Глава 10

POV Флора

Я захлопнула книгу. Огрон разглядывал бесконечные полки архива, ни о чём не догадываясь. Нет, я не скажу ему. Не потому, что он не справится, — он выстоит. А потому что правда может изменить его слишком сильно, может вырвать из него всё то, что я начала... уважать. Я спрятала книгу обратно на полку, позволив памяти унести её с собой в воздух, и подошла к Огрону. — Мы закончили, — сказала я. Он взглянул на меня, будто и не ожидал, что я заговорю. — Ну и? Нашла ответы? — Нашла то, что хотела, — сказала я. — Спасибо, что пришёл. Он смотрел с подозрением. Я знала, он чувствует, что я скрываю что-то, о чём ему стоит знать, но не стал спрашивать. — Тогда пошли, — сказал он. — Пока нас самих не превратили в чью-то историю. Я кивнула. И мы пошли прочь, но внутри меня что-то осталось. Что-то необратимо изменилось. Мы вышли из дворца, и я сразу почувствовала, как воздух острова Памяти стал тяжелее. Он словно впитывал в себя наши шаги, как будто каждое прикосновение к земле отзывалось в самом пространстве. Всё вокруг дышало чужими жизнями, историей: обрывки голосов, смех, плач, воспоминания, сплетающиеся в прозрачные фигуры, словно миражи. Остров был живым. И очень, очень старым. — Всё-таки… ты не должна была это читать, — сказал Огрон, идя немного впереди меня. — Если ты надеялась увидеть там что-то плохое, надеюсь, разочаровалась? — Я не надеялась ни на что, — я говорила сдержанно. — Просто хотела знать, с кем имею дело. Он хмыкнул, даже не обернувшись. — Да брось. Тебе давно не всё равно. Если бы было, не привела бы меня сюда, не рисковала бы. Я прикусила губу. Он снова говорит полуправду, которая неприятно попадает в самую суть. — Я должна была знать, — повторила я уже раздражённым голосом. — Это всё. — И? Узнала? — обернулся он с прищуром. — Или ещё покопаться хочешь? Вдруг я когда-то ел детей? — Не смешно, — рявкнула я. — Ты… — Я что? — Невыносим. — А ты — подозрительная до безумия, — бросил он. — Я чувствую, что ты что-то утаиваешь. Я просто это чувствую. Я открыла рот, чтобы ответить, но вдруг резкий порыв ветра едва не сбил нас обоих с ног. Мы резко остановились. Перед нами, в нескольких шагах, закружился вихрь. Он был почти прозрачен, внутри него крутились обрывки чьей-то памяти: детские лица, ругань, аромат вишни, яркое солнце… всё мимолётное, но притягательное, как магия. А потом я поняла, это была моя память. Перед глазами вдруг развернулась сцена, не ярко, не отчётливо, но до боли знакомо. Я стояла в огромной комнате — это была единственная светлая комната во дворце Ада, мамина комната, она до сих пор осталась не тронута. Я почувствовала её руки, тёплые. Голос, поющий колыбельную. Цветы на подоконнике, запах мёда и лаванды. Я помнила этот момент, но так давно, что уже почти не верила, что он существовал на самом деле. — Принцесса... Мама улыбалась мне. Точно так же, как всегда. Гладила по волосам, а её пальцы были тёплыми, такими нежными, родными. Я замерла, не в силах отвести взгляд. Сердце стучало, будто я снова ребёнок, ищущий укрытие в материнских объятиях, будто она снова со мной. Это не было иллюзией. Это было моё. Моё воспоминание. — Флора? — донесся где-то сбоку голос Огрона. Я не слышала. Я тонула в этом моменте. Я смотрела, как мама отходит, поворачивается… и вдруг исчезает, как дым. Всё исчезает. Я стою одна. Одна посреди пустого поля, с разорванным сердцем. Глаза намокли, я едва сдерживала слёзы. Спустя столько лет я снова увидела её. И только тогда я поняла — это не просто воспоминание. Это остров пытался что-то сказать мне. — Флора! — Огрон всё это время тряс меня за плечи. — Чёрт, приди в себя! Он резко дёрнул меня назад, вырвал из пространства вихря. Воздух снова стал плотным, неестественным, уши заложило. Я упала на колени, задыхаясь. Огрон опустился рядом, взволнованно глядя на меня. Я медленно подняла голову. Перед глазами всё плыло, сердце разрывалось пополам, но я держалась изо всех сил. Я была не в себе в этот момент и не контролировала, что говорю. — Это были её руки… — прошептала я, глядя в его глаза. — У неё были такие же… тёплые... Он молчал, просто смотрел, спокойно, внимательно, почти ласково. Он позволил мне отдышаться и не нападал с вопросами. Я знала, он всё понял. Может, даже почувствовал то же, что и я. Я выпрямилась, смахнула слёзы и, не глядя на него, шагнула прочь. — Пошли. До врат недалеко.

