Домик на краю мира

Этот дом стоял на утесе города Яэтао. Двухэтажный готический дом казался порталом в темный Ад. А то, что было за ним, что было за утесом, скрывала плотная пелена млечного тумана. «Черновики» говорили — те, кто пытался узнать, что находится за таинственным домом, навечно оставались во власти тумана. Говорили, что призраки мертвецов, сбившихся с пути, все еще бродят там, пытаясь найти дорогу к дому, который в силу своей мрачности, никак не мог служить маяком. В этом городе не было ни одного маяка для заблудших. «Черновики» бесконечно тонули в океане своих пороков, потому что не знали дорогу к дому. — У вас, Милая луна, какие-то дела в этом страшном доме? — поинтересовался Хенджин, подходя ближе к дому, ведомый Миен. Его кожа ощущала, как воздух становился все холоднее. Тревога ползла по венам в самое сердце, все земное становилось неважным. — Вы знаете Ли Феликса? — поинтересовалась Чо Миен. — Он — мой хороший друг, но, признаться, немного странный, — улыбнулся своим личным воспоминаниям Хенджин. — У него сегодня вечеринка. А у меня есть одно дело на этой вечеринке. — В вашем летнем платье вы будете выделяться, — Хенджин изучил взглядом цветочный рисунок почти прозрачной ткани. Луна все еще смотрела на них с небес. Ее слабый свет умудрялся оседать на кончиках локонов Миен. Подойдя к двери дома Феликса, Миен постучала. Хозяин вечеринки не заставил гостей долго ждать себя. Он открыл довольно быстро и удивился, увидев двух людей, что были знакомы ему, но не знакомы между собой. Так ему всегда казалось. Одетый в темную рубашку и джинсы, с убранными в хвост, белыми волосами, Феликс молча смотрел на необычную парочку. — Привет, — помахала ему ладонью Миен. — Привет, Миен и Джинни. Вы на вечеринку? — Феликс, хоть и недоумевал, все равно улыбнулся гостям. — Да, — кивнула Миен. — Тогда входите. Ночью готическая мебель черно-красного цвета казалась еще более пугающей, чем обычно. Но гости вечеринки веселились, танцевали, будто заведенные куклы, а не живые люди. Хенджин теперь знал: они — «черновики». Он, держась за руку Миен, пробирался через толпу, будто в противостоянии штормовым волнам воды. Они сели за барную стойку. Пока играла ритмичная музыка, молча пили коктейли. Когда зазвучала более спокойная музыка, чарующими нотами льющаяся в уши, Миен поднялась. Она нашла свободное место в комнате танцующих «черновиков» и начала плавно двигаться, словно свободная водная волна, слушающая лишь голос природы. Да и голос девушки, поющей чарующую песню, казалось, был самим голосом океана. Хенджин молча наблюдал за движениями Миен. Внутри медленно рождались бабочки, одна за другой. Огоньки на кончиках их черных крыльев обжигали легкие, сердце, а затем — и каждую вену. Тонкие запястья талантливо рисовали в воздухе различные узоры. Хенджин видел в Миен лист, плывущий по ветру в неизвестность. Когда она водила ладонями по своему телу, двигаясь в темп музыке, будто рисуя саму себя, Хенджин с трудом держал себя в руках. Он сидел с приоткрытым ртом, и расширенные зрачки его глаз отражали красное сияние потолка. Качая бедрами, Миен на расстоянии уже завладела Хенджином. Он вдруг заметил, как она манит его к себе пальцами, облаченными в бархатную ткань перчатки. Хенджин, как заколдованный, приблизился к ней. Когда она обвила руками его шею, тело Хвана само начало тихо покачиваться из стороны в сторону, а руки коснулись талии. Миен приблизилась к уху Хенджина и зашептала: — Скажите, Хван Хенджин, люди, окружающие нас, кажутся вам живыми теперь? — Когда вы… начали танцевать, Милая луна, весь этот мир наполнился жизнью. Я думаю, вокруг меня все дышит, и дыхания сплетаются в нежную колыбельную. — Даже, если эта жизнь — лишь иллюзия? — Даже если так… — Хенджин ощущал приятное дыхание Миен на своей шее, как освежающий ветерок в жаркий день. Когда рука Миен, облаченная в перчатку, снова стала двигаться свободно, рисуя узоры, Хенджин, пробежавшись пальцами по тонкому запястью, предпринял попытку снять перчатку Чо Миен. Но она не позволила, убрав руку за спину. — Любопытный Хитрый лис, — произнесла она. — Вам стоит запомнить две вещи. — И какие же? — Первая — никогда не снимайте с меня перчатку. Вторая — песня, что сейчас звучит. Запомните ее и всякий раз, когда будете слышать ее позже, думайте только обо мне.

Плывя по волнам свободно, помни одно —

Ты рискуешь навлечь на себя шторм.

И, как только увидишь вдали маяк,

Плыви к нему. А она будет тебя в нем ждать.

Ты только представь…

Когда музыка снова стала ритмичной, Миен взяла Хенджина за руку и повела прочь из дома через черный выход. Они вышли в плотный туман. Наслышанный о нем, Хенджин должен был испугаться, но почему-то не чувствовал страха, находясь рядом с Миен. — Куда мы идем теперь? — Скоро узнаете, Хван Хенджин. Видите ту девушку? После слов Миен Хенджин заметил вдали высокую девушку с белыми волосами и оленьими рогами на голове. Она стояла к ним спиной. — Говорят, в тумане ее нужно избегать, — вспомнил слухи Хенджин. — Наоборот. Надо идти за ней. Миен крепче сжала руку Хенджина и повела его за собой. Они шли за девушкой с рогами долгое время, но не догоняли ее. Расстояние, казалось, совсем не сокращалось. В конце концов, туман рассеялся сам, на удивление Хенджина. Он пошатнулся, когда увидел под своими ногами утес. Какой он был высоты? Никакой. За ним и под ним не было ничего. Только черная пустота. — Здесь заканчивается этот мир, Хван Хенджин. Вы видите? — Заканчивается мир… — глубоко задумался Хван. — А почему, Милая луна? — Потому что все заканчивается… Миен взглянула на Хенджина. Она удивилась, когда парень закрыл глаза и улыбнулся. А внутри Хвана снова закружились бабочки с пылающими крыльями. Он только представил — и все изменилось. На черное «ничего» посыпались яркие звезды, желтые, белые, синие. — Пусть заканчивается красиво, — произнес Хенджин.