Xl.?

Форкс застыл во времени. Тут жителям правительство доложить забыло об испорченной экологии, множестве новых законов, надвигающемся кризисе. В городке из допотопного прошлого дни тянулись медленно, как густой туман, окутывающий улицы. Новости из большого мира для жителей, определенно, превращались в обрывки и помехи. Все здесь стихало. Форкс погрузился в тихое и неизменное существование, словно завороженный заклинанием. Учитывая вампиров и оборотней, о которых узнала Клара, то она пошла дальше и на каждой улочке, какую проезжал старенький байк Пола, ожидала увидеть волшебников, ведьм, говорящих лягушек. Но тут оживали не все сказки. Единственное, что удивило Джеремийю, наравне с бывшей мастерской ее прадедушки и Квила, так это старинная закусочная. Клара расширенными глазами глядела на одноэтажное здание. Побито временем, погодой, бурными посетителями. Облупившаяся краска когда-то яркого фасада теперь напоминала кожу древнего ящера, изъеденную шрамами. Впечатление угнетающее. Окна, забранные грубыми решетками, тускло поблескивали в лучах полуденного солнца. Тишина вокруг нарушалась редкими порывами ветра, шелестевшего в сухих ветвях одинокого дерева. Оно росло у самого входа — будто охраняло. Встав с байка после театрального кашля Пола, Клара пригладила белые джинсы, не отводя глаз от закусочной. Никогда она не привыкнет к тому, как люди живут в прошлом и даже не думают переключиться на говорящие стаканы. Лейхот, выкатив подножку байка, закатывал глаза и молчал. Все эмоции на лице нареченной он уже видел. Поразительно, как Кларе не надоедало удивляться всему подряд, словно она вообще не слушала его рассказов в большом Сиэтле. Нахмурившись, Пол быстренько тому разозлился. Он встал напротив Клары, саркастично спросив: — Ты в тачке все мимо ушей пропустила? Чему удивляешься? Я же говорил, что закусочная — старье. Клара перевела на него глаза, помрачнев. Опять Лейхот клацал зубами в ее сторону. Сценарий был ей более чем знаком — она сморщит лицо в недовольстве, потом в расстройстве, а следом услышит скупые извинения. Плавали — знаем. Клара почти неделю провела в резервации. День сурка ее преследовал. Потому девушка ничего не ответила, устремившись ко входу в закусочную. Несказанно радовало, что Пол соглашался на все ее авантюры. В шатком доме был сделан ремонт. Клара покрасила целую стену, пока Пол не психанул, вызвав бригаду рабочих. Потом он продолжил психовать — разумеется, поскольку ехидные чириканья Джеремийи, затрагивающие его неполноценность в ремонтной сфере, так и требовали удара кулака об стену. Но был плюс. Ныне в доме блестела новенькая краска, шуршали хорошие обои и полы больше не скрипели. Да и мебель, какую в корзину накидала Клара, более чем устраивала Пола. А самое приятное для него, что она дала ему целый день отдохнуть. А потом у нее понеслось. Кларе было жизненно необходимо утаскивать Пола на бесконечные костры с новой стаей, к Калленам за шутливыми поединками, гоняться по лесу на его волке. Они гуляли по продуктовым, набивая корзину химозными кебабами, чипсами, газировкой. Когда Клара заявила, что вскоре у нее откажет желудок, предложение Пола есть в закусочных и кафе кинулось через бедро быстрей, чем девушка привязала его чип для оплаты к приложению по доставке еды на своем телефоне. Готовили они вместе. Наводили чистоту, гуляли, смотрели фильмы и сериалы его молодости. И, когда время подошло к тому, что этим днем Пол отвез Клару в выкупленную мастерскую Эмбри, Джейка и Квила, а сейчас в закусочную, где когда-то работали самые красивые ноги на подиуме давних десятилетий, Лейхот быстро пережил знакомое раздражение. Едва его нюх поймал запах нареченной, а следом ее недовольный прищур, которым она подмечала его ступор, Пол ухмыльнулся и пошел. Так ему было положено — просто идти, вовремя позволяя Кларе утянуть его в