POV Рокси

Во дворике академии было на удивление тихо. Лёгкий ветерок качал листву на деревьях, воздух был тёплым, будто августовский день. Я сидела на низкой каменной скамейке, облокотившись спиной о дерево, и пила лимонную воду. Муза устроилась рядом, вытянув ноги вперёд и закинув руки за голову, подставляя лицо солнцу. — Мне до сих пор кажется, что всё это — просто сон. И что скоро я вновь проснусь в своей кровати в Нью-Йорке, — заговорила я. — Ты скоро привыкнешь. Я, например, может и не забыла до конца свою жизнь на Земле, но не тоскую по ней. Наверное, для тебя это сейчас звучит невозможно, да? — я улыбнулась и кивнула. — Я не могу понять, как можно не тосковать по своей жизни, близким, по этой простоте. Когда мы были людьми, всем казалось, что жизнь — такая сложная штука, а оказалось, что это было самым простым испытанием. Серьёзно, тебе правда здесь нравится? — Иногда кажется, что мы не в академии, а в каком-то замкнутом мирке с собственными законами. Здесь всё слишком странно. Но по-своему да, нравится. Это стало частью меня. А тебе? Я пожала плечами, потом медленно кивнула. — Да. Не всегда, конечно. Иногда хочется сбежать обратно в родной город, пить вино с подругами и не думать, кто сегодня на занятии Валтора решит сломать тебе все косточки. Но, честно говоря, здесь я впервые чувствую, что у меня может быть место, что я могу стать кем-то. И мне нравится, что вокруг есть… ты, например, и остальные. И, пусть это прозвучит эгоистично, но я рада, что я оказалась здесь не одна, а с Огроном и Думаном. Муза мягко улыбнулась. Она хотела что-то добавить, но куда-то вдруг уставилась. Неподалёку от нас появилась Флора. Она выглядела очень взволнованной. — Флора! — позвала её Муза. Девушка обернулась к нам так резко, словно мы только что вывели её из транса. — Ты была на острове? — Да, — сухо ответила она. — Нашла, что искала? — Типа того. — Теперь расскажешь, что искала? — Нет. Вы Огрона не видели? — А вы разве не вместе туда отправились? — спросила я. — Да, я отправила его сюда, а сама была в Аду, нужно было вернуть кое-что. — Он, наверное, у себя. А зачем он тебе нужен? — Он мне не нужен, я не хочу сталкиваться с ним, — Флора махнула рукой и убежала во дворец. — Что это было? — усмехнулась я. Не прошло и пяти минут, как к нам подошёл Огрон. — Вы Флору не видели? Мы с Музой переглянулись и рассмеялись. — Не видели. — Ты врёшь, Роксанна, — нахмурился он. — Эй! Сколько раз просила не называть меня так! Не знаю я, где она. Может, у себя. Огрон несколько секунд разглядывал меня, потом махнул на нас рукой и ушёл. — Знаешь, за ними наблюдать интереснее, чем смотреть любой сериал, — сказала я и мы вновь рассмеялись.

