Глава 64. Мон-Гильотен (IV/X)

***

Поиск документов про «тайные ходы» в город всё же растянулся. Камиль обещал полчаса, а по факту возился в пыльных бумажках и старых папках уже более часа, бегая из кабинета в кабинет. Но может оно и к лучшему – это дало мне время на полноценную передышку и всякие полезные дела. За это время я успел обойти всё здание жандармерии вдоль и поперёк: проверил каждый коридор, каждую комнату, заглянул в подвал с пустым складом оружия, поднялся на второй этаж с кабинетами. Позакрывал все окна, запер боковые двери на засовы и даже подпёр главную входную тяжёлым шкафом из холла – чтобы никто случайно не забрёл сюда и не принёс с собой ненужные неприятности. Здание и так было небольшой крепостью с толстыми каменными стенами, с высокими окнами с решётками и крепкими дубовыми дверями. Но теперь оно стало настоящей «сейф зоной», тихим таким убежищем в этом безумном пригороде. Неизвестно, сколько времени мы проведём в городе и что там нас ждёт, но иметь надёжное место для отступления точно не повредит. Ту же Герду и Камиля с собой в центр не возьмёшь, а отправить их подальше от этого безумного места тоже некуда: кругом патрули меков и эти люди в масках. Только ждать чуда или наступления гвардии, которая стоит в нескольких километрах за лесом и титьки мнёт. Кроме того, пока я бродил по этажам, выяснилось, нимфоманка-мстительница оказалась жива! Мой крио-взрыв не убил её. Дотте как раз собиралась утащить её тело в подвал, но та неожиданно подала признаки жизни в холле и уже пришлось начать оказывать первичную первую помощь. Мы все тогда же и собрались там у неё коллективным «совещанием» и решили всё же не отказывать ей в помощи, но запереть в одной из камер для безопасности окружающих. Скорее всего, эти маски влияют на мозги, превращая нормальных людей в безумцев, а под ними невинные люди, которых лучше по возможности не убивать совсем, а вырубать, сковывать льдом или изолировать где-то в безопасном месте, пока вопрос с обществом масок не будет решён. Что забавно, именно Камиль настаивал больше всех, чтобы эту девушку-жандарма не добивать, а оказать всяческую помощь. Краснел слегка, глаза отводил, но голос был твёрдым. Видимо, понравилась ему она, хех, что понять по-своему можно. Но тут, конечно, главное, чтобы он её не выпустил из клетки по доброте душевной или за «добавкой», но он клятвенно заверил, что такой «тотальной глупости» делать не будет. Альтернативы особо не было, и я поверил. Всё же мне самому полегче стало на душе от новости, что эта девушка жива и, возможно, вернётся в нормальное состояние. Убивать – дело нехитрое, но малоприятное, особенно когда узнаёшь, что под маской и безумием – обычный невинный человек, просто жертва этой вакханалии. И в какой-то момент мы с Дотте сели в коридоре на старые потрёпанные диванчики напротив открытой двери кабинета, где Камиль шарился в документах, раскрывая огромные пожелтевшие карты и перекладывая стопки пыльных папок. Герда ему активно помогала как могла. Маленькая милюзина семенила по комнате, то поднося ему листки, то заглядывая в ящики снизу. Её фиолетовая шерстка слегка покрылась пылью, а глазки горели энтузиазмом. Ей-богу, атмосфера стояла такая уютная и абсурдно обыденная, словно я не в фэнтезийном мире посреди безумного, охваченного мятежом города, а в очереди в какую-то госструктуру сижу с талончиком в руке и жду чуда от бюрократии. Практически такие же коридоры с выцветшими обоями, скрипучим деревянным полом, запахом старой бумаги и слабым эхом голосов, и та же атмосфера томительного ожидания, когда время тянется медленно, а мысли блуждают. И в этой спокойной, почти сонной атмосфере я внимательно следил за молодым жандармом, который даже спустя время вызывал у меня странное ощущение… неправильности что ли? Сложно как-то это ощущение сформулировать на языке. Оно сидело где-то внутри, как лёгкий