Глава 42 — Память Вуали.

В небе продолжают мелькать вспышки различных цветов. С особо яркой вспышкой, что расцвела близко к небоскрёбу, выбрасываю кинжалы. Затем повторяю. Первая пара вонзается в головы мехов, пробивая шлема в глазницах. От последующей те успевают прикрыться одной из рук, в броне которых застревают лезвия. Тогда как один из них второй рукой, оставшейся функционировать, указывает на меня, раскрывая дуло пушки в запястье. Попытку пробить ледяной купол пресекаю броском снежной сферы, которая попадает и замораживает отверстие. Последующий гулкий звук изнутри разрывает руку с запястьем, приравнивая эту боевую единицу к другой. Ещё одно некое звуковое оружие. Всё же эти люди хотят захватить фрейм относительно неповреждённым. В этот момент на внутреннем дисплее с миникартой помимо противников передо мной появляется ещё дюжина вражеских отметок. Рядом со мной, отскакивая от стенки, падает небольшой круглый предмет, закатываясь под купол. Отталкиваясь от пола, бросаюсь в сторону, но не успеваю полностью избежать зоны поражения. Возникшая с голубой вспышкой ваакумная сфера вначале притягивает к своему центру всё, что оказывается в радиусе действия, чтобы затем с силой отбросить от себя. Ледяной купол разрушен, энергия на поддержание, не подпитываемая мной, иссякла. Перекатившись через плечо, успеваю обратить внимание на то, как из ледяного плена, со следами видимых повреждений на снаряжении, начинает освобождаться первоначальная группа солдат Гидры. Затем меня ещё дальше отбрасывает атака звуковыми волнами с двух рук мехов. Пробив собой стену и обрушив часть недостроенного верхнего этажа, я оказываюсь вне поля зрения противников. Быстро придя в себя и выбравшись из-под обломков, успеваю перейти на другое место. Так как обломки с предыдущего просто напросто оказываются сметены повторной звуковой волной, выбрасываясь с небоскрёба вниз. Что поднимает вопрос: точно ли хотят взять меня живым? Ибо обычный человек падение с такой высоты не переживёт. Отслеживая вражеские отметки в паре десятков метров от себя благодаря датчикам, встроенным в Варфрейм, я перебегаю по уровню, оставаясь вне видимости противника. Обойдя его со стороны, слыша треск освобождаемых изо льда вместе с гневными окриками рассерженной баронессы, оказываюсь за спинами первоначальной группы боевиков. Выскочив позади них с натянутой тетивой, выпускаю заряженную стрелу. Следом вонзаю кулак в пол, посылая ледяную волну. Пара дальних наёмниц, которым не повезло оказаться на траектории выстрела, едва успевают обернуться. В следующий момент по округе разносятся крики, полные агонии, когда энергетический заряд прожигает тела женщин насквозь. В отличие от металла мехов, сплетённого с голубоватой энергией, обычное снаряжение не спасает плоть от стрел Натарука. Одна хватается за руку, отсутствующую по локоть. Другая затихает навсегда, полностью лишившись верхней конечности вместе с плечом и фрагментом груди. На их место приходят болезненные стоны тех, кого задела ледяная волна, пронзая и впиваясь в нижние конечности бритвенно острыми кристаллами льда. Остальные быстро разворачиваются ко мне, с ходу открывая огонь. Выставляя ладони с перчатками перед собой, которые проецируют малые энергетические барьеры, принимающие на себя часть входящего урона, тогда как остальной впитывают щиты фрейма, сближаюсь с оставшимися живыми дееспособными противниками. Первую же попавшуюся мне не успеваю даже коснуться, как её со спины настигает огонь по своим. Подхватывая обмякшее тело, используя его, как щит, я с некоторым удивлением продолжаю ощущать жизненную энергию, которая не спешит покидать женщину. Похоже, противник применяет оглушающие боеприпасы… Нет, наэлектризованные этой голубой энергией, призванные вывести из строя технику и электронику. Судя по урону по моим щитам. Они пытаются «обесточить» меня, полагая, что Варфрейм — некий аналог брони Железной Леди. Заблуждение. Однако у них есть шансы. Не вывести из строя, но навредить, так как энергощиты фрейма особо чувствительны для такого рода урона. Продолжая находиться под огнём противника, под ноги летят ваакумные