10 дней до смерти Бэзила 2 часть

Вдруг Санни кто-то схватил за плечо сзади, отчего он сразу же отпрыгнул, как лягушка – Я щас таааааак внимательно наблюдал за вами двумя, как в фильме красный террор, когда главные герои коммуняк выслеживали, мне показалось, что вы прямо сейчас здесь устроите чуть-ли не ядерную войну, ну или Литл Сент Джеймс! – повернувшись Санни увидел Кела, на нём сейчас одета (или надета) черная футболка с принтом Black Sabbath и желтые широкие и длинные шорты и только услышав его голос, напряжение между Обри и Санни куда-то испарилось Тогда Это был мой старый друг Кел! Я имею в виду, что он имеет право больше не считать меня другом, после всего, что я ему сделал, но тогда, когда мы с ним встретились возле торгового центра города горизонт, он считал меня другом - и это было взаимно! Он настолько старый и настолько друг, что я уже даже не помню, когда я начал с ним общаться, словно он был в моей жизни всегда! Но это , на самом деле, не удивительно, поскольку его семья и моя жила в соседних домах. — ну к чему это я так сразу резко начал! — театрально почесав затылок продолжил он — давайте просто, будто старые друзья, что не виделись уже очень давно, успокоим наши баламутные нервы, и все вместе выкурим трубку мира! – после чего достал из-за спины огромный букет роз – поддержи пока что – и ещё мгновение и откуда-то из кармана возникла деревянная трубка, которую он сразу поднес к губам, щелкнул зажигалкой и начал медленно выпускать серые клубы дыма из своего рта: – Сядем в кружок, выскажем все наши накопившиеся проблемы, а потом просто поймем, что это совершенно ничто по сравнению с нашим главным призом - жизнью – вытягивая каждое слово и попутно выпуская клубы дыма говорил он – Трубку мира, Серьезно, Кел, мы что, теперь племя Шайеннов какое-то? – начал Обри – Обри, то, что ты сейчас сказала называется расизмом. – ответил Кел – Кел, ты же не индеец и не черный, ты просто парень, что пересмотрел Властелин Колец и теперь куришь как Гендальф – подтрунивая над Келом, держа в уздах гнев прорычала Обри – Расистка… расистка… – булькнув, а затем затянув полный рот дыма, Кел принялся издавать из своего горла непонятные звуки, будто напевая какую-то песню на иностранном языке – У нас в городе появились прекрасные люди, что зовут себя “Свет” мы вместе с ними на лекциях слушаем о том, насколько жизнь прекрасна и как легко её испортить банальными мелочами. Вам бы вдвоем туда, помогает избавится от дерьма в голове – – Приятно замечать, что такие безобидные люди, как они, все столбы у школы забили своими приглашениями на их вечера, будто собирают армию, чтоб пойти штурмом на белый дом, ей богу! – – О, мой, бог! – вмешалась моя мама – Ты выглядишь, как чертов Сталин! Где ты вообще такую трубку нашел? – – Миссис тётя Мама Санни, это не просто трубка, это философия! Спросите у “Света” - и они вам скажут, что дым - очищает от проблем, что не дают пройти нам вперед и от всего - Кел повернул свою голову в сторону Санни – что тянет назад – – Если эта хрень поможет мне оплатить кредит, то я куплю таких две сотни! – – Все в Ваших руках, нужно только верить в себя! – – да-да, я наслышана про это еще от старых хиппи друзьях - царство, им, небесное, так что давай без этой чуши, и садитесь уже ко мне в тачку, надо скорее ехать до Кела – И после этих слов, мы все уже находились в машине, четыре двери по очереди хлопнули, я уселся на переднее сиденье, Кел с Обри на задние, после чего машина моментально тронулась и мы поехали вперед – Кел – начала моя мама – ты же понимаешь, что трава до добра тебя не доведет. – серьезным тоном начала моя мама – Не беспокойтесь, мы курим только полынь. – – а это что за хрень, Санни? – указывая на огромный букет роз, который вручил ему Кел – по-моему, я тебе не давала столько денег, чтоб купить этот букет – Он получил его от меня – начал Кел – я хотел чтоб он его подарил Обри, но этот парень испугался женского внимания - очень умный ход – – Эй, ты чего? – начала Обри – Почему это именно мне? Думать, что всем девушкам нравятся цветы - это сексизм чистой воды и клише. – лучше хороший сексисткий подарок чем ничего! – быстро передав цветы Обри, протараторил Санни – оу, Санни, спасибо… – уже получив цветы, смущенно ответила она После чего все замолчали, и пока все были в мыслях, Санни наблюдал на красоту молодости его подруги, посматривая, хотя ладно, пялясь на неё через зеркала заднего вида, пока та не отрывая взгляд от окна, держала в руках такой же безумно яркий, как и она букет, наверно о чем-то размышляя даже не замечая насколько чертовски красивой она тогда была, И как же быстро пролетело то мгновение - как сейчас помню: желание продлить эту поездку на вечность резко испарилось с оскорбительным, для моего платонического любованием подругой, хотя отталкиваясь на сегодняшнего меня, это скорее было восхищением её тела и её молодости, грубым торможением маминого старого Форда и её плохого вождения, мгновенние испарилось и я, то есть Санни, уже стоял возле жилища Кела

