Часть 3

Алёша Попович мирно спал рядом с Любавой, когда вдруг раздался громкий звук, похожий на звон колокола. Жена проснулась, испугалась и воскликнула: — Что это? Алешенька! Богатырь открыл глаза и, сонно спросив, что произошло, протер их и взглянул в окно. — Кажется, что-то попало в окно. Лежи здесь, я посмотрю, — сказал он. Попович встал, осторожно подошёл к окну и открыл ставни, а Любава прижалась к спинке кровати, укрывшись пуховым одеялом. Алёша выглянул наружу, но никого не увидел. — Никого нет, наверное, тебе просто показалось. Не бойся, можешь спать. Его рука потянулась за ставню, и вдруг перед ним возник голубь с запиской в клюве. Попович аккуратно взял листок, а птица, тяжело взмахнув крыльями, улетела. — Что там? — спросила жена. — Это письмо. Зажги свечу, я сейчас прочитаю. Любава встала, принесла свечку из кухни и поднесла её к письму, внимательно разглядывая его с любопытством и страхом. « ДОРОГОЙ АЛЕША, ПРОСТИ ЗА БЕСПОКОЙСТВО, НО ПРОИЗОШЛА БЕДА — ШАМАХАНСКАЯ ЦАРИЦА ВЕРНУЛАСЬ В ГОРОД! СРОЧНО ПРИЕЗЖАЙ С ДОБРЫНЕЙ И ИЛЬЕЙ, КНЯЗЬ ВСЁ ОБЬЯСНИТ ПОДРОБНЕЕ. ПРОШУ, НЕ МЕДЛИ! » АНТИП. Алёша удивился и нахмурился. — Юлий, должно быть, опять в какую-то неприятность вляпался, ну... — Не сердись, Алеша, — мягко сказала жена, погладив его по плечу. — Я понимаю, мое сердце тоже неспокойно. Юлий всегда что-то затевает. — Прости, мне нужно идти, — ответил он. — Конечно, будь осторожен, — тихо пожелала Любава. — Буду. — Возьми заговорные платки, — добавила Любава, вынимая из-под подушки три белых платка и протягивая их ему. — Они защитят от беды и помогут против чар колдуньи, только, пожалуйста , не ссоритесь, когда будете их держать в руках, иначе они перестанут действовать. — Всё будет хорошо, я пошёл. Алёша периоделся, положил платки в карман штанов и вышел из дома, взяв с собой меч. Любава нарисовала в воздухе крест, глядя в след уходящему мужу. *** — Царица? Что случилось? Добрыня с сонными глазами сидел на краю кровати рядом с Настасьей, совершенно не понимая происходящего, ведь Алеша говорил крайне обрывисто, читая письмо. — Может, это всё ему просто приснилось? Добрыня закрыл глаза и заснул, храпя. — Нет, я не думаю, что это сон. Что-то подсказывает мне, что Юлий снова что-то натворил, я уже не буду удивляться. Поехали, Князь всё объяснит. — Может, лучше подождём до утра? Никитыч рухнул на бок и снова захрапел, как медведь. — Нет, Добрыня, это не сон, медлить нельзя! Что с ним, Настасья Филипповна? — Мы весь день занимались заготовками, а вчера ночью боролись с кротами, из-за которых все грядки испортились. Поэтому он так крепко спит. Видимо, у него включился старый добрый Ночной рефлекс — пока солнце не встанет, ничто его не разбудит, даже рев Горыныча. Алёша, блуждая по комнате, усердно размышлял над планом действий. — Эх, здесь силой не обойтись, жаль, — пробормотал он, когда внезапно в его голове закружилась мысль, и почувствовалась пульсация в висках. Он обратил взгляд на стеклянную банку, затем на спичку, и в его воображении что-то щелкнуло. — Его разбудит только солнце, верно? — спросил он Настасью, не дождавшись ее ответа. В тот же миг он схватил банку спичку и свечу. — Можно взять вашу банку? — вежливо спросил он. — Конечно, бери. Я давно собиралась передать её бабушке Любавы, но все не находила времени. А что ты задумал? — Один подвиг. — ответил Попович с лёгкой улыбкой. — Не знаю, получится ли, но надо попробовать. Выбравшись на улицу, он поднял взгляд к небу, затем подобрал верёвку, перекинул её через дуб, стоявший напротив окна, и привязал банку к её другому