Часть 2

- Амелия, это не лучший способ упаковки, - пытался Оуэн не обидеть Амелию, наблюдая, как она упаковывает подарки. – У тебя вон там слишком слабо, - пояснил он. Амелия сверкнула на него глазами и вздохнула. - Ладно, - весело сдалась она, - ты тут заканчивай, а я сделаю нам кофе. Ранним субботним утром, пока мальчишки еще спали, они разбирали рождественские подарки. Кухонный стол просто утонул в машинках, мячах, наборах Лего и персонажах фильмов. - А кому плюшевый Дарт Вейдер? – озадаченно смотрел Оуэн на мягкую игрушку. - Дэнни. Ты же знаешь, он с ума сходит по Звездным войнам. - Но это же неправильно, - нахмурился он. – Дарт Вейдер не может быть мягким и милым, он злой и жестокий. - Именно, - просверлила его взглядом Амелия. – И я не хочу, чтобы мой малыш играл со злой куклой. А этот и правда милый, - пояснила она. - Надо было это Лукасу отдать, - все же начал заворачивать подарок Оуэн. – Представляешь, отдаю и говорю: «Люк, я твой отец». Амелия расхохоталась над его глупой шуткой и наполнила две кружки дымящимся кофе. - Нам надо успеть все это спрятать, пока мальчики не проснулись, - подняла она гору упакованных подарков и отнесла их в комнату для гостей. Именно там все и будет храниться до Рождества, чтобы дети не нашли. - Ты помнишь, что мне сегодня вечером на смену? – спросил Оуэн, следуя за Амелией. – Я подумал, может, сводим пацанов на каток? А оттуда я возьму такси и поеду на работу. Если ты не против одна отвезти их домой. - Совсем не против, и идея замечательная, - произнесла она, убирая последнюю коробку и запирая дверь в комнату. – Знаешь, Мэгги говорила, что Эндрю тоже дежурит. Пожалуй, я позову ее сегодня в гости. Вечером Мэгги помогла ей уложить сыновей спать, а потом они спустились в гостиную и устроились на диване с кучей вкусной, но неполезной гадости вроде чипсов и пиццы. Мэгги поделилась сногсшибательной новостью: они с Эндрю ждали своего первенца. Пока никто не знал, потому что срок только семь недель, но удержаться и не сказать лучшей подруге женщина не смогла. Новости Амелии были не такими веселыми, она рассказала о диагнозе Лукаса. Мэгги как могла старалась не показывать этого и выражала поддержку, но Амелия видела, что ей тоже грустно. И была благодарна, что Мэгги так заботится и переживет не только за нее, но и за ее детей. - А еще Оуэна зовут в армию, - упомянула она позже. – Они приглашают его на несколько недель Южную Каролину, в подготовительный лагерь для хирургов. - Он поедет? - спросила Мэгги, набирая полную ложку мороженого. Она в прямом смысле ела за двоих, аппетит просто зверский. - Он говорит, что не хочет, но я-то знаю правду, - призналась Амелия. – И я рада, что он не хочет оставлять нас, но сам он был бы рад поехать. Я сказала ему так и сделать. - Но ты надолго останешься одна с детьми. Я понимаю, почему он сомневается, - задумчиво произнесла Мэгги. - Да, ты права. Но у Оуэна в крови страсть ко всему военному. Я знаю, что он скучает по службе. Иногда даже чувствую себя виноватой: если бы не мы, он бы наверняка записался в очередной тур. Я этого не понимаю, но служба делает его счастливым. Теперь он семейный человек, и я знаю, что он любит нас и никогда не оставит. Но также я знаю, что он был бы в восторге от возможности снова послужить своей стране, даже если не на передовой. - Что ж, логика в этом есть, - не стала спорить Мэгги. – Если он все-таки решит ехать, рассчитывай на меня. Я помогу с мальчишками. - Правда? – благодарно спросила Амелия. - Конечно, - улыбнулась Мэгги. – Без проблем, это же всего на несколько недель. И потом, мне нужна практика. Я плотно не общалась с детьми с тех пор, как съехала от Мер. Амелия рассмеялась и про себя подумала, что хорошо бы Мэгги родила мальчика. У них было бы еще что-то общее. - Мне нравится быть мамой мальчишек, - честно сказала она. – Они часто сводят меня с ума своей энергией, но я люблю, что они вечно везде носятся, у них все летает и взрывается, они всюду суют свои носы. Они настоящие энерджайзеры. Но ты, мне кажется, больше похожа на маму девочки. Мэгги чуть задумалась и вспомнила, как сыновья Амелии все переворачивают вверх дном, а потом подумала о Зо-Зо и Эллис, которые были такими же умными и изобретательными, но менее проблемными. - Наверное, ты права, - положила она руку на живот. – Амелия, черт возьми, я же теперь буду надеяться на девочку, - засмеялась она и увидела, что подруга тоже веселится. – А что насчет тебя? Никаких девочек? - Господи, ты совсем как Оуэн! – закатила глаза