нужную для нее сторону. В принципе, в чем-то она своего добилась. Полу было с ней не просто спокойно, но и очень утомительно. В прошедшие дни он не думал о Ханне, потому что сил у него не было. В сон проваливался моментально, едва неугомонная Клара оставляла в покое. Хорошо, что Пол ей доверился. Это был один из самых разумных поступков за его жизнь. А вернее, единственный раз, когда он поступил абсолютно разумно. Не иначе как сдуру. Клара машинально дернула носом, войдя в закусочную. Старье и пахло старьем. Даже в ее захолустном Мэне в самых убогих кафешках несло новомодной синтетической едой. Кетчуп отдавал ароматизатором томатов, а соевое мясо распадалось на волокна, почти как настоящее. Здесь ноздри девушки заколол приторный налет чего-то сладкого и, шмыгнув носом, она спросила подошедшего Пола: — Чем пахнет? — Булками, — хмыкнул он, покачав головой. Пусть двадцать второй век только попробует его добить. Если с полок исчезнут настоящие продукты, то Пол займется собирательством в лесу и в жизни не притронется ни к какой химии, помимо знакомой из прошлого. Ничего не ответив, а так, вытянув лицо в очередном удивлении, Клара хвостиком последовала за Полом. Он обогнул вешалку с одеждой и, выйдя в зал, рукой подозвал какую-то женщину. Верней, бабку. Клара хлопала ресницами. Как в большинстве старинных музеев, главной тут была старуха, про которую нельзя было точно сказать — жива она еще или уже умерла. Пол, вглядываясь в болезненную сеточку морщин на лбу женщины, сказал: — Привет, Нэнси. Столик на двоих найдется? Клара в мыслях открыла рот от удивления. А в реальности ни один мускул на ее лице не дрогнул. Это бы помешало ей звонко представиться Нэнси, учтиво кивнув головой и пожав ее дряхлую руку. Пол вновь хмыкнул, кратко взглянув на нареченную. Он догадывался, с какой скоростью в красивой головке завертелись все винтики. И его даже удивляло, что рот Джеремийя держала закрытым. Даже когда Нэнси усадила их за стол и сказала: — Рут очень понравился новый бургер с двойным жареным луком и сливочным сыром. Попробуйте его. — Окей, — емко ответил Пол. Старуха отошла от стола. По ней было видно — каждый шаг Нэнси ни сколько болезненный, сколько вымученный из последних сил. Клара метнула острый взгляд на ухмыляющегося Пола. Вопросов у нее было достаточно. Эта Нэнси была не просто Нэнси, обычной жительницей старинного Форкса, а Нэнси из семьи Калленов-Блэков. Это внучка Ренесми и Джейкоба. Пол, махнув меню перед лицом Клары, нараспев произнес: — Ну, спрашивай. Обещаю, я все вытерплю. — Пфф! — фыркнула девушка, забирая у него меню. Пока она его листала, толком не вчитываясь в замасленную бумагу, Пол стучал пальцами по столу. Его взгляд провожал прохожих за окном, а сам мужчина дожидался, пока Клара утопит его множеством вопросов. Наверное, она собиралась с силами. Потому что заговорила скороговоркой, едва поймала зелеными глазами дряхлую фигуру Нэнси. — Почему внучка Несси и Джейкоба работает в вашей закусочной? — Ей скучно дома, — Пол пожал плечами. Четкий ответ Клару не устроил. Она нахмурилась, сказав: — Сколько ей лет? Больше шестидесяти, так? Зачем вы взяли ее на работу? — А я кто ей, отец? — с ехидством спросил Пол, закатив глаза. — Я народ не набираю, Луна. Старший менеджер взял ее кем-то вроде хостес. Гостей встречает, болтает с ними. Ей все нравится. Что, выгнать? — А Несси и Джейк не против? Они ей не помогают? — Ни в чем Нэн себе не отказывает, вместе с мужем. Я повторяю, Клара, ее тут силой никто не держит. Она просто любит работать хоть как-то и все. Клару устроил ответ. Но удивление такой старой женщине в закусочной Пола все равно вспыхивало каждый раз, как девушка видела ее в зале. Наверное, на старости лет она будет такой же. Когда Клара чувствует скуку, то бежит подзарядиться батареями чей-нибудь энергии. В принципе, когда к ним