POV Флора

Я с силой распахнула дверь и ворвалась в комнату, будто за мной гналась целая армия. Не говоря ни слова, я начала нервно шагать туда-сюда по комнате, сжимая ладони до боли. Стеллу, что лежала на своей кровати, облокотившись на подушку, с угрюмо-саркастичным выражением лица и глазами, полными обиды, я не замечала в упор. — Отлично, что ты пришла, — сказала Стелла, глядя в потолок. — Я как раз хотела поговорить. У нас с Анаганом опять всё в дребезги. Я больше не понимаю, что он от меня хочет. То ревнует, то замолкает. Я устала... Все мои мысли крутились вокруг того, что я узнала на острове Памяти. Голос Стеллы в этот момент проносился мимо, словно ветер. — Ты меня слушаешь? Я резко остановилась, как будто только сейчас заметила её присутствие. — А? Прости. Просто… Стелла, я была на острове Памяти. Там… — О, прекрасно. Конечно, — Стелла встала, её голос стал колким. — Очередная великая миссия, конечно, важнее, чем я, которая, прости, уже час захлёбывается в собственной эмоциональной катастрофе! — Стелла, я не хотела... — начала я, но Стелла перебила: — Ты никогда не хочешь. Ты просто идёшь, как шторм, сметая всё вокруг, если тебе что-то нужно. Тебе всё равно, что у других происходит. Даже я для тебя просто удобный жилец по соседству, пока ты не захочешь выговориться! — Стелла, просто... я сейчас не могу думать ни о чём другом. — Конечно, не можешь, — с горькой усмешкой сказала Стелла. — И никогда не могла. Она подорвалась с кровати и резко направилась к двери. Прежде чем уйти, бросила: — Знаешь, мне правда было хреново. Но больше я не собираюсь быть запасным фоном твоих катастроф. Разберись в себе одна. И хлопнула дверью. Я осталась стоять в центре комнаты, как будто сама только что спровоцировала землетрясение. Чёрт, да что за день сегодня такой! Руки сжимали воздух, как будто в них всё ещё была та книга. Комната будто съёжилась, потемнела. В груди кольнуло. Не от слов Стеллы, а от осознания, как далеко всё зашло. Стелла пыталась со мной поговорить, делилась чем-то важным, а я её и не слышала вовсе. Я думала, что смогу просто вернуться, сохранить это всё внутри, сжать в себе как яд, и продолжать жить, будто ничего не изменилось. Но это же невозможно. Почему я всегда такая? Почему, когда становится тяжело, я замыкаюсь, словно это единственный выход? Я ведь не хотела обидеть её. Я не хотела терять ещё кого-то. Но, кажется, делаю это снова и снова. Я направилась к Анагану, совсем позабыв, что я планировала избегать Огрона, а теперь иду в его же комнату. Этот... избранный меня сума сведёт. Какие ещё тайны он в себе хранит? Какие ещё беды принесёт с собой? Без стука я ворвалась в их комнату. Анаган сидел на кровати, спиной ко мне, уставившись в стену. Огрон лениво развалился в кресле, поднял взгляд и тут же нахмурился, я будто нарушила какую-то их тишину, что-то тяжёлое повисло в воздухе. — Анаган, — я подошла ближе, — что случилось? Что у вас со Стеллой произошло? Он не сразу ответил, сжал кулаки и тяжело вздохнул. — Да ничего… — пробормотал он. — Просто опять поругались. Она вспыльчивая. А я... ревнивый идиот. Всё как обычно. Я прищурилась: — Нет, не как обычно. Она сегодня злая, как никогда, сорвалась на меня. Говорит, ты вечно устраиваешь сцены. Он скосил на меня взгляд, но не стал оправдываться. Только пожал плечами. — Иногда она даёт поводы, — сказал он тихо. — Я же не из воздуха всё беру. — Поводы? — я скрестила руки. — Анаган, ты должен к ней пойти. Срочно. Извинись, просто скажи, что был не прав. Не важно, был ты прав или нет, просто скажи. Он вздохнул, но кивнул. Поднялся, провёл рукой по волосам и, не сказав больше ни слова, ушёл. Только захлопнул за собой дверь и оставил меня наедине с Огроном. Чёрт. Он молчал, и я тоже. На секунду мы просто смотрели друг на друга, и в этой паузе я вдруг поняла, что даже тишина между нами изменилась. Она стала опасной, слишком значимой. — Что это было? — наконец спросил он. — Ты теперь миришь всех подряд? Я покачала головой, отступая к двери. — Нет. Просто не хочу, чтобы кто-то ещё портил свою жизнь из-за глупых страхов. — Иронично, — усмехнулся он. — Потому что ты сама сейчас именно этим и занимаешься. — Что? — Бежишь, Флора. От себя. От меня. От того, что между нами есть. Я сжала губы, опустила взгляд. — Я не бегу, — я задумалась на секунду, почти вжавшись в дверь. Вот бы кто-нибудь сейчас вломился сюда и избавил меня от всего этого. — Огрон, тренировок больше не будет. И я против, чтобы мы работали вместе в парах на будущих заданиях. Не хочу больше тратить на это время. Он приподнял бровь. — И ты считаешь, что не сбегаешь сейчас? Я не знала, как сказать это прямо. Что теперь я уверена, мы с ним связаны куда глубже, чем просто симпатией. Если я не оборву это сейчас, мы оба сгорим в огне, который не сможем потушить. — Флора, — сказал он мягче, — это из-за острова Памяти? Я молчала. — Ты ведь что-то узнала. Что-то важное. — Не важно, — я отвернулась к двери. — Просто... прости, но с этого момента каждый сам за себя. И ушла, не оборачиваясь.

