Беззвучнее тишины

      Мы никогда не умрём.       Так, кажется, пелось в песне,       Которую я не послушала.       Я не русалка, но у меня нет голоса,       Зато много букв, расползшихся,       Как жуки, копошащихся в полках комода,       В стопках чистой одежды,       Ползущих в глаза и уши,       Острых, как переломанные кости.       Каждую четвёртую пятницу       Ты отправляешься в гости,       Но никогда, никогда нет пути обратно,       Как будто мы уже сгинули навсегда       И возвращаться незачем.       Ты не тяжелобольная на последней стадии,       Но у тебя ни совести, ни самоуважения,       Только желанье продать всё самое ценное,       Чтобы продлить себе единственно-важное.       Ты продаёшь меня в переходе бабульке       За парочку тёплых носков из чьей-то там шерсти.       И время бессмысленно и бесконечно.       И если звёзды наверху — это ангелы,       То совершенно закономерно, что ты не на небе.       Дома не пещеры, но мы теряемся       В черноте их распахнутых глоток,       В глубине их огромного голода.       Комната начинается с неприсутствия.       Комната заканчивается колоколами,       Но они, как повелось, по кому-то другому.       Я бы хотела скормить тебя тараканам.       Я бы хотела любить тебя до твоей смерти,       Но мы никогда не умрём.