20. Затишье перед бурей.

***

— Я тебя убью. Эдильфрида сидела на краю кровати, потупив взгляд в пол. После случившегося, сердце колотилось как бешенное, а перед глазами так и застыло окаменевшее безжизненное лицо первокурсника Колина Криви. Кажется так его назвал Дамблдор. — Час! Один час я просил тихо посидеть в комнате, раз уж идти со мной отказалась, а ты умудрилась вляпаться в такое! Дура! Невероятная идиотка! Катастрофа! Восклицал, хотя скорее кричал Дориан, меряя шагами комнату. Записку от профессора Снейпа, с кратким описанием картины, которую застали директор и деканы в одном из коридоров Хогвартса, он получил аккурат вовремя. Прошло пятнадцать минут с того, как Грей оказался в львином логове, а точнее, рассаднике пьянства и порока. Гриффиндорцы, кажется, совершенно обезумели от победы и грозились разгромить всю гостиную факультета подчистую. Музыка орала на полную громкость, Альфард, голый по пояс, танцевал на столе в центре комнаты, зажав в руке бутылку виски, капли которого стекали по ярко очерченным кубикам пресса, на усладу всем представительницам женского пола. Мишель прыгала-пританцовывала на полу перед ним, сжимая горлышко шампанского, и как заведённая повторяла «Это мой бывший!», приправляя свои восклицания щедрой порцией жарких подробностей о том, что, как и сколько Ал может, тем самым предоставляя ему бесплатную рекламу. Говоря откровенно, нужды в этом не было, ведь десяток девиц вились буквально у Блэка под ногами, а одна, особенно смелая, залезла к нему на стол и скинула майку, оставшись в одном бордовом бюстгальтере. Ещё на пороге, лишь только завидев происходящее, Дориан хотел развернуться и уйти обратно в подземелья, к любимой тишине и спокойствию, туда, где все трезвые и одетые. Все, кроме Эффи. По счастливой случайности, последняя и спасла старосту от участия в этой вакханалии, вот только не так, как хотелось бы. — Я бокал в руки взять не успел, а мне уже пришла записка от Снейпа, где он сообщил о том, что тебя с блондиночкой нашли в коридоре. Над трупом, мать твою! — Он не мёртв, — тихо прошептала девушка, переведя взгляд на свои пальцы, которые совсем недавно касались ледяной щеки мальчика. Грей тяжело выдохнул и прикрыл глаза, силясь взять эмоции под контроль. Сделать это находясь рядом с ней, как обычно, было сложно. — Верно. Проклят или заколдован. Вопрос кем. — Это так ужасно… — с искренним сожалением начала Блэк, — Он ведь совсем маленький. За что? Ладно кошка, но ребёнок… а я его ещё и напугала сегодня, как самое настоящее чудовище… монстр. — Так, малышка Блэк, прекращай, — Дориан опустился на корточки и взял трясущиеся руки в свои, — Ты не чудовище. И не монстр. — У него был такой взгляд… — не переставала Эффи, — Если он жив, то почему глаза мертвеца? Знаешь какие они? Стеклянные, безэмоциональные, будто потускневшие на пару оттенков… — Откуда ты знаешь, какие глаза у мёртвых? Эдильфрида заглянула в два чёрных омута, смотрящих прямо на неё. Ни один мускул не дрогнул на лице, а внутри в одночасье воцарился ледяной штиль, словно её душа являлась Северным морем в безветренную погоду. — Просто знаю. Грей криво ухмыльнулся, первым прерывая зрительный контакт. Да, их странные взаимоотношения сложно считать чем-то здоровым и правильным. Построенные на взаимном влечении, недомолвках и обмане. Но кто судит? У неё свои скелеты в шкафу, у него свои. На двоих, видимо, наберётся на целое кладбище. Младшая сестра Альфарда, очевидно, пережила и сделала гораздо больше, чем рассказывала кому-либо. Даже мистер Блэк, со всеми своими связями и доверенными людьми, не смог выяснить самые страшные тайны прошлого своего «солнышка». — Если долго вглядываться во тьму, она посмотрит в ответ. — Знаю. У неё чёрные глаза. Прямо как у тебя, Дориан Грей. — Хочешь чаю? — староста выпустил чужие ладони из своих собственных и выпрямился, скидывая пиджак на кровать. Эффи странновато улыбнулась, на секунду подумав о том, что большинство их диалогов так и остались на уровне игры в кошки-мышки. Главное не запутаться, кто, что и когда лгал, или недоговаривал. — Я бы предпочла вино. — Понял. С ромашкой и мелиссой, без сахара. Слизеринец вытащил палочку из-за пояса и отлевитировал из шкафа две глубокие чашки. Вторая появилась в его комнате ужасно внезапно. Как и Эдильфрида. — Будь добра, не вызови дьявола, пока я буду отсутствовать, — уже на пороге произнёс парень, даже не оборачиваясь, — Две минуты. — Возлагаешь на меня слишком большие надежды. Ответа не последовало. Он взмахнул рукой, и манящими чарами призвал волшебную палочку Блэк, дабы эта больная не успела ничего натворить. Одна из попыток отлучиться и сделать чай, уже кончилась кровавым кашлем и полуживым телом на холодном кафеле ванной. Хлопнула дверь, а в голове Эффи, помимо ужаса от случившегося и иррационального чувства вины, так и маячил один вопрос. «Почему Дамблдор так быстро поверил, что это не я? Просто проверил палочку и велел Снейпу отвести в гостиную. Из-за присутствия Элис? Слепого доверия? Полный бред. Хогвартс — самое безопасное место? Вроде так говорил папа. Очень сомнительно». Девушка поднялась на ноги и подошла к шкафу, желая взять чистое полотенце, отправиться в душ и смыть с себя это день. Сначала она не обратила внимания, закрыла дверцы и направилась в сторону ванной, но потом… Вспышка осознания. Воровато оглянувшись, слизеринка вернулась назад и отворила створки. Волшебный сейф Дориана стоял на привычном месте, вот только оказался приоткрыт. По привычке, дабы не оставить отпечатков, Эдильфрида замотала правую руку тканью и потянулась внутрь, спустя десяток секунд нашарив то, что было неимоверно необходимо для проведения ритуала на могиле матери. Острый, с любовью и усердием заточенный кинжал, отобранный Греем после случившегося в Запретной секции, лёг в ладонь как родной, а в душе что-то возбуждённо встрепенулось. Потоком магии прошибло с ног до головы. Магии её рода. «Вот теперь всё точно получится».

