Глава I: Первое свидание

21 декабря 2012 года.

      Я прочитала письмо ещё раз. Приглашение на праздник в честь рождества. Раньше я всегда выкидывала их, но эта бумажка смогла привлечь моё внимание. Текст написан от руки, красивым и аккуратным почерком. Простые слова: "В "The Cavern Club" пройдёт праздник перед рождеством. Мне хотелось бы видеть тебя". Он даже не знал моего имени и обменялся со мной парой фраз, а теперь приглашает на банкет. Я уселась в кресло, закурив очередную сигарету и перечитывая письмо ещё раз. Я усмехнулась, ведь не была обделена вниманием мужчин, но чтобы кто-то приглашал меня куда-то — впервые. Потушив сигарету и выкинув её в окно, я встала и открыла двери шкафа, рассматривая свой гардероб.       — Ты собралась куда-то идти? — Раздался мелодичный голос сзади. — Неужели решила ответить на приглашение того парня?       — Почему бы и нет? — Я слегка обернулась, смотря как она подходит ближе. — После рождества каждый из нас будет отправлен на новое здание. Не так ли, Шерри?       — Они нашли некого Джейка Мюллера. Его отцом был Альберт Вескер и в его крови есть антитела. Пока что это лишь предположение учёных из исследовательского центра и Ребекки. — Она упала на кровать, смотря в потолок.       — Его точное местоположение неизвестно. Но возможно, он будет в Эдонии. Сейчас туда стекается каждый наёмник.       — Не боишься одна? Может быть, обсудить всё с Леоном и я поеду с тобой? — Достав красное атласное платье и положив его на кровать, я присела рядом с ней.       — Я думаю, всё будет хорошо. К тому же, это не Леон отдаёт приказы. Не мне, по крайней мере. Симмонс тут главный.       — Разумеется всё будет хорошо, ведь ты у нас необычная девочка, — она посмеялась, посмотрев на меня голубыми глазами.       — В точности, как и ты, Мелисса.

***

      На улице густыми хлопьями валил снег, словно невидимый художник покрывал землю белоснежным одеялом. Я шла медленно, наслаждаясь волшебством зимней погоды, когда каждый шаг оставлял следы на свежем снегу. Вокруг меня горели яркие фонари, их теплый свет переливался и отражался в снежинках, создавая сказочную атмосферу. Разноцветные лампочки, сверкающие на деревьях и зданиях, напоминали о приближающемся празднике, и казалось, что даже холодный ветер приносит с собой нотки радости. Каждое здание было украшено с особым вкусом: гирлянды из еловых веток и блестящих шариков придавали городу живой и праздничный вид. Люди, проходящие мимо, были приветливыми и счастливыми, их улыбки согревали душу. В этот момент казалось, что в мире не существует ни войны, ни страха, ни болезней — только светлые эмоции и надежда на лучшее. Я подошла ближе к клубу, его разноцветная вывеска манила меня, словно обещая незабываемые впечатления. Внутри царила атмосфера дружеского уюта: много мужчин в тёмной форме и чуть меньше женщин, все они, видимо, принадлежали к подразделению B.S.A.A., наслаждаясь отдыхом перед тяжёлой работой. Их разговоры смешивались с музыкой, создавая живую симфонию, полную смеха и дружеских поддразниваний. Я вошла внутрь, осматриваясь и подходя ближе к барной стойке.       — Бокал красного вина, пожалуйста, — произнесла я, чувствуя, как волнение слегка сжимает грудь. Бармен, с ловкостью опытного артиста, начал выполнять мою просьбу, наливая вино в изящный бокал, его движения были плавными и уверенными, как у человека, который знает цену своему мастерству.       — Всё-таки решила прийти, — раздался за спиной радостный голос. Я обернулась и увидела его: парень, с которым мы пересекались несколько раз в ходе заданий. Он присел рядом на стул, его глаза искрились интересом.       