12. Представление

Гермиона поборола желание схватить бокал шампанского и выпить его залпом. Сегодня вечером ей нужна была ясная голова. Весь вечер она встречала гостей, прилагая все усилия, чтобы убедиться, что они достигли цели пожертвования. После того как Драко встретил ее последнее письмо молчанием, она начала беспокоиться, что оттолкнула самого щедрого спонсора, а это означало, что сегодня вечером ей нужно будет очаровать всех гостей с большими кошельками в зале. Кроме того, ей пришлось поздороваться практически со всеми, кого она знала. В зале присутствовало несколько человек из Министерства магических существ. Джордж Уизли пришел с Анджелиной Джонсон, Гермиона также заметила Билла и Флер, Невилла и Ханну Эббот, Лаванду Браун, Дина Томаса, Ли Джордана, Падму Патил и Алисию Спиннет. Возможно, были и другие, но все их лица начали сливаться в единое целое. Ее тревога не облегчалась тем фактом, что она забыла найти другое платье, чтобы надеть его после того, как она порвала с Драко. Глубокое бордовое платье, которое она носила в тот момент, было выбрано специально для мести, с его узким лифом и бесполезными тонкими бретельками, накинутыми на ее плечи. Когда она примерила его в первый раз, она чувствовала себя готической героиней. Но теперь она чувствовала, что ей приходится бороться за каждый вдох, который она делает в этой проклятой штуковине. — Гермиона, перестань теребить свои волосы. Ты их испортишь, — сказала Джинни, осторожно отводя пальцы Гермионы от локонов. Она даже не осознавала, что делает это. — Все будет хорошо, Гермиона, — ободряюще сказал Гарри. — Я вчера разговаривал с Роном. Я думаю, он выбросил все это из головы прошлой ночью. — А если он хотя бы заговорит с тобой, я прокляну его очень длинными волосами в носу. Нет — эректильной дисфункцией! О, я просто сделаю и то, и другое, — сказала Джинни. — Таким образом, кто бы ни был его спутницей, она будет в полном замешательстве. Два зайца, понимаешь? Гермиона невольно улыбнулась. — Спасибо, но я не хочу портить ему свидание, Джинни, — сказала она. — Я просто хочу, чтобы эта ночь прошла как можно более гладко. — А я нет, — нахмурившись, сказала Джинни. — Я хочу, чтобы мой брат получил по заслугам. Ты уверена, что твой спутник больше не придет, Гермиона? Мне не терпелось увидеть лицо Рона, когда ты появишься с кем-то другим. Желательно с кем-то красивым, кого он ненавидит. У Гермионы пересохло во рту. Джинни описала все слишком точно. — Нет, я сказала ему не приходить, — ответила она, подавляя чувство сожаления. Драко ни за что не пришел бы сейчас, когда она отвергла его сразу после того, как попросила помочь ей. — Гарри, мальчик мой! — раздался знакомый голос. Повернувшись, все трое увидели приближающегося профессора Слизнорта, раскрасневшегося и веселого, как будто он выпил уже не один бокал шампанского. — Профессор Слизнорт, — вежливо поздоровался Гарри. Гермиона поняла, что искала в толпе одного конкретного человека, и закрыла глаза от нахлынувших чувств вины и грусти. Глупо было надеяться, что он все равно придет. Вернув внимание к окружающим, Гермиона обнаружила профессора Слизнорта в середине бессвязной речи об их былых днях в Хогвартсе. — …никогда не видел такого таланта за все годы моей преподавательской деятельности! Правда, мой мальчик, ты мог бы стать потрясающим — О! Уизли! Как замечательно видеть тебя снова! Гермиона почувствовала приступ паники, когда повернулась, чтобы посмотреть, с кем из Уизли разговаривает Слизнорт. Рон прибыл с безучастным выражением лица. Пока он пожимал руку Слизнорту, Гермиона смотрела на женщину, стоявшую рядом с ним. Нет. Он не посмел бы… — Все, я хочу представить вам мою спутницу, — сказал Рон, жестом указывая на женщину. Выйдя