2. Вишневая гитара

Сначала был только шум. Белый шум. Какофония звуков, накладывающихся друг на друга, словно оркестр, играющий в хаосе. Затем этот шум начал оформляться в нечто более структурированное – яркая, пульсирующая мелодия, полная жизни и энергии. Именно она вырвала Вун из плена сна. Девушка открыла глаза и увидела высокий, серый потолок, который нависал над помещением, словно тяжелая свинцовая плита. Каждая металлическая деталь казалась холодной и отстраненной, добавляя в атмосферу комнаты ощущение неуютности и технической бездушности. Стена, словно разрезанная пополам, представляла собой диковинное зрелище. С одной стороны ее выстилала бирюзовая плитка, гладкая и блестящая. Она казалась холодной на ощупь. С другой стороны — белая плитка, покрытая странными, почти детскими рисунками. Словно кто-то создал их, находясь в лихорадочном бреду. Многоярусные кровати, высокие, словно клетки в зоопарке, громоздились в по всей комнате. Они были грубыми и неудобными на вид, словно созданы не для сна, а для заточения. Казалось, что они тянутся до самого потолка, создавая впечатление бесконечного лабиринта, где каждый этаж – это отдельная судьба, отдельная история. Комната вызывала странное чувство — смесь угнетения и тревожного любопытства. Люди вокруг были самых разных возрастов. Некоторые, как и Вун, были растеряны и озирались по сторонам, другие уже начали разговаривать друг с другом. Её кто-то переодел. Липкое чувство стало беспокоить девушку. Одежда была спортивной, удобной, но комфорта от неё не исходило. Она обратила внимание на левую сторону зипки, на ней красовалось число 122. Что бы это могло значить? Волнение окутало её с ног до головы. Мысли лихорадочно бегали по сознанию. Вун стала слезать с кровати, чтобы лучше осмотреть место, в котором она очутилась. Её внимание привлёк телевизор, на котором было написано число 456. У них, что фетиш на числа, мысль неожиданно пришла к ней в голову и улучшила атмосферу вокруг. После шутки, которую она никому не собиралась рассказывать, стало полегче что ли. Она, как и многие другие уже собрались в центре. Вун всё время оглядывалась, думая, к кому бы подойти и завести диалог. Неожиданно громкий звук забрал на себя всё внимание: в помещение вошли восемь людей с масками, на которых был нарисован кружок и один человек с квадратом. Всё они были одеты в костюмы с цветом розовой фуксии. Они внушали страх и ужас. Вун почувствовала исходящую опасностью от этих людей, в милых костюмчиках, поэтому развернулась и быстро отошла ближе к кроватям. Они начали с приветствия, с холодного приветствия. Вун показалось, что она где-то слышала уже эти слова. Да и место кажется смутно знакомым. Очнулась из своих мыслей девушка уже тогда, когда люди начали задавать вполне логичные вопросы, на которые получали совершенно неоднозначные ответы. Её привлекли вопросы девушки, что просила дать ей розовый костюм и парня, с фиолетовыми волосами. Ли Вун могла поклясться, что уже видела их, и слышала именно эти вопросы. Стало ещё страшнее. Вопросов появилось намного больше, но к сожалению не к ситуации, а к памяти. Это место напоминало сон, который внезапно вернулся из глубины памяти, но не как четкое воспоминание, а как размытая картина, полная эмоций и недосказанности. Она знала, что этот момент уже был, но не могла вспомнить, когда и где. Она чувствовала странное единство с настоящим, и прошлая реальность казалась такой же близкой, как и текущий момент. Вун напрягла память, пытаясь ухватиться за этот ускользающий образ, но воспоминание ускользало, оставляя лишь странное ощущение того, что это уже было. Мужчина неожиданно крикнул, начав оправдывать свой долг. Я не смогла разглядеть его номер, да и если честно не особо старалась. Я приняла решение о том, что нужно осмотреть помещение. Первое правило при похищение: запоминай детали. По спине пронеслись мурашки, откуда я знаю этот