зуд. Он слишком красивый какой-то, даже для Тейвата, где все вокруг на порядок привлекательнее людей из моего прошлого мира. Словно местные божки или Архонты Красоты покопались в геноме населения, отчего найти откровенно непривлекательного человека стало сложной задачей, особенно среди дам. А тут я впервые вижу кого-то с настолько выразительной внешностью, словно чувачок прямо из слащавой новеллы про сладких мальчиков вышел: большие глаза, пухлые губы, растрёпанные тёмные волосы, утончённые черты. Всё это вместе создавало образ, от которого веяло искусственностью, как от иллюстрации в романтической истории для женской аудитории. Не то чтобы я завидовал, нет… Но что-то покоя не давало в нём – слишком идеально, слишком... рассчитано. И я в конце концов решил обратиться к эксперту: — Дотте, — произнёс я тихо, повернув голову к ней. Девушка сидела на соседнем месте и тоже внимательно смотрела в сторону открытого кабинета. Виду неё был скучающий – ноги вытянуты, руки сложены на коленях, капюшон слегка сдвинут назад. — Эх… Госпожа Дот’те, — повторил я чуть громче. — Чего тебе? — с ленцой ответила она, переводя взгляд на меня. — Тебе не кажется этот парнишка странным? — спросил я тихо, наклонившись ближе, чтобы он точно не услышал из кабинета. Девушка выдержала недолгую паузу и тихо заговорила, также убавив громкость: — Есть немного, но ухватиться за что-то конкретное пока не могу, — ответила она, не меняя расслабленной позы. — Слащавый, физически слабый парень в форме жандарма. Не боец, а канцелярская душа. Явно на постоянной основе использует косметику и хорошие средства для ухода за собой – это прям чувствуется по коже, волосам, даже по лёгкому запаху. Он знает, что внешность выделяет его из толпы, и активно пользуется этим в повседневной жизни… Улыбка, взгляд, жесты всё рассчитано. Многие девушки таких любят, как глазами пожирают, так и по памяти из всяких романов, где героев рисуют примерно также, как выглядит он. Не густо, но и ладно. Но я решил нить разговора не упускать и поболтать ещё, пока времени было с избытком. — Хм. «Многим девушкам», но не тебе? — поддел я, усмехнувшись шире. — Хмф, — фыркнула она, откидываясь назад и скрестив руки плотнее. — Меня подобное не интересует. Слишком... пустое. — Да неужели? — иронично ответил я, наклоняясь ближе. — И это мне говорит серьёзная тётя в капюшоне, которая тайком заимствовала сомнительные книжки своей старшей сестры? — Именно, — подтвердила она спокойно, почти лекторским тоном, глядя мне в глаза прямо. — Но если рассуждать более абстрактно, то это должен быть достойный меня человек – сильный, надёжный, с характером и умом. И конечно же я должна испытывать к нему искренние чувства. Не подростковую влюблённость, не животное возбуждение и притяжение от вида красивой картинки, а нечто более глубокое, настоящее. Так что этот Камиль определённо не рассматривается мной ни в каком варианте. Забудь об этом. — Вот как?.. — хмыкнул я, чувствуя, как тема скользит в интересное русло. — Но мне теперь стало любопытно: а вот некий «Филипп Ривьер-ле-Ба» рассматривается в этой системе оценок и координат? Хотя бы теоретически? — Хм. Что-то мне подсказывает, что этот некий Филипп, завидев кого-то смазливей себя, начал банально колебаться в своей собственной самооценке, — спокойно ответила Дотте, усмехаясь уголком губ и нагло съезжая с темы, взгляд её стал чуть насмешливым. — Очень неумело съезжаете с темы, госпожа Дот’те, — обвинительным тоном заявил я, но с широкой улыбкой, тыкая в неё пальцем для пущего эффекта. — Но отвечая на эту хилую нападку, я лишь напомню о том, что меня сама госпожа Архонт катала на личной карете по ночной столице с исключительным вниманием и почестями, а этого сладенького Камиля – нет, — я пожал плечами, улыбаясь победно и откидываясь на спинку диванчика с довольным видом. — Так что с самооценкой у меня всё