20. Невидимые обещания

Драко не знал, когда это произошло. Возможно, когда она столкнулась с его матерью, нагло раскрыв ее заговор. Может быть, когда он отвёл её в свою старую спальню, где она быстро и основательно усмирила его. Или когда он держал ее в своих руках, и сердце бешено билось, когда она прижималась к нему в поисках поддержки. По всей вероятности, это произошло задолго до сегодняшнего вечера. Но теперь этого было не избежать: она принадлежала ему. Не его собственность. Он не имел права так претендовать на нее. Его ответственность. Ее безопасность, ее счастье — все это он должен обеспечить, решил он. И никто его не остановит. Он держал руку на ее талии, поддерживая ее, пока они шли к ее крошечной квартире. Она шла уже хорошо, но он не был готов отпустить ее, и, похоже, у нее хватило ума не сопротивляться. Он подвел ее к дивану в гостиной и огляделся, только когда она устроилась. Это была практически библиотека. Каждый дюйм свободного пространства в гостиной был заставлен полками и завален книгами. В комнате было относительно чисто, хотя, судя по всему, она не ждала гостей. Большой рыжий кот со сплющенной мордой вошел в комнату и недовольно мяукнул, словно его разбудили от крепкого сна. Он запрыгнул к Гермионе на колени и прижался к ней. Он не мог винить это существо. Здесь было холодно, и он сомневался, есть ли здесь вообще отопление. Он направил палочку на маленький камин, и в нем затрещал огонь. — Я… я думаю, что сейчас уже чувствую себя нормально, — робко сказала Гермиона, быстро взглянув на его лицо и снова отвернувшись. — Тебе не обязательно оставаться. Вежливый отказ. Возможно, ей было неловко, что он находится в ее личном пространстве. Но Драко пока не хотел покидать ее, поэтому ей пришлось бы действовать более прямолинейно, если бы она действительно хотела, чтобы он ушел. Он заметил небольшое одеяло, перекинутое через подлокотник кресла в углу, и взял его. — Подними ноги, — сказал он, расправляя одеяло над ее ногами. Она сняла туфли и сделала, как он просил, подоткнув их под себя. Кот с недовольством устроился у нее на коленях. — Правда, Драко, не нужно беспокоиться… — начала было Гермиона, но Драко поднял руку, чтобы остановить ее. Он сел на другой конец дивана и сказал: — Если ты не очень устала, нам еще нужно кое-что обсудить. Начнем с того, почему ты пришла сегодня на ужин. Гермиона нервно закусила губу и неубедительно пожала плечами. — Я не уверена. Любопытство, полагаю. Я хотела узнать, почему твоя мама пригласила меня, — сказала она. Драко чувствовал, что она рассказывает ему далеко не все, но было бы глупо давить на нее сразу. Он должен был ее успокоить. Ссора, произошедшая в Малфой-мэноре, висела между ними, как невидимая пленка, прозрачная, но все же являющаяся барьером. Кот с подозрением наблюдал за ним со своего места на коленях, как будто знал. Он решил предложить ей информацию. В обмен на её честность он даст ей возможность заглянуть в его личную жизнь. — Моя мать… она беспокоилась обо мне, — тихо сказал Драко, глядя на огонь. — Она из тех, кто знает, как повернуть ситуацию в свою пользу. Думаю, она пытается сделать это для меня, через тебя. Я уже говорил ей, что не хочу ее помощи, но она, похоже, не может с этим смириться. Гермиона на мгновение замолчала, а затем спросила: — Ты согласен с ней? Что какое-то… соглашение между нами двумя было бы хорошей идеей? Он посмотрел на нее, приподняв бровь, и почувствовал, как призрак ухмылки дернулся в уголке его рта. — Грейнджер, ты приглашаешь меня на свидание? Опять? — поддразнил он, наслаждаясь невинным румянцем, залившим ее щеки. Он мог придумать множество способов заставить ее так покраснеть. — Я не это имела в виду, — сказала она. — Сегодня вечером я сказала кое-что, о чем… ну, наверное, я сожалею. — Она перебирала прядь своих волос, не встречаясь с ним взглядом. Драко молчал, не зная, что ответить. Ее колено, выглядывавшее из-под одеяла, которое он набросил ей на ноги, было совсем близко к его колену. Он вспомнил, как прикоснулся своей туфлей к ее под столом, и то электрическое возбуждение, которое он испытал, когда она не отстранилась. Невероятно, что она так ярко затронула его, что даже мысль о том, чтобы почти прикоснуться к ней, заставила его балансировать на острой грани нервов. Она тихо прочистила горло, вернув его внимание к своему лицу. — Но я думаю, что будет лучше, если мы останемся только друзьями, — сказала она, опустив глаза. — То, что произошло в Министерстве на днях… этого не должно было случиться. Драко усилием воли заставил свое выражение лица превратиться в ровную стальную стену, даже когда почувствовал, что его желудок сводит. Он предвидел это. Точнее, знал об этом