Гарри Поттер и Вечная Невеста

      Гарри открыл глаза       Тело ощущалось на удивление легким. Он не чувствовал боли в горле, которое саднило после хватки Таноса, да и веса своего снаряжения, пускай он и облегчил его магией, Гарри не ощущал. К тому же, потолок, в который он прямо сейчас пялился, был на удивление ему знаком.       — Я уже бывал здесь, — пробормотал он и занял вертикальное положение. Ни боли, ни дискомфорта он не ощущал. Вот только все его вещи были при нем, что было немного странно. Помнится, в прошлый раз, если он правильно понял где он находится, Гарри оказался здесь совершенно голым.       — Как будто мне интересно рассматривать тебя голого, — из мыслей его выдернул насмешливый и очень знакомый женский голос. Вскочив с места, он уставился на ту, кто был, видимо, истинным хозяином, точнее, хозяйкой этого места, — и поинтереснее срам видала!       — А вам не стыдно подсматривать чужие мысли? Что-то не слышал, чтобы вы увлекались вуайеризмом, — выдал Гарри скорее от неожиданности, нежели от реального желания задеть, наблюдая за Вечной Госпожой, сидящей на пускай и не массивном, но добротном кресле белого цвета. Что, вкупе с ее стандартными черными одеяниями, смотрелось весьма контрастно.       — Но-но, мальчик! — погрозила она пальцем, — Я тебе еще «старую каргу» не забыла, — Смерть, несмотря на показную грозность, смотрела на Гарри с взглядом, полным материнской любви, — суицидник, — ласково, почти с мурчанием сказала она, словно склонность к самопожертвованию Поттера доставляет ей просто внеземное удовольствие.       — И снова ты у меня в гостях. Второй раз за жизнь. Рекорд, — сказала она, а перед ней появился ажурный кофейный столик, уже накрытый для добротного кофепития, — ты же кофе предпочитаешь, а не чай, да? — светски поинтересовалась она, этим явно приглашая Поттера присоединиться к ней.       — А что? У вас больше одного раза никого не бывает? — все еще немного нагло, но спокойнее спросил Гарри, в конце концов подойдя к столику и усевшись на сразу же материализовавшееся кресло, чуть скромнее хозяйского. И если бы он не знал, что он между мирами, то можно было бы подумать, что Гарри Поттер сидит в кафешке на вокзале Кингс-Кросс и ждет своего поезда. Как и в первый раз, уж слишком похожим, за исключением стерильности и пустоты, был окружающий его антураж.       — Почему же? — Госпожа не обиделась, — бывают. Вот только дважды совершенное самопожертвование в течении одной жизни, оба раза приведшее к смерти… это редкость, — сообщила она и как хорошая хозяйка, сама налила Гарри кофе, — а уж чтобы у кого-то была возможность вернуться… — сказала она, а Гарри уставился на нее широко раскрытыми глазами.       — Я могу… вернуться? — решил он уточнить, на что Госпожа посмотрела на Поттера, как на малолетнего дурачка.       — Милый, а ты не напомнишь мне, какое там звучное прозвище у того индивида, который соберет Дары Смерти? — спросила она так, словно объясняет прописные истины, — и не забывай про кофе. Знал бы ты, как долго я возилась, чтобы подготовить хороший столовый набор к нашей встрече?       — Мастер Смерти, — выдал Гарри, взяв чашку с кофе и уловив его одуряющий аромат. Да, судя по тому, что было в чашке, поиски Госпожи были весьма успешными.       — Именно. Ведь Хозяин или Мастер Смерти — не просто титул.       — Именно поэтому вы захотели уточнить, собрал ли я Дары, когда были у меня?       — В яблочко, — довольно сказала она, наложив на тарелку Гарри какой-то замысловатый с виду тортик, — Потому что есть множество способов вытянуть душу из моих владений. И якорь, он же крестраж — далеко не единственный. Ведь, как бы я не хотела, но даже у меня есть ограничения. А Хозяин Смерти на то и Хозяин Смерти, чтобы иметь кое-какие лазейки на фоне остальных смертных. Пускай это дано далеко не всем, — сообщила она и, положив голову на подставленную ладонь, с намеком кивнула на чашку, дескать «пей давай».       — То есть? — Гарри смотрел на чашку, на Госпожу, но вопросы, что появились в его голове, не давали ему сделать первый глоток.       — Ты — такой же мой чемпион, как и Танос. Со всеми вытекающими, — сообщила она ему, продолжая выжидательно смотреть на Гарри.       — То есть я был… вашим чемпионом. И вы столкнули нас с Таносом лбами, — недовольно пробормотал Гарри и наконец-то сделал глоток. Вкусный, терпкий, горький кофе чуть обжег его язык, а сам Гарри даже на мгновение отвлекся от мысли о том, что оказался фигурой в руках такой сущности, как сидящая перед ним дама.       — Да, мой дорогой. И то, что ты этого не знал, сути дела не меняет, — ответила она на невысказанный вопрос Гарри, который был просто написан на его лице, продолжая смотреть на него каким-то странным, материнским взглядом, — Впрочем, как и Игнотус, в свое время.       — То есть он, тоже был Хозяин Смерти?       — Ага, — Госпожа откинулась на спинку кресла, скрестив ноги, — наверное, ты думаешь, что это глупо давать некоторым людям возможность «повелевать смертью», — Госпожа сделала пальцами жест «кавычки», явно имея ввиду то, что Хозяин Смерти не повелевает ею, а получает возможность, даже скорее лазейку, чтобы избежать ее, — но знаешь, милый… Всегда есть те, кому я симпатизирую. А твой предок… он был другим, — лицо Госпожи сделалось странно-мечтательным. Странно, потому что Гарри совершенно не ожидал увидеть лицо именно этой дамы «таким», — Хочешь знать, чем купил меня Игнотус? — неожиданно бодро спросила Госпожа, а Гарри, не зная что еще он может сделать, кивнул, — Вкуснейшим обедом! Ну и добрым отношением. И ты похож на него больше, чем я себе представляла! — сказала она, а Гарри во все глаза уставился на Госпожу.       — Эм… то есть, когда вы пришли в кафе, вы проверяли меня? — спросил он, вспоминая, что госпожа, вообще-то наоборот, отзывалась об Игнотусе весьма нелестно. Да и вела себя так, словно она собирается его убить.       — Да. Порой, чтобы задобрить кого-то, к нему нужно проявить лишь немного чуткости, — выдала Госпожа и сделала глоток из своей чашки, — вот такая вот житейская мудрость, о которой, увы, все чаще и чаще стали забывать. Впрочем, с Игнотусом у нас все было чуть более серьезнее, — сказав это, она вздохнула, — ты же не знаешь истинную историю о Смерти и Трех братьях Певерелл? — как бы невзначай спросила Госпожа.       — Нет. Игнотус словно специально решил не упоминать об этом хрониках, — сказал Гарри, вспоминая о том, что в семейных записях о встрече у моста не было сказано ни слова. И это его сильно удивило.       — Это я его попросила, — вздохнула Госпожа, — все же… не стоит предавать бумаге тот факт, что он когда-то привлек внимание самой Вечной Невесты. В романтическом плане, — сказала она, а Гарри… — Кха, кха, кха, — подавился кофе, чего, технически, не должно было быть. Ведь он находился в абсолютно духовном пространстве и вкус, запах и физическое воздействие, видимо, были результатом вмешательства хозяйки этого места, — простите… романтическом?       — Ты готов к немного долгой истории? — задала она, в общем-то, риторический вопрос, — И не волнуйся. Время здесь и время там, — указала она пальцем туда, куда Гарри должен был уйти, чтобы вернутся в мир живых, — течет по разному, — сообщила она, а Гарри, ничего не оставалось, как кивнуть, после чего Госпожа улыбнулась и начала говорить, — это было в дождливую ночь…