По-моему его дом совершенно не изменился с того момента, как я там был последний раз: ухоженный газон, что видимо недавно поливался, сейчас ненатурально зелено блестел на солнце, милый деревянный заборчик покрашенный в белый и каменная дорожка ведущая от гаража до дороги. Ох ну и конечно же, Санни не мог не заметить дом, что стоял справа от него. Нет, тогда он не просто стоял - он смотрел на него! Своей душой, которая есть у зданий, что были или остаются дорогими для людей смотрящих на них. Я как-то вечером смотрел передачу по телеку, где парень со слезами на глазах наблюдал как его старую тойоту давят под прессом; он это делал ради того, чтоб ему заплатили денег и после чего этот парень мог купить себе новую машину, - и я бы с легкостью мог сказать, что это подстанова, что слезы были бутафорские, но далеко позже того вечера, как я видел эту передачу, мне в памяти врезались уже настоящие слезы своей матери, которая плакала навзрыд совершенно по-настоящему, заперевшись в своей комнате, а я будучи виновник этих слез, качался на качелях пытаясь побороть желания сделать себе плохо, вдыхая расслабляющий осенний воздух. Вообщем да, вот уже Санни сидит за обеденным столом, поедает вкусную индейку, вот уже мама пьяная жалуется маме Кела на нынешнее поколение американцев, вот уже они напевают какие-то старые песни из их молодости, вот уже Санни, Кел и Обри продвигаются в комнату Кела и спустя одну склейку сидят в комнате у Кела, каждый занимаясь своими делами: – Кел – начала Обри, крутя вокруг своего пальца розу, начала Обри – откуда у тебя взялся этот букет? – – Обри, это история очень долгая, достойная отдельной экранизации и не для слабых умов, так что я пожалуй тебе её не расскажу – – Скорее бредовая и безумно высокомерная, не ты ли мне рассказывал на протяжении тридцати минут какие освежители воздуха лучше подобрать для моей комнаты? “Обри, бери диффузор с запахом женьщена, может перебьешь запах потных лифчиков!” Давай, говори, где ты нашел этот букет! – засунув обратно розу в букет заключила девушка Отчего Кел сразу же драматично исподлобья зыркнул на Обри, его взгляд отсюда был похож на моменты из фильмов Кубрика – Диффузоры, дорогая Обри - это база. А букет… – он тяжело вздохнул, словно нагоняя саспенса – Я отходил поссать за магазином и бац, он там лежит прямо у мусорки, то есть не в ней, а возле, словно дожидаясь кого-то! – Погоди – пережевывая чипсы вмешался Санни – просто валялся, типо как мусор? – Нет, Санни, ты меня реально плохо слушаешь, он не валялся, а лежал! Типо, дожидаясь своего хозяина. Но я забрал его первым, ибо он прям таки светил на меня своей загадочностью, будто чемодан из криминального чтива – – По-моему такие огромный букеты идеальны для того, чтоб спрятать в них наркоту? – вертя перед собой уже целый букет поинтересовалась Обри – В том то и дело, Обри, что никто бы не стал прятать дурь в таком заметном месте? – снова засев в нинтендо свитч исподлобья отвечал Кел – да и бы мой зоркий глаз все равно бы заметил что-то странное в нё.. – не успев договорить Кел, как его тут же перебила Обри – Эй, смотрите, тут записка какая-то – держа перед собой красный бумажный ярлычок начала Обри Отчего сразу же активизировался и Кел, даже не ставя игру на паузу появился за долю секунду напротив Обри и эмоционально, словно ребенок перед Санта Клаусом выпалил: – “Для моего Любимого “Б” от той, которой ты знаешь всю свою жизнь, с пожеланием встретится в наше с тобой любимое время вместе!” и маленькое миленькое сердечко в конце – и засмеявшись продолжил – Это что за хрень вообще, типо как в аниме? Семпай, я тебя так сильно люблю, как жаль, что бака Ошимура Тян хочет у меня тебя забрать! – Что за дрянь? кто вообще оставляет такой букет в мусорке? – негодуя возразила Обри – Тут определенно замешаны чье-то разбитое сердце… – сказал Кел и театрально положив руку себе на лоб, будто герой из выступления, что прямо сейчас ощутил резкое моральное опустошение – Знаете – хрипловато рассуждал Санни развалившись на кровати и наблюдая в потолок: – это как какой-то квест, где типо какой-то чувак прячет всякую хрень по городу и в каждой из них оставляя подсказки наводящие на последующую спрятанную вещь – – а я смотрел такие видео в ютубе – уже вернувшись на свою кровать, продолжая играть в нинтендо свитч говорил Кел – но тут скорее не тайник, а послание! Потому что заметьте с каким трепетом написано это записка, автор явно имел вожделение к человеку, которому это писал – – ты, мать его, прав! – теперь уже сидя на маленькой тумбочке возле кровати Кела продолжила Обри – “Для моего Любимого “Б” - это не просто так, кто-то хотел, чтоб это нашли и не стал показывать конкретику, просто “Б” и просто от той, которой ты знаешь всю свою жизнь, с пожеланием встретится в наше с тобой любимое время вместе” – – Слушай, Обри – наблюдая за ней лежа на боку начал Санни – ты же любила читать Агату Кристи, по моему это как в твоих детективах, где клубок загадок понемногу разматывается на протяжении книги – – мне определенно пора домой под горячий душ, чтоб обмозговать это все там – – Не верю, что ты будешь там о чем-то то думать, мне нужно видеодоказательство! – перебил её Кел – хренов извращенец, в душе, между прочим еще и моются, что и тебе бы не помешало! – Это вам, девушкам, лишь бы думать о таких парнях как я только как о извращенцах. Это был юмор, чтоб разбавить ситуацию! А я, между прочим, никогда ни о чем таком и не думал, потому что у меня есть цель, которая может и не случится дай я волю животным инстинктам. Я хочу поймать, всех, сранных, покемонов! – О, давай я с тобой? – радостно встав с кровати спросил Санни – просто, ну понимаешь, у Кела есть мечта, которой мы можем помешать – – Давай, идите, туда, вместе! – резко вставил Кел продолжая дальше играть в игру по покемонам - Нет, погоди, Обри, я имею ввиду не туда вместе, я имею ввиду просто на улицу пройтись там... - смущенно промямлил Санни, на что Обри только весело хихикнула И они ушли, хлопнули дверью оставив Кела наедине с мечтой, что кирпичик за кирпичиком принялся выстраивать