Глава 6. Эмоции

Тишину хижины прорезал резкий, протяжный скрип двери, заставивший Бет вздрогнуть. Деревянные петли, давно рассохшиеся от времени, жалобно застонали, словно протестуя против вторжения. Холодный воздух ворвался внутрь, закружив лёгкую пыль на полу, и в тусклом свете показалась высокая фигура Дэрила. Она подняла голову, ожидая увидеть кого угодно — ходячего, мародёра, зверя... Но это был он. Дэрил. Он стоял на пороге, тяжело дыша, в одной руке — арбалет, в другой — туши зайца и белки. Бет замерла. Горячие слёзы ещё катились по её щекам, но страх в одно мгновение сменился на другое чувство. Облегчение. Огромное, всепоглощающее, ошеломляющее облегчение. Она всхлипнула, но на этот раз от радости. Он не бросил её. Бет не думала. Её ноги сами двинулись вперёд. Они всего в нескольких шагах друг от друга, и вот она уже кидается ему навстречу, сбивая его с толку. Её руки крепко обвили его, лицо уткнулось в его жилетку. — Ты здесь… — прошептала она, голос дрожал. Она чувствовала, как он напрягся, как всё его тело буквально застыло от неожиданности. — Чёрт… — пробормотал он, явно не зная, что делать. Но он не отстранился. Дэрил тяжело вздохнул. — Серьёзно? — его голос прозвучал срывающимся, но в нём не было раздражения. Скорее… лёгкое недоумение. Диксон стоял на пороге хижины, сжимая в одной руке арбалет, в другой — добычу. Его пальцы немного замёрзли, дыхание вырывалось из груди в виде облачков пара. Он был готов к чему угодно — к своему очередному язвительному комментарию и её тихому молчаливому взгляду из-под ресниц, но только не к этому. Бет буквально метнулась к нему. Без раздумий. Без сомнений. Просто кинулась в его объятия, прижимаясь так крепко, словно он — единственная спасительная точка в этом мире. Дэрил застыл. Он не знал, что делать. Её тонкие руки сжались на его спине, тёплое дыхание коснулось его груди сквозь ткань жилетки, а лицо уткнулось в него, словно она боялась, что он снова исчезнет. Только теперь он заметил её опухшие от слёз глаза, покрасневший нос, дрожащие губы. Он знал этот взгляд. Видел его у детей, потерявших родителей. У людей, которые понимали, что потеряли последнюю ниточку, связывающую их с чем-то родным. Она думала, что он её бросил. Бросил её одну. Дерьмо. Это знание ударило его сильнее, чем мог бы ударить кулак. Он никогда не был хорош в словах. Никогда не умел утешать, как будто этот навык вообще не был вложен в него при рождении. Но, чёрт побери, он точно знал одно — он не собирался бросать её. И он не мог поверить, что она вообще могла так подумать. Бет сжимала его всё крепче, и он чувствовал её тепло даже через слои одежды. От неё пахло чем-то мягким, домашним… еле уловимый аромат выцветшего цветочного лосьона, смешанный с дымом очага и чем-то сладковатым. Этот запах почему-то ударил ему в голову сильнее, чем следовало. Он застыл, не зная, как реагировать. Инстинкт говорил ему: «Обними её в ответ». Просто чуть сжать её в руках, чтобы дать понять, что она не одна. Что он никуда не делся. Что он здесь. Но что-то внутри его удержало. Может, это была привычка всегда держать дистанцию. Может, страх, что если он позволит себе ответить, то что-то изменится. Но он не отстранился. Это было уже странно для него само по себе. — Ты серьёзно думала, что я тебя кину? — его голос звучал злостно, но он старался не показать, насколько его выбила из колеи эта ситуация. Бет ничего не ответила, только уткнулась в него ещё сильнее. Дэрил почувствовал, как внутри что-то сжалось. — Я ж не совсем мудак, — проворчал он. — Идиотка. Всё внутри него вопило, что это слишком близко, слишком… непривычно, но, чёрт возьми, было в этом что-то… тёплое. Он не привык к таким вещам — к тому, что