Он внимательно осмотрел меня, и в этот момент я осознала, как удивительно легко люди заводят новые знакомства. Не зная имени, статуса и прошлого друг друга, мы всё равно оказывались в одном пространстве. Я вспомнила о его постоянной привязанности к Капитану — он всегда был рядом, как верный щенок, готовый броситься в бой. Парень был одет просто, но это лишь подчеркивало его непринужденность: чёрная джинсовая кофта облегала его фигуру, а под ней виднелась серая футболка, слегка помятая, но выглядевшая стильно. Чёрные джинсы, возможно утеплённые для зимних вечеров. В воздухе витал лёгкий аромат свежего снега и горячего шоколада из соседнего кафе. На улице не было так уж холодно, хотя я сама не ощущала температуры. Мы обменялись взглядами, и в его глазах читалось любопытство и искренний интерес. Я почувствовала, как между нами возникла лёгкая искра — мгновение, которое могло бы перерасти во что-то большее. В этом шумном и ярком месте, окружённом смехом и музыкой, казалось, что время остановилось.       — Знаешь, выходит немного нечестно, — произнес он, поднимая стакан с янтарным виски и медленно отпивая, его глаза не отрывались от моего лица, словно искали ответы на невысказанные вопросы.       — Правда? И что же, по твоему мнению, нечестно? — Спросила я, медленно поворачивая бокал в руках, наблюдая, как жидкость нежно колебалась, отражая мягкий свет ламп в баре. Вокруг нас царила атмосфера уюта: приглушённый свет, тихие разговоры и звуки музыки создавали идеальный фон для этой беседы.       — Ты знаешь моё имя, а вот я твоего не знаю. И за всё время нашей совместной работы так и не узнал, — сказал он, его голос был полон лёгкой обиды, а губы слегка приподнялись в усмешке.       — Мелисса, — ответила я, слегка улыбнувшись, когда поймала на себе взгляд Криса. Это был взгляд человека, который как-то посодействовал нашей встречи.       Я не знала этих людей достаточно хорошо. Несколько совместных заданий и разговоры только о вирусе, о выполнении работы — всё это оставляло мало места для настоящих связей. Я могла сказать, что хорошо знала только Шерри, её смех был заразительным, а взгляды всегда полны понимания. Остальные же были просто сослуживцами и коллегами, с которыми не о чем было поговорить. Но сейчас, на удивление, я сидела в баре с мужчиной, который начинал мне нравиться. Его уверенность и лёгкая игривость притягивали меня, и я чувствовала, как между нами постепенно выстраивается невидимая нить. В этот момент бар наполнился звуками смеха и разговоров, но мне казалось, что вокруг нас всё затихло. Я ловила каждое его слово, каждое движение, и в этом мгновении всё остальное стало неважным. Мгновение спустя в воздухе разлилась влекущая музыка, мелодия, которая словно окутала нас своей магией.       Я даже не заметила, как оказалась на танцполе, погружённая в ритм и атмосферу вечеринки. Вокруг нас зажглись огни, мерцающие в такт музыке, создавая иллюзию волшебства. Я чувствовала, как сердце стучит в унисон с мелодией, а мир за пределами этого танца исчезает. Он, жестокий солдат с суровым взглядом и мужественной осанкой, оказался удивительно хорош в танцах. Его движения были уверенными и грациозными. Я следила за его шагами, восхищаясь тем, как он легко управлялся с каждым поворотом, словно музыка была частью его сущности. Я потерялась в его глазах, которые сверкали от азартной энергии, и в этот момент мне казалось, что мы одни на этом свете. Его рука крепко держала мою, а другая плавно скользила по моему поясу, подчеркивая каждое движение. Мы кружились под яркими огнями, и я чувствовала, как всё вокруг наполняется жизнью и страстью. Каждое его прикосновение было полным уверенности и нежности, и я не могла не улыбаться, наслаждаясь этим моментом. Когда же музыка кончилась, мы подошли к выходу и надели верхнюю одежду, после чего вышли на улицу. Снег стал идти всё сильнее. Теперь вечер казался ещё более волшебным.       — Зря я не взял машину, не думал, что пойдёт такой снег, — произнёс Пирс, глядя в небо, где крупные снежинки кружились в танце, словно маленькие феи. На секунду я заметила, как заиграли его желваки, выдавая внутреннее напряжение, которое он пытался скрыть.       — Почему же не удалась? — игриво спросила я, ступая по тротуару, покрытому белым пушистым ковром. Каждый шаг издавал хрустящий звук, который напоминал о детских зимних радостях. — Мне кажется, что сейчас лучшее время для прогулки. Снег создаёт такую волшебную атмосферу.       — Не заболеешь? — с лёгким беспокойством в голосе поинтересовался он, остановившись на мгновение и глядя на меня с прищуром.       — Я никогда не болею. Было один раз в детстве, когда я подхватила простуду после того, как заигралась на улице. После этого больше никогда, — уверенно ответила я, ловя снежинки на кончике языка и ощущая, как холодный воздух наполняет лёгкие.       — Что ж, в таком случае хорошо, — сказал он, и мы продолжили идти рядом. Пирс засунул руки в карманы своего тёплого пальто, а я почувствовала, как ветер нежно треплет мои волосы.       — Завтра я отправлюсь в южную Европу и пропаду на несколько месяцев. Возможно, чуть больше полугода, смотря как управлюсь с делами, — произнесла я, стараясь скрыть волнение в голосе.       — Очередное задание для лучшего агента правительства? — Произнёс он с лёгкой усмешкой, его глаза блестели игривым огоньком. Снег медленно падал, укрывая землю белым покрывалом, а ветер завывал, словно напоминал о грядущих бурях. — Последнее время в Европе стали разрастаться биотеррористические организации, как грибы после дождя.       — Амбрелла потерпела крах в две тысячи третьем году, после инцидента в Раккун-Сити. Но даже после этого её последователи продолжают производить вирус и продавать его террористам. Триссел распалась в две тысячи девятом году, когда погибла Экселла Жионе. После этого наследников у корпорации не осталось.       Он кивнул, его лицо стало более серьёзным. — Ты хорошо осведомлена. Хотя это и не удивительно: все мы здесь боремся за одну цель. Завтра наш отряд отправляется в Эдонию. Мы должны помочь разрешить военный конфликт.       — Ни секунды покоя, верно? — Я посмотрела на него и улыбнулась, моя улыбка была полна лёгкой иронии, словно нам не было места среди всех этих ужасов.       Он стоял передо мной, почти весь облепленный снегом, и выглядел как снежный человек из сказки. Его волосы были растрёпаны ветром, а на лице играли искорки снега, придавая ему комичный вид. Я и сама не выглядела лучше: мой шарф был сбит с плеча, а волосы распущены и развевались на холодном ветру. В этот момент мы оба забыли о своих обязанностях и ответственности. Вместо этого двое достаточно взрослых людей начали собирать снег в ладошки и бросать друг в друга, как дети, забыв о мире вокруг. Снег кружился в воздухе, искрясь при свете фонарей, создавая атмосферу беззаботности и веселья. В этой прогулке не было ничего официального — только дурачество и радость, которые дарили нам краткий отдых от бесконечных смертей и напряжения.       — Спасибо, что проводил до дома, — произнесла я, стоя на ступеньках подъезда, обрамленного тусклым светом уличного фонаря. Небо над нами было усыпано звездами, а лунный свет мягко освещал его лицо, придавая ему загадочное очарование. Я смотрела на него сверху вниз, чувствуя, как лёгкий вечерний ветерок играет с моими волосами.       — Спасибо, что пришла, — ответил он, его голос звучал тепло и искренне. — Редко удается провести время в хорошей компании. Надеюсь, что когда мы со всем управимся, мы вновь сможем встретиться и провести время вместе, Мелисса. — Его глаза сверкали в темноте, и я заметила, как на его губах появилась лёгкая улыбка.       — До встречи, Пирс, — сказала я, чувствуя, как внутри меня загорается тепло. Улыбнувшись в ответ, я сделала шаг назад и открыла дверь подъезда. Внутри меня встретила привычная тишина, но сердце всё ещё билось в ритме нашего вечера.       