Глава 16. Непростые будни человека и дракона.

Позднее утро, плавно перетекающее в обед, радовало своей погодой. Лучезарное, теплое и свежее. Солнце пробивалось сквозь листву высоченных деревьев и падало на песочного цвета драконницу, свернувшуюся в уютный клубок. Рядом же уже во всю ошивались неугомонные духи леса. И судя по их количеству, сбежались они посмотреть на «диво-дивное» как раз со всего необъятного леса. Признаться… они очень сильно боялись это существо. Такие ящеры обычно несли лишь разрушение, боль и смерть. Тот же Ночной Ужас был прямым доказательством этого. Рюн же лишь скептично посматривала на более старших духов, что не были в восторге от такого соседства. То бишь от пусть накормленного и спрятанного от людей, но не знающего, как управляться с большей частью своих способностей, опасного и не предсказуемого дракона. Кто бы их мог осудить? Но и сами же человеки в понимании духов были чуть лучше драконов. А эта мирно сопящая и вовсе ядреная смесь в одном «флаконе»… Но вот «белой мыши» надоело это представление. Так что она смело и, не обращая внимания на шепотки и кучи взглядов, подошла к морде крылатой рептилии. – Астрид… Реакции никакой. Лишь глазные яблоки под толстыми веками чутка дрогнули. – Просыпайся, соня. – Встав ей на нос начала нежно уговаривать ее Рюн, на что веки все же дрогнули, но тут же упали назад. – Пора встава-а-ать! Просыпайся красотка! Ну, все! Подьем! И только когда терпение духа кончилось, Астрид все же уже более осмысленно открыла глаза. С перепугу дернув мордой и издав тихий вскрик, она сбросила «грызуна» с носа под веселый смех остальных духов. – Эй! Я вообще-то старалась нормально разбудить тебя! А вы чего гогочите? – Нелепо растянувшаяся на траве после падения, Рюн взъерошенным злобным комком вскочила на лапки грозно принялась потрясать миниатюрными кулачками в сторону собратьев. – Меня можно было и не будить. Я мешаю что ли? – Раздраженно заметила Астрид, укладывая голову на крыло. Сон от такого пробуждения как рукой сняло, но делать хоть что-то уж совсем не хотелось. Еще и эти… она кожей чуяла, как на нее взирают десятки пар глаз. Это раздражало и нервировало. Чувствовать себя неведомой зверушкой для собравшейся публики было отвратительно. Наверное, если бы не это превращение в гигантскую огнедышащую ящерицу, то встреча с лесным духом и уж тем более духами для Астрид вполне могла закончиться плохо, ибо ее психика вместе со здравомыслием не вывезли бы подобного. А так… стало на одну странность в этой круговерти безумия больше. Хофферсон не особо в эту всю приблуду верила, но… ее глаза, ныне драконьи, обмануть никак не могли. Так что приходилось принимать все это за истину и стараться не пугаться, не удивляться и не шугаться многочисленных обитателей леса. Леса, который она всю жизнь видела рядом с родной деревней и даже не подозревала, что тут живут такие диковинные чудища. В прочем и дальше бы не знала, живя в счастливом неведение. – Вообще мы, таким как вы, не очень рады тут. Ну, ты это заметила. Особенно в последнее время развелось в нашем лесу всякого. Но для тебя решили сделать исключение раз ты все же из человечего рода. Но до тех пор, пока ты чего плохого не выкинешь. – Угрожающе-предупреждающе изрекла Рюн, ожидая полного понимания ситуации со стороны собеседника. Но никак язвительное: – Неделю терпели, а теперь правила решили установить? – Ты никуда не уходила и мы за тобой следили. Ты вообще-то человек в шкуре дракона. Мало ли какая дурость тебе в голову придет. «То есть это не моя паранойя говорила мне, что за мной следят?!» Тут