4. Клуб Слизней

— Том Риддл — настоящий хам, — заявила Гермиона, присаживаясь рядом с Минервой. — Ого, ты снова говорила с Томом? Что я пропустила? — взвизгнула Луиза достаточно громко, услышав фразу Гермионы даже через весь стол. — Не уверена, что это можно считать за разговор, — сказала она, нахмурившись. — Больше было похоже на то, что он приставал ко мне и прожигал свирепым взглядом, — добавила она, скрывая свое беспокойство. Позаботившись о том, чтобы ее точно услышали ближайшие столы других факультетов. Том вошел в Большой зал. Он был уверен, что новенькая не успеет к завтраку, но тут же услышал, как она оскорбляет его перед всем гриффиндорским столом. Не подав виду, он вышагивал к своему привычному месту за Слизерином. — Что? Том Риддл? Думала, что он самый воспитанный парень во всей школе. Так о нем говорят большинство наших учителей, — с сарказмом подметила Минерва. Лицо Тома начало приобретать другой оттенок. — Даже Дамблдор никогда не снимал с него очков, в отличие от меня. Я стою своему факультету по 50 очков каждый год, — вмешался в их разговор Генри. — Он упорно не верит мне, что Таранталлегра — приемлемая форма самозащиты, — продолжил со вздохом гриффиндорец. — Думаю, что любой, кто хочет стать любимчиком преподавателей, будет вести себя так, — презрительно ответила Гермиона. — Раньше с меня снимали очки за то, что я была невыносимой всезнайкой. Руки Тома сжались в кулаки, а костяшки побелели. — А где ты училась? — спросил Джейсон. — В магловской школе. До одиннадцати лет, — честно ответила она, хотя в то время не теряла очков, пока ее преподавателем в Хогвартсе не стал Снейп. — Так что ты ему ответила? Тому Риддлу? — спросила Луиза, которая все еще ждала случая поговорить с ним. — Просто сказала, что не избегаю его и напомнила, что мое зелье было лучше. А еще добавила, что лучше пообедаю с друзьями, чем останусь в его компании. Ничего особенного, я уверена, что ему и раньше такое говорили, — сказала она, пожимая плечами. — О боже, он точно не был в восторге от такого, — сказала Минерва, подхватив смех Гермионы. Внезапно картофельное пюре Гермионы взорвалось, попав на ее лицо, волосы и мантию. Ее рот на мгновение приоткрылся, затем она взмахнула палочкой, и всё исчезло. Теперь настало очередь всего стола таращиться на нее в ответ. — Ого, ты владеешь невербальной магией? — удивленно спросил Джейсон. — Я читал исследование в журнале «Наука магии», где говорилось, что только 19% всех волшебников обладают такой способностью. — Ты что, умеешь читать? — спросила изумленно Минерва. — Да, умею, — возразил ей в ответ Джейсон, — еще с третьего курса, — после чего смеялся уже весь стол. Внимание гриффиндорцев переключилось на предстоящий спор между Минервой и Джейсоном. Это было одно из любимых развлечений за едой. Том Риддл, довольный своим детским поступком, был в смятении. Он думал, что единственный ученик в Хогвартсе, кто владеет невербальными заклинаниями. Том снова уставился на еду, прекрасно понимая, что недооценил Гермиону. — Кто она? — спросил Алус Малфой, насмешливо глядя в сторону Гермионы, тоже завидуя ее способностям. — Просто какая-то грязнокровка, — громко сказал Том, все еще решительно глядя в свою тарелку. — И почему все хорошенькие не из числа чистокровных, — пожаловался Куинтон Лестрейндж. Хотя Гермиона и услышала их диалог, она не обратила на это внимания. Ей совершенно не хотелось иметь что-то общее с будущими Пожирателями смерти. Или с их предводителем, несмотря на то, сколько раз и как грубо он будет ее оскорблять. Том Риддл был в бешенстве. Гермиона Грейнджер оказалась гораздо способнее, чем он подозревал. Стоило ему посмотреть на нее, как та раскрывала все больше своих секретов. Либо у нее сверхъестественная способность ориентироваться на местности, либо она уже бывала