с самого начала. Но хотя это и не было неожиданностью, все равно было обидно. Гермиона знала, что он ей не подходит, так же, как и он знал. Он просто хуже умел с этим бороться. Было глупо с его стороны так сохнуть по ней, зная, что они совершенно не подходят друг другу. И все же, глядя на ее нервную дерганность, напряженные плечи, быстрые, жаркие взгляды, он не мог поверить, что она отказалась от него, не совсем. Она сдерживала себя. Тот момент в лифте на днях произошел потому, что ослабла ее сила воли, а не его. Правда, она же и остановила его, но у него было ощущение, что это произошло не потому, что она не получила удовольствия от их поцелуя. Напротив, он готов был поспорить, что она прекратила поцелуй именно потому, что получила от него огромное удовольствие. Драко решил, что оставит ей этот кусочек воображаемого контроля. Это может стать его рождественским подарком для нее, иллюзия дружбы между ними. Она могла бы иметь свою маленькую иллюзию, если это то, чего она хотела. И когда-нибудь, когда этот жесткий контроль снова ослабнет, он будет рядом, чтобы вырвать его из ее рук раз и навсегда. Конечно, всегда оставалась вероятность того, что он ошибается. Он знал, что если она действительно не хочет развивать очевидное, искрящееся, пылающее влечение между ними, то это ее право. Со временем он найдет способ смириться с этим. Но, судя по тому, как она смотрела на него сейчас, сквозь опущенные ресницы и с тихим, тяжелым дыханием, он был уверен, что вскоре она докажет его правоту. Оставалось только ждать. Ждать и держаться от нее подальше, даже когда ее колено слегка коснулось его. Даже когда ее глаза снова опустились к его губам, словно вспоминая их поцелуй… Ужасный, дребезжащий, высокочастотный звон раздался откуда-то из квартиры. Драко потянулся за своей палочкой, но Гермиона, после первоначального удивления, казалось, не обратила на звук никакого внимания. Странный звук снова разнесся по квартире, и Драко почувствовал, как воздух возвращается в его легкие, когда Гермиона, убрав с себя недовольного кота, поднялась с дивана. Он с любопытством наблюдал, как она взяла в руки странное магловское устройство, висевшее на стене кухни, поднесла его к лицу и заговорила в него. — Алло? — слегка выдохнув, сказала она и отвернулась от него. Драко услышал слабый, приглушенный голос, но не смог разобрать ни слова. Он ждал, пока Гермиона слушала устройство, внимательно наблюдая за ее выражением лица. Она поджала губы и закрыла глаза, выглядя раздраженной тем, кто разговаривал с ней через устройство. — Нет, меня не было дома. У меня даже не было возможности открыть их, — сказала она, затем подождала, пока собеседник продолжит приглушенный разговор. — Да, — сказала она внезапно, — у меня действительно были планы… Но это ведь не твое дело, Гарри? Ах, значит, она разговаривала с Поттером через эту штуку. Интересно. — Что ж, я рада слышать, что я была такой горячей темой для разговора — хотя меня там даже не было, — язвительно сказала она. — И я буду благодарна, если в следующий раз ты не будешь говорить за меня. Она выдержала паузу, пока Гарри говорил, и ее лицо медленно переходило от гнева к смирению. Она вздохнула. — Конечно, я все еще хочу прийти, — тихо сказала она. — Я просто… пока не знаю, как это все будет. Еще одна пауза, затем: — Хорошо. Завтра. Нет, у меня дома. Я не хочу, чтобы он приходил. У Драко сжалась челюсть, когда он понял, кто этот «он». Она пожелала Поттеру спокойной ночи и повесила маггловскую штуковину обратно на стену. — Извини за это, — сказала Гермиона, и её голос стал натянутым, когда она вернулась в гостиную. На этот раз она предпочла сесть в кресло у камина, а не рядом с ним на диване. Драко поспешно скрыл свое разочарование по этому поводу. Кот занял прежнее место на диване, невозмутимо вылизывая себя. — Это Поттер только что разговаривал с тобой? — спросил он с непринужденным интересом. Гермиона кивнула. — Семья Уизли сегодня уговаривала меня приехать к ним на Рождество, — призналась она. — Я сказала им, что у меня другие планы, но, видимо, они мне не поверили. Драко не знал, как на это реагировать. Он задавался вопросом, действительно ли она хотела поехать, и единственной причиной, по которой она решила встретиться с ним сегодня, было желание избежать своего бывшего парня. — Ты не сказала им, куда пошла? — мягко спросил Драко, уже зная ответ. Гермиона снова покраснела от смущения. — Нет. Они бы не поняли. Кто-нибудь мог бы появиться на пороге твоей матери сегодня вечером, думая спасти меня, — пробормотала она. Поттер так бы и поступил, он не сомневался. — А если бы ты сказала Поттеру, что я сейчас здесь, в твоей гостиной? Что бы он сделал? — спросил