Глава 17. Слишком мало ответов

Вот и всё…

      Пронеслось у Гарри в голове, когда он понял, что бросившаяся на него с ножом Гермиона была не плодом его воспалённого сознания, а реальностью. Бредовой. Горячечной. Действительностью.       Ощущение на мгновение замершего, а затем с силой забившегося сердца отдалось болью в рёбрах. Он даже не успел почувствовать страх. Только вытаращил глаза в неверии.       До самой последней секунды он пытался осознать увиденное. Даже проанализировать. Пока не почувствовал короткую вспышку обжигающего холода на ключице. А затем его разорвало от боли, которая полоснула по нервам.

Блядь-блядь-блядь!!!

      В ушах был слышен только бешеный ток крови. Его закружил вихрь мучительных ощущений: пульсирующее пекло жгло будто бы изнутри. Гарри попытался сглотнуть и не смог. Во рту пересохло — язык ощущался растресканным камнем.

Она могла меня убить!

      Если бы не моментальная реакция Джорджа, он бы в несколько быстрых секунд истёк кровью. Холодок пробрался по коже, приподнимая волоски.       Его глаза не отрывались от Грейнджер, которая в этот момент стала заваливаться на бок. То, что случилось дальше, еще сильнее ввергло его в шок. Блондин подхватил её, осторожно взял на руки и унёс.

Драко, ёбаный, Малфой! Блядь, да что происходит?!

      Его голова начала кружиться: от увиденного или от потери крови — он не знал. Он продолжал оторопело пялиться на пустой каменный пол перед собой, отмечая красивый узор из капель его крови, когда наконец-то смог расслышать хоть какие-то посторонние звуки. Кажется, к нему возвращался слух.       Хлопок аппарации эльфа. Звяканье стеклянных флаконов.       Спустя несколько мгновений он ощутил вяжущее тепло экстракта бадьяна, стягивающего края раны.       Обрывки разговоров…       Он не сразу понял, что обращаются к нему. Почувствовал на себе пронзительный взгляд тёмных глаз мулата. Не нашёл в себе сил ответить ему.

Джордж. Он поймёт. Скажи ему.

      — Это был Малфой, — язык с трудом ворочался, превратившись в наждачную бумагу.

Как же сложно…

      Ему придётся всё рассказать. Гарри понимал, что теперь их так просто не отпустят. После всего произошедшего с него потребует ответы. Возможно, ему даже удастся самому что-то выведать.       Например, удалось ли Гермионе забеременеть? Услужливо нашептало ему взвинченное сознание.       Гарри бросил короткий взгляд на вскочившего кудрявого мужчину. Кажется, Нотт тоже горел желанием нанести ему тяжкие телесные…       — Расскажи всё с самого начала, — будто бы сквозь туман донеслось до него.

Что ж, это я могу.

      Он сделал глубокий вдох и сморщился от боли, но это принесло ему странное чувство удовлетворения. Будто физические страдания очищали разум: делали его ясным и прозрачным, совсем как раньше. В этот кристально чистый миг в его голову пробралось сомнение…

Что, если я ошибся с пророчеством?..

      Эта мысль прошибла навылет его мозг, оставляя после себя зияющую дыру размером с кнат.

Нет, мы всё просчитали. Истолковали. Этого просто не может, блядь, быть!

      Однако незнакомое чувство, породившее противную дрожь в желудке, не отпускало. Гадкая смесь сомнений вперемешку с сожалением заставляла его морщиться, будто от зубной боли. Он не хотел этого испытывать!

Унять. Подавить. Забыть.

