Глава 2: В каверне

      Меньше всего Файб хочет ходить кругами, особенно из-за эфириалов. Время у них распланировано с оглядкой на непредвиденные ситуации и задержки, конечно, но выходить за безопасный лимит нахождения в каверне всё-таки идея так себе. За себя или Лану, хорошо знающих свою эфирную устойчивость, переживать не приходится, условное «с рассвета до полудня, максимум до обеда» — для них это где-то половина безопасного времени. А вот на остальных, исключая «Гуся», приходится оглядываться.       «Гусь» вообще, при отсутствии прямого контакта с непосредственным источником эфира, может проторчать в каверне хоть до следующего утра; сляжет потом, конечно, с типичными побочными эффектами, но уже через день-два будет как новенький.       Почему с такими завидными показателями «Гусь» не заглядывается на работу в той же АИК, он так и не объяснил нормально. Но позволил попытаться угадать, пообещав честно сказать, какой из вариантов окажется верным, однако таковые пока только множатся.       — На какие этажи нам ползти, говоришь? — Лана щурится, глядя на соседствующую с торговым центром жилую высотку. Окна первых десяти этажей выбиты, часть неприятно переливает покрывающими стены эфирными наростами, всё же чем ближе к центру каверны, тем сильнее заражение.       Файб с обречённым вздохом потягивается:       — Девятый и одиннадцатый.       — Я с вами не пойду, — тут же машет руками «Гусь».       — Что, не в ладах с лестницами? — усмехается Лана.       «Гусь» кисло улыбается в ответ.       Ладно бы лифты работали, но пешком — ни за какие деньги. Знал бы, что так будет, пошёл бы при плановом разделении с остальными, там планы взбирания на верхотуры отсутствовали. Заставили бы что-нибудь сверх нормы тащить, конечно, но это уже не девятый-одиннадцатый этаж.       — Мы вас тут подождём. — «Гусь», присев на корточки рядом с Уоррой, показывает большой палец. — Вы же не заставите бедняжку тащиться с вами туда-сюда на маленьких слабеньких ножках.       — Эн-не-не! — возмущёно взмахивает лапами Уорра и, изобразив картинное закатывании несуществующих рукавов, первым направляется к лестнице.       Файб очень хочет со смешком уточнить, про чьи это слабенькие ножки недавно была речь, не про бесполезные гусиные ли… Но один только вид Уорры, упрямо, но неуклюже запрыгивающего на высокие ступени, вызывает смесь усталости и обречённости.       С таким попутчиком они будут подниматься целую вечность. Да и не приведи небо, Уорра ещё и обратно вниз кубарем покатится, повредится ещё что.       — Посторожи нашего бедняжку, Банан. — Подхватив банбу под лапы, Лана решительно спускает его обратно. — Мы быстро.       — Эн-на! — тут же машет головой Уорра.       — А ещё у меня будет для тебя особое задание, пока мы ходим. Видишь вон ту кучу стекла посреди дороги? — перейдя на театральный заговорщический шёпот, указывает направление Лана.       Файб невольно следит за её рукой вместе со своим банбу.       И правда, посреди широкой дороги, довольно далеко от всех зданий, шагах в десяти от пешеходного перехода, кто-то словно бы целенаправленно накидал в одну кучу гору битого стекла. Куски большие, мелкие, по краям просто блестящая на свету крошка…       — Узнай для меня, как оно там оказалось такой ровной горочкой, — подмигнув, наказывает Лана. «Ровной», конечно, большое преувеличение.       Банбу тут же важно кивает и салютует повязанной красной лентой лапой.       — Уорра, не лезь туда. — Файб понимает, что уже поздно мешать, но попытка не пытка. — Кто знает, что там за трещина и куда она ведёт.       — Погнали уже, Файб! — Лана цапает его за плечо и, рывком развернув, тянет к лестнице.       «Ты же не хочешь тащить его на руках всю дорогу туда и обратно», — сквозь зубы цедит она вдобавок. Файб обречённо вздыхает и нехотя кивает в ответ. «Гусь» вслед им обещает, что он всё проконтролирует и, оглядываясь по сторонам, вместе Уоррой идёт в сторону валяющегося на дороге стекла.       