8. Маскарад

Во вторник вся школа словно стояла на ушах. Студенты возбужденно перешептывались в каждом классе, планируя вечер, сравнивая костюмы, и, как правило, полностью игнорируя профессоров. Все. Кроме Гермионы. Она все еще пыталась свыкнуться с мыслью, что у Тома Риддла могут быть другие чувства, кроме снисходительности, холодного гнева и ярости. Чем больше она думала об этом, тем более вероятным это казалось. Ей даже было жаль, что Рон не мог так себя вести с ней. И такие мысли пролетали в ее голове. Сосредоточившись на занятии Слизнорта, Гермиона вернулась к чтению главы. Быстро перелистывая страницы, она посвятила остаток утра исключительно противоядиям. Вместе с Минервой они провели вторую половину дня за подготовкой. Подруга предложила ей воспользоваться ванной в ее башне, поэтому они взяли легкий ужин и договорились встретиться уже с костюмами. Когда Гермиона забирала свой наряд, в комнату вошла Луиза. — Готовишься к вечеринке? Я тоже, — быстро сказала Луиза. — Хочешь, чтобы я снова помогла тебе с прической и макияжем? — Я не против, — ответила Гермиона. — Мы с Минервой собираемся в ее комнате. Думаю, что там найдется место и для нас троих. — Дай мне захватить свое платье и набор косметики, и я сейчас поднимусь к вам, — оживленно сказала Луиза. Пятнадцать минут спустя три гриффиндорки устроились в спальне Минервы, а костюмы уже ждали своего часа. — Мне нужно помочь Минерве. Она не наденет доспехи после того, как сделает прическу, или просто не дотянется до своих волос. Сходишь в ванну следующей? Вспомнив, что Том тоже пользовался этой частью башни, Гермиона тщательно заперла обе двери, прежде чем раздеться и залезть в мраморную ванну. Добавив немного соли, она впервые за несколько дней полностью расслабилась. Но всего на несколько минут, ведь после она услышала приглушенный звук Алохаморы — кто-то пытался открыть ее дверь. И у него это получилось. Когда дверь приоткрылась, Гермиона увидела темную макушку и светлую кожу лица. — Выйди, — пронзительно крикнула она. — Разве ты не знаешь, что если дверь заперта, значит, внутри кто-то есть? Ухмыляясь со своей стороны двери, Том ответил. — О, извини, Гермиона, я просто подумал, что дверь будет открыта, ведь Минерва уже сидит в доспехах в гостиной. И как у него это получалось? Гермиона даже почувствовала себя глупой и немного виноватой. В конце концов, он был вежлив. — Я... — она замолчала. — Я выйду через несколько минут. Просто дождись, пока я сама открою дверь. — Без проблем, не хотел тебя торопить, — вежливо сказал Том, запирая перед ней дверь. «Странно, что он так хорошо ко мне относится. Мне казалось, что он меня ненавидит. Может быть, это Луиза попросила его не оскорблять меня», — рассуждала Гермиона. Она быстро закончила водные процедуры, надела свой халат и вошла в комнату Минервы. — Том, я вышла, — крикнула она через дверь. Обернувшись, Гермиона увидела Минерву. Она никогда не видела профессора с такой прической, макияжем и в театральном костюме. В сочетании с немного дикими кудрями, она была почти неузнаваема. Поверх платья в римском стиле на ней была облегающая рубашка, похожая на цепи. В руках она держала серебряное копье и щит с изображением гриффиндорского льва. По свирепому блеску ее глаз было легко узнать богиню войны. — Ох, как ты вовремя, — нарушила молчание Луиза. — Мы только что закончили, разве она не божественна? Луиза хотела уже открыть дверь в ванную, но та оказалась заперта. — Том, дорогой, не мог бы ты поторопиться? Нам, девочкам, нужно больше времени на подготовку, чем тебе, — хихикнула она. — Всего секунду, Луиза, — услышали они его ответ. — Ну, думаю, мне пора собираться, — сказала Гермиона, едва сдерживая смех при виде кислого выражения лица Минервы. — Не волнуйся, ты выглядишь великолепно, — успокоила Минерву Гермиона, взяв свой собственный костюм. Она надела платье, подол которого сразу же коснулся пола, создавая впечатление, что у него есть шлейф. Талию она обвязала золотым шнуром, наколдовала две золотые булавки, чтобы закрепить верхнюю часть ткани на плечах. И приступила к прическе. — Луиза, поможешь мне с этим? — разочарованно спросила Гермиона. — С удовольствием, только сначала дай мне одеться, — девушка вытащила из сумки струящееся изумрудное платье и быстро накинула его на себя. Затем она произнесла заклинание, чтобы придать своей бледной коже легкий зеленый оттенок. — Я сделаю себе прическу и макияж попозже, — сказала она. — В любом случае твой образ займет больше времени. С первой попытки блестящие волны выпрямились вниз по ее спине. — Поможешь вставить их в волосы? — Гермиона протянула ей цветы граната. — Минуту. А теперь закончим твой образ макияжем, — ответила Луиза. Гермиона уже нервничала из-за