Глава 59 — Допрос с пристрастием.

Когда я только собирался нанести визит Аните, прогнозируя прибытие к её дому незваных гостей из числа тех организаций, которые она спровоцировала, то планировал вмешаться только в том случае, если начнётся бой. Затем, во время перелёта с восточного побережья на западное сравнивая полученную информацию от вампирской ячейки с историей этого мира, я решил всё-таки поговорить со Старк напрямую. Независимо от того, объявятся ли террористы или нет, раскрыть свою личность и тайны, что с ней были связаны. Я никогда не помышлял специально носить маски, играя в супергероев, как они это делали, скрывая своё истинное лицо, чтобы вести двойную жизнь, защищая себя и близких от мести злодеев. Будучи Аятаном, у меня не было никаких причин скрывать свою личность. Все заинтересованные в Тенно и так находились либо в перманентном состоянии войны с нами, либо в союзе. Им бы ничего не дали знания о тех, кто родился задолго до них и оборвал все связи с прошлым. К тому же наши изначальные тела почти всё время находились на Орбитерах, мобильных космических базах, оснащённых передовыми технологиями маскировки. Сражаясь в Варфреймах, изредка в обличьях Операторов, Тенно оставались фактически неприкасаемыми. На Земле, в отсутствие Орбитера у меня такой роскоши не было. Арклайт, конечно, позволял сколько угодно обитать в нём, но не был в состоянии предоставить тот минимальный комфорт, который обеспечивала космическая база или человеческая квартира, к чему я-местный привык. В желании сохранить этот тихий образ жизни, который, несомненно, был бы прерван известием, что я тот самый «герой» мужчина, мне потребовалось ограничивать и маскировать свои действия, чтобы не засветить перед СМИ обличье Оператора. Мою гражданскую личность. В итоге такой подход невольно ставил меня вровень с теми самыми героями и злодеями с их играми в маски, и именно он послужил причиной образования всей этой ситуации с секретами между мной и Анитой. Изначально я намеревался лишь оказать ей помощь в отражении угрозы. Однако, прибыв к ней на порог, не обнаружив засады или признаков готовившегося нападения, всё равно решил поговорить. С той, кто стала мне самым близким человеком в этом мире. Чтобы она узнала все грани моей личности, заново сформированной в текущей реальности. Чтобы доподлинно осознала, кто я есть. Подросток, привыкший к тихой жизни, и одновременно Тенно, проведший всю свою жизнь в сражениях. Нападение, которое последовало за напряжённым разговором, даже сработало в мою пользу, позволив наглядно продемонстрировать Аните сказанное, закрепляя результат в её сознании. В конце концов, если судить по той мешанине эмоций, которые после боя испытывала Старк, мне удалось заставить её глубоко переосмыслить своё мнение обо мне. Однако я бы не солгал, если бы сказал, что детали, раскрывшиеся по ходу всех этих утренних событий, оказали влияние в обе стороны. Ситуацию можно было бы вполне окрестить в духе какого-нибудь «вселенского равновесия». Поскольку как Анита жаждала более подробные детали моего приоткрытого прошлого, так и я заинтересовался историей внезапно объявившейся сестры Старк, о которой никому ничего не было известно до этого момента. Но вместо того, чтобы сесть и продолжить прерванный незваными гостями разговор, нам обоим приходилось сдерживать свой интерес, прекрасно понимая необходимость вначале разобраться с текущими последствиями нападения и тем, что за ним влеклось. При этом, оказавшись под перекрестьем ожидающих взглядов, полным надежды со стороны неизвестной убийцы и нездорового интереса со стороны Аниты, первый шаг пришлось делать мне. Тяжело вздохнув после нервно прозвучавшей фразы пленницы, скованной льдом, я в ответ поднял на неё невозмутимый взгляд. — Понятия не имею… хм… Я не ношу такого