вперед в вызывающе ярком красном платье с соответствующей помадой, спутница Рона произнесла свое многократно отработанное представление. — Джоанна Вулкрофт, репортер «Ежедневного пророка», — сказала она, протягивая руку Слизнорту с волчьей улыбкой. Она была спутницей Рона? — Приятно познакомиться, Джоанна, — любезно сказал Слизнорт. Остальная часть группы была гораздо менее приветлива. Гарри выглядел растерянным, а Джинни выглядела так, словно только что почувствовала какой-то неприятный запах. Рон наконец повернулся и посмотрел на Гермиону. Выражение горького триумфа промелькнуло на его лице, когда он увидел, что она стоит там одна, совершенно потрясенная тем, кого он привел. Почувствовав, что между ними возникла какая-то неловкость, Слизнорт замешкался. — Что ж, я бы с удовольствием остался и поболтал, но я только что увидел старого друга, — сказал он. — Прошу меня извинить. Мы еще встретимся с вами сегодня вечером, мисс Грейнджер. Все пятеро остались в напряженном молчании. Джоанна переводила взгляд с Гермионы на Рона, довольная, как кошка, только что поймавшая мышь. Взяв Рона за руку, она улыбнулась Гермионе. — Так приятно снова видеть тебя, Гермиона, — сказала она. — Надеюсь, тебе понравилась моя статья о Законе Н.О.С.О.К. — Я не успела ее прочитать, — солгала Гермиона. — Я была занята в Министерстве. — Значит, мало что изменилось, — язвительно пробормотал Рон. Гермиона проигнорировала его. — Я получила много отзывов об этой статье, — продолжила Джоанна. — Многим было интересно узнать, что вам каким-то образом удалось освободить порабощенных магических существ, не освободив их по-настоящему. — Это была не ее вина, — сказал Гарри, и Гермиона могла бы обнять его за это. — Визенгамот не принял бы ничего, если бы она не изменила это. — Любой компетентный репортер должен разбираться в основах политики, — язвительно заметила Джинни. Джоанна сверкнула глазами на это замечание. — Джоанна — отличный репортер, — ответил Рон Джинни. Гермиона вдруг почувствовала, что они сейчас поссорятся прямо здесь, в бальном зале. — Гарри! — пискнула Гермиона, поворачиваясь к нему лицом. — Как, гм, продвигается подготовка к свадьбе? Это была очевидная смена темы, но Гарри ухватился за нее с облегчением. — О, э-э, отлично! — сказал он. Все, кажется, в восторге от Барбадоса. Миссис Уизли восприняла это довольно хорошо. — Ты приведешь на свадьбу пару, Гермиона? — с усмешкой спросил Рон. — Я вижу, ты сегодня пришла одна. Не смогла найти никого, кто бы согласился провести с тобой целый вечер? Джоанна выглядела просто ликующей при этих словах Рона. Джинни незаметно достала свою палочку, ее лицо приняло угрожающее выражение. Гермиона почувствовала, как на её щеках вспыхнул гневный и полный ужаса румянец. Конечно же, Рон явился только для того, чтобы бросить её неуверенность ей в лицо. После того, что случилось на Святочном Балу с Виктором Крамом, а затем на Рождественской вечеринке у Слизнорта с Кормаком МакЛаггеном, он, должно быть, чувствовал себя победителем, раз наконец-то сделал то же самое с ней. Но в этот раз все было по-другому. Гермиона больше не ревновала. Она не завидовала самодовольной женщине, вцепившейся в руку Рона. Она ненавидела их обоих. Единственное, чего она хотела от Рона, — это чтобы он убрался прочь, поджав хвост. И что еще хуже, он был прав. Ей удалось оттолкнуть единственного человека, способного поставить Рона на место. Теперь она была совершенно одна. Рон победил. — Извини за опоздание, Гермиона, — раздался ленивый голос у неё за спиной. — Я кое-что забыл. Что я пропустил? Сердце Гермионы замерло. Все взгляды устремились на говорящего. Гермиона медленно повернулась и посмотрела вверх, прямо в довольные серебристые глаза Драко Малфоя.