Глава 2. Не неведома зверушка

После того как он очнулся от лихорадки, вызванной — предположительно — искажением ци, Юэ Цинъюань навещал его каждый день и даже перестал вести себя так, будто ожидал, что ему в любой момент могут выцарапать глаза.   — Беспокойство чжанмэнь-шисюна понятно, но это уже чересчур, — сухо ответил Шэнь Цинцю на очередной вопрос о своём самочувствии, переполнивший чашу его терпения. — Я в полном порядке.   Он не был таким же неблагодарным ублюдком, как его предшественник, но эти чаепития отнимали слишком много драгоценного времени, которое можно было потратить гораздо продуктивнее: на выполнение заданий, тренировки, чтение документов и разработку плана по захвату мира. Последнее — исключительно по настоятельной просьбе системы.   У главы ордена вообще не должно было быть столько лишнего свободного времени!   — Но тебя ждёт миссия.   — А?   [Получено новое задание: «Элементарно, дети!»   Задача: провести обучающее расследование, не потеряв ни одного ученика в процессе.   Награда: 10 очков репутации с орденом Цанцюн, 20 очков репутации с человеческим царством, 50 очков крутости, 20 очков стиля.   Штраф за отказ: -10 очков репутации с орденом Цанцюн, усиление опеки Юэ Цинъюаня, 10 очков кавайности, -20 очков крутости, -5 очков стиля.   Штраф за провал: -30 очков крутости, -30 очков стиля.   Принять?   Да/Нет]   «Поразительно, откуда ты столько знаешь?»   [(///￣ ￣///)   Воспоминания оригинала никуда не делись: они физически записаны в мозгу; и у меня, в отличие от тебя, есть к ним доступ.]   Пожалуй, это к лучшему: Шэнь Цинцю не хотел бы помнить чужую жизнь, но то, что информация, оказывается, не потеряна с концами, было весьма удобно.   — Серия убийств в Шуанху? Ты сам попросил его, чтобы…   — Потренировать учеников, да.   Прерывать главу ордена невежливо, но если у него возникнут какие-то подозрения, будет гораздо хуже.   — Да, — Юэ Цинъюань мягко улыбнулся и обеспокоенно попросил: — Но, пожалуйста, побереги себя: твоё здоровье важнее юношеского нетерпения. Всегда будет ещё одна миссия для тренировки учеников.   — Твои волнения напрасны.   Шэнь Цинцю и самому было страсть как любопытно посмотреть на настоящие заклинательские будни, к тому же его навыки были, как ему казалось, достаточно хороши, чтобы чувствовать себя вполне уверенно в любой неожиданной ситуации. Да, в ПГБД у этого персонажа были проблемы с развитием и боеспособностью, но только из-за крайней нестабильности и постоянного нахождения на грани искажения, однако сейчас ци Шэнь Цинцю текла ровно, спокойно и без единой преграды.   Мин Фань, стремясь загладить свою прежнюю некомпетентность, расстарался с подготовкой, и они смогли отправиться на миссию уже на следующий день.   [Доступно новое задание: «Всё своё ношу с собой».   Задача: пополнить запасы в мешочках цянькунь, притороченных к ножнам Сюя.   Награда: 5 очков кавайности, 5 очков крутости, 5 очков стиля.   Штраф за отказ/провал: -10 очков кавайности, 5 очков крутости, -10 очков стиля.   Принять?   Да/Нет]   — Это впервые, когда ты в качестве штрафа грозишься начислить мне не кавайность. Я отчаялся разобраться в твоей логике.   [╮(￣ω￣;)╭]   Шэнь Цинцю осмотрел ножны Сюя: там и правда были мешочки цянькунь. Раньше он принимал их за сугубо декоративные элементы: они были прямо-таки крошечными и столь искусно украшенными, что мысль об их утилитарном предназначении просто не укладывалась в голове, хотя оно более чем логично: нужно же ему было где-то держать веер, писчие принадлежности и прочие хозяйственные мелочи.   