гранаты. Отбрасываю бессознательную женщину в ближайшую, сбивая ту с ног. Затем подпрыгиваю, швыряя кинжалы с двух рук и повторным прыжком избегая детонацию гранат. Ещё две оказываются выведены из строя, хватаясь за грудь, в которую вонзается лезвие, пробивая наружное защитное снаряжение. Резкая вспышка страха одновременно с двух мест настигает меня в воздухе, когда я с кинжалом собираюсь упасть на очередную наёмницу. Следом за этим невидимая сила срывает меня с места, опрокидывая на пол намного дальше. С перекатом поднявшись на ноги, я обнаруживаю себя в перекрестье между оставшимися людьми и мехами. Скрестив руки перед собой раскрытыми ладонями, успеваю создать ледяную сферу малого радиуса действия. Только чтобы заключить в неё себя. Следом со всех сторон обрушивается шквальный огонь. Голубые трассёры с колебаниями воздуха застилают взор. Вливаю больше энергии, упрочняя снежный щит вокруг себя. Используя краткие мгновения, проверяю показатели на внутреннем дисплее шлема. Щиты фрейма полностью восстановлены. Щиты Арклайта на отметке девяносто пять процентов. Айрис задели. Либо она провернула кораблём лихой финт на грани самоубийства, как раньше. В её стиле. Внешний натиск усиливается. Энергия фрейма постепенно проседает. Собираясь было частично вырваться из-под огня, бросившись назад и отгородившись от врагов ледяной стеной, пожертвовав частью щитов, удивлённые возгласы и крики за пределами светошоу заставляют меня промедлить. Плотность трассёров уменьшается. За ними непрерывная звуковая волна с одной стороны обрывается. Используя возможность, я укрепляю напоследок сферу и бросаюсь в ту сторону. С кувырком в перекате избегаю основной линии непрекращающихся выстрелов, поднимаясь рядом с одним из мехов, которому нанёс урон первым. Выхватываю кинжал из опущенной бронированной конечности, в которой тот застрял после броска, и тут же всаживаю его в незащищённый торс, прорезая броню с проводами. Странно то, что в процессе я замечаю рваные следы на стволе запястной пушки, которые не наносил. Впрочем, ответственный за них показывается из-за ближайшего угла. Точнее, ответственная. — Фрост, — с хитрой ухмылкой произносит знакомая воровка. — Не думала, что наша встреча произойдёт так скоро. — Чёрная кошка, — приветственно киваю, хотя и не ожидал увидеть её здесь. — Вижу, тебе не помешает когтистая лапка удачи? — В помощи отсутствует критическая необходимость. Вырвав из глаза упавшего на колени меха кинжал, им же пробиваю шею и рассекаю её, заставляя искусственную голову откинуться назад, выставляя на обозрение перерезанные провода и искрящиеся механизмы. Обратив внимание на то, как надуто стала выглядеть девушка, чуть погодя добавляю: — Но приветствуется. — Тогда так и быть, помогу, — тут же встрепенувшись, довольно улыбается. — К тому же у меня к ним личные неоплаченные счёты. А их я сильно не люблю. Выражение лица кошки приобретает зловещий оскал, поворачиваясь к оставшимся противникам. Те, наконец осознав моё отсутствие под уничтоженным куполом, прекращают стрельбу и замечают нас рядом с уничтоженным мехом. Второй, управляемый баронессой, указывает на нас оставшейся функционирующей рукой. — Испытуемые, взять… Гневный выкрик обрывается, когда двойная заряженная стрела вонзается в протянутую конечность и шлем, прожигая внешние слои брони. Взмахнув длинным хлыстом, кошка устремляет его в противника, сверкающим наконечником вспарывая его снаряжение, повреждая и заставляя сдетонировать гранаты, что та держала в нагрудных карманах. Затем отскакивает обратно за угол, презрительно фыркая на выстрелы, раздавшиеся следом за ней. Хотя её глаза почти что в страхе широко раскрываются, когда она замечает снежную сферу, которую я выбрасываю в её сторону, оказавшись сбоку и позади. — Ч-что за… — недоумённо вздрагивает, когда снаряд попадает, не нанося никакого урона, а впитываясь в костюм и хлыст. — Пара минут. Твои атаки вызывают обморожение всего, чего коснёшься, — поясняю, используя способность Фроста накладывать на союзников усиление в виде дополнительного урона холодом. — Нельзя было заранее сказать? — недовольно ворчит, параллельно