же мелькнуло в мыслях, а с языка сорвалось злобное: – Постоянно мне напоминать об этом не нужно. Но Рюн видно совсем не беспокоилась за свою безопасность, ибо проигнорировала грозный рык и оскаленную пасть, продолжая безмятежно болтать. – Драконы сами по себе в основном дурные. То подожгут что-то веселье ради в лесу, а мы туши. Или вовсе под чистую выжгут. То охоту устроят наперегонки и в итоге стада животных передавят. А вообще… Астрид этой ночью пришлось не легко. Куча потрясений вкупе с терзающим не по-детски голодом и разболевшейся от всего этого безобразия головой делали ее лишь просто большой ящеркой едва двигающейся по лесу. Потому, когда представилась возможность, она ела, как не в себя, стараясь заглушить это отвратное состояние и заполнить бездонную яму, образовавшуюся на месте желудка. Даже не запомнила, как с полным брюхом уснула. И уж не такого пробуждения ожидала… И точно не думала что утро встретит ее не прекращающейся трескотней! Которая успела за несколько минут вывести из себя. Астрид ненавидела, когда ей приседали на уши и горланили без устали и перебоев о всякой ерунде. Всегда подобное решалось грозным взглядом или же прямым ударом локтя под ребра. Здесь к несчастью подобное не прокатит. Эта нечисть ее живьем сожрет и не подавиться. А день, для нее, только начинался…

***

– Айяйяй!… Тц… Ау… Примерно этот набор звуков услышал Плевака, а повернувшись, увидел потирающего ногу Иккинга. На полу же заново (почти) отстроенной, ибо еще нужно было доделать крышу, кузницы лежал перевернутый ящик с инструментами. Кузнец лишь укоризненно покачал головой. Сегодня его подопечный был куда более неуклюж и рассеян чем мог бы себе позволить. И не в первый раз из его пусть и слабеньких, мелких, но цепких ручонок что-то падало за этот день. «Сонная муха двигалась бы куда резвее». Заключил Плевака, вновь бросив оценивающий взгляд, подмечая круги под глазами и усталость парнишки, который, будто пробежал этой ночью марафон. – Ничего не хочешь рассказать Плеваке? Нависнув над Иккингом, что без особого рвения собирал инструменты, уперев в бока руку и крюк, кузнец заставил шатена занервничать. Пусть и заторможено… Потому он тупо уставился на него прищурив глаза, ибо через дыру в потолке светило полуденное солнце. – О чем? – О чем, о чем. О том с чего ради едва на ногах стоишь и роняешь все. Ночью не спал, поди, да? «Нужно было претвориться, что я приболел или отравился». Вяло подумал Иккинг, чувствуя себя паршивее некуда. Естественно. Домой он едва успел, прежде чем его отец проснулся. А там дальше не до сна было. – Молчишь? Что случилось? – Просто не спалось… – Поднимаясь с пола вместе с ящиком, попытался уйти от прямого ответа. – Из-за Астрид? – Вроде того… давай не будем? – Не став возмущаться, просипел Иккинг, опираясь о стол, понурив голову. На это Плевака лишь тяжко вздохнул. Он помнил время, когда этот мальчишка влюбленными глазами и с благоговейными вздохами смотрел на Хофферсон. Просто ему не хватало смелости… А потом, юношеские заморочки, которые в скором времени должны были закончится. Но видно не судьба. Кузнец и сам терял тех, кто был ему дорог из-за драконов и в первый раз это всегда тяжело. Так что он просто молча с сожалеющим видом, прижал паренька к своему животу, похлопав по плечу, шмыгнув носом. – Ладно, чеши домой. – А? Но… Плевака… а как же работа? – Иди уж. А то мне тут с тобой больше забот. Иди, иди! Чуть ли не выталкивая опешившего и явно сонного Иккинга из кузницы заладил Плевака. Шатену же ничего иного не оставалось кроме как подчиниться и поплестись домой.

