Часть 12 или Принятие Решения (Слежка за гномами)

Рано утром гномы собрались в дорогу. С балкона своей комнаты я наблюдала, как они толпились у величественных колонн дворца, громко обсуждая последние приготовления. Холодный воздух звенел вокруг, даря приятное чувство свежести, а первые лучи солнца мягко играли на резных камнях, отбрасывая длинные тени. Голоса гномов эхом разносились по тихим залам, нарушая вечный покой жителей долины. Всю ночь я не могла уснуть. Мысли крутились в голове, не давая покоя: идти ли за ними, несмотря на холодность Торина и его неприязни ко мне? Я переживала за жизнь Фили — хотя не могла сказать, что безразлична к остальным. Видение, что посетило меня в ривенделльском лесу, не оставило выбора: я иду — и точка. Да, у меня не выходит стрелять так же искусно как это деалет Кили или предводитель отряда. Да, я еле держу меч в руках и никогда не смогу поднять его над головой и бросится в бой так, как это умеют гномы и даже маленький хоббит. Признаюсь, я немного труслива и уроки, которые мне давали друзья, были скорее забавой — способом позлить Торина. Но я должна пойти, так хочется моему сердцу, так предначертано судьбой.

***

Я вышла с Элрондом и Гэндальфом, дабы "проститься" с гномами. Как оказалось, совет который держали в доме владыки Ривенделла, не разрешил сей поход, а эльф с магом пошли против его воли и отпустили опальную команду Дубощита. — Надеюсь, мне не придётся пожалеть об этом, Гэндальф, — произнёс Элронд, видя, как трудно мне даётся прощание. Он положил руку мне на плечо — жест уже знакомый и утешительный. — Желаю тебе удачи, Торин Дубощит. Пусть Луна и Солнце станут вашими защитниками в тёмную ночь и самый яркий из дней. Предводитель отряда поблагодарил владыку эльфов за гостеприимство и быструю помощь и почтительно кивнул ему. А после взгляд Торина перешёл на меня, я встретила его холодно, не собираясь даже сказать ему что либо на прощание. Наши переглядки оборвал Фили, подошедший ко мне. — Милена, — с грустью произнёс парень, опуская голову, — Свидемся мы ещё или нет, мне этого знать не дано, но я прошу у тебя прощения, если за время нашего пути я нехотя того обидел тебя. Смахнув слёзы с щеки я обняла принца на глазах у всех, тот немного растерялся, но наплевав на десятки заинтересованных взглядов, он сомкнул свои руку на моей спине. — Я почему-то уверена, что наши пути ещё пересекутся, — улыбнувшись, ответила я ему. — Раз ты так говоришь, значит обязательно так оно и будет, — Фили отпрянул от меня и улыбнулся мне ответ. Его синие глаза, так похожие на дядины, смотрели на меня с тоской и явной симпатией, он не спешил вернуться к отряду, что уже заждался гнома. — Фили, — голос Торина в этот момент звучал как приговор, горький и ужасный. Сам король под горой был раздражён, его руки сжались в кулаки, глядя на племянника, которого наверняка считал слабаком. Вняв зову дяди, Фили всё же последовал к выходу. Он несколько раз оглянулся, пока шёл по мосту, но вскоре скрылся за суровыми скалами. — Думаю и тебе, дитя моё мне следует сказать прощай, хоть этого мне хочется, — обратился ко мне Элронд. — Откуда вы узнали? — ошарашено смотрела я не него, — Нориэль сказала вам, ведь так, — эльф поспешил отрицательно махнуть головой. — Мне лишь стоит посмотреть в твои очи, чтобы понять мысли двигаемые тобой, — взяв мою ладонь в свои руки, мужчина склонился и поцеловал меня в лоб, — Ривенделл всегда будет открыт для тебя, Милена из иного мира. Я охотно приму тебя в свой дом вновь, если захочешь вернуться. А теперь, в добрый путь, милое дитя. Пусть удача не оставит тебя в самый трудный час. Я низко склонилась в знак благодарности за всё, что сделал для меня этот замечательный эльф. — Я никогда не забуду ваших мудрых слов и советов, владыка. Подождав всего час после отбытия гномов, я накинула плащ, подаренный Нориэль на новенький сшитый по моим замерам костюм из лёгкой длинной рубашки, брюков и длинных сапог. — Вы догоните их быстро, миледи, — Линдир стоял над картой, которую собственноручно принёс в мои покои, признаться я с таковыми не дружу, а география всегда была моим самым нелюбимым предметом в школе, — Их много и провизия внушающая, вам не доставит труда даже обогнать отряд, если конечно понадобится. — Благодарю за помощь, Линдир, и тебе тоже огромное спасибо, Нориэль, ты мне здесь очень помогла, — эльфийка улыбнулась, а помощник Элронд почтительно склонил голову. Последний проводил меня прямо до моста и оставался смотреть вслед, даже когда я ступила на скалистую равнину.