Лана по мере подъёма то и дело выглядывает наружу через небольшие окна на лестничных пролётах или прогрызенные эфирным разложением дыры прямо в стенах, комментируя происходящее на улице. Так они доходят до седьмого этажа, периодически на пробу толкая случайные двери квартир. Большая часть из них оказывается открыта, на обратном пути можно будет заглянуть выборочно и поискать что-нибудь стоящее, небольшое и не очень приметное.       Уорра снаружи обходит кругом кучу стекла, вооружившись подобранным куском трубы, тычет в землю и воздух перед собой, ища границу несомненно присутствующей трещины. «Гусь», побродив беспокойно туда-сюда, от скуки присоединяется к «исследованию», решив просто покидать камни.       — Не облокачивайся. — Файб несколько раз ударяет протезом хвоста по перилам вдоль лестницы, и те жалостливо скрипят, а в паре мест прогибаются, несмотря на слабую силу удара.       — Что, совсем дохлые? — Лана хватает вертикальную трубу перил металлической рукой и на пробу дёргает вверх. Поеденная эфиром конструкция даже слишком легко поддаётся, ломается с одной стороны и выскальзывает из пола вместе с куском бетона с другой.       Вверх по лестнице раздаётся глухой звук: что-то ударяется в стену и следом начинает катиться вниз, характерно пересчитывая чуть ли не каждую ступеньку, после чего останавливается.       Файб напряжённо замирает. Лана настороженно дёргает ушами. Звук удара по стене повторяется, но вниз на этот раз ничего не катится.       — Там… — Лана прислушивается. — Никого нет.       — Точно? — Файб хмурится. Слух у Ланы лучше, чем у него, но вновь повторившийся звук удара и падения чего-то вниз по лестнице заставляет нервно дёрнуться.       — Одни только сквозняки дверями скрипят, ничего живого.       Лана раздражённо цыкает и, подхватив вырванный кусок перил с бетоном, на всякий случай, сойдёт за ударное оружие, направляется вверх по лестнице. На восьмом этаже пусто, раскуроченная дверь одной из квартир уныло висит на одной сохранившейся петле…       Небольшой камень вылетает из зарябившей пространственной трещины, появившейся на месте выбитого окна на лестничном пролёте, ударяется в стену и начинает с глухим стуком катиться вниз.       — Слушай, а это не… — Лана задумчиво чешет за ухом, приставляя сымпровизированное оружие к ноге.       — Та трещина посреди дороги?       Файб, недолго думая, перепрыгивает гору мусора на пороге открытой квартиры и направляется к окну. Вид с высоты восьмого этажа — такой себе в плане деталей, но человеческая фигура и ярко-жёлтое пятно банбу всё-таки легко угадываются.       «Гусь», как назло, как раз идёт прочь от засыпанного битым стеклом участка, Уорра уныло скребёт трубой по асфальту чуть правее, видимо, сдался ещё раньше, чем так не вовремя отказавшийся от действий «Гусь». Найти саму трещину они нашли, но вот куда она ведёт, уже другой вопрос, проверять лично не вариант, а брошенные внутрь камни нигде в поле зрения снова не появлялись.       — Кинь что-нибудь в трещину с нашей стороны! — кричит Файб оставшейся в коридоре Лане.       Пара секунд затишья… И сверху вниз, прямо в кучу стекла, приземляется вылетевший из пространственной трещины кусок дерева, видимо, от сломанной двери.       «Гусь» подпрыгивает на месте и резко оборачивается, после чего начинает разумно пятиться назад. Уорра от неожиданности дёргается в сторону и, запутавшись в собственных ногах, кувыркается через себя; однако, в отличие от «Гуся», наоборот, осторожно, мелкими шажками, подходит обратно и настороженно тычет в деревяшку своей трубой.       — Ага, это наша трещина, — заключает Файб, возвращаясь коридор.       — Высоко от земли?       — Навскидку… — Файб чешет подбородок. — Этаж второй-третий или между ними.       — О. Можно будет через неё выйти, а не спускаться обратно по лестнице.       Файб кисло улыбается в ответ:       — Тебе — можно, ты нормально приземлишься. А мне ноги жалко.       — Эн-не-на-ааа! — неожиданно раздаётся полный паники крик Уорры с улицы.       Файб, нервно дёрнувшись, кидается обратно в квартиру к окну с Ланой наперегонки.       …На эфириалов на вылазках им везёт через раз, поэтому ничего удивительного в том, что они появились, нет. А вот проблем из-за этого непосредственно сейчас может быть, хоть отбавляй, просто из-за факта разделения.       Три эфириала свалились — или намерено спрыгнули, кто их знает — прямо с крыши соседнего дома. Ещё одна искорёженная фигура до сих пор стоит наверху.       — Придурок, не в наш дом же!.. — сквозь зубы цедит Файб, заметив, как «Гусь» рванул к подъезду, в который они с Ланой недавно вошли.       Жёлтого пятна Уорры на улице уже не видно, оперативно забился куда-нибудь, как ему и велено делать в таких ситуациях. Всё-таки от банбу с «морковкой» зависит их выход из каверны, его нужно беречь в первую очередь.       — Уорра? — Файб суетливо роется в карманах, вытаскивая карманный коммуникатор связи. — Уорра, ты меня слышишь?       Лана, высунувшись из окна наполовину, внимательно осматривает улицу и крыши других домов, заодно и проверяя, спрыгнул ли последний из замеченных эфириалов. К счастью, тот всё ещё стоит наверху.       Зато трое спустившихся, покачиваясь туда-сюда и друг друга толкая, начинают идти к подъезду. Заметили, видимо, как «Гусь» забегал, будь он неладен.       Договаривались же друг к другу эфириалов не водить! Наоборот, отводить в сторону, чтобы незамеченные смогли помочь, скооперировавшись!       — Нэ-не… — жалостливо отзывается Уорра.       — Уорра, отвлеки их как-нибудь от нашего дома. Мы спускаемся.       — Нет, погоди! — Лана выхватывает из рук Файба коммуникатор. — Банан, замани их к трещине!       — Эн-на?       — К стеклу на дороге! Пусть подойдут прямо туда! — Лана бросает коммуникатор обратно Файбу и кидается прочь из квартиры. — Файб, крикни, когда они будут прямо под трещиной.       Из коммуникатора раздаётся уже чуть менее испуганное, чем недавно до этого, согласие действовать. И почти сразу следом — характерный электрический треск.       Файб выругивается сквозь зубы и высовывается из окна подальше, чтобы лучше видеть улицу, как это делала недавно Лана. В коридоре что-то страшно гремит, по лестнице раздражающе сыплется мелкая крошка и гремит что-то металлическое.       Уорра высовывается из своего укрытия — вылазит из-под кучи мусора, наваленного через дорогу — и медленно, расчётливо обходит трёх пока не обративших на него внимания эфириалов, чтобы куча стекла под пространственной трещиной оказалась между ними. Однако потрескивающее электричество, бегающее между катушками на лапах банбу, привлекает их внимание гарантированно…       — Ты там готова, Счастливица? — окрикивает Файб.       — Да!       — Что бы ты там ни удумала…       Файб скрипит зубами, глядя на то, как Уорра, усевшись прямо на землю, обхватывает ноги своими лапами, превращаясь в жёлтый искрящийся шар. Заряда хватит, чтобы нанести один удар, парализуя эфириала или пару, если попадут в радиус вместе.       Перезарядка — долгая.       — Давай!       Что-то страшно проскрежетало в коридоре… И на эфириалов, разворошивших кучу битого стекла на подходе к Уорре, обрушился большой кусок лестничных перил, с кусками бетона в нескольких местах. Убить таким эфириалов не убьёшь, но вот замедлить или обездвижить…       Когда Файб уже почти кидается в коридор, чтобы спуститься вниз, поймать по пути «Гуся» и, дав ему хорошую затрещину, выбраться на улицу — вместе уж они с равным количеством эфириала на человека они справятся — из пространственной трещины, поверх прижатых к земле перилами эфириалов, приземляется Лана. С ещё одни куском сломленных перил в руках, судя по размеру бетона на нём, тем самым, который вырвала ещё по пути наверх.       Файб невольно жмурится. Если приземлиться неудачно, можно легко сломать ноги. Но, по крайней мере, одной размозжённой головой эфириала, на которую пришёлся удар арматурой, там внизу точно стало меньше.                     Прилетевшую в эфириалов бутылку с подожженным огненным коктейлем Лана чуть не ловит прямо лицом. Благо, хватает реакции отпрыгнуть.       — «Гусь», твою мать! — зажмурившись, рычит сквозь зубы она, кувыркаясь по асфальту. — Банан, бей поверх!       Кое-как сгруппировавшись, обхватив голову руками, зажав хвост между ног и прижав ноги к груди, Лана наконец останавливается, но не рискует вставать.       Грохот прямо под боком глушит: поверх коктейля, кинутого «Гусём», ударило зарядом электричества.       — Эн-на? Нэ-не? — Лана чувствует, как её тихонько толкают в плечо, расслабляет руки и убирает их от головы.       — Я в порядке, — сообщает она размахивающему руками банбу.       Рядом на колени падает не менее испуганный «Гусь»:       — Лана, прости, я же не знал, что ты!..       Голова гудит, и Лана невольно прижимает уши к голове и накрывает их руками. «Гусь» суетливо ёрзает туда-сюда на коленях, осматривая её со всех сторон. Проверяет, задело её коктейлем или нет, от взрыва-то она точно откатилась.       Лана была почти уверена, что «Гусь» рванул вверх по лестнице. Если не к ним с Файбом, то просто чтобы подняться на пару этажей и метко кинуть огнём в эфириалов из окна на лестничной площадке или через перила… Знала бы, что он просто в подъезд забежал и сторожил там, не выпрыгивала бы через трещину, «Гусь» с Уоррой бы разобрались вдвоём.       — Э-эээй, народ, все целы?       Отлично, ещё и вторая половина группы, отделившаяся на свои адреса, буквально через дом, подоспела. С тремя эфириалами они точно справились бы.       — Ого, это что за бойня. — Даже через зажатые уши Лана с лёгкостью слышит слишком громкий из-за волнения голос «Свечника».       — Штраф за переход дороги в неположенном месте, — сообщает Лана, убирая руки от головы и садясь наконец нормально.       Правая нога слегка ноет, но точно не сломана, скорее просто подвёрнута из-за неудачного приземления на прогнувшиеся под её весом лестничные перила.       Живя в этом мире, конечности она ещё не ломала, только теряла. Зато раньше, в родном, — ломала трижды, причём один из этих переломов был открытым, так что весь спектр возможных ощущений ей хорошо известен.       — А прокси наш где?       — В доме, на верхних этажах.       …Файб, в конце концов, решает не спускаться, лишь через своего банбу удостоверяется, что все в порядке, и направляется всё-таки забрать нужные вещи из квартир на девятом и одиннадцатом этажах.       Остававшийся на крыше четвёртый эфириал так и не спускается, новых, к счастью, на устроенный шум тоже не набегает. Наверное, это можно назвать одной из самых спокойных вылазок в каверны за последние полгода.       Они не собрали за спинами толпу преследующих их эфириалов, не потеряли большими трудами вытаскиваемые из чужих квартир, магазинов или просто из-под завалов вещи, и никто из них не пострадал. Моральные потрясения не в счёт.       — Время к обеду, — на ходу заложив руки за голову, тянет Файб. — Управились впритык.       — Повезло, что от первого адреса эфириалы убрались, когда мы туда вернулись…       Лана между делом сжимает и разжимает кулак протеза, крутит кистью вправо-влево.       Всё-таки обычный механический протез не предназначен для больших силовых нагрузок, будь состояние лестничных перил лучше, и вырвать их для использования не получилось бы, по крайней мере, большим цельным куском. А от мелких пользы было бы ноль.       Можно, конечно, попробовать использовать мышечные тросы или шарниры тяговых моделей, но это увеличит вес…       — Эн-не-на! — вскинув лапу, притормаживает их группу Уорра и, подпрыгнув на месте, указывает в сторону подвальной двери ближайшего дома. На железной поверхности красуются свежие следы от когтей эфириала.       — Банбу? — Лана осторожно подходит ближе, прислушивается. Врагов рядом не слышно, в подвале тоже тишина. — Один? Без хозяина?       — Нэ-не, — согласно кивает Уорра.       Лана осторожно открывает дверь, петли мерзко скрипят, заставляя прижать уши к голове.       На окрик с сообщением, что снаружи безопасно — и с обещанием помочь — никто не отзывается. Но Уорра утверждает, что его датчик не врёт, и внизу точно есть банбу. А бросить подобного себе — неправильно.       — Я спущусь. — Лана протягивает свой рюкзак Файбу, не хочется тащиться вниз с лишним грузом на плечах. — Покараульте.       — Ага.       В подвале темно и сыро, у стены мерзко потрескивает порванный провод… Удивительно, что электричество вообще есть. Банбу, что ли, что-то сумел починить, пока тут прятался?       Один существенный минус того, что в каверну они чаще всего, удобства ради, ходят в период с рассвета до максимум середины дня, — они почти никогда не берут с собой фонари, незачем. Лана, прищурившись, пытается осмотреться, света сверху, от открытой настежь двери, катастрофически не хватает даже для более острого, чем у людей, зрения тирена.       