      Гарри начал свой рассказ, с каким-то мазохистским удовлетворением ощущая стекающие по телу капли крови.       — Почти три месяца назад нам пришло послание от Сивиллы Трелони.       — Которая профессор? — приподняв одну бровь, уточнил Блейз.       — Да. Вела в Хогвартсе прорицания. После смерти директора она покинула Британию.       Гарри вдруг подумал о том, что слизеринцы вряд ли знают, чем еще известна эта женщина, помимо преподавания. Вот Малфой точно был в курсе, учитывая близость его отца с Волдемортом в те времена.       — В том послании было… — он замер на мгновение, ощущая странное покалывание в животе, — пророчество.       Двое стоящих напротив мужчин озадаченно переглянулись.       — Мы истолковали его, — в груди застрял вдох, — и пришли к тому…       — Ты пришёл, — перебил его Джордж.       Гарри угрюмо посмотрел на рыжего и продолжил голосом на порядок тише:       — И пришли к тому, что для окончания войны должны соединиться светлая волшебница и темный маг.       — Соединиться? — без каких-либо эмоций повторил Нотт.       — Погоди, — внезапно вмешался Забини, — как оно звучало? Это пророчество.       Гарри застыл на несколько секунд, ощущая колючие мурашки. Боль утихла. И теперь его сознание было снова будто подёрнуто туманом. Он мысленно взвешивал, рассказать всё или только часть. Сделав несколько глубоких вдохов, он хрипло проговорил:       — Семя зла, проросшее в оплоте светлой добродетели, даст спасение магическому миру.       Тишина. И только Нотт начал постукивать пальцами по столу. Гарри почувствовал, как на него уставился Джордж, буквально прожигая взглядом. Он был уверен, что тот не помнит текст послания дословно, но вероятно всё же заметил разницу. Гарри упорно не поднимал глаз, разглядывая столешницу. Во рту наконец-то перестало быть настолько сухо, и он шумно сглотнул.       — И ты решил, — угрожающе начал Нотт, перегибаясь через стол, чтобы оказаться ближе, — что нужно схватить первого попавшегося Пожирателя и соединить его с Гермионой?       Гарри вскинул голову и твёрдо встретил разъярённый взгляд слизеринца. Он даже цокнул языком от накрывшего его возмущения.       — Это было необходимой жертвой. Я сделал бы то же самое… — он демонстративно похлопал себя указательным пальцем по губам. — Ах точно, я ведь уже это сделал. Тогда. В битве за Хогвартс.       Гарри, пошатываясь, встал и уцепился руками за стол. Он скопировал позу Нотта, и теперь они смотрели друг другу в глаза, опасно сблизившись лицами.       — Не моя вина, что этого оказалось не-до-ста-точ-но, — он отчеканил последнее слово, разбивая его на слоги.       — Она ведь была твоей подругой, — глаза Нотта были широко распахнуты, когда он шептал эти слова.       — Идёт война. Перевес на стороне зла. Если есть хотя бы призрачный шанс закончить эту мясорубку, я его использую, — холодно процедил Гарри.       Ему снова было паршиво. Он надеялся, самую малость, но всё же лелеял в себе это чувство, что, если он расскажет, объяснит свои поступки… его поймут. Его похлопают по плечу. Ему пожмут руку. Его поблагодарят за решимость. Ту самую, которой никто из здесь присутствующих похвастаться не может.       — Просто у меня у одного есть яйца, чтобы принять волевое решение. Непростое. Но спасительное.       — С-с-сука, — взорвался Нотт, опёрся на руки и мигом перемахнул через стол, оказываясь рядом с Гарри.

***

      Так упоительно он себя не чувствовал, даже когда бил Драко. Так вот кто во всём виноват. Вот кто зачинщик беспредела, который разворотил его душу на кровавые ошмётки.       Тео вкладывал в удары всю свою ненависть, нанося их методично, один за другим, по самым болевым точкам. И только когда раздался полузадушенный хрип очкарика, он почувствовал на своем плече чью-то тяжёлую руку. Поднял голову.

Уизли? Хули тебе здесь надо?

      — Хватит. Ему и правда уже хватит. Поттер всё ещё нужен живым.       Только в этот момент, когда адреналиновая пелена спала, он осознал, что рыжий даже не пытался защищать избранного, а просто наблюдал за тем, чтобы из того не выбили остатки жизни.       Тео посмотрел на Блейза. Друг сидел и поглощал вкусный обед, который уже успел остыть. Он выглядел спокойным, но Тео слишком хорошо знал, что это напускное. Руки слишком сильно сжимали вилку и нож. Глаза хищно сощурены. А челюсти так ожесточённо двигаются, что можно подумать, будто бы он пытается прожевать камень, а не нежнейший ростбиф.       Тео встал, оглядел свою одежду. Брезгливо встряхнул руками. Бросил взгляд на окровавленного Поттера. Ему пришлось бороться с животным желанием добить его. Взглянул на рыжего.       — Ты знал?       — Не в таких подробностях, — сухо ответил Уизли.       — С самого начала? — Тео всё еще косился на Поттера, испытывая мрачное удовлетворение от его внешнего вида.       — Нет. С неделю назад. Рыжий почесал рукой подбородок, обвёл глазами гостиную, задержался на Блейзе, а потом задал, как видно, давно волнующий его вопрос.       — Гермиона… Как она здесь оказалась? Это были вы? Тогда… — Он неопределённо махнул головой.       Тео прекрасно понял, о чём он спрашивал. Вот только в нём до сих пор бурлила адская смесь злости и желания мстить, поэтому он сложил руки на груди и показательно промолчал.       — Это были мы, — раздался спокойный голос Блейза.       С пола послышался хриплый кашель, звучавший отвратительно мокро. Тео еле сдержался, чтобы не пнуть очкарика по рёбрам. Отошёл подальше. Рыжий присел возле Поттера. Отхаркивающие звуки немного стихли.       — Ему нужно оказать помощь. Мы можем здесь остаться? — спросил он, осторожно переворачивая избранного на бок.       — Думаю, Малфой будет этому даже рад, — мрачно ухмыльнулся Блейз.       — Вилли, — Тео звучно позвал домового эльфа, который появился в ту же секунду. Его руки были заняты шваброй. — Перемести в свободную комнату на втором этаже этих мужчин. Принеси всё, что попросит рыжий мистер. Приходи к нему по первому зову. И выполняй все его просьбы.       Эльф почтительно поклонился Тео. Затем настороженно уставился на валявшегося на полу Поттера и сидевшего на корточках возле него Уизли.       — Держитесь, — проскрипел он, подходя поближе и протягивая им свободную руку.       Хлопок. Через секунду на полу остались только капли крови, разбрызганные в хаотичном порядке, являя собой картину отмщения.