Драко, понизив голос до опасной нотки. Он откинулся назад, небрежно перекинув лодыжку через колено, чтобы подчеркнуть, насколько комфортно он чувствует себя здесь, как захватчик в ее доме, и наблюдал за тем, как ее глаза следят за его движением. Он мог поклясться, что у нее перехватило дыхание. — Он, э-э, наверное, спросил бы меня, не потеряла ли я рассудок, — сказала Гермиона. Драко ухмыльнулся. — А ты потеряла? — спросил он. Гермиона на мгновение задумалась, и на ее губах появилась слабая улыбка. — Возможно, да, — сказала она. — Но Гарри не нужно об этом знать. Его улыбка стала немного дикой, а Гермиона выглядела так, словно хотела зарыться под все свои книги, чтобы спрятаться от того, что она только что сказала. Всего несколькими словами она превратила их невинный разговор в нечто тайное и скандальное. Мерцающий свет камина, освещавший комнату, только подчеркивал возникший между ними накал. Прежде чем она успела разрядить атмосферу, Драко заговорил. — Все в порядке, — сказал он низким голосом. — Я не против быть твоим маленьким грязным секретом, Грейнджер. Гермиона закатила глаза от этой шутки, хотя ее пренебрежение было несколько притуплено тем, как она сглотнула и сделала глубокий вдох. Закончив работу, он решил дать ей небольшой перерыв. — Раньше, когда ты говорила в эту штуковину, — начал Драко. — Телефон, — уточнила Гермиона. Драко поднял брови. — Это был телефон? Хм, — он задумался. Маггловский телефон, который он когда-то видел, был совсем другим — с колесиком и рожком, который можно было поднести к уху. — Неважно. Ты сказала Поттеру, что все еще хочешь куда-то пойти. Что ты имела в виду? Это был личный вопрос, и, наверное, его не стоило задавать. Но он не мог сдержать любопытства, разгорающегося в его груди. — А, это, — сказала Гермиона, поджав губы. — Он просто хотел узнать, планирую ли я прийти на их свадьбу. Она состоится через три недели. Это все объясняло. — Понятно, — задумчиво произнес Драко, барабаня пальцами по подлокотнику дивана. — Значит, этот болван все еще говорит о нас? — Конечно же, да, — ответила Гермиона. К счастью, она не стала отвечать на его оскорбление. — Мне пришлось наложить чары на квартиру, чтобы держать его подальше от себя. Он все еще шлет письма и пытается заставить других людей поговорить со мной. Я уже неделю жду, когда он выдохнется. Значит, с бала. — Может быть, мне стоит нанести этому придурку визит, — сказал Драко, рассматривая свои ногти. — Уверен, я смогу… прояснить ситуацию. Глаза Гермионы расширились. — Ни в коем случае, Драко! — задохнулась она. — Это только усугубит ситуацию. Он лишь слабо улыбнулся ей в ответ, что только еще больше усилило ее тревогу. — Нет, Драко, пожалуйста, не встречайся с ним! — взмолилась Гермиона, поднимаясь со стула. Он и сидящий рядом с ним зверь в унисон наблюдали за тем, как она вышагивает перед камином. — Если ему нужно небольшое напоминание об уроке, который я приподал ему той ночью, я буду рад освежить его память, — спокойно сказал Драко. — Держись подальше от Рона, пожалуйста, Драко, — сказала Гермиона, вставая перед ним. — Я умоляю тебя. Действительно, она выглядела отчаянно. Её большие глаза смотрели на него, безмолвно умоляя. Драко внезапно встал, и Гермиона, казалось, была ошеломлена тем, как близко он находился. Однако она не отступила от него ни на шаг, даже когда он наклонился к ней, и между ними вновь возникла притягательная сила. Он изучал положение её губ, быстрое и неглубокое дыхание. — Хорошо. Но только потому, что мне нравится, когда ты умоляешь, — произнес он с низким хрипом. Он с удовлетворением наблюдал за ее распахнутыми глазами, за тем, как она слегка покачивается, как ее колени снова становятся неустойчивыми. Ему стоило огромных усилий удержаться от того, чтобы взять ее за талию и грубо втянуть в еще один пылкий поцелуй, но он держал руки при себе, как бы молча сообщая ей о своем обещании позволить ей самой принять это решение. К его удовольствию, она выглядела так, словно могла сломаться прямо сейчас. Он практически видел, как за ее глазами разгорается война. Он был уверен, что достаточно провести пальцами по нежной коже ее шеи, от уха до чувствительных ключиц, чтобы сломить ее решимость. Он снова сдержал себя, безмолвно повторяя данное ей обещание. Она сама решит. Если она хочет его, ей придется сделать первый шаг. — Спокойной ночи, подруга, — поддразнил он ее. — Увидимся очень скоро. С этими словами он обошел ее и направился к двери, не дожидаясь ответа. Скорее всего, ей все равно нужно было отдышаться. Когда он закрывал за собой входную дверь, ему показалось, что он услышал, как она выругалась про себя. Затем, улыбнувшись, он проверил, пуст ли холл, и исчез.