Часть 2 время просыпаться

Тепло. Это первая мысль, которая пришла в спутанный разум Изуку. Затем он вспомнил обрывки и отрывки. Грустную улыбку Соры на их лицах. Томура, поднявший его и ответивший на вопрос о том, что пора идти. Он вспомнил вид зеленых листьев на фоне тусклого неба ранним утром. Он вспомнил, как почувствовал, что чья-то другая рука заменила руку Томуры и как сердцебиение замерло возле его уха, что было странно успокаивающим вместе с грубым, но мягким голосом. Когда Изуку открыл глаза, он увидел человека, сидящего в чем-то похожем на удобное кресло и просматривающего бумаги. У него были темные волосы, завязанные в пучок, щетина на лице, темные круги и знакомый шрам под правым глазом. Айзава-сенсей. Я в UA. Вот тогда Изуку понял, что Лига буквально передала его Айзаве-сенсею. Он продолжал смотреть на своего учителя. Некоторое время назад он думал, что уход из бара будет болезненным, но этого... не было. Он знал, что Лига заботится о нем, но, как сказали предыдущие владельцы, пришло время уйти. Изуку очень хорошо знал, что ему нужна терапия, и как бы Лига ни понимала и ни заботилась, они просто не квалифицированы для такого. Он чувствовал небольшое облегчение, что не будет обременительным для них, некоторые из них должны были бы пройти терапию и сами. Но была вещь, о которой Изуку избегал думать. Его желание стать героем. Не герой, как Всемогущий, а просто герой. Это была его мечта с самого детства. Мечта, которую растоптали, швырнули, сожгли, изрезали и оставили, чтобы он осторожно поднял ее с земли. Мечта, которая немного ранила его изнутри, но также делала счастливым. Это было то, чего он хотел, поэтому вернуться в UA было не так уж и плохо. Может быть, это немного его огорчило, немного напугало, но он вспомнил сообщение Айзавы. В нем говорилось, что в UA есть люди, которые заботятся и ждут. Которые помогут ему. Он надеялся, что это правда. Чувствуя эту надежду и страх, Изуку сжал руки и обнаружил, что в них что-то есть. Внезапно он понял, что схватился за то, что, вероятно, было чьей-то рубашкой... рубашкой Айзавы-сенсея. Он вспомнил, как Даби говорил ему, что он не выпускает вещи из рук во сне. И тут Изуку понял, что заставил подпольного героя, Сотриголову, своего учителя, выскользнуть из-под своей рубашки, потому что он не отпускал ее. Зачем я это делаю? Я уже представляю, как Даби смеется надо мной. Хотя это изображение быстро прервало мохнатое лицо. А точнее, кот. Он высунул голову с пола, положил лапы на край дивана и уставился на него. Изуку заметил разноцветные пятна меха и желтые глаза, которые пристально на него смотрели. Он просто уставился в ответ. Трехцветный кот, казалось, не возражал. Вместо этого он продолжал смотреть, и через несколько мгновений Изуку увидел, как кот поднял свою лапу и нерешительно положил ему на лицо. Он мог чувствовать легкую шероховатость подушечки лапы и мягкий мех на своей щеке. Он фыркнул от удовольствия этого действия, которое только заставило кота казаться быть более заинтересованным в нем, когда он приблизил свою морду к нему. Изуку мог чувствовать усы, касающиеся о его кожу. — Видишь, я знал, что ты понравишься Ублюдку, — раздался голос. Изуку отвернулся от кошки, которая еще не покинула его личную зону, и посмотрел на мужчину, который говорил. Айзава-сенсей улыбнулся ему со своего места в кресле. — Привет, проблемный ребенок. Когда он это увидел, Изуку услышал своего рода мягкость в его голосе, которую он слышал от этого человека всего несколько раз. Он помнил это с того времени, когда он был в лазарете после своего «спарринга», эта мягкость сделала боль немного более терпимой. Но в этот момент он также увидел беспокойство в глазах своего учителя. Тревогу, которую Изуку часто видел в своих собственных глазах, когда смотрел в зеркало. ...