***

В Запретном лесу стоял мороз и скрипели деревья. Начался декабрь. Эффи сидела на поваленном бревне, скрупулёзно вчитываясь в строчки собственного перевода на пожелтевшем пергаменте. В прочтении, французский по-прежнему воспринимался проще, нежели английский. А ещё, это добавляло дополнительной защиты её трудам. После путешествия за завесу и долгих размышлений, Эдильфрида осознала, что ритуал Элладоры неточен и требует доработки. Как минимум, чтобы не получилось как с кровью девственницы и теми жуткими тварями, слетевшимися на неё точно осы на мёд. Впредь, стоило быть осторожнее и хоть сколько-то обезопасить себя. Хотя, о какой безопасности вообще шла речь, учитывая природу кровной и родовой магии. Их не с проста причисляют к Тёмным искусствам. «Но мне нужны имена. Да и смысл отрекаться от того, чему училась с детства». Астральная проекция была сильно проще: не приходилось произносить длиннющее заклинание на латыни, с примесью различных древних рун; не требовалась земля с могилы убиенного и жертвоприношение. К счастью, с последним проблем не предвиделось. Крыс в Хогвартсе кишмя кишило, правда, последние пару месяцев мёрли они как мухи. А фестрал всё здоровел и крепчал. Из-за произошедшего в коридоре Хогвартса, всё изменилось. В замке повисла атмосфера тревоги и страха, а студенты трёх остальных факультетов с недоверием смотрели на каждого ученика Слизерина. Профессора не предали огласке то, кто конкретно первым нашёл окаменевшее тело Колина Криви. Однако же, то не имело значения. Гриффиндор, Пуффендуй и Рейвенкло (последние в меньшей степени), разом решили, что во всём повинны жители подземелий. Особо рьяно бесновались сыны благородного Годрика, бросаясь беспочвенными обвинениями и домыслами. Гриффиндорцы цеплялись к слизеринцам едва ли не чаще, чем раздавалось уханье сов в совятне. И только Эдильфриду, Эвана и Элис, трудами (в основном угрозами) Альфарда, никто не трогал. Старший брат в этот раз поступил истинно по-слизерински: позаботился только о тех, кто ему интересен. Гонения на всех остальных учеников он останавливать не планировал, ведь сам считал, пускай и не признавался, что к нападениям причастен кто-то из змей. Как же невероятно близко Ал был к истине. Натянув зелёно-серый шарф по самый нос, который покраснел от стоящего на улице мороза, Эффи перелистнула страницы пергамента, в сотый раз повторяя строчки заклинания. Нельзя было ничего упустить, ведь на кону стояла собственная жизнь. Загон для Тени был готов. В мечтах всё выглядело гораздо красочнее, но криво-косо построенная магией конструкция подавала слабые надежды. Лучше чем ничего: крыша есть, стены, скрывающие от шквального ветра, тоже. Посередине очаг, в углу кормушка и поилка. Для зимовки существа, которое, по природе своей, должно вести вольную жизнь, вполне годилось. Удивительно, но Дориан не препятствовал побегам Эдильфриды в Запретный лес, скорее наоборот, стал всячески поддерживать. В одной из, Салазар прости, магловских книжек, староста вычитал, что общение с домашними питомцами идёт на пользу психологическому состоянию их хозяина. Учитывая связь, которую создала Эффи спасая Тени жизнь, подобный контакт должен был помочь стабилизировать эмоциональный фон волшебницы. В совокупности с зельем, естественно. Так и вышло. Рядом со своим фестралом, Блэк ощущала себя спокойнее, умиротворённее, увереннее. Теперь стало ясно, почему с самой первой встречи её тянуло к нему, словно магнитом. Кончено, в качестве друга-компаньона, Грей предложил быть нечто попроще, вроде кошки или совы, но… в случае этой катастрофы фестрал был ещё неплох. Спасибо, что не что-то более жуткое. — Если говорить начистоту, я сама плохо понимаю, что собираюсь совершить, — буркнула себе под нос Эффи, зажмурившись от усталости. Текст начинал плыть перед глазами, а небольшой костерок, который слизеринка разожгла, дабы не окоченеть, почти потух. На часах было шесть вечера, а вокруг сгущались сумерки. Несмотря на то, что Грей не противился её общению с Тенью, поставил очень жёсткие, по мнению Эдильфриды, рамки: возвращение в замок ровно к ужину, никакого алкоголя, импульсивных поступков и сомнительного колдовства. В общем, всего того, к чему она поневоле привыкла. И Блэк, к удивлению, соблюдала условия договора. И даже не бесилась. Почти. Зелье, приготовленное им, правда действовало исправно. Девушка была шокирована тем, насколько спокойно ощущает себя время от времени. Из-за этого, она пару раз за две недели наорала на Дориана, сказав, что он превращает её в овоща (хотя оно было далеко не так), и заверяла, что больше эту дрянь пить не будет. Грей выдерживал подобные всплески эмоций стоически, осознавая, что без них бы и не обошлось. С её то проблемами. Когда проводишь в тревоге всю жизнь, её сокращение кажется иррациональным, неправильным, пугающим, настораживающим. Парень успокаивал, убеждал, что такая реакция нормальна, изредка мечтая поджарить ей мозг или задушить. Одним из вечеров, он озвучил последнее вслух. « — Осторожнее. Вдруг мне понравится». Дориан еле сдержался, чтобы не проверить. Заледеневшие ладони покалывало от онемения, а очередной порыв ветра размотал шарф на шее, заставив кожу покрыться мурашками. Эдильфрида даже не обратила внимания, в голове повторяя строки заклинания. — Не советую. Крик ужаса оглушил тишину леса, заставив стайку маленьких белых птичек в испуге взмыть в небо. Эффи полетела с бревна, утопая коленями в снегу, и невероятным образом перевернувшись, попятилась назад на локтях. — Такая трусиха. Для твоих планов, излишне пугливая. Женщина, облачённая в изумрудную шинель и брюки из драконьей кожи, презрительно скривила губы, поправив чёрную косу. Неподалёку раздался топот копыт, и через секунду десять, не больше, появился он. Издавая утробное ржание, Тень встал на дыбы и крылом закрыл свою хозяйку, преграждая путь незваной гостье. — Не смей меня трогать! — дрожащим голосом воскликнула Эдильфрида, и опираясь на подставленное крыло фестрала, поднялась на ноги, — Ты чуть не убила меня, сука! Палочка легла в руку, а чёрный луч проклятья полетел прямо в грудь Фреи, которая… растворилась в воздухе, дабы через доли секунд оказаться за спиной. — Хорошая попытка. Будь я живой, наверняка бы попала, ангелок. Блэк дёрнулась и обернулась, но позади уже никого не было. — Я тебе жизнь спасла, если забыла, Одри. Поворот головы в сторону голоса, но видение исчезло точно вспышка. Новое тёмное проклятье из гримуара Горгонеи угодило