51. Комплекс Гриффиндора

Гермиона пожалела, что не взяла с собой мантию-невидимку Гарри. В магазине Миджен было очень мало мест, где мог бы спрятаться человек в полный рост. По крайней мере, это означало, что тому, кто пытался добраться до Миджен, тоже будет непросто спрятаться в ее магазине. К счастью, к приходу Гермионы с Миджен все было в порядке. Ее трясло с предыдущей ночи, когда сработала магическая сигнализация, которую она установила на черный вход в магазин. К несчастью, Миджен считала, что ее подруга могла включить сигнализацию, хотя не было никаких доказательств того, что Милли приближалась к магазину в течение нескольких недель. Гермиона понимала Миджен. Отчаянное желание, чтобы любимый человек вернулся к тебе, она встречала неоднократно, расследуя исчезновения эльфов. К сожалению, Гермиона сильно сомневалась, что именно Милли подняла тревогу. Во-первых, если это была она, то почему она снова ушла, прежде чем Миджен успела спуститься к ней? Скорее всего, это был один из тех, кто совершал похищения. — Расскажи мне еще раз, что случилось, Миджен, — попросила Гермиона. Миджен подошла к ней, после того как закончила работу с клиентом. Гермиона обшарила палочкой каждый дюйм магазина и прилегающей улицы, ища кого-нибудь или что-нибудь подозрительное. Пока что она ничего не нашла. — Это было около часа ночи, мадам, — рассказывала Миджен. — Я проснулась от громкого жужжания — такого, какое бывает, когда срабатывают чары Миджен на дверях и окнах. Это была задняя дверь, мадам, к мусорным бакам. Миджен схватила нож, чтобы защититься, потом высунула голову за дверь, чтобы посмотреть, кто включил сигнализацию, но там никого не было. — Ты уверена, что это не просто бродячее животное или что-то в этом роде, что вызвало тревогу? — спросила Гермиона. Миджен серьезно кивнула. — Миджен абсолютно уверена, мисс Грейнджер. Ее запирающие чары срабатывают только на тех, кто пытается проникнуть в ее магазин! Гермионе пришлось поверить Миджен на слово. — Разве Милли не знала бы, как попасть внутрь, не запустив чары? — спросила Гермиона, стараясь придать своему голосу доброжелательность. Миджен неловко шаркала ногами, почесывая одно ухо. — Возможно, она забыла, как это делается, мадам, — предположил Миджен. Гермиона оставила этот вопрос без внимания. По крайней мере, Миджен успела схватить нож, прежде чем искать незваного гостя. Она не вполне доверяла двери. Миджен снова почесала за ухом. Глаза Гермионы сузились, заметив что-то. — Миджен, у тебя с ушами все в порядке? — спросила она. Они казались краснее, чем обычно. Может, у нее появилась сыпь? — Просто зуд, мадам. Миджен в порядке. Кожное заболевание ушей. Игнома и Топпер жаловались на нечто подобное. — Не ходи к целителю, Миджен, — посоветовала Гермиона. — Если станет хуже, обращайся в ассоциацию, и мы тебе поможем. Хорошо? Миджен была ошеломлена такими резкими указаниями, но все же кивнула. Гермиона еще раз осмотрела заднюю дверь, на этот раз еще более тщательно. Яркий утренний свет померк из-за набежавших туч, и Гермиона решила посветить палочкой, чтобы получше рассмотреть местность. Ушная болезнь, которая приводила эльфов в кабинет целителя, не могла быть случайностью. Должны быть какие-то доказательства. Отступив назад, Гермиона заметила на земле небольшое пятно. Около задней двери магазина, похоже, была легкая пыль от порошкообразного вещества. Это было так незначительно, что Гермиона могла бы и не заметить его, если бы не искала. Она как раз накладывала сложные чары для определения вещества, когда услышала внутри магазина человеческий голос. Гермиона приостановила заклинание и на мгновение прислушалась. Голос был немного знаком. — …выглядит сомнительно, моя дорогая. Вам стоит провериться, и как можно скорее, — говорил мужчина. С любопытством Гермиона заглянула сквозь заднюю дверь магазина, чтобы разглядеть собеседника. Внутри, у низкого кассового аппарата, стояла Миджен и слушала мужчину в светлой мантии и прямоугольных очках. У Гермионы свело желудок, когда она узнала его. Целитель Селвин. — Я специализируюсь на лечении эльфов — собственно, именно поэтому я и пришел сегодня, чтобы попросить вас сообщить об этом вашим клиентам. В последнее время распространяется инфекция, которая поражает уши. Боюсь, сама по себе она не пройдет. Вам нужно будет прийти, чтобы сдать анализы и подобрать лекарство, — сказал Селвин. Гермиона едва дышала, слушая его. Селвин пришел посоветовать Миджен прийти к нему на прием. Он каким-то образом знал, что она заразилась странной ушной сыпью. — Если ничего не предпринять, она может распространиться и начать влиять на слух, — сказал Селвин. Гермиона затаила дыхание, пытаясь расслышать ответ Миджен сквозь стук сердца в ушах. — О… большое спасибо, сэр, но Миджен собирается обратиться за помощью в Г.