11. Прибытие на Бал

Ступени величественного загородного поместья были зачарованы так, что каждая снежинка исчезала в момент соприкосновения с камнем. Драко смотрел на широкие ступени, пытаясь понять, стоит ли ему подняться по ним или просто уйти. Много скомканных писем украшали его письменный стол дома, все они были наполнены бесполезными, жалкими мольбами о втором шансе на возможность, которую он не должен был получить с самого начала. В конце концов, он так и не отправил ответ на письмо Гермионы. Он не знал, что ответить. Несмотря на провал плана сопровождать ее, он все еще был приглашен в качестве официального спонсора Г.А.В.Н.Э. Ему просто придется держаться от нее подальше сегодня вечером. Да и от всех них, если подумать. Приняв решение, он присоединился к остальным гостям, поднимавшимся по лестнице, следуя за золотистым светом многочисленных арочных окон впереди, словно за маяками, которыми они и были. Драко должен был отдать должное Гермионе — она смогла организовать бал. Даже его мать была бы поражена великолепием бального зала, в котором он оказался. Высокие потолки сверкали золотыми звёздами, которые, казалось, медленно плыли по комнате над ними, создавая вокруг сказочное сияние. Высокие Рождественские елки, украшенные свечами и хрустальными украшениями, были расставлены по краям зала, а на столах лежала информация о различных благотворительных организациях и предметах, выставленных на аукцион. Среди гостей плавали подносы с напитками и закусками. В дальнем конце зала на низкой полумесячной сцене выступал струнный квартет, исполнявший негромкую балладу, которую Драко смутно узнавал. Публика собралась внушительная. Несмотря на то что бальный зал был огромным, большие двери по бокам комнаты были распахнуты, чтобы толпа могла выйти на балкон. Драко был уверен, что на него наложили чары, позволяющие сохранить тепло, судя по отсутствию снега за дверями. Почувствовав прикосновение к своему локтю, он повернулся и увидел, что к нему приплыл поднос с фужерами шампанского. — Отвали, — хмуро пробормотал Драко, отталкивая шампанское. Чудесным образом оно не пролилось, хотя и попало в другого гостя. — Не нужно грубить выпивке, мистер Малфой! — сказал кто-то за его спиной веселым голосом. — Они просто делают свою работу! Драко повернулся лицом к говорившему. Одетый в бархатный смокинг с оторванными пуговицами стоял человек, которого он не видел уже много лет. — Профессор Слизнорт? — спросил он. — Рад тебя видеть, дорогой мальчик! — сказал Слизнорт, протягивая Драко руку для рукопожатия. — Я удивлен видеть тебя здесь, смею заметить! Ты ведь не пытаешься пробраться сюда вновь? — пошутил он. Нежелательное напоминание о рождественской вечеринке, на которой он опозорился на шестом курсе, заставило Драко оскалить зубы. — На этот раз я гость, — спокойно ответил он, желая сменить тему. — Как поживает Хогвартс? — О, все прекрасно, дорогой мальчик, просто прекрасно, — сказал Слизнорт. — Старушка МакГонагалл, конечно же, все предусмотрела. Хотя никто из моих нынешних учеников и вполовину не так талантлив, как ваш однокурсник Гарри Поттер! Я был поражен, когда узнал, что он не стал заниматься зельеварением! Драко осмотрел комнату в поисках собеседника. Надо было взять с собой пару, запоздало сообразил он. Сегодняшний вечер без прикрытия будет просто адским. Пока Слизнорт рассказывал о своем любимом бывшем ученике, Драко случайно заметил именно того, кого они обсуждали. Возле сцены стоял Гарри Поттер с девчонкой Уизли под руку и разговаривал с — боже правый, это была Гермиона? Глаза Драко едва не вывалились из черепа. Она была одета в облегающее темно-красное платье, которое приподнимало ее грудь и демонстрировало одну из ног через высокий разрез. Ее мягкие каштановые локоны были откинуты набок и уложены в элегантный каскад, перекинутый через плечо. Она над чем-то смеялась, вероятно, над каким-то глупым комментарием Поттера. Внезапно Драко осознал, что вытягивает шею, уставившись на нее. Слизнорт проследил за его взглядом и загорелся от восторга. — А вот и Гарри! Я должен пойти и поздороваться, не хотелось бы быть грубым… — сказал Слизнорт, оправдываясь, чтобы уйти. Большая Рождественская елка стояла неподалеку от трех человек в другом конце комнаты. Возможно, если он проскользнет за нее, то сможет услышать, о чем они говорят… Нет. Он остановил себя. Он должен держаться от нее подальше. Ей нужно было пространство, и он должен был это уважать. Она же не собиралась, увидев его, засветиться от восторга и броситься в его объятия. Она не стала бы гордо заявлять на весь зал, что они здесь вместе. И уж точно ее не тронет подарок, который он ей принес, — тот самый, который он сжал и с глупой надеждой спрятал в карман. Перед ним стоял еще один поднос с напитками. Это будет долгая ночь.