прозвища, — бесстрастно произнёс, исправившись в середине от прямой лжи. Пусть даже убийце. Пускай я и не собирался пытаться сделать всё возможное, чтобы сохранить свою личность в тайне. Но также не намеревался оставлять какие-либо подсказки другим, облегчая им поиски. При столкновении с группой бандиток, я носил закрытый шлем. И хотя он был разбит ударом Иоанны, заставив от него избавиться, открывая лицо, нападавшие, которые успели меня увидеть, к концу были мертвы. Все, кроме Иоанны. Предполагаемая сестра Аниты была погружена в глубокий сон, на чём я остановился, никак более не пытаясь влиять на её сознание, травмированное болью и эмоциональным стрессом. Она, конечно, могла раскрыть моё описание после пробуждения в тюрьме или больнице, смотря куда Анита собиралась её поместить, но то было уже неважно, так как замаскировавшаяся под Пеппер Поттс убийца и так насмотрелась на меня в процессе разговора между ней со Старк. Влиять на память Иоанны, размывая её краткие воспоминания обо мне, я не собирался. По крайней мере на данный момент, пока убийца была ещё жива. Вопрос о её дальнейшем благополучии оставался открытым. Словно ощутив мои недобрые к ней намерения, женщина нервно задёргала головой, единственной частью тела, которой могла двигать, умудрившись проломить лёд и при этом не умереть. Анита, также уловив нечто в моём взгляде, скрестила руки на броне и нахмурилась, пока что оставаясь в роли наблюдателя со стороны. — Н-но… н-нет, т-ты ведь Ф-фрост! — быстро проговорила женщина, голос которой отразил отчаяние. Прерывисто вздохнув, она продолжила: — М-мы встречались в башне Фиск. Я тоже работаю на неё, как и ты! Решив, что нашла подходящий аргумент, её речь наполнилась твёрдой уверенностью, почти перестав дрожать от пронизывающего холода, ликующе воскликнув под конец. Словно одно это сделанное заявление должно было повлиять на меня и перевернуть всю ситуацию в её пользу. Моргнув, думая, что ошибся, я прислушался к поверхностным мыслям пойманной. Но нет. Оказалось, что женщина действительно была уверена и даже не сомневалась в том, что я, если не присоединюсь к ней в провалившейся попытке покушения на Старк, то как минимум помогу освободиться. И все это несмотря на то, что именно мне она была обязана своим нынешнем положением. Покосившись на Аниту, которая совершенно не выглядела напряжённой, в ответ на мой взгляд вопросительно склонив голову набок, терпеливо ожидая пояснений, я повторно про себя вздохнул. Ослабив хватку телекинеза, я уронил костюм с бессознательной Иоанной, заставив убийцу вздрогнуть от грохота. Затем приблизился к ней, наблюдая самоуверенную ухмылку. Ту, которая разбилась вдребезги после моих слов. — Во-первых, — ровно начал я. — Я работаю не на Фиск, а с ней. Подняв руку, сжал ладонь в кулак, за которым последовал громкий треск льда. В глазах женщины промелькнуло опасение, которое тут же сменилось радостным осознанием, что сдерживавшие её оковы пошли трещинами и осыпались. — Во-вторых, — склонившись над рухнувшей на колени женщиной, холодно уставился на неё. — С чего ты решила, что я буду помогать тебе после того, как ты пыталась убить меня и ту, кого я защищал? Не давая освободившейся убийце возможности успеть что-либо предпринять, телекинезом завёл её руки за спину и повторно сковал их льдом, приковав к стене. Наконец, во взгляде убийцы развеялись все её заблуждения и поселился страх. «В-третьих», — мысленно произнёс, связываясь одновременно с ней и с Анитой, чтобы она слышала. — «Я тебя не знаю». Осколки разбитого льда собрались вместе, поднявшись в краткую метель, после которой на полу образовались бритвенно острые шипы, направленные в шею убийце. Однако женщина едва ли обратила внимание на смертельные лезвия, холодящие кожу. Всё её зрительное восприятие было приковано к моему лицу, в