концу. Обратился к Настасье за берестой, собрал целую охапку, поместил её в банку, зажёг спичку и бросил внутрь, плотно закрыв крышкой. Отойдя на безопасное расстояние, Алёша потянул за свободный конец веревки. Банка поднялась в воздух, внутри береста ярко разгорелась, создавая иллюзию, что настоящее солнце светит, хотя на самом деле это больше напоминало пожар. Но, несмотря на это, было действительно красиво. Добрыня, вернувшись к сознанию от яркого света, открыл глаза и, глядя в окно в полутемной растерянности закричал: — Пожар?! Настасья, услышав его крик, обернулась и спешила остановить мужа: — Нет, Добрыня, это не пожар! Однако Богатырь уже вскочил с постели, схватил ведро с водой и подбежал к окну, но жена встала у него на пути. — Успокойся, это не пожар, это... — Отойди, Настасья! — прогремел он, оттолкнув её плечом, так что она чуть не упала. Он открыл окно и выплеснул воду наружу. — Ай! — раздался голос снизу. — Настасья Филипповна, зачем вы это сделали? Посмотрите, не проснулся ли Добрыня? — Алеша? — с удивлением воскликнул Добрыня, заглядывая вниз. Попович, вытирая лицо от воды кулаком, посмотрел вверх и радостно сказал: — Получилось! Здравствуй, Добрыня! Однако Никитыч был не на шутку рассержен: — Ты что творишь?! — Успокойся, Добрыня, — вмешалась жена. — Алеша хотел разбудить тебя, он получил письмо от Князя. — Напугали меня, заходи, Алеша, и расскажи мне всё по порядку. Попович, потушив « Солнце », зашёл в дом. — Давай я твою рубашку высушу, — предложила Настасья. — Спасибо, но времени нет, — сказал он. — Прости, Добрыня, но ситуация серьезная, вот письмо от Антипа. Алёша протянул ему листок, и Добрыня с женой внимательно его прочли. — Царица в городе? — Да! Я сам удивлен, и Юлий каким-то образом в этом замешан. Поехали за Ильёй, во дворце мы всё узнаем. — Хорошо. Добрыня пошёл одеваться, а Настасья взволновалась. — Ой, неспокойно мне, а вдруг эта ведьма снова вас околдует? Это слишком опасно. — Знаю, но по-другому никак. Не беспокойтесь о колдунье, Любава дала мне заговорные платки, так что она нам не страшна. — Всё равно прошу вас быть осторожными. Никитыч вышел в своей форме, надел меч, взял лук и стрелы. — Всё, пошли! — Подожди, — сказала Настасья, доставая из шкафчика два мешочка на верёвках. — Это сон - трава и порошок для пробуждения, не перепутай их. — Спасибо, — ответил Никитыч, и топая к выходу, добавил: — Пойдём. — Ох, неспокойно мне, — вздохнула она. — Алеша, прошу тебя, следи за ним. — Не волнуйтесь, Настасья Филипповна, мы будем вместе. — уверенно сказал Алёша. — Пишите письма, да даст вам Бог сил одолеть эту ведьму, — продолжала она. — Спасибо. — Алеша! — закричал Добрыня из прохода. — Идём! И Попович вышел за другом. Добрыня сел на Васю, а Алёша — на коня товарища, и они вдвоём помчались к Илье. *** Подъехав к дому Ильи, друзья были удивлены, увидев Муромца уже на Бурушке в полном облачении. Алёнушка нежно обнимала его. Увидев приближающихся друзей, Муромец подтянулся к ним. — Здравствуйте, ребята. — произнес он. — Плохие новости, Илья... — начал Алёша. — Я знаю, у Алёны треснуло зеркало, а это всегда сулит беду. И в этот момент к Илье подбежала его жена. — Илюша, возьми отвар. — Здравствуй, Алёнушка, — в один голос ответили Попович и Никитыч. — Здравствуйте. Илья предчувствовал ваше появление и сразу оделся. — Убери зеркало, любимая, — попросил Илья. — Конечно, удачи вам. А я пойду к Любаве и Настасье. Берегите себя! — Вперёд! — скомандовал Илья. Троица стремительно помчалась ко дворцу, а Алёна собрала корзину с маслами и травами и направилась к дому Алёши.