***

Солнце потихоньку склонилось к горизонту, приобретя более золотисто-рыжий оттенок. Многочисленные жители деревни бегали туда сюда, желая закончить свои дела до наступления темноты и с чистой душой уйти ужинать. После же отправиться спать. Разминувшись с мужичком тащившем в руках корзинку с рыбой, что перегородила ему весь обзор, Стоик взглянул на кузницу. Его цепкий взгляд сразу подметил то, что крышу сегодня доделали и здание могло начать вновь функционировать в полной мере. Но вот воспоминания связанные с этим местом… Как в полной темноте сначала вспыхнуло золотистое пламя, освещая силуэт его сына, который должен был быть в ту ночь дома. А после остолбеневшего Иккинга хватают когтистые лапы, и дракон улетает прочь, во тьму. Это все возникало каждый раз, когда кузница попадала в поле зрение викинга. И каждый раз он незаметно ото всех передергивал плечами, стараясь согнать неприятную дрожь. Ровно, как и сейчас. Обойдя немного стену, он заглянул внутрь и сразу же заметил стоящего за столом, спиной к нему, кузнеца. Он радостно улыбнулся, что не особо было видно за густой рыжей бородой. – Смотрю, работа идет уже полным ходом? – Но ответа не последовало. И это заставило немного напрячься. – Плевака? – Да. – Хлюпая носом, откликнулся тот, разворачиваясь, вытирая небрежно и очень скоро покрасневшие глаза рукой. – Ты что, плачешь? – Нет! Я лук резал. – Лук? И где он? – Осторожно осматривая помещение с полным пониманием того, что луком здесь даже не пахнет, поинтересовался аккуратно Стоик. – Нигде. Я его отбивал вот этим! – Вытащив из рядом стоящего ящика увесистую шипастую булаву, прокряхтел кузнец странным голосом. Плеваку пробило на воспоминания и… и ему крайне сильно не хотелось признаваться в том, что он расклеился по этому поводу. И видно вождь уже знал на перед, потому не стал продолжать неугодный разговор. – Ясно… кхм… а где Иккинг? – Домой отправил. С ног ходил, валился и… – Плевака, я же просил с него глаз не спускать! Может Плевака и пытался оправдаться или еще что-то, ибо был сзади слышен его голос, но Стоик только отмахнулся. Его крайне сильно беспокоило то, что его сын так и не рассказал, куда сбежал тогда! Еще и с ног он, видите ли валится! «Видать ночью опять куда-то сбегал. Возможно к девушке… ох… вот только скандала мне еще не хватало!» Первое что пришло в голову Стоику. Вождь Олуха и так славился широкой походкой, но сейчас он превзошел сам себя, так что к своему же дому буквально подлетел. Но стоило открыть массивную дверь и набрать воздуха для окрика, мужчина через секунду облегченно выдохнул, заметив искомого. В огромном кресле тихо сопящего и сладко спящего. Все плохие мысли, накрученные за короткое путешествие, вмиг исчезли. Немного поумилявшись этой умиротворенной картиной, Стоик не нашел в себе сил разбудить сына чтобы поругать. Это можно буде сделать и чуть поздней. Так что, заприметив взглядом плед, прикрыл его им, да удалился, предполагая, что непослушный мальчишка явно не сдвинется с места ближайшее время. Прошуршали шаги. Тихо скрипнула дверь, впустив в дом лучи солнца и тут же закрылась. Иккинг на посторонние шумы лишь покривил слегка носом, да устроился поудобнее в огромном кресле притянув посильнее к себе плед. Грубое шерстяное полотно коснулось щеки, вновь заставив поморщиться, но не более.