эмоциях полыхая ужасом, когда я снял маску и продолжил говорить, но мои губы не двигались. Ветвистый шрам запульсировал голубыми прожилками. «Спрошу только один раз». Озарив свой силуэт аурой тёмно-синего пламени могильного холода, я подался ближе, не отпуская её дрожащий взгляд. — «Кто. Ты. Такая?» — громогласно прозвучал в её разуме вопрос, заполонив его всепоглощающим ужасом. После чего убийца… просто отключилась, безвольно обмякнув, повалившись вперёд и так и повиснув, удерживаемая скованными руками у стены. Большего воздействия энергией Бездны, вместе с собственным стрессом, она не выдержала. «Ну, чёрт», — только и добавил я, прекратив транслировать. — Мне кажется, ты переборщил, — встав рядом, иронично прокомментировала Анита, глядя на потерявшую сознание женщину, выразив мои мысли. С чем я не мог не согласиться. — Похоже, у тебя талант к тому, чтобы заставлять женщин рядом с тобой терять голову, — с усмешкой добавила она, бросив взгляд на Иоанну позади. — Мне стоит начать беспокоиться? Повернувшись обратно ко мне, с притворным страхом широко раскрыла глаза и ахнула. — На тебе это никогда не работало, — отрицательно покачал я головой. Однако выпрямившись, замер, вспомнив об одном. — За исключением единственного раза в твоей спальне, — с неохотой признался, бросив взгляд на винтовую лестницу, которая вела на верхний уровень. — Хм, неужели? — подозрительно прищурилась в ответ Анита. — Это не после той ли ночи, когда я проснулась и не почувствовала инородного предмета в моей груди, который годами угрожал моей жизни? — намекающе положила ладонь на броневую пластину с реактором. — И что это за дела с упомянутым полу-криминальным элементом? Шагнув ко мне вплотную, перехватив мою руку, в которой я держал маску, прерывая мою попытку вернуть её на место, Анита настойчиво посмотрела мне глаза в глаза, полностью игнорируя тот ореол синего пламени вокруг меня, который постепенно угасал, не причиняя ей никакого вреда. Не позволяя себе отвести от неё взгляда или отдалиться, мне оставалось лишь с оттенком сожаления констатировать: попытка отвлечь упоминанием об интимной близости с треском провалилась. А также то обстоятельство, что в некоторые моменты необходимость пролить свет на острые вопросы могла иметь первостепенное значение. Независимо от того, какой бы тревожной ни была ситуация. Со стороны можно было бы подумать, что интерес Аниты являлся праздным, особенно после того, как в её голос вернулось привычное звучание ехидства с насмешливостью. Но ей действительно было важно знать. Хотя бы для того, чтобы не потерять то доверие, что она чувствовала ко мне, и которое с самого утра постоянно испытывалось на прочность. Я не собирался её разочаровывать. Раз уж открылся и более не пытался ничего скрывать от человека, которому сильнее всего в этом мире доверял, она получит то, что хотела. К счастью или сожалению. Ибо потусторонние силы, которые в моём прошлом многими воспринимались как около безграничные, могли испугать непосвящённых. А тех, кто знал наверняка — по-настоящему ужаснуть. — По порядку, ты права. Если не считать случаев лечения или подбадривания, единственным эпизодом, когда я на тебя прямо воздействовал, было тем утром, — рассказал Аните, спокойно смотря на неё. — Я привык вставать рано. Поэтому проснулся тогда первым и увидел возможность, которой воспользовался. Дженни ведь не имела визуального доступа к спальне? — Нет. — подтвердила Анита, внимательно глядя на меня. — Она ограничена, если я только прямо её не позову. — Мне почему-то так и подумалось, — сказал я. — Предполагая, что твоя электронная помощница в неведении, я погрузил тебя в глубокий сон, чтобы ты не очнулась в процессе извлечения осколка. — Затем ты вынул этот осколок и убрал все следы вмешательства, залечив рану. Причём так, что