в землю. Снег вокруг растаял, а покоящаяся под ним, увядшая трава, превратилась в золу. — Как грязно! Прекращай, солнышко. Касси. Принцесса. Эхом раздввалось со всех сторон, затмевая разум. — Фените инкантатем! — взревела Блэк, на удачу направив палочку на саму себя. Всяко лучше, чем ощущать, как эта мертвячка снова выкачивает из тебя силы. — Браво! Браво! — театрально хлопнув в ладоши произнесла Фрея, наконец перестав скакать туда-сюда, перемещаясь в пространстве, — Не всё потеряно. Я уж было решила, что ты совсем тупая. Волшебница недоделанная. Это заклинание знают даже дошколята. Тень стремглав понёсся в сторону обидчицы своей хозяйки, желая размозжить чужой череп копытом, сдавить зубами, не важно чем… лишь бы она не смела более вредить его спасительнице. Безуспешно. Женщина вновь исчезла, через доли секунд опуская руки на хрупкие девичьи плечи. — Утихомирь своего щеночка, малышка Блэк. Я явилась помочь, а эти лязганья копыт о землю раздражают, знаешь ли. — Тень. Прекрати. Всё нормально, — неуверенно произнесла девушка, ощущая ледяное мёртвое дыхание на своей шее. Фестрал не послушался и двинулся вперёд, угрожающе пуская пар из ноздрей. — Я сказала хватит! — вспылила Эффи, толком неясно по отношению к кому и чему. Чужие руки оказались грубо сброшены с плеч, а лошадь застыла на месте, единственным уцелевшим глазом вглядываясь в лицо хозяйки. — Mon miracle, — пара шагов вперёд, и ладонь прильнула к рельефной морде существа в нежном касании, — Она не сможет мне навредить, поверь, — привычная ложь слетела с губ, — В кормушке десяток крыс. В последнее время такие жирные и сочные стали, — Блэк подавила тошноту в горле от подобных сравнений, — Поешь. И согрейся у очага. Сколько ты скакал по лесу? Надо набраться сил. Тень перевёл взор за спину Эдильфриды, прямо на Фрею, и вновь издал утробное ржание. Он отступил назад и развернулся в сторону, взяв разбег. Эффи недоуменно и испуганно смотрела ему вслед, плохо понимая, что тот собирается сделать. Сбежать? Загон был построен на небольшой полянке в волшебном сосняке. Место выбиралось не случайно, ведь толстые стволы и раскидистые ветви худо-бедно защищали от ветра, а сосновый аромат отпугивал акромантулов. Это слизеринка вычитала в одной из книжек по Уходу за магическими существами, которые шерстила в поисках более подробной информации о фестралах. Соседство огромных пауков, коих она мельком видела пару раз, катаясь верхом, рядом с её любимцем было совершенно нежелательным. Достигнув почти самого края поляны, Тень расправил крылья и взмыл вверх, потоком воздуха закручивая лежащий на земле снег в несколько причудливых торнадо. Блэк распахнула рот в удивлении и запрокинула голову, восхищённо следя за его полётом. Первым на её памяти. Существо поднялось высоко-высоко, за самые верхушки деревьев, и закружило над головами двух волшебниц, отбрасывая широкую тень. Никуда уходить, уж тем более прятаться, оставляя свою хозяйку без присмотра наедине с мёртвой, он не собирался. — Надо же, какой преданный. Ты в курсе, что фестралы дикие животные? Им не нужна крыша над головой. Разбалуешь его и превратишь в домашнего котёнка. Твоей лошадке надо учиться охотиться и выживать, — поучительно начала Фрея, напоминая о своём присутствии. Эдильфрида развернулась к ней лицом, крепче сжимая палочку в руке. Несколько уверенных шагов вперёд и они поравнялись. Серая сталь глаз встретилась с темнотой чужих, чёрных как сама ночь. Медленно падал снег. Мелкие снежинки оседали на чёрных как смоль волосах потусторонней гостьи, касались щёк, кончика носа, но не таяли. Просто замирали поверх кожи в своём первозданном виде. — Зачем ты здесь? Опять явилась говорить загадками? Пытаться выкачивать из меня магию? Больше не выйдет, — процедила девушка, клубами пара выдыхая горячий воздух из лёгких. — О, я заметила твою новую побрякушку, — с невероятной проворностью, Фрея схватила руку с зажатой в ней палочкой за запястье, поднося к лицу, — Неплохой оберег, где нашла рецепт созд… ах… Она рвано вздохнула, когда отточенным движением к горлу оказался приставлен кинжал с резной ручкой, украшенной драгоценными камнями. — Думаешь напугать меня ножичком? Глупышка, я уже мёртвая, режь сколько хочешь, — попыталась отмахнуться ведьма, ощущая, как неизвестный сплав металлов одним касанием острия пригвоздил к месту, мешая перемещаться в пространстве. — Ножичек? — язвительно произнесла Эдильфрида, чувствуя необузданный поток силы, электрическими разрядами расходящийся по телу, — Мой род веками напитывал это оружие магией, используя в ритуалах и обрядах. Ходят слухи, что давно, очень давно, Блэки проводили жертвоприношения, как думаешь, правда? Кажется, мой клинок властен над тобой, или же почему ты всё ещё не сбежала, Фрея? Теперь не так весело? Ощущение собственного превосходства и власти захлестнули с головой, заставляя губы расплыться в маниакальной улыбке. Сердце забилось чаще, словно от возбуждения, а серую сталь глаз затмила дымка безумия. Лёгкое надавливание, и остриё проткнуло тонкую кожу мёртвой, оставляя алую царапину. Пока что царапину. На лице Фреи промелькнул ужас, когда она осознала, что чувствует боль. Впервые за множество лет чувствует хоть что-то. За спиной послышался свист. Тень спикировал на землю и, рысью преодолев разделяющее расстояние, остановился за спиной своей хозяйки. — Я нужна тебе. — Очень сомневаюсь, — усиление давления, и капельки крови слабо окропили кинжал, но вниз не заструились, ведь та давно застыла в жилах. — Ритуал! Твоей пра-пра кто-то там. Он неточен и опасен. И ты совершенно не понимаешь, с чем имеешь дело. Я помогу, но нам нужно работать сообща. Эдильфрида сощурила глаза, наслаждаясь, пускай и хорошо скрываемой, но паникой в чужом голосе. Девушка облизнула пересохшие губы, борясь с непреодолимым желанием закончить начатое. Убить мёртвую? Вот это будет фортель. — Я тебе не верю. — Что будет с твоими близкими, когда ты умрёшь? С отцом? Братом? Друзьями? Я не лгу. Клянусь. На Эффи как ушат холодной воды опрокинули. Она отступила назад, опуская клинок и палочку остриём вниз. Ещё шаг, и Тень укрыл её своим крылом. Наваждение начало отпускать, а ритм сердца замедляться. Только сейчас она заметила, что костерок, за прошедшее время должный превратиться в пепелище, полыхал ярче прежнего, языками пламени охватывая нижние ветки ближайших сосен. В голове мелькал десяток заклинаний, но примитивное Агуаменти никак не желало вспоминаться. Щелчок пальцев со