подошел официант, а не подъехал бездушный робот, Клара о Нэнси забыла. Она с радостью диктовала молодому парню заказ, а тот выглядел растерянным. Быть может, в эту закусочную приходят люди, исключительно побитые или измученные жизнью. А тут девушка щебетала ему большой заказ так активно и улыбчиво, словно появилась в Диснейленде и рассказывала о всех своих детских мечтах. Эрик чиркнул в блокнот продиктованное — десять бургеров, порекомендованных Нэнси, два яблочных штруделя с мороженым, четыре порции картофеля фри с двумя чесночными соусами и две колы. Пол хмыкнул, внимательно всматриваясь в лицо парнишки. Думается, что юный и зеленый заслужил премию за то, как старательно держал лицо и не показывал ни тени изумления. Когда он отошел, пообещав сначала принести газировку, Клара взглянула на Пола, с вопросом дернув бровью. Тот закатил глаза и махнул рукой. Уже неоднократко показывал, что мыслей читать не умел и учиться не собирался. — Пол, а Эрик знает, что вы тут владелец? — Не знаю. Я его впервые вижу, новенький. Клара дернула уголками губ. С ней либо поздоровалась скромность мужчины, либо его принцип никому ничего не доказывать. Девушка спросила: — А не хотите просветить холдея для кого он понесет эти бургеры? — Может, ему еще встать на колени, когда притащит колу? — щерился Пол на пару с Кларой. Она хмыкнула, закинув руку на подлокотник стула и чуть склоняя голову. — Ну, до такого не дойдете. Хотя, кто знает. То ли оскорбила, то ли комплимент сделала. Пол фыркнул, отведя глаза от нареченной. Она часто так делала. Говорила, что вытягивает из бездны, а сама туда толкала. И невесть как — ему это помогало. Возникало у Лейхота ощущение, что каким-то немыслимым образом Клара получила к нему все инструкции. К столику лениво подползла Нэнси. Клара улыбнулась, видя, как Пол за секунду до встречи с ее взглядом закатил свои глаза и пробурчал что-то под нос. Но он влился в непринужденную беседу, начатую старухой. Болтала она, казалось, обо всем на свете. Успела обсудить свою дочку Рут и ее волка Эйдана, затронуть вернувшихся Калленов, пожаловаться, что помидоры у нее в этом году не созрели. На Клару Нэнси даже не смотрела. Потому она спрятала свои глаза в телефоне, отвечая на очередную истерику Картера емким посылом на три буквы. Если вкратце. Нэнси продолжала разбалтывать Пола, а Клара так, отстранилась и сделала вид, что ее тут вообще нет. Она умела вовремя прикинуться слепой, глухой, а если надо, то глупой. Девушка так проявляла чувство такта. Но Клара подняла глаза, когда почувствовала прикосновение к своей руке. Тонкая и натянутая кожа Нэнси накрыла ее теплом. Девушка улыбнулась, попавшись под мутный взгляд старухи. Она услышала подрагивающий голос: — Мы уже с тобой знакомились? — Не особо. Хотите со мной познакомиться? — О, да, — Нэнси хрипло рассмеялась, но тут же сморщилась, прекратив. Клару охватило воспоминание о ее пра-пра. Она была в подобном состоянии, только на ногах уже не стояла. И не отличалась густой шевелюрой, какой блистала Нэнси. Джеремийя хотела вскочить со стула и усадить на него старушку, но та вдруг передернулась и отошла от стола, бросая на ходу: — У меня обеденный перерыв. Клара недоуменным взглядом провожала Нэнси. Отвлек ее от этого тихий смешок Пола. Тот ничего не говорил, лишь покачав головой. Губы его держали безобидную ухмылку. Джеремийя ее поддержала, увидев, как с кухни Нэнси вывел один из поваров, отводя в другую сторону. Очевидно, что она была на той стадии жизненного пути, когда проблемы особо не волновали ее разум и сердце. Иными словами, она пребывала в глубоком маразме. Кларе было интересно спросить Пола, был ли он в курсе, что такими работниками хорошо подрывает репутацию своего бизнеса. Но вопросы так и остались в ее голове. Они уже жевали бургеры, картошку, прихлебывая колой и перекатывая крупицы шипучего