Черный розарий

Хенджин и Миен вернулись к дому через туман, все так же следуя за девушкой с рогами. — Хотите вернуться на вечеринку? — спросил Хенджин. — Пока не знаю… — Миен замерла перед портальной дверью дома, все еще чувствуя спиной касания тумана. — Вы показали мне такую красоту… — Хенджин задумался. — Позвольте и мне показать вам кое-что. Хенджин предложил Миен свою руку, и она взялась за нее. Ее лица коснулась легкая улыбка. — Я не против. Теперь уже Хенджин повлек Миен за собой. Он привел ее к небольшому одноэтажному дому, но пошел не внутрь него, а вокруг. Миен молча проследовала за ним и удивилась, увидев во дворе дома розарий, состоящий из роз только глубоко-черного цвета. — Красиво, — выдохнула Миен. В окружении кустов ароматных роз стояла белая закругленная скамейка под навесом из темно-зеленых крон деревьев. Хенджин привел Миен именно к ней. Сев на скамейку, Хван похлопал по месту рядом с собой. — Садитесь, Милая луна, — пригласил он. Чо села рядом с Хваном и теперь смотрела только на черное море шипов перед собой. Оно казалось отражением ночного неба. Миен не удивилась бы, если бы Хенджин признался в своей задумке. Краем глаза Чо заметила, как зажегся огонек зажигалки, осветив белое лицо Хвана. Между губами его была зажата сигарета. — Нравится? — Хенджин выдохнул серый клубок дыма, пустив его плыть по ночному воздуху. — Красиво, — ответила Миен. — Розарий похож на тебя. — Шипами? — улыбнулся Хенджин. — Нет же, — смутилась Миен. — Ты, как и розарий, отражаешь загадочное черное небо. Хенджин повернулся в сторону Миен и приблизился к ее лицу. Она ощутила на своих губах его прохладное дыхание. — Дыхание… такое живое, — Миен приблизилась в ответ и коснулась пальцами пухлых губ Хенджина. Внезапно Хенджин лизнул один из пальцев Миен и рассмеялся, увидев, как она вздрогнула от неожиданности. Как довольный лис, он прикрыл свои глаза. — Хитрый лис хочет поиграть? — Миен осмелилась коснуться губ Хвана снова. Она медленно провела большим пальцем по его нижней губе. Тот замер от такого жеста. Приоткрыв рот, он молча смотрел на Миен. Хенджин приложил свою ледяную ладонь к теплой щеке Миен и наклонился, чтобы оставить поцелуй, но Чо опустила голову, не позволив этому случиться. — Милая луна… Двумя пальцами Хван нежно взял подбородок Чо и поднял, чтобы она снова смотрела на него. — Что такое, Хван Хенджин? — спросила Миен, глядя в блестящие темные глаза напротив. — Перейдем на «ты»? — большим пальцем Хван коснулся нижней губы Миен. — Хорошо, лисенок, — нежно улыбнулась Чо. Хенджин снова предпринял попытку поцеловать Миен. Он наклонился к ее лицу и оставил легкий, воздушный поцелуй на ее губах, прохладу темной ночи. В слиянии губ Хван и Чо почувствовали саму жизнь — ее бешеное течение, ее многообещающее начало, ее красивый конец. От подбородка Хенджин повел линию тонкими пальцами вдоль шеи Миен, опускаясь к ее ключицам. Сердце начинало ускоряться в груди Хвана. Он с трудом совладал с дыханием и бешеной океанской волной, что захлестывала его изнутри. — Ты будто сама нежность, — хихикнула Миен и вдруг поднялась со скамейки. — Что-то не так? — внезапное отстранение Чо смутило Хенджина. Но все, что ему оставалось — это наблюдать за девушкой. Она подошла к цветочному кусту и сорвала темную розу, аккуратно, чтобы не уколоться шипами. Миен вернулась к Хенджину и приземлилась на скамейку. Влажными лепестками розы она провела линию по щеке Хенджина и опустилась к его шее. Хван прикрыл глаза, чувствуя приятные касания цветка. Вдруг он ощутил прохладное дыхание в своем ухе. По коже мгновенно побежали мурашки. — Лисенок, ты должен ощутить всю любовь ночи на себе, — прошептала Миен. Чо медленно сняла с Хвана его куртку, затем — футболку. Она взглянула на его бледное тело, покрытое мурашками, произведение искусства в свете ночи. Миен повела розой дальше — к ключицам. Когда она опустилась к груди Хенджина, то к лепесткам цветка добавила нежность своих мягких губ и языка. Она нарочно оставляла влажные следы на груди Хенджина, чтобы он в полной мере ощутил прохладу. Неожиданно для Миен, Хенджин поймал ее запястье своими длинными пальцами. Он снова попытался снять перчатку с нее, но она не позволила. — Лисенок, я же просила тебя, не надо этого делать, — повторила Чо. — Прости, — тогда Хенджин забрал розу из рук Миен и провел черными лепестками по губам Чо. После этого он коснулся их