***

      POV Госпожи Смерти       Когда-то давно, на тракте в Нотингемшире       Мнда. Путешествовать в аватаре та еще морока. Все миры как миры, а этот все еще недоразвитая окраина. И нет бы эти асгардцы почесались, хотя бы парочку технологий подкинули. В конце-концов центральный мир ведь, настоящий проходной двор, который должен быть укреплен не хуже какого-нибудь мира-крепости, так нет же! Воевать со всякой галактической швалью будем, а техномагический уровень поднимать ни-ни! И так недавно от конкурентов-йотунов избавились, не хватало еще и конкурентов плодить. Я эту детскую мотивацию дурачка Одина вижу на сквозь!       Так я думала, когда ехала из Лондона в Йорк через Нотингем, заняв тело одного из моих аватаров, слабой колдуньи, что в замен на достойное посмертье, полностью уступила мне свое тело. Повозка, конечно, не сравниться с космическими кораблями или хотя бы атмосферными летательными аппаратами, но увы и ах, это пик местного сухопутного транспорта на данном этапе.       Так что мне приходится трястись в этой очень неудобной повозке, просто потому что решила устроить себе экстрим. Прожить одну жизнь в теле смертного. Не то, чтобы я такого раньше не проворачивала, но всегда выбирала кого получше. Дворян, богатых купцов, пару раз правителей. А в этот раз от чего-то решила прибрать к рукам обычную деревенскую знахарку. И вот теперь сижу я в повозке и страда… Внутренний монолог прекратился из-за характерного треска. Высовываюсь из повозки и спрашиваю возничего.       — Что случилось?       — Колесо сломалось, — крикнул он, а я в очередной раз крою себя всеми известными проклятиями. Надо было дождаться каравана, а не тащится одной на попутке.       — Разбойники! — вдруг слышу истошный крик хозяина телеги, а затем, сквозь шорох дождя доносится лошадиное ржание и характерный чавкающий звук метала, вошедшего в тело.       — Да чтоб вас! — достаю палочку, прекрасно понимая, что меня сейчас изнасилуют и убьют. Увы, но это тело совершенно не предназначено для боя, так что никаких иллюзий не было. Я, конечно, легко их перебью, но только после того, как погибнет это тело, чьим заложником я стала по собственной прихоти. Впрочем, не из-за таких ли моментов я решилась на эксперимент?       — Парни, тут девка! — немытая морда смотрит на меня похотливым взглядом, явно уже представляя, чем будет со мной заниматься.       — Пошел прочь! — кричу на него, наставив палочку, а у бандита расширяются глаза.       — Она ведьма! — кричит он и… а вот дальше было странно. Обычно, завидев кого-то связанного с магией, холопье бежит впереди своего визга. А тут он набросился на меня и выбил палочку из рук, — никогда еще не имел ведьму! Все завидовать будут! — заявил этот идиот, а я мысленно уже представила, что с ним сделаю, как только умрет это тело, как вдруг бандюган застывает и падает прямо на меня. Неожиданно. Неужели сердце? Пусть и урод, но молодой же?       — Вы как, миледи? — неожиданный вопрос отвлек меня от свежего трупа. С легкой натугой сбросив с себя тело, смотрю на, видимо, моего спасителя, засунувшего голову в повозку.       — Не… плохо… сэр… — говорю, отыгрывая испуг и рассматривая моего собеседника. Молодой, симпатичный, но с парой шрамов на лице, что совершенно его не портило и… палочка? Маг?       — Игнотус! Ты где там? — зычный бас отвлекает моего спасителя и он, виновато улыбнувшись, покидает мое общество.       — Пленных не брать! — раздался громкий командирский рев и на чумазых бандитов, ставших причиной моих самых неприятных мгновений в «этой» жизни, налетел отряд конников. Не самое умное решение скакать на лошади в дождь, но, видимо, эти рыцари (а судя по довольно неплохим доспехам, они рыцарями и были), были достаточно подготовленными для битв в условиях непогоды.       Ах! Это сладостное ощущение чьей-то смерти! Даже в этом теле я ощущаю тот момент, когда душа покидает тело и направляется в отведенное ей место. Кто-то на перерождение, кто-то в рай, а кто-то в ад. Ну а некоторые могли угодить и в мои чертоги. Правда, я хозяйка придирчивая и кого попало в свой дом не пускаю. Моя гвардия — лучшие представители всех видов Вселенной, что слишком чисты для ада и слишком «не такие», для рая. Ну и планируют уйти на реинкарнацию, конечно. 100 или 1000 лет непорочной службы и соответствующая душа лично моим пинком под зад уходит на перерождение. Так, чуть высунувшись из повозки, предаюсь философским мыслям о высших материях, одновременно наблюдая кровавое зрелище под названием «рыцарский отряд уничтожает банду вилланов». Да, давненько я не видела кровавой схватки. Даже забыла, как захватывающе наблюдать за тем, как мечи и копья пронзают человечью плоть.       — Как ваше имя? — тот самый молодой парнишка подошел к телеге и уставился на меня с лучезарной улыбкой.       «Да вы батенька, маньяк» — подумалось мне, когда я увидела, насколько он возбужден от схватки, — «хотя нет. Обычный рыцарь-головорез, правда, молодой. Видимо, чуть старше моего нынешнего тела. Мне сейчас шестнадцать. Ему столько же или чуть больше».       — Хелен, — представилась ему, глядя на спасителя глазами напуганной оленихи.       — А я Игнотус. Игнотус Певерелл, — представился он, улыбаясь, как идиот, совершенно не обращая внимания на то, что на его непокрытую голову льет дождь.       — Простынешь, брат! — к нам, бренча доспехами, подходит массивных тип, одновременно похожий и не похожий на моего «спасителя».       — Ах, да! — смутился Игнотус и натянул насквозь мокрый капюшон на голову.       — Позвольте представиться. Антиох Певерелл. Старший брат этого невинного юноши, который не видел женской груди кроме как на гравюрах…       — Брат! — возмущенно крикнул Игнотус, а меня пробило на дурное хи-хи.       — Спасибо, что спасли меня, — не обращая внимания на перепалку, перевожу внимание на себя, — Только… хозяина телеги жаль, — говорю, отыгрывая печаль. Вообще-то эта сволочь содрала с меня аж 10 шиллингов. А за шиллинг можно купить целую тушу барана. Так что никакой жалости к этому типу я не испытывала.       — Куда вы направлялись хоть? — спросил Антиох, явно строя мне глазки, вот только от чего-то именно с этим типом мне не хотелось иметь никаких дел. Во всяком случае, пока я «жива».       — В Йорк. Говорят, тамошнему епископу нужен лекарь. А я в этом немного понимаю, — говорю свою легенду, на что Антиох кивает.       — В таком случае, разрешите нам сопроводить вас. Мы тоже идем на север, — сказал он и посмотрел на все еще смущенного брата, — вы не против прокатиться с моим братом? — спросил он с веселой хитрецой во взгляде, а вот Игнотус готов был провалиться под землю.       — Нет. Конечно, нет, — сказав это, я собрала свои пожитки и пересела на лошадь Игнотуса. Вот только стоило мне охватить его за грудь, я почувствовала, как бешено бьётся его сердце.       — Вперед! — скомандовал Антиох и отряд тронулся в путь, оставив за собой разбитую телегу и кучу трупов.       Конец POV