льда во рту. Клара смотрела на мужчину, думая, что на бизнесы ему стало все равно еще в период забвения. Он прожил достаточно, чтобы добиться всего, чего хотел. А дальше просто плыл, ожидая, куда приведет его течение. Клара могла это понять. Но, в отличии от Лейхота, в будущем еще бы заимела в жизни несколько миллионов удовольствий. Ну, а если нет, то она просто выйдет замуж. Когда закончился их обед и Эрик унес шестую пустую тарелку, Клара хлебнула колы и захотела о чем-то поговорить. Ей ответы особо были не нужны. Хватало и поддакиваний. Но первым заговорил Пол. Джеремийя почувствовала с этого радость. За всю неделю он первым не начинал именно разговор. Только оставлял колкие остроты. — Как тебе день? Не устала? — Нет, Пол, спасибо. День классный, — честно ответила Клара, чуть улыбнувшись. Пол тоже чуть улыбнулся. Ему более детального ответа нареченной не требовалось. Но желание как-то продолжить диалог было. Кларе удалось ему вдолпить в голову кое-что дельное. Он забывает большинство мыслей дома и выходит в теплое лето. — Давай в «Верю не верю». Окей? Клара, сделав глоток колы, застыла с трубочкой у губ, подняв глаза на Пола. Ей понравилось его предложение. И в принципе, первой в эту игру предложила сыграть Джеремийя. Она великолепно позволила ей узнать множество секретиков и подробностей из жизни современной резервации. В «Верю не верю» за неделю девушка выведала разную информацию. От того, что Пол все еще моется хозяйственным мылом до того, что с Рут он за жизнь перекинулся не больше пары реплик. Хотя стоило узнать дочь Нэнси поближе. Она была не только правнучкой Несси и Джейка, но и пра-правнучкой Беллы и Эдварда. И вдобавок, возможно, в дальнейшем станет женой нового Вожака, Эйдана Атеары. Мир катился к тому, что именно он заменит Скотта Клируотера. Новая стая была небольшой. Мартин Адли, Скотт Клируотер, Тим и Эйдан Атеара. Да и все. В большом Сиэтле Пол рассказывал Кларе, что собирается поучить молодняк уму разуму, а на деле учить-то было почти некого. Джеремийя интересовалась, почему духи квилетов не вербуют своими лапами больше юных душ. Мужчина не дал ей четкого ответа. Он тоже не понимал. Как правило, что Кларе непонятно, то особо и неинтересно. На предложение Пола она ответила согласием. Мужчина заказал им еще газировки и, когда Эрик унес пустые стаканы, Пол громко хлебнул фанты. Откинулся на спинку стула и прокашлялся в кулак, выдав почти театрально: — Я никогда не любил шоколад. — Верю, — не думая, выдала Клара. Пол бы состроил на лице удивление. Она, конечно, достаточно пролезла в его душу, но о нелюбви не только к шоколаду, но и вообще ко всем сладостям, прознать заранее точно не успела. Клара с ухмылкой рассматривала слегка растерянное лицо Пола, но ничего ему не пояснила. К тому же, она поймала вызов. Посмотрит Джеремийя как скоро Лейхот забудет о нелюбви к сладостям, если какой-нибудь тортик получит из рук девушки. Гуляя пальцами по ободку трубочки, Клара заговорила: — Я никогда не пробовала пиво. Не считая того, которое было в нашем общем сне. — Верю, — также быстро ответил Пол. На такой же растерянный взгляд Клары он фыркнув, добавив. — У тебя бабл-хуябл-ти из говорящих стаканчиков, Клара. Тебе это нравится, разве нет? — Бла-бла-бла. Ухмылка Лейхота так и напрашивалась на кирпич. Но больше было весело. Девушка вдруг пролезла без очереди, вновь заговорив о себе: — Я никогда не была за решеткой. Имею ввиду не СИЗО, а реальное заключение перед судом. Ей показалось, что взгляд Пола помрачнел. Будто погода в его глазах испортилась. Заполонили тучи, и лицо нахмурилось. Клара пожала плечами, чувствуя, как внутри нарастает легкий стыд. Слова мужчину реально задели. А сам он не понимал — к чему это выдала Джеремийя. Что она ожидала услышать? Историю о бурной молодости, полной ошибок и раскаяния? Была, конечно. Но в другом