Глава 2

Хогвартс гудел, обсуждая главную новость: настоящий боевой маг в стенах школы! Пока одни восхищались открывающимися перспективами, а другие гадали, сколько должно было стоить нанять такого специалиста в преподавательский штат, Гвендолин мучил важный вопрос. Зачем? Для чего? Почему именно в этот момент? В своих размышлениях она явно была не одна: многие слизеринцы и рейвенкловцы задавались той же загадкой. Она видела это по их задумчивым лицам, хотя некоторые старшие были даже слишком спокойны. Учеба началась стремительно, быстро, будто не было летних каникул. Уже в первый день их загрузили так сильно, что Гвенда едва смогла доползти до своей спальни. Она не представляла, как Лили справляется с должностью старосты. Эванс тянула на себе весь факультет. Не считать же бесхребетного Люпина, в самом-то деле. — Я уже предвкушаю первый урок по ЗОТИ, — мечтательно выдохнул Сириус. — Наконец-то мы действительно займемся чем-то полезным! Думаю, Паркинсон будет учить нас чему-нибудь этакому, чтобы раз — и кишки по стене! Петтигрю визгливо хихикнул. Гриффиндорки скривились, бросив на Блэка презрительный взгляд. Гвендолин с трудом подавила желание запустить ему в рожу подушку. — Надейся, — ехидно усмехнулась Марлин. — Разве что кишки будут твоими.

***

— Доброе утро, Нарцисса. Уделишь мне пару минут? Холодная аристократка величественно кивнула. Взмах тонкой ручки — и стайка разодетых девиц немедленно отстала от них. — Прогуляемся, Гвендолин? Сегодня замечательная погода. Они вышли через главную дверь и направились к оранжереям. Ничего удивительного, просто две леди решили полюбоваться цветами. — Я без ума от магических роз, — невзначай призналась Нарцисса. — Подумываю разбить сад в своем новом доме. Возможно, мой будущий муж даже расщедрится на пару фонтанов. Мраморных, с позолотой. — Это чудесно, — улыбнулась ей Гвендолин. — Уверена, Люциус будет лишь рад. В Малфой-мэноре не мешало бы обновить старый парк, и никто не справится с этим лучше, чем ты. Поттер не слишком любила разговоры о бабочках, платьях и прочие словесные кружева, однако ничего не поделаешь: мать его, высшее общество! И драккловы правила этикета, запрещающие переходить сразу к теме, не обсудив перед этим ретроградный Меркурий, Марс в доме Рака и связанную с этим миграцию чиновников в Министерстве. Она отвесила еще несколько комплиментов бесподобному вкусу Нарциссы и посчитала, что приличия соблюдены. — Возможно, это не мое дело, — осторожно начала Гвендолин. — Однако до меня дошли слухи, что Сириус недавно крупно поссорился с матушкой. Взгляд Нарциссы мгновенно стал более цепким. — И мне бы очень хотелось удержать его от непоправимых последствий... К сожалению, зачастую юноши взрослеют достаточно поздно, и Сириус с моим братом — яркий пример этого утверждения. — Увы, это действительно так, — настороженность не пропала из глаз леди Блэк. — Все мы иногда оступаемся, — Поттер тяжко вздохнула. — Порой нам остается надеяться, что рядом есть человек, готовый вернуть на истинный путь... — Боюсь, сейчас мы с кузеном уже не настолько близки. — В самом деле? А мне казалось иначе. Сириус нередко упоминал своих милых сестер, — Гвендолин притворно смутилась. — Он много рассказывал нам об Андромеде, но, впрочем, это действительно меня не касается. Благодарю за прогулку, Нарцисса. Надеюсь, я не отняла много времени. — Беседа с тобой доставила мне истинное удовольствие. Гвендолин направилась к замку, чувствуя на себе взгляд младшей Блэк. Что ж, она сделала все, что могла. Оставалось надеяться, что Нарцисса поговорит с Андромедой, и та повлияет на брата.