её – Санни, давай, может проведуем Бэзила? – Санни с Обри спускались на первый этаж, медленно минуя ступеньку за ступенькой – Просто, Бэзил за эти два года пережил столько дерьма, которое, поверь мне, Санни, так просто из головы не уйдет – Санни хотел тогда разузнать про какое дерьмо имеет в виду Обри, но уже пьяный голос Мамы вдруг опередил его: – Обри, дорогуша, подойди сюда, на девичий разговор – попросила мама из кухни мою подругу и та послушна последовала на её голос, закрыв за собой дверь Слово “девичий разговор” могло значит все на свете и это все на свете определенно не хотел знать Санни, отчего он даже не пытался подслушать, просто сидел на кафельном полу в прихожей и послушно дожидался когда Обри вернется к нему. А между тем, ночь понемногу забирала свои владения перед городом, отдавая прохладой из открытого окошка и кваканьем лягушек

СПУСТЯ ДВЕ МИНУТЫ

– ты прости мою маму – начал Санни, когда заскрипела дверь на кухню и оттуда появилась Обри – она любит, знаешь, что все было как в её любимых фильмах восьмедисятых, - чтоб все было пафосно, тайно, за закрытой дверью и без посторонних – на что Обри ничего не ответив пошла молча к выходу, тем самым окатив Санни желанние как можно скорее узнать чего такого наговорила его Мама девушке – Она ведь ничего такого не Говорила? Про нас, там? – встревоженно поплутав за Обри начал узнавать Санни – Нет, Санни, ничего такого, просто обычная болтовня – как бы на отстань кинула Обри и удалилась дальше по коридору на выход быстро переставляя одну ногу за другой словно пытаясь поскорее уйти из этого дома – Если она тебя взбесила, то не бери в голову! Мама не специально говорит гадости в лицо – Ветер дул с севера - Санни сразу же это понял, как только они вышли на улицу, потому что длинные, доходящие до пояса розовые волосы подруги, раскачивались на Юг, в такт деревьев на заднем плане девушки. На ней было странное выражение лица, - заметил тогда Санни - оно будто говорила, что еще мгновение и взорвется прямо тут, разразится в бурю, выстрелит молнией и упадет морской волной! Она словно молила, прося какой-то поддержки, такой её был взгляд тогда, Парень конечно хотел эту поддержку дать ей в ответ, чтоб вместо бури было солнце, а вместо ветра - штиль, но был заворожен её пугающего и отчего и прекрасным видом! – Санни, я знаешь, что хочу сказать? – устремив свой взгляд куда-то выше парня начала Обри дрожащим от приближающихся слез голосом – Знаешь чувство будто ты никто? Совершенный абсолютный ноль и все вокруг, по сравнению с тобой - единицы. Даже тот самый полуживой алкоголик, что греется в торговом центре в канун нового года, скорее всего его последнего нового года, даже, он что-то представляет из себя, в отличии от меня! – И тут Санни заметил, что Красивая девушка плакала навзрыд перед ним, а он ничего с этим не мог поделать, просто стоял как вкопанный бегая глазами перед её лиом в ужасе, слушаю её плачь – Понимаешь, например Джоан Джет, ну ты слышал у нее “BAD REPUTATION” она стала популярной в свои восемнадцать лет, Бритни Спирс, Билли Айлишь, Бйорк вообще в с семнадцать! и… – Обри задохнулась подавляя рыдания и дальше продолжая с хрипотцой – Санни… если царствие небесное существует, то он, Санни… он смотрит на меня, прямо оттуда! Как я ничего не добилась и никем не являюсь, и Санни, он точно плачет из-за этого, из-за того, какая хреновая у него…. – Обри, ты не ничто! – начал Санни и сразу же после его слов загремел жуткий гром и полил проливной дождь моментально до последней ниточки намочив этих двоих – сейчас лето… еще три месяца впереди, мы с тобой молоды, как не будет молоды больше никогда, красивы, как ни будем красивы больше никогда, это ли не прекрасно, а? – он совершенно не понимал откуда смог так просто подобрать, по его мнению, подходящие слова, но замечая положительную реакцию у подруги, он продолжал – Да и плевать, что у нас ничего с тобой нету, просто… знаешь, сейчас Десятое июня, Обри, а нам с тобой семнадцать лет, это ли не самое лучшее время в жизни, так что давай это оставим на потом… – – А на двоих тридцать четыре – её голос пропадал в гуле шлепающий повсюду каплей дождя, некоторые из которых аккуратно скатывались с безумно красивого лица девушки, и падали на приятно пахнущий во время дождя асфальт. Кеды Санни были до последней ниточки сырыми, они выглядели очень жалко, хлюпая после каждого движения ноги словно крича от боли – Пошли к Бэзилу, а? – почти крича из-за громкого дождя, что барабанил по округе, предложил парень И они побежали до соседнего дома от Кела - то самое место, где раньше жил Санни, Обри успокоилась буквально за пару мгновенний, словно щелкунло пальцем и будто прошлой плачущей Обри посередине дороги и не существовало. После уже оказавшись под карнизом, куда не попадал дождь, Санни нажал на дверной звонок, отчего в доме заиграл какой-то грустный мотив, что отдаленно напоминал “No Surprises” – Боже… – убирая закатившиеся на глаза волосы начал Санни – так странно возвращаться сюда вновь, как будто бы и не прошло два года, как меня тут не было – – Эти два года тянулись чертовски долго! – – Я бы все сейчас отдал, чтоб снова оказаться в те беззаботные деньки – – Да, я бы хотела снова увидеть Мари живой и счастливой… – (ОБРИ ЗАЧЕМ ТЫ МНЕ ПРО ЭТО НАПОМНИЛА????????) И вновь словно в кинотеатре в голове Санни появились мгновения того вечера… – Нет, Обри… – не выдерживая воспоминаний простонал Санни – Нет?.. Ты про Мари?... – (ТУПАЯ СУКА ЗАТКНИСЬ!!!!!!!) И Санни представил нож в своей руке, тот самый которым его отец