стороны и огонь потух. Почерневшие сосновые иголки бисером посыпались вниз, источая аромат прогорклой смолы. — Да, твой ухажёр верно рассудил — зелье тебе просто необходимо, — мертвая присела на корточки, с трудом вбирая в ладонь горсть заледеневшей земли, — Мальчик тебя очень ценит, раз решил рискнуть. Мог загреметь в Азкабан за непредумышленное убийство. А ты ему так доверяешь, жмёшься как слепой котёнок. Ведьма распределила влажную холодную землю по открытой ране на шее, и что-то тихо прошептала себе под нос. Эффи не сомневалась, что опять на латыни. Прямо на глазах, неглубокий порез начала затягиваться, и через доли секунд о травме напоминала лишь размазанная кровь, вперемешку с грязью. — Я никому не доверяю. И как ты… — начала Эдильфрида, но оборвалась на полуслове, когда в голове появился другой, более животрепещущий вопрос, — Погоди. Как много ты знаешь о моей жизни? Сколько видишь? — к щекам сам собой, пускай и очень неуместно, прилил румянец. — Не переживай, мне нет дела до того, с кем и как ты кувыркаешься. К тому же, даже если бы и хотела, подглядеть не смогла. Половой акт — торжество жизни, ведь изначально направлен на зачатие дитя. Мёртвых, если можно так назвать, буквально откидывает от мест, где он вершится. В Хогвартсе мне и шагу ступить сложно. Идея запирать кучу подростков в одном пространстве, вдали от родителей, ещё до смерти казалась очень сомнительной, — женщина хмыкнула и, зачерпнув чистый снег, поднялась на ноги, растирая тот меж перепачканных ладоней. — Ты училась здесь? — Блэк погладила Тень по холке, нутром чуя его напряжение и настороженность по отношению к потусторонней гостье. — Это неважно. У нас мало времени. Черпать магию из тебя, чтобы стать видимой, было гораздо проще, чем из окружающего мира. Лес не просто волшебный, но ещё и живой организм. Который отторгает меня. Ему не нравится, что я краду его силы. — Но… — недоуменно нахмурилась Эффи, у которой появилось ещё больше вопросов, чем раньше, — Как ты мне поможешь? Я не понимаю, — бережным касанием она попросила фестрала пропустить её вперёд, и снова поравнялась с ведьмой. Оружие из рук было решено не выпускать. Мало ли. — Ты каждый день приходишь сюда. Я появлюсь как смогу, и в следующий раз начнём обсуждения сходу. Меня, конечно, будоражит твоя прыть, но она отнимает драгоценные минуты, — женщина пошатнулась в сторону, и слизеринка было хотела поддержать её, но руки прошли сквозь тело, — Но есть одно условие: ты не потащишь дорогих людей за собой во тьму. Даже если они будут рваться следом. — Погоди, о чём… ком ты?.. — голос растаял в пустоте леса. Никого. Только она и Тень. Мирный до того снегопад, превратился в настоящую метель, снежинками-льдинками хлестая по щекам, лопая капилляры на нежной коже. Воющий ветер взметнул кудри и распахнул ворот утеплённого пальто, которое заставил надеть Грей, чтобы не замёрзнуть. Руку неприятно опалило огнём, и в ладони появилась записка. «Двери в замок закроют через пятнадцать минут. Ровно через столько я желаю видеть тебя в Большом зале за ужином, иначе, твои вылазки закончатся, а фестрала я отдам в школьные конюшни. Поторопись». — Твою мать… Из-за Фреи, девушка совершенно потеряла счёт времени. Наручные часы показывали без пятнадцати семь. По-хорошему, ей стоило выдвинуться ещё четверть часа назад. До выхода из леса было минут пять-десять пешком. Она специально выбрала место для загона не в глубине, дабы всегда иметь возможность без проблем навестить своего друга. Обычно, Эффи преодолевала расстояние до границы на своих двоих, не спеша наслаждаясь красивыми видами, но сейчас было быстрее прокатиться верхом. — Подбросишь?

***

В Большом зале, в последнее время, всегда стояла тишина, нарушаемая лишь скрежетом приборов о посуду. Неважно, завтрак то был, обед или ужин. После нападения на Колина Криви, ученики Гриффиндора, Рейвенкло и Пуффендуя поникли, глубоко переживая за пострадавшего однокашника. Стол Слизерина же, в целом, остался прежним. Змеи редко шумели во время приёмов пищи, молча глядя в свои тарелки. Разговоры с набитым ртом — неприлично. Дориан неспешно делил ножом бифштекс на мелкие кусочки, краем глаза поглядывая на часы. Без минуты семь. Все две недели, после случившегося в коридоре, эта девочка-беда являлась к ужину заранее и трезвая, прямо как договаривались. Подобное послушание настораживало. Не считая парочки скандалов, истерик и ссадин на юношеском лице, от осколков разбитой пепельницы, запущенной в стену, вела она себя прилежно. «Затишье перед бурей. Нутром чую, что-то не так. Ещё минута, и не видать ей своей вшивой лошади». Эван, сидящий напротив Грея, то и дело бросал на него настороженные взгляды, пытаясь понять… хоть что-то. Его принцесса никогда не была такой нормальной. Даже в детстве, Эффи петляла по жизни, точно оголённый провод под напряжением, попавший в лужу воды. Не сказать, что изменения в ней несли что-то плохое. Скорее наоборот. Она стала уравновешеннее, спокойнее, меньше агрессировала и грубила окружающим. Именно поэтому, Розье слегка подозревал старосту в том, что он наложил на неё Империо. — Успела… — Эдильфрида мешком плюхнулась на лавочку рядом со своим парнем и, шумно выдохнув, потянулась к графину с водой. Эван и Элисон синхронно дёрнулись от неожиданности, вовсе не понимая, каким образом подруга настолько бесшумно оказалась рядом. — Молодец, малышка Блэк. Ещё тридцать секунд, и твой фестрал отправился бы в школьные конюшни, — съязвил староста, закидывая кусочек бифштекса в рот. Быстрый «дружеский» поцелуй осел на гладко выбритой щеке, выбивая землю из-под ног. — И тебе привет, псих. Где взял мясо? С голоду умираю, — беззлобно отмахнулась Блэк и потянулась к пастушьему пирогу, забирая сразу два куска. — Ты накурилась? Дориан свёл брови, незаметно опуская ладонь на девичью коленку, тем самым заставив вновь посмотреть на себя. — Чего? — Эдильфрида весело хохотнула, — Я просто рада, что с вами всё хорошо. В последнее время так… столько плохого случается. Учусь ценить мелочи. «Пока не поздно». Грей едва сдержался, дабы не распахнуть рот от удивления. Он встретился взглядом с Розье и Уолдорф, которые не менее обескураженно смотрели на беззаботную Эффи, с наслаждением поглощающую ужин. — Принцесса?.. — насторожившись начал Эван, накрыв тыльную сторону ладони подруги собственной. Искренне недоумение и удивление на лице старосты, начисто отмели у француза любые подозрения о его вмешательстве. Дориан сам не понимал таких