивой женщины она не становилась хуже.       Какой-то человек в жилетке и белых перчатках, услужливо попросил Хинату проследовать за ним. Наруто не отставал. Она получила стопки разноцветных фишек. Десять лямов? Охрененно много, сглатывая, переживал Наруто. Она уверена, что может себе такое позволить?       — Кому вообще пришло в голову учить тебя играть в покер? — пробурчал Наруто, перебирая фишки разного номинала между пальцами, пока Хината присматривалась к явным противникам и возможным — мужчинам, которые всё ещё стояли в разных углах комнаты, и не спешили занимать свои места.       Другой парень, в точно такой же одежде, подскочил следом, движением руки спрашивая разрешение забрать фишки. Видимо, чтобы выложить рядом с местом за столом, выделенным для Хинаты. Наруто неловко вернул несколько фишек в специальные лотки, отдавая кучу денег первому встречному.       — Дядя Хизаши?! — слишком взволнованно, ответила Хината.       Узумаки недовольно покачал головой:       — Начинаю понимать, почему Хацуми его недолюбливает, — поделился воришка. — Хиаши следовало лучше следить за тем, что творит его братец. Он явно плохо на тебя влиял.       Хината прервала его разглагольствования, схватив за подбородок и разворачивая лицом к столу.       — Нет, тупица, — зашипела на него фурия, — дядя Хизаши вон там!       И правда. Точная копия Хиаши, разве что несколько более развязная, сидит себе за покерным столом, широко улыбается, что-то рассказывая мужчине, сидящему от него через пару мест. Тот пытается игнорировать настырного дядюшку, но выходит явно плохо. Судя по вздувшейся венке на лбу, заметной вопреки длинной чёлке, которой он прикрывает лицо.       — Это проблема, да? — дрогнувшим голосом, интересуется Наруто. — Ничего не поделаешь, — усмотрев в этом определённую перспективу, уже спокойнее продолжает воришка, — теперь нам точно нужно валить. Но мы пытались. Тебе не в чем себя упрекнуть.       Хината недовольно зыркает на блондина.       — Никуда мы не собираемся валить. Присутствие дяди это, — она задумчиво пожёвывает нижнюю губу, — непредвиденное осложнение, но ничего страшного. В конце концов, он профессионал в таких делах. И прекрасно осведомлён, что нет нужды признавать, что знаешь кого-то. Такие тесные покерные вечеринки, — выпендриваясь, какая она прошаренная, будто карточному девственнику объясняет все нюансы, продолжает Хината, — всегда сопряжены с определённой долей анонимности. Так что, никаких про…       — Племяшка?! — радостно кричит Хизаши на всю комнату, нарушая спокойствие. Да ещё вскакивает на ноги и машет рукой, чтобы Хината его точно увидела. И остальные поняли, о ком он.       — … блем, — боже, думает Хината, скромно вскидывая ладошку, понимая, что дядя не успокоиться, пока она не ответит, ощущение, будто пришла в библиотеку, а там кто-то зовёт тебя по имени, не только привлекая внимание, но и вызывая праведный гнев библиотекарши.       — Бьюсь об заклад, уже жалеешь, что не свалила сразу, как я предложил, — язвительно шепчет ей на ухо Наруто.       — Э-это всё часть тактики, — отмахиваясь от него, неуверенно отвечает Хината. — Изображать наивного дурачка, чтобы никто не воспринимал тебя всерьёз. Ну, вот как ты делаешь всё время. Только дядя это специально, — вернула она остроту воришке.       — И-и-и-и-и, — будто сирена, завизжала девушка, подбегая к ним на своих убийственно высоченных каблуках. Насколько длинным был каблук, настолько же коротким было её ярко-зелёное платье, расшитое камнями. — К-а-а-а-к же я рада, что есть ещё знакомые лица. А то обычно тут т-а-а-а-кая тоска. Но я понимаю, почему пупсик постоянно берёт меня с собой, — отбросив прядь цвета красного дерева, как большой секрет доверила им девушка, — чтобы хвастаться перед всеми.       — Силикон-о-о-к-х-м… Сара! — раскрывая руки для приветственного объятия, преувеличено радостно воскликнул Наруто. — Куколка, — точно зная, что Хината оценит, а до Сары и за триста лет не дойдёт, добавил он, соглашаясь на типичные объятия гламурных тёлочек, когда достаточно обнять воздух. И следом на такие же поцелуи в обе щеки. — Ты просто, уфф-пфф, обворожительна, — прикладывая усилия, чтобы не звучать слишком саркастично, отвесил комплимент воришка.       — Хи-хи, да я же знаю, — польщённая до глубины врезавшихся в жопу стрингов, Сара в приступе притворной скромности, пихнула Наруто сумочкой в плечо. — Хинаточка! Племяшка, — отпихивая воришку, силиконовая кукла подлетела к ней. Хинате не повезло, как Наруто, тут Сара расщедрилась на настоящие, крепкие объятия. Да ещё покачала их обеих из стороны в сторону.       Наруто с трудом сдерживался, смотря поверх плеча куколки в ошалелые глаза Хинаты, вылезающие из орбит.       Что ещё за взрыв родственных чувств? Пытаясь отлепить от себя силиконовую прилипалу, думала Хината. И какая ещё к ебеням племяшка? То есть медицина настолько продвинулась, что уже закачивает силикон в мозг?       — Джентльмены! — дальнейшие чувственные проявления Сары, прервал громкий голос хозяина вечера. Хината свободно выдохнула, проникаясь благодарностью к Орочимару. Будто почувствовав, что она подумала о нём, мужчина обернулся, слегка наклоняя голову: — И леди, — добавил он специально для Хинаты. — Занимайте места. Ваши деньги ждут, не дождутся, когда вы начнёте их проигрывать.       Несколько коротких смешков пронеслись в тишине, быстро ставшей напряжённой.       Хината бросила на воришку последний взгляд. Он хотел протянуть руку, показать свою поддержку, но от нервов впал в ступор. Мог только беспомощно смотреть, как она уходит всё дальше. Как садится с краю, по левую руку от раздающего — очередного парня в жилетке. Разумеется, ровно напротив, через весь стол, уже сидел Орочимару.       Остальные игроки, пятеро мужчин, словно испарились, когда эти двое посмотрели друг на друга. Наверное, для них остальные участники и правда остались лишь фоном. Главная баталия обязана развернуться между Орочимару и Хинатой.       И ставки чертовски высоки.

❄❄❄

      — Пошли, ванилька, — вцепилась в него Сара. — От стойки удобнее смотреть.       У Наруто не было сил противиться. Даже возмутиться на тупое прозвище. Что ещё за ванилька? В голове у тебя ванилька, раздражённый навалившимся напряжением, ругался про себя воришка.       — Мы с девочками всегда тут сидим, пока мальчики развлекаются, — с грацией дешёвой барной шлюшки, забравшись на высокий барный стул, поделилась Сара. — После пупсёныш бывает особенно щедр на маленькие подарочки, — для наглядности, куколка покрутила на пальце кольцо с огромным брюликом. Маленькие, говоришь, мысленно закатил глаза Наруто. — А в процессе он становится так горяч, — таких подробностей хотелось бы избежать, но кого интересуют желания одного скромного вора, — что мы обязательно делаем чего-нибудь этакое. Понимаешь? Ну в кровати. Я типа про секс говорю.       — Ага, я догадался, — сдавленно улыбаясь, ответил Наруто, поворачиваясь к бармену. — Колу, — с сожалением понимая, что за рулём, заказал он, — только налей в стакан для виски. Вдруг поможет, — в сторону добавил Наруто.       Получив свой напиток, Узумаки упёрся спиной в стойку, возвращая всё внимание игрокам. К сожалению, или к счастью, Хината сидела к нему спиной. С этого ракурса выглядела раскованной. Спокойной. Ему следовало взять с неё пример.       — Ты понимаешь, что происходит? — тихим шёпотом, спросила Сара, посматривая, чтобы никто её не услышал.       — В каком смысле? — не понял воришка.       — Обещаешь, что никому? Молчок? — Наруто медленно кивнул. — Я типа правил вообще не догоняю. Но спрашивать у этих сучек высокомерных не хочу, а то будут смотреть на меня, как на дуру. Вот и делаю вид, что всё понимаю, — Сара изобразила серьёзно-прищуренное выражение лица, видимо в мире гламурных сучек означавшее, что она всё понимает. — Но на самом деле, типа, вообще ничего не понимаю. Понимаешь?       Наруто тяжело вздохнул. Он только что понял самое главное — пока Хината за столом, сам он стал одной из этих гламурных тёлок, вынужденных тусить у барной стойки.       «Докатился».       — Так чё? — наседала Сара.       — А?       