У подножия горы их ждали карета и десяток лошадей: в этой поездке Шэнь Цинцю сопровождал довольно молодых и неопытных учеников, так что никто из них ещё не получил собственный духовный меч, за исключением Мин Фаня. Они вели себя как школьники в ожидании захватывающей экскурсии — не заклинатели на задании по выслеживанию твари, которая убивала молодых женщин и снимала с них кожу.   Похоже, урок, который им предстояло выучить, заключался не только в методологии поимки и уничтожения чудовищ.   Рядом с каретой суетился Ло Бинхэ, перепроверяя багаж и удостоверяясь, что какая бы блажь ни стукнула Шэнь Цинцю в голову по дороге, они могли бы удовлетворить его запросы. Он выглядел гораздо лучше, чем вчера, и теперь практически не отличался от остальных учеников; разве что несколько большим количеством почти заживших синяков.   «Если всё пойдёт как в оригинальном романе, лет через десять он этими предметами роскоши будет дробить мне кости. Что невероятно лицемерно с его стороны, если вспомнить количество его дворцов, их размеры и богатство отделки».   От этих мрачных мыслей у Шэнь Цинцю снова засосало под ложечкой, и он поспешил забраться в карету. Внутри та выглядела гораздо симпатичнее, чем снаружи. Уюта добавлял приятный расслабляющий запах, источаемым небольшой курильницей. Там даже имелся кошачий насест, чтобы с комфортом любоваться видом из окна, а рядом был установлен держатель для меча, по размеру идеально подошедший Сюя.   Но в его случае специально оборудованная карета была скорее необходимостью, чем излишеством, так что он отказался чувствовать себя виноватым.   [(￢‿￢ )]   Проигнорировав весёлое фырканье системы, Шэнь Цинцю сосредоточился на том, что происходило снаружи, и уловил голоса, доносившиеся с другой стороны кареты:   — Лошадей действительно не хватает.   — Кому-то в любом случае придётся догонять на своих двоих…   — Для сяо шиди это может стать хорошей возможностью потренироваться.   Он выглянул в окно — там стояли трое учеников: Мин Фань, до сих пор в дискуссии не участвовавший, и двое его главных приспешников, которые обсуждали возникшую проблему. Лица у всех троих были не особенно довольные.   Ну что за анекдот: крупнейшему и сильнейшему ордену во всём мире совершенствования не хватает несчастной лошади, серьёзно?   — Проблемы? — Шэнь Цинцю обратил их внимание на себя. Он делал им одолжение: они собирались принять ужасное решение. Заставить главного героя идти пешком было бы изощрённой формой отложенного самоубийства.   — Нам не хватает одной лошади, — голос Мин Фаня звучал совершенно несчастно.   — Может быть, мне стоит отправить на Цюндин запрос об увеличении финансирования? Или на Аньдин — чтобы узнать, куда они тратят выделенные средства и почему не смогли предоставить требуемое количество лошадей? В конце концов, речь идёт о репутации всей школы. Мы не можем позволить кому-то думать, будто нам не хватает денег на предметы первой необходимости, такие как транспорт, не правда ли? — Шэнь Цинцю укоризненно покачал головой.   [Пользователь такой жестокий!   ♡( ◡‿◡ )   Будь у меня сердечко, оно забилось бы быстрее.]   [Получено дополнительно: 15 очков крутости.]   — Н-не надо запросов. Это была моя ошибка, — бледный Мин Фань едва не трясся. Жалко его было до невозможности, но Шэнь Цинцю стиснул зубы и не поддался слабости.   «Лучше я сегодня напугаю его до усрачки, чем Ло Бинхэ потом заживо скормит муравьям».   [Воистину!   (シ_ _)シ]   — И как же ты собираешься исправлять эту ошибку?   — Разумнее всего было бы оставить одного из учеников на пике, — Мин Фань всё ещё не вернул прежние краски, но предложение своё выдвинул на удивление уверенно.   А?   Шэнь Цинцю, вообще-то, думал, что он либо попросится в карету (для главного ученика было бы вполне уместно путешествовать вместе с владыкой его пика), а свою лошадь отдаст Ло Бинхэ, либо предложит задержать выезд и отправит на Аньдин посыльного ещё за одной. Он почти спросил, не будет ли несправедливо наказывать за собственную ошибку кого-то другого, но его смутило, что Мин Фань выглядел искренне удивлённым и раздосадованным. Была ли это подстава со стороны какого-нибудь амбициозного шиди с целью занять место главного ученика, раз стул под нынешним вдруг зашатался? Но если так, почему Мин Фань взял вину на себя?   — И кого бы ты выбрал? — искренне полюбопытствовал Шэнь Цинцю в надежде, что это сможет прояснить ситуацию.   — Нин-шимэй.   «Чего? Система, ты слышала то же, что и я?»   [(⊙_⊙)]   Это только ещё больше всё запутало: разве не логичнее всего было назвать имя виновника?   — Существо охотится на юных барышень, — поспешил объяснить свой выбор Мин Фань, стоило только паузе затянуться. — Этот ученик не сомневается в способности шицзуня при необходимости защитить Нин-шимэй, он просто не желает, чтобы подобная нужда возникла в принципе.   «Зато сомневаюсь я», — мрачно не согласился с ним Шэнь Цинцю.   В ПГБД Нин Инъин нужна была только для того, чтобы вызывать у читателей головную боль. Всякий раз, когда она появлялась, это сулило скорые и неминуемые проблемы: Ло Бинхэ неизбежно страдал, Мин Фань поднимал очередной флаг смерти, а потом её обязательно похищали.   — Что ж, быть по сему.   Не воспользоваться предоставленной возможностью и хоть на время миссии не избавиться от этого яблока раздора (и по совместительству вечной девы в беде) было бы полным идиотизмом.   Тем временем Мин Фань поспешил к Нин Инъин, чтобы передать ей решение Шэнь Цинцю, в процессе пресмыкаясь настолько ужасно, как могут только влюблённые мальчики-подростки. Он успел ровно к тому моменту, когда она, тоже, видимо, сравнив количество учеников и лошадей, предложила Ло Бинхэ ехать вместе с ней, чем вызвала всеобщее недовольство.   Ах, благими намерениями этой бедной девочки можно было вымостить в ад не то что дорогу, а четырёхполосное шоссе.   Услышав о «решении шицзуня», Нин Инъин поникла, точно цветок от халатного обращения, и бросила Шэнь Цинцю несколько очень жалобных взглядов, моливших передумать, но он не поддался. Его гораздо больше занимала подоплёка произошедшего: кто подставил Мин Фаня, и почему тот покрывал этого человека.   [А кого единственного он стал бы выгораживать с риском для себя?]   Ах, здесь был только один возможный ответ, не так ли? И это имело смысл, если Нин Инъин изначально должна была остаться на пике, но попыталась самовольно проникнуть в число участников, словно была там всегда. Шэнь Цинцю утвердил предоставленный Мин Фанем список не глядя — всё равно ни черта о своих учениках не знал и не мог сказать, кому будет полезно поехать, а кого лучше оставить на пике.   «Стоп, он думал, что я его так проверяю? Ну что мне стоило хотя бы мельком просмотреть тот несчастный список…»   [Интересно, действительно ли Нин Инъин совершенно не понимает, что именно она делает?]   «Ну блин, теперь и мне тоже интересно!»   