Итачи

— Эта жалкая деревня никогда не приказывала мне ничего подобного. Я делал всё по собственной инициативе. — Уверяю вас, все наши читатели знают настоящие мотивы уничтожения клана Учиха, вы можете не скрываться. Опишите всё так, как видели это вы сами. — Знают мотивы? И как они себе, интересно, их объясняют? — Ну, тем, что вас шантажировали убийством младшего брата, и вам пришлось… — Вырезать клан, оставив его сиротой, и направив на путь международного преступника? — Но зато он остался жив… — Вот как… И на что была похожа его жизнь? — Ну… когда вы это ТАК говорите, оно звучит как-то глупо… — Потому что это глупо. Я не знаю, кто поделился с вами этой информацией, но вам следовало бы относиться к отбору источников ответственнее. Я всю свою жизнь после ухода из Конохи последовательно действовал в интересах Акацки и в своих собственных интересах в первую очередь. Уничтожение клана действительно совершено для того, чтобы проверить свои способности. — Но… когда вас воскресили, вы вступили в схватку с Якуши Кабуто, отменив Эдо Тенсей! Зачем бы вы делали это, будь ваши мотивы так эгоистичны, как вы утверждаете?! — …. Чтобы проверить свои способности. Я же только что называл мотив. Это же очевидно. Людям порой гораздо проще строить сложные запутанные теории заговоров, чем сложить два и два и принять реальность такой, какая она есть. Человечество так любит погружаться в иллюзии. — Но… Зачем бы вам отменять Эдо Тенсей руками врага?! Это действие не имело бы смысла, будь вы лояльны Акацки, а не Конохе. — Ответ столь же очевиден. Месть. — Какая месть… —Я не прощаю попыток брать надо мной контроль и распоряжаться моей силой, ограничивая её своим скудным разумением. Мой клан пытался делать это — мой клан поплатился уничтожением. Якуши Кабуто пытался делать это — Якуши Кабуто поплатился унижением и пребыванием во временной петле. — Звучит так, как будто вы просто пытаетесь запутать следы… — Звучит так, как будто вы не хотите признавать реальность, насколько явно она бы ни открывалась вашим глазам. Это… забавно… А ещё жалко. Я не буду говорить вам то, что вы хотите услышать, только ради того, чтобы вы не разочаровали свою аудиторию. — Хорошо… ваша позиция… понятна… Может, расскажете про ваши отношения с друзьями в деревне? — У меня их не было. — «Очень странно. С чего бы это». — Я слишком отличался от других, был очень силён, со мной побаивались заговаривать, а сам я считал большинство людей не заслуживающими внимания. — «Вот оно как. Спасибо за разъяснения. Что насчёт ваших друзей вне деревни? Какие отношения связывали вас с коллегами по цеху, скажем, с Хошигаке Кисаме?» — Рабочие. — «И это всё? Казалось, он ценил вас как друга и товарища». — Казалось, что он меня опасался. И это было правильно. — «Ясно. Что насчёт Дейдары? Он довольно много говорил о вас при жизни. Как вы к нему относились?» —Кто это? —«Это… напарник Сасори, подрывник из Ивагакуре. Вы участвовали в операции по его вербовке». —Может быть, и был такой. Я не обращал слишком много внимания на то, что происходит с организацией вне моей непосредственной зоны ответственности. —«Вы не можете говорить это серьёзно». — Я всегда говорю серьёзно. Кроме тех случаев, когда путём обмана и манипуляций создаю ложное впечатление о себе. Последний раз я делал это со своим маленьким братом, когда ещё жил в Конохе. Вас я не обманываю, как бы вам ни хотелось верить в обратное. — «Ясно. Вы серьёзны. Тогда давайте перейдём к следующему вопросу». — Извольте. — «Люди — это рыбы?» — А вы начинаете мне нравиться. Ну, положим, в чьей-то картине мира люди могут быть похожи на рыб. И человек, придерживающийся такого восприятия, будет защищать его во что бы то ни стало. Потому что какой бы искусственной ни была эта реальность — это всё-таки его реальность, и он цепляется за неё, чтобы не потерять своё «я». Но станут ли люди от этого рыбоподобными на самом деле? И что насчёт тех, в чьём восприятии реальности люди не имеют с рыбами ничего общего? — Давайте закончим на этом. — Да, что-то мы с вами подзадержались. Это была приятная беседа. Спасибо за то, что пригласили. — «Да… спасибо… что пришли».