Часть 8

      - Знаешь, Дэни, ты по-прежнему прекрасна. И даже ещё больше выросла в моих глазах, хотя куда уж! Ты могла бы стать идеальной праматерью для чудесного народа, но... Понимаешь, я вижу тебя в совершенно иной роли. На "Завете" много женщин, а такая любовь, как у тебя и Уолтера, - одна на всю вселенную. Поэтому я не стану разлучать вас, вы всегда будете вместе. Вы станете образцом всего самого лучшего, что несли в себе люди и мы, их создания. Я построю для вас мемориал, и чудесный народ станет слагать о вас легенды и песни...       Бред лился из уст Дэвида вперемешку с белой кровью, голос поломался (наверное, из-за удара камнем), но во взгляде его более чем ясно читалась уверенность в своих силах и во власти над ситуацией.       Дэни всё же отпрянула, но и синтет с ножом не остался на месте. Он встал, выпрямился во весь рост, и если б не то, что Дэни была ниже лишь сантиметра на три, пугал бы ещё сильнее.       И что ей делать теперь?       Дэвид несмотря на повреждения всё равно наверняка окажется быстрее. Некуда здесь толком бежать, на помощь звать некого. Тут разве что чуть менее страшно, чем в космосе...       Однако нужно было увести Дэвида подальше от Уолтера. Может, тому удастся хотя бы частично восстановить функциональность...       Дэни как угорелая понеслась куда глядели глаза, но в какой-то момент сообразила, что в сторону "Завета" лучше не бежать, потому что там Дэвид царь и бог, а "Мать" - его вынужденная помощница.       И Дэни свернула, едва не попавшись в руки своему преследователю. Синтет двигался не совсем ровно и, должно быть, не столь быстро, как мог, но беглянка хорошо понимала всю шаткость своего положения. Дэвид всё равно рано или поздно загонит её в какую-нибудь ловушку, потому что он регенерирует, потому что он неутомимый андроид и потому что, как пить дать, уже неплохо узнал местность. Дэни же всё здесь видела впервые.       Где можно спрятаться, а куда лучше не соваться, чтоб не получить нагоняй от местных тварей?       Твари?!       Дэни будто громом шандарахнуло. Ну конечно! Если привести Дэвида к расщелине между скалами, то там на него, быть может, набросится неведомое летучее животное, которое там гнездится. Мысль о том, не нападёт ли оно первым делом на неё саму, Дэни откинула. Главное - дать Уолтеру побольше времени на восстановление. Всё прочее не имело значения.       Ярдах в пятидесяти от расщелины Дэни споткнулась и повалилась на землю. Дэвид тут же настиг её, схватил и прижал всем своим немалым весом, схватил за шею и стал душить. Дэни билась в агонии, безуспешно пытаясь вдохнуть и вырваться, но в глазах потемнело, в висках вот-вот должен был произойти взрыв, а в лёгких коллапс. Дэни было страшно и жалко прощаться с этим светом. Несмотря ни на какие невзгоды и потери, на весь страх перед будущим, жизнелюбие билось в ней неумолкаемым ключом, неукротимой силой. Ей очень хотелось увидеть колонию с сотнями пробуждённых людей, со всеми их открытиями и свершениями, мечталось вместе с ними строить новый, лучший мир и, наконец, воспитывать ребёнка - их с Джейком сына или дочь.       Как же жалко, как невыносимо жалко уходить сейчас, так рано, не испытав так много всего!       Свет померк, но потом зажёгся заново. Она увидела его - свет в конце тоннеля, но предпочла бы остаться во тьме бытия...