***

      — … Так, забавляясь от реакции Игнотуса и под веселую болтовню Антиоха, мы и дошли до Нотингема, — сказала Госпожа, сделав новый глоток, а Гарри про себя хмыкнул.       — А вы, я посмотрю, любите маскарады?       — Порой, милый, — Госпожа проигнорировала издевку в вопросе Гарри, — Время от времени я проживаю жизнь обычного смертного. Это по-своему интересно и позволяет развеять скуку, — сказала она и положила себе в тарелку небольшое пирожное, — к тому же, это позволяет приметить таких интересных людей, как твой предок.       — Понимаю, — кивнул Гарри, но затем спохватился, — постойте… но они же некроманты! Как они могли оставить за собой трупы?       — Ааааа. Я этого не видела, но Кадмус, их средний брат, ехал следом и «прибрался» за нами, — Госпожа скривилась, — из этих троих он нравился мне меньше всего. Жеманный, не мужественный, со щегольскими усиками…фу! … до сих пор в носу запах его дурного парфюма, — поморщилась Госпожа, уставившись куда-то в сторону.       — А что было потом? — спросил Гарри, приступив к тортику.       — Потом мы заехали в трактир, и Антиох любезно предложил переночевать там за их счет. Потом я узнала, что он сделал это, заметив мою палочку. То есть он понял, что я не просто знахарка, а волшебница и решил быть более учтивым. Впрочем, тут еще и была роль милашки Игнотуса, явно поговорившего со своим братом, — улыбнулась дама и вздохнула, — весь вечер он довольно мило и неумело ухаживал за мной, заказав одно из самых вкусных блюд в той гостинице специально для меня. К тому же, я поняла, что братья — некроманты, а значит, я вполне могла прибрать их к себе, — коварно улыбнулась Госпожа, — Особенно Игнотуса, как самого сильного в этой компашке.       — Вы уже тогда в него… влюбились? — все еще не веря, что спрашивает такое, выдал из себя Гарри.       — Нет, — хмыкнула Госпожа, — Помниться, я рассуждала так: «Хм. Честный, справедливый, милый. С даром к некромантии… Будет отличным дополнением к душам, что покоятся в моих чертогах». Правда, нужен был веский повод, чтобы отвадить его от рая, ведь он, в отличие от братьев, был на порядок чище душой. И тогда я, особо не рассуждая, решила его соблазнить. «Отлично! Пойдет за прелюбодеяние!». Не знаю ни одного мужика, кто откажется от халявного секса!». Так я подумала, — с какой-то совсем уж девчачьей веселостью поведала Госпожа, на что Гарри хмыкнул, — не веришь, что я такое могу? — приподняв бровь, спросила она.       — Да нет. Если вы забавы ради занимаете тела аватаров, то почему бы и не сыграть в совратительницу?       — Какой же ты все-таки наглый. А ведь и в сердечных делах ты до жути на него похож, — задумчиво пробормотала Госпожа и сделал новый глоток кофе, — помню как сейчас…

***

      POV Госпожи Смерти       Нотингем, гостиница Хромой бык       — Войдите, — голос, только-только избавившийся от юношеской ломоты, позвал меня во внутрь, и я, вздохнув, отворила дверь. Комната не отличалась от моей, но под одной из стен стоял стол, на котором горел магический светильник, рядом с которым возвышалась горка книг и пергаментов. Как интересно! Видимо, Игнотус все еще учится? Ничего. В моих владениях он получит доступ ко всем известным рукописям по магии и некромантии. А толковый слуга никогда не бывает лишним.       — Игнотус? — говорю немного испуганно, словно волнуясь, хотя это тело пока еще действительно девственно.       — Хелен? — он вскочил со стула, — что… что ты здесь делаешь? — смотрит на меня с испугом, явно не понимает зачем я здесь. Ну, ничего, милок. Скоро ты станешь одним из моих воздыхателей, среди которых затесался один надоедливый титан. Как же он меня бесит!       — Я пришла, чтобы отблагодарить тебя за спасение, — говорю, проглотив ком в горле. Затем скидываю с себя платье, любуясь широко раскрытыми глазами Игнотуса.       — Эм… я… — блеет это создание мужского пола, не способное ничего сделать. Так что беру все в свои руки. Подхожу к нему, старательно подставляя под свет все «интересные» места и кладу руки на грудь,       — Мне холодно, согрей меня, пожалуйста, — говорю ему, вглядываясь в его глаза, постепенно подталкивая его к постели.       — Но… но…       — Прошу тебя, — говорю грудным и максимально мелодичным голосом, — ты не представляешь, как долго я набиралась смелости, чтобы сделать это, — говорю, дотолкав его до постели и легонько руками пнула его вперед, после чего он падает на кровать, — не обижай меня… пожалуйста, — сказав это, сажусь рядом, отыгрывая несведущую ни о чем дуру, краем глаза замечая бугорок в штанах, — холодно, — говорю обхватывая себя за плечи и ложусь рядом, — ты же хочешь этого. Как и я, — говорю, касаясь рукой бугорка, но тут…       — Нет… — выдохнул он и отшатнулся.       — А? — что он сказал? Как… как это понимать?       — Я говорю, нет. Это не правильно, — сказал он гораздо тверже и, встав с кровати, подобрал мою ночнушку, — я не приму такой благодарности, — выдавил он из себя, дал ночнушку мне в руки и, схватив меня под ручку, вывел из комнаты, по сути, выставив меня за дверь… — спокойной ночи! — сказал он напоследок и с грохотом закрыв дверь Простояв еще пару минут у захлопнувшейся перед моим носом двери, поворачиваюсь и иду к себе в комнату, а в голове стучит единственная мысль.       Меня отвергли? Меня отвергли?! МЕНЯ ОТВЕРГЛИ???       Конец POV

***

      — Как вы его не убили после этого? — удивленно спросил Гарри.       — Самой интересно, — пожала плечами Госпожа, — наверное, причиной было возбуждение и шок от отказа. Если что, мое тело действительно хотело этого, — сделала Госпожа большой глоток и, взяв кофейник, налила себе еще, — но вот что странно. Этот странный отказ разбудил во мне внезапное и жуткое чувство, настоящее требование: сделать его моим. И знаешь, что стало первым сделанным шагом утром следующего дня?       — Что же?       — Готовка! — сказала она, а Гарри… он просто устал удивляться. Одарив Госпожу взглядом «я даже не удивлен» и закатив глаза, он сделал новый глоток, чувствуя себя профессором Снейпом.       — Не получилось через постель, решили попробовать через желудок? — спросил Гарри с насмешкой, на что Госпожа сама хмыкнула.       — Догадался. Хвалю, — кивнула она и сделала новый глоток, — утром того же дня…

