7. Ужин со старым врагом

— К вам только что прилетела сова, сэр, — писклявым голосом сообщила Игнома, входя в комнату с запиской на серебряном подносе. Она вошла в тускло освещенное жилое помещение, где сидел Драко, корчась от головной боли и желая выпить бренди. Драко поблагодарил эльфийку и взял небольшой сверток пергамента. Откинувшись на спинку мягкого современного дивана, выбранного его декоратором, он осторожно развернул записку. Драко, Прости, что беспокою тебя так поздно. У тебя есть время встретиться со мной сегодня вечером? Мне нужно с кем-то поговорить. Если сможешь, я буду в своем кабинете на четвертом уровне. Если нет, я пойму. Искренне, Гермиона Драко вскочил со своего места, словно оно превратилось в раскаленные угли. — Игнома, возьми отгул до конца вечера. Я иду на встречу с другом, — сказал он, натягивая пальто и быстро проверяя свое отражение в большом зеркале в серебряной оправе, стоявшем у входа в его апартаменты. — Спасибо, сэр! — пискнула эльфийка, собирая свою крошечную сумочку. — Приятно провести время с вашим другом! — Обязательно, — пробормотал Драко, скорее самому себе, чем Игноме

***

Драко вошёл в почти пустой атриум и увидел, как несколько сотрудников Министерства пробираются по залу, убирая носки, оставленные ранее в тот день. Он, конечно же, был там, изменив цвет волос и форму носа, чтобы его не узнали. После перепалки, которую он устроил в магазине шуток, он решил, что выражать поддержку Игноме и Гермионе лучше всего инкогнито. Поднимаясь на четвертый уровень, он сделал несколько глубоких вдохов, стараясь не дать сердцу выскочить из груди. При виде двери ее кабинета у него что-то весело затрепетало в животе, и он на мгновение замер, чтобы собраться с мыслями, прежде чем постучать. — Входите, — раздался знакомый голос за дверью. Драко сдержал довольную улыбку при виде цветов, распустившихся на всех поверхностях ее кабинета. Вместо этого он придал своему лицу выражение удивленного любопытства. — Похоже, у тебя появился поклонник, Грейнджер, — пошутил он, не обращая внимания на то, как заколотилось его сердце от осознания того, что его заявление было совершенно правдивым. Гермиона тоже оглядела цветы. — Ох, эм, нет. Нет, это от сторонника Г.А.В.Н.Э. в качестве поздравления. Что-то было ужасно не так. Ее голос звучал тише обычного, а глаза были опухшими. Вообще, чем ближе он подходил, тем хуже она выглядела. Она дрожала. — Что случилось? — спросил Драко. — Разве сегодня не приняли твой Н.О.С.О.К.? Я бы подумал, что ты отправилась куда-нибудь праздновать. Гермиона покраснела, ее глаза стали влажными. Она покачала головой, отворачиваясь от него. — Боюсь, я больше не в настроении праздновать. Почему он всегда все портит? — спросила она, раздраженно вытирая рукавом нос. — Кто портит все? — спросил Драко. — Рон. Это всегда Рон, — сказала Гермиона, ее голос был жестким. Драко на мгновение приостановился, раздумывая, что ему делать. Между плачущей женщиной и букетами цветов, окружавшими их, он начал ощущать клаустрофобию. К тому же Гермиона, похоже, была в очень плохом состоянии. Её руки тряслись на коленях, и она продолжала оглядывать комнату стеклянными глазами, словно потерялась. Ему нужно было вытащить ее отсюда. –Ты поела? — спросил Драко. Гермиона моргнула, удивлённая вопросом. — Э… нет, с самого утра, — слабо ответила она. Драко быстро обошел стол, за которым она сидела, и протянул руку, чтобы помочь ей подняться. — Вставай, — сказал он не слишком мягко. Его тон, казалось, подтолкнул ее к действию. Она взяла его за руку и позволила ему поднять ее с места. — Что мы делаем? — спросила она. — Я приглашаю тебя на ужин, — ответил он совершенно серьезным тоном, выпроваживая ее за дверь. — Тебе нужно что-нибудь съесть. А потом мы сможем поговорить. Она позволила ему повести себя за собой, похоже, почувствовав, что он не собирается принимать отказ.

