Часть 21. Планы: Немезида

Плутон стояла на страже временных врат. Её фигура была неподвижна, как изваяние, вырезанное из древнего камня, но в глазах горела тревога, которую она не могла скрыть. Холодный ветер шевелил её длинные волосы, и они струились, как тёмная вода, а пространство вокруг дрожало, словно само время пыталось вырваться из-под контроля, готовое разорвать тонкую ткань реальности. — Нет… — тихо прошептала она, чувствуя нарастающую бурю энергии, которая пронизывала всё вокруг, как электрический разряд. — Она всё-таки пошла туда. Встретилась с Мудрецом… Я чувствую её боль, её страх, её отчаяние. Воздух наполнился гулом, похожим на шёпот множества голосов, вырывающихся из-за граней реальности. Плутон зажмурилась, сосредоточилась и послала сигнал — магическое послание Усаги, надеясь, что оно дойдёт сквозь искажённое пространство, как луч света, пробивающийся сквозь тучи. — Прекрасная Леди… — произнесла она с болью в голосе. — Ты стала Тёмной Леди. Ты выбрала этот путь, и я не могу тебя остановить. Но знай: я всегда буду рядом, даже когда ты не видишь меня. Она опустила голову, и её плечи поникли под тяжестью груза, который она несла веками. Для неё Чибиуса всегда была не просто дочерью короля и королевы — она была её первой настоящей подругой, тем человеком, который показал ей, что даже хранительница времени может чувствовать, может любить, может надеяться. Тем более теперь, когда аутеры жили на разных временных линиях, видеть их удавалось крайне редко, и каждая встреча была драгоценной, как редкий кристалл. — Порядок рушится, — прошептала Плутон, глядя на разрывы в небе, которые пульсировали тёмным светом, словно раны на теле вселенной. — Хаос прорывается в этот мир… Я чувствую его дыхание, его голод. Будь осторожна, Чибиуса. Не дай тьме завладеть тобой. Ты сильнее, чем думаешь. *** Тем временем, в Хрустальном дворце, ощущение тревоги пронзило сердца королевской семьи. Оно было как холодный ветер, который проникал сквозь стены, как тень, которая сгущалась в углах. Энергия тьмы проникла даже сюда, в самое святое место на Земле, и никто не мог остаться равнодушным. — Какая же прекрасная библиотека! — восторженно произнесла Минако, стараясь хоть как-то отвлечься от гнетущего чувства. Она провела пальцами по корешкам кристаллических чипов, которые сияли мягким светом. — Всё записано на кристаллические чипы… и даже древние свитки оцифрованы! Здесь хранится столько знаний, что можно изучать их веками. Но в голосе Эндимиона звучало беспокойство, которое не могла скрыть никакая радость. — Значит, она всё-таки пошла… — Он сжал кулаки, и его пальцы побелели от напряжения. — Душа не на месте. Я чувствую её боль, как свою собственную. — Король, — обратился к нему Мамору, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги. — Что случилось? Я чувствую, что что-то не так. — Прекрасная Леди снова погрузилась во тьму, — произнёс Эндимион, и его голос был полон боли. — Она стала Тёмной Леди. Она сделала этот выбор, чтобы спасти нас, но я не могу позволить ей идти по этому пути одна. — Я пойду с вами! — резко сказал Мамору, не раздумывая. Его голос был твёрдым, и в нём звучала решимость, которая не оставляла места для сомнений. — Подожди, это слишком опасно! — воскликнула Минако, но было поздно. Она видела, как его глаза горят решимостью, и понимала, что его не остановить. — Я должен быть рядом с ней, — сказал он твёрдо. — Я не могу оставить её одну в этой тьме. Она нуждается во мне. Эндимион кивнул, и в его взгляде мелькнула гордость. — Хорошо, — сказал он. — Только действуй осторожно. Тьма обманчива, и она будет пытаться заманить тебя в свои сети. Он повернулся к Венере, и его голос стал мягче, но в нём звучала власть. — Жди нас здесь, — сказал он. — Мы вернёмся. Я обещаю. И прежде чем кто-то успел