резких перемен в поведении своей девушки. Да, конечно, с тех пор как Эдильфрида начала принимать зелье, её эмоциональный фон выровнялся, а нрав стал менее крут, но… не настолько. — Что? — хитро сощурив глаза спросила Эффи, свободной рукой потянувшись во внутренний карман пальто, которое так и не соизволила снять в помещении, — У меня просто хорошее настроение. Тень ночует в неплохом загоне, защищенном рунным шифром, завтра мы всей компанией идем в Хогсмид. Могу я хоть один день порадоваться? — губы растянулись в легкой искренней улыбке, а на стол встала фляга с неизвестного рода жидкостью. — Что это? — Дориан выхватил сосуд, пытаясь на запах определить его содержимое. — Каберне, — она вырвала флягу обратно и наполнила кубок, — Я не пила уже неделю. Бокал-то могу опустошить, в честь вечера пятницы? Если хотите –присоединяйтесь, мне не жалко. Грей ощутил на себе пристальное внимание и, подняв глаза, встретился с вопросительным взглядом Альфарда, который не мог взять в толк, какого чёрта его сестра такая радостная. Дориан неоднозначно пожал плечами, покосившись в сторону Блэк, которая, казалось, вовсе ничего не замечала, откусывая очередной кусок пирога, после, щедро запивая вином. «В одном Фрея права. Я не должна никого тащить за собой. Грей найдёт где похоронена мама, но пойду я туда одна. Главное не погибнуть. И отвести подозрения. Кровная месть и нормальная жизнь, получится совместить?». — Тень сегодня впервые взлетел, — с теплотой в голосе сказала слизеринка, откинув мешающиеся волосы назад, — Представляете? Взмыл в небо как самолёт в Хитроу. — Как что? — переспросили двое юношей. — Ну… — встряла Элисон, с детства являясь большой фанаткой авиации, — Это штука, на которой летают маглы. Как метла, только большая и железная, с крыльями как у птицы. Работает на моторе. — Чего-чего?

***

Воздух вокруг, казалось, сиял и искрился. Большая компания, состоящая из представителей разных курсов и факультетов, неторопливо следовала по направлению к Хогсмиду, а снег хрустел под подошвами их ботинок. Эдвард и Крис, оба закинув руки на плечи Мишель, шли, раскачиваясь из стороны в сторону, наперебой шепча что-то на ушко своей девушке. Грин глупо хихикала и жалась то к одному, то к другому. Эван и Элисон, оба в бежевых шерстяных пальто, переплели пальцы и бросали друг на друга влюблённые взгляды, молча наслаждаясь обществом друг друга. Альфард и Николя, шедшие плечо к плечу, негромко переговаривались на тему квиддича, тактик, стратегий и новых схем. Как двум капитанам команды, им было что обсудить. Замыкали процессию Эффи и Дориан. Грей бережно приобнимал свою девушку за талию, негромко пересказывая впечатления о последнем прочитанном рассказе Лавкрафта, под названием «Храм». Староста никак не мог поверить, что маглы взаправду умеют опускаться на океанские глубины в какой-то странной железке, при этом оставаясь в живых. Концепт подводных лодок взбудоражил сознание чистокровного волшебника сильнее, чем что бы то ни было до. Блэк тихо усмехалась себе под нос, ощущая приятное тепло в душе от того, насколько парень проникся и заинтересовался её любимы автором. Пускай, сгоряча и называл написанное Говардом бредом сумасшедшего. В основном тогда, когда не мог понять сути происходящего. Первым и единственным местом, которое предстояло посетить, прежде чем занять столик в пабе «Три метлы», являлось «Сладкое королевство». Блэк была весьма равнодушна к этой части прогулки, ведь в этом магазине являлась частой гостьей. Правда незаконной и под покровом ночи, но кого волнует? Туннель, скрывающийся за люком в подсобке, единственный способ вернуться в замок после семи вечера незамеченной. Звякнул колокольчик на входной двери. Уолдорф замялась на пороге, но Эван, ещё в прошлый раз успевший выяснить, какие сладости любит его девушка, потащил ту к нужным стеллажам. Мишель двинулась в сторону Сахарных перьев и Шоколадных лягушек, а Эд и Крис следом. Альфард и Ник остались на улице. Шафик в целом идти с компанией не рвался, ведь по-прежнему ощущал себя виноватым перед Эдильфридой. Но Ал, добрая душа, уверил, что все будут только рады его присутствию. Особенно Грей был просто в восторге. — Чего желаешь, ангел? Я плачу, естественно, — спросил Дориан, ещё крепче прижимая Эффи к себе, когда та попыталась отстраниться. — Мои вкусы весьма специфичны. Может лучше пойдём покурим? — Эдильфрида настороженно оглянулась по сторонам, но куче снующих туда-сюда студентов, вовсе не было никакого дела до парочки слизеринцев. — Лакричные тянучки тоже мои любимые, малышка Блэк. По мнению остальных, мы оба психи и извращенцы. Вряд ли ты сможешь меня удивить, — усмехнулся староста, свободной рукой заправляя волосы назад. Какой-то однокурсник задел его плечом и хотел возмутиться тому, что двое встали на пороге, но заметив, с кем предстоит иметь дело, молча ретировался, бегло кинув «извините». — Ну пошли. Грей откинулся на стену, с недоверием глядя на то, как его девушка набирает полный пакет конфет. — Серьёзно? Кровавые леденцы? — насмешливо протянул парень, пытаясь понять, шутка это или нет, — Они со вкусом крови. Их делают для вампиров и розыгрышей над друзьями. — Я же говорила, лучше бы пошли курить, — зачерпнув новую горсть буркнула Эффи, надув губы. — Нет, погоди, — Дориан за пару шагов преодолел разделяющее их расстояние, — Правда нравятся? — Я весь август сосала их без остановки, с тех самых пор, как папа отвёл меня в Сладкое королевство в Косом. Соедини-кто кровавые леденцы и лакричные тянучки воедино, я бы продала душу, — от представления о сочетании любимых вкусов, рот наполнился слюной. — А что ещё ты готова без остановки сос… — Грей! — щёки в одночасье вспыхнули, от одного лишь упоминания, а кулак ударил в юношескую грудь со всей силы, — Я… ты… знаешь что! — Знаю, — перебил он, — Ты потрясающая. Во всех смыслах, — одна рука легла на талию, притягивая вплотную к себе, а вторая на щёку, подушечкой пальца проводя по нижней губе. Эдильфрида обомлела, на найдясь что ответить. Сердце предательски ёкнуло, а стыд за совершенное перемешивался с желанием повторить. Ведь ей понравилось. Было очень стыдно и неловко, но понравилось. Особенно его реакция и несдержанные вздохи удовольствия. Грей же просто наслаждался моментом, ведь давненько не видел очаровательного смущения на её лице. Звякнул колокольчик на входной двери. Альфард окинул взглядом помещение, пытаясь отыскать лучшего друга и сестру, что задержались в кондитерской дольше