Часть 13. Родня подъехала.

Еще двоих из своего списка Питер вычеркнул почти случайно, и эта нелепость вызывала у него глухое раздражение. Знай он заранее, кто перед ним, их финал не был бы таким милосердно быстрым. Стефан и Арнольд Бриг выследили его в лесу — то ли от избытка самоуверенности, то ли от катастрофической нехватки мозгов. Позвать подмогу они не успели, и Питер разделался с ними в порядке самообороны, почти не замедляя шага. Одному он вырвал глотку коротким, яростным движением, заглушая крик запахом горячей крови, второму распорол живот когтями. Слишком быстро. Слишком легко. Только позже, рассматривая жетоны на остывающих телах, Питер почувствовал, как внутри закипает густая, тяжелая ярость. Именно эти двое были в той группе, что расстреляла Мередит у него на глазах — короткий, грязный залп, не оставивший ей ни единого шанса. И теперь выходило, что он подарил им легкую смерть, которой они совершенно не заслуживали. Альфа был не в духе. Крайне и очень. И именно в этот день, когда Питер был занят мрачным самокопанием и меньше всего нуждался в гостях, Дерек наконец созрел для визита к «коматозному» дяде. Видимо, племяннику никто не удосужился шепнуть, что Питер уже давно не просто открывает глаза, но и весьма активно перемещается в пространстве. Младший Хейл явился не один — на буксире он притащил за собой Скотта МакКолла. Это становилось любопытно. Питер затаился, решив не демонстрировать чудеса своего исцеления раньше времени. Он замер, превратившись в слух и зрение, позволяя им верить в свою беспомощность. В какой-то момент он даже заслушался тем, с какой экспрессией Дерек пытался достучаться до сознания щенка. То ли стучать там было некуда, то ли инстинкт самосохранения у мальчишки отсутствовал как класс, но доводы Дерека разбивались о стену подросткового упрямства. Дерек говорил о пожаре, о гибели стаи, о том пепле, из которого они восстали. Скотту было всё равно. И тогда племянник совершил непростительную глупость. Он показал Скотту его. Настоящего Питера — с лицом, которое огонь превратил в застывший кошмар. За это Дереку еще предстояло ответить по всей строгости семейных традиций. Младшего бету передернуло, запах его страха в палате стал резким, почти осязаемым. Но даже это зрелище не сломало его упрямства. Скотт продолжал сопротивляться, как баран, пока в конце концов просто не сбежал, оставив их с Дереком наедине. Тишина в палате мгновенно стала плотной и тяжелой. Ну что, племянник. Теперь ты получишь по самые помидоры.