Некоторым временем позже…

– Явился таки. Я уж подумала, что и вовсе носу не высунешь из-за вашего забора. И не с пустыми руками, как я посмотрю! – Прозвучал писклявый голос, стоило отойти достаточно далеко от людских глаз. Иккинг на это лишь усмехнулся, поправляя лямку сумки и вертя головой в поисках белошерстого духа леса. Ее жизнерадостный голосок означал, что ничего плохого не случилось. Так что он расслабился и, найдя духа взглядом, лишь пожал плечами. – Ну… уговор есть уговор. Иккинг даже глазом моргнуть не успел, как Рюн шмыгнула в сумку. Торчал и покачивался лишь ее хвост, да слышалось восторженное: – Ох, Землица Родненькая! Вареньеце брусничное! Радость моя! – Эм… Рюн… ты тогда сказала, что знаешь, что Астрид человек, которого превратили в дракона и на мой вопрос сказала про… ну про плату за вопросы. – Начал издалека Иккинг подбирая слова, которые прокручивал в голове несколько дней подряд, но те от неясного ему волнения норовили расползтись в стороны, как черви из банки во время рыбалки – Было такое. А что? – Отозвалась беззаботно Рюн, вынырнув из сумки утирая лапкой варенье с мордочки. – Ты не знаешь, как расколдовать Астрид? Или что это сделало с ней? – Ой… вот о последнем… не нужно искать ответ на этот вопрос. Вообще забудь за него навсегда иначе не миновать тебе и ей беды, а главное смерти. – Пришло довольно зловещее предостережение от духа, который явно от этой темы перехотел есть и вовсе удалился из сумки. Естественно оставлять эту тему так просто он не собирался! Как минимум хотелось знать, что за сила способна превратить человека в огромную летающую рептилию стерев огромный кусок памяти! Он обещал помочь и сдаваться не собирался. – То есть ты знаешь… – Малыш, не нужно. Ладно? Ты пойми, я не из вредности, а потому что не хочу, чтобы твоя человечья жизнь так скоро оборвалась из-за несущейся непонятно куда глупой и неразумной головы. Пообещай, что не будешь искать ответ на этот вопрос. – Хорошо. – Неохотно выдавил из себя парень, подсознательно чувствуя, что ему не дано переспорить. – Но что с первым вопросом? – А вот тут еще сложнее. Я попросту, не знаю можно ли обратно. Удивительно, что она и вовсе это пережила. – Неуверенно почесывая затылок, призналась Рюн, что насторожило Иккинга. – О чем ты? – О том, что превращение не по щелчку пальцев произошло. Это было страшно и мне кажется с ней об этом не стоит говорить тебе и даже упоминать. – Ты… ты ушла вновь в сторону. То есть ты не знаешь как обратно. Но может есть, кто знает? – Отметив для себя галочкой еще одну тему, которую не стоит трогать при общении с Астрид все же задал первоначальный вопрос шатен, выжидающе уставившись на духа. «Мышь» же выглядела совсем уж задумчивой и неуверенной в том стоит ли вообще продолжать этот разговор, но через минуту или больше раздумий, выдала: – Хм… может… Друмгиры знают… – Кто это? – Хранительницы древнего Запретного леса. Туда только ведьмы и смеют соваться. Просто знают чары всякие страшные, с которыми Друмгиры не могут совладать. А простых смертных, а в особенности мужчин они терпеть не могут. Да и ведьм тоже. Так что стрела в череп или в зад, или же корни, вошедшие в одно место, а выхо … – Сто-о-оп! Я не хочу дальше это слушать. Общий посыл я понял. Людям там не рады. – Покраснев от понимания того, что имели в виду, быстро замахав руками, перебивает Иккинг. И все же шанс найти разгадку и помочь Астрид… – Но они могут знать, да? – Ты рискнешь своей жизнью ради своей подруги? Вы… точно друзья? – С сомнением его осмотрев, задумчиво потирая перепачканный в варенье подбородок уточнила Рюн. – Да! Друзья! «Хотя я бы поспорил. Мы ни разу нормально не говорили друг с другом. Лучше, наверное об этом не задумываться». – Ну, ладно. Ладно. Но я честно не могу знать точно на этот счет. На счет Друмгир. Еще можно было бы у ваших шаманок спросить... но… расплодили они у нас нечестии! Бррр… – А? – Иккинг даже остановился от удивления, с недоумением смотря на Рюн. – Вы люди очень уж подвластны соблазнам. Вот и не устояли ваши шаманки перед силой. Это их и погубило. – Готти тоже так же? – Готти? Нет! Что ты! Она-то хорошая! Она нас тут защищала и помогала. И вкусности приносила. – И бросила нас с Астрид с проблемой неписанных масштабов. – Это уже ваше. Может