***

В тусклом свете маггловского ресторана Драко наблюдал за тем, как Гермиона берет кусочек рыбы, которую посоветовал официант, и аккуратно пережевывает. Он полагал, что мог бы выбрать менее романтичное место. Возможно, в Челси, а не в Мейфере. Там, где они не сидели бы в уединенной кабинке с бархатной обивкой, освещенной лишь несколькими мерцающими свечами. Он знал, как они должны были выглядеть перед усатым официантом, который предложил им широкий выбор вин. Любой посторонний увидит в них влюбленную парочку, отправившуюся на романтическое свидание. Как же они ошибались. — Он увидел цветы и просто сорвался, — объяснила Гермиона, тыкая вилкой в свою тарелку. — Должно быть, это выглядело так ужасно. Ты сам сказал, — сказала она, впервые за целую вечность подняв на него глаза, — как будто их прислал поклонник. Драко тяжело сглотнул и отпил воды. По правде говоря, он не хотел, чтобы цветы доставили ей неприятности. Он просто хотел поздравить ее. — А потом он сказал, что не может мне доверять, — продолжила она. Она залезла в пальто и достала маленький пузырек с прозрачной жидкостью, чтобы показать ему. — Он сказал, что если я не выпью это, то он больше никогда не будет мне доверять. Драко смотрел на флакон, слишком долго не понимая, что это такое. Затем его челюсть сомкнулась, а глаза стали странно красными. — Он пытался заставить тебя выпить Веритасерум ? — Драко зашипел сквозь зубы, наклоняясь ближе, чтобы рассмотреть флакон. — Пожалуйста, скажи мне, что ты этого не делала, Гермиона. — Я сказала ему «нет», — произнесла она, ее голос был пустым. — И… и тогда я порвала с ним. Просто рассталась, прямо тогда и там. Сказала ему, что съезжаю. — И что он на это ответил? Гермиона поджала губы, выглядя немного виноватой. — Ну, он не мог ничего сказать, по правде говоря. Я наложила на него заглушающие чары, чтобы он не перебивал меня до того, как я смогу договорить до конца. Драко вдруг захотелось рассмеяться. Боже, она была беспощадна. — Но он все равно выразился очень ясно, — сказала она, сделав глоток своего напитка. — Он разгромил мой кабинет. Пробил дыру в стене, сорвал цветы, перевернул мои папки. Это было ужасно. Его глаза расширились. — Он сделал тебе больно? — тихо спросил он. Когда ему было шестнадцать лет, ему поручили совершить убийство. И хотя тогда ему это не удалось, Драко вдруг понял, что теперь, после долгих лет роста и перемен, он очень и очень способен лишить жизни человека. При одной только мысли о том, что этот бесхребетный слабак поднимет на нее руку, он хватался за палочку под столом и обдумывал самые болезненные способы убийства этого ублюдка. — Нет, он не трогал меня. Просто поднял шум. Я вызвала охрану, и его выставили, — сказала она. Выпустив палочку, Драко сделал тихий, спокойный вдох. Он заставил себя сидеть спокойно, впитывая ее слова. Тем временем Гермиона угрюмо откусила кусочек спаржи. — Ты сожалеешь об этом? О том, что все закончилось? — спросил Драко. Этот вопрос, казалось, застал Гермиону врасплох. Она задумалась, размазывая кусочек ужина по лужице соуса на своей тарелке. Драко тоже откусил кусочек, хотя вряд ли был голоден. Он хотел только одного — чтобы Гермиона рассказала ему обо всех своих мыслях. — Я чувствую себя ужасно из-за того, что это произошло. Но в данный момент я думаю, что это было неизбежно. У нас уже некоторое время были проблемы. Честно говоря, я не знаю, что можно было сделать по-другому, — сказала она. Если бы в этот момент их не прервал официант, Драко мог бы совершить какую-нибудь глупость, например, переместиться