Сара многозначительно указала длинным розовым ноготком в сторону стола. Ах, да, подумал Наруто, она спрашивает о правилах. Объяснять что-то тупой, пусть и безобидной, силиконовой куколке, в списке его желаний стояло на последнем месте. С другой стороны. Наруто поймал профиль Хинаты. Разве у него большой выбор, как убить время ожидания?       — Кхм, да, — наконец ответил Наруто. — Я понимаю, что здесь происходит, — по части игры он даже не соврал. Другое дело — глобальный смысл, тут он никогда не поймёт, зачем Хинате так рисковать. Почему нельзя было просто уйти?       Нет! Строго приказал себе Узумаки, пока не начал тонуть в этих опасных мыслях. Он должен верить в неё. Всё будет хорошо.       — Это, — устраиваясь поудобнее и теснее к Саре, чтобы не слышали другие девушки, — техасский холдем.       — Да? — искреннее, как ребёнок, удивилась Сара. — А пупсёныш сказал, что идёт играть в покер, — Наруто закатил глаза, едва не ударив себя по лицу ладонью.       — Всё верно. Техасский холдем — это одна из разновидностей покера.       — О-о-о, — складывая силиконовые губы в надутое колечко, протянула Сара.       Дилер развернул новую колоду. Наруто нервно сглотнул. Игра началась.       — Видишь, — чтобы сохранять спокойствие, воришка сосредоточился на Саре и технической стороне вопроса, — дилер — то есть тот чувак, который держит колоду, раздаёт всем участникам по две карты. Это первый этап игры, так называемый, префлоп, — участники, как кому удобнее, рассматривали карты, полученные на руки. Наруто всматривался в столько лиц, сколько мог рассмотреть. Понять что-то пока было сложно. Тем не менее, в центр стола полетели первые фишки. Первые ставки.       — Чек, — спокойно произнесла Хината, оставаясь в игре, но предпочтя пока не делать ставку.       Когда все участники сделали первый выбор, дилер выложил на стол первые три карты.       — Это флоп, — пояснил Наруто для Сары, когда дилер закончил выкладывать карты. — С этим уже можно работать. Прикинуть, получается ли какая-то комбинация, или твои карты полная лажа и можно даже не пытаться. Видишь, как все они снова смотрят на свои карты? Возможно, если смотреть лучше, то сможем понять, что у них за карты, — скорее для себя, добавил Наруто, вглядываясь в игроков. Его немного успокаивала возможность хоть как-то помочь Хинате.       Вновь посыпались фишки.       — Колл, — холодно произнёс Орочимару, уравнивая ставку красноволосого парня с дурацкой чёлкой.       Хината скинула карты. Наруто покивал, соглашаясь. Сначала нужно присмотреться ко всем. Всё хорошо. У неё точно есть план.       — Теперь терн, — говорит Наруто, — то есть дилер открывает четвёртую общую карту, — примеру Хинаты последовали ещё пара игроков, а вот парень с чёлкой повысил ставку. Наруто силился понять, что же это: хорошая комбинация или блеф? — И кульминация, или ривер, — недовольный, что красноволосый остался нечитаемым, прокомментировал Наруто, когда дилер выложил последнюю карту. — Теперь все знают, какую комбинацию держат на руках. Финальная игра на нервах. Тонкий расчёт, попытки понять противников.       Парень с чёлкой хотел вскрываться, но Орочимару повысил ставку. Красноволосый сильнее необходимого сжал свои карты. И когда выбрал уравнять, что-то подсказало Наруто — зря.       — Вскрывайтесь, — пригласил оставшихся в игре участников, дилер. Первым перевернул свои карты «чёлка». — Сет, — озвучил раздающий, выдвинув чуть вперёд червового короля, который составил тройку с ещё двумя королями на руках у парня. Настала очередь Орочимару. Дилер кивнул, выдвигая другие карты. — Стрит, — объявил он, о чём красноречиво сообщали дама и десятка на руках у Орочимару. Он собрал пять карт по порядку. — Победа господина Орочимару.       — Всегда приятно забирать первый выигрыш, — сказал хозяин вечера, добавляя чужие фишки к своим.       Наруто очень старался не видеть в этой его маленькой победе зловещего знака. Но сделать это оказалось чертовски тяжело. Орочимару вдруг стал увеличиваться в размерах, тогда как Хината только уменьшалась. Маленький мангуст, ты уверена, что выбрала противника по силам?