других. — Твой брат, кажется, недоволен. Интересно почему… — Может потому, что твоя рука каким-то образом оказалась на моей заднице, м? — Блэк хотела вывернуться из объятий, но оказалась прижата ещё ближе, — Дориан… люди смотрят… — слизеринка заметила, как какая-то русоволосая гриффиндорка косится на них. — И что? Пусть смотрят. Все и так уже догадались, что мы вместе, смысл прятаться? — горячее дыхание опалило ушко, а язык лизнул мочку. Аромат морозной ночи перемешался с запахом сахарной пудры, цитрусов и сосновых веток. Хогсмид начали украшать к Рождеству сильно заранее. Хотя, почему же заранее? До праздника оставалось всего ничего, лишь несколько недель. — Ты забыл, какой допрос устроил мне папа? — рваный вздох. Жар разошёлся по телу, концентрируясь внизу живота, — Я там изворачивалась как уж на сковороде, лишь бы он не прознал о нас. Если какая-то крыса… — Поверь, Одри, никто из Хогвартса не посмеет встать у меня на пути. В данном случае, донести мистеру Блэку. Главное не попадаться на глаза преподавателям, — прошептал он в самые губы, своей настойчивостью и уверенностью дурманя девичье сознание не хуже магловской травки, — Давай сегодня сыграем в нормальную пару, которой нечего скрывать. Что скажешь? Вместо ответа, она сократила крохи расстояния, разделяющего их, и прильнула с поцелуем, сходу проскальзывая языком, точно змеёй, в чужие уста. — Вы может ещё одежду начнёте друг с друга срывать посреди магазина? — недовольно пробурчал Альфард, за плечи потянув сестру назад, — На кой чёрт я вообще вас покрываю? Бесите неимо… — Одежду? Вот так? — не растерялась Эдильфрида, и через пару секунд, зелено-серебристый шарф, до того обмотанный вокруг шеи старосты, приземлился прямо на голову старшего брата, закрывая обзор, — Я на кассу. Грей, либо дай кошелёк, либо за мной. Дориан подавил смешок. — Как ты её выносишь? — в никуда задал вопрос Ал и, сорвав аксессуар змеиного факультета с головы, передал его другу. — Только благодаря острому языку, — староста расплылся в широкой заговорщической улыбке и сделал то, чего никогда не позволял себе раньше — похлопал гриффиндорца по плечу. Блэк нахмурился, не понимая сути ответа, ведь язвительность этой девочки-беды и являлась главной проблемой и камнем преткновения. Спустя пару мгновений пришло осознание. — Демон! Ты совсем страх потерял?!

***

В пабе «Три метлы» яблоку было негде упасть. Отовсюду раздавался звон чокающихся друг об друга бутылок и кружек сливочного пива, громкий смех, разговоры и перешёптывания десятков студентов. Ученики сидели чуть ли не друг у друга на головах, но всем было плевать. Оказавшись вдали от замка, у многих полегчало на душе. Окаменевшее тело мальчика и кошки завхоза остались где-то там, далеко, а атмосфера приближающегося Рождества захлестнула с головой, ведь она была здесь, прямо перед глазами. Розмерта потрудилась на славу. К слову, именно благодаря её совместным стараниям с владельцем «Сладкого королевства», директор не продлил запрет на походы в Хогсмид, как на прошлой неделе, ввиду призрачной опасности. Хозяйка паба убедила Альбуса в том, что какие бы странности не происходили в стенах замках, здесь, в деревушке, всё чинно-мирно, и жизнь идёт своим чередом. Поразмыслив, а так же узнав мнение попечительского совета, Дамблдор не стал отбирать у детей единственную радость. В конце концов, смена мрачной обстановки, воцарившейся в Хогвартсе, должна была пойти им на пользу. Всё вокруг было как сама сказка: на каждом столике стояла незатейливая композиция из еловых веток, украшенных маленькими свечками. На подоконниках покоились сложенные стопками красные пледы, если кому-то вдруг станет прохладно. В меню появились сезонные новинки: горячий пряный сидр, какао со снежной шапкой, сделанной из взбитых сливок, шарики из индейки под брусничным соусом и многое другое. Бревенчатые балки под потолком были увиты гирляндами, издающими теплое жёлтое свечение, как и перегородки балкончиков на втором этаже. На одном из таких, самом высоком и скрытым от глаз посторонних, за длинным столом расположилась разношерстная компания студентов. Эффи полусидела-полулежала, откинувшись на грудь Дориана, который невесомо водил пальцами по полоске оголённой кожи живота, виднеющейся из-под задравшегося короткого свитера. Четвёртая кружка глинтвейна, выбранного девушкой в качестве напитка вечера, была наполовину пуста, но допивать её она не торопилась. Никто никуда не торопился. Всё вокруг ощущалось таким правильным, спокойным, праздничным и размеренным. Именно такой и должна быть жизнь в школе Чародейства и волшебства, без странных нападений, войны факультетов, недоверия друг к другу. — Я никогда не… никогда ничего не воровала, — пьяно икнув продолжила игру Элисон, которая была следующей по цепочке. Эдильфрида страдальчески закатила глаза, перекатывая во рту остатки кровавого леденца. «Можно кубок вообще на стол не ставить. Всё равно почти на каждое «не» я пью». — Врёте! — воскликнула слизеринка, когда никто из присутствующих не притронулся к напиткам, — Ал, ты, как минимум, умыкнул отцовский виски, который мы пили в поезде. Наша мисс Америка украла парня у Ноуп из-под носа. А ты, Розье, вообще стащил мою Бетти, когда нам было по девять, а до сих пор не признался, козёл! — Эффи в порыве указала пальцем на лучшего друга, и чуть не съехала со скамьи от резкого движения, но была придержана за талию. — Тише, малышка Блэк. Не бесись, — со спины шепнул Дориан, заправив прядь кудрей за ушко. — Да не трогал я твою куклу, святой Салазар! — Эван спрятал лицо в ладонях, устав хранить сию страшную тайну. Сколько ещё принцесса будет ему это припоминать? — Её мама выкинула, после того как ты, напомню, «ампутировала ей руку, из-за прогрессирующей неизлечимой язвы от тёмного проклятия». — Она проиграла в дуэли с Эмбер! Всё оправдано! — Которую ты казнила за ворожбу. — Ты сам показал мне ту книжку! Это инквизиция её казнила, а не я! — Блэк насупилась, скрещивая руки на груди. Её старший брат и парень красноречиво переглянулись между собой, без слов сказав друг другу всё, что думают об услышанном. «Кажется, её реально надо показать целителю». До этого они лишь так шутили. — Сладкие, возьмём зайку к себе четвёртой? — шепнула Мишель Эду и Крису, каким-то неведомым образом расположившись на коленях сразу у обоих, — Я с неё просто тащусь. Стоун и МакКалистер синхронно перевели взгляд на Грея. Видеть его вместе с девушкой, да ещё и таким… живым, без ледяной маски