алмазно, не переживай. — Я нисколько не переживаю, — она покровительственно улыбнулась, склонив голову чуть набок и глядя на меня сверху вниз. Голос был мягким, но с лёгкой насмешкой в интонации. — Это ведь ты начал этот разговор с обсуждения этого парня, а не я. Вообще странное это дело – красивых парней обсуждать за их спинами, Филипп… Не по-мужски как-то. — Эй, хватит… — я было хотел сказать «троллить», но в этом языке такого слова не было, так что осёкся и заменил другим словом. — Потешаться надо мной. А лучше собери волю в кулак, как сильная и независимая женщина, и ответь на мой вопрос, с которого ты так ловко съехала. Неужели, это так страшно? — Ох… Ну и хлопотно же с тобой… — ответила она спокойно, но с усталым вздохом, театрально закатывая глаза. — Теоретически ты хороший кандидат на роль мужа, любовника или кого-то там ещё, кем бы тебя хотела видеть Торе рядом со мной в своих фантазиях. Но на практике я об этом особенно не задумывалась и сейчас подобных мыслей не имею. Доволен ответом? Укрепил свою треснувшую самооценку, маленький негодяй? — Более чем, — довольно кивнул я, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло от её слов, и улыбнулся шире, потирая подбородок. — Знание того, что взрослые тёти заинтересованы во мне хотя бы теоретически греет душу и сердце... И в этот момент из кабинета наконец донёсся радостный возглас Камиля: — Нашёл! — довольно произнёс он, поднимая над головой толстую старую книгу с вылезающими потрёпанными страницами. Голос его был полон триумфа, глаза блестели. — Это оказывается был журнал по старым канализационным каналам и подземным коммуникациям. Я вспомнил… Тут как раз есть схемы всех проходов в основной город и, по-моему, даже за пределы городской агломерации. По идее, через них можно выйти в безопасное место за пределы Мон-Гильотена – прямо к реке! Часть, конечно, перекрыта давно, но точно не всё! — Хорошие новости, — произнесла Дотте, сразу вставая с кресла грациозно и без лишних движений, разглаживая складки на одежде. Голос её стал серьёзным, деловым. — Правда, это заняло больше времени, чем мы ожидали. — Да, извините, — посетовал Камиль, кладя журнал на стол с глухим стуком и начиная в нём копаться, перелистывая хрустящие страницы пальцами. — Сейчас я точные схемы здесь найду и всё вам расскажу и покажу подробно. Этот журнал зачем-то переложили в другой шкаф и никак это не зафиксировали в учётном журнале… Бюрократия, демон бы её побрал. Дотте странно на меня посмотрела, как на арбуз в августе, и молча зашла в кабинет. И что это было? Поди знай… Я огляделся по сторонам, и тоже встал с диванчика, потянулся слегка и последовал за ней, чувствуя, как сердце бьётся чуть чаще от недавнего разговора.

***

После получения всех нужных объяснений касательно всех важных ориентиров в пригороде и в самом Мон-Гильотене, а также пары пожелтевших бумажек со схемами старых каналов, мы с Дотте наконец покинули «безопасную зону» и отправились дальше. Теперь мы знали о некоем магическом барьере вокруг города, о тайных ходах под землёй и о том, что у нас есть надёжное место, куда можно будет отступить в случае чего. Место, конечно, не самое безопасное, и мы даже договорились, что Камиль с Гердой попробуют по подземным каналам уйти из города подальше, если ситуация накалится, но всё же лучше, чем никакого убежища вообще. Время было уже далеко за полдень. Но пока не вечерело, и видимость была хорошей. Мы вполне спокойно, уже на опыте, крались по узким улочкам и покинутым зданиям, избегая меков, а также людей в белых масках. Последних было не так уж и много, что только играло нам на руку. Камиль подробно рассказал, где должен находиться один из проходов в туннели, и мы направлялись как раз к одному зданию. Раньше оно было чем-то вроде «пункта набора воды» или распределителя, с каменными стенами и широким двором, а сейчас просто обычный жилой