❄❄❄

      Спустя пять розыгрышей, Хината не досчиталась фишек на пару миллионов. Они равномерно перекочевали в банк к Орочимару и ещё более жуткому типу, сидящему рядом с ней. Какузу, как назвал его дилер, неизменно держал руку на рейле, будто тесня Хинату, обрезая её личное пространство. Рисковым в плане игры, она бы его не назвала. А вот жизнь у мужика точно интересная, судя по рваному шраму, разделившему лицо пополам и вгрызшемуся в щёку. Возможно, от этого у Какузу временами дёргался лицевой нерв. Физиология или проявление реакций игрока? Хината до конца не поняла.       Дядя ещё не выигрывал. Не удивительно. Она ведь следовала его излюбленной тактике. Зато Хизаши отвечал за создание непринуждённой атмосферы, периодически вкидывая шутки. Опять же, только Орочимару и Какузу всё ещё не купились на его образ дурочка. Они были настороженными. Плохо дело. Для Хизаши.       Хината знала, что притворяется лучше.       Остальных игроков она легко просчитала, вычёркивая из числа сильных соперников. Даже парня с жуткой чёлкой, которая так старательно прятала его от противников. Из оставшихся пугал только один, не манерой игры, а своими изрисованными татуировками руками. Хината не сказать, чтобы разбиралась в рисунках мафии, но дракона в окружении облаков и парочки демонов, едва ли стоит считать совпадением. Поэтому, она старалась лишний раз не пялиться на этого Гая. Жесть, в какой компании оказалась?       А вот Кира Би, или просто Киллер, как он сам предпочитал, чтобы его называли, не пугал ни манерой играть, ни внешне. Будучи далёкой от хип-хопа, даже Хината знала, что он какой-то крутой исполнитель. Его темнокожее лицо в разных банданах красовалось на куче афиш, развешанных по городу. Чувак спокойно потирал высветленную бороду, отбивал ритм по зелёному сукну стола и весь пылал неуёмной энергией. Блеф точно не его.       Вот и в этот розыгрыш, репер поджал губы, стоило дилеру выложить на терне десятку треф. Хината не удивилась, что он сбросил карты не дожидаясь кульминации.       — Колл, — спокойно сказала она, уравнивая ставку Гая. Выигрывать эту партию она не собирается, но покажет соперникам, что такое её блеф.       Фишек в розыгрыше всё больше. Орочимару в игре. Какузу скинул карты.       — Парень спрашивает девушку, — повысив ставку, заговорил Хизаши, — ты в очко играешь? Играю, — высоким голосом, подозрительно похожим по интонациям на Сару, ответил он. — А в покер? — Хината старалась держать себя в руках. Только закатанных глаз ей и не хватало. — А это еще куда?! — подражая удивлённой девушке, ну вылетая Сара, закончил он анекдот, громче всех над ним смеясь.       Ривер закончился ещё одной десяткой. Блефовавший до этого Хизаши, собрал из них каре. Банк ушёл к нему. Хината исподлобья наблюдала, как Орочимару воспринял проигрыш своего флеша.       Спустя ещё три кона, Хината ощутила, как усиливается покалывание во всём теле. Её фишек стало значительно меньше, из-за этого Наруто пялился всё откровеннее. Она буквально воспринимала его беспокойство, как что-то осязаемое. Удивительно то, что оно не мешало. Под бдительным взглядом голубых глаз — она представляла их темнее на тон, из-за приглушённого света — Хината была будто накрыта защитным куполом. Воришка прикрывал, готовый подхватить в любой момент.       Она повернула голову так, чтобы Наруто мог видеть её губы. Игра затягивалась, пора её ускорить. Едва заметная самоуверенная ухмылка должна было донести до воришки одну простую мысль: шоу начинается.