в Хогвартсе. К тому же, она знала о Парселтанге и Салазаре Слизерине. Это было странно. Том Риддл схватил свою сумку и ушел на следующий урок. Профессор Древних рун была главой Когтеврана и не питала особой любви к нему. На самом деле, она не испытывала теплых чувств ни к кому, кроме старосты своего факультета. Казалось, что она просто терпела всех других учеников. — Добро пожаловать в Древние руны. Это продвинутый класс, так что будьте готовы работать намного усерднее и больше, чем на других занятиях в Хогвартсе. И чтобы убедиться, что вы подходите в мой класс, начнем с короткого теста из пятидесяти рун, которые надо перевести. У вас 45 минут, и они начались прямо сейчас, — сказала строго профессор. Все, кроме Гермионы и Тома, принялись доставать свои перья. Они же сидели в первом ряду и уже подготовили все принадлежности, когда тесты медленно опускались на столы. «Это будет легко», — родилась в их головах одинаковая мысль, прежде чем они подняли друг на друга глаза и выразили презрение. Гермиона пожала плечами и приступила к работе. Том закончил первым за 17 минут и 25 секунд. Гермиона шла сразу за ним, сложив свой лист ответов на стол профессора через 8 секунд после него. Конечно, ее почерк выглядел намного аккуратнее, так что она предположила, что это стоило потраченного времени. — А ты быстро, грязнокровка, — прошептал Том. — Решила просто сдаться? — Нет, я закончила тест. И честно говоря, все было довольно просто, — тихо призналась Гермиона. — Это впечатляющий результат, особенно для таких, как ты. — Сомневаюсь, что тебе стоит так гордиться своим происхождением, — Гермиона пришла в ярость и изо всех сил старалась говорить потише. — Мистер Риддл и мисс Грейнджер, пожалуйста, подойдите, — сказал профессор. — Всё из-за тебя, — сердито прошептала Гермиона. Том лишь ухмыльнулся. — Рада сообщить, что вы первые студенты за мою карьеру, кто прошел тест на отлично, — сказала она. — Оу, — сказала Гермиона с явным облегчением в голосе, — я думала, что вы услышали, как он… — и резко остановилась после того, как Том пнул ее. — Что вы думали, мисс Грейнджер? — спросил профессор. — Мне есть из-за чего беспокоиться? – Нет, ничего такого, профессор, — заикаясь, ответила Гермиона. — Что ж, вернемся к тому, зачем я вас позвала. Поскольку вы оба уже знаете большую часть материала, который мы будем изучать в этом семестре, я решила, что вы займетесь исследовательским проектом. Его вы и представите в конце семестра вместо привычного экзамена. — Что? — воскликнули они в унисон. — Проект. А что здесь непонятного? Ваши сильные стороны будут дополнять друг друга. Судя по вашему переводу, Том, вы чрезвычайно искусны в рунах проклятий, а Гермиона сильнее в рунах защиты и прорицания. Если бы я была на вашем месте, то уже планировала детали будущего проекта. Я даю вам полную свободу действий и освобождаю от одного урока в неделю. Не разочаруйте меня. А теперь садитесь и не отвлекайте других студентов, — закончила она. — Руны прорицания? — пробормотала удивленно Гермиона. — Полная чушь. Том рядом с ней уже строил свои планы. У него будет больше времени наедине с ней, чтобы порыться в мыслях и воспоминаниях. Так он еще быстрее узнает то, что она скрывает. Оставшийся день прошел без происшествий. На ужине было довольно спокойно: студенты были слишком заняты сравнением своих расписаний и занятий, чтобы беспокоиться о чем-то еще. Гермиона, Минерва и Луиза вернулись в гриффиндорскую гостиную. — Хэй, Гермиона! Слышала, что Слизнорт пригласил тебя на легендарную вечеринку, — начала разговор Луиза. Гермиона отвлеклась от прожигания взглядом камина. — Да, он позвал меня сегодня утром после занятий. Но не уверена, что пойду. — Почему это? Это отличный способ познакомиться со студентами из других факультетов. Я точно пойду. — Что насчет