***

      POV Госпожи Смерти              — Я хотела отблагодарить вас за спасение. А хозяин гостиницы любезно уступил мне кухню на утро, — говорю, наблюдая картину «три удивленных брата». И было от чего удивляться. Денег за ночлег, что я сэкономила благодаря доброте братцев, с лихвой хватило на продукты и небольшую взятку хозяину. Еще и сверху осталось. И, знаете… может быть по мне и не скажешь, но готовить я люблю. И собрание рецептов в моей голове не уступает коллекции душ в моем обиталище. Так что относительно простой и сытный завтрак я таки осилила.       — Ха! Весьма недурно, — Кадмус, которого я мельком видела вечером, сейчас, приведя себя в порядок, полностью оправдал то первое впечатление, которое после себя оставил. Если Антиох был Воин, надежный, сильный и немного грубый, то Кадмус, увы, был его противоположностью в том смысле, что был похож на виденных мною множества альфонсов, да еще и с раздутым самомнением       — Спасибо, Хелен, — Антиох кивнул мне с благодарностью, — однако, перед завтраком, я бы хотел, чтобы Игнотус кое-что сказал.       — Я все же считаю это лишним, — забубнил под носом Кадмус, но быстро сник под строгим взглядом Антиоха. А вот Игнотус вышел вперед и встал на одно колено.       — Прости меня пожалуйста, сестра по магии, — неожиданно для меня, абсолютно искренне сказал он, — я повел себя очень грубо перед тобой, волшебницей. Я не должен был «так» отказываться от… этого, — стал он еще более красным, а мне… почему-то мне стало неловко и… приятно? Да что же это такое?! Что за бракованное тело мне досталось?! Я же его убить хотела!!!       — И ты прости. Подумав, я поняла, что была не права и… решила что, вот… — совершенно искренне смущаясь, указала рукою на стол, заставленный свежим хлебом, выпечкой, мясом и шкворчащей яичницей.       — Ладно, давайте есть! — заявил Антиох, явно сглаживая неловкость между мной и Игнотусом. Это дало мне возможность проанализировать свои чувства, когда все усеились за стол. Что же со мной творится? Еще вчера я хотела присвоить себе его душу, а сейчас стою и краснею… как… как…       — Объедение! — из мыслей меня вырвало восклицание Антиоха.       — Ммм. Вкуснота, — не отставал от него Кадмус, а Инготус ел молча и, судя по его лицу, у него тоже хватало тревожных мыслей.       — Рада, что вам понравилось, — говорю, присосавшись к чаше с разбавленным вином, — кстати, а зачем вы едете в Шотандию?       — Есть кое-кто, кого мы хотим победить, — немного хвастливо заявил Кадмус.       — И кого же? — спрашиваю, а средний Певерелл, от чего-то осматривается по сторонам и только потом говорит.       — Вечную Госпожу, — сказал он, а я застыла, — только тссс!       — Госпожу? — переспрашиваю и не удерживаюсь от небольшой колкости, — А силенок-то хватит? — весело спрашиваю Кадмуса, на что тот багровеет.       — Уж не тебе, «даме в беде», такое болтать!       — От разряженной кокотки слышу! — не выдерживаю и собираюсь от души пройтись по этому… этому…       — Прекратите! — стукнул рукой Антиох, а Игнотус взял меня за руку и… меня как будто парализовало, — Кадмус! У тебя слишком длинный язык! Особенно, в компании милых дам!       — Прости, брат, — Кадмус хоть и выглядел виноватым, но почему-то мне показалось, что себя он таковым совершенно не чувствует. Завтрак доедали в абсолютной тишине. Впрочем, я совершенно не запомнила ни вкуса еды, ни дальнейшего хода дел. Ведь моя ладонь просто горела в том месте, куда коснулась рука Игнотуса.       Конец POV