Подобные мысли заставили Шэнь Цинцю чувствовать себя довольно противоречиво и неуютно. С одной стороны, среди читателей за ней так прочно закрепился образ вечной жертвы и недалёкой дурочки, что думать иначе становилось почти физически больно. С другой — то, что в сочинённом ленивым засранцем романе легко списать на жанровую условность, в созданной по его образу и подобию реальности просто обязано иметь какое-то логическое объяснение.   И что ещё, интересно, могло обрести внезапно пугающую глубину?   [Она не собирается сдаваться.]   И действительно: Нин Инъин, торжественно вручившая свою лошадь Ло Бинхэ, теперь стояла перед каретой с самым жалобным выражением лица на свете. Как только Шэнь Цинцю обратил на неё внимание, она взмолилась:   — Пожалуйста, шицзунь, позволь этой ученице тоже поехать!   «О нет, никаких похищений в мою смену, девочка! Нет, пока у меня есть право голоса! И даже если я соглашусь (а я не соглашусь!), как ты, блин, собралась ехать? Не со мной же в карете?»   [Прошлый владелец тела был к ней достаточно снисходителен, чтобы позволить ей подобное.]   «У прошлого владельца тела были по отношению к ней нечистые намерения — неоднократные домогательства до собственной ученицы даже вошли в список его обвинений. Хотя сейчас мне это кажется дико странным, как и походы по борделям: он же кот».   [Ну и что?]   Как?   [Ты удивишься.   (ง ื▿ ื)ว   Хочешь, я…]   «Нет, не рассказывай мне подробности, я тебя умоляю», — не дал ей договорить Шэнь Цинцю, прекрасно зная, что именно она собиралась предложить.   [Не хочешь — как хочешь.   ┐(︶▽︶)┌]   — Не заставляй этого мастера повторять, Инъин. Ты остаёшься.   Раздражённый инсинуациями системы, он был, пожалуй, слишком категоричен: на глазах Нин Инъин навернулись слёзы; но спорить дальше она не стала.   [Получено дополнительно: 5 очков крутости, 5 очков стиля.]   «Ты серьёзно собираешься награждать меня за то, что я расстраиваю людей?»   [Система полного злодейского доминирования, помнишь?   (*￣▽￣)b]   «С тобой попробуй забудь…»   После этого инцидента остальные ученики здорово присмирели, здраво рассудив, что если даже со своей любимицей учитель был сегодня настолько суров, то им лучше и вовсе на глаза ему не попадаться, особенно слоняясь без дела.   Выехали они в кратчайшие сроки.   Сам же Шэнь Цинцю всю дорогу не мог успокоиться и думал о том, насколько же больным извращенцем был его предшественник. Конечно, в ПГБД межвидовые отношения были распространены шире некуда, даже главный герой оказался результатом подобного союза, и любые его отношения из-за этого были такими же по умолчанию, но обычно участники оставались достаточно гуманоидными, чтобы не пересечь грань откровенной мерзости.   «Это что же выходит, Цю Хайтан открыто и гордо объявила себя зоофилкой?! — дошло до него в какой-то момент. — Она же едва не целую главу расписывала, как сильно они любили друг друга, с каким нетерпением ждали свадьбы! Оба!»   [Ксенофилкой. Но, как ты сам заметил, здесь этим балуется каждый второй.   ☆⌒(ゝ。∂)]   «И всё равно! Я настаиваю, что обычный кот остаётся котом, каким бы разумным он ни был. Причём оригинал, в отличие от меня, им родился».   [Пользователь не обычный кот. Ты так же далёк от Felis catus, как я — от калькулятора.]   От такого заявления Шэнь Цинцю потерял дар речи, даже мысленной.   [Открыть окно персонажа?   Да/Нет]   Он мог только кивнуть.   [Основные сведения о персонаже:   Имя: Шэнь Цинцю/Шэнь Цзю/Шэнь Юань;   Раса: чжимин мао;   Класс: гибридный;   Роль: начинающий тёмный властелин;   Цель: мировое господство:   Фракция: орден Цанцюн;   Должность: владыка пика Цинцзин;   Духовное оружие: меч Сюя;   Смотреть дальше >>>]   Думать, что с заменой системы окно персонажа осталось прежним, было большой ошибкой с его стороны.   «Чжимин мао, серьёзно? Чжимин мао как демонический кот-убийца, тот самый чжимин мао?! — Шэнь Цинцю едва не взорвался от волнения. — Хотя задним числом это до боли очевидно! И на самом деле сто-о-олько объясняет…»   Например, почему оригинальный владелец тела был так нетерпим к демонам и при любой возможности уничтожал их с крайним предубеждением. Для голодных чжимин мао они были деликатесом, для сытых — лучшим на свете развлечением; инстинкт просто не позволял пройти мимо.   В более поздних главах романа Ло Бинхэ даже боролся с одним из них — по имени Чимо — и только чудом выжил. Чёрт побери, в первую встречу, главный герой даже подумал: «Он так похож на шицзуня», — но, конечно, читатели легко списали это на высокомерную манеру держаться и презрительное отношение к окружающим, особенно, конечно, к Ло Бинхэ.   «Неужели в романе Самолёта есть последовательность? — неверяще заподозрил Шэнь Цинцю, охваченный священным ужасом от перспективы положительного ответа, и тут же решил: — Нет, об этом слишком страшно думать!»   Итак, чжимин мао. Ага.   Упоминалось, что они становятся сильнее с возрастом, а тот Чимо был жутко старым, но Самолёт никогда не уточнял, по каким меркам: кошачьим, человеческим или заклинательским. Это же три совершенно разные шкалы! Он с равным успехом мог либо уже сейчас потягаться с главным героем в силе, либо никогда не дожить до этого момента.   В голову Шэнь Цинцю вдруг пришло ужасное оcознание (если бы он уже не был белым, в тот же миг поседел бы):   «Система! А если мой предшественник так ненавидел Ло Бинхэ потому, что едва сдерживался от того, чтобы его сожрать?! — он вцепился когтями в свой насест, безжалостно разрывая бесценную ткань, которой тот был обит. — Боже мой, это были никакие не нервы, не вина, не жалость и не предчувствие — я тоже на самом деле всё это время хотел его сожрать!»   [( ・・)つ―{}@{}@{}-]   Нет.   Не-е-ет.   Нет-нет-нет.   Подавлять. Игнорировать. Отрицать.   Он в этом профи — он справится.   Просто будет держаться от главного героя подальше, как и планировал.   Легко!   [Спокойно, пользователь, я могу тебя остановить, если ты когда-нибудь действительно сорвёшься.   ⊂( ´ ▽ ` )⊃]   «Ох, слава богу!»   [Но для этого нам придётся купить в магазине специальный расовый навык, который я могла бы принудительно активировать в нужный момент. У меня нет возможности воздействовать на тебя напрямую.   (シ_ _)シ]   «И что за навык?»   Система тут же открыла магазин и подсветила его:   [Расовый навык «Спящая мина».   Мгновенно усыпляет применившего его чжимин мао. Сон прерывается любыми достаточно сильными внешними факторами.   На время действия сна: +30% вероятности споткнуться о спящего у окружающих, +100 физической защиты.   Стоимость применения: 500 единиц демонической энергии.   Откат: 5 секунд.   Стоимость покупки: 200 очков кавайности.]   «А сколько у меня демонической энергии в принципе?»   [30 653, автоматическое восполнение: 5 единиц в секунду.]   Шэнь Цинцю задумался: это не истощило бы его запасы, и по очкам ему хватало на покупку уже сейчас, но... достаточно ли он доверял системе, чтобы дать ей в руки такой мощный инструмент контроля? Они знали друг друга всего несколько дней.   [Это не полностью необратимо: для принудительной активации навыков необходим режим голосового управления, чтобы я могла самостоятельно «интерпретировать» твои слова и мысли в нужном ключе.   Плюс для навыка я тоже считаюсь «внешним фактором» и при необходимости смогу тебя разбудить.   