факт?! Нет, может это и логично, но я же должна его откуда-то знать. Я отложила эту мысль, так как сейчас думать об это бессмысленно. Посмотрев назад, я обнаружила ещё одну очень интересную деталь - камеры. Они здесь повсюду, по всей видимости в комнате нет слепой зоны. Учту. Я перевела взгляд на людей в масках. На них нужно сделать опору, думаю, что само помещение я рассмотреть ещё успею (если судить по тому, что тут расположены кровати). – Все Вы, в этом зале, находитесь в отчаянном положении, и не можете выплатить свои долги, – безэмоционально продолжил говорить человек с маской квадрата, должно быть он главный, – Когда мы встретились впервые, никто из Вас нам не верил. Но, как вы помните, мы сыграли в игру, и Вы получали обещанные деньги. После этого Вы поверили нам и согласились участвовать в играх добровольно, без принуждения, – как бы поясняя произнес всё тот же человек. Меня смутило лишь одно, игра, какая ещё, чёрт возьми, игра. Неужели перед тем как потерять память, я настолько нуждалась в деньгах, что согласилась на эту авантюру. Вот чёрт. Как плохо, что меня не показали по телевизору. Так, я хоть какое-нибудь представление имела бы, но остается только строить догадки. Потом эти, в костюмах, начались жалкие манипуляции, текст был заученный, желания играть дальше не было совершенно, но всегда есть одно "но", только в этом месте, спустя долгие две с половиной недели, я почувствовала дежавю, а это значит, что память начала возвращаться. Мне до боли хотелось узнать кто я. Поэтому я решила, что подпишу согласие на участия в неизвестных и непредсказуемых играх. Огромная свинья-копилка возвышалась над потолками (а я гадала для чего такие высокие). Чёрт, а у них есть чувство юмора, а также навыки манипулирования людьми. Выглядит поистине невероятно, любой поведется и останется. Я поставила свою подпись. Или не свою, я уже ни в чём не уверена. Ссора сына и его матери отдалась тупой, но слабой болью в голове. Я знала, знала, что так будет. Вздохнув, села на свою кровать, руки зарылись в каштановые волосы и слегка оттянули их. Несильная, приятная боль привела меня в чувства. Сколько я сегодня уходила в себя, сколько ещё буду такой рассеянной. Нас завели в безумно странное помещение. Всё это напоминало дурацкий сон. Розовые, желтые и реже синие стены хоть и выглядишь безобидно, таковыми точно не являлись. Не знаю как другие, а я себя чувствовала просто отвратительно. Меня пугал каждый миллиметр в этом проклятом месте. Внимание! Первая игра скоро начнётся! Знакомо. Знакомо. Знакомо. Внезапно, без всякой причины, меня опять накрыло это странное чувство. Вроде бы всё было новым, но какая-то часть сознания настойчиво утверждала, что это уже происходило. Это было не простое узнавание, а что-то большее. Улыбнитесь. Вспышка. Резкая боль пронзила голову, словно удар молнии, ослепив и оглушив одновременно. Виски пульсировали, а лоб покрылся холодным потом. В глазах потемнело, и появилось ощущение, что сейчас вывернет наизнанку. В голову словно вонзили раскаленный гвоздь. Боль была настолько резкой и острой, что казалось, она проходит сквозь кость, достигая самого мозга. Она отнимала силы и не позволяла дышать, сковывая всё тело. Она парализовала мысли и не давала сосредоточиться на чём-либо. Всё вокруг стало тусклым, потеряло смысл, и осталась только эта дикая, неумолимая боль. Писк в ушах не давал сосредоточится. Внутри словно прорвало плотину. Сначала – ошеломляющий удар, сбивший с ног, а потом – бурный поток эмоций, захлестнувший с головой. Сердце бешено колотилось, дыхание сбивалось, а по щекам текли слезы. Я вспомнила. Это было похоже на пробуждение от долгого, мучительного сна. Каждое воспоминание, прорвавшееся сквозь пелену забвения, отзывалось теплом в груди, но страха было больше. Я попала в сериал «Игра в кальмара». В этом месте нельзя ошибаться. В этом мире я могу умереть слишком быстро. Опять.