дом под номером сорок три. И мы спустя где-то минут пятнадцать осторожных блужданий всё же его отыскали. Закрытый подвал у двухэтажного дома, который явно пережил небольшой пожар, но тяжёлые, деревянные двери в подвал с железными петлями не задело – они стояли целыми. На дверях висел небольшой ржавый замок, который Дотте буквально одной рукой раздавила без особого напряга – пальцы сжались, металл хрустнул, и обломки упали на землю. Она же дверцы и открыла, потянув за скрипучую ручку, но… не спешила внутрь, замерла на пороге, хмурясь сильнее обычного. Девушка и до этого была задумчива и хмура весь путь. Шла молча, взгляд сосредоточенный, брови сведены, отчего я даже подумал, что как-то в последней беседе перегнул палку с подколами, но сейчас она была ещё напряжённее. — Всё в порядке? — решил уточнить я тихо, подходя ближе и заглядывая в тёмный проём. Из подвала веяло сыростью, плесенью и старым камнем. — Всё же… Мне тоже покоя этот Камиль не даёт, — Дотте повернулась ко мне, голос низкий, серьёзный, глаза прищурены. — Пока ты не начал тот разговор в коридоре, я была по большей степени равнодушна к нему. Обычный парень, полезный в моменте. Но после стала подмечать некоторые странности в его поведении, жестах и рассказах про эти самые каналы и схемы. Подозрительно хорошо знал, что это такое, и ориентировался в старых схемах. У меня нет доказательств, чтобы обвинять его хоть в чём-то конкретном, но интуиция даёт сигналы… Что-то не так. — А я тебе говорил, — хмыкнул я, кивая на тёмный спуск. — Не хочешь полезать в это милое и вонючее место? — Не особенно, — вздохнула девушка, качая головой и всё же начиная спускаться по узким каменным ступеням вниз, призвав в левую ладонь синий огонёк. — Но это лучше, чем идти открыто к стенам центра, где мы будем как на виду у всех меков и масок. Проверим эти схемы на деле. Если всё совпадёт, то хорошо. Если нет – ничего не должно мешать нам вернуться обратно. На этом и поговорили. Я последовал за ней вниз, закрыв дверцы за собой, и мы погрузились в полумрак подвала.

***

Поначалу подвал казался именно обычным подвалом – просторным, тёмным помещением с низким потолком и каменными стенами, где сильно воняло сыростью, плесенью и старым камнем, а по углам громоздились кучи всякого забытого мусора. Пол был пыльным, с лужицами стоячей воды и трещинами, а воздух тяжёлый, спёртый. Но вскоре, разгребая один из углов под грудой тяжёлых деревянных ящиков, мы всё же нашли люк в полу с кольцом для подъёма. Вариантов не оставалось – схемы Камиля указывали именно сюда, и мы спустились ниже по узкой, скрипучей металлической лестнице, которая уводила в ещё большую темноту и холод. И вот там уже оказались настоящие тоннели с полноразмерным каналом. Говоря проще, мы попали в огромную подземную канализацию: по центру широкая высохшая «река» в виде глубокого каменного желоба метров пять шириной, когда-то полный стоков, но теперь сухой и покрытый слоем осадка и высохшей грязи. А с двух сторон узкие дорожки, типа платформ или тротуаров шириной в метр, по которым можно было идти, не пачкаясь и не рискуя свалиться вниз. Всё это давно не работало. Стены в трещинах, местами обвалившаяся плитка и ржавчина на решётках, воздух холодный, влажный и затхлый, с редким капаньем воды с потолка и эхом от шагов. Камиль, ещё в жандармерии, объяснил, что лет сто назад построили новую систему канализации, потому что эта банально не справлялась с объёмом отходов от растущих заводов и города, сильно загрязняя ближайшие реки. Место поэтапно консервировали, замуровывали входы, а лет пятьдесят назад окончательно закрыли и стёрли все упоминания из официальных карт и планов. Только в старых архивах и чертежах что-то осталось – как раз то, что он нашёл в своих бумагах во время последней инвентаризации. Под землёй мы освещали себе путь магией. Я держал в левой руке небольшой ледяной