***

— Андромеда? — удивился Регулус Блэк. — Думаешь, она его убедит? — Зависит от того, что Нарцисса ей скажет, — задумчиво ответила Поттер. Они сидели в выручай-комнате и беседовали о делах. О планах, об учебе, о братьях... Приходилось идти на всякие ухищрения, чтобы никто не заподозрил их связь. Неважно, что они на самом деле общаются, как приятели, а Рег ее и пальцем не тронул. Даже тот факт, что Блэк помолвлен лет так с пяти, играл против нее. Это магглорожденным вроде Лили хорошо: нет, Гвенда не имела ничего против, однако та может хоть сколько таскаться за Джеймсом. На это будут смотреть снисходительно, ведь она — неподходящая пара. Эванс не леди, и за ней не стоит древний род. Какой смысл запугивать и шантажировать ту, с кого в их мире нечего взять? А вот Регулусу и Гвендолин приходилось в сто раз тяжелее. Слухи, сплетни, интриги — все это было привычно. Они не понаслышке знали, как можно перечеркнуть жизнь одной строкой в «Ежедневном пророке». Поэтому для всех они оставались просто знакомыми, как с Андромедой или Нарциссой. Вежливые кивки, невыразительные беседы — максимум того, что они позволяли на людях. — У вас уже был урок с мисс Паркинсон? — спросил ее Блэк. — Нет, он только в среду. Тебя тоже мучает чувство... — ... Будто здесь что-то не так? Они взглянули друг другу в глаза. — Честно говоря, — начал Блэк, — в высших кругах витает нечто такое. Странное предвкушение, напряженность... Словно вот-вот произойдет что-то важное, что изменит привычный уклад. — Хорошее или плохое? — Не знаю. Береги себя, ладно? — Конечно. Ты тоже будь осторожен.

***

Профессор Паркинсон вошла в аудиторию с точностью до секунды. На ней было привычное красно-черное платье, поверх которого она небрежно накинула мантию. — Уберите ваши учебники. Сегодня вам они не понадобятся. Студенты радостно исполнили команду преподавателя. Еще бы: они ждали этих слов целых шесть лет! — Что ж, начнем с учебного плана, — Паркинсон села прямо на стол. — Кто-нибудь может сказать, что вы проходили на своем пятом курсе?.. Да-да, вы, не бойтесь. Поверьте, я вас не съем. Светловолосая хаффлпаффка назвала десять чар. Алтея недовольно скривилась. — И это то, чему сейчас учат магов? Махать своим инструментом, колдуя простейшие заклинания? — она презрительно фыркнула, поправив каштановый локон. — Я намерена это исправить. Спешу вас обрадовать: экзамен по моей дисциплине отныне является обязательным для получения аттестата. Достаточная мотивация, чтобы взяться за ум? Паркинсон обвела взглядом класс, казалось, задержавшись на каждом. — Запомните: детство ушло. Вы вступаете во взрослую жизнь, а значит, обязаны уметь себя защищать. Обязаны оценивать риски и принимать взвешенные решения о том, как лучше всего поступить. Ее голос успокаивал, расслаблял. И это было главной ошибкой. Стоящая перед ними волшебница не выглядела опасной, однако стоило ей лишь захотеть... Гвендолин не позволяла себе расслабиться ни на секунду. — Профессор, у меня есть вопрос, — над головами поднялась рука Блэка. Дождавшись кивка от Алтеи, он нахально сверкнул голубыми, как сапфиры, глазами. — Каким именно чарам вы будете нас обучать? — Вы скоро об этом узнаете. И учтите, у нас не дуэлинг. Красивые поединки оставьте для профессора Флитвика; на моих уроках ваша задача не зрелищность, но эффективность. Будьте непредсказуемы, удивите своего оппонента. Заставьте его растеряться. Используйте то, что находится вокруг вас, чтобы избрать наиболее эффективную тактику. Ошеломите врага, а после хладнокровно забейте его ножкой от табурета. Еще вопросы? Отсутствуют? Тогда начнем с вводной лекции. Тема сегодняшнего занятия — классификация заклинаний.