русле. Однако, он не мог отказать себе в удовольствии с притворной грустью хмыкнуть и спросить: — Вот такого ты обо мне мнения, да? Щепотку стыда Клара вовремя поймала и, махнув в сторону, с громким фырканьем ответила: — Это просто первое, что пришло мне в голову. Не драматизируйте, Пол. — Окей, — он ей поверил. Просто так было гораздо удобней, чем найти очередной загон. Других хватало. Как бы в жизни лицо Лейхота чаще всего оставалось непринужденным, будто ничего с ним и не происходило. Квилет не железный, может поныть и пожаловаться, но когда болит сердце — он жалуется на пятку. — Я никогда не горел драками, пока не обратился и не стал агрессивней, — Пол говорил, прикрыв глаза и довольно щерясь каждой клеточкой своего тела. Клара продолжала лечить. Такую игру она сочла прекрасной для того, чтобы вскоре разорвать между ними дистанцию. Когда честные и ложные откровения из их жизней затягивались, Клара скользила к Полу поближе, с удобством умещалась на его коленях или под боком. Пахла, цвела, щебетала. Со всем справлялась отлично. — Верю, — ответила она, чуть подумав. Пол хмыкнул ей в плечо, продолжая держать глаза закрытыми. В близости с Кларой, когда они приехали в резервацию, его гормоны утихли. Или это произошло после общего сна, где была Ханна? Неясно. Теперь, когда мужчина вспоминал о своей страсти в большом Сиэтле, он сам не понимал почему чувствовал именно ее. Сейчас, пока Клара продолжала играть в «Верю не верю», выкладывая очередной очень важный факт из своей жизни, Полу просто было хорошо. Приятно гладить мягкие волосы, хрупкую талию, ложбинку на шее, когда пальцы начинали загуливать. Не больше. Словно… мягкая игрушка. Как-то так. Большего ему не требовалось. — Что-что? Его ошеломленную реакцию заслужило последнее откровение Клары. А у той улыбка граничила с дерзкой ухмылкой. Дернув бровью, она пропела: — Вы меня не слушали, Пол? Опять утонули? — Повтори-ка, — в морщинку между его нахмуренных бровей Клара ткнула пальцем, не избавляясь от ухмылки. Пол сощурился. — Повтори, ну. Меня не глючит? — Окей. Я никогда не жалела, что прошлым летом вышла на подработку в стрип-клуб в тайне от родителей. — Ну, блять, — Пол расширил глаза. — Зная тебя, то в это можно верить. И как? Там норм бабки? — Норм, — кивнула Клара. С колен Лейхота она исчезла молниеносно, едва они затряслись. Девушка вернулась на свой стул, бегло обведя скудных посетителей закусочной. А потом, когда ее глаза упали на Пола, чье лицо было весьма рассерженным, Кларе захотелось стать супергероиней и предупредить всех о возможной катастрофе. По Лейхоту было ясно видно, что он вот-вот выйдет из себя. И с этой мысли Клара во что бы то ни стало решила его опередить. Он ее из себя вывел не меньше. — А что, Пол? Осуждаете, беситесь? Я вроде не ваша жена, да? В чем проблема? Мы договорились делиться своей жизнью, мне что, врать? Пол-то слушал Клару. Зверь не слушал. Мужчина держал того в клетке, не позволяя выскользнуть. Слишком голодный и дикий за долгие годы, он с оскалом и вставшей дыбом шерстью переваривал не в добром ключе слова его Клары. Но самоконтроль все-таки вспомнил, что он есть. Как бы Джеремийя его не ослабила своим появлением, но Полу удалось сохранить трезвый рассудок. И, после вдоха и выдоха, взгляд его протрезвел и голос зазвучал не злобно: — Не ори. Это не я, а волк. Взбесился. — Кастрируйте его. — Ха, — Пол запрокинул голову, выдав ухмылку. — Как у тебя все просто, Луна. Так это что, правда? В стрипухе подрабатывала? — Да. — Совсем туго было с баблом? — Клара закатила глаза, кивнув. Видимо, вопрос ей показался дико глупым. Да и Пол это понял. Отчего потерял ухмылку, грустно продолжив: — Я в молодости тоже перебирался с копейки на копейку. Большинство из нас. Твой прадед вообще в какой-то период жизни стал коллектором, пока не поступил в универ. — А моя пра-пра? Ей