9. Гость Драко

— Мистер Малфой, пожалуйста, проснитесь! — раздался неистовый писклявый голос откуда-то неподалеку. Драко забормотал и перевернулся на спину, накрыв голову подушкой, чтобы заглушить звук. Раздался шорох раздвигаемых занавесок, затем открылась дверь в гардеробную, и Игнома принялась открывать ящики и шкафы. — Что происходит? — простонал Драко. — Который час? — Мистер Малфой опоздает на встречу! — пискнула Игнома. — На какую еще встречу? — пробормотал Драко, недоумевая. Яркий свет, льющийся из окна, сбил его с толку. Он посмотрел на часы на прикроватной тумбочке. Было почти три часа дня. — Мистер Малфой не может сегодня оставаться в постели! — Игнома дёрнула его за руку. — У мистера Малфоя назначена встреча, и они придут в любой момент! Мистеру Малфою нужно привести себя в порядок! Вздохнув, Драко скатился с кровати и, спотыкаясь, направился в ванную. Он не мог вспомнить, что назначал встречу на сегодня, но в последнее время события в жизни были смазанными. Возможно, это был адвокат, а может, Джон из Отдела тайн. Так или иначе, он должен был признать, что плохое настроение должно скоро закончиться. Он не мог лежать в постели и горевать до конца своих дней. Или не спать допоздна, писать бесполезные письма, которые никогда не дойдут до глаз адресата. Пора было двигаться дальше — если не по настоящему, то хотя бы с виду. Он только что вышел из душа и оделся в черную рубашку и брюки, когда раздался звонок входной двери. С влажными волосами и босыми ногами Драко направился открывать дверь, смутно представляя, куда подевалась Игнома. Но человек по ту сторону двери не был его адвокатом. И не Джоном из Министерства. Гермиона Грейнджер, одетая в свободный свитер с джинсами и старые кроссовки, ждала его в коридоре здания, и выглядела такой нервной, какой он её ещё никогда не видел. Наступила тишина, затем она заговорила. — Привет, — сказала она, ее голос звучал выше, чем обычно. — Привет, — ответил он, его голос все еще звучал сонно. Она посмотрела на его влажные волосы, свежую одежду и босые ноги. Словно заметив что-то слишком личное, она отвела глаза. Сказав себе под нос: — Мы можем поговорить? — Конечно, — машинально ответил Драко, отступая в сторону, чтобы дать ей возможность войти. Гермиона внимательно осмотрела его квартиру: полы из черного камня, гладкая серебристая отделка, большие окна, из которых открывался захватывающий вид на город. — Я никогда не представляла, где ты живешь, но если бы представляла, то именно так, — сказала она. Драко не знал, что на это ответить. — Извини, я отойду на минутку? — спросил он. Гермиона кивнула, и он проскользнул обратно в спальню. — Игнома! — зашипел он, ища глазами крошечного эльфа. — Игнома, маленькая несчастная проказница! Где ты? Его шёпот не выманил маленькое коварное существо из её укрытия. Сдавшись, он призвал пару черных носков и туфли, а затем с помощью палочки высушил волосы. Глубоко вздохнув, он вернулся в гостиную. Гермиона устроилась на широком диване, стоявшем напротив его камина. Было так странно видеть её тёплые каштановые локоны и мягко изогнутую фигуру в его холодном, угловатом пентхаусе. От такого контраста он потерял самообладание. — Извини за это. Игнома… не позаботилась о том, чтобы должным образом подготовить меня к твоему визиту, — сказал он, устраиваясь на ближайшем к окну стуле, чтобы лучше видеть лицо Гермионы. Она выглядела неуверенно. — Прости, что зашла так неожиданно. Я хотела написать, но не знала точно, что сказать, — объяснила она. — Все в порядке, — сказал Драко. — Чаю, мадам? — раздался сладкий, высокий голос из кухни. Игнома вошла, неся над головой поднос, который был больше ее роста и был нагружен серебряным чайным сервизом и, похоже, свежим печеньем. — О, да, пожалуйста, — сказала Гермиона, позволяя эльфу налить ей чашку. С удивительной ловкостью Игноме удалось грациозно обслужить их обоих, ловко уклоняясь от острых взглядов Драко. Сделав низкий поклон, она удалилась, и Драко мог поклясться, что увидел маленькую довольную улыбку на ее лице. Эта маленькая… — Ты в порядке? — спросила Гермиона, заметив выражение печали на его лице. — О, эм, да. Я в порядке. Драко потягивал чай, чувствуя, как между ними воцарилась неловкость. Гермиона открыла рот, чтобы заговорить, но тут же закрыла его. Драко сделал то же самое. — Я прочитала твое последнее письмо, — наконец сказала Гермиона. — И я хотела сказать, что я верю тебе. Что-то тяжелое, что давило на сердце Драко последние