с блеском в глазах осматривая наконечник хлыста, покрытый изморозью. Ответить не успеваю. Звуковая волна бьёт по поверженному меху, который я использовал в качестве кратковременного укрытия, сметая его с этажа. Вовремя перепрыгнув махину, в прыжке заряжаю двойную стрелу. Те ослепляют и наносят дополнительные внешние повреждения оставшемуся меху. Пользуясь моментом, срываюсь к нему напрямик, пока остальные солдаты сосредоточены на кошке. Однако на середине пути я едва не оказываюсь сбит с ног, успевая мельком заметить перед собой размытый силуэт. Возобновив движение, ситуация повторяется. Это достаточно тормозит меня, чтобы мех восстановил оптику и нацелился ручной пушкой. Метнув пару кинжалов, с раздражением наблюдаю, как те в полёте исчезают, кем-то перехваченные. Рывком отпрыгиваю в сторону от звуковой волны. Затем бросаю кинжалы и вместе с ними топаю ногой, образуя вокруг себя ледяную поверхность. Этого оказывается достаточно, чтобы вредитель проявил себя, со вскриком поскользнувшись на льду и на большой скорости проехав по нему дальше в сторону оперативниц. А лезвия кинжалов пробили глазницы с оптикой меха. Одну повторно. Уже жалею, что Аятаном не взял на ту миссию оружие ближнего боя, способное резать и пронзать. Всё же система Обекс не предназначена для нанесения высокого урона по броне. Мысленно вздохнув, отвожу руку с зажатым кулаком назад и затем наношу быструю серию последующих ударов по металлическому корпусу. Этого также хватает, чтобы вывести из строя искрившегося и ослеплённого меха, рухнувшего на спину. Сверяясь с дисплеем миникарты, нахожу свою союзницу, петляющую по уровню в коридорах вместе с преследователями. Оставляю это на неё, не собираясь вмешиваться. Вместо этого обращаю внимание на одну из нападавших, растянувшуюся на льду, которая ранее демонстрировала сверх подвижность. Одна из тех, кто первоначально не имела при себе оружие, как отмечаю. Если только не потеряла во время сражения. Шагнув в её сторону, я замираю, вновь ощущая давление, оказанное на меня ранее. Рывок назад, затем вперёд, размахивая мной словно тряпичной куклой в неумелых руках, после чего бросая на пол. Посторонняя сила сковывает движения, заставляя припасть на колено. Пол подо мной опасно трескается и проседает, в любой момент готовый провалиться. Медленно, преодолевая огромную тяжесть, поднимаю шлем, выискивая взглядом причину воздействия. Единственная из оставшихся, всё ещё скованная льдом. Безоружная, чей безликий шлем безошибочно смотрит на меня. Она — источник. Обе ладони прижаты к поверхности под внешней силой. Не внутренней. Энергия Бездны проявляется холодным маревом, окутывающим шлем. Пальцы впиваются в бетон, который трескается не от разрушения, а образования на нём льдистой корки. Созданная ледяная волна начинает расходиться вперёд от меня, кинжальными осколками проявляясь на поверхности, грозя поглотить всё на своём пути. Отчётливый страх вспыхивает со стороны пользователя силы. Затем… затем сознание уплывает.

***

Маленькая девочка с коричневыми волосами, отдающими алыми оттенками, запертая в тёмных стенах с сестрой близняшкой, съёживается от пристальных взглядов, которые ощущает через чёрное стекло с другой стороны. Желая… отомстить?.. узнать правду… боясь силы… обуздать их… защитить сестру… Самоотверженно готовая встретить любые преграды. Едва научившись телекинезу и обуздав телепатию, ограждаясь от мыслей окружающих. Так думает. Но замирает в страхе, сталкиваясь с неизбежностью, наблюдая за смертью… наблюдая смерть… Внутренняя мощь скачкообразно повышается, реагируя на сильные эмоции. Разум раскрывается… связываясь с чужим…

***

В огромных очагах разгорается всепоглощающее пламя, освещая обезображенный храмовый алтарь с одинокой фигурой Варфрейма, подвешенной на цепях, скованной цепями. Невольная жертва, взявшая на себя эту роль. Далеко не первая, но истязаемая длительней всех. Брат, остающийся бодрствовать недопустимо долго, когда остальные погрузились в длительный сон. Ребёнок, несправедливо отверженный напуганными детьми. Рэлл… Харроу… Чужое любопытство становится нестерпимым. И̎С͗ЧЕ͗З́Н̆И͘!