ответить, оба мужчины исчезли, растворившись в ослепительном свете телепортации, оставляя после себя лишь лёгкое мерцание. — Вот чёрт, — раздражённо выругалась Минако, и её голос эхом разнёсся по залу. — Терпеть не могу сидеть сложа руки, когда мои друзья рискуют жизнью! Я тоже хочу быть там, с ними! — Венера, — заговорила Луна, и её голос был серьёзным. Она подошла к Минако и посмотрела на неё с пониманием. — Мы нашли архивные записи о тех событиях, которые Усаги скрывала. Возможно, она просто не хотела, чтобы мы волновались, но теперь мы обязаны знать правду. Только знание может помочь нам спасти их. — Читай, — сказала Минако, подавляя волнение и чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Здесь говорится о человеке по имени Фантом Смерти, — начала Луна, и её голос стал глубже. — Он был величайшим преступником древности, чьё имя наводило ужас на целые миры. Обладал сверхъестественными силами — «Лапой демона» и «Демоническим взглядом». Один только он уничтожил Хрустальный Токио и превратил его в город греха, где царила анархия и отчаяние. Это было время запустения и страха, когда люди боялись выходить на улицы. Артемис нахмурился, и его голос стал задумчивым. — Но ведь тогда враг был человеком, — сказал он. — Он не был порождением тьмы, как мы думали. — Да, — кивнула Луна, и её голос был полон горечи. — Королева могла уничтожить его, но… не смогла. Возможно, из жалости или страха перед той силой, которой он обладал. Вместо этого она сослала его на далёкую планету — Немезиду. С тех пор она стала проклятой. Говорят, сама её почва впитала его ненависть и боль, и теперь она питает всех, кто ступает на неё. Минако тяжело вздохнула, и её плечи поникли. — Значит, все эти беды, все наши поражения… — начала она, чувствуя, как горечь подступает к горлу. — Да, — закончил Артемис, и его голос был мрачным. — Всё началось с Немезиды. Это проклятое место стало источником всей тьмы, которая преследует нас. *** Тем временем Эндимион и Мамору достигли временных врат. Вокруг бушевал ветер, который, казалось, состоял не из воздуха, а из самой энергии времени — он пронизывал всё вокруг, заставляя пространство дрожать и искриться. Свет и тени смешивались в причудливых узорах, создавая иллюзию того, что реальность вот-вот рухнет. — Плутон! — крикнул Эндимион, пробиваясь сквозь порыв ветра. Его голос был напряжённым, и он прикрывал глаза рукой, пытаясь разглядеть хранительницу врат. — Что происходит? Это не просто буря! Я чувствую, как время искажается вокруг нас! — Вы правы, — ответила Плутон, и её голос был серьёзным. — Это искажение времени и пространства. Когда член королевской семьи оказывается под влиянием зла, границы миров начинают рушиться. Прекрасная Леди уже обратилась. Её тьма проникает в саму ткань реальности, и если мы не остановим её, последствия будут катастрофическими. Мамору побледнел, и его лицо стало напряжённым, но его взгляд оставался решительным. Он сжал кулаки и сделал шаг вперёд. — Я должен найти её, — сказал он твёрдо. — Узнать, что с ней. Я не могу оставить её одну в этой тьме. — Стой! — крикнула Плутон, и в её голосе звучала мольба. Она протянула руку, словно пытаясь остановить его. — Если ты войдёшь туда, тьма затянет и тебя! Это не просто портал — это бездна, которая пожирает всё на своём пути. Ты можешь потерять себя! Он обернулся и мягко улыбнулся ей, и в этой улыбке было столько тепла и решимости, что Плутон на мгновение замерла. — Я знаю, — сказал он тихо. — Но если она в этой бездне — я пойду за ней. Я не могу позволить ей страдать в одиночестве. После этих слов он шагнул вперёд и растворился в вихре света и тьмы, оставляя за собой лишь лёгкое мерцание. *** POV Усаги. Связь с девочками оборвалась — видимо, вмешался Алмаз. Я чувствовала, как тонкая нить между нашими сердцами