рубил мясо, тот самый, которым Санни делал себе больно, и Санни представил как замахивается этим ножом на свою подругу, как медленно он входит в её плоть, и как перед Обри в обличии приближающейся смерти стоит ОМОРИ – Нет, я имею ввиду… Знаешь, мой дорогой “Б”, это же про Бэзила, понимаешь? – “Б” - это Бэзил? – Ну то есть это очевидно? Либо Бэзил либо Бритни спирс, ну знаешь которая “My Pussy tastes like pepsi cola” – – Просто, я тоже думала насчет этого, но знаешь, в Фаравей Тауне много людей, которых имя начинается на “Б”, может это просто какой-то сексисткий и необычный способ позвать кого-то на пром, я имею ввиду Букет? – У вас еще не было Прома? – В конце Июня, двадцать шестого числа – А ты пойдешь туда? – Конечно нет, Санни, я имею ввиду, этот гребанный пром, там все наряжаются будто из дерьмового ромкома восьмидесятых, девчонки покупают платья по сотни долларов, чтоб какой-нибудь недоумок сказал типо, “Вау, ты выглядишь в нем секси” а парни носят черные смокинги, типо они из сранных фильмов про джеймса бонда, а потом напиваются дерьмового пунша и блюют в кустах. Санни, просто это не мое, я не хочу быть частью этого дерьмового спектакля – Пром же это про потусить с друзьями в последний раз, нажратся, и в конце концов просто наделать фоточки в инстаграмм на память, чтоб запечатлеть свою молодость – Мне не нравится идея прома в том, что там выбирают короля и королеву, то есть, Санни, это даже звучит как Объективизация! – В моей школе был пром пару недель назад, но я туда не пошел, хотя меня даже не звали… отчего, по моему, я сожалею что туда не пошел… Вообщем, ты не пойдешь туда даже если тебя пригласят? – Ну если пригласят, то я подумаю… То есть, я хочу чтоб это все было не ради фоточки в инсту, не ради понтов у кого шмотки круче, не ради того, чтоб поглазеть на декальте, а ради меня, ради того, чтоб потусить с такой чокнутой девчонкой как я. – Оу, да ты совсем не чокнутая, ты такая же нормальная как и я – Как вдруг дверь немного приоткрылась, и из-за щели повалился теплый свет освещая парня – Привет Санни, привет Обри, Я пока не могу вас домой впустить, у меня тут некоторые трудности с… с рассадой, да – начал Бэзил по ту сторону двери испуганным голосом, в нём Санни легко мог прочесть ложь, потому что слишком много тайн хранили эти двое – И я очень рад, что ты, Санни, приехал, как я и просил, но давайте завтра проведем хороший день вместе, хорошо? – И вдруг Санни из немного приоткрытой двери, в которой даже не было видно самого Бэзила, заметил маленькую струйку крови, что была разлита на полу возле прихожей, отчего перед глазами сразу появился мутный сон из самого начала книги, после взгляд поднялся немного выше и там он заметил знак желтого солнца с красными лучами вокруг него и таким же красным кружочком внутри - тот самый знак, что он увидел во сне. – Бэзил, давай хоть обнимемся… – пытаясь силой приоткрыть дверную щель начала Обри – То есть, я имею ввиду после всего, что с тобой случилось, с тобой все… ну… хорошо? – – да, все отлично, просто… рассада, она везде… и я такой грязный – тянув дверь на себя в панике ответил Бэзил – запачкаю твою классную одежду – пытаясь засмеяться, но выдавив из себя только нервный смешок продолжил Бэзил – в любом случае, я вас очень рад видеть, однако жаль, что вы не можете… меня… ну увидеть… потому что я, ну я, я весь в земле – – Нет, все в порядке, серьезно, мы просто с Санни волнуемся за тебя, ты же сам понимаешь, мы тебя просто так не бросим, ты это… – – Да, Бэзил, пиши там.. звони, если что, мой новый номер ты знаешь, да? недавно ведь с тобой говорили – быстро стрельнул Санни – да, все отлично, правда. Спокойной ночи! – после чего он резко хлопнул дверью оставив нас Обри на едине – – “Как я и просил?” – смотря на меня вопросительный взглядом, и лицом, еще пару минут заплаканным, спросила Обри – А что стало с Бэзилом? То есть, я понимаю, что он всегда был, немного… ну… напуганным? Ты просто сказала, что ему пришлось через что-то пройтись? – – У нас ведь еще все лето впереди, я тебе расскажу на досуге, когда сама буду готова к этому дерьму – сзади неё сверкнула молния, дождь стал еще сильнее – Пойдем, я тебя до дома провожу? Всмысле, я же, ну, давно тут не был, вдруг планировку улиц поменяли там… – И они побежали вдвоем до дома Обри, минуя уже полностью превратившуюся в маленькую речку улицу, под аккомпанемент грома, шума ветра, громкое журчание страшных дренажей, прямо как в оно, и быстрое, сырое топанье этих двоих, и оказавшись почти перед домом Обри, она вдруг остановилась и радостным голосом произнесла: – Почему… я не боюсь заболеть, а Санни? Почему, я, вся сырая, вся замерзшая, чувствую себя так тепло? – – Я не знаю? А что ты сама думаешь? – (ОНА ТОЧНО НЕ ПРО ЛЮБОВЬ!!!!!) – Я думаю, что нам надо с тобой, в пять утра, пройтись с собачкой моей прогуляться – запрокинув голову в небо говорила она – обидно должно быть, не иметь возможности выйти на улицу когда захочется… – – Я даже с возможностью это сделать в любое время, редко ей пользуюсь – И мы с тобой, В этом, чертовски похожи – Я рад, что ты считаешь себя таким же отстойником как и я – Мы, такие отстойники, с завтрашнего дня, Санни, впишем свои имена в легенды этого города, и знаешь почему? – Почему? – Мы вырежем эту опухоль, мы уничтожим Свет и я, мать его, знаю с кого начать! – и она начала смеяться смотря на на пасмурное дождливое небо, жутким смехом, пугающим и возбуждающим каким-то странным вожделением для Санни – С кого, Обри? – – С Ким

Три часа после того, как Санни проводил Обри до её дома.