❄❄❄

      Хината не выпендривалась, просто начала понемногу выигрывать, чем сильно успокоила нервы Наруто. При этом он заметил, что она не пытается вырываться сильно вперёд, а просто держится на одном уровне с Орочимару. Как если бы выматывала соперника, готовясь вынудить того совершить нечто необдуманное.       Наруто ещё напрягал чувак со шрамом. Особенно, когда переводил взгляд на Хинату. Особенно, когда она забирала себе его фишки. В глазах этого Какузу, или как там его, загоралась такая жадность, что казалось, ещё чуть-чуть, и он заберётся на стол, сгребёт себе все фишки, да так и останется купаться в них, приговаривая «моя прелесть».       Гая он знал. Крутой мужик, чёткий. Но Хинате наверное лучше не знать, какое место он занимает в иерархии местного отделения якудза.       А вот с Киллером Би сделать бы селфи. Наруто чутко следил, как быстро таят его фишки, потирая жадно ручонки. Репер точно скоро станет одним из зрителей.       — Рейз, — врезался в размышления Наруто, отчётливый голос Хинаты. Как он упустил момент, когда она начала повышать ставки? Тем не менее, фишки полетели в центр стола. Воришка занервничал. На флопе? Что за разгон?       Присмотрелся к узким покатым плечам. К тонким ручкам, острым локтям. Наклону головы. Закономерности нашлись быстро. Она блефует. Но… внутренности сжались в комок, подкатила тошнота. Если он это понял, какова вероятность, что Орочимару тоже? Он ведь пялиться на неё несколько часов, сканирует, высматривает зацепки. Наруто отвлекается от Хинаты, рассматривает бывшего босса. И всё внутри холодеет, покрывается инеем.       Он знает! — мысленно орёт Узумаки. Уже видел это в глазах Орочимару.       «Чёрт, чёрт, чёрт! Что за игру ты ведёшь, Хьюга?», — удерживаясь, чтобы не грызть от нервотрёпки ногти, воришка заказывает ещё колу. Блядь, сейчас бы выпить чего покрепче, но всё идёт по пизде. Им точно придётся сматываться.       Будто ощущая, что происходит что-то интересное, все зрители вытягивают шеи, всматриваясь в карты, выделяющиеся белизной на фоне зелёного сукна. Наруто делает то же самое. Гипнотизирует состав борда: четвёрка червей, двойка треф и девятка пик.       Дилер выкладывает четвёртую карту. Валет пик. Половина зрительниц не соображают, что это может значить, но послушно задерживают дыхание, сильнее вытягивая шеи.       Орочимару ставит.       — Рейз, — нагло кидает хозяину дома Хината, повышая ставку. Да и пульс Наруто повысила неслабо.       Другие участники пытаются вмешаться. Горка фишек растёт. Дилер не может перевести игру в ривер, ведь Орочимару вновь добавляет. А Хината повышает.       Какая же она крохотная за этим столом, испуганно думает Наруто. Почему он видит, как она блефует? Почему она не видит, что Орочимару знает? Он тебя раскусил, отчаянная фурия. Увидел что-то, чем ты себя выдала. Узумаки точно знает, видит по мельчайшим изменениям в змее. Орочимару предвкушает и не может — не желает — этого скрывать. Какие грязные фантазии он лелеет, смотря на Хинату? Умоляя её продолжить проигрывать.       Ривер. Последняя карта плавно ложится на стол. Десятка пик.       Сука. Три пики? На них он и насадит грёбаного Орочимару, когда окажется, что у него стрит-флеш. Иначе просто не может быть. Он больше не скрывает, что карта у него хорошая.       А Хината продолжает блефовать.       — Рейз, — хватая целую стопку фишек, упрямо талдычит она.       — Кажется, вы хотите закончить игру досрочно, госпожа Хьюга? — конечно же отвечая на ставку, довольный собой, интересуется Орочимару.       Хината наклоняется вперёд, укладывая руки на рейл.       — Думаете, испугаюсь рискнуть? — провоцируя, бросает вызов отчаянная фурия.       Орочимару молча указывает рукой на центр стола. Умоляет её поддаться. Давай, девочка, рискни, говорит весь его вид, в этом доме семнадцать спален. Интересно, сколько из них мы успеем посетить за ночь, что ты подаришь мне?       Наруто чувствует, как пот струится по спине. Нервно озирается, ищет пути к отступлению. Диверсия? Точно! Им нужна диверсия. Он ведь такой чертовски удачливый, неужели ничего не придумает?       — Алл-ин, — Хинате приходится приподняться со своего места, чтобы подтолкнуть все фишки к общему банку.       НЕТ! — подобно взрыву, разрывает череп воришки. Рано. Слишком рано. У него нет плана.       — Ваш ход, — легко говорит Хината, и кажется, словно она избавилась от невыносимой тяжести. — Орочимару, — доставляя ещё больше удовольствия мужчине, произносит она его чёртово имя.       — Разве я могу отказать даме?       — Вскрывайтесь, — торопит дилер. Ему тоже не терпится узнать, чем это закончится.       Наруто готов последовать его совету и нахрен вскрыться. Лучше так, чем знать, что Хината… с этим… ради дурацкой картины! Потому что ты не смог всё сделать сам.       Твоя вина.       Орочимару переворачивает карты. Наруто удивляется, почему до сих пор не харкает кровью. Внутри него точно что-то вскрылось. Разорвалось. Судя по внутренней тишине — это было сердце.       Пики. Семёрка и восьмёрка.       — Стрит-флеш, — объявляет дилер.       Наруто плевать, как это выглядит. Он сомнамбулой идёт к ней. Кладёт ладонь на оголённое плечо. Хината дёргается. Смотрит на него. Что в её глазах? Мольба о прощении? Ну конечно, дорогая, я тебя прощаю. Помнишь, что обещал? Сравняю тут всё с землёй. Он тебя не получит.       Хината тихо усмехается. Скорбь Наруто даёт трещину.       Что-то не так…       Она накрывает его руку своей. Она тёплая. А по коже мурашки. Предвкушение? Азарт?       Хината буквально швыряет свои карты на гору фишек.       Пики. Пики, чтоб их!       — Король и его королева, — издевательски, произносит Хината. — Отличная пара. Что скажешь, Орочимару?       — Стрит-флеш, — объявляет дилер. — У госпожи Хьюга старшинство. Победа за ней.

❄❄❄

      Наруто победно вскидывает руки. Фишки летят во все стороны. Кто-то включает «Квин», чтобы они исполнили в честь Хинаты свою нетленку о чемпионах. Соперники рыдают. Подобно Бонни и Клайду, но только без единой пули, они валят в закат. А потом всю ночь трахаются на деньгах, раскиданных по кровати…       Ну ладно, может всё это только плод воображения Наруто. На деле, Хината только поблагодарила всех за игру, без промедления бросив Орочимару:       — Полагаю, раз ваши гости продолжат играть без вас, то мы можем уладить наши дела?       Наруто сосредоточился, вытряхивая из головы видения голой Хинаты, которую он осыпает хрустящими купюрами, пока до предела входит в неё, наслаждаясь… да твою же! Соберись, Узумаки.       Змея нападает, когда меньше всего ожидаешь.       Орочимару медленно поднимается на ноги. Он… улыбается?!       — С величайшим удовольствием, госпожа, — мужчина обрывает себя, проиграл, но желает урвать хотя бы кусочек. — Хината.       Всё происходит слишком быстро. Только что они были в покер-руме, а уже вновь в кабинете Орочимару. Там их уже дожидается Кабуто. За стёклами очков видно, как он ошарашен необходимостью просто так отдать какой-то девчонке Ренуара. Тем не менее, протягивает документы.       Хината кивком головы просит Наруто сделать это за неё. Блондин ухмыляется — как нагло, указывает ублюдку, что ничего из его рук брать не станет. Невероятная фурия. Он хватается за край документа. Тянет. Кабуто сопротивляется так, будто картина принадлежит лично ему. Наруто прикладывает больше силы, вырывая бумажку с корнем.       — Благодарю, — издевательски улыбаясь, бросает он личному арт-дилеру Орочимару.       — Займись картиной, — приказывает босс, взмахом кисти отправляя Кабуто упаковать Ренуара.       — Д-да, босс.       Орочимару посмеивается, неловко перекладывая вещи на рабочем столе.       — Как изящно, госпожа Хината, — снимая воображаемую шляпу, восхищённо говорит он. — Учитывая, что Наруто так и не удалось меня обокрасть, даже не знаю, кто из вас настоящий вор.       — Скажем так, — теперь Хината сидит на диване, вальяжно откинувшись на спинку, сложив ногу на ногу. Наруто стоит у стены, ожидая, когда можно будет отсюда убраться. И отпраздновать, чёрт побери. Она ловит его взгляд, растягивая полные губы в надменной улыбке. — У меня был хороший учитель.       — И всё же, — Орочимару продолжает улыбаться, как будто Хината не выиграла, а совсем наоборот. И тем конкретно его осчастливила. — Как вам это удалось? Я прочитал вас. Всё указывало на то, что вы блефуете.       Хината снисходительно смотрит на главаря преступного мира целого города. Маленькая фурия, что победила Голиафа.       — Не совсем так. Но всё лежит на поверхности. Вы прочитали именно то, что я хотела, чтобы вы прочли. И вы попались.       Орочимару не удержался от восхищённых аплодисментов.       Его восторги прервал вернувшийся Кабуто. В руках мужчины был художественный кейс. А на лице всё то же растерянное выражение лица, будто он ждал, когда бос прекратит этот фарс и скажет, что Ренуар никто из дома не вынесет.       