разорвалась, будто кто-то вырвал часть души, оставив после себя зияющую пустоту. Я остановилась, прижав руку к груди, и попыталась восстановить связь, но ничего не выходило — только тишина и холод. Через несколько минут пришло послание от Плутона. Её голос дрожал, и я слышала в нём боль — она сообщила, что моя дочь… стала Тёмной Леди. Холод пробежал по коже, сковывая движения. Я не хотела в это верить, но где-то глубоко внутри чувствовала: всё идёт именно к этому. Я знала, что Чибиуса должна была пройти через это, но всё равно не могла принять, что моя маленькая девочка снова погрузилась во тьму. Вскоре я добралась до массивной двери, за которой ощущалась тьма и чужая энергия. Она пульсировала, как живое сердце, и от неё исходил холод, который проникал в самую душу. Там находились Сапфир и Рубиус. Я замерла, прижалась к стене и прислушалась, чувствуя, как сердце бьётся быстрее. — Я как будто слышал голос… — произнёс Рубиус, и его голос был полон подозрений. — Где же наш принц? Неужели он отправился к будущей Королеве Серенити? Глупец. На нашей планете полная концентрация энергии чёрного кристалла тьмы — она всё равно долго не протянет. Зря он к ней так привязался. Он усмехнулся, и от его голоса веяло холодом, который заставлял кровь стыть в жилах. — Кстати, а трое воинов в матросках всё ещё живы? Они нам больше не нужны. Сапфир ответил спокойно, почти равнодушно, и его голос был лишён эмоций: — Эти воины были нужны только для того, чтобы заманить сюда принцессу. Теперь в них нет нужды. В комнате тьмы они скоро зачахнут. Никто из нас не хочет спускаться туда — слишком уж странное место. Там чувствуется что-то древнее и опасное. — Ты прав, — хмыкнул Рубиус, и его голос стал тише, почти заговорщицким. — Хотя, честно говоря, и смотреть на его останки жутковато. Кажется, будто там… что-то живёт. Что-то, что не должно быть в этом мире. У меня перехватило дыхание. Каждое их слово отзывалось холодом в груди, и я чувствовала, как страх сжимает моё сердце. — Порой мне кажется, что сама Немезида дышит, — сказал Сапфир после короткой паузы, и его голос стал задумчивым. — Словно это не мы воспользовались её силой, а она нами. Словно она использует нас для своих целей. — Мечтатель, — отмахнулся Рубиус, но в его голосе уже не было прежней уверенности. — Эта темница давным-давно не используется. Хотя… — Он замолчал и посмотрел в сторону прохода, и его взгляд стал настороженным. — Эта планета действительно странная. Будто у неё есть собственная воля. Я чувствую это, когда стою слишком близко к стенам. Рубиус вскоре ушёл, его шаги эхом разнеслись по коридору, а Сапфир остался один. Я чувствовала его энергию — холодную, но не злобную. Кажется, он начинал сомневаться. Я осторожно запечатала за собой дверь энергетическим замком — слабым, но надёжным. Даже истощённая, я всё ещё могла использовать заклинание, которому меня учила Луна, и я чувствовала, как магия послушно отзывается на мой зов. Сапфир стоял у реактора, и его синие волосы сияли в свете пульсирующего кристалла. Он был погружён в свои мысли, и я видела, как его лицо становится напряжённым. — Венети. Акватики, — произнёс он, и его голос эхом разнёсся по залу. Перед ним появились два прозрачных силуэта — духи, обретшие форму, их тела мерцали, как вода на солнце. — Повелитель, — произнесли они в унисон, и их голоса слились в один. — Создать таких дроидов, как вы, — дело нелёгкое, — сказал Сапфир, улыбаясь с печалью, и в его голосе звучала гордость, смешанная с горечью. — Но я люблю дроидов. Они послушны, не спорят и не предают. Они не разочаровывают меня, как люди. Я поняла, что больше не могу прятаться. Моё сердце колотилось, но страх отступил, уступив место решимости. Я сделала шаг вперёд, выходя из тени, и свет чёрного кристалла упал на моё лицо, освещая