я далеко не сразу обнаружила отсутствие шрапнели рядом с сердцем, — задумчиво закончила она за меня. — Провёл операцию, которую я не то, что почувствовала, а даже не заметила. — Можешь считать так, — кивнул я в ответ. Что по сути являлось правдой и могло быть определено как операция, где скальпель и другие хирургические приборы заменялись использованием эзотерических сил. Бросив непродолжительный взгляд на валявшуюся Иоанну и обмякшую убийцу, Анита возвратилась ко мне. — Значит, ты телепат? — отпустив руку с маской, отступила она на шаг назад, смотря на меня сложным взглядом. Никому не могло прийтись по душе знание, что некий человек рядом был так легко способен вмешаться в его личную жизнь, обличая сокровенные мысли. Мне ли этого не знать со всеми теми попытками других вторгнуться в мой разум, которые я испытал за прошедшее время с момента повторного осознания себя. — Псионик. Отчасти, — легко согласился я. — Однако это не моя основная специализация. — Тогда что, целитель? — вспыхнуло в её сознании любопытство, придя на замену смешанным безрадостным мыслям. — Тоже нет. Я могу использовать способности для лечения, но они не идут в сравнение с теми из Тенно, кто сосредотачивался именно на этом пути. — Ну да. Ты ведь, похоже, привык сражаться, а не отсиживаться в тылу, — с долей сожаления кивнула Анита. В её взгляде мелькнули отголоски непринятия моей роли «на передовой», предположив, что я мог заниматься менее опасными специальностями. В этом она ошибалась. — Среди нас отсутствовали такие понятия, как полевой медик или некомбатант, — пожал я плечами, надевая маску. — Каждый из моих братьев и сестёр ориентировался именно на бой. С разными стилями, способами сражения, но все мы участвовали в войнах. Так что можно считать именно эту стезю моей общей специализацией. — И способности повелевать зимней стихией… — с догадкой проговорила она. — Суть, которой я со временем стал. Фрост, — подтвердил я и затем пояснил, заметив её замешательство. — Основные умения, в которых у меня больше всего опыта. Поэтому я чаще всего ими пользуюсь. Подняв раскрытую ладонь, создал над ней ледяную сферу, вокруг которой закружился снежный вихрь. Затем подбросил её, оставив парить в воздухе, а сам подошёл к потерявшей сознание убийце. Та при обмороке едва не насадила себя на один из ледяных шипов, коснувшись вскользь одного из лезвий. Угрозы жизни не было, поэтому я не стал ничего делать в тот момент. Сейчас же полностью убрал лёд, так как значимость в таком показательном орудии пыток, послужившем для запугивания, отпала. — Сильный холод или мороз, да? Какая точная… формулировка, — с промедлением проговорила Анита, приблизившись, когда сфера исчезла. — И что всё-таки ты с ней сделал? — кивнула на лысую женщину в технологичном тканевом облачении. — Продемонстрировал, что способен вырвать ответы из её разума, если того потребуется. — Да? Ну, тогда это у тебя чрезвычайно хорошо получилось, — усмехнулась она. Вот только смешок выдался отчасти нервным. — Обычно я не занимался допросами. Ни длительными, ни сжатыми в сроки, — пояснил я, присев перед той. — Тогда почему просто не исполнил угрозу? — нейтральным голосом задала вопрос Анита. — Как и сказал, я не мастер менталист. Чтобы отыскать в её памяти всё, что нас могло бы заинтересовать, потребовалось бы время. Гораздо быстрее будет, если она сама всё расскажет. Ложь я определю. Старк молча кивнула, вновь погрузившись в раздумья. Я не стал ей мешать, вместо этого переключившись на пленницу, используя волну положительной энергии, чтобы поспособствовать её скорейшему пробуждению. — Подожди, — отвлёкшись и пораженно моргнув, Анита внезапно воскликнула. — У тебя есть братья с сёстрами?! — Другие Тенно. Семья, — коротко бросил ей, сосредоточившись на женщине, которая очнулась, пребывая