он беспокоится о том, как я отреагирую, вернувшись, - заключил Изуку, он не мог не почувствовать тепло в груди, уверившись, что Айзава-сан заботится о нем (и то, что он сказал Лиге, было правдой). — Привет, Зава. _______________ Шота просматривал бумаги, когда понял, что его ученик проснулся, но он дал ему время все обдумать без какого-либо давления. Он беспокоился, что Изуку проснется в панике и злости. Но вместо этого он, казалось, был спокоен. Парень молчал, и Шота чувствовал, как эти зеленые глаза некоторое время изучали его черты, пока не переключились на комнату и, конечно же, на Ублюдка. Чертов кот не заботился о личном пространстве других и в итоге устраивал что-то вроде гляделок с учеником. Так продолжалось до тех пор, пока Ублюдок не решил положить лапу на лицо Изуку. На мгновение Шота подумал, что его ученик получит фирменную серию быстрых ударов, которые так любил делать Ублюдок, но этого не произошло. Ублюдок был на самом деле очень мягок, и Шота был уверен, что Хизаши будет брызгать слюной от зависти, увидев это. Между тем, он был просто забавен, как и Изуку, которого это совсем не волновало. Так что Шота сказал что-то об Ублюдке, надеясь, что это будет хорошим способом наконец поговорить с Изуку. Мальчик посмотрел на него, и Шота улыбнулся, прежде чем снова заговорить. И снова эти зеленые глаза пристально смотрели на него, как будто изучали все детали о нем (что совсем не удивило Шоту). Он задавался вопросом, мог ли ребенок видеть, насколько он на самом деле нервничал. Шота не мог описать облегчение, которое он почувствовал, снова услышав прозвище, которое дал ему ребенок. Не желая позволить всему сойти на нет (хотя, как ни странно, это было бы удобно), Шота снова заговорил. — Сейчас 6:15. Лига высадила тебя почти 2 часа назад вместе с дорожной сумкой, которая сейчас стоит у дивана. Он услышал, как мальчик что-то мычит, Шота воспринял это как ответ. — Я могу отодвинуть Ублюдка. Не похоже, что он скоро отойдет от твоего лица, — сказал он, указывая на кота, который все еще был у лица Изуку и даже начал лизать его подбородок. Изуку, казалось, улыбнулся, прежде чем вытащить руку и положить ее на голову Ублюдка, что не остановило его. — Все в порядке, он мягкий. — Я надеюсь на это. Эта чертова штука требует, чтобы ее чистили почти каждый день. Шота был рад восторгу, который он видел в глазах Изуку, продолжая гладить кота, который то и дело терся головой о его лицо. — Кто знает, что я здесь? — Я, Директор Недзу и Мик, — прямо ответил Шота, придя к выводу, что Изуку хотел бы, чтобы ему сказали правду, а не плясали вокруг да около. Недзу, очевидно, знал, когда Лига появилась с Изуку, и, вероятно, видел весь разговор на камеру, в то время как Хизаши узнал, когда вернулся домой. Изуку, казалось, не беспокоили имена, которые он сказал — И всё? Шота кивнул. — Но я хочу отвезти тебя в лазарет, чтобы тебя осмотрели. Не волнуйся, Исцеляющей Девочки там нет, — быстро сказал Шота, увидев, как замер Изуку, когда он упомянул лазарет. — На самом деле, она стала работать здесь меньше часов, и Недзу нанял несколько новых сотрудников, у которых есть опыт работы в геройских школах и с детьми. В Изуку отразилось явное облегчение, но он посмотрел на него с каким-то недоверием в глазах. — Директор Недзу сделал это? Герой фыркнул на вопрос. — Конечно, эта крыса позаботилась об этом. Несмотря на свою внешность и сомнительную мораль, он заботится о своих учениках. Когда тебя не было, он занялся кое-чем, чтобы сделать жизнь студентов здесь лучше. В том числе и тем, чтобы медицинский персонал не ругал студентов, получивших травму. И он хотел убедиться, что некомпетентные люди занимают соответствующие должности. Конечно, когда он сказал «некомпетентные люди», Шота явно имел в виду понижение Всемогущего до должности «Помощника», которому не разрешалось бы находиться с учениками без присмотра. Хотя, если бы Комиссия не вмешалась, Недзу наверняка не дал бы Всемогущему занять какую-либо должность в своей школе. — Итак, раз уж с ними разобрались, ты готов пойти в лазарет на осмотр? В последний раз, когда я тебя видел, у тебя еще были травмы, и я просто хочу убедиться, что с тобой все в порядке. Изуку молча посмотрел на него, прежде чем они снова посмотрели на Ублюдка. — Хорошо, — тихо ответил он. Шота кивнул, прежде чем встать и пойти на кухню. — Хочешь что-нибудь поесть, прежде чем мы пойдем? Есть хлопья, яйца, немного риса, оставшегося от того, что приготовил Заши, потому что он всегда готовит слишком много, и... — Я давно не ел, но ничего не буду. Шота повернулся и посмотрел на него. — Почему? — Просто не хочется. На ответ Изуку Шота нахмурился. Ему не понравилось, что он давно не ел. Он вспомнил время, когда ему не хотелось