его. Сапфир медленно повернулся ко мне, и в его глазах мелькнуло удивление, смешанное с любопытством. — Добро пожаловать, — произнёс он, и его голос был спокойным, почти приветливым. — Мы в самом сердце Немезиды — у реактора чёрного кристалла тьмы. Здравствуй, будущая Королева Серенити. Это единственное место на планете, которое имеет связь с внешним миром. Через него мы посылаем дроидов в прошлое, чтобы воплотить наш план. Он подошёл ближе, и я видела, как его глаза изучают меня, пытаясь понять, кто я на самом деле. — План изменить сам ход истории, — продолжил он. — Сила этого кристалла поразительна. Но мои братья не понимают, насколько он нестабилен. В нём таится звезда, которая может вспыхнуть в любой миг. Это не просто источник силы — это бомба замедленного действия. Мы не до конца понимаем, как работает система управления, но всё равно запустили процессы термоядерного синтеза. Это может уничтожить нас всех. — Сапфир. — Я посмотрела на него с болью, чувствуя, как внутри меня закипает сочувствие. — Ты ведь понимаешь, что этот кристалл может выйти из-под контроля? Всё погибнет — и вы, и ваша планета! Вы играете с силой, которую не в силах контролировать. Он тихо рассмеялся, и в этом смехе слышалась горечь. — Ты говоришь, как мой брат, — сказал он, и его голос стал мягче. — Алмаз всегда был импульсивным. Он способен разрушить всё ради своих эмоций. Именно он обрушил силу кристалла на Землю и превратил её в безжизненный мир. Прости нас за это. Но ты не похожа на ту Королеву, которую я когда-то видел. Нет, ты другая. В тебе — живое сердце. Я чувствую его тепло даже здесь, в этом холодном месте. Он вздохнул и посмотрел в сторону реактора, где чёрный кристалл пульсировал, как живое сердце, отбрасывая багровые тени на стены. — Мой брат одержим этой звездой тьмы, — сказал он, и его голос стал мрачным. — Его уже не остановить. Согласно плану «Перезапуск», мы собирались изменить прошлое. Но энергия кристалла начала искажать саму реальность — здесь, в тридцатом веке. Мы все в опасности: и Земля, и Немезида. — Тогда останови его, пока не поздно, — сказала я, и мой голос был твёрдым. — Ты ведь можешь. Я знаю, что в тебе есть сомнения. Ты не такой, как они. Сапфир покачал головой, и его лицо стало печальным. — Я пытался… — прошептал он. — Но теперь уже слишком поздно. Венети! Акватики! Два демонических дроида двинулись ко мне, их тела мерцали тёмным светом, и я почувствовала, как холод их присутствия проникает в мою кожу. Я отпрянула в сторону, и они чуть не столкнулись лбами, их движения были неуклюжими, но опасными. — Я не позволю вам приблизиться! — крикнула я, чувствуя, как изнутри поднимается волна силы, горячая и чистая, как пламя, которое не может погаснуть. Наконец-то она пробудилась во мне — сила, которую я так долго искала. Я почувствовала, как волна света пронзает всё моё тело, наполняя его энергией, которую я не чувствовала с того самого момента, как попала на эту планету. Вокруг возникло ослепительное сияние, разливающееся по залу и озаряющее всех: Алмаза, Сапфира, Рубиуса и даже Мудреца, который стоял в тени, наблюдая за происходящим. — Что это за сияние? — произнёс синеволосый, заслоняясь рукой от света, который, казалось, прожигал его глаза. — Этот свет… — Мудрец прищурился, и в его голосе прозвучало восхищение и ярость одновременно. — Он пронизывает само пространство и время. Такой цвет — не человеческий. Он полон силы и жизни! Это энергия, которую я никогда не видел прежде. — Ты угадал, Мудрец, — вдруг произнесла Тёмная Леди. Её голос разнёсся эхом, наполняя зал холодом, который проникал в самую душу. — Это и есть сила Таинственного серебряного кристалла. Если ты собрался на Немезиду, я пойду с тобой. Она говорила, думая, что я её не замечаю, но я чувствовала её присутствие всем своим