– Вот, Кел, смотри, вот прямо тут мы с ней стояли и обнимались, прям как в фильме, под дождем! – показывая на вид из окна комнаты Кела, говорил Санни, спустя три часа и двадцать минут после того, как успокаивал свою подругу под проливным дождем и три часа и сорок минут, как вернулся домой – Санни, как ты вообще не воспользовался возможностью и крепко не обнял её? Между её и тобой было бы только два слоя одежды! Это почти как спать с девушкой! ты хренов идиот, тебя могла впервые за семнадцать лет обнять девушка, а ты просто потерял эту возможность, мои поздравления! – – И ничего не впервые, я тот еще половой гигант был в Фримонте – хмуро пробулькал Санни (ОЧЕВИДНАЯ ЛОЖЬ) – Ой, ну чего ты нахмурился, вгоняешь меня в тоску из-за этого! Ну Хочешь, я тебя обниму если с ней не вышло? – – Ты здоровый парень, еще час назад меня чуть не задавил в горке, не помнишь что-ли уже? – Такое разве забудешь… – чиркнув зажигалкой перед своей трубкой сказал Кел, отчего маленькие огоньки в отражении зеркала зажглись от язычка пламени и сразу же потухли – Странно все это, Кел – поворачиваясь в сторону друга начал Санни – сперва этот букет, потом эта ненормальная Ким, с белым пакетиком и злобой на твой этот “Свет”, как ты вообще кстати узнал, что она именно в три часа ночи будет шастать по этой детской площадке? – – Интернет, Санни, интернет! В наше время безграничная информация, словно на длане доступна каждому смертному, такому как ты и я – на что Санни только недоуменно посмотрел на него – ты, типо, пробил информацию про неё, как в шпионских фильмах? – думай проще, Санни. Что имеет почти каждый человек в фаравей тауне, где можно узнать вообще хоть что про него? – Эээ, какие-то архивы на каждого жителя? – инстаграмм, Санни! Эта, Ким, буквально весь свой день документирует в сторис, отчего мне проблем никаких не составило узнать плюс минус её дневное расписание и там же и все её посты про “Свет”. Понимаешь, я даже знаю её менструальные циклы! – фу! – знаешь, что, Санни? Эта Ким, её нельзя просто так игнорировать… Когда мы с тобой сидели на детской площадке, ну на мачте, где еще то тут то там были изрисованные всякие вульгарные выражение, по моему пару из них я сам и написал, я тогда уже чувствовал, что она часть чего-то большего! ты помнишь с чего все начиналось? – Сперва посты в инстаграме, затем мы пришли на игровую площадку, чтоб дождаться эту девушку, ну то есть не дождатся, а, как бы, выследить её, а потом мы оказались с тобой тут рассуждая про неё и про Обри перед окном, как будто в Нуарных фильмах – – помнишь, про что я тебе тогда говорил? – Ты ахринеть как много тогда рассказал мне! – – Я сказал: – “Слушай, а Обри чего то говорила тебе про то, что я три недели уже свободная птичка? Без всех этих свиданий, без всей этой романтической темы? – – “ну да, Обри говорила что-то типо этого, мол удивлена, что такой бабник как Кел уже второй месяц ни с кем не мутит, но она без осуждений это сказала, так к слову.” - что-то в этом роде ответил ты – на что я сразу же: – “да какая разница что думает эта девица. Дело в другом, у тебя очевидно появляется вопрос, как это такая шлюха, как я променял свою греховную жизнь, на монахский путь искупления?” – я в твоих глазах как герой фильма тогда выглядел, а Санни?” – – Как из очень дешевого, как те сигареты, которые мы тогда курили, фильма – “Да, ты не представляешь как!” – помнишь эти слова вышедшие из твоих уст Санни – а может мои следующие: – “окей, Санни, ответь мне вот на что, ты любил когда-то по настоящему? То есть, чтоб как в двенадцати серийным аниме?” – отпечатались в памяти? И теперь Санни с точности кинопленки вспомнил события , что случились два часа назад, Они тогда вдвоем сидели на горке в виде пиратского корабля, тянув отвратительные сигареты, которые сперли у отца Кела, вдыхая помимо табака сырой запах земли после дождя. – Ну, я думаю, что было что-то такое… А ты о чем?... – начал Санни из воспоминаний – любовь же просто по сути нужна твоему мозгу как дофаминовый укол, чтоб потом под его чарами начать плодится как таракан на кухне. И все, что идет до размножения просто мыльная опера которое навязало нам общество… – на что ответил Кел – то есть по твоему любовь это просто желание трахатся? Ну не скажи, вспомни того же Данте Алигьери, этот чувак был без ума от своей Беатриче, даже когда она умерла, он все писал про нее – ох Санни, ты прямо рыцарь с розой в руках. Данте, конечно, строил из себя романтика, но потом вышел замуж за другую и наплодил детишек. Любовь? Мне кажется это просто причина, чтоб прикупить его божественную Комедию! Эдакий пиар ход с его стороны – но его поэзия, Кел, там реально много что крутилось вокруг Беатриче! – – творческие люди, они как мы с тобой, но с прокачанным талантом врать! Возьми моих стариков, оба встретились на поэтическом вечере, а щас выстроили идеальную семью, прям с обложки