Амелия. Мэгги вопросительно приподняла брови, и пришлось пояснить: - Оуэн убеждает меня, что нам надо родить девочку. А по мне, так это сумасшедшая идея. У нас уже четверо детей, поверь мне, этого более чем достаточно, - открыла Амелия следующую пачку чипсов. - Но разве ты не хотела бы? – размечталась Мэгги. – Как было бы здорово, если бы у тебя появилась малышка, Амелия! Мы бы обе родили девочек, они бы росли вместе, были бы как сестры. Как мы с тобой, - убеждала Мэгги. Амелия подумала немного, представила их маленькие копии в школьной форме и с хвостиками. - Да, было бы чертовски мило, - признала она с улыбкой. – Но нет! Никаких больше младенцев, - в сотый раз повторила она. Мэгги не собиралась так просто сдаваться, у нее еще будет время убедить сестру. Позже они увидели, что на улице настоящая метель, и решили, что безопаснее Мэгги остаться ночевать здесь, а не ехать домой в такую погоду. Так что они засиделись глубоко за полночь. Мэгги вспомнила, что такое жить с детьми, когда в два часа Амелия проснулась от раздавшегося из радионяни плача. Дэнни потерял зеленого динозавра, с которым спал, и не мог найти в темноте. Час спустя Амелию напугал Томас, пришедший к ним в кровать в поисках матери. Ему понадобилось в туалет, но он не смог дотянуться и включить свет. В четыре утра Мэгги наконец глубоко заснула. Оуэн вернулся домой под утро, после сумасшедшей двенадцатичасовой смены в приемном. Каждый раз, когда валил снег, люди находили все новые способы покалечиться. Например, лезли на крышу или садились за руль выпивши. Так что ничего серьезного не было, в основном небольшие повреждения, но настолько много, что за всю ночь даже присесть не удалось. Было начало восьмого, но Амелии на кухне не оказалось, что было удивительно. Оуэн поднялся наверх, по дороге развязывая галстук, и обнаружил в постели не одного человека, а двух. Уже проснувшаяся, но еще не поднявшаяся Амелия лениво улыбнулась ему. Глаза ослепительно сверкали в темной комнате. Со сна они всегда имели этот удивительный серо-голубой оттенок, который отлично сочетался с ее темными волосами. Осторожно, чтобы не разбудить Мэгги, Оуэн обошел кровать и опустился на колени возле Амелии, прошептал ей на ухо: - Я, конечно, представлял двух женщин в моей постели, но обычно они были более обнаженными и точно не в пижамах с Губкой Бобом. Амелия приглушенно засмеялась, обхватила Оуэна за шею и притянула к себе. Лицо еще холодное с мороза. Погода определенно не собиралась улучшаться. - Мэгги не могла уехать, потому что началась метель, - шепотом объяснила она ему. – Как дежурство? - Ужасно, - не стал скрывать он, рассматривая очертания груди под белой футболкой. – Слишком много мелких травм, ни минуты покоя. - Сочувствую, - погладила она его по волосам, вставая. – Пойдешь в душ? А я пока приготовлю завтрак. - Еще очень рано, малышка, спи дальше. Мальчишки еще пару часов точно проспят, - попытался уложить жену Оуэн, но знал, что это бесполезно. Проснувшись, она уже не засыпала, фонтанируя энергией. - Не разбуди Мэгги, - предупредила Амелия, потихоньку выбираясь из постели. – Ей нужно много отдыхать, она теперь не только за себя отвечает. - Правда?! – восторженно сверкнули глаза Оуэна. - Да, но никому не говори, это секрет, - прошла Амелия в ванную вслед за ним. Оуэн закрыл дверь и скинул одежду, пока Амелия чистила зубы. - Замечательная новость, - сказал он, включая воду. – Мэгги будет хорошей мамой. Амелия согласилась и оставила его расслабляться под горячей водой, а сама отправилась на кухню. Ночные смены всегда непростые, особенно в приемном, где во время наплывов работали без отдыха. Она выглянула в окно и увидела, что небо до сих пор затянуто облаками. Солнце не взошло и было морозно. Через пятнадцать минут Оуэн присоединился к ней, одетый в домашние штаны и футболку с V-образным вырезом. Амелия почувствовала, как его руки обнимают ее сзади за талию, когда клала хлеб в тостер. - Ты мокрый, - поежилась она, когда капли волос с его головы упали ей на шею. Одной рукой обхватывая ее талию, другой Оуэн достал кружку со полки у них над головами. Он даже отвечать не стал, вместо этого скользя губами по ее шее. - Итак, - развернулась Амелия в кольце его рук, поставила тарелку с тостами на стол. – Я тут подумала, - начала она, беря его за руки. - Дурной знак, - подколол Оуэн с любящей улыбкой. - Очень смешно, - поддакнула Амелия. – Серьезно, Оуэн. Я думаю, тебе надо поехать в Чарльстон. - Родная, я же говорил, мне это не нуж… - Оуэн, - перебила Амелия, - но