𝙷𝚘𝚞𝚜𝚝𝚘𝚗, 𝚠𝚎 𝚑𝚊𝚟𝚎 𝚊 𝚙𝚛𝚘𝚋𝚕𝚎𝚖

      Мы встречаемся взглядами, и я замечаю, что стеснение в его глазах появилось только спустя секунд десять. Он сделал это специально.       — Черт, извини. Я машинально, давно живу один, и гостей особо не было… Неловко. — Спешно натягивает рубашку обратно и подходит к шкафу, что-то ворча себе под нос. — Знал же, что следовало переодеться, когда пришел… Но как можно ходить в домашнем, когда рядом ты такая красивая?       — Да ладно тебе, я же не стану тебя критиковать за домашнюю одежду, — говорю, опираясь спиной на дверь ванной. — Ладно, не буду мешать.       А помешать ему хочется. Даже очень. И запретить эту дурацкую рубашку, которая опять будет портить весь вид. И как теперь смотреть ему в глаза? Еще и Хитч… Зачем вообще сунула эти свои презервативы мне? Подстрекательница. Приходится немного умыться, чтобы привести мысли в порядок. Да, я не могу оставаться железной при таком раскладе. А кто смог бы? Жан бы уже давно начал приставать, а Эрен… Что же его останавливает? Ситуация же конкретнее некуда: я прихожу в гости, он считает меня красивой, еще и эта пицца… Может, все-таки, не нужно так торопиться? Но какого черта не нужно?! Мы оба взрослые люди, способные давать оценку своим действиям. И смотрим комедию. Класс. Ну и где мой секс?       — Ну, надеюсь, больше на меня из такого ничего не упадет. — От его голоса за спиной вздрагиваю, а он всего-то лишь кладет рубашку в корзину для стирки. — Попрошу сдать потом в химчистку, все-таки одна из любимых… Все нормально? Ты немного… покраснела. Если душно, то скажи — убавлю температуру.       — Все нормально, просто горячей водой умылась. — Тут же оправдываюсь и еще раз обдаю себя холодной водой, чтобы убавить пламя на моих щеках. Господи, как же славно, что я отказалась от мейкапа. Иначе как бы я оправдалась? «Прости, у меня температура»? — Пойдем?       — Подожди. — Его ладонь оказывается на моем лбу, и я пялюсь в его глаза от непонимания. Что он творит? Он что, мысли читает? Становится страшно. Вдруг он на самом деле злодей, который контролирует реальность и чужие мысли? — Вроде, немного есть, но… Хочешь, сделаю фруктовый коктейль со льдом?       — Хочу. Да, конечно, хочу. — Кажется, он действительно думает, что у меня температура. Нужно остановить его до того, как он предложит таблетки. — Но у меня нет температуры.       — Сделаю. — Руку убирает, но никуда не уходит, лишь склоняет голову набок, внимательно наблюдая, пока я готова расплавиться прямо здесь. Мне НЕЛОВКО! Да, прямо вот так громко неловко! — Вообще, странно. Температура тела явно слегка повышена. И, кажется, сердцебиение немного чаще обычного. И дышишь чуть иначе. Я бы сравнил это с… реакцией на пороговый стимул.       — Пороговый стимул? — Не выдерживаю и выхожу первая, ожидая, что он пойдет за мной. — А если более понятным языком? Я же, все-таки, не медик.       — Неважно. Мне просто показалось. Ничего страшного в этом нет, не переживай. — Точно ведь скрыл под этим нечто… подозрительное. Эрен вздыхает и все же следует за мной.       — К чему такая таинственность? — Сев обратно на диван, теперь наблюдаю за тем, как он делает коктейль на кухне.       — Потому что обычным языком это будет звучать не так красиво. — Смеется опять, а до меня доносится безупречный аромат фруктов, будто только недавно доставленных первым рейсом из какого-нибудь Вьетнама или Тайланда. Жить в таких условиях — одни плюсы. — Добавить сироп?       — Давай. — Киваю. И раздражаюсь. Я же все равно вычитаю в интернете при первой же возможности, к чему эта игра? — Раз не хочешь говорить, значит, обозвал меня по-научному.       — Обзывать тебя может себе позволить только самый последний урод. Я же, скорее, просто описал один процесс. Правда, лучше попробуй. — Вновь он сидит близко, вновь у меня, кажется, горит лицо. Но коктейль оказывается достаточно холодным, чтобы сбавить градусы.       — Вкусно. — Сказав это, кладу телефон на кухонный остров и опираюсь на него локтями. — Расскажи мне тогда о своей работе.       — Да особо нечего такого рассказывать. — Пожимает плечами, будто действительно работает в какой-нибудь забегаловке. — Конечно, я долго стремился к тому, чтобы занять эту должность, но и огромная ответственность… наваливается. Мне нравится помогать людям, иначе я бы и не пошел в медицину. Нравится, когда человек, побывавший на моем операционном столе, потом встречается мне где-нибудь на улице в окружении семьи. Правда, иногда бывало, что приходилось срываться среди ночи на экстренную ситуацию, поэтому я не могу просто отключить звук на телефоне, чтобы поспать. Боюсь, что пропущу… Очень вычурно прозвучало, да?       Он усмехается, прокручивая мой смартфон пальцем, видимо, чтобы немного отвлечься. Но в какой-то момент выгибает бровь, хрипло хмыкая и поджимая губы. С чего бы это?       — Да нет, — отвечаю тихо, задумываясь. А ведь как тяжело — спасать людей. — У тебя тяжелая работа. Во всех планах. Я бы, например, не смогла бы разрезать человека и ковыряться в его сердце.       — Даже если бы мне потребовалась помощь? — Он щурится, но пододвигает телефон ко мне, начавший сиять экраном. Опять кому-то потребовались срочные подробности. — Ну, хорошо, не мне. Кому-нибудь важному для тебя. Хотя… Даже если не можешь — это вполне нормально, у всех разные пределы.       — Вообще никому. — Сразу поджимаю губы. Его флирт иногда слишком наглый, но в то же время осторожный. — Хотя… Как знать. Может, в экстренной ситуации я и смогу… Не люблю о таком думать.       — Надеюсь, проверять это не придется ни на ком. — Улыбается, отчего-то вздыхает и отворачивается, наблюдая за тем, как за окном переливаются огни окон, смешиваясь с рекламой, подсветкой. — У тебя весьма интересные и любопытные подруги… Скажешь им правду или нужно помочь придумать ответ?       — Ты о чем? — Непонимающе смотрю на него. Какую правду вообще он хочет? Он поджимает губы, словно пытаясь сдержать смех. Я чувствую, как накатывает тревожность. — Правду о чем, Эрен?       Усмехнувшись, он просто стучит пальцем по экрану моего смартфона и склоняет голову. Вот в этот момент становится страшно снимать блокировку и читать, что же там такое могло возникнуть. От подруг в такой момент можно ожидать чего угодно. А может, если игнорировать дальше и продолжить тему, получится избежать неловкостей? Черт. Он ведь уже что-то прочитал, раз теперь ждет от меня реакции. Сглатываю и все же нахожу в себе силы, чтобы взглянуть на поступившие сообщение. Провалиться бы сейчас сквозь пол, испариться и больше никогда ни с кем не общаться! Хитч! Что б ее!.. Конечно, если они напились, то следовало ожидать таких вопросов, но ведь Эрен точно не должен был увидеть сообщения из разряда «Ну?! У него большой?».       — Хитч как всегда! — Раздражение и не пытаюсь скрыть, сразу бросаю телефон в сумку. — Господи, неловко. Не обращай на нее внимание. Она думает, что любое общение между двумя полами заканчивается сексом.       — Нет, ну… В чем-то она права, конечно, если так посмотреть. — Пожимает плечами, прокручивая пальцами соломинку из коктейля. Так. И в какую сторону ведут его такие рассуждения? — Но это всегда обоюдное дело. Импульсивное, обдуманное… Когда как. Главное — решение всегда в идеале принадлежит только двум людям, и порой кому-то… непросто сдерживать порыв. Или же есть правила приличия, например. О чем я вообще? Ах, да. Потребности здорового организма, физиология — с одной стороны. И стремление сблизиться с важным, желанным человеком — как возможность выразить нечто большее, чем требования тела.       — Вот как? — Удивительно. Это он мне так говорит, что его сдерживают правила приличия? Боже. — У тебя интересное мышление. Другие мужчины считают, что женщина обязана с ними заниматься сексом.       — А какой с этого толк? Ну, если обязывать без желания? — Непонимание в его взгляде и впрямь настоящее. Слышал бы его сейчас Жан, неспособный с первого раза понять, когда женщина не в настроении… Но сколько же Эрен лишнего говорит вместо того, чтобы просто что-то сделать! — Мне было бы неприятно знать, что девушка заставляет себя быть рядом. Ведь чувства тоже важны, эмоции — все это влияет на общее состояние, на получаемое удовольствие. Ты сейчас так смотришь… Что-то не то все же говорю?       — Слушай, если хочешь предложить заняться сексом, просто так и скажи, — вырывается у меня, и я тут же об этом жалею. Его глаза округляются, и выражение лица становится таким, словно его поймали с поличным во время совершения какого-то преступления.       — Дурацкая привычка говорить больше, когда нахожусь в относительно взволнованном состоянии, и… — Эрен вбирает носом воздух, буравя во мне такую дыру, что становится жарко. Особенно от того, как постепенно между нами сокращается расстояние. — Это было очень внезапное предложение действовать из всех возможных на данный момент. Если это добавит плюс мне, то я честно не думал, что дойдет до таких разговоров, но… Серьезно, Микаса, я уж начал склоняться к тому, что мне показалось. Насчет твоего состояния. Нет, я… Испытываю схожее. Однако как же женские правила о первом и втором свидании? Неужели не буду мудаком после такого?       — Ну, раз не хочешь, я забираю свое предложение обратно. Можем вернуться к просмотру фильма. — Сказав это, возвращаюсь на диван и снимаю фильм с паузы. Ну, вот. И зачем я язвлю? С другой стороны — пусть действует, а не мямлит.       По тому, как осторожно он садится рядом и проводит ладонью по лицу, взлохмачивает волосы могу сказать, что взволнован он прилично. Становится любопытно что же он предпримет, но… Кажется, я все-таки испортила момент, не оставив ему шанса.       — Слушай, я не хочу, чтобы мои действия или слова испортили то, что сейчас между нами происходит. Ты нравишься мне, Микаса, именно такой — прямолинейной, без комплексов, способной поступать так, как тебе хочется. Это в тебе цепляет. У меня не всегда получается так, хотя ты вызываешь очень сильные эмоции. — Он сжимает мои пальцы, смотрит на них, а я вижу, насколько же ему непросто даются подобные признания. А мне? Тем более. Чтобы мужчине нравилось во мне то, что обычно других отталкивало?.. Как я должна теперь к этому относиться? — Скажи, ты ведь тоже испытываешь это, да?       — Ужас, как же много ты говоришь! — Не выдерживаю и касаюсь его губ своими. В его духах улавливается доля сладкой смородины, бергамот окутывает меня, и я прижимаюсь ближе к Эрену.       Слышу, как он шумно вдыхает, отвечая быстро, будто и не тянул только что впустую время. В его объятиях чувствую себя невероятно! Опасно признавать, но Хитч была права. Зачем оттягивать то, чего настолько сильно хочется? Еще и целуется Йегер так, что мурашки проходятся по всему телу. Вздрагиваю, когда он все-таки дает себе волю, и от прохлады его пальцев на моих бедрах едва сдерживаю стон. Теперь бы еще поскорее стянуть уже с него одежду… Впрочем, он будто читает мои мысли, отбрасывает куда-то поло, и теперь я могу касаться его горячей кожи. Ухмыляется в поцелуй. Знает ведь, что привлекает, и продолжает играть. Ничего. Теперь я точно обязана сделать так, чтобы он меня еще надолго запомнил.       — В кровать? — шепчет, а у меня глаза прикрываются, когда он прижимается губами к шее.       — Да где угодно! — Не особо узнаю свой голос, еле отлипнув от его губ, и тут же чувствую, как его ладонь крепко сжимает мою ягодицу.       — Давай оставим стиральную машину и кухню на другой раз. — Не успеваю смутиться, как уже оказываюсь в воздухе. Боже, будет неловко если меня сейчас просто уронят!       Стоит подумать об этом, как меня забрасывают на плечо, чтобы после утонуть в мягкости матраса его спальни. Здесь абсолютно все пахнет так свежо, приятно… Эрен. Хочется уже впиться поскорее пальцами в его спину, плечи… Лишь бы не отпускать далеко. Он же и сам, кажется, исчезать не хочет. Но только плоховато у него получается справляться с застежкой на одежде. Спасибо, что остается аккуратным, иначе точно лишил бы меня одного из любимых платьев. Ловлю его взгляд, когда оказываюсь перед ним в нижнем белье, и готова спорить, что так на меня еще никто в жизни не смотрел.       — Микаса, этот комплект определенно лучше того, что я видел в прошлый раз. — Не могу сдержать смеха. Неужели мне это будут всю жизнь припоминать?       Обводит линию бюстгальтера, слегка оттягивает кромку трусов, дыша при этом глубоко, рвано, что я невольно представляю, насколько же ему трудно сдерживаться. Ну, что ж… Раз уж начали — не будем тянуть, и узнаем ответ на вопрос Хитч? Подтягиваю его к себе ближе и расстегиваю штаны, сразу же проводя ладонью по стояку сквозь ткань угаданных мною ранее трусов. Неплохо…       Мне определенно нравится следить за всеми реакциями Эрена. За тем, как вскидывает брови, когда перед ним полностью обнажается моя грудь, как выдыхает и сипло произносит мое имя, лишая последней части одежды. Но пропускаю мимо ушей какие-то приятные слова, когда его язык кружит по моим соскам поочередно, пока пальцы пробираются по животу ниже, двигаясь так аккуратно, даже… филигранно. Кажется, совсем теряюсь в происходящем. Наверное, это состояние описывают, как шум моря в голове и потеря связи с реальностью?       Стоп. Что он собирается сделать? О, нет! Он хочет сделать то самое!       — Ты уверен, что хочешь? — Сомнение берет свое, вынуждая задать этот вопрос. Не признаваться же, что за три десятка моей грустной жизни мне никто ни разу не предлагал такое.       — Если ты против… — Он отрывается, чтобы взглянуть на меня, и его голос звучит смущенно. Я же понимаю, что вздох разочарования не получается сдержать. — Но тебя я хочу. Очень. Так… что?       — Нет! — Получается громче, чем мне бы хотелось. — Я совсем не против. Просто не ожидала…       — Просто расслабься, в этом нет ничего зазорного. — Легко говорить, а я даже понятия не имею, как мое тело отреагирует. Но точно больше не собираюсь останавливать Эрена.       Прохлада постельного белья контрастирует с моим жаром, и я прикрываю глаза, позволяя Эрену взять контроль над ситуацией. Волнительно. Чувственно. И крайне горячо! Голова кружится, когда он сжимает пальцами одной руки затвердевший сосок, а сам… Не выдерживаю и смотрю на то, как он устроился между моих ног. Такое зрелище точно запомню на всю жизнь! Как и… Боже, это же мой стон?! Закусываю губу, лишь бы хоть немного создать иллюзию контроля над своими реакциями. Если бы я знала, что это будет так приятно, уж точно бы не стеснялась этого раньше… Низ живота болезненно тянет от возбуждения, но я, словно последняя мазохистка, терплю приятные ощущения до последнего.       Все стало таким неважным. Кроме того, что сейчас происходит в этой комнате. Остаться бы в этом моменте и… Нет, это означает — постоянно балансировать на грани, так как некий Эрен Йегер никак не подпускает меня к полному расслаблению, лишь доводя до предела, и я выгибаюсь, но тут же он рушит все надежды. Как же ненавижу это! Ему будто мало моих бесконтрольных стонов, так еще крепко целует внутреннюю сторону бедра, что я вздрагиваю вновь. Метки ставит? Вот ведь… Но не успеваю ничего сказать или сделать, как он отстраняется, ухмыляясь.       — Хочешь продолжить?       — Что за глупый вопрос, мы что в книге? — Я возмущена. Как можно просто так взять и прекратить то, чем мы занимались, ради такого дурацкого вопроса? — Конечно.       — Точно? Я что-то не расслышал: чего же именно ты хочешь, чтобы я сделал? — Его пальцы скользят по моему телу вверх, сжимают грудь, и я глухо выдыхаю. Понял, где наиболее чувствительные зоны… А после он снова дразнит, возвращая пальцы туда, где только что был его язык. Но в этот раз не погружает их, лишь поглаживает. Засранец.       — Я хочу, чтобы мы продолжили заниматься сексом, — говорю как можно четче, но получается с придыханием. Если от моих слов зависит оргазм, то готова подыграть.       — Вот и я… — раздается уже возле самого уха, а от горячего дыхания кружится голова. Или это от проникших пальцев, начавших размеренно двигаться внутри? — Очень хочу. Хочу увидеть наслаждение на твоем лице. Сделаешь это ради меня?       В эту же секунду ощущаю, как он массирующими движениями касается клитора, продолжая проникать двумя пальцами. Хочется больше, но даже так понимаю, что Эрен прекрасно знает, что делает. Не выдержав, отстраняюсь, переворачиваю чертового Йегера на спину и вытягиваю его загорелые руки над головой, проводя по ним вниз к его лицу. А тело у него на ощупь даже интереснее, чем при первом взгляде представлялось.       — Ты любишь издеваться над девушками? — вырывается как-то слишком грубо. — И контролировать ситуацию.       — Хочешь поменяться ролями? — Эта его ухмылка… Только сильнее раззадоривает. Как и тот факт, что теперь я могу делать то, что хочу.       — Конечно, — нарочно шепчу, едва касаясь губами кожи его груди. Опускаюсь медленно все ниже, и ниже, прикусывая его кожу, при этом раздумывая будет ли слишком развратно сделать сейчас минет? Хотя, к чему эти ограничения? Он только что сделал нечто, от чего у меня до сих пор мурашки, так почему бы и мне не поступить так же? Дойдя до тех самых кляйнов, останавливаюсь и смотрю на него снизу вверх. Как же тяжело не делать все быстро!       — Мика… — Сглатывает так шумно, и этот его взгляд… Тоже не ожидал подобного, как и я до этого? Что ж, оно и к лучшему.       Не отвечаю ему. Признаться честно, не только Хитч сгорает от интереса. Все-таки, кто бы что ни говорил, а эта деталь в мужчине крайне важна. Момент истины. Наконец, избавившись от лишней ткани, провожу по разгоряченной плоти ладонью, мысленно подготавливая себя к этому. Волнение стучит где-то в груди и поднимается чуть выше. Впрочем, рассказать действительно будет о чем. Остается только дождаться, когда подруги протрезвеют.       — Черт, — шикает, едва касаюсь уже его чувствительных зон.       В этом уж практически все мужчины одинаковые. Ничего нового в их предпочтениях. Другое — когда самой приносят удовольствие реакция и наслаждение партнера. Но какой внимательный — собирает мои волосы, не оттягивая, как это случается у некоторых. Интересно, как я выгляжу в его глазах? Судя по реакции… его все устраивает и даже больше. Что ж, значит, все делаю правильно. Только теперь мои правила. Вниз, вверх… Расслабленный взгляд из-под ресниц. И Эрен весь в моей власти. Сейчас мне даже не до сравнений. Чувствую, как его терпение кончается, когда в очередной раз отстраняюсь, не давая ему кончить. Теперь мы поменялись местами, и ему не нравится? Эрен забавно поджимает губы и прикрывает глаза, стоит мне начать все снова.       — О, нет, нет. Я точно был неправ, когда… мучил тебя. — Не выдерживает, из-за чего я успеваю рассмеяться, когда он подминает меня под себя.       