Но Орочимару только приказным жестом велел отдать кейс Хинате. Впрочем, она тем же способом заставила Кабуто нести картину Наруто. Сама боялась, что руки будут слишком дрожать. Зашкаливающий адреналин начинал отступать. После передоза наступал жёсткий отходняк.       Внизу собралась целая делегация, чтобы проводить дорогих гостей. Да уж, смеясь, подумал Наруто, дорогие это ещё слабо сказано, учитывая, во сколько они обошлись хозяину.       Анко тоже присутствовала. Полулежала на диване, потягивая мартини. И сверлила едким взглядом Наруто.       — Какой я дурак, — неожиданно громко воскликнул Орочимару. Наруто остановился, не успев помочь Хинате надеть шубку. Ну конечно, не могло всё быть настолько просто. Не собирается он выпускать их отсюда живыми. Что же они наделали? Наруто уже готовил молебную речь, собираясь пасть ниц и целовать ботинки бывшего босса. Что угодно, лишь бы спасти Хинату. — Я ведь ни разу не спросил вас, госпожа Хьюга, зачем вам Ренуар?       Узумаки едва не грохнулся в обморок от облегчения. И кажется, Орочимару всё видел. Специально, сволочь всё так разыграл. Да ещё пожал плечами, типа извиняясь за этот маленький конфуз. Мелкая месть проигравшего. Имеет право.       — Для благотворительного аукциона, — поделилась Хината. — Так что, вам не следует сильно переживать о потере. Очень скоро вы сможете вновь заполучить своего Ренуара, — она мило улыбнулась. — За какую-нибудь скромную сотню миллионов.       Вот чему реально нужно поаплодировать. Забрать у чувака картину, а потом толкнуть её ему же? Гениально сыграно, Хината. Гейм. Сет. Матч.       Орочимару оценил, весело рассмеявшись.       Можно было уходить, но Хината скользнула убийственным взглядом по Кабуто.       — Его ежегодно устраивает госпожа Куренай. Уверена, вы о ней слышали, — Орочимару кивнул. — Я на неё работаю, — гордо добавила Хината, теперь внимательно следя за реакцией Кабуто. Показалось, или он правда прошептал её имя? В глазах блеснуло понимание.       — Выходит, вы с Кабуто коллеги, — поделился наблюдением Орочимару. Он, разумеется, тоже сумел сопоставить те крохи знаний о методах работы своего подчинённого, чтобы всё понять. Личное. А с такими женщинами, как Хината Хьюга, личное — это опасно.       — В некотором роде, — улыбка походила на оскал, когда Хината отвечала.       — Знаете, — Орочимару приблизился, загораживая Хинату, как от Кабуто, так и от Наруто. Подобный манёвр в исполнении мужчины, привлёк внимание Анко. Она напрягла слух, чтобы услышать, что он скажет той, кого она не желает вновь видеть в своём доме. — Если скажете «да», место моего личного арт-дилера и место в моей постели освободятся сию секунду.       Хината встретила его взгляд.       — Заманчивое предложение. — нежно улыбнулась она. — Кто знает, может, в другой жизни.       Орочимару проигнорировал вытянутое лицо Кабуто и пышущую гневом Анко. Обернулся к Наруто.       Максимально невинное касание тонких губ к тыльной стороне ладони. Взгляд поверх.       — Он самый удачливый из смертных, — прошептал Орочимару. Кроме Хинаты, никто бы не расслышал. — Моё предложение останется в силе, — громче, продолжил он, — бессрочно.       Хината кивнула, отступая на шаг. Наруто уже ждал у дверей, ненавязчиво подгоняя её убраться.       Она и правда сделала пару шагов к нему. Но остановилась. Узумаки озадаченно смотрел, не понимая, откуда это гневное выражение, исказившее милые черты. Что это фурия задумала?       Хината резко изменила траекторию движения, в мгновение ока оказавшись рядом с Кабуто. Он не посмел шелохнуться, демонстрируя, что не боится какой-то мелкой девчонки.       — Желаешь получить консультацию, как делать нашу работу так же хорошо, как я? — решил нападать Кабуто, сверкая стёклами очков.       Хината улыбнулась. Вот совсем не добро так. Но её рука легла ему на плечо так трепетно, будто это было началом танца. Пока Кабуто не скривился, ощутив острую боль, когда она вцепилась в плоть.       Ещё шаг. Будто она тесно прижимается к партнёру. Согнутое колено. И бессердечно сильный удар по яйцам. До звона. Наруто и Орочимару одновременно скривились, воришка закрылся картиной, а боссу не престало реагировать слишком явно. Кабуто закашлял, складываясь пополам.       Хината наклонилась к его уху:       — Это за Сислея, козёл.       Встряхнула волосами, запахнулась шубкой. И гордой фурией прошествовала на выход.       — Ну-у-у, — протянул Наруто, помявшись на пороге. — Было приятно. Надеюсь, не будем повторять.