А.В.Н.Э! — заявила Миджен. — Мисс Грейнджер — хорошая женщина, сэр, хорошая женщина, которая заботится об эльфах! Она позаботится о том, чтобы уши Миджен были приведены в порядок! Глаза Селвина сузились. — Грейнджер сказала тебе это? Что, сегодня? — недоверчиво спросил Селвин. — Да, сэр! — сказал Миджен, и Гермиона едва не застонала от ужаса. Она должна была уйти, немедленно. Но она не могла оставить Миджен без защиты. — Она… все еще здесь? Я надеялся поговорить с ней, — небрежно поинтересовался Селвин. Гермиона отступила от двери, держа палочку наготове. Крепкая рука зажала ей рот, заглушив крик, который она инстинктивно издала. Она направила палочку за спину, чтобы произнести невербальное заклинание, но знакомый голос остановил ее. — Это я, — прорычал Драко ей в ухо. Грубо оттащив ее от двери, он одним резким рывком вывел ее прямо на Косую Аллею. Они с треском аппарации вывалились в коридор здания, где жил Драко. Гермиона оттолкнулась от него. — Нет! Мы должны вернуться! — сказала она. В этот момент палочка выскочила из ее руки и впилась в вытянутые пальцы Драко. — Нет, — сказал он. В его голосе звучала холодная сталь. Ужас поднялся в горле Гермионы и стал душить её. — С-Селвин! — задыхалась она. — Он с Миджен! Она в опасности! — Но не в такой опасности, как ты, Грейнджер, — сказал Драко с жесткой дикцией. Он защищал ее. Возможно, ценой свободы Миджен. Крик разочарования нарастал в ее легких. — Верни мне мою палочку, Драко! — приказала она. Гермиона шагнула вперед, протягивая к нему руку. Он не двинулся с места. — Я справлюсь с Селвином! — возразила Гермиона. — Но Миджен — это все… — У Селвина есть поддержка, Грейнджер! — крикнул Драко. — Ты даже не представляешь, в какой опасности ты сейчас находилась! Двое других волшебников были снаружи и присматривали за ним! Я видел их, когда возвращался! — Тем больше причин вернуться и помочь ей! — воскликнула Гермиона. Драко выглядел так, будто сходил с ума от этого. Он издал вопль разочарования в потолок. Гермиона не отступила. Она шагнула вперед, настойчиво протягивая руку за своей палочкой. Драко уставился на нее, его ноздри раздувались, а рот злобно оскалился. Затем он с треском исчез. Вместе с ее палочкой. Гермиона закричала, слушая, как ее голос отражается от глухих стен коридора. Не в силах сдержать ярость, она ударила ногой в дверь Драко. Он вернулся без нее! Или он ушел куда-то еще? Узнать это было невозможно. Гермиона захлопнула за собой дверь его квартиры, едва не споткнувшись о Живоглота, когда входила внутрь. От нечего делать она принялась расхаживать, не утруждая себя снятием туфель, по ковру в шикарной гостиной Драко, на ходу срывая с головы шарф. Этот напыщенный, злобный, подлый болван! Он прекрасно знал, что делает, когда забрал её палочку и ушёл. У неё не было возможности преследовать его, а если бы и была, то она не смогла бы защититься от Селвина и его дружков. А теперь Драко, вероятно, отправился в одиночку, без поддержки и без плана! Он был в такой же опасности, как и она! Семь минут, которые Драко провел вдали от нее, стали самыми долгими в жизни Гермионы. Как только он ворвался в дверь, она бросилась к нему и со всей силы толкнула его. — Как ты смеешь! — закричала она, когда Драко, пошатываясь, отступил назад. — Верни мне мою палочку, сейчас же! Драко поднял руки перед собой, как бы отодвигая ее от себя. — Через минуту, — сказал он, его голос был раздражающе спокойным. — Сначала ты должна знать, что с Минджен все в порядке. Это остановило Гермиону. — Ты защитил ее? — спросила она. — Нет, — ответил он. — Это сделал Тилло. У Гермионы открылся рот. Ну конечно! Тилло следил за Селвином. — Если тебе интересно, он