тебя, Минерва? — Меня ни разу не приглашали, — ответила она. — Слизнорт не любит меня еще со второго курса. Да и я не возражаю. Терпеть не могу студентов, которые приходят к нему на вечер, и особенно его самого. — Ну, тогда нам лучше начать подготовку. Да, Гермиона? Хочешь, я помогу тебе с прической? Это не займет много времени, — предложила Луиза. — Почему бы и нет, — сдалась Гермиона. — В любом случае, сегодня у меня нет домашки. Следующий час прошел под чарами, волшебным лаком для волос и громким смехом. Но все было не так уже плохо, как ожидала Гермиона. У нее особо не было близких друзей, кроме Гарри и Рона. И она приятно провела время. — Вот и все. Готово. Что собираешься надеть? — спросила Луиза. — Не знаю, а насколько все официально? — нервно спросила Гермиона. – Ну, это первый званый вечер в году, так что думаю, что он довольно торжественный. В прошлом году все были в парадных мантиях, хотя и не в таких бальных нарядах, как на Рождество, — ответила ей Луиза. — У меня ничего нет, кроме формы, — сказала Гермиона, открывая чемодан. — Я не могла взять с собой много вещей. — Ну, у нас почти одинаковый размер, — подхватила Луиза, — и, между нами говоря, мы с Минни можем преобразить любой наряд под то, что ты захочешь. Она подошла к кучке мантий и нарядов на кровати, выбрав сразу несколько. Выбору Луизы Гермиона совсем не доверяла. Она бы ни за что в жизни такое не надела. Оно выглядело слишком женственно — длинное атласное платье в пол, без бретелек и с блестящей прозрачной мантией, которая надевалась поверх. — Не уверена, что оно мне понравится, Луиза, Кажется… — Ерунда, ты будешь прекрасна. Просто надень его. Минерва, можешь наколдовать туфли в тон этому платью? — Конечно, Луиза, — сдалась Минерва со страдальческим вздохом. — Какие именно туфли ты хочешь? Луиза быстро раздавала указания Минерве, пока Гермиона влезала в новое платье. Вскоре и новая пара туфель уже была перед ней. — Могу я хотя бы изменить цвет? — взмолилась Гермиона. Розовый ей нравился, но не в таком количестве. — Хорошо, только не забудь потом все вернуть, как было, — согласилась Луиза. Гермиона на мгновение сосредоточилась. Атлас и органза теперь стали алыми, пронизанными золотым оттенком. — Так намного лучше. — Шпильки? Я ни за что не смогу в них ходить! — сказала Гермиона, широко раскрыв глаза. — Просто надень, я наложила на них чары, чтобы ты не упала, если только не будешь настолько неуклюжей, как ловец Пуффендуя, — приказала Минерва, сменив цвет туфель под платье Гермионы. — Осталось поправить твою прическу, и можем идти. Джейсон зайдет за мной пораньше, чтобы мы успели захватить мороженое со стола, — сообщила Луиза. Она практически выскочила из комнаты в гостиную. — Ладно, мне тоже лучше уже спускаться. Не хочу, чтобы мой эскорт ушел без меня, — сказала Гермиона с недовольным лицом. — И кто тебя сопровождает? — спросила Минерва. — Угадай. — Судя по твоему кислому выражению лица, я бы сказал, что Слизнорт решил свести тебя со своим лучшим учеником, Томом Риддлом. — И как ты узнала? — нахмурилась Гермиона. — Ох, ну Гермиона, он же такой красивый, умный и загадочный, — насмешливо пропела Минерва. — Не начинай! В четверть восьмого в дверь гостиной постучали. Гермиона шагнула в отверстие портрета. Они долго просто смотрели друг на друга. «Для змееныша он выглядит вполне прилично», — подумала Гермиона. «По крайней мере, мне не будет стыдно, что меня увидят с ней», — подумал Том, а его вежливая улыбка была высечена будто из камня. Том предложил ей руку, и они молча пошли по коридорам. Вечеринка проходила в элегантно обустроенной комнате в крыле преподавателей. Сверкала люстра, а закуски выглядели просто божественно. Том быстро отпустил ее руку, как только они вошли, и присел в темном углу, хотя его глаза не отрывались от