Скажи мне "нет".

Линда выдохнула, пытаясь прийти в себя. Её сердце билось слишком быстро, губы всё ещё горели от его прикосновений, а тело словно отказывалось слушаться. Она заставила себя поднять голову, посмотреть ему в глаза – насмешливые, тёмные, полные какого-то ленивого, но опасного огня. — Что теперь? — её голос прозвучал ровно, но внутри всё дрожало. Сжималось. Заставляя сердце биться учащённо. Её целовали и раньше. И не раз она отвечала на поцелуи. Бывало, даже влюблялась. Но никогда прежде не ощущала себя так паршиво, как в эти секунды. Она злилась. По-настоящему. Что позволила этому случиться, что не оттолкнула, не сказала чёткого "нет". Вместо этого...Прижалась к нему. Смесь страха, ненависти, злости и отчаяния сыграли с ней злую шутку. Александр медленно провёл пальцами по своему запястью, будто оценивая собственное терпение. Затем, вновь посмотрел на неё. — Теперь ты скажешь мне, чего хочешь. Она едва заметно прищурилась. Он ждал от неё ответа. Ждал того, что позволит прикоснуться к ней снова...Жаждил этого. Сгорал. Лжец. Лжец тот, кто наивно полагает, будто это мужчина всегда делает первый шаг. Женщина совершает его, стреляя глазками. Входя в помещение, женщина притягивает к себе взгляды. Порой, заставляя сходить с ума, не оставляя иного выбора. И сейчас, он в самом деле сходил с ума. Воздух, в котором осело тяжёлое напряжёние, пропитанное электричеством и ароматов их вчерашних духов, которого предательски не хватало, казался почти ядовитым. Где-то внутри у неё всё сжалось. Чёртов ублюдок. Он видел её насквозь, читал её реакции, её слабости, её колебания, как открытую книгу. — Чего я хочу? — Линда раздражённо хмыкнула. — Не делай вид, будто тебе в самом деле интересно. Это ведь не имеет никакого значения для тебя, я права? — Ошибаешься. — Он усмехнулся. — Будь бы это так, знаешь, что бы я сделал? — Его голос стал тише. — Я бы прижал тебя лицом к стене, целуя и покусывая твои губы, задрал бы твоё платье выше. Провёл бы руками по твоей шее...Заставляя тебя вздрогнуть. Уверен, тебе бы понравилось. Я бы целовал твои плечи, положив ладонь на твоё горло...И читал бы в твоих глазах смесь ненависти ко мне, и желания. Вырывал бы из твоей груди стоны. И, поверь...Не оставил бы без внимания ни один сантиметр твоего тела. Линда лишь усмехнулась. Горько, не скрывая собственной иронии. Он шёптал ей, что бы сделал с ней, в губы, словно мечтал об этом так сильно, что невольно начинал сходить с ума. — Так сильно этого хочешь, да? — Просто скажи мне "нет", и я отправлюсь в офис, забыв об этом поцелуе как о недоразумении. — Произнёс он, словно наслаждаясь её реакцией. Каждой секундой, каждым её взглядом и жестом. — Признай это, Линда. Ты хочешь, что бы я не останавливался. Хочешь, что бы я бросил тебя на кровать, снимая с твоего лица маску, за которой привыкла прятаться... — Я не ношу маску. — Носишь. Играешь роль послушной, хорошей девочки, стараясь не обнажать без надобности свои коготки, играя по чужим правилам, не нарушая запретов. Так боишься, что я увижу тебя, настоящую? — Ты ошибаешься, Александр. — Она посмотрела ему в глаза. — Я всегда прав. — Не в этот раз. — Это означает "нет"? — Нет. — Жаль. — Он окинул её оценивающим взглядом. Затем, усмехнулся. Так, словно её отказ не слишком-то его и расстроил. Будто он знал, что это лишь начало. — Если так сильно хочешь кого-то трахнуть, найди кого-то попроще. — Хмыкнула Линда. Он остановился. — Не кого-то. Тебя. Она не выдержала. В следующую секунду Воропаеву прилетала едва ощутимая, пощечина. Это почему-то даже позабавило. Словно её худенькие ручки могли нанести ему хоть какой-то, существенный вред. Её удар был лёгким, предупреждающим. И он стиснул зубы, а затем едва ли не рассмеялся. — Что же. Это было вполне заслуженно. — Произнёс мужчина с лёгкой ухмылкой. — Тебе всё еще весело? — Очень. Она раздражённо хмыкнула, стиснув зубы. — Знаешь, почему мне весело? Лишь потому, что ты пытаешься закрыть глаза на очевидное. Признайся хотя бы сама себе, Линда. Между нами искрит так, что кажется воздух вот-вот загорится. — Он прошёптал ей это на ушко, тихо, вкрадчиво. Мягко убирая волосы с её шеи, обнажая её едва заметный шрам на ключице. — Можешь лгать себе сколько угодно. Но твои глаза говорят правду. — Если считаешь, что я позволю тебе играть со мной... — Я не играю с тобой. С кем угодно, но не с тобой. — Ответил он ей прежде, чем коснулся её лба губами. А затем, отошёл. — Мне пора в офис, Линда. Постараюсь не прикончить Жданова. А ты...Можешь отдохнуть. Не скучай без меня. Сказал, после чего вышёл из квартиры. "Ненавижу" — Прошёптала вновь. А затем, словно наяву его голос пронёсся в воспоминаниях. Линда ещё долго стояла посреди комнаты, пытаясь собраться с мыслями. Всё внутри будто бурлило, но не от страха или стыда — от злости. От того, что он снова взял верх, снова заставил её чувствовать себя уязвимой. Она сжала ладони в кулаки. Чёртов ублюдок. Уходить из его квартиры не хотелось. Не потому, что здесь было уютно, а потому, что это был его дом. Здесь пахло им. Здесь вещи, к которым он прикасался. И здесь же, несколько минут назад, он шептал ей в губы обещания, от которых её бросало в дрожь. "Скажи мне "нет"." Линда раздражённо фыркнула и пошла к кухне. Если уж она осталась, то не собиралась сидеть без дела. Открыв холодильник, она скептически оглядела его содержимое. Воропаев жил, как типичный холостяк: алкоголь, сыры, дорогой кофе, несколько контейнеров с чем-то явно купленным в ресторане. Готовить он точно не собирался. Она нашла бутылку холодной воды, сделала пару глотков, но на душе легче не стало. Какого чёрта она вообще здесь осталась? Линда бросила взгляд на часы. Если уйдёт сейчас — появится шанс избежать новых разговоров. Но... Она посмотрела на гостиную. Аккуратная, почти стерильная обстановка, идеально подобранные цвета. Но всё здесь казалось пустым. Как и сам Воропаев. Линда присела на диван и провела пальцами по подлокотнику. Её присутствие здесь было чем-то вроде вызова. Он сам сказал — "не играю". Значит, пусть докажет.