тоже было туго? Пол расширил глаза, не веря в услышанное. А потом очухался, когда дошло — навряд ли Ханна рассказывала о своей бурной молодости. Она точно унесла этот секрет в могилу. Поэтому Пол кратко ответил, что не в курсе. Вообще понятия не имеет, чем там занималась когда-то Ханна с ним в его тачке, а потом в своей квартире. Клара нахмурилась, но не пошла напролом. Либо она потом дойдет до правды, либо примет явное вранье. Впервые мысль о Ханне навела на Пола не удушающую тоску, а лютое веселье. Утешительный приз перед его глазами таки подбивал мужчину залиться гоготом. Поразительная судьба, конечно. Взяло отражение Ханны и тоже пошло не в ту сторону. Пол ее учить жизни не собирался. В конце концов, он никогда не доставал до вершины моральных устоев. Ему была важна только безопасность. — Можно потом найти места, где хорошо платят. Тот же фриланс. Окончи какие-нибудь курсы, если в универ идти не планируешь. Стрипухи опасны, даже хорошие и дорогие места. Я по ним часто гулял. При мне девочку забирали из VIP-комнаты с побоями. — Я понимаю это, Пол. Просто тогда реально нужно были деньги. Но танцевать мне нравится. Пол видел, как Клара улыбалась. А когда он сказал: — Танцуй лучше для себя. Там будущего нет, как бы все не выглядело. Она засветилась так ярко, что даже солнце бы задохнулось от зависти. Пол был слегка обескуражен. Он ей просто сказал правду, а удосужился такой реакции, будто завалил миллионом комплиментов. Но на них бы у Клары не было бы такой реакции. Она сияла, потому что Пол ее не осуждал, не учил и не пытался переучивать. Просто беспокоился. Это достаточно ценно и приятно, чтобы девушка встала со стула и оставила на его щеке поцелуй. Пол похлопал глазами, спросив с недоумением: — И что это? — Ну, близость. Чтобы вам было спокойней. — Окей, — он не задавал лишних вопросов, только вздохнув и дернув уголками губ. Клара внушала ему странные чувства. Она действительно перестала быть настолько желанной. Пол чувствовал себя натуральным бездомным псом, которому хватало простого тисканья за ушком. Вернувшаяся на стул Джеремийя вдруг утонула в своем телефоне и через минуту резко выдала: — Школа прислала уведомление об интересной лекции на тему искусственного интеллекта в правительстве. — Охуеть, как интересно, — закатил глаза Пол. Опять его с Кларой разделяла пропасть. И та, тихо фыркнув, собралась уходить. Пол не пытался ее удержать. До тех пор, пока девушка, попрощавшись и пройдя мимо него, не пощекотала нюх запахом своих длинных кудрей. Лейхота тут же вывернуло наизнанку. Он схватил Клару за руку. Не отпустит эти апельсины и траву так просто. — Да плюнь на эту лекцию, Луна, — начал Пол, пальцами оглаживая мягкую кожу. Клара выглядела недовольной. — Погнали лучше в лесу погуляем. Покатаю, в океане искупаемся. Сегодня тепло. — Завтра, Пол. Я на лекцию и вызвала такси. Деньги с вашей карты уже списали. — Да похуй. Останься. — Пол, я вернусь, — твердо ответила Клара. Руку она вывернула спокойно. Померкнувший мужчина ей позволил. Он отвел глаза к глянцевому полу, но поднял их, когда руки Клары легли на его плечи. Зрительный контакт пары не был напряженным. Эмоции в глазах каждого были разные. И Пол, попытав удачу, с нажимом повторил: — Останься. — Нет, — ухмылка от уха до уха цепляла острые скулы Клары. Она чувствовала свое превосходство, договаривая. — Я вам не подчиняюсь. До вечера. Квилет промолчал. Ничего он не мог ответить на такое заявление. Да и не посадил бы Клару никогда на поводок, даже если бы сделал ее своей. Она выскользнула из закусочной, махнув рукой. Пол подозвал Эрика со счетом и, когда оставлял старинные наличные с чаевыми в маленькой кожаной папочке, получил смс. А потом еще, еще и еще. На улице Пол открыл телефон, набрав ответ первому отправителю. После чего скопировал его и то же самое разослал остальным.