***

Я повернулась к тропе, уводящей в скалистые предгорья Мглистых гор. Воздух в долине Ривенделла был напоен ароматом цветов и влажной земли, но уже через пару часов ходьбы он сменился сухим, прохладным ветром, гулявшим среди камней. Тропа, по которой ушли гномы, была хорошо заметна — не только благодаря их тяжёлой поступи, но и из-за обилия следов: обрывки верёвок, крошки сухого хлеба, втоптанная в пыль шелуха от орехов. Гномы, несмотря на всю свою скрытность, оставляли за собой шумный и заметный след. Мне не составило труда идти за ними, и я даже могла позволить себе не спешить, боясь нагнать их слишком быстро и нарваться на гнев Торина. Шла я большую часть дня, ориентируясь по карте, которую мне вручил Линдир, но большье всего по явным признакам гномьего лагеря — потухшим кострам, следам от котлов на земле. Они явно не старались скрыть своё присутствие, чувствуя себя в относительной безопасности так близко к Ривенделлу. Пейзаж менялся стремительно. Пологие зелёные холмы сменились крутыми каменистыми подъёмами. Под ногами заскрипел щебень, а редкие низкорослые сосны цеплялись корнями за расщелины в скалах, словно не желая отпускать последние признаки жизни. Я натянула капюшон плаща, спасаясь от навязчивого ветра, который то затихал, то вновь принимался свистеть в ушах, принося с собой ледяную свежесть с вершин. К вечеру второго дня тропа начала резко уходить вверх и ветер стал ещё злее. Я забралась на небольшой уступ, чтобы осмотреть местность, и сердце моё ёкнуло — вдалеке, в ущелье между двумя пиками, виднелся дымок. Очень слабый, едва различимый, но это наверняка был их лагерь. Они остановились на ночь. Решив не искушать судьбу и не подходить ближе, я нашла себе укрытие неподалёку — небольшую пещерку, скорее даже расщелину в скале, защищённую от ветра нависающим козырьком камня. Еды у меня было немного: эльфийские лепешки, немного сухофруктов и орехов. Разводить костёр я не рискнула (делать я этого попросту не умела) , боясь выдать себя, поэтому завернулась в плащ и съежилась от холода, глядя на далёкие огоньки внизу. Оттуда доносились обрывки грубых гномьих песен, подхваченных ветром, и смех. Мне стало одновременно тоскливо и тепло на душе. Они были там, все тринадцать, а с ними хоббит. И Фили был среди них. На следующее утро я проснулась от звенящей тишины. Ветер стих, и горы замерли в холодном, безмолвном ожидании. Спустившись к месту их ночёвки, я увидела лишь потухший костёр и следы, уводящие дальше в горы. Путь становился всё сложнее. Тропа сузилась до тропинки, а затем и вовсе превратилась в цепь едва заметных уступов и каменных плит, по которым нужно было карабкаться. Я не гном, не привыкла к таким переходам. Ноги горели, в мышцах чувствовалась приятная, но изматывающая усталость. Пальцы, цеплявшиеся за холодный камень, занемели. Я то и дело останавливалась, чтобы перевести дух и полюбоваться открывающимися видами. Именно во время одной из таких остановок я и допустила ошибку. Засмотревшись на парящего в вышине орла, я оступилась. Камень под ногой подался, заскрипел и покатился вниз, с грохотом срывая другие камни. Я едва удержалась, впившись руками в выступ, сердце бешено колотилось в груди. Небольшой камнепад стих так же внезапно, как и начался, оставив после себя лишь облачко пыли. Надеясь на то, что гномы не услышали этого грохота, я спешно двинулась дальше. Пришлось менять тактику. Теперь я двигалась не по их следам, а параллельно, скрываясь за скальными выступами, выбирая путь повыше и посложнее, но зато скрытный. Страх придал мне сил и осторожности, на которые я сама не считала себя способной. К концу дня я снова их увидела. Отряд Торина спускался в широкую каменную седловину, чтобы устроить привал. Я же устроилась наверху, за большим валуном, с которого открывался прекраснейший вид. Я видела, как Бомбур что-то жарил на костре, а Оин и Глоин спорили о чём-то, размахивая руками. Дубощит сидел в стороне, созерцая горы, а Фили и Кили чистили своё оружие. Смотреть на них с высоты, зная, что они ничего не подозревают, было и сладко, и горько. Я была так близко и в то же время бесконечно далеко. Словно призрак, следующий за живыми. Завернувшись в плащ, я съела последнюю лепёшку, глядя, как внизу зажигаются огни костра, понадеялась заснуть, но ни тут то было.