огонь. Холодный голубой свет отбрасывал тени на стены. Дотте добавляла свой ледяной огонь, который был чуточку темнее по оттенку. Мы были относительно расслаблены. Не видели и не слышали ни намёка на противников или жизнь вообще: только тишина, эхо шагов и редкий плеск капель. Мало кто знал об этом месте, и ожидать здесь встретить кого-то, тем более меков с их тяжёлым металлом и жужжанием, было бы странно. Они бы здесь грохотали, как танки. Но мы всё равно не расслаблялись полностью: шли осторожно, прислушиваясь к каждому звуку и взгляды сканировали темноту. Так, шагая уже по высохшему руслу «речки-говнотечки», мы обсуждали наши планы: — …Я почти уверена, что она сыграла определённую роль в событиях с меками и этими масками, — произнесла Дотте тихо, но уверенно, шагая вперёд ровным шагом. — Но у меня есть только догадки о том, где она может находиться сейчас. Более вероятные варианты – либо местный филиал исследовательского института, либо где-то на территории заводских комплексов под охраной людей Иль Дотторе и Фатуи. Это нам ещё предстоит выяснить на месте… — Понятно… — А у тебя? — девушка посмотрела на меня через плечо, не сбавляя шага. — Я понимаю, что секреты Архонта рассказывать неправильно и порой опасно, но услышать хотя бы суть твоей задачи, помимо помощи мне в поисках Дороти, было бы неплохо. Чтобы лучше координировать действия и не мешать друг другу. — Догадаться несложно, — ответил я спокойно, держа левую руку с ледяным огнём чуть приподнятой. — Говоря коротко, нужно разобраться с главарями этих негодяев в масках, ликвидировать верхушку мятежа... Звучит как будто сложнее поиска твоей Дороти, но, с другой стороны, я почти уверен, что она, по всем законам жанра, как «принцесса в беде» сидит у них где-то в логове в каком-нибудь укреплённом месте под охраной дракона, в которое не пройти, пока живы все главные негодяи. — Хм, — тихо усмехнулась Дотте. — Так что наши цели параллельные по сути, пересекаются в итоге, — подытожил я. — Поэтому ранее я не вдавался в подробности – всё равно вместе идём к одному. — А чего сейчас решил пооткровенничать? — спросила она с лёгкой усмешкой в голосе. — Потому что ты попросила, — я мило улыбнулся, глядя на неё в голубом свете магии. — Вдруг это накинет мне больше баллов в твоей системе координат идеального парня, хе-хе. — Эх… Дотте лишь тяжело вздохнула, решая не продолжать беседу. Да, я беззастенчиво заигрывал с этой сильной женщиной, но по большей степени в шутку, чтобы её немного отвлечь и себя тоже разрядить после всего увиденного в пригороде. Может, не лучший вариант для расслабления я выбрал, но другого универсального банально не видел – слова как-то сами вылетали, как защитный механизм, наверное. А если у меня что-то выгорит по-настоящему таким образом, то я буду совсем не против оказаться в условной клетке с ней один на один. Она будет «мстить», а я отчаянно «сопротивляться», хехехе… Фантазии, конечно, чистой воды, но никто мне не запретит фантазировать. Дальше мы снова шли молча, пока наконец не столкнулись с тем самым барьером, о котором говорил Камиль. Он не был виден издалека совсем. Туннель просто тянулся вперёд в полумраке, с теми же сырыми стенами и сухим желобом посередине. Только когда мы подошли на расстояние метров десяти, в воздухе начало проявляться полупрозрачное голубоватое поле, мерцающее, как поверхность спокойной воды, сотканное из очень сильной, плотной магии гидро. Оно слегка пульсировало, отбрасывая слабые блики на стены туннеля, и воздух вокруг стало прохладнее, с лёгким запахом озона и свежей воды. Вероятно, было создано Верховным судьёй Нёвиллетом лично, находясь где-то внутри осаждённого города. Я сначала попробовал коснуться барьера рукой, но ожидаемо он не пропустил. Ладонь упёрлась в твёрдую поверхность. То же самое с остальным телом – барьер отталкивал мягко, но неотвратимо. Дотте попробовала