сердцем. Моя дочь… мой ребёнок, поглощённый тьмой. Я видела её силуэт в тени, и моё сердце разрывалось от боли за неё. В груди вспыхнуло знакомое тепло. Серебряный кристалл откликнулся, и его энергия потекла по моим венам, наполняя силой каждую клетку моего тела. Я почувствовала — могу снова превращаться. Королева наконец соединилась со мной, поделившись частью своей мощи, и я знала, что это наш шанс. — Сила Лунного кристалла, преобрази! — крикнула я, и ослепительный свет окутал меня, разрывая тьму на части. В следующее мгновение перед ними стояла не просто Усаги, а Сейлор Мун — в сияющем наряде, с поднятой головой и сердцем, пылающим верой. Мой наряд сверкал ярче, чем когда-либо, и я чувствовала, как сила наполняет каждое моё движение. — Но как? — воскликнул принц Алмаз, потрясённо глядя на меня. — Ты ведь не могла больше превращаться! Мы забрали твою силу! Я не ответила. Встала на одно колено, приложила руку к полу, чувствуя слабые волны энергии, которые исходили из глубин этой планеты. Это были они — мои девочки. Мои воины, мои друзья. Их сердца бились слабо, но они были живы. — Марс, Меркурий, Юпитер! Проснитесь! — крикнула я, сосредоточив всю силу света, которая пульсировала в моей груди. Сначала — тишина. Потом лёгкий отклик, как эхо, которое долетает издалека. Я ощутила их сердца, их боль, их надежду. — Сейлор Мун? — послышался слабый голос, и я узнала его. — Девочки, не волнуйтесь, — ответила я, и мой голос был полон тепла. — Я знаю, что вы истощены, но вы ещё можете бороться! Ваши сердца не сдались, я помогу вам. Превращайтесь прямо сейчас! Сияние серебряного света пробежало по полу, и три луча вспыхнули рядом — красный, голубой и зелёный. Марс, Меркурий и Юпитер появились рядом со мной, вновь став Сейлор-воинами. Их формы сияли светом, и они стояли, готовые к бою. — Невероятно… — прошептал Алмаз, и его голос был полон изумления. — Она действительно смогла пробудить их. Даже здесь, в сердце тьмы, она нашла способ вернуть им силу. — Мудрец! — воскликнул он, поворачиваясь к тени. — Я здесь, мой принц, — послышался издевательский смех из тени. — Посмотрите на это великолепие! Какая сила! Даже чёрный кристалл тьмы не способен её поглотить. Она сильнее, чем мы думали. Рубиус вскрикнул, и его голос сорвался на высокие ноты, когда он отшатнулся, вглядываясь в тень, которая внезапно выросла за его спиной, словно живое существо, готовое поглотить его. — Что это за гигантская тень?! — закричал он, и его глаза расширились от ужаса. — Мудрец, что ты творишь?! Это не было частью нашего плана! — Ха-ха-ха! — загремел голос Мудреца, и его смех эхом разнёсся по залу, проникая в самую душу. — Сила таинственного серебряного кристалла преодолевает пространство и время, подчиняя себе даже негативную энергию чёрного кристалла! Это великолепно! Я никогда не видел такой силы! Она способна переписать саму реальность! — Вот почему все и стремятся завладеть им, — глухо сказал Алмаз, и в его голосе звучала мрачная решимость. Он смотрел на сияние серебряного кристалла с одержимостью, которая не знала границ. — Такая мощь не может не породить войны. Она притягивает тьму, как свет притягивает мотыльков. — Нет! — крикнула я, и мой голос был полон гнева и боли. Я чувствовала, как свет внутри меня пульсирует, готовый вырваться наружу. — Серебряный кристалл существует не ради разрушения, а чтобы защищать любовь и жизнь! Если бы не ваши тёмные амбиции, не было бы ни боли, ни страданий! Вы сами выбрали этот путь! Я почувствовала, как в моих глазах вспыхивает белое сияние, и оно озарило всё вокруг, разгоняя тени и наполняя зал теплом. — Очнитесь! — крикнула я. — Вы используете энергию тьмы во зло! Вы уничтожаете всё, что вам дорого, ради пустой власти! — Сейлор Мун… — шепнула Марс, и в её голосе звучало благоговение. — Нет, это… Новая