ничем себя не выдал, — сказал Драко. — Он просто вел себя как покупатель. Он подошел к Миджен с рубашкой в руках и попросил другой размер. Гениально, вообще-то, — сказал он с легкой улыбкой. — В любом случае, Селвин ушел без Миджен. Он искал тебя, но, думаю, решил ничего не предпринимать. Слишком много глаз вокруг, — сообщил Драко. Гермиона с облегчением опустила плечи. Но тут ей пришло в голову кое-что еще. — Он собирается вернуться за ней, — сказала она. — Я должна предупредить ее. — Я уже предупредил, — спокойно ответил Драко. — Мама Миджен живет во Франции. Она уезжает прямо сейчас, чтобы погостить у нее некоторое время. Очевидно, он подумал обо всем. Между ними воцарилась тишина квартиры. Гермиона не могла подобрать слов. Драко потянулся в карман и достал палочку, протягивая ей. Гермиона выхватила ее у него с возмущенным взглядом. — Никогда, — произнесла она низким голосом, угрожающе направив палочку ему на горло, — не смей больше отбирать у меня мою палочку. Его стальные глаза встретили ее пристальный взгляд, не отступая. Он ничего не сказал. Он даже не извинился, высокомерный придурок. Ее рука, сжимавшая палочку, дрожала. Ей так и хотелось пустить заклинание в него, чтобы преподать ему урок. Он лишь стоял и ждал, когда она примет решение. Повернувшись на каблуках, она зашагала прочь. Ей нужно было успокоиться, пока она не натворила того, о чем потом пожалеет. Драко благоразумно не последовал за ней. Повернувшись к зеркалу в ванной, Гермиона сняла чары, наложенные на лицо, и с облегчением вздохнула, почувствовав, что снова выглядит нормально. Ей хотелось кричать и злиться на Драко, но на самом деле его план удался, и, возможно, гораздо лучше, чем ее. Благодаря ему все были в безопасности, даже если это было рискованно для Миджен. Однако то, что он оказался прав, лишь разозлило Гермиону еще больше. В отражении она увидела яркий румянец на щеках и волосы, спадающие спутанными прядями на плечи. На мгновение она поразилась тому, как сильно она отличается от ледяного, высокомерного человека по ту сторону двери. Как она оказалась здесь, в его доме, и спорила с собой, что ей делать — дать ему пощечину или поцеловать? Гермиона не могла сосчитать, чем они отличались друг от друга. Они не были полными противоположностями, а скорее противопоставлялись друг другу. Солнце и луна, лев и змея, огонь и вода. Они могли бы жить друг без друга, но это было бы скучное существование. Ей было интересно, чувствует ли он то же самое по отношению к ней, или же она придумывает нечто большее, чем есть на самом деле. Даже злясь, она не могла заставить себя пожалеть о том, что осталась с ним прошлой ночью. Это было… у нее не было слов. Даже воспоминания об этом вызывали у нее прилив возбуждения. Черт бы побрал его, его искусные пальцы и его упрямые, чересчур заботливые намерения. Ее руки все еще сжимали край раковины, когда раздался негромкий стук в дверь. Драко угрюмо смотрел на нее, пока она выходила. Им нужно поговорить, подумала она. Он прислонился к стене своей прихожей, засунув руки в карманы в непринужденном жесте, который резко контрастировал с его угрюмым, серьезным выражением лица. Она прислонилась к противоположной стене коридора, упрямо скрестив руки. Между ними повисло молчание, поскольку ни один из них не хотел говорить первым. Наконец Гермиона нарушила его. — Что ты выяснил, следя за теми слизеринцами? — спросила она. Драко выглядел раздраженным. — Не много, — признал он. — По какой-то причине они ошиваются рядом с Дементорами. — Дементоры? — произнесла Гермиона, сбитая с толку. — Разве они не все сейчас в Лесу Анобейт? С чего бы им проводить там время? Драко пожал плечами. — Не уловил, почему, — пробормотал он. — Они что-то говорили о товаре и о том, что им нужно работать. У меня сложилось впечатление, что они все вместе выполняют какую-то работу. Это было интересно, но для Гермионы это мало что значило. — А Джоанну они вообще не упоминали? Или Селвина? — спросила Гермиона. Драко покачал головой. Она не пыталась скрыть своего разочарования. — А что насчет тебя? — спросил он. — Ты что-нибудь узнала у Миджен? — О! — сказала она, — Я как раз занималась анализом вещества, которое нашла у задней двери магазина, но Селвин