следом, но результат был тем же. Тогда я уже обратился к своей силе Гидро – сосредоточился, сфокусировал чистую энергию в ладони, формируя голубое свечение, похожее на то, что исходило от барьера. Но... тоже ничего. Барьер её не принимал и не пропускал, а даже словно отталкивал немного сильнее, как другая полярность магнита. — Кто-то уверял с уверенным видом, что сможет пройти через барьер, — Дотте не упустила момента меня подъебать, скрестив руки на груди и глядя с лёгкой усмешкой, в которой сквозила смесь иронии и удовлетворения. Но замечание было по делу и… справедливое, чёрт возьми. — Мне казалось вполне логичным, что если мне задание такое важное поручили, то я смогу пройти через водяной барьер, — хмуро ответил я, продолжая пытаться хоть как-то подействовать на него: то нажимал сильнее, то пробовал формировать гидро-шип для прорыва, то просто водил рукой по поверхности, ища слабое место или проход. — Ну, это как бы ожидаешь, когда обладаешь «благословлением» Гидро Архонта. Как бы, не должно быть магии воды сильнее, чем у богини воды. Мне кажется, это вполне логичным умозаключением, разве нет? — Угу. Оправдывайся дальше, — продолжала мстить мне девушка, прищурившись с лёгкой улыбкой. Мдэ, не на такую «месть» я, конечно, рассчитывал… Но это всё равно странно. Почему я не могу пройти? Барьер реагировал на гидро, но отталкивал. Конечно, я могу попробовать связаться с божественным боссом, но… это как-то жалко что ли будет. Ну типа это моя первая серьёзная миссия как её доверенного лица, рыцаря или кого там, и хотелось бы самому справиться, без её прямого вмешательства или, если быть точнее, без моих жалких просьб о помощи. Не дело, когда богиня чуть ли не все проблемы решает за тебя – тогда просто теряется смысл во мне самом, как в её избранном. — А ты-то чего ёрничаешь, м? — хмыкнул я, поворачиваясь к ней полностью, но не останавливая попыток барьер пробить хоть как-то. — Я вообще-то был твоим единственным ключиком к этому барьеру. Если не получится сейчас пройти, какие у тебя дальше планы и есть ли они вообще? — но сразу добавил, пока она не ответила. — Ну, кроме простого ожидания, пока барьер сам спадёт от истощения, разумеется. И на это Дотте уже нечего было сказать. Девушка замолчала, хмыкнула тихо и отвела взгляд, признавая правоту. — Есть один вариант, — не очень-то уверенно начала она после паузы, подходя ближе и тоже касаясь барьера рукой. — Можно попробовать пробить барьер локально, чтобы создать временный пролом. Есть у меня один артефакт для подобных случаев… Но такое нельзя проворачивать здесь под землёй. Неизвестно, какой будет эффект. Точно известно только, что будет громко. — Не густо… — выдохнул я, мысленно борясь со своим чувством собственного достоинства и разумом. Но тут вдруг позади нас, из туннеля, откуда мы пришли, повеяло неожиданным свежим ветром, словно сквозняк… Стоп. Туннели же запечатаны!Какой ветер?! И следом за этой мыслью раздались быстрые, лёгкие быстрые шаги. Мы с Дотте только успели обернуться, чтобы увидеть смазанный силуэт в полумраке: высокая фигура в развевающемся зелёном одеянии, знакомая белая маска на лице, и широкополая шляпа с длинным пером. Силуэт в ёбанном прыжке замахнулся в широком, размашистом ударе. Длинный клинок или рапира блеснула в голубом свете, целя прямо в нас. — «Ёбанный Д’Артаньян!», — мысленно прокричал я. Но вдруг мою руку, которая всё ещё была у барьера, кто-то схватил с невероятной силой и мощным рывком потянул вперёд – прямо в барьер. Невидимая рука протащила меня сквозь полупрозрачное голубое поле. Барьер на миг поддался, словно расступился, обдал холодной влагой, как нырок в реку, и я вывалился с другой стороны, падая на твёрдый камень канала. — Что за… — произнёс я, оглядываясь. Мокрый насквозь с каплями, стекающими по лицу, но целым. Удар врага прошёл в пустоту – клинок рассёк воздух там, где я был