и презрительной ухмылки на лице, по-прежнему было очень странно. — Боюсь, детка, Демон её никому не отдаст, — Кристиан отхлебнул сливочного пива из бутылки. — Как минимум, до конца школы. Такой вроде у них уговор? Чудики, — Эдвард оглядел фигуру младшей Блэк и хитро подмигнул, установив зрительный контакт. От цепкого взгляда брюнета сей жест не укрылся. Дориан посмотрел на пуффендуйца так, точно Циклоп, стреляющий лазерами из глаз: герой любимых комиксов Стоуна «Люди икс». Николя старался лишний раз не смотреть в сторону предмета своего обожания, а сейчас и вовсе впал в глубокую задумчивость. Ампутация? Казнь куклы? Эдильфрида не могла быть способна на такое. В детстве она казалась просто очаровательной, милой и нежной … — Так, всё! Моя очередь… — заговорщически протянула гриффиндорка, в нетерпении барабаня пальцами. — Шельма… — предостерегающе перебил Альфард, прекрасно зная это выражение лица бывшей. Снова задумала какую-то пакость. — Я никогда не… считала, что Демон хорош в постели! Элисон покраснела и вжалась в стену позади себя, проклиная на чём свет старшекурсников, поднимающих столь пикантные темы. И без того, напряжение между ней и Эваном, в моменты жарких поцелуев, можно было ножом резать. Благо хоть соседка поубавила пыл и перестала подшучивать. — Грин, я тебя убью! — гриффиндорец поднялся на ноги, угрожающе упираясь в стол кулаками. — Ну мне интересно! Он единственный, с кем из вас пятерых у меня ничего не было! — весело отмахнулась Мишель, растянув губу в игривой улыбочке. Захмелевшая Эдильфрида нисколько не смутилась поставленному вопросу. Больше её удивила последняя фраза. Взгляд сам собой мазнул по заалевшему лицу Ника. «Грей единственный из пяти? Занятно» Блэк схватила со стола бокал французского коньяка, который пил её парень, и за несколько глотков осушила сосуд, после слегка закашлившись из-за обжигающего горла спирта. Крис и Эд привычно заулюлюкали, Розье хмыкнул, как бы невзначай положив ладонь на коленку вздрогнувшей Элис, а Ал скорчил страдальческую гримасу, пытаясь абстрагироваться от мыслей о том, что речь шла о его младшей сестре и лучшем, дракл дери, друге. — Столько пить было необязательно, но спасибо за высокую оценку моих умений, ангел, — прижав тонкий стан ближе к груди, тихо сказал Дориан, незаметно проникая рукой под край свитера. — Всегда пожалуйста. Главное не расслабляйся, мои запросы растут с каждым разом. — Успел заметить. Правда я надеялся, что как раз ты и поможешь мне расслабиться после тяжёлого дня, — Альфард грозился сжечь взглядом эту парочку змей, что едва в клубок не сплетались посреди паба. — Посмотрим, — неоднозначно ответила Эффи, поведя плечом, после закидывая в рот очередной кровавый леденец. — Мои дорогие детки, до возвращения в Хогвартс осталось сорок минут! Начинайте собираться и выдвигайтесь в замок! Старосты, находящиеся на дежурстве, просьба проконтролировать своих подопечных, — прокричала на всю таверну мадам Розмерта, возвращая разбушевавшихся учеников с небес на землю. Она принципиально не продавала ничего крепче сливочного пива несовершеннолетним, следуя закону, но препятствовать тому, что их угощали старшие студенты, не могла. Да и был ли смысл? Подростки достанут запрещёнку когда и где угодно. Тем более далеко ходить не требовалось. Паб «Кабанья голова», а точнее Аберфорт собственной персоной, за эти много лет набил оскомину каждому ответственному жителю деревушки. Старик вообще не обращал внимание на возраст своих покупателей — главное деньги. В большинстве своём, у него закупались детишки аристократов, не привыкшие считать галеоны. Узнай их благородные надушенные родители, чем занимаются собственные отпрыски, за головы бы схватились. Помещение опустело, когда со стороны самого высокого балкончика раздались шаги. Розмерта улыбнулась, заметив своего слегка подвыпившего молодого любовника. У них были большие планы на грядущую ночь, включающие в себя самовольный побег из замка, херес и много, очень много секса. Однако же, заинтересовало её и кое-что другое. Альфи строил теории заговора о взаимоотношениях лучшего друга и сестры ещё в середине сентября, греясь в тёплых женских объятиях. И вот теперь, эти двое шли переплетя пальцы, то и дело кидая друг на друга такие взгляды, что только слепой бы не догадался о природе их отношений. «Эта девчонка, как её там, Эдильфрида… ну и имечко конечно, не промах. Отхватила лакомый кусочек. Интересно посмотреть на реакцию Сириуса. Жаль его сын запретил болтать…» — Пока, ребятки, — слащаво пропела Розмерта, хитро глядя в след удаляющимся студентам, — Дориан, надеюсь новая должность не слишком утомляет, но если вдруг что, ты знаешь где можно отдохнуть… — Только не говори, что и ты тоже её трахал, — впившись ногтями в юношескую ладонь вскипела Эффи, стрельнув убийственным взглядом в эту… «Извращенку». — Нет, что ты. У меня до тебя никого не было, — съязвил Грей, забавляясь очевидной ревности. Будучи пьяной, его девушка хуже скрывала свои истинные эмоции. А ещё плохо подбирала выражения. Так и хотелось дать по губам. — Грей! — Не спал я с ней, успокойся. — Я абсолютно спокойна, — деловито уверила Блэк, ослабляя хватку, — Просто вошла в роль. Ты сам предложил сыграть в нормальную пару. — Ну конечно, — голос сквозил снисхождением, — Так и понял. — Я тут подумала, может возобновить занятия с Ником, — самым невинным на свете тоном произнесла слизеринка, смачно чмокнув леденцом, когда за спиной последнего из друзей захлопнулась входная дверь, — Всё же они были полезными и… — Попробуй, — от одного звучания имени француза из её уст, внутри всё вскипело. Грей за локоть развернул эту катастрофу на себя, недобро сверкнув чёрными глазами, — Я найду чем развлечься. Селвин как раз просила помочь с Зельеварением. — Вряд ли освежёванный труп этой страхолюдины получится научить чему-то путному. — Больная садистка. — Ревнивый психопат с манией контроля, — не осталась в долгу Эффи, плохо понимая, как они вновь оказались настолько близко. «Мерлин, как же тут жарко». Стоящая за баром Розмерта прокашлялась, напоминая о своём присутствии, и откусила чесночную гренку. «Вот это темперамент». — Хорошего вечера, заходите почаще. Передавай привет папе, Эдильфрида. Блэк натянула на лицо привычную непроницаемую маску, обманчиво-доброжелательно улыбнувшись. О, эту карту ей было чем крыть. — Хорошего вечера, мадам Розмерта. Полагаю, ваши послания отцу сподручнее передавать через моего брата. Более близкий контакт.