ничего делать, в том числе и есть. У Изуку был такой же взгляд в глазах, когда он это сказал. — Хорошо. Ты готов идти? — Ага. Убедившись, что у него есть все необходимое, Шота позволил Изуку встать, но когда он повернулся, то увидел, как Изуку, казалось, сделал глубокий вдох, прежде чем использовать руки, чтобы подтянуться. Казалось, что ему потребовалось много энергии, чтобы сесть, и Ублюдок занял новое место, чтобы запрыгнуть и сесть на колени мальчика. Шота вспомнил сообщение от Лиги о том, как Изуку сказал, что он не ел и не спал некоторое время. Решив, что он ослаб, Шота знал, что, вероятно, потребуется некоторое время, чтобы поднять его и переместить в лазарет. Поэтому вместо этого он подошел к Изуку на диване. Он оттолкнул от него Ублюдка (что коту не понравилось). Затем присел перед Изуку, повернувшись к нему спиной. — Залезай. Шота и не подозревал, что Изуку вспоминает человека с красными глазами и сухой кожей. — Но... — Никаких "но", — быстро вмешался Шота. — Не зная твоего состояния, я могу тебя туда отвезти. И это самый быстрый вариант. А теперь иди, я более чем достаточно силен, чтобы нести подростка. Он услышал вздох сдавшегося человека. У Шоты было всего несколько секунд, пока он не почувствовал вес своего ученика, опускающегося ему на спину. Две руки нерешительно обвились вокруг его шеи, и он почувствовал прикосновение кудрей по бокам головы, когда Изуку положил подбородок ему на плечо. Он укрепил хватку на ногах ребенка, прежде чем наконец встать. На мгновение Шота почувствовал, как Изуку напрягся, но, как только они начали двигаться, казалось, расслабился. Они ушли. ___ Шота выбрал путь, где они с меньшей вероятностью могли бы кого-то встретить, хотя, учитывая, насколько было рано, это не должно было стать проблемой. Было тихо, и единственным шумом был ветер и шелест листьев. И их дыхание. Изуку был теплым у него на спине, и это было просто напоминанием для Шоты, что Изуку здесь, он вернулся. Тревога, которая преследовала его повсюду, заставляя чувствовать себя неуверенно, исчезла. В конце концов, они наконец добрались до другого здания. Мгновенно, как только Шота вошел внутрь, он почувствовал, как руки Изуку крепко обняли его, когда они напряглись. Он обнаружил, что успокаивающе сжимает одну из ног Изуку. Изуку слегка сжал ее в ответ. Хотя он все еще чувствовал некоторое напряжение от тела, которое он нес, Шота пробрался глубже внутрь и в конце концов добрался до двери в лазарет. Она уже была открыта, и внутри стояла женщина, которая, казалось, не была удивлена их внезапным появлением. Шота точно знал, что Изуку, вероятно, разглядывает женщину и подмечает детали, включая любые, которые могли иметь отношение к ее причуде. — Доброе утро. Вы, должно быть, Айзава Шота? — спросила она, хотя, очевидно, знала ответ, и с улыбкой посмотрела на мальчика на спине. Казалось, она не возражала против того, что Изуку пристально смотрел на нее, положив лицо на плечо Шоты. Шота просто кивнул в ответ. Женщина восприняла его молчание спокойно. — Я доктор Танака Сачи, и мне сказали, что мы будем проверять вашего студента. Вы можете пойти за мной в одну из комнат, — сказала она, прежде чем повернуться и направиться к одной из дверей в стороне. Они молча последовали за ней и увидели, что в комнате была только одна кровать, как и снаружи. С креслами по обе стороны и маленьким столиком. Шота подошел к кровати и повернулся, прежде чем медленно и осторожно опустить Изуку на нее так, чтобы он мог размотать свои руки с шеи, не упав никуда. На мгновение показалось, что Изуку не решался отпустить, но он сделал это, и Шота повернулся, чтобы посмотреть на доктора, у которой теперь что-то было в руках. Она подошла и положила сверток сложенной одежды на кровать рядом с Изуку. — Я выйду с Айзавой-саном, чтобы ты переоделся, прежде чем мы начнем осмотр, хорошо? Изуку кивнул, а доктор Танака просто улыбнулась в ответ, прежде чем повернуться и выйти из комнаты. Шота посмотрел на Изуку и на мгновение дал ему, как он надеялся, успокаивающий взгляд, прежде чем повернуться и уйти, предоставив Изуку возможность переодеться. Оказавшись снаружи и заперев дверь, Шота начал размышлять о том, что они узнают во время проверки. Он снова почувствовал неприятное ощущение в животе.