Я быстро завалилась в квартиру, скинув с себя верхнюю одежду, и направилась в комнату, где мирно сидела Шерри. Она уютно устроилась на диване, погруженная в чтение очередной книги, страницы которой шуршали под её пальцами, создавая мелодичный фон. Увидев меня, она подняла взгляд и на её лице расцвела нескрываемая радость — в её глазах светилась искра понимания, и даже не было необходимости задавать вопросы. Всё и так было понятно. Я присела рядом, чувствуя, как лёгкий холодок от пола проникает в моё тело, ведь я осталась лишь в нижнем белье после того, как скинула мокрое платье на пол, оставив его там, как символ прошедшего вечера. Вдохнув глубоко, я начала рассказывать обо всём, что произошло, словно выплёскивая на свет яркие впечатления и эмоции.       — Кажется, кому-то впервые за много лет понравился парень, — с игривой ухмылкой заметила Шерри, её голос звучал весело и задорно. — Жаль, что вы не попали под веточку омелы! — Она рассмеялась, и этот звук был как бальзам на душу. После этого она вновь легла на диван, устроившись поудобнее.       — Я даже ни разу не закурила, Шерри. Это удивительно! — произнесла я, легла поперёк дивана рядом с ней, всё ещё ощущая волшебство того чудесного вечера. В голове крутились обрывки разговоров и смеха, а сердце трепетало от воспоминаний о его взгляде и улыбке. В комнате стояла тёплая атмосфера дружбы и доверия, и я знала, что теперь у нас будет ещё одна история для обсуждения за чашкой чая в долгие зимние вечера.

***

29 июня 2013 года. Южная Европа. Босния и Герцеговина.

      Я чувствовала, как по виску стекает тёплая кровь, оставляя за собой липкий след. В ушах стоял гул — тяжёлые шаги приближались, а где-то вдалеке раздавался слабый рёв, словно предвестник беды. Они ищут меня, и вскоре найдут. Патронов осталось совсем мало, и в груди затаилась холодная мысль: может, я так и останусь здесь, в этой заброшенной подземной лаборатории, навсегда. Укрывшись за стеной, я облокотилась на её шероховатую поверхность, стараясь не издавать ни звука. Сердце колотилось в унисон с шагами врагов, которые всё ближе приближались ко мне. Я знала, что совсем немного времени осталось до того момента, когда от былых ран не останется ни следа — лишь память о том, как я оказалась в этом аду. Проникновение в подземную лабораторию было глупой идеей, особенно когда на город сбросили бомбу с вирусом, который превратил людей в безумных зомби. Я всегда слышала о том, что в США происходят ужасные события, похожие на Раккун-Сити, но никогда не думала, что это дойдёт и сюда. Воспоминания о жизни до катастрофы — о смехе друзей и вечерних прогулках — казались такими далекими. Я должна была расправиться со всеми лабораториями, которые, как выяснилось позже, принадлежали новой компании Нео-Амбреллы. Но именно в этой лаборатории было больше всего охраны, и теперь я была одна против целой армии. Связь с внешним миром потеряна; я отрезана от выхода и от надежды на спасение. Возвращение домой, которое я планировала месяц назад, теперь было лишь старым воспоминанием, затерянным среди кошмаров. Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоить дрожь в руках и сосредоточиться на том, что мне нужно сделать. Время на исходе, и я должна быть готова к тому, что впереди меня ждёт настоящая битва за выживание.       Хотя, с каждым разом я всё больше поражалась своему страху. Прошло так много лет, а я всё никак не могла привыкнуть к тому, что меня не так легко убить. Каждая рана, нанесённая мне, заживала с удивительной скоростью, и через пару минут от неё не оставалось ни следа. Это было одновременно и благословением, и проклятием. Вокруг меня царила тишина, но в голове всё ещё звучали эхо прошлого — крики, взрывы, смех друзей, которые навсегда остались в тени. Сейчас было глупо притворяться кем-то другим. В этой заброшенной лаборатории не было никого, кто мог бы рассказать правду о том, что перебило целый комплекс. Я сняла карие линзы с глаз — они лишь мешали мне видеть в полумраке, который окутывал это место.       