***

Осознав себя в образе фрейма, припавшего на колено, мгновенно разрываю перенос, проявляясь перед Фростом в человеческом облике. Взгляд не покидает ответственную за разжигание внутреннего гнева, целиком фокусируясь на ней. Пребывая в холодной ярости, бросаюсь вперёд, проявленным клинком Бездны срезая созданные кристаллы льда на пути. Повторная вспышка страха доносится спереди от цели. Одетая в снаряжение Гидры падает назад, пытаясь отползти, но скованные льдом стопы не позволяют ей этого, крепко удерживая на месте. Стремясь рассечь оперативницу-мутантку, на моём пути возникает размытое пятно. Не сумев вырвать её из оков, сестра с мрачной решимостью закрывает близнеца своим телом. …Сестра?.. Ва… нда… Пье…тра… Вспышки чужих воспоминаний проявляются в последний момент. Широкий взмах полыхающего клинка заставляет обеих сестёр зажмуриться, отчаянно сжимая друг друга в объятиях. В далеко не последний раз. Секунда. Две. Три. Не ощутив никакой боли, близняшки отваживаются посмотреть. Затем широко раскрывают глаза, глядя на сотканный из света клинок, вонзившийся в пол рядом с ними. — Вы. Обе, — затравленный взгляд перемещается с клинка на меня, следуя за моей холодной речью. — Покажите лица. Прямой приказ, которому те безоговорочно следуют, медленно снимая шлема с разгрузкой. Вскоре я наблюдаю за тем, как на меня с опаской посматривают юные лица, озаряемые светом меча. Подростки… дети… С силой сжав челюсти и зажмурившись, спустя пару мгновений расслабляю хватку на клинке, который исчезает во всполохах. Развернувшись и более не обращая на них внимание, отхожу от пары. Оковы льда с треском осыпаются безвредными льдинками. Спустя десяток секунд позади возникает порыв ветра. Тяжёлый вздох вырывается сам собой, и я устало массирую переносицу. Трудная ночь. Насыщенная неделя. Осталось разобраться с последствиями. — Довольно странное решение, отпустить их, — донеслось сбоку от кошки, вышедшей из недостроенного лабиринта коридоров. — Они были детьми… с навязанной судьбой. Явно собираясь ответить нечто колким, Чёрная кошка замерла на месте. Затем с ухмылкой оглядела меня с головы до ног. Недоумённо моргнув на её реакцию, с секундным промедлением до меня дошло. Я пребывал в облике Оператора. — Тебе никто не говорил, что ты красавчик? — едва ли не промурчала кошка, не в первый раз видя меня. Благо, хотя бы как и тогда был одет в костюм для ночных похождений с шарфом и капюшоном… Поправка. Без капюшона, который я похоже что смахнул во время рывка. — Поверишь, если скажу, что будешь первой? — покачав головой, поднял взгляд к небу, где едва виднелась отдалённая, вовсю полыхающая падающая комета, что ознаменовала окончание воздушной дуэли. Последний вражеский летун сбит. — О, мне бы этого очень хотелось… Проигнорировав соблазнительный голос кошки, взгляд которой выражал открытую заинтересованность в невиданной ранее диковинки, я извлёк Сканер. Нацепив его на глаза, осмотрел павших оперативниц Гидры, не найдя в них признаков жизни. Затем направился по следам увязавшихся за кошкой вглубь строения. — Знаешь, это выглядит действительно странно. Обратив внимание на то, как девушка указывала на силуэт припавшего на колено фрейма, я лишь пожал плечами. — Я имею ввиду, как ты выходишь из доспехов? Они могут двигаться сами, как у той Железной Леди? — увязалась она за мной. — Едва ли. — И тебе, конечно, никто не говорил, что ты совсем неразговорчив, — пробурчала. Я проигнорировал и это. Завернув за угол, принялся сканировать павшие тела, коими оказался усеян коридор вместе с отметинами на стенах. — Эм… я тут ни при чём! — последовав за мной и обнаружив