на ее сторону кабинки и крепко обнять ее. — Не хотите ли вы ознакомиться с меню десертов? — сказал официант, его усы поблескивали в свете свечей. Драко посмотрел на Гермиону, которая покачала головой. — Нет, спасибо, — ответил он за нее. — Мы возьмем счет сейчас, если позволите. — Сию минуту, сэр, — ответил тот с коротким поклоном. Когда они вышли на улицу, Драко повернул налево и повел обоих по оживленной извилистой улице. Было уже достаточно поздно, и большинство заведений уже закрывались, но Драко случайно узнал о тихом зеленом парке, который находился прямо вниз по улице. Они могли бы немного погулять, если Гермиона пока не захочет уходить. Как только они перешли улицу и вышли на тротуар, дождь капнул Драко на нос. Плавно достав из палочки зонтик, он огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что никто из маглов не стал свидетелем этого. Чтобы укрыться от дождя, Гермиона прижалась к Драко, практически зарывшись в него. Свободной рукой он прижал ее плечи к себе. Ему внезапно пришло в голову, что Гермиона могла бы наколдовать свой собственный зонтик. Ей не нужно было придвигаться ближе, чтобы разделить его зонт. Но она придвинулась, отчего в груди Драко разлилось странное тепло. — Не могу поверить, что сегодня столько всего произошло, — сказала Гермиона. — Такое ощущение, что это утро было несколько недель назад. — Мне знакомо это чувство, — сказал Драко. Дождь начался с новой силой, громко похлопывая по зонтику над ними. Они медленно шли по темному мокрому парку, наслаждаясь уединением, которое редко можно встретить в городе. Драко решил, что сейчас самое подходящее время для выполнения домашнего задания. — Я должен тебе кое-что рассказать, — сказал он. — Что ты имеешь в виду? — ответила она, в ее голосе прозвучала растерянность. — Эм, целительница разума, я думаю, она хотела, чтобы я рассказал тебе кое-что, что я рассказал ей на прошлой неделе, — объяснил он. Гермиона повернула голову, чтобы посмотреть на него более внимательно. Он сохранял нейтральное выражение лица, ожидая, что она спросит. — Ты ходишь к целителю разума? Вот оно что. — Да, — подтвердил он. — Теперь раз в месяц, хотя раньше было чаще. Она помогает мне… взять себя в руки. Со времен войны, я имею в виду. — О! Это… ну, это замечательно, Драко. Я очень рада слышать, что тебе помогают, — сказала она. Драко почувствовал, что его лицо пылает. Хорошо, что было темно. Он прочистил горло. — Да, ну… в общем. Я, эм, я упоминал ей о тебе. В последний раз, когда мы виделись. Гермиона перестала идти и повернулась к нему лицом, слегка щурясь в темноте. — Ты рассказал ей обо мне? — удивленно спросила она. Вся храбрость, которую Драко собирал всю последнюю неделю для этого разговора, словно испарилась из его тела при виде ее, стоящей так близко к нему и выглядящей крайне любопытно. — Н-ну, да, — заикался он. — П-потому что ты помогла мне. В тот день в пабе. На ее лице промелькнуло понимание. Она кивнула, похоже, понимая. — Я понимаю. Это из-за выпивки, — сказала она. — Э-э, вроде того. Дело в том, что… ну, я сказал ей, что раньше завидовал тебе. Еще в школе, — признался он, внимательно наблюдая за ней. Ее глаза расширились. — Завидовал??? Драко вздохнул, глядя на небо и пытаясь вспомнить, как он сказал это целителю Коннелли. — Меня воспитывали с таким сильным предубеждением против маглорожденных. Вдобавок ко всему от меня ждали совершенства. На первом курсе я считал себя умным. Но потом я встретил тебя. Он снова встретился с ней взглядом. Она застыла на месте, ее губы в шоке разошлись, когда