Королева Серенити! Её сила пробудилась! — Любовь и согласие — это миф, — холодно произнёс Алмаз, и его голос был полон презрения. — Таинственный серебряный кристалл — причина всех несчастий. Разве не так, Мудрец? — Хахаха! Именно так, мой принц, — прошипел Мудрец, и его голос был подобен шипению змеи. — Она лжёт. Серебряный кристалл несёт только разрушение. Он был создан, чтобы сеять хаос. Уничтожьте их всех! — Тебе меня не убить! — крикнула я и подняла руку, чувствуя, как свет прорывается сквозь тьму, как он обжигает её, заставляя Мудреца на миг отступить. Его тень сжалась, словно он боялся этого света. *** Тем временем, пока внимание всех было приковано ко мне, Рубиус попытался сбежать. Его движения были резкими, паническими, и он оглядывался через плечо, словно ожидая, что тьма последует за ним. — Если останемся здесь, все погибнем! — выкрикнул он и бросился прочь, его шаги эхом разнеслись по залу. — Рубиус! — позвал Сапфир, протягивая руку, но было поздно. Из тьмы за его спиной выросла высокая фигура, её очертания были размытыми, но в ней чувствовалась огромная сила. — Убегаешь? — холодно спросил Мудрец, и его голос был лишён эмоций. — Я… я просто не хочу умирать! — выдавил красноволосый, оглядываясь и пытаясь найти путь к отступлению. Его глаза метались, как у загнанного зверя. — Жалкие трусы, — произнесла Тёмная Леди с лёгкой усмешкой, и в её голосе звучало презрение. — Что это за тень?! — закричал Рубиус, и его голос сорвался на крик. — Ты не обманешь меня больше! Покажись! — Глупец, — тихо ответил Мудрец, и из воздуха вырвалась чёрная рука тьмы, обвивая его шею, как удав. Она сжалась, и Рубиус задохнулся, его лицо исказилось от боли. — Принц!.. — прохрипел он, пытаясь вырваться, но его силы покидали его. — Хи… пока-пока, — мелодично прошептала Тёмная Леди, и в её голосе звучало ледяное удовольствие. И тело Рубиуса исчезло, растворившись в чёрном вихре, который закружился вокруг него, поглощая его, как бездонная пропасть. На мгновение в воздухе повисла тишина, а затем тьма рассеялась, оставляя после себя лишь пустоту. *** Пока остальные застыли в ужасе, их лица были бледными, а глаза широко раскрытыми от увиденного, я подняла ключ времени. Его поверхность засияла глубоким фиолетовым светом, который пульсировал в такт с моим сердцем, и я чувствовала, как его сила переплетается с моей собственной, наполняя меня энергией, которую я так долго искала. — Плутон! — крикнула я, и мой голос эхом разнёсся по залу, прорезая тишину. — Я использую всю силу, что у меня есть! Веди нас! Мы должны выбраться отсюда! Пространство задрожало, и я почувствовала, как реальность начинает искажаться, как волны энергии окутывают нас, готовые перенести в другое место. — Думаете, я позволю вам уйти? — произнёс Алмаз, и в его голосе звучала холодная решимость. Он активировал третий глаз, и его свет был зловещим, как бездна, которая разверзлась перед нами. Мир вокруг вспыхнул — и мы исчезли. Нас накрыла волна света и тьмы, и на мгновение я потеряла ощущение времени и пространства. Я чувствовала только тепло рук моих друзей, которые держали меня, не давая упасть в эту бездну. Когда ослепительный свет рассеялся, я увидела знакомое лицо. Воздух был свежим и чистым, и я почувствовала облегчение, когда поняла, что мы выбрались. — Венера! — закричали мы вместе с девочками, и наши голоса слились в один радостный возглас. — Сейлор Мун! Марс! Меркурий! Юпитер! — радостно воскликнула Минако и бросилась нас обнимать. Её объятия были тёплыми и крепкими, и я чувствовала, как слёзы облегчения подступают к глазам. — Вы вернулись! Я так боялась, что потеряю вас всех! Позади стояли король Эндимион и Плутон. Его лицо было серьёзным, но в глазах горел свет надежды. — Серенити, — произнёс король, и его голос был полон гордости. — Я так