Теперь, когда они исчезли, мир вокруг стал более чётким, и каждый шорох казался более явным. Достав нож с характерным звуком, я вышла из своего укрытия. Быстрые и точные движения — и жертвы лежали на полу, а из их черепов постепенно вытекала чёрная жидкость, зловеще сверкающая в тусклом свете. Гниение тела происходило слишком быстро; я знала, что это следствие вируса, который когда-то был лишь мифом. Но сейчас страх отступил, стоило только позволить своей силе взять контроль над телом. Прошло, казалось, всего лишь несколько часов, а лаборатория уже была полностью пуста. Остались лишь тени, которые когда-то были людьми. Я направилась к компьютеру, чтобы активировать самоуничтожение. Отчёт пошёл незамедлительно: всего лишь минута, чтобы покинуть это проклятое сооружение. Я вырвалась на поверхность и только теперь заметила, что наступил вечер. Я пробыла здесь почти двое суток; тридцатое число июня сменялось первым июля. Небо окрасилось в багровые оттенки заката, словно природа сама скорбит о том, что произошло. Я выдохнула с облегчением и присела на траву, облокотившись на ствол дерева. Его кора была грубой и холодной под моими пальцами.       — Чёртовы полгода и новый зомби-апокалипсис. Выглядит как дерьмовая шутка, — проговорила я вслух, глядя на свой треснувший КПК, пытаясь поймать сигнал.       Я знала, что мне предстоит услышать очень многое. Но главной новостью, которую я хотела узнать, было то, нашлась ли Шерри и что стало с Пирсом. В последний разговор с Ханниган она упомянула, что отряд B.S.A.A. во главе с Крисом был направлен в Китай. События в Эдонии повлекли за собой амнезию и позволили ему отдыхать почти полгода. Я пропала с радаров также быстро, как и появилась. Но эти шесть месяцев были чем-то переломным и пугающим. Теперь весь мир был перевернут с ног на голову.       — Мелисса, как слышно? — раздался женский голос из КПК, и я мгновенно ответила ей, стараясь скрыть дрожь в голосе.       — Хорошо. Я не знаю, когда точно ты сможешь вернуться домой. Стоит помочь военным и гражданским. Здесь тоже всё не гладко, но мы зачищаем каждую улицу. Агент Биркин найдена и вскоре доставит донора в штаб, — её слова звучали уверенно, но в них ощущалась тяжесть, словно сама атмосфера вокруг нас была пропитана страхом и неопределённостью.       Я взглянула на её лицо, и в глубине её глаз заметила явную скорбь. Это было как тёмное облако, затянувшее небо над нами.       — Что по поводу отряда Криса? — спросила я, сжимая кулаки, чтобы подавить нарастающее беспокойство.       — Весь отряд был перебит в Китае. Редфилд и Ниванс на связь больше не выходили. По последним данным, Леон направил их в подводный комплекс Нео-Амбреллы, чтобы те вытащили Шерри. Ситуация стабилизируется, и к утру у нас уже будет готова вакцина, — её голос дрожал, и я понимала, что за каждой фразой скрывались невидимые раны и утраты.       Я сбросила трубку, чувствуя внутри сильный укол в области сердца, как будто сама реальность решила напомнить мне о том, что потеря — это не просто слово. Это горький осадок на душе, который трудно смыть. Вокруг меня раздавались звуки хаоса: далекие крики людей, гул моторов военной техники и треск выстрелов. Небо над головой постепенно темнело, а звезды начинали пробиваться сквозь завесу облаков, словно пытаясь напомнить о мире, который когда-то был спокойным. Я выдохнула и услышала громкий взрыв, с лабораторией было покончено. Теперь же я направлялась в город, дабы помочь уничтожать тех, кто когда-то были людьми.