❄❄❄

      Удивительно, но они возвращались домой в тишине. Каждый в своих мыслях. Словно нужно было время, чтобы осознать — всё получилось. Вот они, оба тут, оба в порядке, да ещё в багажнике грёбаный Ренуар.       Осознание накрыло Хинату буквально в шаге от парадного входа. Падал снег. Наруто остановился, положив картину на возвышение сбоку от лестницы, пока завязывал шнурок. Ветер игрался с выбившимися прядями. Ледяной воздух будоражил, контрастируя с жаром, распаляющимся в глубине естества. Она смотрела на Наруто и улыбалась.       Такой он и увидел её, когда выпрямился.       — Ты чего? — тоже улыбнулся он. — Домой не собираешься? Наконец-то, поняла, насколько крута и новая порция адреналина требует куда-нибудь его выплеснуть?       — Мы правда это сделали, да? — уже почти поняв, чего хочет, спросила Хината.       Наруто подошёл ближе. Аккуратным движением большого пальца, смахнул волосинки, прилипшие к её лицу. Улыбнулся:       — Ты сделала.       Хината несогласно покачала головой. Руки сами легли на грудь Наруто.       Так близко. И адреналин. Бушует, подсказывает, как приятнее всего будет его потратить.       Так опасно близко.       Наруто не смеет сделать первого шага. Он выжидает. Хината всё должна сделать сама. Показать, на что согласна.       Эта ночь не закончится, пока они не войдут в эти двери. Сейчас они часть какого-то фантастического момента во времени и пространстве. Нет прошлого, не будет будущего. Он обнулится. Так почему не осмелиться сделать то, что хочется?       Хината поднимается на носочках, притягивая Наруто к себе. Обхватывает его за шею, находя приоткрытые губы. Усиливает напор, предлагая ритм, показывая, как много хочет. Его глубже. Его ближе. Его вкус. Разделить дыхание на двоих.       Неистово, отдаваясь дикости порыва, Наруто приподнимает её, стискивая в крепких руках. Вступает в неравный бой с её языком, дразнящим и затягивающим в страстный поцелуй.       В них столько сдерживаемых эмоций. Губы плавятся, сплавляются. Ещё немного. Пожалуйста, воздух, не заканчивайся так быстро. Три минуты в раю не прошли. Они смогут продержаться дольше.       Наруто с болью отрывается от неё. Упирается лбом в её лоб. Пытается восстановить дыхание и угомонить сердце.       Ему так много нужно ей сказать.       Глаза Хинаты закрыты. Голова чуть запрокинута. Снежинки падают ей на ресницы.       — Хината, — будто ветер её позвал.       Она открывает глаза. Смотрит на его губы. Касается их холодными пальчиками.       — Ведь необязательно, чтобы это что-то значило, да? — с надеждой, спрашивает Хината.       Наруто сливается с зимой. Заставляет кровь застыть. Чувства остыть. Он согласился дать ей право выбора. Как бы ни было больно, он сможет проявить уважение к её страху.       — Да, — отрывая каждое слово с плотью, хрипло отвечает Наруто. — Это ничего не значит. Не сегодня.       Хината принимает его жертву. С улыбкой. И Наруто получает свою посмертную награду. Она вновь его целует. Отдаётся без остатка. Поглощает его душу. Оставляет пустую оболочку, через которую перешагнёт.       А раз всё равно впереди только смерть, к чёрту всё.