ты, что не так сказал. Она женщина гордая. – Как любой нормальный человек не поверил в бред старой женщины, что оказался реальностью? Действительно. Повод обидеться и оставить на произвол судьбы самый подходящий! – Не занудничай, тебе это не идет. На это шатен лишь фыркнул. Это было как минимум не честно и гадко со стороны старушки. До места назначения было идти не близко, так что Иккинг еще долго выспрашивал подробности об этих странных Другирах и о том, как далеко до них идти и что за опасности могут ждать на пути. К несчастью Рюн не сильно была в последнем пункте осведомлена. Ее знания оканчивались границей этого леса. О самом же Запретном лесе она узнала от более старших духов. В итоге все склонялось к тому, что это пахло очередной авантюрой сулящей ему новыми неприятностями окололетального исхода…

***

– Привет. Как ты? – Пытаясь звучать ободряюще, Иккинг уселся рядом с Астрид, что до этого нежась на солнышке, дремала. Поставленную рядом сумку очень оперативно уволокли довольные духи. – Тебя, наконец, освободили от наказания? – Оставив вопрос без ответа так как все равно не поймут спросила по сути в никуда Астрид. Потому что она была вообще НИКАК! – Я поэтому скучал. Говорить и не понимать тебя в ответ. Вот счастье. В голове Иккинга это звучало весело, но Астрид так не посчитала. Вмиг сузились черные зрачки, а на груди расположилось крыло, с острым когтем, придавив к камням. – Не понимать, но получать за свой длинный язык. – Все, все понял! Больше не буду. Убери коготь! – Подняв руки вверх, сдаваясь и боясь, как бы его и в правду тут не прибили за неудачную шутку, быстро залепетал Иккинг. Астрид же на это деловито фыркнула, обнажив ряд острых клыков, и все же выполнила «просьбу». – Я у Рюн узнал, что есть те кто, возможно, знает, как с тебя проклятье снять. Но идти далеко. – Закинув руки за голову, не посчитав нужным вставать с нагретых камней, поделился новостью Иккинг. – Чудесно. Ведь «возможно» самое веское слово, чтобы идти невесть куда. – Далеко, опасно, проблематично и с летальным исходом на подступах к самому Запретному лесу. – Еще лучше. – Услышав голос Рюн, заключила Астрид. Эти несколько дней стали для нее пыткой. Век бы не видела этих проклятых духов леса! – Ты не помогаешь. – Шикнул на духа Иккинг. – Я стараюсь вразумить. – Будто есть у кого иные идеи. Хотя… можно заглянуть к шаманам других племен. Как, такая идея? – Тебе ничего умного наши не сказали, а ты от чужих внятного ответе ожидаешь? – От тебя несет скепсисом. – Взглянув на треугольную морду, заключил Иккинг. Будто он не понимал, что это еще та глупость, но иных идей и в правду не было. – Естественно! – Ладно, а чего ты хочешь? – Привстав на локтях, решил поинтересоваться Иккинг. Все же у Астрид куда больше чем у него было времени пообщаться с духами леса, да и вообще обо всем этом подумать. – Не знаю… Вопреки ожидания Иккинга, Астрид не пыталась заговорить с духами, а напротив – старалась тех игнорировать. Про дальнейшее свое будущее и вовсе не задумывалась, дабы не в пасть в отчаяние. – Я ведь не говорю, что мы прямо сейчас побежим за ответами, которые могут и не быть у этих Друмгир. Но в ближайшее время… – А… вопросик. – Перебила шатена Рюн, обратив на себя внимание. – Как ты объяснишь своим родичам то, что пропадешь где-то… так, туда, сюда… это… там… на недельку или даже на две? Причем совершенно в полном одиночестве, если я правильно понимаю. – Я над этим думаю. – Стушевавшись от такого прямого и попавшего точно в цель вопроса, ответил неохотно Иккинг. – Расскажешь правду? – Как-то обреченно и немного испуганно спросила Астрид. По морде можно было понять, но до Иккнга явно не доходило. Потому Рюн обреченно вздохнув, под долгими взглядами обоих перевела вопрос. – Нет, конечно! Но этот пункт довольно сложен, признаю. Пока отложим. – И что, пойдешь назад теперь? – Почему же? Составлю тебе компанию. – Услышав переведенный вопрос, искренне удивился Иккинг. Домой его совсем уж не тянуло сейчас… Он сбежать сюда умудрился только потому, что приплыл старый друг отца из соседнего племени. Так что пока все обременены «хлопотами» он мог спокойно исчезнуть до вечера. – Так и чем займемся? – Весело ухмыльнувшись, задорно спрашивает у Астрид, что озадаченно смотрит на него.