«Спасибо.»

Это был ответ на все поздравления с Днем Рождения. В принципе, начался он неплохо. Только желание отмечать не было. Пол, в силу отсутствия других дел, умчался домой. А там пришел день, вечер. И, когда на пороге встала ночь, Клара соизволила ответить на одно из его сообщений чуть грубым:

«Я спать, Пол. В общаге. Гуляла с одноклассниками, завтра приеду. Все.»

Грустно было без Клары. Пол вздохнул, убрав телефон. Его глаза вернулись к одному из любимых фильмов, «Форсажу». Но настрой уже пропал. Ему нужна была нареченная. Лейхот прикрыл веки, представляя, как она возвращается в его дом. Ее руки в сознание пролезают. Они обрывают тормоза, включая зажигание. Будет отлично, если Клара продолжит быть его компасом, его путеводной звездой, его якорем. Полу ее тело не нужно. Душа. Нужна душа, способная разделить с ним все радости и горести, взлеты и падения. Залечить окончательно. И укатила эта малолетняя душа в большой Сиэтл. Как на зло, не мог Лейхот ей запретить. Досмотрев фильм, он принял душ и завалился спать. Усталая голова, коснувшись подушки, провалилась в сон. Радовало, что кошмары ему не снились. Он вообще не понимал, снилось ли ему хоть что-нибудь. И это хорошо. Но из сна Пола выдернули. Просто в наглую. Он успел открыть рот от возмущения громким хлопкам по щекам и, когда разум чуть прояснился, зоркий взгляд приготовился ловить в темноте смельчака. Но он увидел не его лицо, а нечто странное. Даже очень странное. Лейхот просто открыл рот, не понимая, кажется ли ему огонек маленькой свечи, вставленной в небольшое сливочное пирожное или нет. Блюдце с ним держали знакомые, хрупкие ручки. Их обладательница чуть склонила голову, и Пол невольно встретился с ее глазами. Молодая зелень в глазах Клары оттеняла его черные омуты, налившиеся непониманием. — С Днем Рождения, Пол! Его имя эхом прокатилось в голове. Клара… Почему она здесь? Писала же про общагу. Но, вроде, Пола не глючило. Он видел знакомую улыбку, нежную и искреннюю, как прежде. Пронзило сердце запечатленного дурня. Даже возмущенное фырканье девушки, выданное ступору Пола, воспринималось им так, будто она шептала нежности. — Пол, прием! Опять вы тоните! — Клара потрясла блюдцем с пирожным. Пламя свечи, мелькавшее перед его глазами, помогло окончательно ожить. Ухмыльнувшись, Пол присел. Потянул на себя блюдце и, ловко задув свечу, хотел как-то отблагодарить девушку за неожиданный подгон заботы. Но та опередила, громко вскрикнув: — А желание? Загадали? — У меня одно желание, женщина. И ты его знаешь. С этих слов Клара сама себя успокоила. Она вздохнула вместе с Полом, протянув ему пирожное. Помнится, сладости он не любил. И помнится, Джеремийя всегда права. Мужчина куснул круглый чизкейк, выглядя более чем довольным. Будто зажевал любимый стейк, а не пару калорий сплошного сахара. Клара вальяжно раскинулась на кровати, прилегла на бок и облокотила голову на ладонь. Пол, сделав второй укус пирожного, прожевал и спросил очевидное: — Ты откуда об этом знаешь? Растрепали? — Нет, Пол. Я нашла вашу старую страницу на Facebook, часа четыре назад. А там у вас дата рождения выставлена. Ну я и села в такси, заехала в магазин и теперь тут. — В магазин? — он добро хмыкнул, с прищуром взглянув на девушку. — Ты пирожное купила, а не сама испекла? — Конечно купила, Пол. Купила на ваши деньги. — Потрясающе. — И свеча на ваши деньги. — Лучшая, Луна, ты просто лучшая. Полу выпала прекрасная возможность вслушаться в смех Клары и, заглянув в ее глаза, сверкнувшие зеленью в темноте, чуть улыбнуться. Ханна продолжала главенствовать в его голове. Но теперь он был близок к главному. Только Клару бы это не устроило. Но