фигуры Гермионы еще долго. В ту же минуту, как она вошла, Гермиону окружили сразу несколько парней в комнате — около семи или восьми, оставив своих дам завистливо наблюдать. Она не привыкла к такому вниманию, ведь всегда была известна как книжный червь, а не как кто-то, кого можно пригласить на танец. Слизнорт явно был в восторге от состава своего Клуба и держал все под контролем. Примерно через пять минут профессор появился в зале. — Добро пожаловать на первое собрание Клуба в новом учебном году, — весело объявил он. — К нам присоединилось сразу несколько новых учеников. Если вы не возражаете, то приглашаю вас сюда, чтобы представиться. Не забудьте назвать свой год и факультет. И потом мы продолжим вечеринку. Четверо студентов представились перед Гермионой. Это было двое слизеринцев, девушка из Когтеврана и Джейсон. Гермиона была последней. — Гермиона Грейнджер, семикурсница из Гриффиндора, — заявила она с вежливой улыбкой на лице, несмотря на взгляды от всех девушек из зала. — Теперь, когда все познакомились, давайте слушать прекрасную музыку, — крикнул Слизнорт, махнув палочкой в сторону черного рояля в углу, который тут же заиграл вальс. — Мисс Грейнджер, дорогая, не могли бы вы подойти. Я хотел бы познакомить вас с несколькими учениками моего небольшого клуба, — позвал ее профессор. Гермиона подошла к месту, где присел Слизнорт, который выглядел чрезвычайно довольным собой. — Это Алус Малфой, один из наследников знаменитого рода Малфоев, несомненно, когда-нибудь станет проницательным бизнесменом, — сказал он, указывая на высокого слизеринца с длинными светлыми волосами. «Он так похож на Драко. Если буду называть его Малфоем, то даже не отличу», — подумала она. — Очень приятно познакомиться с тобой, Гермиона, — мягко произнес Алус, склонившись над ее рукой. Его искренность была в контрасте со странным изгибом губ, когда тот выпрямился. — Этот молодой человек — Фрэнсис Эйвери, — продолжил Слизнорт, указывая на довольно худощавого юношу, — и вы уже знакомы с Томом Риддлом, возможно, лучшим учеником за всю мою карьеру, хотя, смею надеяться, что вы дадите ему попотеть, — закончил он, подмигнув. — Это в моих планах, сэр, — сказала Гермиона, впервые за вечер искренне улыбнувшись. — Слышал, Том? Мисс Грейнджер только что бросила тебе вызов, — прокричал профессор. Том вышел из-за угла. Сейчас он казался совершенно другим человеком. Очаровательно улыбнувшись, он ответил: — Хорошо, что я джентльмен, не так ли? — О, наконец-то, Том обратил внимание на одну из самых прекрасных юных леди в Хогвартсе, — прокомментировал Слизнорт с громким смехом. — Вальс от нашего старосты и новой ученицы! Пианино тут же сменило мелодию, начав с начала. — Давай же, повеселись немного, Том. Только посмотри на пары, которые образовались в этой комнате. У нас есть большой потенциал, чтобы прекратить ссоры между факультетами и не мешать хорошему времяпрепровождению. Том протянул руку. Гермиона неохотно вложила в его ладонь свою, а улыбки стали еще более натянутыми. Они начали танец. Том был довольно хорош. «Хотя, наверное, этого следовало ожидать», — подумала она. Том Марволо Риддл ни за что не позволил бы кому-либо превзойти его в чем-то. — Ну вот, танцевать со мной не так уж и плохо, как ты думала, не так ли? — спросил Том с улыбкой. — Признаюсь, что удивлена. Я боялась, что твой танец окажется таким же плохим, как и твои социальные навыки. Хотя ты достаточно хорош в этом, но я все же предпочла бы компанию Акромантула в Запретном лесу, — дерзко возразила она, грациозно кружась под его рукой. — Откуда ты знаешь об Акромантуле? — тут же спросил он. Том уже понял, что скрывать свой напор не имеет смысла, когда имеешь дело с Гермионой Грейнджер. — Кажется, я где-то читала, что один студент в шутку выпустил его в лес, — с надеждой, что