Глава 7: Это в его поцелуе

***

             Хлопок двери покоев Энтони гулко разнесся по фойе. Вайолет обменялась взглядом с Бенедиктом, который пожал плечами. Похоже, он был в таком же неведении относительно действий Энтони, как и она. Попросив Франческу проводить Грегори и Гиацинт в сад, Вайолет протянула руку, чтобы остановить Элоизу, которая пыталась убежать в свою комнату.       — Не так быстро, — остановила ее Вайолет. — Ты расскажешь нам, что произошло между тобой и Пенелопой, и сделаешь это прямо сейчас, — приказала леди, когда повела дочь в свою гостиную, а Бенедикт последовал за ней.

***

      Энтони втащил Пен в дверь и, прислонившись к ней всем телом, поцеловал ее. Он знал, что звук за хлопнувшейся двери гулко разносится по дому, но ему было наплевать. Он хотел побыть с женой, прежде чем на него снова обрушится вся тяжесть его титула.       — Энтони, — задыхалась Пен между поцелуями. — Это становится привычкой.       Он слегка отстранился, потянувшись вниз, чтобы задрать ее юбки.       — Ты жалуешься?       — Нет, — ответила Пен, когда она взялась за пояс его брюк. — Конечно, нет. Но мне показалось, что ты устал от путешествия?       — Что натолкнуло тебя на эту мысль? — спросил Энтони, продолжая выполнять свою миссию, теперь он сосредоточился на том, чтобы избавить жену от нижнего белья.       Пен удалось вылезти из панталон, не отрываясь от расстёгивание его брюк.       — Из-за того, что ты сказала внизу.       — Вряд ли я собирался открыто сказать своей семье, что умираю от желания снова оказаться в тебе с момента нашей последней остановки, — уточнил Энтони, когда сделал это, а затем закинул ноги Пен на свою талию.       Пен издала вздох «О,» на его вторжение, но быстро оправилась, сказав:       — Хорошо. Приятно слышать, — после чего зафиксировалась на месте и, опираясь на дверь сзади, задвигалась ему навстречу.

***

      — Так что ты написала в ответ своей матери? — спросил Энтони несколько часов спустя, когда он праздно проводил рукой по ее обнаженной спине. Пен частично растянулась на нем — именно там она и оказалась после того, как они закончили эксперимент по выяснению, не столкнется ли она с ним таким образом. Она не стала поднимать голову, удобно устроившись на его плече, и ответила:       — Я сказала ей, что проведу остаток дня с Элоизой и увижусь с ней вечером на балу у Кауперов.       — Разве она не знает о вашей размолвке?       Пен подняла голову и посмотрела мужу в глаза.       — Моя мать была так занята свадьбой Пруденс и ребенком Филиппы, что едва замечает мое существование, не говоря уже о том, чтобы интересоваться тем, что происходит в моей жизни. — Пен заставила себя не заплакать, когда Энтони спросил, всегда ли она была такой. — Я пошла в семью отца, а она и он были не в лучших отношениях задолго до его смерти. — Пен переместила свое тело так, чтобы она могла положить свободную руку ему на грудь и упереться в нее подбородком. — Моя семья не такая, как твоя, Энтони. Я знаю, что с ними бывает непросто даже в самые лучшие дни, но тебе невероятно повезло, что они у тебя есть. Мой отец редко бывал рядом, сестры в основном игнорируют меня, а мать слишком критично относится ко всему, что я делаю. Я не хочу сказать, что твое недовольство братьями и сестрами не обосновано, но в конце концов ты знаешь, что можешь рассчитывать на них. У меня нет такой роскоши.       Она заставила себя не расплакаться при этом признании и закрыла глаза. Она думала, что смирилась с отсутствием безусловной любви в своей жизни, но, похоже, это было не так. Пенелопа почувствовала, как свободная рука Энтони коснулась ее щеки, побуждая открыть глаза. Она ожидала увидеть жалость или даже намек на гнев из-за ее мнения о его разочаровании в семье, но не увидела ни того, ни другого. Вместо этого она увидела понимание и решимость.       — Теперь да, Пенелопа Бриджертон, — заявил он, прежде чем переместить руку к ее шее и нежно притянуть ее к себе для ободряющего поцелуя.