мёртвых, тут же открестилась кошка. На что я покосился на её кнут, лезвие которого больше не покрывал иней. В отличие от ледяных порезов и замёрзших ран на телах. — Нет, правда… — продолжила она оправдываться. Хотя в этом не было необходимости. Сканирование павших не выявило у них ранений, которые могли бы привести к быстрой гибели. У всех, кого я осматривал, причиной смерти послужило закупоривание кровеносных сосудов. Некий яд. Фанатики, выбравшие смерть пленению. — По крайней мере удалось не засветиться перед оперативницами Гидры, — тихо произнёс. За исключением близняшек… ещё одних… Что-то в последнее время везло мне на телепатов. Встряхнув головой, я вернулся к месту первоначальной встрече, обернувшейся в итоге побоищем. — Подожди, что ты только что сказал? — продолжая следовать за мной и потеряв игривый настрой, серьёзно спросила кошка. — Ты знаешь этих девчат?! — Встречался однажды. Может, слышала про погром в башне Старк, — отрешённо ответил, склонившись над несколько изувеченным мехом. — Мм, нет, не слышала, — пожала плечами. — Но была бы не прочь повстречаться вновь. Только… с дышащими, — оглядела четвёрку, лежавшую в остатках таявшего льда, неуютно поёжившись. Покачав головой, я пояснил обнаруженную причину смерти других, сняв с её плеч тяжкий груз убийства. — Что ты здесь делаешь? — затем спросил. — У меня личный интерес, — уклончиво ответила она. — Скажем так, я кое-кого ищу. И услышав о том, что здесь намечается встреча с важной персоной, решила попытать удачу. Впрочем, не прогадала. — Твоя «удача». Весьма необычная сила, — протянул я, заставив её перемениться в лице. — Ты… понимаешь её? — Ощущаю, как пытаешься воздействовать. Например сейчас. Выпрямившись притянул к себе телекинезом все кинжалы. Затем убрал Сканер и сверился с местоположением Айрис, которая снижалась к моей позиции. После чего направился к фрейму. — Ты открыла её для себя недавно, ещё не научившись полностью контролировать. Поэтому она в основном следует на поводу твоих эмоций? — предположил, ощущая, как воздействие вероятности неудачи резко возросло. — Хм, возможно, — скрестив руки на груди, независимо отозвалась. — Если пожелаешь, — начал я, подойдя к Фросту и остановившись, раздумывая над тем, стоило ли предлагать помощь или нет. Полуобернувшись столкнулся с любопытствующим взглядом Чёрной кошки, оказавшей поддержку, которая не требовалась. Негативно отнёсшейся к смертям и положительно к сохранённым жизням детей. Думаю, стоило. — Я помогу освоить тебе способности в манипуляциях вероятностей. В меру своих сил. — Хм, может быть, — уже довольно протянула. Кивнув я возобновил связь переноса, поднявшись с колена в облике фрейма. — Нет, серьёзно, как ты это делаешь? Настала моя очередь загадочно хмыкнуть, на что кошка надулась. — Если у тебя появятся сведения об организации, к которой причисляли себя эта группа, я буду рад обменяться информацией. — По этому твоему сайту Синдиката? — вопросительно подняла бровь. В подтверждении кивнул. — И всё же. Ситуация совсем не походит на геройскую деятельность, — высказалась кошка, повторно осмотрев пространство и остановившись на тех, чьи тела оказались пронзёнными выстрелами Натарука. — Как говорил ранее — никогда не назывался героем. Закрепившись в десантном отсеке фюзеляжа, в последний раз посмотрел на кошку, с озорной ухмылкой помахавшую мне на прощание, и, не уловив фальши в её эмоциях, скрылся в корабле. После чего Арклайт с помощью тягового луча притянул меха с верхнего уровня, который я собирался исследовать, стартовав по направлению к дому. Вскоре предстояла встреча с Анитой. В облике Фроста. На данный момент.