***

Это было место, пропитанное ожиданием беды. Стены, словно губка, впитали в себя страх и безнадежность. Так, Вики, прошу успокойся. Мысли лихорадочно приходили и уходили. Казалось, что мозг сейчас взорвется. Как будто тысячи мелких искр вспыхивали и гасли, не оставляя после себя ни ясности, ни покоя. Словно в голове развернулась битва, где слова, образы и обрывки фраз метались в хаосе, не находя своего места. Голова гудела, виски пульсировали, а все тело наливалось тяжестью от этого бессильного напряжения. Я ещё раз оглянула помещение, будто ища подтверждение тому, что это сон. Я так на это надеялась. Но я столкнулась с реальностью, которая таила в себе невообразимую ранее для меня опасность. Теперь моя жизнь действительно в моих руках, и я даже не знаю справлюсь ли. Всё точь-в-точь как в сериале. Это пугает. Слишком сильно пугает. Господи, что же мне делать. Вот вот начнется игра, да, на мой взгляд она самая несложная, но и она может убить меня. На размышления нет времени, подумаю об этом после. Я резко осознала плюсы всей ситуации: теперь я не Виктория, я Ли Вун. Мне был дан второй шанс и я его ни за что его не упущу. А ведь и правда, я имею в распоряжении то, что не в силах отнять никто (теперь уж точно) – информацию. Знание сюжета может спасти меня … и других. Да! Я не упущу возможность помочь. Я изменю ход событий. В этот момент началась первая, но не менее важная игра. Пути назад нет. Я очень сильно рискую, но кто не рискует, тот не пьёт шампанское! Не знаю каким образом и для чего я была отправлена в этот мир, но я буду делать тоже, что я дела в своём – слушать свои желания и мысли. Я подбежала к прекрасной девушке под номером 196. Да, милая, ты будешь первая, кого я спасу. Я легко обогнула Таноса и закинула руку ей на плечо. Всё, пути назад нет. – Привет! Я Вун. На тебе сидела пчела, я её смахнула, прошу не двигайся. И не отвечай, – торопливо добавила я, заметив краем глаза, что она собиралась что-то сказать. Тише едешь дальше будешь. За эти несколько мгновений я успела взять 196 за руку, пробежать с ней пару метров и кинуть Таносу, чтобы тот шёл за нами. Я видимо очень обаятельная, ведь никто из них даже возмущаться не стал. Честно, я впечатлена. Тем временем главный герой сериала продолжал кричать людям, чтобы те не смели шевелиться. Тише едешь дальше будешь. Осталось две минуты до финиша. До момента, когда мы все окажемся в безопасности. Я смотрю на линию. Можно ли назвать эту полосу линией жизни? Я считаю, что символично. Выстрел. Оглушительный, неистовый и грубый, сбивающий мысли, дыхание, сердцебиение, жизнь. Воздух, казалось, сгустился, стал тяжелым и вибрирующим, каждая молекула которого была наполнена звуком. Эхо, словно раненая птица, металось от стены к стене, теряя силу лишь спустя несколько бесконечно долгих секунд. Я почувствовала как девушка и Танос с разных сторон сжали мне руки. Я тоже невольно сжала их. Мне стало легче. Без поддержки я уверена, что дернулась бы, не успев осознать всей ситуации. Конечно, мысленно я готовилась в этому. Всех ведь спасти невозможно. Звук выстрела не просто прозвучал, он разорвал тишину на куски, словно грубое лезвие. Резко паника прокатилась по всему помещению. Стены, казалось, сдвинулись, а пол ушёл из-под ног. Огонь прекратился вновь, как только все замерли. Но звук словно висел в воздухе, наполняя его невидимым, но ощутимым давлением. После наступила странная тишина, еще более звенящая, чем до этого. Вся комната, казалось, застыла в ожидании, оглушённая и перепуганная внезапными взрывами. Полагаю, что началась давка. Выстрелы продолжились ещё какое-то время. В ушах стоял звон, словно осколки разбитого стекла, и это ощущение заглушало все остальные звуки. Теперь тянул нашу небольшую команду не я, а на моё огромное удивление, Танос. Мы были ближе всех к финишу. Я на секунду обернулась назад, зря. Картина, что предстала перед глазами была не просто ужасна, это смесь всех негативных эмоций. Такого я не чувствовала никогда. На глазах появилась пелена, затмевая возможность не только хорошо видеть, но и думать. Мы вновь замерли. Теперь меня начало трясти. Страх начал сковывать тело и откровенно скажу, если бы не номер 230, шевельнутся я не смогла бы. Я слишком переоценила себя. Хотя, я не могу винить в этом себя. Училась я не на врача или другого специалиста, который мог присутствовать в морге, трупы не видела, смерть не была частью моей жизни. Я просто испугалась. Это нормально. До конца первой игры осталось 35 секунд. Один миг. Мы за той чертой. Она разделяет жизнь на до и после, похлеще всех психологов. Дыхание тяжелое у всех нас. Никто не отпустил мою руку. Мне легче с ними. Намного легче. Вот уже подбегают другие игроки. Нас много. Больше чем в сериале. На миг эта мысль принесла мне огромное удовольствие, пока я не уловила тот самый момент из сериала, когда Сон Ки Хун и Чо Хён Джу спасли игрока, чья судьба была уже решена. Но меня смутило не это. Я увидела его, парня под номером 125, это Пак Мин Су, меня охватил ледяной ужас, ему не хватает буквально нескольких мгновений, чтобы перебежать и остаться в живых, зато хватает мне, чтобы потянуть его за руку роняя на песок, наверное царапая кожу, но оставляя в живых. Первая игра подошла к концу.