Часть 37

Тинки появилась с характерным хлопком, но звук этого перемещения растворился в другом— В глухом, болезненном стуке колен Гермионы о мраморный пол. — Мисс Грейнджер… что с вами? В голосе домового эльфа слышалась тревога, но Гермиона не отвечала. Не могла. Ее дыхание было рваным, неравномерным. Она опиралась ладонями о холодные плиты, пытаясь прийти в себя, но мир вокруг все еще дрожал, рассыпался в воспоминаниях. Пламя.Огненная змея, смыкающая пасть на теле Пожирателя.Вопль, переходящий в хрип, а затем — в ничто. Ярость.Безумие, выжигающее все на своем пути, сжигающее не только врагов, но и его самого. Драко. — Драко… он… он… Ее губы дрожали, она не могла закончить. Тинки не стала ждать. Маленькие ручки вцепились в Гермиону, и в следующее мгновение они уже были в ее комнате. — Мисс Грейнджер, успокойтесь. Эльфийка протянула ей зелье, но Гермиона не взяла его. Она не двигалась. Она чувствовала, как ткань платья царапает кожу— платья, разорванного в нескольких местах, покрытого пылью, испачканного в чем-то темном, чем-то засохшим. Ее пальцы сжались на коленях.В глазах стоял ужас. — Объясните Тинки, что произошло. Тинки заглянула ей в лицо, ее огромные глаза были полны беспокойства. — Хозяин Драко в опасности? Где миссис Малфой? Где миссис Малфой. Гермиона замерла. Медленно подняла взгляд, но он был каким-то пустым, безжизненным.Губы чуть приоткрылись. — Нарцисса… Грудь болезненно сжалась. — Нарцисса мертва. Эльфийка замерла. — Драко… убил её. Тинки отскочила назад, словно ударенная. — Н-нет… — ее голос надломился, а затем она начала метаться по комнате. Ее крошечное тело ударялось о мебель, о стены, она спотыкалась, падала, вскакивала вновь, расцарапывая себе руки, выкрикивая, захлебываясь словами: — Не может быть… миссис Малфой… моя госпожа… Тинки должна защищать господ… Тинки… Она снова ударилась о шкаф, но не остановилась, не перестала биться о поверхности, словно старалась вытрясти из себя реальность, стереть услышанное. Гермиона не пыталась ее остановить. Она просто сидела. Сидела, глядя перед собой, на свои ладони. На израненные пальцы.На платье, которое носила несколько часов назад.Она не помнила, когда оно порвалось.Не помнила, откуда на нем грязь, пыль, кровь. Она только видела. Видела Тинки, метающуюся по комнате.Видела комнату, которая она так ненавидела ,но в которой она была хоть и немного ,но в безопасности.Видела дрожащие руки, которые были ее, но которыми она не чувствовала себя. И видела его.Драко. Драко, развернувшегося спиной.Драко, направившего палочку в зал.Драко, потерявшего контроль.Драко, которого больше не существовало. Ее губы дрогнули. Она повернула голову к Тинки, но голос был слабым, приглушенным, словно она говорила не сама, а за нее говорила пустота. — Теперь я понимаю, о чем он говорил. Эльфийка застыла. — Я видела его силу. Слова давались с трудом. — Я видела его гнев. Она глубоко вдохнула, но воздуха было мало, слишком мало. — Я видела ярость, которую нельзя сравнить даже с Волдемортом. Пламя.Змея.Крик. — Я видела пелену безумия в его глазах. Она закрыла веки. И прошептала: — Я видела истинного монстра. *** Гермиона не знала, сколько времени прошло с того момента, как она аппарировала в поместье. Час? Два? Три? Тинки исчезла, ее истерика растворилась в пространстве, оставив за собой лишь пустоту. А она осталась одна. Сидела на полу.Сидела неподвижно, её тело больше не принадлежало ей самой.В голове прокручивались лица. Орден.Дети.Гарри.Рон.Она видела их там.В том аду. Она видела, как пламя вырывалось из пасти змеи, слышала крики, слышала, как рушился камень, как трещали стены, как чей-то голос застрял в собственном горле, прерванный прежде, чем смог превратиться в полноценный вопль. И теперь не знала, кто из них…кто из них выжил.Кто из них успел убежать.Кто из них сгорел заживо. Ее руки дрожали. Но она не плакала. Просто сидела. Сидела и позволяла безумию разрастаться внутри себя, окутывать мысли, душить их изнутри. Ее отвлек лишь звук.Щелчок пламени.Камин.Кто-то прибыл в поместье.