ты же хочешь. А я хочу, чтобы ты поехал. Тебе будет полезно. Да, ты любишь свою работу, но по-настоящему твое – это военная хирургия. И я бы предпочла, чтобы эту страсть ты удовлетворял в безопасности наших границ, а не в горячих точках. И я не хочу видеть, как ты грустишь, потому что упускаешь такую возможность. Я знаю, что такое предложение – большая честь. И я горжусь тобой, - положила она ладони ему на грудь, наблюдая, как он жует тост. – Я думаю, тебе стоит поехать. Мэгги уже согласилась помогать с детьми, твоя мама тоже не откажет, если потребуется. Все получится. Сначала Оуэн сомневался, но потом, осмыслив все, что сказала Амелия, не стал притворяться, что не хочет ехать. - Но я все равно чувствую себя так, словно бросаю тебя на произвол судьбы с детьми, - высказал он единственную причину, которая не давала ему просто согласиться. - Мы замечательно справимся без тебя. - Ну, не слишком замечательно, я надеюсь, - усмехнулся он и опустился на стул, глядя на стоящую рядом Амелию. - Нет, конечно, - обняла она его за плечи и поцеловала в макушку. – Если ты не вернешься вовремя, я найду тебя даже на другом конце земли, - честно предупредила она, и имела в виду каждое слово. – Только представь, сумасшедшая жена и четверо детей прицепом явятся по твою душу и поставят на уши весь этот армейский лагерь. - Знаешь, в гневе ты определенно страшнее наших офицеров, - пошутил Оуэн. – Они даже не поймут, что это за ураган налетел, - нарочно упомянул он ее детское прозвище. Амелия рассмеялась и крепче обняла его. - Когда тебе уезжать? – спросила она как о чем-то решенном. - Если я соглашусь, - поправил ее Оуэн, - то скорее всего в Новый год. Амелия догадывалась, что поездка окажется скоро. Они бы не звали его сейчас, если бы врачей надо было учить позже. Она как раз присоединилась к нему за едой, когда увидела, что Томас спускается по лестнице, сонно потирая глаза. - Доброе утро, засоня, - немедленно подошла она и взяла его на руки. Детское тельце было все еще теплым со сна. – Мама очень любит тебя. – Томас лениво свернулся у нее на руках, уложив голову на плечо. - Привет, цыпленок, - в шутку сжал Оуэн кончик носа ребенку, и тот улыбнулся в ответ. – Хорошо спал? Томас так до конца и не проснулся, поэтому только кивнул. Пока Оуэн готовил мальчику хлопья, Амелия села с ним на стул, провела ладонью по светлым локонам. - Тебя пора постричь, - заметила она, но Томас только зевнул. – Ты сходил в туалет, когда проснулся? И не похоже, что эти зубки кто-то чистил с утра. Малыш не протестовал, когда Амелия увела его в ванную. Позже они вышли в гостиную, где их ждал Оуэн с чашкой хлопьев для Томаса. Он же включил телевизор, где шел старый мультфильм, и Томас уютно устроился у матери на коленях со своим завтраком. Часом позже спустилась Мэгги, держа за руки близнецов. - Мэгги, черт возьми, я забыла отключить радио-няню, когда уходила! Прости, - повинилась Амелия. – Стой, они же не плакали, я бы услышала. - Они оба настоящие джентльмены, совсем не шумели, - пояснила Мэгги. – Тихо лежали в кроватках, но уже не спали, когда я вошла. Амелия поприветствовала близнецов, которые сияли улыбками навстречу. - Доброе утро, Мэгги, - чуть ли не с гордостью за нее улыбнулся Оуэн. - Ты ведь сказала ему, да? – расхохоталась Мэгги над неспособностью Амелии хоть что-нибудь скрыть от Оуэна. - Извини?... – попыталась притвориться раскаявшейся Амелия. - Не стоит, я же знала, что так и будет, - поддразнила Мэгги, усаживаясь рядом с Оуэном. – Привет, Томми. А ты ранняя пташка. - Должен же кто-то вставать со мной, - пошутила Амелия и ушла в кухню за бутылочками для близнецов. Мэгги вскоре уехала, она надеялась успеть позавтракать с Эндрю. Оуэн почти заснул на диване, когда Лукас наконец выбрался из кровати около девяти утра. Он присоединился к братьям, играющим на ковре, и тут Амелия заметила состояние мужа. - Милый, иди в постель, - подтолкнула она его. – У тебя же глаза закрываются. А к обеду я тебя разбужу. Оуэн пытался протестовать, но Амелия уперлась. - Иди и ложись в нормальную кровать. Если останешься здесь, дети не дадут тебе отдохнуть, - все-таки заставила она его подняться. – Обед сегодня на мне. - Ты лучшая! – признал Оуэн, в восторге от перспективы нескольких часов непрерывного сна. - Проценты я стрясу с тебя позже, - с намеком улыбнулась она ему уголком рта. Оуэн со смехом пошел вверх по лестнице. Прямо сейчас на первом месте стоял отдых. Но также он не мог дождаться того момента, который только что пообещала жена.