***

Вечерний приём пищи в Большом зале прошёл взволнованно. Все ученики, старше третьего курса, наперебой обсуждали свой поход в Хогсмид, а младшие перешёптывались, мечтая о том, как сами дорастут до посещения деревушки. Хогвартс будто ожил, даруя его жителям второе дыхание, помогая ненадолго отвлечься от произошедших ужасов. Дориан пропустил ужин, сославшись на неотложные дела. Эффи тисками пыталась вытянуть из него подробности, но её парень заверил, что всё в порядке, вскользь упомянув, что по теме её просьбы случились подвижки. Внутри вспыхнул огонь надежды. «Если он нашёл… нашёл где похоронена мама, то мне… срочно нужно выпытать из Фреи всё, что она знает. А потом, возможно, перерезать горло этой стерве». На входе в гостиную Слизерина собралась толпа. Бриенна из раза в раз повторяла пароль, но стена никак не пропускала учеников внутрь. Эдильфрида бесилась, ведь в отсутствие Грея хотела ещё разок прошерстить случайно найденную в библиотеке книжку о «завесе», и сопоставить информацию с рукописями Элладоры. Вдруг выйдет справиться самостоятельно, без помощи этой мертвячки? Только сделок с демонами, или кто она там, ей не хватало. Луч заклинания врезался в каменную кладку ровно в тот момент, когда Селвин в очередной раз произнесла «Дети Салазара». — Она была заколдована, тупица. «Фените инкантатем, однако, очень полезное заклинание». Блэк задела семикурсницу плечом, и первой прошла в гостиную, мечтая поскорее добраться до записей. Гурьбой, слизеринцы, от мала до велика, двинулись следом. Что-то капнуло на девичье лицо, слезой стекая по щеке. Эффи коснулась кожи пальцем. Алая жидкость медленно стекла вниз по фалангам, линией заструившись по узкой ладони. Она запрокинула голову. Раздался взрыв. Младшие курсы завизжали от ужаса, попадав на каменный пол. Всё вокруг затмил красный водопад, заставляя зажмуриться. Блэк распахнула глаза, глядя на десяток извивающихся существ, неспешно ползущих к детям. Кровь стекала по лицу, а тело бросило в дрожь. Одна из гадюк подобралась вплотную к Драко Малфою, распластавшемуся посреди гостиной лицом вниз, и раскрыла пасть, намереваясь запечатлеть укус на тонкой коже. — Dừng lại! — не помня себя от ужаса закричала Эффи, — Bò đi. Rắn không chạm vào rắn. Đi đi! Змеи разом замерли, поднимаясь в стойку. В их узких глазах читалось презрение. — Tôi đã ra lệnh. Đi đi! — утробно прошипела Блэк, а на фоне жалобно звякнул стеклянный антресоль, покрываясь паутинкой трещин. Громко недовольно шипя, пресмыкающиеся двинулись в рассыпную, словно по волшебству исчезая в расщелинах камня древнего замка. Повисшая гробовая тишина резала слух. Все повернули головы на Эдильфриду, распахнув рты. Несколько человек отшатнулись в стороны, в том числе и Бриенна Селвин, на эмоциях намереваясь написать брату о том, что их план мести отменяется. — Принцесса… — протерев глаза, несмело начал Эван, глядя на залитую с ног до головы кровью подругу, — Что ты сделала? Змеи, они тебя… — Уизли! — взревела Блэк, проигнорировав вопрос Розье. Фарфоровые чашки, стоящие на кофейном столике, взорвались, осколками оседая на полу. В голове всплыла та случайная встреча с Фредом и Джорджем. Они столкнулись на входе в паб «Кабанья голова». Слизеринка, под предлогом желания отлучиться в туалет, быстро посетила Аберфорта, дабы забрать новый блок ментоловых сигарет. Запасы из дома были не вечны. Именно тогда она увидела, как эти двое тащили огромный мешок, от которого исходило тихое шипение. Заглушающее заклинание одного из этих бездарей сработало не в полную силу. В стальных глазах всколыхнулось пламя, а тело забило мелкой дрожью. Кровь размеренно стекала с волос, каплями ударяясь о деревянный паркет. В голове перемкнуло. Разум затмила ярость. — Дети Салазара, — твёрдо и без колебаний произнесла Блэк. Стена отъехала в сторону, — Найди профессора Снейпа, Селвин. И успокой детей, — не просьба, а приказ слетел с губ, — Я скоро вернусь. Наверное. Очередной взрыв раздался позади. Несколько керосиновых ламп разлетелись на куски, заставив студентов змеиного факультета пригнуться. — Это моя кузина! Она отомстит всем поганым грязнокровкам! — подорвавшись на ноги закричал Драко, утерев лицо рукавом, — Эдильфрида говорила на парселтанге, слышали?! Враги наследника — трепещите! Его восклицание было поддержано редким неуверенным гулом жителей подземелий, пытающихся прийти в себя от случившегося. Уолдорф, едва стоящая на ногах, вжалась спиной в стену, из последних сил сдерживая слёзы. Розье послал в Малфоя полный ненависти взгляд, желая заехать мелкому поганцу по лицу. «Жаль он всего лишь ребёнок» — Элси, тише, — успокаивающе начал француз, — Принцесса не… — А что подумают остальные? На несколько этажей выше, с дребезгом разлетелись ни в чём неповинные рыцарские доспехи. «Я убью этих рыжих клоунов».