***

Кто бы сказал, что с драконом на пару можно весело провести время Иккинг бы не поверил ни в жизнь! Кто бы сказал, что он сможет провести в компании Астрид целый день и умудриться не убить друг друга тоже бы не поверил. И, тем не менее, оба пункта слившись в одно, видно загасились. Этот день был самым веселым за последнее время. Догонялки на пару вдоль берега, ибо наглые духи леса решили, что вместе с едой в дар еще прилагалась и сумка? Легко! Попытка не попасть под град брызг из-за огромного хвоста Астрид? Особенно когда она разошлась и весело скалясь уже нарочно начала бить им по воде или вовсе пытаться сбить с ног. И уже через несколько минут Иккинг был весть мокрый, но не в силах перестать смеяться и пытаться отбиться. В итоге оба еще долго сидели, сушились на камнях, споря о том, кто же все же это начал первым. Естественно для шатена это был спор в один голос, ибо об ответах Астрид он мог только догадываться. Во второй раз же пришлось лезть в воду из-за желания поесть. Время клонилось к вечеру, но солнце еще достаточно сильно освещало окружение. – Что ты пытаешься, сделаешь? – Склонив голову в бок, Астрид с недоумением наблюдала за действиями Иккинга, искренне не понимая, что он задумал. Да и как тут реагировать? Тот ведь стащив сапоги, закатав штаны и рукава рубахи, с луком в руках прицеливался в рыбу! Будто он сможет ее подстрелить! – Тише ты. Распугаешь же и мне мешаешь! – Обернувшись, шикнул на нее Иккинг и вернулся к караулу рыбы. Как раз ближе к месту его дислокации подплывала довольно увесистая. – Ты собираешься вот так хоть что-то пойм… Договорить Астрид свое скептичное мнение не успела. Стрела сорвалась с тетивы и с всплеском устремилась в воду. Послышался восторженный свист и улюлюканье. А Иккинг с довольным лицом, протянув руку и схватив стрелу со взглядом истинного добытчика повернулся к ней и духам слегка поклонившись и тягуче протянул: – Тада-а-ам! – А так тоже можно? – Выпав из ступора, произнесла Астрид. Как бы она никогда не думал, что лук, штуку, которой подстреливали дичь охотники, можно еще и для рыбалки использовать. Ей никогда не удавалось нормально им пользоваться, да и вообще оружие это не сильно среди их односельчан использовалось. – Слушай… может перестанешь просто стоять столбом и смотреть на меня? Может веток натаскаешь и костер подожжешь, например? – Костер? Издеваешься? Я не умею дышать огнем! То есть, не знаю как! – Эм… ты и это не помнишь? – Видя возмущение Астрид, аккуратно поинтересовался Иккинг и получил кивок. – Печально. То есть хорошо… то есть… ну, ты поняла! Ладно. Придется дедовским способом, но просьбу натаскать палок это не отменяет. – Тц… мне-то ведь без разницы уже. К сырой рыбе я за эти дни привыкла. Ладно… Раз уж ты избавляешь меня от удовольствия вылавливать ее самой, то так и быть. «Дракон птица гордая, пока не пнешь – не полетит!» Со смешком подумал Иккинг, наблюдая за бурчащей, как он мог посудить, Астрид, что побрела собирать ветки. Сам же чуть не упал из-за того, что нанизанная на стрелу рыбина не собиралась помирать и неожиданно затрепыхалась. Весело трещал костерок, поедая мелкие ветки. По округе разноситься не только запах дыма, но аромат жарящейся рыбы. В ожидании застыли духи. Стоило отметить тот факт что, являясь собственно духами, те любили вкусно и много поесть. Да и как с такими симпотяжками не поделиться? Один только похожий на маленький и кругленький куст черники чего стоил! Но если честно… Иккинг никогда не думал, что будет едва сдерживаться от смеха, смотря на то, как не малых размеров дракон пилит его взглядом… Точнее не его, а рыбу, что тихо шипела на импровизированном вертеле. Это… это зрелище не передать словами! Наверное, примерное испытываешь, когда кот выпрашивая еду, льстится и мурчит у твоих ног, выделывая разнообразные кульбиты. Ну, или Жуткая жуть… а потом еще одна, а следом еще одна и так вплоть до