количества пудры, крема и другой косметики, которую наносили ей на лицо. Через несколько минут Луиза повернула ее к зеркалу. И она точно не ожидала такого эффекта. Девушка из отражения не была похожа на нее. Гермиона выглядела почти как богиня. Ее ресницы были невероятно длинными, веки блестели от позолота, а платье красиво обтягивало грудь и бедра. Просто, но со вкусом. Она вся блестела под лучами заходящего солнца. — Выглядишь великолепно, — взвизгнула Луиза. — И кто же ты? — О, вам придется угадывать. — Какая-то греческая богиня, верно? — спросила Луиза. Гермиона кивнула. — Персефона, — ответила она, не желая ждать, пока Луиза будет перечислять все божества, какие только сможет вспомнить. — А что за костюм у Тома? — с любопытством спросила Гермиона. — Я не скажу, — нараспев произнесла Луиза. Гриффиндорка начала вплетать в свои волосы цветы и дубовые листья. Они закончили в семь, всего за час до начала маскарада. Минерве и Гермионе пришлось спуститься вниз, чтобы помочь с музыкой, закусками и другими последними штрихами. Гермиона как раз заканчивала зашнуровывать свои золотые сандалии, когда Луиза окликнула ее. — Разве вам не нужны еще маски? — напомнила она. — О, мы совсем забыли, — сказала Минерва и быстро наколдовала железную маску, которая соответствовала ее кольчуге и закрывала верхнюю часть ее лица. Гермиона на мгновение задумалась, затем наколдовала простую золотую маску, которая закрывала все ее лицо, но соответствовала форме. Взглянув на свою палочку, она на мгновение сосредоточилась. В ее руке появился букет из зерен и гранатовых цветов. В таком виде ее точно никто не узнает. Да и Минерву тоже, ведь никто и не подумает, что девушка так серьезно отнеслась к своему костюму. Час до начала маскарада прошел как в тумане. Музыканты опаздывали, и один из них уже опьянел от огневиски. Кто-то заколдовал один из фонарей, чтобы тот летал за людьми с маниакальным смехом. Они едва заметили, как Зал начали заполнять студенты. В четверть девятого почти все с пятого курса и старше были на балу, младших учеников сегодня не впустили. Многих из студентов было легко узнать, ведь маски скрывали только область вокруг глаз. Но кто-то и постарался. Уже через несколько минут Минерву пригласил высокий парень из Когтеврана, Гермиона забыла его имя. Староста даже слегка удивилась, сопротивлялась, но парень схватил ее копье и щит, сложил на стол рядом с пуншем, прежде чем вытянуть ее на танцпол. Гермиона оглядела комнату. Она заметила Луизу, хихикающую с несколькими девочками из Пуффендуя. Большинство из них почти отказались от масок, чтобы не скрывать все усилия их макияжа. Том не смог ускользнуть от внимания Луизы, как только вошел в Зал. Он был одет в греческий костюм с золотой вышивкой в виде змей по краям, напоминало что-то вроде образа Аполлона в Дельфах. Он решил надеть полностью белую маску на лицо, чтобы Луиза еще легче приняла Джейсона за него. Аулус точно велел ему не приходить на вечер раньше, чем за несколько минут до осуществления плана. Так, чтобы никто не заметил двух Аполлонов на балу. Оглядев весь Зал, он заметил еще одну девушку в греческом костюме. Похоже, что это Деметра или Персефона. Том стал пробираться к ней через толпу студентов, все еще размышляя из какого она факультета. Но оказавшись ближе, он уловил слабый запах фрезии, тот же самый запах часами ранее, когда Гермиона вышла из ванной. «Что ж, — подумал Том, — я должен был догадаться. Стоя еще немного поодаль, он подождал несколько минут прежде чем подойти. Как раз в тот момент, когда Гермионе стало скучно смотреть, как танцуют другие, рядом с ней появился высокий греческий бог. — Потанцуете со мной? — раздался тихий голос из-под маски. «Почему бы и нет», — подумала Гермиона, вложив свою руку в его. — И кто же ты? — спросила она уже вслух. — Я Аполлон, моя госпожа, бог истины, пророчеств и исцеления, — ответил он, увлекая ее в танец. — Думал, что питон меня выдаст, — сказал он усмехнувшись. Смеясь над комментарием неизвестного танцора, Гермиона съязвила. — Простите, что не рассмотрела вас более детально, прежде чем согласиться на танец. — Зато я достаточно осмотрел вас, — парировал он, — и я не возражаю. С какой из богинь танцую я? — спросил он через мгновение. — Персефона, королева подземного мира, — ответила Гермиона. — Согласно греческому поэту Нонну, Аполлон ухаживал за Персефоной, но Деметра предала его, оставив Персефону на растерзание Аиду, — прошептал он ей на ухо. Музыка закончилась, и парень исчез в толпе, оставив Гермиону гадать, с кем она только что танцевала. Гермиона не видела его до тех пор, пока не заметила, что Луиза тоже с ним танцует. «Я должна была догадаться, что это Том Риддл», — подумала она. — Кто же еще мог упоминать