несколько недель, вдруг ослабло. — Правда? — недоверчиво спросил он. Гермиона опустила взгляд на свои руки, сцепленные на коленях. — Я вела себя чудовищно, — сказала она, не встречаясь с ним взглядом. — Конечно, ты не специально нас разлучил. К этому все шло уже давно, и если бы не цветы, это было бы что-то другое. Мне… мне так жаль, Драко. Драко не знал, что ему делать: поднять кулак в воздух или броситься к ней и заключить в крепкие объятия. В качестве компромисса он потягивал чай. Она посмотрела на него. — Ты сможешь когда-нибудь простить меня? — спросила она. Ох, как восхитительно. Гермиона Грейнджер, умоляющая его о прощении. Он мог бы подсластить свой чай одной только мыслью об этом. — Возможно, — неопределенно ответил он, ставя чашку. — Как ты уже сказала, ты вела себя чудовищно. Я не знаю, смогу ли я дружить с тобой после этого. Она покраснела от стыда и сожаления, опустила глаза и покачала головой. — Мне очень жаль, Драко, правда, — тяжело произнесла она, едва не расплакавшись. — Пожалуйста, если ты… Драко прервал ее, внезапно встав, подойдя к тому месту, где она сидела, и опустившись рядом с ней. Взяв ее подбородок в руку, приподняв, чтобы она посмотрела на него, он одарил ее коварной улыбкой. — Попалась, Грейнджер, — пробормотал он. Рот Гермионы приоткрылся с легким « О». Боже, она была так близко. Все, чего он сейчас хотел, это наклониться и взять этот маленький ротик в свой собственный. Он напряг челюсти, борясь с сильным желанием. Когда глаза Гермионы скользнули вниз и посмотрели на его губы, Драко понял, что ему нужно немедленно взять себя в руки, пока он не наделал глупостей. С огромным усилием он отпустил ее лицо и отодвинулся от нее, давая им обоим достаточно пространства, чтобы прийти в себя. — Конечно, я прощаю тебя, Гермиона, — лениво ответил Драко, откинувшись на подлокотник дивана и чувствуя себя спокойнее, чем в последние недели. — Это справедливо, ведь ты прощала мне гораздо худшие проступки. И кроме того, — добавил он с ухмылкой, — ты была абсолютно права, подозревая меня. Честно говоря, я немного злюсь на себя за то, что не додумался до этого первым. Вислый сам догадался. Рот Гермионы снова открылся, на этот раз от гнева. Но, похоже, ей было трудно рассердиться на него по-настоящему, так как уголки её рта начали скользить вверх. Улыбнувшись, она покачала головой, пытаясь казаться недовольной его словами но, впрочем, безуспешно. — Ты отвратителен, ты знаешь это? — сказала она. Драко криво усмехнулся. Вместо ответа он потянулся за печеньем с подноса, обнаружив, что его аппетит внезапно улучшился. Гермиона облегченно вздохнула. — Что ж, хорошо. Теперь, когда мы разобрались с этим, — сказала она деловым тоном, выпрямляясь, чтобы лучше видеть его лицо. — Как насчёт того, чтобы помочь мне заставить Рона ужасно ревновать и злиться? Драко выронил печенье, которое держал в руках. — Что? — спросил он, уверенный, что, должно быть, ослышался. Гермиона слегка закусила губу. Драко старался не смотреть на пухлые губы, зажатые между ее зубами. Однако ему это не удалось. — Дело в том, что у меня скоро большой благотворительный вечер для Г.А.В.Н.Э. Рождественский Благотворительный Бал. Куча других организаций объединились для его проведения, и они рассчитывают, что я помогу сделать его успешным. Проблема в том, что, поскольку «Волшебные Вредилки Уизли» — главный спонсор Г.А.В.Н.Э., на балу будет присутствовать Рон. И, по словам Джинни, он планирует привести с собой пару, — пояснила она. — При чем тут я? — Драко нахмурился, чувствуя, что упускает что-то очевидное. — Ну, — сказала Гермиона, выглядя очень нервной. — Я вроде как сказала Джинни, что у меня тоже есть пара. Но это не так. Ее глаза буравили его, ожидая, что он поймет, что она имеет в виду. Внезапно до него дошло. — Ты хочешь, чтобы я был твоей парой? — спросил он. — Ты лишилась своего острого ума, Грейнджер? Гермиона покраснела, то ли от комплимента ее интеллекту, то ли от перспективы пойти с ним на свидание, он не знал. — Я знаю, что это… ну, немного опрометчиво, — начала она. — Это поистине дьявольски, вот что это, — сказал Драко, не в силах удержаться от улыбки. — Боже, я уже представляю себе выражение лица Уизли, когда он увидит меня с тобой. Щеки Гермионы приобрели оттенок, напоминающий спелую сливу. — Значит, ты согласен? Ты будешь моим спутником на Рождественском балу? — спросила она. Драко улыбнулся с дьявольским восторгом. — Гермиона, я с удовольствием сопровожу тебя на бал.