понимаю, Королева поделилась с тобой своей силой? Ты стала её голосом. — Да, — кивнула я, и в моём голосе звучала уверенность. — Она позволила мне стать её голосом и действовать от её имени. Я чувствую её силу, её мудрость, её любовь. Она с нами. Плутон нахмурилась, и в её глазах мелькнула тревога, которую она не могла скрыть. — Но у нас дурные вести, — сказала она, и её голос стал серьёзным. — Как я уже предупреждала — Чибиуса отправилась к Мудрецу и теперь стала Тёмной Леди. Она погрузилась во тьму, и её сердце окутано холодом. А туда же ушёл и Такседо Маск. Он последовал за ней, чтобы спасти её. В груди кольнула боль, и я сжала руки в кулаки, чувствуя, как внутри меня закипает решимость. Моя дочь, мой возлюбленный — они оба были в руках врага, и я знала, что должна спасти их. — Значит… — сказала я, и мой голос стал твёрдым, как сталь. — Время решающей битвы настало. Мы не можем больше ждать. Мы должны идти за ними, и мы должны вернуть их домой. Я не позволю тьме забрать их у меня. Конец POV Усаги. *** Мудрец стоял в полумраке своего святилища, склонившись над хрустальным шаром, который мерцал тусклым, зловещим светом. Его пальцы, сухие и костлявые, скользили по гладкой поверхности, словно он пытался вырвать из неё ответы, которые уже знал. В глубине шара медленно вращались образы — размытые, но узнаваемые: Сейлор Мун, её воины, король Эндимион. Они исчезали, растворяясь в фиолетовой вспышке, оставляя за собой лишь пустоту и холод. — Кто бы мог подумать… — произнёс он мрачно, и его голос был подобен шороху сухих листьев, которые ветер гонит по мёртвой земле. — Сейлор Мун смогла сбежать. Она вырвалась из самой тьмы, из самого сердца Немезиды. — Он усмехнулся, и эта усмешка была полна горечи и злобы. — Но ничего. Серебряный кристалл всё равно вернётся ко мне. Он не может вечно ускользать от своей судьбы. Рано или поздно он окажется в моих руках. Ха-ха-ха! Его смех, холодный и пустой, разнёсся по комнате, но в нём не было радости — только торжество, которое питалось тьмой. *** Тем временем Мамору брёл по густой тьме, которая обволакивала его со всех сторон, как живой туман. Она была плотной и тягучей, и каждый шаг давался с трудом, словно он пробирался сквозь толщу воды. Его голос эхом отражался в пустоте, теряясь в бесконечной тишине: — Чибиуса! — крикнул он, и его голос сорвался на хрип. — Где ты?! Ответь мне! Я знаю, что ты здесь! Тишина. Она была звенящей, почти осязаемой, и она давила на него, как тяжёлое одеяло. Он остановился, прислушиваясь к биению собственного сердца, которое, казалось, было единственным живым звуком в этом месте. И вдруг — мелодичный, мягкий голос, словно зов из сна. Он звучал отовсюду и ниоткуда одновременно, проникая в самые глубины его сознания, заставляя его забыть о страхе и сомнениях. — Сюда… сюда, — звучало вокруг. — Я здесь. Иди ко мне… Не бойся, я не причиню тебе вреда. Я жду тебя. Он поднял голову, будто загипнотизированный, и пошёл на зов. Его ноги двигались сами собой, неся его вперёд, к мерцающему силуэту, который появился впереди. Он был окутан мягким розовым светом, и Мамору чувствовал, как этот свет проникает в его сердце, согревая его. — Чибиуса?.. — прошептал он, и его голос был полон надежды и боли. Он не верил своим глазам, но в то же время знал, что это она. Она протянула руку, и её пальцы были тонкими и изящными, как у призрака. Её глаза, полные печали и тьмы, смотрели на него с такой тоской, что у него сжалось сердце. — Ну же, Эндимион… — сказала она, и её голос был мягким, как шёпот. — Возьми мою руку. Позволь мне показать тебе путь. Мы уйдём отсюда вместе. И он сделал шаг, чувствуя, как его пальцы касаются её ладони. В тот миг тьма вокруг них сгустилась, и Мамору понял, что переступил черту, за которой уже не будет возврата. Продолжение следует…