журналов. Но знаешь что? Если бы не я с сестрой, то их романс превратится в руд муви и они оба бы разъехались друг от друга подальше, мама в лос анджелес, папа в нью йорк. Свобода, вот чего им не хватает, вот чего они хотят. И мы с тобой такие же. – – не понимаю к чему ты клонишь. – – любовь, Санни - это рабство, которое человек испытывает просто из-за банального желания секса. Проблем бы не было, если бы человек просто без лишних чувств предложил другому человеку потрахатся. Санни, понимаешь и войн бы в мире не было и все жили бы в гармонии. – – ты очень узко рассуждаешь – хотел было ответить Санни, но перед этим затянув сигарету, он раскашлялся, отчего на глазах выступили слезы, и Кел сразу заметив это начал стучать по спине – господи, Санни, ты куришь как та блондинка из клуба завтрак! – – всмысле, как блондинка? Я всегда так курю! Все так курят, чувак - это нормально. – – нормально? Скажи честно, зачем ты вообще куришь? Чтоб быть, как те парни из бешеных псов? – – ну типо кайф словить. Приятные ощущения, знаешь? – – ну вот в этом и твоя проблема. Ты куришь, чтоб словить кайф, а я – он выдул огромную кучу дыма, отчего даже его лицо немного скрылось за ней – чтобы сдохнуть – – ты щас процитировали какой-то фильм? Потому что я сто процентов это где-то слышал, или сам придумал? – – а может и из фильма, а может и я устал уже притворятся, что все идёт хорошо? – он затушил окурок об подошву кед Санни – давай, чувак, учись курить, как Мужик! – После чего Санни попытался затянутся как мужчина, чтоб в глазах друга, он выглядел круто, но только сунув сигарету в рот, Кел с силой затащил его прямо в трубу детской горки, отчего сигарета укатилась вниз горки, осветив её стены словно факел – Санни – сквозь зубы шепотом начал он, удивительно, как мы вообще с ним уместились в трубе вместе – Птицы нападают! – парень еле услышал его слова, но сразу же понял о чем он - Ким подошла к детской площадке! И они принялись её подслушивать, сперва эти двое услышали шаги, шел явно не один человек, затем какое-то непонятное бормотание, слова было не различить, дак еще и всевозможные птицы пели на заднем плане. Затем звук шагов приближался к ним, но шел уже один человек, медленно переставляя одну ногу за другим и чем-то, кажется это были украшения, бренча. Затем появился скрип, Ким села на качельку и в этом время что-то начала напевать себе под нос. Санни слышал этот мотив раньше, но не мог вспомнить откуда! Затем появился звук разблокировки телефона, и последующий звук щелкающего фотоаппарата – Смотри, и дня не пройдет без нового поста в инстаграме – достаточно чтоб его услышала Ким сказал Кел, отчего Санни даже вздрогнул – Тише, Кел, а если она нас услышит! – – Такие люди даже приближающегося поезда не слышат! Я сам видел видос в интернете, где девушка шла по железным путям и слушала музыку одновременно! – Кел вообще не стеснялся сбавлять свой голос хоть на децибелу, отчего у них получалась очень странная слежка за подозрительной девушкой - она сидит в метрах от них, а Кел орёт так, будто там и никого нет! – и знаешь что? она просто превратилась в кровавое тесто! Просто таким людям легче думать, что весь мир чего-то хочет от них, чем понять, что для мира ты очередная пылинка! – – what else should i be – вдруг запела хриплым голосом Ким качаясь на качелях, отчего Кел начал хихикать, и трястись всем телом – all apologies – Тряска моего друга достигла такой степени, что он начал понемногу скатывается вниз – what else i could say – И после чего они уже двое покатились вниз, прямо к Ким, что сейчас напевала песню думая, что она совершенно одна! – everyone is… – неуспев допеть, как Санни и Кел оказались прямо перед её взором, лежа перед качелями, которые почему-то стояли напротив горки, отчего их цель шпионажа прокричала на всю округу! – аааа! – – Кел, мать его! Ты чего тут делаешь?! – прокричав от спигу, она сейчас стояла ногами на качелях, в свете теплого оттенка фонаря, в ту ночь кожа на лице девушки блестела фотонами света, словно ее лицо покрыто блестками, - похожий момент я видел в Эйфории - сейчас это появляется в моей голове со скрупулезной точностью, она смотрела на меня даже не осознавая, через что ей придется пройтись вместе со мной – Какого хрена вы тут вдвоем делаете? – Привет, Ким – отряхиваясь от песка начал Кел – я тебя тоже давно не видел, точнее с того момента, как я отошел отлить за магазин Ким достала из кармана чупа чупс, и затем начала медленно его раскрывать попутно усевшись обратно на качель – Кел, милый, я, честно скажу, что перепугалась до чертиков – у неё была специфическая манера речи, похожая чем-то на Мерлин Монро, протягивая каждый слог, Ким будто стонала своим голосом, - Келу это не нравились: – Знаете, какие у меня были первые мысли - “о боже, я что встретила маньяка каокого-то?” как в том фильме, знаете где играл Элайджи Вуд, а потом