Часть 38

—Вставай. Голос Тео вырвал ее из сна. —Вставай Грейнджер,он хочет тебя видеть. —Драко? —Темный Лорд. Гермиона сморщилась от яркого света в комнате. Уже было утро ,Тео стоял над ее кроватью, все та же одежда ,все так же кровь и запах смерти. —Зачем я ему? Тео не ответил,лишь вышел из комнаты дав ей возможность переодеться. Она встала на ноги.Платье все еще было на ней. Сморщившись от отвращение когда запах гари донеся до ее ноздрей,она быстро начала растегивать корсет пытаясь поскорее снять его с себя. Переодевшись в обычную одежду которую Тинки каждый день оставляла в шкафах,она вышла в коридор и отправилась прямо к камину. Замка больше не существовало.По крайней мере, не в прежнем виде.Оно было мертво. Как выброшенный на берег кит, гниющий под палящим солнцем. Каменные стены, когда-то такие величественные и устрашающие были испещрены трещинами — следами заклинаний, прожженными дырами, темными пятнами, которые могли быть чем угодно. Кровью. Пеплом. Пылью костей. Пол был усыпан обугленными кусками мебели. В воздухе все еще пахло гарью, витающим призраком того пламени, которое вырвалось из палочки Драко и не знало жалости. Кто-то громко застонал вдалеке. Чей-то голос, нечеловечески искаженный болью, раздался из разрушенного коридора и резко оборвался. Но Тео не остановился. Гермиона шагала за ним, стараясь не смотреть по сторонам. Не видеть обгоревших тел.Не видеть тех, кто еще дышал, но уже не жил. Тео остановил её прямо перед входом. Прежде чем исчезнуть, он наклонился к её уху и произнес: — Я знаю о вашей сделке, Грейнджер. И знаю, что ты хер удержишь свой язык за зубами. Он посмотрел ей в глаза. — Но, пожалуйста, играй. Его губы дрогнули. — Играй до конца, потому что игра еще не окончена.Играй потому что ты единственная кто может не дать ему умереть. Гермиона не ответила. Просто шагнула вперед, в темный зал, где ждал Лорд.Она склонила колено опустив голову в поклоне.Но ее взгляд уже нашел его. Драко.Он был на коленях. Его тело, испещренное порезами, блестело от крови и пота в свете факелов.Голый по пояс, с заледеневшей кожей, на которой отчетливо проступали следы пыток. Его руки были раскинуты.Цепи обхватывали его запястья, натянутые так, что пальцы дрожали от напряжения.Оковы крепились прямо к стене, вгрызаясь в камень, удерживая его в безмолвной агонии. Но самое страшное — его взгляд.Точнее, его отсутствие.Драко не смотрел ни на кого. Его глаза были устремлены вниз, пустые, бездонные, мертвые.Как будто в нем уже ничего не осталось.Как будто он давно был мертв.Просто тело еще не успело это понять. — Миссис Малфой… Лорд протянул слова, словно пробовал их на вкус, наслаждаясь каждым звуком. — Как вы, наверное, уже заметили, ваш муж потерял контроль. Он сделал шаг вперед, и Гермионе показалось, что даже воздух в комнате сгустился, стал тяжелее. — Контроль, который я не позволяю терять. Контроль, который не может терять мой генерал. В голосе не было крика. Лишь угроза. Лишь гнев, спокойный, ледяной, убивающий еще до удара. — Тебе есть что сказать? Гермиона знала.Она знала, что должна играть.Должна согнуться. Склониться. Лгать. Она опустилась на колени еще ниже, склонила голову. — Мой господин… — ее голос был мягким, вкрадчивым, полным ложного раскаяния. — Я глубоко сожалею. Слова отвратительно прилипали к языку, будто грязь, которую невозможно смыть. — Драко не хотел ослушаться вас. Он… он потерял контроль, потому что был ослеплен верностью. Он не слушал.Он даже не шевельнулся. Лорд усмехнулся, обнажив узкие, змеиные зубы. — Теодор предоставил мне данные о шпионе, который находился среди моего ближайшего окружения. Гермиона вскинула глаза, но тут же опустила их обратно. Что? — Никто не знал, кто он. Но теперь знаю я. Он сделал еще один шаг. — Теодор объяснил, что показания дала ты. Сердце ударилось о ребра.