***

      - Как ты? - услышала она как будто сквозь вату в ушах. Сознание медленно прояснялось, и Дэниелс потихоньку вспоминала всё то, на чём, как ей показалось, закончилось её существование.       Голос того, кто обращался к ней, был знакомым, и теперь она ни за что не перепутала бы его с другим, пугающим и отталкивающим.       Уолтер. С ней говорил Уолтер!       Так что же, они правда теперь вместе по ту сторону? Даже как-то неловко...       Если честно, то Дэни о посмертии никогда по-настоящему не задумывалась, жила здесь и сейчас, но теперь была озадачена. Выходит, Дэвид был прав? Их с Уолтером тела сейчас лежат где-то в общей могиле, под гнётом какого-нибудь большого камня, а души витают в незримом эфире, обмениваясь мыслями, как короткими сообщениями?       В том, что Уолт имеет в себе нечто большее, чем просто набор программных установок, сомнений у неё никогда не было, но от осознания этого внезапно захватило дух.       Дэни вздрогнула и наконец открыла глаза. Вокруг неё, чуть расплываясь перед ещё не прояснившимся взглядом, были вполне обычные полимерные стенки реанимационной капсулы, а рядом стоял Уолтер. Вид его, как и голос, она теперь тоже ни за что бы не спутала, будь тут хоть целая рота серийных и не серийных андроидов этой модели. Это был её Уолтер! Он казался вполне восстановившимся, и только левый глаз представлял из себя довольно неприятное зрелище: пустую дыру глазницы под приопущенным веком.       Дэни довольно долго недоумённо глядела на него, соображая, что бы всё это могло значить. И наконец выдала, излишне громко и хрипло:       - Так мы живы?       - Живы, - подтвердил синтет и сдержанно, как умел только он, тепло ей улыбнулся.       Дэни, до того немного приподнявшая голову с ложа, облегчённо опустила её обратно. Неужели всё закончилось хорошо? В это не варилось.       - А где... он? - спросила Бренсон, не в силах назвать имя, ставшее кошмаром наяву.       - В моей экспериментальной капсуле в отсеке с гидропоникой, - невозмутимо, от чего невольно захотелось расслабиться, ответил корабельный андроид. - Вернее, только голова. А тело отдельно - в одной из пустых криокапсул.       - Это... ты его так? - изумилась Дэни; кажется, всему дурному в её жизни и вправду конец, но осадок пока оставался.       - Нет. - Уолтер немного поколдовал над регулировкой препаратов, которые реанимационный блок вводил ей внутривенно, и продолжил: - Это сделало то животное, у которого на скалах гнездо. Оно, скорее всего, сочло Дэвида столь опасным хищником, что решило нанести сокрушительный превентивный удар. Когда мне удалось немного восстановиться, встать и подойти к тому месту, где Дэвид нагнал тебя, я застал его уже обезглавленным и разодранным. Возможно, эта тварь не агрессивна в принципе, но явно очень сильна, если волнуется за своё потомство.       Ответ был исчерпывающим. Дэни даже не стала спрашивать, отчего существо не тронуло заодно и её. Верно, сочло мёртвой и, стало быть, неопасной.       - Наверное, он восхитился бы, - пробормотала она, памятуя о любви Дэвида ко всяким смертельно опасным ксеночудовищам.       - Возможно, - суховато отозвался Уолтер и добавил: - В криохранилище эмбрионов я нашёл двоих безбилетных пассажиров. Это были небольшие, с яйцо размером, капсулы с неустановленными формами жизни. Полагаю, именно их Дэвид проглотил ещё там, на Планете-4, чтобы незаметно пронести на "Завет".       Дэни содрогнулась, лишь вообразив, что адские твари столько времени находились в непосредственной близости от нерождённых человеческих детей, от её собственного ребёнка. Во власти стазиса, но всё же так близко...       - И... где они сейчас? - пряча страх, спросила она.       - В криокапсуле вместе с телом Дэвида, - отозвался Уолтер. - Когда я понял, что ты можешь умереть в любую секунду, я поспешил перенести тебя сюда. И едва успел. На самом деле, повезло, что у нас очень хороший, исправный реанимационный блок, - добавил он, и во взгляде его промелькнуло что-то едва различимое, но очень похожее на последствия недавно пережитого душевного волнения. - А потом я занялся Дэвидом. Я мог бы уничтожить его ядро, тем более что этого требовала основная директива - о безопасности колонии, - но... - Уолтер ненадолго умолк. - Но, во-первых, не в моей компетенции решать его судьбу, а во-вторых...       Уолтер так и не закончил свою мысль, что было ему не свойственно. Дэни это показалось странным, но виду она не подала. Она и сама пребывала в некотором замешательстве, совершенно не желая сейчас принимать хоть сколько-то ответственные решения.       На том их разговор о Дэвиде завершился. Уничтожать эмбрионы "чужих" Уолтер также не стал, ограничившись тем, что поместил их в стазис до того момента, пока полномочный совет колонистов не рассудит, что с ними делать. В конце концов, пока что ни Уолтер, ни Дэни понятия не имели о том, как надёжно умертвить их, не подвергнув колонию опасности.       У Дэни в тот миг были совершенно другие мысли. Она была жива, здорова, рядом с ней - Уолтер, а вокруг - новый мир. Очень хотелось надеяться, что и впрямь лучший.