оказалось, что это просто глупый Кел – – или как в крипипасте – вмешался Санни – где парень с ножами нападает на девку, которую он выслеживает – Санни был тут самым напуганным среди их двоих, их кажется события, что случились пару секунд наза совершенно не заботили! – вот-вот Санни, эта девка сидит, в три часа ночи одна и качается на этой страшной качели , как мать ее, в какой-то дешманской хорроре – Она сунула себе в рот чупа-чупс, словно показывая презрения к собеседникам и начала его облизывать причмокивая – Скажи мне вот что, кто из нас подходить на роль злодея в хорроре больше? бедная Американка, что качается в свободной стране или ты, что подсматриваешь за такой невинной девушкой, как я? – – а что у вас с Обри случилось, почему вы больше с ней не общаетесь? – вмешался Санни, пытаясь как-то разрядить обстановку, – недопонимание, Санни. – она вынул влажный чупа-чупс и начала трясти им, будто ручкой, перед своим лицом – один человек не понял другого. Как во всех чёртовых фильмах. – и как только покончив с этой фразой, она вновь засунула в рот себе чупа чупс – слушай, мы с Санни не хотели за тобой подсматривать, да и кому ты нужна, ты же не ножки Эммы Стоун, чтоб все тебя хотели! Мы с санни без лишнего дерьма планировали вместе ночью потусить, так что с нами все ясно, но что ты тут делаешь? – голос его был явно раздражен, ещё немного и случится взрыв! – ох, Кел, ты как коп из старого кино – качелька под ней заскрипела – так говоришь, будто юной леди нельзя просто побыть с собой, скрываясь от города, где живут одни только тупицы, ну и ты с Санни, конечно же – наигранно и театрально захихикала она закрывая свой рот рукой От Кела уже начинался исходить жар, я уверен, если бы перед ним не сидела девушка, то он бы уже пустил кулаки в бой. – качели в три часа ночи - это чертовски крипово, даже для тебя. – – а, я поняла, Кел. В твоей картине мира девушки должны в это время сидеть дома, растить детей, готовить своим мужам вкусные блюда и не высовываться после заката. Ты кел, у нас помимо того, что сталкер-извращенец, еще и сексист? – – да, я сексист. Но ты виляешь от разговора. Что ты делаешь на этой чертовой площадке в столь позднее время? – – успокойся, герой – вдруг появился голос где-то сбоку, со стороны магазина – она со мной, пошла покупать сладости – на стоянке возле 24 на 7 магазина появился старший брат Ким - очень большой парень, высокий и толстый, его грозная фигура стояла под красной неоновой вывеской заправочной станции, он Санни напоминал босса из японских JRPG – хочешь doritos, я слышал от Полли, что Санни взялся помочь Бэзилу найти того урода, что досаждает ему, а таких ребят я уважаю. Кирпичик за кирпичиком выстраивает величие Америки, даже с таких маленьких дел. – брат Ким порвал пакет, отчего сразу же в лицо ударил запах сыра, и начал по штуке забрасывать одну чипсинку за другой себе в рот, очень громко их жуя – однако из этого дом не построишь, Санни. Нужно с корнем взятся за это и продвинуть в парламент ужесточение миграционной политики! Потому что я уверен, что это делает один из этих! – показывая куда-то в лес сказал он - Кел, возьми Колу, ты же не из тех, кто любит строить драму! – он потянул Колу к Келу, но тот демонстративно от нее отказался – драма? Ты называешь это драмой? – стоя напротив брата Ким, что кстати был на две головы выше, начал он – Мне кажется твоя сестра, что сидит на постоянке, на этих, покрывших ржавчиной качелях - это скорее триллер – теперь Кел повернулся в сторону Ким – может расскажешь уже все, а я просто не буду додумывать этот сценарий! – – ох, Кел, дорогой! – она кажется вот-вот и покончить со своим чупа-чупсом – ты прямо как молодой Тарантино! застрял в своих нишевых кинчиках – она достала из-за рта чупа-чупс, вернее его маленький остаток – жалко тебя огорчать, глупыш, но реальность очень скучная штука, и люди выходят на улицу в три часа ночи, чтобы просто.. Ну.. Посмотреть на звезды… услышать тишину… Отстранится от людей… – смотря на небо мечтательно говорила она – да, от таких людей, как ты, с их вечными допросами. – вмешался брат Ким – Я конечно ценю, что ты заботишься о гражданской безопасности обычных, как мы с тобой американцев, но иногда стоит обратить внимания на вещи, которые бывают не на поверхности – закончил брат Кима – а вы смотрели звёздные войны? Там тоже есть звезды, войны, тишина, там еще актриса из леона играла! – вмешался Санни все еще тщетно пытаясь разрядить обстановку Ким подошла к своему брату, теперь они оба стояли под неоновой красной вывеской – понимаешь, Кел, жизнь это не голливуд. Люди иногда просто чего-то ждут… – – ждут? Кого? Ким? Чего? Просто ты сейчас выглядишь будто готовишься к финальной сцене в кошмаре на улице вязов! И твой брат с чипсами не добавляет нормальности! – – осторожно, парень. Ты ведь знаешь, что я работаю барменом. А ты уже начинаешь говорить как нежелательный клиент, которого подобает выкинуть из бара за нехорошие слова. – он открыл ещё одну банку Колы, она зашипела и эхом отдалась в ночи – пойдём, Ким, перестань играть “таинственную незнакомку” – Ким ещё раз стрельнуса нас с Келом своим игривым взглядом и умчалась в мрак, только было слышно их неразборчивую болтавню и быстрые шаги. – кел, это было странно. Типо, она реально просто за чипсами пошла? – – ага, а я тогда Эванна Линч. Пойдём, Санни, ночь еще начинается. –