в дезориентации. — Расскажу позже. В ответ от Аниты донеслись эмоции принятия, когда она также обратила внимание на дёрнувшуюся убийцу. Та несколько секунд потратила на то, чтобы оклематься, а затем вздрогнула, встретившись с нашими остро пронизывающими её взглядами. Я повторно озвучил ей вопрос, высказывание на который сам же невольно прервал. В этот раз, однако, пленница, неуютно поёжившись, поспешила ответить, представившись. Как я и подозревал, лысую женщину, надевшую маску Поттс, идеально ей подражая, также носившую технологичный костюм, способный изменять вид, звали Хамелеон. Настоящее имя Диана Смердякова. Наёмница и идеальная шпионка, которая могла полностью копировать поведение своих жертв, принимая их личины. Я не особо хорошо помнил историю оригинального персонажа комиксов. Точнее, едва ли интересовался им. Я помнил только то, что Хамелеон приходился одним из врагов Человека-Паука, и то, что он вроде бы был либо прямым, либо сводным братом Крейвена-Охотника. Родился в России то ли в семье из бывшей аристократии, став агентом спецслужб, то ли приходился из обычной семьи, открыв в себе талант к подражанию и перевоплощению. Где по-итогу ступил на путь «злодейства», не добившись приставки «супер». Полагаю, если альтернативная история Дианы и отличалась от изначальной, то она недалеко ушла. Суть осталась та же. Сейчас это всё равно не имело значения. Важно было то, что она упомянула о связи с Фиск. Однако прежде, чем поднявшись я успел задать об этом вопрос, вмешалась Анита. — Говори, что случилось с Пеппер? — глядя на неё сверху вниз, с нажимом бросила она, сверкая гневом в глазах. От прежнего колебания и размышлений не осталось и следа. Отложив наше обсуждение с разговорами на потом, Железная Леди воплотила в своём образе ту целеустремлённость, с которой, без всяких сомнений, готова была сделать всё ради достижения поставленной задачи. Конкретно сейчас это было желание узнать, в каком состоянии её подруга. Хамелеон и здесь не стала отнекиваться или тянуть, с опаской подняв на неё взгляд, пытаясь безуспешно разорвать оковы за спиной. — Она жива… и в полном порядке! — невольно сорвала голос, перехватив мой взгляд за плечом Старк, который вновь заполыхал хладной синевой. — Я перехватила её и спрятала в городе. Пара наёмниц должны её охранять, пока я не передам сигнал. — Чтобы подтвердить мою смерть или использовать против меня, как заложницу? — холодно спросила Анита. Хамелеон медленно, с опаской кивнула. — Да, но ей ничего не угрожает! — поспешно добавила. — Пока не поступит звонок от меня, или не подтвердится смерть… одного из нас. После чего женщину предполагалось просто оставить на месте. — Потому что она не представляла ценности или угрозы? Хамелеон молча кивнула. Прокомментировав её ответ хмыком, Анита задумчиво обратилась ко мне: — Связь в округе продолжает глушиться? Ответив согласным кивком, Старк облегчённо вздохнула, понимая, что в условиях установленной сетевой блокады, у нас было время. После того, как она узнала у Хамелеон адрес и секретный шифр, Анита отступила в сторону, взявшись за голоэкран выяснять подступы к тому месту. Что позволило мне задать второй вопрос: — Как с этим связана Фиск? — Я… не знаю, как она может быть связана, — уклончиво ответила женщина. Стукнув ногой, ледяные шипы повторно поднялись с пола, нацелившись в открытую шею, которая ещё кровоточила. — Ты — её подчинённая. Значит, Фиск работает с террористами. Каким образом? — повторил вопрос, планируя в ближайшее время посетить небоскрёб с часами, так как его хозяйка прямо переступила черту, о которой я предупреждал при первой и единственной личной встрече. — Она… не имеет к этому отношения, — с крайней неохотой выговорила Хамелеон, пытаясь выпрямиться, чтобы не задеть ледяные лезвия. Затем продолжила говорить.