греческого поэта?». После этого еще несколько других студентов пригласили ее в центр Зала. Она редко оставалась без партнера по танцу. Диппет объявил, что до полуночи осталось несколько минут, после чего все смогут снять маски. Тогда к ней подошел Том. — Ты не видела Луизу? — с тревогой в голосе спросил он. — Она хотела оставить для меня последний танец перед разоблачением. — Нет, Том, я вообще не видела ее с тех пор, как ты танцевал с ней, — небрежно дала ему понять, что знает, кто стоит перед ней. Его маска улыбнулась в ответ. — Может быть, она вышла на балкон. Здесь довольно жарковато, — предположила она. — Может проверим? — сказал он, уже крепко сжимая ее руку. Они подошли к балкону ровно в тот момент, когда часы пробили полночь. И оба застыли, увидев, как Луиза и Джейсон, слились в поцелуе. Совершенно без масок. — Что здесь происходит? — спросил Том пугающе холодным голосом. — Том, — закричала Луиза, — вас двое! — Я так не думаю. Человек, которого ты только что целовала, совершенно точно не Том. Это Джейсон, — продолжил Том, уже снимая свою маску. Гермиона молча последовала его примеру. — Так и думала, что это ты! — воскликнула Луиза. — Но он был так похож на тебя! — Как ты могла не узнать меня? Вы же сняли маски, ради Мерлина! — сказал Том с явной болью в голосе. — Я... я... поцеловала его, прежде чем хорошенько разглядела, — попыталась объясниться девушка. — Не могу поверить, что все это время верил тебе, — печально добавил Том. — Думаю, тебе лучше уйти. Я не хочу тебя сейчас видеть. Джейсон взял Луизу за руку и потащил обратно в бальный зал. Гермиона подошла к перилам балкона, успокаивающе положив руку Тому на плечо. — Уверена, что она не хотела этого, — утешила его Гермиона, искренне сочувствуя. Он повернулся к ней со злым и разочарованным взглядом. — Она могла бы и узнать меня. Как моя собственная девушка приняла другого за меня? — спросил он будто в пустоту. — Я не знаю, — ответила Гермиона, — но уверена, что вы сможете все уладить. Ей было больше нечего добавить, наверное, Гермионе следовало почаще слушать советы Джинни. — Нет, не уладим, — решительно заявил Том. — Она была первым человеком, кому я доверился, и предала меня всего через два месяца. Я ведь любил ее, Гермиона. И не думаю, что скоро снова испытаю подобное. Она бросила меня ради этого маглорожденного идиота, — злобно сказал он. Еще несколько мгновений они стояли молча. Диппет объявил заключительный танец вечера. — Пойдем внутрь, здесь становится прохладно, — сказала девушка, уже заледенев от ветра. — Потанцуй со мной, — услышала она тихий будто безнадежный голос Тома. Решив, что сейчас она не может больше ничего сделать, Гермиона вложила свою руку в его во второй и последний раз за сегодня. Их танец прошел в тишине. После завершения вечера Том проводил ее до гриффиндорской башни. — Спасибо, — снова шепотом сказал он, сжимая ее ладонь, прежде чем повернуться и исчезнуть в темноте. Комната встретила ее громким воплем Луизы. — Не могу поверить, что поцеловала Джейсона! Я видела его лицо, но все равно поцеловала! Том никогда меня не простит. Он не потерпит ложь. Он подумает, что я специально поцеловала Джейсона. А ведь он говорил мне недавно, что я единственная девушка, о ком он заботился за всю свою жизнь, — продолжала реветь она. — Уверена, что все будет в порядке, — подбодрила ее Гермиона. На самом деле ей просто хотелось лечь спать. Утешить одного убитого горем ей было уже достаточно. Она умылась и натянула пижаму. Пролежав в постели полчаса и слушая, как Луиза фыркает, всхлипывает и стонет, она наложила на занавески заглушающее заклинание и тут же уснула. Проводив Гермиону до общежития, Том зашел в ближайшую ванную и смыл с глаз зелье, вызывающее слезы. Фирменная ухмылка вернулась на свое место, и он легким шагом вернулся в комнату. Ночь не могла стать еще лучше. Добравшись до двери, он на всякий случай заглянул в гостиную, чтобы не отвлекать Минерву. Том видел, как она выходила из Большого зала под руку с кем-то из Когтеврана. Парень даже пытался поцеловать ее по время танца, а она чуть не проткнула того копьем, вспомнил Том с усмешкой. Удача была на его стороне, будто перед началом вечера он глотнул немного Феликс Фелициса, хотя никогда в жизни в нем не нуждался. Минерва сидела в пижаме и читала книгу о драконах. Она подняла глаза, когда Том вошел. Увидев выражение его лица, она недолго молчала, а затем нерешительно спросила. — Что-то случилось на балу? — О, я искал Луизу, а нашел ее на балконе, целующейся с Джейсоном. Минерва явно не ожидала услышать такой ответ, а Том воспользовался моментом, чтобы быстро скрыться в комнате. Он наложил заклинание, и впервые за этот вечер наконец-то смог по-настоящему громко рассмеяться.