***

– Да, Кел, припоминаю те два часа назад… как будто было вчера, как время быстро летит…– ответил Санни Келу, что сейчас выдувал дым от трубки в открытое окно – И что ты понял из нашего с тобой расследования? – – Ким просто странная девчонка – – нет, Санни, это ни хера не так. Она - сто процентов вовлечена в ту хрень, что сейчас происходит вокруг “Света” – а что там происходит? – хреновы войны! Эван Марш, он же наш главный Пастор, дак про него, Санни представляешь, кто-то пустил слушок, типо тот забирает часть пожертвований церкви себе в карман и прикинь, Казначеи теперь пытаются всеми правдами и неправдами выгнать его из церкви, как собаку на мороз, просто из-за хреновых слухов, представляешь? – А может, он реально подворовывает? – Знаешь, Санни, я уважаю во всем мире только троих людей, и один из - Эван Марш. – Но почему ты думаешь, что это именно Ким слушки пустила? На что Кел лишь набрал полные легкие дыма из своей трубки и выдул их в окно – Санни, попробуй – потянув прубку к парню напротив начал он – Иногда ответы приходят даже раньше вопросов – на что Санни сразу же втянул в себя клубы дыма из трубки, в рот сразу же ударил странный вкус какого-то растения и подожженной бумаги – Что ты чувствуешь, Санни? – – Кел, Я чувствую… чувствую… любовь. Или может это твоя трубка меня уносит?… – его конечности словно набили ватой, они были такими слабыми, будто после интенсивной тренировки, а мысли в его голове теперь текли медленно, как кисель, и он не в силе удерживать резко появившуюся слабость упал словно тряпичная кукла на мягкую вторую кровать Кела. – Блин, че за дрянь, Кел, у меня все плывет, и среди этих волн, там… черт, там… Кел, а нахрена тебе две кровати? У тебя же нет, там, ну крутого старшего брата типо…? – – кто там? – – где там, Кел? – – В твоих эротических фантазиях – Там Обри, чуваааак – глаза парня были закрытыми, веки тяжелыми, но образы средь этого мрака такими сладкими – Ты же понимаешь, что она тебе не достанется? – Почему? – Такая девчонка как Обри ищет несуществующих парней, понимаешь меня, типо из комиксов! – Эй, ты врешь! – Санни, я вру, конечно, всегда, но не при друзьях, которые мне, реально, дороги – Про эротические фантазии, чувак, ты конечно не врал… но про остальное… твою мать… я так её люблю… но она просит мне помочь Бэзилу, чувак, а я… ну я не хочу за это все так серьезно браться… – Слушай, ты когда-то лапал сиськи? – Сиськи?.. – Да! Буби, тити, сиси, грудь, молочные железа, я не знаю, пектусы? – нет… – Санни, подумай так.. ты все это, я про Бэзила, делаешь ради того, чтоб когда-то полапать грудь девчонки! – Не… я не хочу её… типо… отпускать до уровня… ну… сисек? Обри - она же прекрасна! её голос, её целеустремленность, её запах волос, её ножки… её ступни… – Ступни? Ахринеть… В любом случае, знаешь, что я скажу? Ты либо любишь девчонку по настоящему, типо возвышенные чувства, платоническая любовь и другая навязанная обществом хрень, либо хочешь потискать её сиськи – включив xbox , который сразу же зажужжал кулерами начал Кел – Чувак, ну я и от сисек не откажусь, но эти… типо не самое важное понимаешь? . – твердо и уже почти в полудреме ответил Санни – Окей, Санни, просто вздрочни как следует, Окей? Вот прям обдрочится, чтоб твое семяизвержение увидела вся Калифорния. И самое главное, пока ты занимаешься рукоблудством…, ты, Санни, думай о той самой, которую полюбил. И если после этого всего, после дрочки, Санни, она все еще остается в твоей башке, то поздравляю - ты, к сожалению, влюбленный дурак. – Ты предлагаешь мне… эякулировать? – Знаешь, ведь все мои бывшие исчезали из головы после дрочки и появлялись только, когда я снова ходил опустошить бак. Ну кроме двоих… они особенные – – и кто же это, Кел? – уже с закрытыми глазами решил узнать Санни – Одна из них это Рюко Матой… – Санни дальше ничего не слышал, он провалился в сон, в котором где-то в далеке хихикала Обри мило улыбаясь ему. И знаете, что произошло на следующую ночь? Я сделал все, как и просил Кел. Мной было устроен личный катаклизм, прямо ей в носок, я опустошил свой бак за семь минут, и на протяжении всего процесса постоянно думая о ней, визуализирую её образ, почти даже учуя запах, и после это она все равно не уходила из моей головы, оставив меня с мыслями о том, насколько я отвратительный, отчего заставив меня рыдать, как противная маленькая девочка с сырым носком подруги в руках.