***

      — После этого, я напросилась к ним в компанию, — Госпожа, прожевав кусок пирожного, вздохнула, — это не вызвало протестов и выглядело до жути нормальным, так что меня легко приняли в караван. Город за городом мы шли по тракту на Йорк, и чем севернее мы шли, тем туманнее становились мои планы, — сказала она с печалью в голосе.       — То есть?       — Мы много общались с Игнотусом. Он рассказывал об их подвигах. О семье. О том, как упокоил первого архилича в одиннадцать, а костяного дракона, в двенадцать, — сказав это, Госпожа посмотрела на меня с улыбкой, — надо же. И в этом вы похожи! — сказал она, а Гарри ощутил озноб от такого вот совпадения, — учитывая то, что несчастный потомок Кадмуса был именно архиличем, а Василиска можно считать сущностью, уровня костяного дракона, то совпадение более чем интересное, — она улыбалась, а Гарри передернул плечами от озноба, даром, что здесь не было никаких сквозняков.       — А что было потом? — спросил Гарри, чтобы поменять тему.       — Потом… Время шло. Мы все больше и больше приближались к Йорку. И постепенно, миля за милей, я стала чувствовать, что… влюбляюсь. Совершенно неожиданно. И это привело меня в ужас.       — Почему? — заинтересовано спросил Гарри, который давно уже не притрагивался к кофе или выпечке, потому что рассказы Госпожи был очень интересен.       — На тот момент физическое тело и остатки психоматрицы моего аватара, что при жизни была на редкость романтичной и доброй девушкой, вступили в конфликт с основной личностью. И я не была способна на здравые мысли. Я слишком расслабилась, забыв, что тело прямо влияет на наши души. — Госпожа налила себе уже третью чашку с кофе. — Всю дорогу я общалась с Игнотусом так, как всегда, то есть с легким флиртом, сохраняя дистанцию, но тело подводило меня. Я хотела его. Хотела видеть его рядом, слышать его голос, ощущать его руки. Порой я даже ревела по ночам, страшась того, что пала жертвой этих странных чувств. Ни разу еще я не попадала в такую ситуацию, хоть это был далеко не первый мой «маскарад». Не говоря о том, что три брата, натасканные этой девчонкой Фриггой, всерьез собирались изгнать «Смерть», — сказала она, а Гарри про себя удивился, что для Госпожи старая мудрая Фригга всего лишь девчонка, — Вот только перед расставанием у Йорка, Игнотус вызвал меня на разговор. И выдал такое…

***

      POV Госпожи Смерти       — Я люблю тебя, Хелен. И хочу, чтобы мы поженились, — его слова были как гром среди ясного неба. Чего-чего, а подобного я совершенно не ожидала!       — Эм… но… — от чего-то мой язык стал заплетаться, ладони вспотели, а коленки задрожали. Он любит меня? И зовет… замуж? В церковь? Меня? — ты же рыцарь! А я сельская знахарка! — выдаю первый аргумент, который проходит на ум.       — Ты — волшебница! Я — волшебник! Антиох говорит, что это — самое важное. И маггловские порядки над нами не властны, — выдал он, продолжая максимально уверенно, но с напряженностью смотреть на меня.       — Я грязная потаскуха, что желала влезть к тебе в постель! — выдала я, боясь как огня того, чего он мне предлагал. В этот момент то, кто я есть, не имело значения. Это тело слишком сильно повлияло на мое «Я». Все планы по захвату душ, по дальнейшему развлечению в этом диком мирке и остальному ушли куда-то «туда». Сейчас здесь было только мое новое «я» и он. Мужчина, которого я хотела до дрожи. Благородный, добрый рыцарь. Тот, кому уготовано место в раю. И тот, который точно не должен связывать себя… со мной…       — Ты чудесная девушка, что лечила нас все это время. А что касается желания, так и я не безгрешен, — выдал он, покраснев, припомнив мне то, что я латала их после нападения нежити и разбойников. Увы, в том числе и моими стараниями, их на Земле стало слишком много… так, стоп! В смысле, увы? Я же этого и добивалась! Нет? Или да? О Вечность, укажи мне путь!       — Я — бесприданница с дурными манерами! Даже если мы оба волшебники… аристократия меня никогда не примет! — выдаю еще один аргумент, но по глазам вижу, что для него он таковым не является.       — А я — книжный червь, которому плевать на мнение этих заносчивых типов, что думают лишь о своем положении при дворе короля! — заявил он, сделав шаг в мою сторону. Нет, нет, нет! Он не должен… не должен подходить ко мне.       — Ты не можешь меня любить! Не можешь! – кричу на него в попытке остановить это безумие.       — Почему? — совершенно искреннее не понимал он моего отказа, а я… решилась! Будь что будет!       — Потому что я — Смерть. Вечная Невеста. Госпожа Смерть. Владычица мертвых. — Заявила я, раскинув руки, — Вот кого ты полюбил. Я враг всего живого и тот, кого ты с братьями хочешь и обязан изгнать! — говорю, опустив руки и ожидая реакции. Мгновение, он просто стоял как истукан, рассматривая меня, пока, наконец, он не начал бормотать.       — Ты… не врешь… нет… это невероятно, но… ты не врешь… но, как такое возможно, — он все бубнил и бубнил, а я готовилась к худшему. Что же… вот она я! Его главный враг! Та, против кого их натаскивала дурочка Фригга. И даже сейчас, в этом теле, я готова сразится и умереть. А затем… без этого тела… мне не составит проблем убить его. Наверное. Может быть.       — Ну что? Доставай свой меч! Я готова! — говорю, достав палочку, готовясь ударить в ответ на ожидаемый мною выпад, но то, что произошло дальше… Смазанной тенью, явно применив свои немаленькие способности, Игнотус подошел ко мне и… обнял… нежно, нежно, словно какой-то хрупкий цветок.       — Мне не важно, кто ты, — сказал он мне на ухо, прижимая к себе, а я ощутила, как слезы счастья стали литься из глаз, — я люблю тебя и только тебя и никого более не хочу видеть, — он говорил, а я рыдала у него на груди, выплескивая все накопленное у меня на душе.       Конец POV