***

      — Тебе не показалось, что Поттер что-то недоговаривает? — Блейз задумчиво потёр подбородок.       — Ты тоже это почувствовал? — Тео наконец тоже присел за стол. Он не притронулся к пище. Зато щедро плеснул себе огневиски.       — Ага. Да и странно это всё прозвучало, — Блейз замолчал, вспоминая пророчество. Его глаза смотрели куда-то сквозь стены, руки сцеплены перед собой.       В груди пока ещё неясными очертаниями клубилось беспокойство, которое грозило вот-вот обрести форму: превратиться в мощный таран, сшибающий всё на своём пути.       — Меня не оставляет ощущение, что они ошиблись… — проговорил Блейз скорее себе под нос, чем для обсуждения с другом.       Но Тео услышал и подключился:       — Ну да, ведь Малфой является злом только чисто теоретически, на самом же деле…       — Дело не в этом, — быстро перебил Блейз. — Совсем не в этом… Только я не могу понять. Что-то вертится в голове, но ухватить не могу.       Он резко поднялся из-за стола:       — Ладно, я пойду. Мне надо подумать. Ты ещё посидишь?       — Думаю, да. Насколько я помню, скоро должны спуститься дамы. Составлю им компанию, — ответил Тео.       Блейз кивнул на прощание другу и пошёл искать Дафну.       Он нашёл её прогуливающейся неподалёку от пруда под руку с сестрой. Она звонко рассмеялась, когда Астория ей что-то сказала, и Блейз почувствовал, как от этого звука в груди наконец-то перестало быть так чёрство и сухо. Он торопливо двинулся к девушкам.       Дафна, услышав шаги, обернулась и тут же радостно встретила любимого своими тёплыми объятиями.       — Как всё прошло? — уткнувшись ему в шею, спросила она.       — Занимательно, — чмокнув её в макушку, ответил он, — и остро.       Дафна непонимающе нахмурилась и всмотрелась в его лицо:       — Что-то случилось? Какой-то конфликт?       — Можно и так сказать, — уклончиво сказал Блейз. — Вы ещё долго планировали гулять?       — Кажется, скоро обед. Мы думали через полчаса присоединиться, — ответила Астория.       — Отлично. Тори, ты не против, я украду Даф? — он красноречиво приобнял за талию девушку.       Астория просияла улыбкой:       — Как я могу быть против, если моя сестра рядом с тобой вся светится от счастья. Конечно, укради, — она помахала им рукой, развернулась и пошла в сторону поместья.       — Она чудо, — нежно улыбаясь, сказала Дафна, а затем обвила шею Блейза руками и прижалась к нему в чувственном поцелуе.       С трудом оторвавшись от её нежных губ, Блейз прошептал:       — Спасибо, любимая. Мне было это нужно.       — Ты расскажешь мне, что случилось? — она положила ладонь ему на щеку.       Пауза начинала затягиваться. Блейзу пришлось собраться с мыслями, прежде чем выдать всё, что он узнал.       — Всё случившееся. Абсолютно всё. Это из-за Поттера.       — О чём ты говоришь? — она поглаживала большим пальцем его напряжённые скулы, которые постепенно расслаблялись от её мягких движений.       — Это он принуждал Грейнджер к насилию над Драко.       Дафна затихла, уставившись на него широко раскрытыми глазами.       — Полчаса назад я своими собственными глазами видел, как эта гриффиндорская львица кинулась на избранного с ножом. Она хотела вспороть ему шею. Не думаю, что таким образом она выражала свою радость от встречи с ним.       Девушка тихо ахнула, прижимая ладони ко рту.       — Он жив?       — О да, его не так просто убить. Ловкач Уизли увёл его от ножа.       — Но зачем? Почему он её заставил, я не понимаю! — воскликнула Дафна, всплёскивая руками.       — Это самое интересное. Он сказал, что им стало известно о пророчестве, в котором говорилось об окончании войны, если светлый и тёмный волшебник соединятся.       — Пророчество? Где они его нашли? — брови девушки чуть не сошлись на переносице, так сильно она нахмурилась. Он ласково разгладил эту морщинку своим прикосновением.       — Вроде как им прислала его Сивилла Трелони. Та, что преподавала в Хогвартсе.       — Я помню её. Довольно странная была женщина. С чего вдруг они ей поверили?       — А вот это уже большой вопрос к Поттеру. Насколько я понял, он провернул всё это в одного. Ты бы слышала его… — Блейз раздосадованно пожал плечами. — Даже после всего случившегося он всё ещё считает, что имел право принять такое решение.       — Бедная Гермиона! Что ей пришлось пережить… Он был её лучшим другом, — дрожащим голосом произнесла Дафна. На её глазах выступили слёзы, делая синюю радужку поразительно яркой. — Как она?       — Упала в обморок. Малфой унёс её. На руках. — Блейз, вспоминая увиденное, в очередной раз испытал чувство неверия.       — На руках? Не отлевитировал, не вызвал эльфов, а взял её на руки? — Дафна прижала ладонь ко рту.       — Да. Понимаешь? Видела бы ты его лицо, когда накануне я предупредил, что Пэнси что-то замышляет. Он явно забеспокоился. И… — он замер, пытаясь подобрать нужное слово. Девушка покусывала костяшки пальцев в ожидании. — Она ему небезразлична. — Он покачал головой. — И дело далеко не в мести.       — Невероятно, — прошептала Дафна. — Он ведь поселил её рядом с собой. Я ещё подумала — зачем, почему? Теперь мне всё ясно. — Она отстранённо кивала головой, уставившись куда-то в плечо мужчине.       Блейз обнимал её за талию, мягко поглаживая поясницу. Он видел, что девушка о чём-то размышляет, и не хотел её прерывать. Вдруг она встрепенулась и подняла свои всё ещё влажные глаза на него:       — Мне нужен текст этого пророчества. Дословно.       — Я думаю, Грейнджер должна его помнить. Спросим у неё. Только позже. Сейчас она с Драко.       — Всё ещё? — приподнимая брови, спросила она.       — Да. Я спросил, когда он уходил с ней на руках из гостиной, вернётся ли он. Драко сказал — нет.       — Это так непохоже на него. Я имею в виду… Пэнси часто изливала мне душу, страдая от его холодности и отстранённости. А получается, что… — Дафна не закончила свою мысль, но Блейз прекрасно понял, о чём она говорила.       — Теперь мне стало её жаль. Ведь все эти перемены происходили у неё на глазах, и она понимала, что причина кроется не в ней, — охрипшим голосом продолжила девушка.       — Наша жалость — последнее, что ей нужно. Она опасна. Уверен, без неё не обошлось сегодняшнее происшествие. Как думаешь, почему Грейнджер спустилась в эту гостиную именно в это время? — Блейз размышлял вслух, понимая, что его догадки вполне могут оказаться не просто догадками.       Дафна прижала ладони ко рту, сдерживая рвущийся наружу вздох удивления.       — Грязнокровка здесь жить не будет, — слово в слово повторила она фразу Пэнси. — Это она подстроила! Только…       — Да, — ухмыльнулся Блейз, — только… Она никак не могла предположить, что Грейнджер бросится к Поттеру не заключить его в объятия, а вонзить нож в шею. Сюрприз.       — Если об этом узнает Драко…       — Не если, а когда. Она опасна, Даф. Мы не можем её прикрывать. Да и Драко не настолько глуп. Он очень быстро сведёт всё воедино, — Блейз говорил сухо, твёрдо. Он чувствовал, что Пэнси на волне своей ревности может натворить страшных дел.       — Ты прав, — согласилась с ним девушка, уютно устраивая свою голову у него на груди. Он положил подбородок на её макушку и вдохнул родной запах. — Но мне всё равно её жаль. По-женски. По-дружески. Я ей сочувствую.       Блейз понимающе хмыкнул. Они стояли, нежась в объятиях друг друга, ещё долго. Пока осенний ветер не пробрался под мантии, заставляя их содрогнуться от холода. Не разрывая рук, они медленно побрели в сторону дома.