кто-то прижимается к нему не из страха, не из нужды, а просто потому, что рад видеть его. Это было странно, даже неловко, но он не мог заставить себя оттолкнуть её. Диксон стоял, как вкопанный, его руки остались свободными, но она почувствовала, как напряжение в его теле постепенно спало. Она почувствовала, как он неуверенно сдвинулся, будто хотел разжать её руки, но в итоге просто стоял, позволяя ей держаться за него столько, сколько ей нужно. Бет, наконец, немного отстранилась, вытирая мокрые глаза. — Я… я просто… — её голос дрожал. Дэрил покачал головой. — Только не размазывай сопли по моей жилетке, а? Давай лучше жрать приготовлю, а? А то тебе явно срочно нужен нормальный ужин, раз ты уже драму устраиваешь. — Ты… поймал их? — спросила она, вытирая глаза. Мужчина усмехнулся. — Нет, купил в супермаркете, — саркастично бросил он. Огонь в печи потрескивал, отбрасывая тёплые отблески на стены хижины. Запах жарящегося мяса наполнял пространство, смешиваясь с древесным дымом. Бет сидела на полу, обхватив руками колени, наблюдая, как он ловко переворачивал куски зайчатины, насаженные на длинный нож. Она всё ещё чувствовала остатки пережитого страха, но теперь её грудь наполняло тёплое облегчение. Дэрил молчал, сосредоточенно работая с едой. Но когда он почувствовал на себе её взгляд, он бросил короткий, почти смущённый взгляд в её сторону. — Чего? — проворчал он, откусывая кусочек мяса, чтобы проверить, прожарилось ли оно. Бет покачала головой и улыбнулась. — Ничего. Просто… спасибо, — тихо сказала она, сжимая в руках одеяло, которое накрывало спальник. Дэрил хмыкнул, но не ответил. Вместо этого он протянул ей один из деревянных прутьев, на которых жарилось мясо. — Жри, пока горячее, — бросил он. Бет взяла его осторожно, словно боялась, что это всё ещё сон. Она сделала первый укус, и тёплый, солёный вкус мяса разлился у неё во рту. Это было лучшее, что она ела за долгое время. — Это вкусно, — пробормотала она с набитым ртом. — Когда голодная - всё кажется вкусным, — усмехнулся Дэрил, жуя свой кусок. Бет улыбнулась, но ничего не ответила. Они ели молча, но в этом молчании не было напряжённости. Было странное, почти домашнее спокойствие. Как будто, несмотря на всё, что произошло, они могли просто сидеть здесь, в старой заброшенной хижине, деля ужин и тепло огня. Когда последний кусок был доеден, Бет откинулась назад, вытягивая ноги. — Правда, спасибо, — повторила она, на этот раз чуть громче. Дэрил посмотрел на неё, пожевал губу, будто решая, стоит ли ему что-то сказать, а потом просто кивнул. Огонь в печи постепенно догорал, отбрасывая слабый оранжевый свет на стены хижины. В воздухе ещё витал лёгкий запах жареного мяса, но теперь к нему примешивался запах старого дерева и сырых одеял. Бет зябко поёжилась. Дэрил устроился чуть в стороне, ближе к печи, но так, чтобы не быть к Бет слишком близко. Он всегда держал дистанцию. Диксон улёгся на спальный мешок, закинув одну руку под голову, а другой машинально вертел в пальцах перо, которое нашёл на полу, пока жарил мясо. Бет наблюдала за ним украдкой, боковым зрением, стараясь не слишком явно пялиться. Но её мысли сами по себе ускользали в опасное направление. Иногда ей хотелось, чтобы он был ближе. Просто... ближе. Мысль вспыхнула неожиданно, как искра в темноте. А что если бы он лёг рядом? Просто так, чтобы согреться? Или... даже обнял её? Тепло его тела могло бы согреть её. Она бы смогла чувствовать его дыхание, его размеренный ритм, и это, возможно, успокоило бы её тревогу. Ведь всё было так трудно, так страшно, так одиноко. И он был единственным, кто оставался рядом. Но едва эта мысль оформилась в голове, как Бет тут же одёрнула себя, ощущая, как её лицо