мужчина все равно заговорил, расправив плечи и смотря сквозь стену: — Думаю попросить у Беллс гипноз. Ее Карлайл при жизни научил. — Гипноз? Забыть Ханну? Так хотите? — тон Клары был осуждающим. Она не пыталась скрывать чистых эмоций. Пол, хмыкнув, просто кивнул. Ему не нужны были ее одобрения. Но было бы славно, если бы девушка расписала подробно, почему гипноз был неудачной идеей. Клара это сделала. Прижавшись к боку Пола, она дождалась, пока тот закинет ей руку на плечо и начнет внимательно слушать. — Пол, забудете Ханну чужими стараниями, и откажетесь от части своей жизни. Да, не лучшей части, но это ваше. К тому же, вы так свою слабость признаете. А оно вам надо? Я бы изначально не начала вам никак помогать, если бы не была уверена, что вы справитесь. Да и без меня бы справились… Только времени бы много заняло. В общем, не надо вам гипноза. Я против гипноза. Не смейте. Пол отвел глаза от Клары, когда она замолчала. Он прижался губами к макушке ее волос. Наслаждался запахом, теплом, хрупкостью непробиваемой Джеремийи. Душа его теплилась после такой жаркой речи. Но не из-за смысла. Нечто большее скользнуло в словах девушки, а та это даже не заметила. Раз тихо сказала: — Пол, вообще, это не приказ. Я вам не отдаю приказ, как своему волку. А просто, ну… Советую. — Я знаю, маленькая, что это не приказ, — голос его сорвался на хриплый шепот. Клара дрогнула. У нее вспыхнули мурашки. — Спасибо. За… за отсутствие приказов. Это очень дорогое удовольствие. Им невозможно не наслаждаться, тем более, такому свободолюбивому сукиному сыну, как Пол Лейхот. Тот ничего не запрещает Кларе, а она — ему. Они… свободны, так? Настолько, насколько это возможно. Квилет улыбнулся с подобной мысли. Даже перестал чувствовать на себе оковы запечатленного дурня, или сам себе это внушил. Неважно. Когда Клара подняла голову, пересекшись с ним взглядом, он ясно видел в ее глазах свое отражение. Оно улыбалось. И Клара улыбнулась. После чего получила теплый чмок на лбу и последующий шепот: — Останься со мной. — Лечь с вами? — Да. Не против? — Нет, норм. Только я схожу в душ и приду. Клара вышла из комнаты, тихо прикрыв дверь. Будь в комнате свидетели их разговора, то они бы подумали в другую сторону. Определенно. Но они пока обнажали перед друг другом души. Рядом с Кларой Полу хотелось просто спать, засопев ей в плечо. Он лежал на кровати, вперив взгляд на потолок. Неясно, сколько прошло времени. Но, когда Клара вернулась, переодевшись в длинную футболку, Пол размял затекшую шею и хрустнул костяшками пальцев. Девушка прилегла, вмиг прижавшись к Полу. Его ладонь легла на ее талию, придвигая еще ближе. Чуть подумав, Джеремийя решила устроиться поудобней, упав на крепкую грудь. Она исчезнет, когда станет слишком жарко. Ну а пока… тепло. Следующим днем все будет так, как надо. Клара будет говорить, а он будет ее слушать. А дальше она научит его следовать своему любимому жизненному принципу. Клара ничего не таскала в себе. Если что-то чувствовала, то сразу брала и озвучивала. Неважно — хорошее, плохое. Просто брала и озвучивала. Души человеческие на библиотеку не похожи. Полок там нет. Посреди ночи девушка проснулась. В горле резко пересохло. Она честно пыталась научиться пить за день больше воды, но постоянно провалилась. И это пробуждение ей даже понравилось. Ведь, когда Клара вернулась в комнату, ложась на кровать, Пол вдруг с громким фырканьем вновь прижал ее к себе. Это хороший прогресс. Пока Джеремийя проваливалась в сон, за окном сверкнула молния. Молния попадает в одно место дважды, если не хватило ума отойти в сторону. Пол не отошел. Его с силой толкнули и будут толкать дальше.