***

Одио из самых отвратительных занятий с Валтором за всё время учёбы. И всё потому, что он решил снова поставить меня в пару с Блум. — Сегодня тренируем тактическое взаимодействие противоположных стихий, — объявил он, оглядывая группу. — Идеальный пример — вода и огонь. Блум, Флора, вперёд. Ну конечно. Идеальный пример. Ещё бы он назвал нас идеальными. Мы вышли на середину площадки. Она ступала легко и грациозно, её крылья выглядели как витражи, подсвеченные солнцем. А мои — тёмные, с острыми кончиками, словно слишком громкие даже в сложенном виде. Она едва посмотрела на меня. Этот холодный, отстранённый взгляд, словно я очередная ошибка в её идеальном расписании. — Не переживай, — сказала она тихо. — Я постараюсь не испортить тебе обувь. — Милосердие от ангела, какая честь, — бросила я, игнорируя ехидные взгляды её подружек. — Флора, Блум, цель проста, — продолжил Валтор. — Ваша задача — собрать общую конструкцию из стихии. Блум создаёт контур, Флора заполняет. Я скривила губы. Она задаёт форму, а я заполняю? Замечательно. То есть я снова «сырая сила», а она — «высшая гармония». Блум подняла руки первой. Вода собралась в воздухе мгновенно — прозрачные, идеально ровные линии, будто вылепленные из стекла. Движения — выверенные, учебниковые. Она и правда хороша, глупо было бы не признать этого. — Твоя очередь, — сказала она, не оборачиваясь. Я подняла ладони. Пламя вспыхнуло сразу — живое, яркое, непослушное. В нём было много чувств. Слишком много, по мнению большинства ангелов. Я направила огонь в её водный каркас и вдруг услышала: — Слишком грубо, — пробормотала она. — Ты всегда делаешь всё через силу. — Потому что так работает огонь, гений, — огрызнулась я. — У настоящего мастера огонь слушается. — Ты говоришь со знанием дела? — вскинула я бровь, огонь в моих руках погас. — Разумеется, ты как обычно знаешь всё лучше всех. Она резко обернулась, и в её глазах мелькнуло раздражение. — Я просто пытаюсь сделать так, чтобы мы закончили это задание нормально. — А я, чтобы ты перестала вести себя так, будто я ниже тебя. — Я так не веду себя. — Ведёшь. Она демонстративно вздохнула и продолжила создавать свою идеальную конструкцию. Я снова направила пламя внутрь. И оно снова взорвалось мощнее, чем нужно. Контур воды дрогнул, разошёлся, почти распался. Блум раздражённо вскинула руку, удерживая конструкцию. — Ты можешь хоть раз контролировать себя? — А ты можешь хоть раз не командовать? Её губы сжались в тонкую линию. — Видимо, тебе сложно работать в команде. Типично для… — она замолчала. — Договори, — тихо сказала я. — Типично для демона? Она промолчала. Но в её глазах ответ был. И тогда я просто отпустила поток. Пламя исчезло, пусть себе стоит со своей идеальной водой. Валтор тяжело выдохнул, словно мы обе — его головная боль. — Достаточно. Эти двое всё равно не сработаются, — бросил он. Блум отвела взгляд первой, будто ей неприятно даже стоять рядом. Я впервые за долгое время почувствовала, что во мне кипит не просто огонь, а что-то глубже. То, что она никогда не поймёт. Хотя тогда я ещё не знала, что однажды именно она станет тем человеком, кто закроет меня своими крыльями. Но на этом уроке между нами была только сталь и ледяная вода.