меня прервал. В остальном ничего особенного. Драко кивнул, уставившись в пол. Гермиона тоже отвернулась, чувствуя, что ее гнев на него наконец-то начинает утихать. Но ей нужно было сказать еще кое-что. — Никогда не забирай у меня мою палочку. Никогда больше. Обещай, — потребовала она. Драко по-прежнему смотрел вниз, плотно сжав рот. Он выглядел расстроенным, и Гермиона не могла понять, чем именно. Она ждала, настороженно наблюдая за ним. Наконец он заговорил. — Я обещаю, — сказал он. Когда ее плечи расслабились, он добавил — Если… ты пообещаешь больше не бросать меня так. Она наклонила голову. — Что? Когда я тебя бросила? — спросила она. У Драко затряслись мышцы на челюсти, когда он ответил, все еще не встречаясь с ней взглядом. — На Косой Аллее, когда мы заметили Флинта, — сказал он. — Ты ускользнула от меня, прежде чем мы смогли вместе обсудить план. Ты попала в опасную ситуацию одна, и мне пришлось вытаскивать тебя против твоей воли. Гермиона моргнула. На его лице появилось суровое выражение. — Ты злишься на меня. — Это было скорее утверждение, чем вопрос, но Драко кивнул. — Ты ушла, не подумав о собственной безопасности, — сказал он. — А когда у тебя возникли проблемы, ты не позвала меня. Она даже не подумала послать ему Патронуса. — Они бы увидели, — запоздало подумала она. — Неважно, — сказал он, укоризненно покачав головой. — Ты важнее. Странное чувство охватило ее при этих словах. Защищаясь, она скрестила руки. — Я была бы в порядке, — жестко заявила она. — Я знаю, как постоять за себя. Я умею обращаться с палочкой, если ты не знал. Драко прислонился головой к стене, закрыв глаза и глубоко вздохнув. Он стоял так, просто дыша и ничего не говоря, в течение минуты. Гермиона ждала, наполовину ожидая, что он набросится на нее так же, как прошлой ночью, схватит за шею и снова начнет приказывать. Если бы он это сделал, она была готова взорвать его в ответ. Она устала от контролирующих мужчин, которые думают, что обеспечивают ее безопасность, а на самом деле они просто пытаются принимать за нее все решения. Наконец его глаза снова встретились с ее глазами. Он выглядел уставшим. — Конечно, ты можешь. Ты чертовски великолепна, Гермиона, — тихо сказал он, выглядя немного раздраженным тем, что вынужден был это признать. — Я не могу запретить тебе делать то, что ты хочешь, да я и не пытаюсь. Но просто… — Он снова остановился, сделав еще один глубокий вдох. Его серебряные глаза впились в нее, когда он сказал — Просто подумай обо мне. Это все, о чем я прошу. Подумай обо мне, прежде чем что-то сделать. Так же, как я думаю о тебе. Ее сердце сжалось. Драко продолжал говорить тихим голосом. — Мы могли бы вместе придумать план, — сказал он. — Мы могли бы договориться о месте встречи или о том, как связаться друг с другом, если что-то случится. Ты ушла, просто ускользнула от меня, как будто это пустяк. У Гермионы чуть не подкосились колени, когда она поняла, что он хотел сказать. Он испугался. За нее. Она напугала его. — Когда я говорю, что мне нужно, чтобы ты была в безопасности, — продолжал Драко, — я не имею в виду, что хочу запереть тебя здесь навечно, чтобы ты мучилась. Я хочу, чтобы ты держала меня в курсе и дала мне шанс быть рядом с тобой. Позволь мне прикрывать твою спину. Это все, о чем я прошу. Гермиона не знала точного слова для определения своих чувств, но к тому моменту, как Драко закончил говорить, она была переполнена ими. Так ли чувствовал себя Гарри все эти годы, будучи одновременно самой большой мишенью для последователей Волдеморта и лидером сопротивления против него, постоянно находясь между желанием броситься вперед и сделать все самому и вынужденным держаться в стороне, пока другие беспокоятся о его безопасности? Что бы она чувствовала тогда, если бы Гарри поступил так же, как она сегодня утром? Она почувствовала, как ее плечи опускаются, а защита ослабевает. Гнев улетучился, сменившись пылким, сильным чувством, которое она не могла определить. — Хорошо, — мягко сказала она. — Я сперва поговорю с тобой в следующий раз. И ты… ты должен сделать то же самое для меня. Драко кивнул, глядя в ее глаза. — Я сделаю, — пообещал он. Затем он одним движением сократил расстояние между ними и скрепил это обещание поцелуем.