***

      — Именно в тот момент я и решила, что проживу «эту» жизнь не так, как другие. Я посвящу себя ему. Единственному человеку, что полюбил меня просто так. Не ради чего-то, не ради почестей, славы и удовлетворения низменных инстинктов. А просто меня, пускай и надевшей на себя иное «тело».       — А как отреагировали его братья? — спросил Гарри, на что Госпожа хмыкнула, покачав головой.       — Паника, ужас, неверие… они хоть и были старше, но были на порядок слабее Игнотуса и не могли, как он с ходу определить, лжет ли человек или нет. Я не хотела говорить, но Игнотус… он был слишком честным и порой, это создавало проблемы, пусть и оказывающиеся несущественными. Так что когда они поверили, Кадмус предложил меня умертвить, — сказала Госпожа, вздохнув, — Антиох был более разумен. Он предложил официально подписать договор о непричинении вреда всей их семье. Почти что рабский контракт.       — И вы его подписали?       — Я же сказала, что решила посвятить себя ему, — улыбнулась Госпожа печальной улыбкой, — я безропотно приняла все их условия. Более того, пообещала покинуть Землю после смерти Игнотуса, не говоря об обязательствах, по поводу непричинения вред их потомкам. Лишь после этого они успокоились, хоть до конца их очень не долгих жизней они так и не приняли выбора брата.       — Недолгой жизни? — Гарри спросил с явным намеком.       — Скажем так. Речь идет о Дарах, — пояснила Госпожа, — мы с Игнотусом, когда окончательно стало понятно, что нам никто не мешает, решили сделать подарки его братьям. С моими подсказками и знаниями, а так же с доступом к магическому источнику, сотворить палочку и мантию было не так уж и сложно, — Госпожа смотрела в никуда, собираясь с мыслями, — Правда, Кадмус и тут выделился. Он заявил, что «раз уж я Смерть, то он требует себе камень, способный вызывать души». Мне хоть это и было не по душе и Игнотус выступил против, но пришлось специально под него делать новый артефакт. Уже потом я узнала, что его поведение имеет причину, смерть невесты, которую он любил как одержимый. Дурачок надеялся вернуть ее душу и вселить в голема, но не понимал, что это явный перебор даже для меня.       — То есть Дары изначально были… свадебными подарками? — удивленно спросил Гарри.       — О да! Три брата получили от меня артефакты, что вместе давали бы им и их потомкам невероятные возможности. Как понимаешь, мантию Игнотус оставил себе. Вот только двум из них счастья это не принесло. Антиох из-за палочки погиб в пьяной драке, не оставив потомков. Кадмус из-за камня сошел с ума, оставив потомство, которое выродилось, и лишь наши с Игнотусом пра-правнуки живы и здравствуют, — сказала она улыбнувшись Гарри, а он наконец-то разобрался со своими чувствами. Вся эта ситуация была похожа на то, как взрослый внук посещает немного странную, но очень любящую его бабулю.       — А как вы жили? — спросил Гарри, уже давно не ощущая ни беспокойства, ни давления.       — Счастливо, — Госпожа улыбалась какой-то светлой, доброй улыбкой, — Я… не знаю, как так получилось, но у нас почти не было ссор. Мы любили друг друга до безумия, и я жалею лишь об одном, что родила лишь одного мальчика, нашего Роберта. Ах, никогда я не жалела о моем тогдашнем теле, как в то время. Оно оказалось слишком слабым и хилым, так что я не смогла подарить ему более детей, увы. И даже это рождение… оно отняло у моего тела слишком много сил. Так что я дотянула до совершеннолетия нашего мальчика и… освободилась от оков тела, — сказал она, опустив голову,       — Вы более не виделись?       — Нет. Роберт не знал о моей сущности. А дом в Годриковой впадине был защищен так, что даже мне не стоило туда соваться. Конечно, ведь именно я, своими знаниями превратила его в крепость, — горько усмехнулась она, — к тому же, у меня были дела поважнее. Я сама своими руками начала очищать планету от правлений Смерти. Так что единственное, что мне оставалось, это ждать конца моего Игнотуса, да немного подшаманить с Дарами, чтобы они действительно стали мощным инструментом в руках «моих» потомков, когда они вернуться к ним, — сказала она, подчеркнув слово моих.       — То есть вы специально сделали так, чтобы они не приносили радости другим? — удивился Гарри.       — Ты же не забыл кто я? — насмешливо спросила Госпожа, — мое хорошее отношение к Игнотусу и нашим с ним потомкам не распространяется ни на кого другого. А смотреть на мучения дурачков, кто возомнил себя вершителями судеб, одно из немногих моих развлечений, — закинув ногу на ногу, Госпожа смотрела на Гарри, явно показывая, что менятся она не намерена, — так я и жила, чистя планету и наблюдая за идиотами возомнившими о себе невесть что, пока, наконец, не наступило время Игнотуса…

***

      POV Госпожи Смерти       Где-то в междумирие              — Здравствуй, милый, — говорю, видя перед собой душу старика. Он прожил в этом мире 76 прекрасных лет и теперь настал его черед отправиться в новое путешествие.       — Моя Хелен. Как же давно я тебя не видел, — почему-то, хоть и облик мой совершенно иной, он назвал меня по-старому. И хоть то тело более не властно надо мной, но мне все равно ужасно радостно видеть его здесь, — и в этом облике ты прекрасна, дорогая.       — Старый ты развратник, — смущения не было. Лишь бесконечная радость от того, что вижу его здесь, рядом. — Позволь мне проводить тебя до Рая.       — Буду рад прогуляться с тобой вновь, — сказал Игнотус и мы вместе пошли в сторону света.       Конец POV