POV Стелла

Я стояла в тени арки между корпусами академии, обхватив себя руками, будто могла так согреть собственное раздражение. Ветер дул порывистый, резкий, он бил в лицо, путал волосы, как будто специально пытался меня вывести из равновесия. Впрочем, я уже была не в равновесии. Меня трясло. Я не знала, куда идти. Возвращаться в комнату не хотелось, я не была готова снова говорить с Флорой или с кем угодно. Я просто ходила по академии по кругу, будто это могло очистить голову. И вдруг услышала голос Анагана. Я затаилась за колонной. Прятаться? Серьёзно, Стелла? — Рокси! — его голос был полон беспокойства. — Ты не видела Стеллу? — Нет, — отозвалась Рокси. — А что случилось? — Поссорились, — коротко сказал он. — И теперь её нигде нет. Я уже везде был, и в саду, и в башне, и даже в архив заглянул. — Ух ты, ты реально паникуешь, — Рокси засмеялась. — Не знал, что ты можешь быть таким. Обычно ты холоднее мраморной статуи. — Очень смешно, — Анаган выдохнул с лёгкой улыбкой. — Я просто… запорол всё. Они переглянулись и вдруг оба рассмеялись. Прямо как в какой-то идиотской комедии. И тут меня будто ударило. Не то чтобы он не имел права разговаривать с кем-то другим, но этот его смех. Такая лёгкость, как будто всё, что между нами недавно произошло, — неважно. Он ищет меня? Серьёзно? Потому что выглядит так, будто ему вполне хорошо и без меня. Я отвернулась. Сердце гулко стучало в груди, обидно было до дрожи. До слёз, которые я не собиралась пускать. Ну и пусть. Тогда и искать меня не надо.