***

— Эй, Гвен, пойдешь со мной в Хогсмид на выходных? Поттер удивленно застыла, едва не выронив книги. — Ты не заболел? — спросила она, потянувшись ко лбу Блэка-старшего. — Странно, температура в порядке... Может, проклятие или зелье? — Ну тебя, — притворно надулся брюнет. — Я что, не могу пригласить на свидание понравившуюся девчонку? — Можешь, — ответила Гвендолин. — Но только если это не я. Серьезно, она еще не настолько выжила из ума, чтобы вешаться на приятеля Джейми. — Это еще почему? — искренне удивился волшебник. — Я же красавец, спортсмен, наследник чистокровного рода! «Ага, а еще редкостный бабник», — мысленно фыркнула Поттер.

***

— Джеймс Флимонт Поттер, у меня к тебе разговор. Парень вздрогнул, заметив ледяной взгляд сестры. Когда Гвендолин обращалась к нему по полному имени, она находилась в крайней степени раздражения. — Знаешь, я только что вспомнил, что забыл свое эссе в библиотеке, — попытался сбежать гриффиндорец. Волшебница вскинула бровь. — Ты немедленно пойдешь за мной, милый братец, иначе я устрою скандал прямо в общей гостиной. Джеймс сглотнул, неохотно подчиняясь сестренке. Они вошли в пустующий класс, после чего Гвендолин запечатала дверь заклинанием. И обернулась, метая молнии взглядом. — И что ты сказал Блэку, Джей? — Какому? — попытался прикинуться дурачком ее собеседник. — Не выводи меня еще больше! Сириусу, идиот! Почему твой закадычный дружок начал меня активно преследовать?! — под конец волшебница сорвалась. — Ни за что не поверю, что он решился на это без твоего прямого согласия! Она не обманывалась: старший Блэк-ловелас никогда бы не попытался соблазнить сестру Джима — слишком дорожил его дружбой. Стало быть, тот был как минимум в курсе, а как максимум — сам надоумил приятеля. И последнее казалось Поттер наиболее вероятным, так как внезапной любви за магом она не заметила. — Я жду ответа, — прошипела раздраженная Гвенда. — Что за цирк вы оба устроили? — Это все ради тебя! — Джеймс упрямо посмотрел на сестру, понимая, что увиливать бесполезно. — Maman решительно настроена поскорее выдать тебя за какого-нибудь знатного мага. Думаешь, ее будут беспокоить такие вопросы, как возраст потенциального мужа?! — Поттер тоже вскричал. — Желаешь провести жизнь, являясь молчаливой игрушкой? Или украшением замка? Делить постель с каким-нибудь стариком? Я не желаю тебе подобной судьбы и считаю... Считаю, что лучше уж Сириус, чем такая незавидная участь! Они встретились взглядами, и Гвендолин разглядела в глазах напротив решимость и сталь. Кажется, ее брат повзрослел. Повзрослел и пытался защитить свою сестру-близнеца в меру своих сил и возможностей. Что ж, слова Джеймса и правда имели под собой веские основания, отражая ее тревогу и страх. Maman вполне могла продать свою дочь подороже, что было не редкостью среди чистокровных волшебников. По щеке Гвендолин скатилась скупая слеза. — Гвенда? — искренне обеспокоился Джеймс. Подошел ближе, заглядывая в лицо. — Ты плачешь?.. Сириус тебе что-то сделал? Девушка усмехнулась, отрицательно мотнув головой. — Считаешь, я бы не справилась с одним юнцом-отморозком? — негромко произнесла Поттер. — Просто... Ты единственный, кто заботится обо мне, пусть даже таким странным способом. Волшебник обнял сестру, ощущая ее дрожь, как свою. — Вместе до конца. Веришь мне? — Если не тебе, то кому?