он поверит, ответила Гермиона. — Ммм, — произнес он, заглядывая ей в глаза. «Опять хочет использовать легилименцию», — подумала Гермиона, отводя свой взгляд и размышляя о пользе крови дракона. Том, действительно, попробовал использовать Легилименцию, чтобы проверить лжет ли она. Но даже если бы он на мгновение пробился сквозь ее щит, то не смог бы услышать ничего, кроме «двенадцати видов применения крови дракона», которые она снова и снова повторяла в голове. Он оставил ее посреди танцпола, не сказав ни слова под конец танца. Но Гермона не оставалась одна еще до конца вечера. Когда вечеринка подошла к концу, Том решил еще раз пригласить ее. Возможно, танец с ним испортит ее впечатление об этом дне. Когда он подошел, остальные студенты сразу расступились в поисках пары. — Не хотели бы вы еще раз потанцевать со мной, мисс Грейнджер, — вежливо обратился он. Не видя другого выхода, Гермиона поморщилась и кивнула. Несколько минут они танцевали в тишине. — Где ты училась до перевода сюда? — с любопытством спросил Том. Ему было действительно интересно, почему она была настолько продвинутой в зельях и рунах. Гермиона быстро продумывала ответ. — Я занималась на дому. У меня был прекрасный учитель, который помогал мне во всем. Родители не хотели, чтобы я была где-то далеко от них во время войны. — Не думаю, что вам стоило беспокоиться о Гриндевальде, — сказал Том. — Мы беспокоились о Гитлере и «Блице», — ответила Гермиона, вспоминая уроки истории о бомбардировках в Британии. — Но почему твои родители не отправили тебя в Хогвартс? Здесь было бы гораздо безопаснее, — продолжал рассуждать Том. — Я не хотела уезжать и убедила их остаться в Лондоне, — ответила она. — Тогда почему ты сейчас здесь, и поступила в Хогвартс на седьмой год? — не заканчивал свой допрос Том. — Мои родители погибли, — ровным голосом произнесла Гермиона, — мне больше некуда было идти. Том удивился, судя по ее внешнему виду в их первую встречу и такой сдержанности, он должен был догадаться, что с ней случилось нечто подобное. — Как я рад, что вы прекрасно поладили, — прервал их Слизнорт, появившись рядом. — Уже поздно. Всем пора отправляться по своим комнатам, — объявил он студентам. — Уверен, что у вас уже есть планы на выходные. Увидимся на зельях на следующей неделе, — махнул он рукой и все студенты стали расходиться. — Хочешь, провожу тебя в гостиную? — спросил Том, заметив странный взгляд Слизнорта. — Все в порядке, я сама, — ответила Гермиона, желая побыстрее уйти и забыть об этом разговоре. — Какой вздор! — перебил его профессор. — Что же вы за джентльмен, если не проводите даму до комнаты? — Хорошо, — неохотно согласилась Гермиона. Уже у портрета факультета Том наклонился и поцеловал ее руку. — Спасибо за приятный вечер, — сказал Том. Гермиона с подозрением взглянула на него. — Ты же в курсе, что Слизнорт не следит за нами, так что прекрати так себя вести, — в приказном тоне ответила Гермиона, демонстративно вытирая руку о мантию. — Может быть, тебе пора прекратить указывать мне, что делать, а что нет, — угрожающе сказал Том. — И ты поймешь, что есть кто-то, кто тебя превосходит. Перед сном Гермиона еще долго думала о прошедшем вечере: «Не могу поверить, что я танцевала с лордом Волдемортом. Он убийца, и, скорее всего уже имеет один крестраж. И нет ни одного способа это изменить. Но я должна что-то с этим сделать». Том тоже размышлял в свой комнате: «Я больше не могу использовать на ней Легилименцию. Это может стать проблемой. Но надо что-то с этим делать». Гермиона оставалась для него загадкой, и казалась палкой в колесе, которая с каждым вращением способна была разрушить все его планы. Если он позволит. А он не станет этого делать. Том погасил свет и лежа в темноте, кое-что понял. Было всего семь способов применения крови дракона.