своими губами. Этот поцелуй был уже совсем другим. В нем чувствовалась жадность, страсть, волнами расходящаяся по всему телу. Языки сплелись. Этот поцелуй оставил между двумя тонкую нить слюны. Лямки платья Миен заскользили по коже. Хенджин опустил их ниже плеч девушки. Взяв одной рукой прядь ее залакированных волос, побудив тем самым откинуть голову назад, розой он коснулся подбородка Миен и повел цветком по шее, медленно, по пути рассматривая каждый сантиметр кожи девушки. Хенджин остановился после ключиц Миен и опустил платье еще ниже. Нежные лепестки проплыли между грудями Чо. Когда Хван обвел цветком бледно-розовый сосок, Миен издала еле слышный стон и прикрыла глаза. — Сладкий голос… — Хенджин испугался пламени внутри себя, которое поднялось до масштабов пожара, когда он услышал стон Миен. Хенджин наклонился к груди Миен и провел влажным языком вдоль другого соска. Он поднял взгляд на Миен, которая смотрела на него прикрытыми глазами. — Цветок все же лучше? — улыбнулся Хенджин. Миен погладила Хенджина по темным волосам. — Мне нравится все… и цветок, и твои губы, и твои пальцы рок-звезды… Хенджин загадочно улыбнулся: — Так ты хочешь, чтобы я сыграл своими музыкальными пальцами на тебе, как на электрогитаре? Миен таинственно улыбнулась и кивнула. Хенджин опустил платье Миен еще ниже и провел черной розой вдоль ее живота. Ароматный след цветка уходил уже к паху Миен, когда Хенджин окончательно снял платье с девушки. Он зажал стебель цветка между своими губами. Уколы шипов его не волновали, потому что его тонкие пальцы начали скользить вдоль внутренней стороны бедра Миен. Пока грудь девушки медленно поднималась и опускалась, Хенджин пробирался к заветному месту… Находясь уже совсем близко, он вдруг остановился. Миен посмотрела на него. Хван разжал губами розу и изящно вставил цветок в волосы Чо. И тогда он продолжил… коснулся клитора Миен, и она задрожала, как натянутая струна. Со всей нежностью массируя клитор, Хенджин смотрел в глаза Миен, которая не могла себе позволить отвести взгляд от него, от кожи его груди в лунном свете. Ее стоны подхватывал ночной ветерок. Он доносил их до ушей Хенджина в виде приятной мелодии, которую Хван, казалось, создавал сам. Он вдруг наклонился к Миен, дыхание коснулось ее уха: — Ты даже лучше, чем электрогитара… А он очень любил этот инструмент. Продолжая «игру» пальцами, Хенджин обводил языком соски груди Миен, чувствуя, как дрожит ее хрупкое тело под ним. Чо держала Хвана за затылок и время от времени сжимала пряди его волос. Когда Хенджин начал ускоряться, в черном небе перед глазами Миен закружились звезды. Она нашла. Нашла фундамент. С пиком наслаждения пришло озарение. Но этого было мало. Пока. Миен повалила Хенджина на скамейку: — Теперь твоя очередь, лисенок. Она нависла над ним, голое стройное тело на фоне темно-зеленых густых крон. Свежесть воздуха кружила головы. Миен достала цветок из своих волос и провела им по животу Хенджина. Сидя на парне, она уже ощущала его возбуждение. Чо не заставила Хвана ждать долго. Она расстегнула ширинку и освободила член Хенджина из штанов. Миен провела черной розой по нему и ощутила дрожь парня от нетерпения. Чо знала — Хван смотрел только на нее. Вернув цветок в волосы, Миен наклонилась к члену Хенджина и провела дразнящую линию языком. Тонкие пальцы рок-звезды нежно заползли в волосы девушки. — Миен… — издал тихий стон Хенджин. Миен двигалась губами и языком вдоль члена, глядя Хенджину прямо в глаза. Она изучала его, пробиралась через тернии темно-карих глаз в таинственную глубину, где находились долгожданные ответы на ее вопросы. Теперь уже она напоминала хищную лисицу. Миен догадывалась, что должно было произойти далее. Как только Хенджин достиг пика, устремив взгляд в небо, сквозь листву деревьев, его тело тут же окружило множество черных бабочек с пылающими кончиками крыльев. Одевшись, молча усевшись на скамейку, Миен и Хенджин наблюдали за насекомыми. Как только вновь задымилась сигарета во рту Хенджина, насекомые улетели в неизвестность. — Знакомые создания, хоть я их никогда не видел, — признался Хван. — Благодаря тебе, лисенок, я кое-что поняла. — И что же? — Хенджин заинтересованно смотрел на Миен, все еще очарованный ею. Миен помотала головой и тоже закурила: — Ты узнаешь позже. Сигареты тлели. Тлели минуты единения Миен и Хенджина. Скоро им предстояло расстаться… Но навсегда ли?