становится горячее. Глупость. Абсолютная глупость. Дэрил бы точно разозлился. Он бы нахмурился, пробормотал что-нибудь раздражённое, может, даже отвернулся бы или тогда бы точно ушёл навсегда. Он всегда держал границы. Бет невольно сжалась, как будто уже заранее почувствовала его отстранённость, если бы сказала ему хоть слово об этом. Она опустила голову, вцепившись пальцами в край своего одеяла. Лучше молчать. Лучше просто заснуть и сделать вид, что её не мучают такие мысли. Но всё равно где-то глубоко внутри она не могла избавиться от этого желания. Некоторое время они лежали в тишине, слушая, как ветер завывает снаружи, пробираясь сквозь щели в старых стенах. Её зубы начали предательски стучать, и она старалась дышать тише, чтобы не привлекать внимания. — Ты что, замёрзла? — раздался хриплый голос Дерила. Бет вздрогнула от неожиданности. Она повернула голову и заметила, что он лежит на своём месте, глядя в её сторону. В тусклом свете его глаза блестели, а лицо выглядело ещё более сосредоточенным. — Немного... — призналась она неохотно, хотя слово «немного» явно не отражало всей картины. Дерил молча наблюдал за ней несколько секунд, а потом с тихим раздражённым вздохом провёл рукой по лицу. Мужчина видел, как Бет ежится, кутается в одеяло, но это не помогало. Он не собирался обращать внимание. Честное слово, не собирался. Но, чёрт возьми, она выглядела такой маленькой, такой дрожащей, что у него внутри что-то неприятно сжалось. Дерьмо. Дэрил сжал зубы, глядя в потолок. Раздражение в нём боролось с каким-то странным ощущением… Сначала он подумал, что может просто... пододвинуться и протянуть руку. Осторожно, на секунду, просто чтобы согреть её, хотя бы плечо. Это ничего бы не значило. Он ведь так делал раньше, с Мерлом, когда ночи были слишком холодными, когда приходилось греться друг о друга. Это всего лишь инстинкт, ничего больше. Но стоило этой мысли задержаться в голове дольше, чем на секунду, как он сам себя одёрнул. Чёрта с два. О чём он вообще думает? Это Бет. Малявка. Та, кто вечно что-то болтает, та, кто смотрит на него этими чёртовыми светящимися глазами, та, кого он должен оберегать. Он резко сжал челюсти, чувство вины сжало его изнутри. Он вздохнул. — Ладно. Двигайся ближе, — бросил он, чуть пожав плечами. Бет моргнула, не сразу осознавая, что он сказал. — Что? — переспросила она, её голос прозвучал удивлённо. — Двигай спальник ближе, — повторил он, слегка повысив тон. — Здесь теплее. Но если ты думаешь, что я буду тебе колыбельную петь или обнимать и держать за ручку, то сразу забудь. Бет почувствовала, как её лицо заливает красками. Она потянулась за своим одеялом, пытаясь скрыть смущение. — Я... я просто думала, что... — начала она, но слова застряли в горле. — Не думай. Просто делай, — отрезал он, откинувшись на своё ложе и снова глядя в потолок. Бет осторожно начала двигать своё одеяло и спальную сумку ближе к его стороне. Пол был холодным, и каждое движение казалось слишком громким. Её сердце колотилось от смеси неловкости и странного облегчения, что он предложил это первым. Когда она наконец устроилась, расстояние между ними всё равно оставалось приличным, но ощущение его присутствия стало ещё более ощутимым. Теперь её место было рядом с его, и она чувствовала, как тепло его тела словно распространяется в воздухе, пусть и едва заметно. Прошло несколько минут тишины, которую нарушал только шум тлеющего угля в печи. Бет, чувствуя себя чуть спокойнее, позволила себе расслабиться. Холод уже не так остро напоминал о себе, но теперь её мысли не давали покоя. Прошло несколько долгих минут. Бет, кажется, расслабилась. Её дыхание выровнялось, тело перестало дрожать. Но теперь не мог заснуть он.