Она вздрогнула и вскочила на ноги. Коридор встретил ее темнотой, воздух был холодным, будто за окном бушевал шторм. Или это она замерзла изнутри. Шаги. Теодор Нотт. Он стоял посреди холла, злой, окровавленный, пропитанный напряжением, как натянутая до предела струна. Гермиона не знала, чья это кровь. Его губы были сжаты в тонкую линию, руки дрожали от ярости. Не говоря ни слова, он направился в кабинет Драко и, не замечая ее, начал что-то искать. Бумаги летели на пол.Чернила расплескались по столу, по его рукам, по рукавам мантии. Гермиона вбежала следом. — Где он? Тео не ответил. Он рылся в столе, выдвигал ящики, выхватывал свитки, бросал их обратно, словно пытаясь найти что-то, что могло бы дать смысл всему, что он только что видел. — Тео, черт возьми, говори! — ее голос сорвался, дрожал. Но он ее не слышал.Лишь продолжал искать. А потом, внезапно, выдохнул короткое, сдавленное: — Блять. И, развернувшись, налил себе виски. Гермиона стояла в дверях, пока он пил.Пока его пальцы сжимали хрусталь так крепко, что тот мог лопнуть в любую секунду.Пока он не заговорил. — Драко жив. Гермиона почувствовала, как ее грудь сдавило, но прежде, чем она успела вдохнуть хоть чуть глубже, Тео добавил: — Наверное. Она замерла. — Кто-то из Ордена тоже выжил. Возможно. Ее сердце снова застыло. — Но кто именно — я не знаю. Пауза. — Детей Орден перенес первыми. Гермиона стиснула зубы. — Значит, они… — Они вне опасности. Наверное. Да мне, если честно, плевать. Она сжала руки в кулаки. — Ты видел что сделал Драко? Эти слова ударили по ней, резко, неожиданно. — Что он сделал? Тео промолчал.Откинул голову назад, сделал еще один глоток виски. Он видел. Как вздуваются жилы на его руках.Как дрожат его пальцы.Как напряжение в его челюсти делает черты лица острыми, как ножи. — Что. Он. Сделал. Тео резко опустил стакан на стол.Его глаза метнулись к ней, и в них было…отвращение. — Ты хочешь знать, да? Его голос звучал глухо, приглушенно. — Хочешь, чтобы я сказал это вслух? Он шагнул ближе, и она не отступила. — Драко уничтожил их. Ее желудок сжался. — Не просто убил. Не просто сжег. Тео усмехнулся, но это была мертвая усмешка. — Он наслаждался этим. Гермиона пошатнулась. — Ты видела ту змею? Она видела. Она видела, как та пожирала Пожирателя, кусок за куском.Как человек кричал, пока не остались лишь кости и обугленный пепел. Тео приблизился еще. — Ты видела его лицо? Она видела.Но не хотела признавать. — Такой он , настоящий. Тео смотрел прямо в нее. — И он не остановился. Трещащий звук. Гермиона поняла, что это ее собственные пальцы, стиснутые в кулаки так сильно, что ногти разрывают кожу. Но Тео не отворачивался. — Ты хотела знать что он сделал? Он шагнул назад. — Он показал кто он на самом деле. Гермиона не могла дышать.В голове бушевал хаос. — Лорд убьет его? Гермиона не знала, зачем задала этот вопрос.Но она должна была знать. Тео замер. — Убьет, — сказал он ровно. Без сомнений. Без колебаний. Ее сердце сжалось. — Если я не принесу ему то, что ищу. Он снова отвернулся, вернувшись к поискам.Гермиона не могла отвести глаз. Его движения были резкими, лихорадочными, как будто время было его злейшим врагом. Документы летели со стола, свитки разворачивались, пергамент трещал в пальцах. А потом — остановился. Его рука зажала нужный лист.Он не сказал ни слова.Просто поднял пергамент, откинул голову назад и сделал долгий глоток прямо из бутылки. Жидкость стекала по его горлу, он даже не моргнул. И исчез. Оставив ее в оглушающей тишине кабинета. Гермиона стояла посреди комнаты, не двигаясь.Внутри было пусто.Только одна мысль.Дети живы.Она закрыла глаза, выдохнула.Ее ноги подкосились, но она стояла. Живы. Мерлин, все боги, все силы, что существовали в этом мире, пожалуйста…пожалуйста, пусть Гарри и Рон тоже живы. Она не помнила, как оказалась в своей комнате.Как ее тело рухнуло на кровать.Как дыхание стало тяжелым.Как пальцы сжимали ткань покрывала в попытке зацепиться за реальность. Но перед глазами все еще был огонь. Пасть змеи.Горящие тела.Пожирающее все на своем пути пламя.