***

      Приподнятое настроение и предвкушение. Вот что ощущала Пэнси, спускаясь в красивом платье на обед. Ей хотелось совершенно по-детски перескакивать через ступеньки, крутиться вокруг себя и напевать что-нибудь весёлое.

Малышка Астория замечательно справилась. Уверена, грязнокровки уже и след простыл.

      Пэнси с удовлетворением вспомнила, насколько легко было попросить Асторию передать «просьбу Драко» лахудре. Она наблюдала из-за угла, как наивная девушка деликатно постучалась в дверь, что-то быстро проговорила, а затем ушла. В следующий раз дверь открылась примерно через десять минут. Из комнаты вышла грязнокровка. В бежевом платье.

Вот сучка, решила прихорошиться для встречи с Драко.

      Спрятавшись в нише за гобеленом, девушка затаила дыхание, когда гриффиндорка проходила мимо. А затем Пэнси отправилась в свою комнату.       Прошедший час показался мучительно долгим. Так и не дождавшись приглашения к столу от эльфов, Пэнси решила спуститься самостоятельно.

Что можно обсуждать целый час? Увидели свою лахудру — забрали. Всё! Дело пяти минут.

      Она остановилась у входа в большую гостиную. Застыла на пороге, ощущая колючесть в груди. Всё ещё предвкушение, но уже совсем не радостное и приятное.       За столом сидел только Тео. На ватных ногах Пэнси двинулась вперёд. Подойдя достаточно близко, она увидела на полу кровь, много крови, при виде которой ей стало не по себе. Эти крупные бордовые капли не выглядели так, будто кто-то слегка порезал палец. Они выглядели так, будто прямо здесь пытались убить человека.       — Что здесь случилось? — дрогнувшим голосом начала она, вперив взгляд в Тео. Судя по его взъерошенному виду, он точно здесь присутствовал.       — Возмездие… Расплата… Правосудие, — Тео перемежал эти слова большими глотками виски. Он пил так, будто хотел напиться.

Или забыться.

      Она подошла ближе к столу, оглядывая беспорядок. Пробило дрожью. Кожа подёрнулась ледяными мурашками. Она обхватила себя за плечи руками, пытаясь успокоиться. Не помогло.       — Чья это кровь? — в горле будто разрослись колючие заросли, царапающие нежную слизистую, иначе почему ещё ей было так больно выдавливать из себя этот вопрос.       — Поттера.       Тео звучал как-то совершенно безразлично. Холодно и безэмоционально.       Его ответ отдался в ушах гулким колоколом.

Кровь Поттера???

      — Н-но к-как? — внезапно она начала запинаться.       Тео звучно допил виски, с громким стуком поставил бокал на стол и сложил ладони перед собой домиком. Взгляд девушки скользнул по его рукам: костяшки были испещрены бороздками неглубоких трещинок, рисунок кровоподтёков ясно давал понять, что совсем недавно эти кулаки месили кого-то.

Это сделал Тео?!

      Несколько утомительно долгих секунд он молчал, испытывая терпение Пэнси, которое и так уже было ни к чёрту, а затем произнёс:       — Ты всё равно не поверишь.

Да что здесь произошло? Где лахудра? Почему Тео напал на Поттера?

      Пэнси чувствовала нарастающее давление, которое разрывало мозг на части. Слишком много вопросов. Слишком мало ответов. Она готова была взорваться.       С шумом отодвинув стул, Тео встал и направился к выходу. Пэнси провожала его лихорадочно горящим взглядом. Она не думала, что он скажет что-то ещё, но уже у самого выхода он обернулся и бросил:       — Это сделала Гермиона.       — Что-о-о? — из неё вырвался неконтролируемый возглас.       Тео замер на пороге, внимательно всматриваясь в изумлённое лицо девушки.       — Где она сейчас? — рыкнула не своим голосом Пэнси.

Грязнокровка… напала на Поттера?

И с какого вообще Тео назвал её по имени?

ГДЕ ОНА?

С КЕМ?

      — В безопасности, — он помедлил. Его поникший вид заставил Пэнси похолодеть. — С Драко.       Штиль в ушах. Грохот в груди. Она судорожно вцепилась в грудную клетку, пытаясь облегчить боль от вонзившихся невидимых когтей.

Вот и всё…