она выслушала его уязвимое признание. Сглотнув, он продолжил. — Ты ничего не знала о магии, пока не приехала в Хогвартс, но каким-то образом ты наголову разгромила меня по всем предметам. Это было унизительно. И я… как бы это сказать… возненавидел тебя дополнительно. Из-за этого. Но теперь… все по-другому. Я другой. Огромные карие глаза Гермионы не сводили с него взгляда, когда он закончил. — И… я думаю, ты мне нравишься. Он смущенно прочистил горло. — Я имею в виду, ты мне нравишься как человек. Тому человеку, которым я являюсь сегодня… нравишься ты. Дождь лил вокруг них, стекая по краям зонта. Эффект был похож на пузырь, прижимающий их друг к другу. Они могли бы оказаться единственными двумя людьми в мире, насколько они знали. Драко наблюдал за ней, ожидая. Гермиона, волосы которой спутались от влажности, а глаза были широко раскрыты от уязвимости, казалась застывшей. Не в силах остановиться, он скользнул взглядом вниз, чтобы посмотреть на ее приоткрытые розовые губы. На один великолепный, сверкающий миг ему показалось, что эти губы приблизились к его губам. И вдруг она отстранилась. Она моргнула, глядя на дождь. — Спасибо, что сказал это, — произнесла она таким тихим голосом, что он едва расслышал ее за стуком дождя. — Наверное, это было трудно сказать. Но это многое значит. Драко нужен был воздух. Ему нужно было пространство. Ему нужно было отвлечься от прекрасной женщины, стоящей рядом с ним. Той, которую он совершенно не мог поцеловать прямо сейчас. — Мне, наверное, пора домой, — сказала Гермиона, как будто хотела сделать все, что угодно, только не это. — Я отправила записку Джинни, чтобы она знала, чтобы она ждала меня сегодня вечером. — Если тебе нужно что-то еще сказать, у меня есть свободная комната в моей квартире, — услышал Драко свое предложение. Он не мог понять, что она об этом подумала, поэтому продолжил. — Я отправил Игному домой на вечер, но я уверен, что смогу найти для тебя все, что тебе нужно… — Что? — перебила она его. Его внутренности погрузились в ледяную воду, когда он понял свою ошибку. Гермиона отстранилась от него, позволяя дождю впитаться в ее кудри. — Ты босс Игномы? Ты анонимный спонсор? — сказала она, ее голос перешел на более высокий тембр. Драко попытался что-то сказать, что угодно, но его горло было скованно. — Ты прислал цветы, — сказала она, больше не глядя на него, пока ее мозг переваривал это откровение. Ее рот был открыт. Она выглядела рассерженной. Более чем рассерженной. В ярости. — Ты знал! — крикнула она, делая еще один шаг назад от него. Драко застыл, не зная, что делать, как исправить ситуацию. Он и представить себе не мог, что она так разозлится, узнав, что он все это время делал пожертвования. — Что знал? — пробормотал он. — Ты знал, что Рон увидит цветы! Ты знал, что он подумает, что их прислал любовник! — Я верила тебе! — кричала она сквозь потоки воды. — Подожди, нет, я… — Всё это время! — Ее голос снова начал дрожать от слез. — Я думала, ты изменился! Я думала, ты хочешь быть другом! Но ты хотел причинить ему только боль! Ты использовал меня! Ты использовал меня, чтобы причинить боль Рону! — кричала она. Теперь она была совершенно промокшей. Драко тоже, потому что его зонтик выпал из рук, забытый на грязной земле, и он этого не заметил. — Это неправда! — настаивал он, наконец обретя голос. Но когда он шагнул к ней, она выхватила свою палочку, чтобы остановить его на пути. — Не подходи ко мне, Малфой! — Гермиона, пожалуйста… ТРЕСК. Повернувшись, она исчезла. Драко упал на колени, грязь пропитала его одежду.