Банбу обнаруживается забившимся в дальний угол. Серый, так что удачно сливается с тенями, с одним оторванным ухом и эфириалским когтем в спине. Свернувшись в три погибели, он прижимает к груди какой-то грубый свёрток из коричневой ткани. Раз датчик Уорры сумел зафиксировать его, значит, банбу… «жив», если можно так сказать, но из-за сильного повреждения его тело закоротило. А значит, он всё ещё слышит и, вероятно, записывает, происходящее вокруг.       — Что у него там? — с интересом приседает рядом на корточки «Свечник», когда Лана осторожно выносит банбу из подвала. Вытаскивать коготь она не рискует, вдруг при расшатывании и вырывании повредит что-нибудь внутри.       — Понятия не имею, — пожимает плечами Лана. — Но эти вещи ему, похоже, очень дороги. Иначе бросил бы.       Файб хлопает в ладоши, привлекая всеобщее внимание, и с лёгким раздражением напоминает, что они вообще-то уже почти вышли из каверны. Со всеми несущественными вопросами можно разобраться уже снаружи.       Лана стаскивает с плеч куртку и заворачивает повреждённого банбу в неё, завязывает рукава узлом, чтобы взять в руки на манер сумки. После чего, водрузив обратно собственный рюкзак, согласно кивает. Нужно идти, а то, мало ли, напавший на банбу эфириал появится, или ещё что непредвиденное произойдёт.       — Хочешь ещё одного приютить? — кивнув на неожиданно прибавившуюся ношу, фыркает Файб.       — Не, двоих не прокормлю, — тут же мотает головой Лана. — Но, может, получится узнать, чей он, и вернуть.       Вряд ли банбу сунулся в каверну просто по собственному желанию, скорее всего, хозяин послал его, чтобы найти и принести какие-то вещи, не зря бедолага намертво вцепился в этот свёрток. Если получится… вряд ли починить его, хотя бы просто вытащить из памяти адрес владельца, то можно будет попытаться вернуть как вещи, так и самого банбу за какое-нибудь символичное вознаграждение. Если же нет…       Второго банбу себе Лана точно не оставит, ей действительно более чем достаточно и одного. Его они с Файбом тоже вытащили из каверны, на удивление целого, но с полностью пустым модулем памяти. На объявление о найденном банбу никто не откликнулся, а посоветованный кем-то из друзей Мирко мастер не обнаружил почти никаких серьёзных повреждений, даже отмёл вероятность форматирования — банбу был просто новый, только успевший тестовые проверки пройти. Как оказался в каверне, чёрт его знает. Мирко предложил оставить его, несмотря на надобность приобретать для него зарядочную станцию и смиряться из-за этого с увеличившимся счётом за электричество, и Лана согласилась исключительно из любопытства, всё-таки в её родном мире подобных существ не было. А когда они с Мирко начали жить по-отдельности, банбу остался у неё; Мирко называл его как-то по своему, Лана же из примитивной лени нарекла его просто «Домобу», хотя всё равно почти никогда не обращалась к нему по имени.       «Расскажи хоть потом, нашла хозяина или на запчасти бедолагу пустила», — кидают ей на прощание на выходе из каверны. И они, простившись, поспешно расходятся в разные стороны. Потому что идти всем вместе по улицам, с сумками за спинами, даже если им условно в одну сторону в первое время, — такая себе идея.       Лана отдельно заглядывает в ближайший строительный магазин, чтобы купить прочный непрозрачный мешок для незаметного переноса банбу. Не тащить же его, завязанного в узел из одежды, по оживлённым улицам, слишком много внимания привлечёт.       — Эн-не-не! — Домобу встречает её на пороге, радостно попрыгивая на месте, и почти сразу суёт любопытный нос в поставленный на пол мешок. И обнаружив содержимое, в ужасе хватается за собственные уши, оттягивая их в разные стороны. — Эн-ну!       — Не драматизируй, — закатив глаза, отвешивает ему щелбан Лана. — Пара заплаток на спину, и будет, как новенький.       — Нэ-не…       — Отнесу его к мастеру, который тебя осматривал и чинил. Можешь пойти со мной, если хочешь.       — Эн-на! — тут же начинает отчаянно кивать головой банбу.       Как там того мастера звали… Энзо? Энцу? Что-то в этом роде.       Надо будет уточнить у Мирко.