Впервые ощущаю себя… Настолько раззадоренной. Возможно, во всем виновато то, что мы мало знакомы? Я всегда спала с теми, кого знаю долго. А может, все же, факт чего-то нового в моей жизни настолько будоражит. Сейчас мне не хочется думать. В голове разыгрывается феерия, а внутри чувства устраивают кульбиты. Моя ошибка. Хьюстон, у нас проблемы! Мне некогда думать. С каждым его толчком, с каждым хриплым стоном превозношусь к настоящей эйфории. Причиной всему — чертов Эрен Йегер. Каждый же может ошибаться в скорых выводах, ведь так? Подумаешь, неудачное первое знакомство. И сейчас он прижимает меня к себе так, словно внутри него все это время сидела вторая, жадная до контакта личность. Я теряюсь из мира на некоторое время и возвращаюсь, когда ощущаю, что он меня нежно целует в висок. И что это было? Эрен поправляет мои влажные волосы, убирая их с лица, говорит, что я для него самая красивая женщина на всем свете и больше. А я никак не могу даже слова проронить. Я в ауте.       — Прошу, только не говори, что тебе, как Золушке, нужно уезжать. Оставайся у меня, — произносит тихо, хрипло, прикрыв глаза, а его поцелуи на моем плече все такие же горячие. Может, меня хватит на еще пару раз.       — О, нет. Я не уеду. — Подпираю ладонью голову и вожу пальцем по его груди. Все же его безумно приятно касаться, изучать, но вслух такое пока не решаюсь озвучить. — Это так странно. Буквально недавно мы грызлись как сумасшедшие, а сейчас вдруг просто накинулись друг на друга. У меня такого разврата еще не было.       — А ты мне понравилась. — Признание такое внезапное, что не сразу понимаю, как реагировать. — Потом почему-то решил, что я бешу тебя, а вот с симпатией ничего сделать не получалось. Вот и… Злился. Ты же тогда четко дала понять, что все это тебе не интересно, так и подумал, что у тебя кто-то есть.       — Ну, вообще… Был. Просто это настолько несерьезно, что я даже не хочу тратить на это время для объяснений. — Надеюсь, что расспрашивать ему не захочется. — Ты меня начал бесить после того, как нагрубил мне, знаешь ли.       — Я не хотел, просто не сдержался… Это походило на одну мою ситуацию, вот и… Мы ведь можем просто продолжать считать, что впервые встретились в том ресторане? Но твою аппетитную задницу в стрингах я не забуду, уж прости. — Смеясь, он устраивает голову на моей груди, обнимая, и я позволяю себе поглаживать его волосы, пропуская их сквозь пальцы.       — Насмотрелся? — усмехаюсь, невольно представляя его реакцию. — Мне хотелось убить тебя в тот момент. Но потом ты меня приятно удивил.       — Тем, что оказался джентельменом и сумел извиниться? Или тем, что разгадал твои предпочтения в еде? А может, что ты несколько раз испытала оргазм? Хм. Слишком много вариантов. Но… Да, я все же успел попялиться на тебя, как бы грубо это ни звучало. Но что я мог сделать, если ты такая шикарная? Пусть и не ожидал, что так все выйдет. Хотя мне было, правда, обидно, что ты решила, будто я мог это сделать нарочно. Я же не извращенец. — Он говорит смазано, водя пальцем по второй груди, из-за чего кожа покрывается мурашками.       — Может, ты станешь им, и мы повторим все, что было до? — Прижимаю его ближе, слегка закусив нижнюю губу. — Только на этот раз с презервативом, пожалуйста. Без сумасшествий, ладно? А то мы немного упустили этот момент.       — Скажу, что мне однозначно везет, что завтра внеплановый выходной. — Вскрикиваю от внезапного щипка за бедро, за которым последовал шлепок. — Ты сама напросилась!       — Ты тиран! — Сквозь смех получается не так четко, когда он наваливается на меня всем весом и начинает целовать.       Вновь погружаюсь в мир порывов, безумства и наслаждения, совсем ничего не имея против. И почему только не встретились раньше? Столько времени удалось бы отдать вот таким сумасшествиям! Но я и сейчас довольна. Главное, что не жалею о своем выборе.