***

      — Вот такая вот история, мой мальчик, — сказав это, Госпожа взяла чашку и пригубила чуть остывшего кофе,       — Встретил он Смерть как давнего друга и своей охотой с нею пошел, и как равные ушли они из этого мира, — процитировал Гарри старую сказку, на что Госпожа закивала.       — Да. Бард Бидль хоть и наврал, но удивительное дело, суть истории передал весьма неплохо, — сказала она, печально улыбнувшись, — пришлось тогда Игнотусу, кроме заказa этому самому Барду, наврать Фригге, что он как-то договорился со мной и я покинула этот мир. И хоть он не подал виду, но врать наставнице было ему тяжело. Как и не рассказывать всего Роберту и родившейся у него Иоланте.       — Да уж, такое и в правду не стоит записывать, — пробормотал он, — но я рад, что вы мне рассказали об этом. Спасибо, — сказал Гарри, кивнув-поклонившись, — я ведь могу рассказать об этом Джиму и Гермионе.       — Можешь рассказать об этом даже Джону и Розалии, если хочешь. Но с условием, что никто более не будет знать. Иначе бабуля разозлится, — погрозила Госпожа Гарри, на что тот смущенно улыбнулся, — у тебя есть вопросы? Спроси. Может быть, я даже тебе отвечу, — сказала она, явно издеваясь над Гарри.       — Даже не знаю, — почесал Гарри затылок, — хотя.… Скажите, госпожа, … а почему Танос решил убить меня? Ведь насколько я понял, он играл в бога и искренне считал, что может позволить себе не убивать всех и каждого…       — Хм-хм-хм! — захмыкала Госпожа, — дурачок был в меня влюблен, вот почему.       — Что? — это было настолько неожиданно, что очки Гарри съехали ему на нос.       — Именно. Он хоть и «играл в бога», но поддался самому банальному из чувств смертных. Ревности, — сказала она, с милой улыбочкой, — видишь ли. Он считает, точнее, считал, что единственный имеет право на мою благосклонность. И когда увидел тебя с моими Дарами, то поверь, четвертование было самым безобидными из того, что он собирался с тобой сделать, — сказала она, — так что Адеско файэр этому зазнайке самое то для смерти. Вот только почему не Авада? Только ли из-за детских воспоминаний о Томе Реддле? Не спорю, Адеско файер эффектен, но Авада быстрее и проще.       — Нет, просто… я подумал, что от Авады он просто увернется. Вот и решил бить наверняка.       — И это несмотря на риск?       — В случае чего, я бы применил камни, — пожал плечами Гарри.       — И ты их по итогу применил, — кивнула Госпожа, — постарайся более так не рисковать, хорошо. Могу признаться тебе, что твоя схожесть с Игнотусом будет во мне воспоминания о давно минувших днях. И мне будет очень неприятно, если ты опять попадешь в такую ситуацию, Гарри, — сказала она, а Поттер немного удивлённо, ощутил… стыд? Нет! Это ощущение можно было сравнить с тем чувством, что возникало, когда любимая бабуля, что всегда балует без меры, внезапно начинает тебя отчитывать!       — Госпожа, скажите. А если бы он смог собрать все камни? Что тогда? — задал Гарри новый вопрос, чтобы избавиться от странного ощущения.       — Хм, — Госпожа сделала вид, что задумалась, — тогда, мне пришлось бы вмешаться. Увы, но дурашка Танос не понимал, что одну-две планеты в качестве подношения я еще могу принять, но вот половина Вселенной?       — Почему бы и нет? — нагло буркнул Гарри, но Госпожа продолжала снисходительно улыбаться.       — О, мой милый Гарри. Это разрушит тот самый пресловутый баланс, о котором так пекся наш дурашка. А я этого не хочу. Это же мне больше работать придется! — всплеснула она руками, на что Гарри хмыкнул.       — Гарри! Гарри! — неожиданно, от стен послышался слабый голос. Очень знакомый голос.       — О! Кажется, тебя уже зовут. Кстати, эта девочка — настоящая милашка, — похвалила она выбор Гарри, — Похожа на избранницу Роберта, маму малышки Иоланты, но гораздо здоровее, — сказала она и встала с кресла. С секундной задержкой, за ней последовал Гарри, после чего и кресла и столик с остатками трапезы исчезли, — тебе пора, милый. Рада была с тобой поболтать, — сказала она, а Гарри увидела, что они вновь оказались посреди «вокзала».       — Спасибо вам большое, — Гарри поклонился, — и… если захотите… буду рад видеть вас в своем кафе… вот, — чуть смутившись, пригласил Гарри, на что Госпожа… рассмеялась?       — Ха-ха-ха! Нет, ты положительно как Игнотус! Пригласить к себе саму Смерть! Вот умора! Расскажу брату Вечности, не поверит! — она смеялась заразительным звонким смехом, а сам Поттер чувствовал, как что-то зовет его «туда», — как скажешь, внучок! Буду рада навестить тебя! И не забудь! Я люблю шоколад и все что с ним связано! — весело заявила она.       — Хорошо, Госпожа, — улыбнулся Гарри.       — Гарри, Гарри! — голос Гермионы, тем временем, стал громче.       — Я… должен идти, — сказал он, а Госпожа посмотрела на него взглядом, полным понимания и любви.       — До свидания, милый. Иди к ней и не оборачивайся. Ведь твое время еще не пришло, — сказала она и… исчезла. А Гарри, вздохнув, улыбнулся. Что же. Осталось сделать самую малость. Так думал Гарри, сделав первый шаг в сторону голоса той, кого он жаждал увидеть больше всего.