Она не могла позволить себе удивление.Не могла. Но внутри нее все сжалось. Она должна оправдывать Драко.Она должна оправдывать убийцу.Она должна защитить монстра. Даже если ей хотелось, чтобы он сдох прямо здесь, в этой комнате.Даже если ей хотелось, чтобы его пустые глаза больше никогда не открылись.Чтобы его тело осталось висеть в этих цепях, пока оно не превратится в ничто. Но она не могла позволить себе этого хотеть.Она должна была играть.Потому что если Драко умрет сейчас, то вместе с ним умрет ее месть. Ее слова дрожали. — Да, мой господин… — Гермиона сглотнула, прогоняя комок отвращения. — Это я предоставила Драко информацию о шпионе, которого мы завербовали еще до того, как я осознала, что ваша сторона — единственно верная. Лорд наклонил голову, изучая ее. — Орден не раскрывал имен шпионов даже мне… но я знала, что он из числа ваших приближенных. Она не узнала, дрожал ли ее голос от страха или от гнева. — Я рассказала это Драко еще перед свадьбой … и теперь, когда все вокруг погибли… он поступил правильно.Он уничтожил крысу. Она чуть повернула голову, взглянув на него. Драко даже не смотрел.Он не реагировал. Его взгляд все еще был устремлен вниз, его пальцы еле заметно дрожали, но ни одна мышца не дернулась. Он был пустым.Мертвым. Она сжала кулаки. — Он не ослушался вас, мой лорд. Она видела себя со стороны. Она видела, как лжет.Как защищает его.Как оправдывает пламя, которое сожгло всех, кого она знала. Она должна играть.До конца. До тех пор, пока этот Лорд не сгорит в таком же аду, как все остальные. — Интересно… Волдеморт произнес это слово будто смакуя яд, растягивая гласные, впуская гнев внутрь, чтобы потом выплеснуть его наружу. — А что насчет того, что твой муж посмел убить большинство моих верных слуг? Гермиона почувствовала, как холодный пот стекает по позвоночнику. Он кипел от гнева.Ледяного, удушающего, непреклонного.Она не могла дрогнуть.Не сейчас. Гермиона взяла себя в руки, спрятала страх за маской покорности и произнесла: — Лучше уничтожить целый улей, чем оставить в нем заразу, которая рано или поздно заразит всех. Тишина. Ей показалось, что даже воздух остановился, застыв между ней и Лордом. Она продолжила, чтобы не дать себе сломаться: — Ваша армия может быть пополнена в любой момент… но теперь, благодаря Драко, она очищена от гнили. Эти слова резали ее изнутри, но она сказала их с ледяным спокойствием. — Теперь в ваших рядах останутся только те, кому можно доверять. Те, кто не продаст вас, как крыса, что затаилась среди преданных волков. Лорд молча смотрел на нее. Гермиона почувствовала, как тонкая нить сдерживаемых эмоций дрожит внутри нее, но она не смела позволить ей порваться. И наконец, Волдеморт заговорил. — Ты дашь интервью газетам. Сердце ударилось о ребра. — Ты провозгласишь меня и мои деяния. Она не дышала. — Ты уничтожишь остатки Ордена своим заявлением. В глазах помутнело. — Ты скажешь, что они — безжалостные убийцы, которые ворвались и уничтожили всех. — Ты скажешь, что я всех спас. Гермиона почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Ее руки задрожали, но она тут же сжала их в кулаки. — Слушаюсь, мой лорд. Она не узнала свой голос.Сухой. Безэмоциональный. Лживый. Лорд махнул рукой, и Гермиона исчезла. Как только темный туман разлетелся вокруг, она рухнула на пол, вжавшись лбом в холодный мрамор. Нельзя плакать.Нельзя дать истерике взять верх.Она только что предала всех, кто сгорел в этом аду. Но она будет играть.До конца.