секунду назад. Я сразу же повернул голову и увидел, что Дотте тоже прошла. Её потянуло, видимо, той же силой и она приземлилась рядом со мной на зад, тоже мокрая, волосы прилипли к лицу, одежда тяжёлая от воды. Она лежала, опираясь на руки, и смотрела на меня с непонимающим, широко раскрытым взглядом, а потом перевела взгляд на барьер перед нами. С той стороны силуэт в зелёном замер, клинок опущен, маска повернута к нам, но не двинулся дальше: барьер его не пустил. — Всё больше и больше я начинаю разочаровываться в нынешнем Сумеречном Дворе и его охотниках, — позади нас раздался знакомый, слегка театральный голос, полный драматической интонации, как на сцене оперы. Сердце ещё колотилось от недавнего рывка через барьер и промаха клинка. Я резко повернул голову и увидел… Фурину? Она стояла в нескольких шагах, освещённая слабым голубым мерцанием барьера. Тот же самый элегантный синий наряд с характерной шляпкой, украшенной перьями и лентами, только вместо привычных шортиков на ногах у неё были облегающие синие брюки. Волосы слегка растрепаны, но поза уверенная, руки в бока, взгляд полный иронии и лёгкого превосходства. — На языках сплошные речи о чести и верности, — продолжала она тем же театральным тоном, подходя ближе и грациозно проходя между нами с Дотте. — А на деле – вечные склоки, желание вытирать ноги о законы и таить ненависть к своему Архонту… Но блядский мушкетёр не стал слушать богиню: замер на миг с той стороны барьера, клинок опущен, а потом рывком развернулся и побежал прочь. Быстрые шаги эхом удалились в туннель, перо на шляпе мелькнуло в последний раз в полумраке. — Эй!.. Вот же трусливый мудак! — возмутилась она, переходя на холодный, презрительный тон, стоя лицом к барьеру и глядя в сторону убегающего. — Даже не выслушал мою речь и не попытался оправдаться! Впрочем, — Фурина хлопнула в ладоши с довольным, почти маньячным блеском в глазах и повернулась к нам, улыбка широкая, театральная. — Его это всё равно не спасёт от смерти в ловушке, которую я ему подготовила в этих каналах. Медленная, мучительная – как он заслужил... — Хочешь сказать, что меня едва не убил мой «товарищ» из Двора? — усмехнулся я, вставая на ноги. Одежда тяжёлая от воды, капли стекали по лицу и волосам, а сердце всё ещё стучало громко в ушах от адреналина. — Хм. Сам того не зная, этот преступник, бывший ещё недавно известным охотником Двора и авантюристом Гильдии, едва не отомстил за своего погибшего наставника, — уперла руки в бока богиня с ироничным видом, слегка наклонив голову и глядя на меня сверху вниз. — Судьба – вещь интересная, ироничная даже... Но я в неё не верю, Филиппе. И тебе тоже не советую. Дрянное это дело. — Примите мою благодарность за помощь, госпожа Фурина, — спокойно произнесла Дотте, тоже уже встав, чуть кланяясь и прикладывая руку к сердцу в уважительном жесте. — Хм, — довольно хмыкнула Фока и посмотрела на меня с лёгким укором, но глаза блестели удовольствием. — Видел, как обычные люди выражают благодарность и почтение Архонту? Тебе есть чему поучиться. — Боюсь, что я – беспросветный неуч, — хмыкнул я. — Но стоит признать, что в очередной раз моя дорогая богиня спасла меня в самый критический момент, — сказал я и театрально поклонился ей. — За что я благодарю её от всего сердца и души. — Уже лучше, Филиппе, но тебе это совсем не идёт – слишком наигранно, — оценила «Фурина» с довольной усмешкой, и перешла к делу. — Я за вами двумя периодически наблюдала и знаю всё, что нужно знать богине, и даже чуточку больше. Но всё по порядку, — она развернулась и пошла вперёд по туннелю, снова минуя нас с Дотте. — Идите за мной, мои верные рыцари. Здесь неподалёку есть один проход наверх, который так просто не найти даже с вашими схемами. На выходе открывается просто чудесный вид на город, там всё как на ладони. Это будет хорошим дополнением к моему рассказу… и вашим вопросам.