На следующий день

Я уже чувствовала, как назревает головная боль. С утра всё шло не так. На лекции Фарагонда объявила то, чего я меньше всего ждала — осенний бал. Нет, не сам бал раздражал, я люблю такие мероприятия, в конце концов, я рождена блистать. Но то, что на него пригласили всех подряд, вот это уже было перебором. — В этом году Совет решил расширить список приглашённых, — произнесла Фарагонда, глядя на нас с высоты кафедры. — Приглашения получат также некоторые лучшие студенты академии и несколько избранных для знакомства с политическим устройством Небес. В зале тут же зашептались. Я заметила, как Блум скрестила руки на груди и скривилась. Флора, сидевшая рядом со мной, хмыкнула, но ничего не сказала. Списки вывесили сразу после лекции. Конечно, мне и Флоре уже давно пришли приглашения, Блум тоже. Но вот то, что среди приглашённых оказались Анаган, Думан, Муза, Рокси и Огрон — это было уже смешно. Это противоречит тому, ради чего Совет вообще ежегодно устраивает этот пресловутый бал. Я вышла из зала, напряжённо молча, и тут же наткнулась на самую прекрасную компанию — Рокси, Огрон и Думан, что шли по коридору с видом победителей Олимпиады. Они шли навстречу нам с Флорой, болтая и веселясь. — Ну что, леди, идёте на бал? — весело спросил Думан, подмигнув мне. Я смерила его взглядом и сделала вид, что не услышала. Флора же остановилась и заговорила спокойно, грациозно объясняя им, почему мы не рады их приглашению: — Раньше осенний бал был официальным приёмом. Там решались вопросы политики, альянсов, будущего академии и вопросы взаимодействия Ада и Рая. Поэтому туда не пускали всех подряд. Я добавила, не скрывая язвительности: — Вот именно. И лучше бы всё так и осталось. Некоторые избранные могут всё испортить. Рокси удивлённо приподняла бровь, но промолчала. Только Огрон хмыкнул: — Круто, что вы так волнуетесь за нашу репутацию. Приятно чувствовать доверие. — А разве ты не рада, что Анаган тоже приглашён? — спросил Думан. — Хоть потанцуешь с кем-то, кто не будет наступать тебе на платье. Я закатила глаза. Флора едва сдержала улыбку, а потом подтолкнула меня к выходу. Мы вышли на улицу, ветер трепал волосы, прохлада освежала. Некоторое время шли молча, пока я, наконец, не решилась заговорить. Потому что знаю, как тяжело Флоре признавать свои ошибки. — Ну? Ты ведь хотела что-то сказать. Флора замедлила шаг и посмотрела в сторону. — Прости. За то, как я вела себя. Я… была не в себе. Я вздохнула, отводя взгляд. — Это прогресс, ты учишься извиняться. Я тоже сорвалась, извини, — я пожала плечами. — Я вчера видела, как Анаган и Рокси очень весело разговаривали и смеялись. И это, знаешь, не самый приятный момент после ссоры. — Он шёл тебя искать, — мягко сказала Флора. — И Рокси просто оказалась на пути. Не выдумывай. Я кивнула, в душе чуть полегчало, что хотя бы с Флорой всё прояснилось. — А ты? Ты ведь тоже что-то хотела рассказать про Огрона? Флора сжала губы, будто сомневаясь. Потом всё-таки заговорила: — Мы были на острове Памяти. Я нашла книгу о нём. Его родители — бессмертные. — Что? — я остановилась. — Да, — тихо произнесла она. — Его мать сейчас человек, Огрона она родила на Земле, но когда-то она была бессмертной. Она уже была беременна, когда её отправили на Землю. Я не знаю, кто его отец, но он тоже не простой. Это значит… — она замолчала, и я продолжила за неё: — …что вы двое — те, кто должны исполнить пророчество. Флора кивнула, не глядя на меня. — И что ты собираешься делать? Избегать его? — Я должна избегать его. Пока у нас ещё есть шанс это остановить. Я не позволю… — она запнулась. — Никому нельзя об этом знать, особенно Огрону. Но прежде чем я успела что-либо сказать, позади нас раздался голос: — Интересно, а что именно я не должен знать? Мы обе обернулись. Огрон стоял за спиной Флоры, скрестив руки на груди, и смотрел прямо в её глаза с тем выражением, от которого внутри похолодело. И, судя по выражению её лица, она едва сдержалась под его напором, чтобы не вылить ему всю правду. Чёрт.