небольшой стаи, что может своими беззубыми деснами защипать щедрого человека до смерти. В случаи с Астрид Иккинг не опасался ничего такого, так что просто наслаждался этим видом, стараясь все же не расхохотаться в голос и прикрывать глупую улыбку рукой. А то еще обидится и надумает откусить «лишнюю» конечность. Ко всему прочему, шатену в голову даже не пришло мысли накормить беднягу и так уже настрадавшуюся за это время, живой, только выловленной рыбой. Хотя догадывался, что Астрид от этого вряд ли будет плохо и как минимум ей она все это время и питалась. Но просто не мог и все тут! – Может, прекратишь уже «икать»? Я ведь напугать могу, что поседеешь вмиг! – Не выдержав «скрываемого веселья» паренька, рыкнула грозно Астрид, обнажив острые клыки. – Прости, просто ты забавно выглядишь со стороны. – Без слов поняв оскал, оправдывал себя Иккинг, все так же улыбаясь. – Вроде прожарилась. Держи. И в сторону Астрид тянется рука с зажатой в ней палкой с дымящейся и шипящей рыбой. Иккинг ни на секунду не задумался над перспективой остаться без руки, хотя где-то в глубине подсознания что-то пискнуло и заглохло. Но встретившись с недоумевающим взглядом, приподнял в вопросе брови. – Чем? – Астрид, хорош тупить уже. Стащи с палки зубами уже. Злобно фыркнув, Астрид закатила глаза, но, все же, немного вытянув шею, последовала «совету». Чувство неловкости пробило запредельный уровень! Так что пришлось закрыть глаза, чтобы не видеть, несомненно, злорадной усмешки на веснушчатом лице, которое до сих пор украшали не совсем зажившие царапины после падения. Но приятный запах красиво зарумянившейся почищенной рыбы свел ее негодование на минимум, заставив урчать от удовольствия. Насладившись медленным смакованием пищи, от чего аппетит только сильнее разыгрался, Астрид раскрыв глаза, столкнулась взглядом с Икикнгам, что как-то странно улыбался. Вроде без насмешки и того самого злорадства но… все равно как-то не так ей было от этого! И вообще, осознание того, что ее тут как маленькую кормят, вогнало бы в краску. Если драконы умели бы краснеть… ведь не умеют же? Немного смутившись, Астрид отстранилась, и неохотно облизнула губы, стараясь не смотреть на своего «кормильца». «Кормлю дракона, чуть ли не с рук… и как докатился до жизни такой?» Иккингу хотелось всерьез расхохотаться с этой мысли. И в конечном итоге он не выдержал. – Вот и чего ты ржешь, придурок? Сам бы попробовал сырую рыбу поесть! – Ох… прости… – Видя обиженную морду все еще смеясь, попытался извиниться Иккинг. – Я не хотел. Правда! Я честно долго старался не смеяться! Не обижайся, пожалуйста. Ты просто так… умилительно выглядела сейчас. Да и вообще… не каждый может похвастаться, что с рук покормил дракона и эта самая рука осталась при нем! – Показывая руку, протянул он, все так же лучезарно и задорно улыбаясь под тяжелым взглядом. – Ладно, юморист. Живи пока. И за рыбой следи. Сгорит же! Домой юморист вернулся уже под вечер. И краем глаза застал родителей Астрид, что о чем-то спорили возле своего дома. На душе стало как-то не так от этой картины. Они еще долго не смиряться с «гибелью» дочери, а рассказать не получится. Это будет крайне глупо и травмоопасно, в частности для него. Прямой удар в нос из-за «причастности смерти Астрид» с легкой руки Гуди до сих пор заставлял искать среди людей на улице этого индивидуума, дабы спешно сбежать куда подальше. Ко всему прочему поиски «похитителя сына вождя» прекратили, ибо не нашли более никаких следов недавнего присутствия в округе оного. Но чего стоили эти дни для самого Иккинга! Знать правду и надеяться, что ничего плохого не случится… Верить что вечером не приволокут мертвое и изувеченное тело песочно-белого ящера. Или вовсе мертвую девушку… мало ли… вдруг проклятье падет после смерти? Вздрогнув от этой мысли, он продолжил свой путь, стараясь как можно быстрее занырнуть в дом, дабы Хофферсоны его не заметили.