ヽ(￣ω￣(。。 )ゝ]   «Сейчас этот режим активен, верно?»   [Да. Как наиболее удобный, он используется по умолчанию. Его можно отключить в любой момент.]   Её слова его порядком успокоили, и, промаявшись некоторое время в сомнениях, Шэнь Цинцю всё же купил «Спящую мину»: один фиг очки кавайности можно было тратить лишь на расовые навыки, и остальные по своеобразности от этого ничуть не отставали; никакого смысла пытаться экономить и ждать, пока они не активируются естественным образом. Неудивительно, что оригинал начал экспериментировать с праведным культивированием.   [Не по собственному выбору.]   «Ой? Неужели у предельно тупого двумерного злодея есть предыстория? — Шэнь Цинцю тут же оживился. — Наверняка ужасно трагическая и полная несправедливости? У каждой второй жены такая, я уже не говорю о главном герое, кажется, иначе Самолёт просто не умеет! Ещё бы он действительно добавил это в свой роман, а не оставил за кадром, как мерзкий халтурщик и лизоблюд, готовый пойти на что угодно, лишь бы удовлетворить низкосортные извращённые запросы озабоченных плебеев, вместо того, чтобы развивать персонажей! Расскажи мне больше».   [(⁀ᗢ⁀)]   [Получено дополнительно: 5 очков стиля.]   «Ты разоришься, если будешь награждать меня каждый раз, когда я начну разглагольствовать о навыках Самолёта».   [Злые монологи нужно поощрять!   ☆*:.｡.o(≧▽≦)o.｡.:*☆   Что касается предыстории твоего персонажа, то по обоим пунктам в яблочко: рабство, жестокое обращение, насилие над личностью, манипуляции, предательство, опасные для жизни и психики эксперименты с неизлечимыми последствиями и целый букет трагических недопониманий — в общем, полный комплект.   Однако ангелочком он тоже не был. Не стоит обольщаться: на его лапках немало невинной крови.]   Шэнь Цинцю душераздирающе вздохнул, жалея о том, что вся эта прекрасная неоднозначность не попала в официальную версию. Теперь он думал о ПГБД, как о литературном эквиваленте айсберга, и ненавидел перспективу никогда не узнать всё, что осталось за кадром. Какой вообще был смысл придумывать интересные вещи и потом их тупо не использовать?!   [(づ◡﹏◡)づ]   «И что там с экспериментами?» — остальное могло подождать, но упоминание «неизлечимых последствий» для успевшего уже стать родным и уютным тела заставили Шэнь Цинцю нервничать.   [Идея попытаться гармонично совместить демоническое и праведное развитие принадлежала его первому «учителю», хотя он был далеко не единственным, кто мечтал усидеть на двух стульях разом, но ни у кого никогда не получалось. Шэнь-тогда-ещё-Цзю был для У Яньцзы подручным и своего рода чашкой Петри, а не настоящим учеником. Естественно, об опасности конфликта двух антагонистичных энергий не было сказано ни слова, а когда он проявился, отыграть всё назад оказалось уже физически невозможно, поэтому твой предшественник упрямо двигался вперёд в надежде, что на каком-то этапе всё чудесным образом заработает без сбоев. Как несложно догадаться, на практике случилось диаметрально противоположное.   С другой стороны, не продемонстрируй он основ праведного развития, никто не взял бы его в Цанцюн.]   «Вот почему в романе его совершенствование было таким ужасно нестабильным, что в это беспрестанно тыкали даже ленивые. И вот почему в основанной на нём реальности он и вовсе умер», — с горечью понял Шэнь Цинцю. За злодея было обидно, как за родного, тем более что самому ему светила ровно та же участь.   [Тут пользователь ошибается: благодаря интеграции человеческой души в демоническое тело конфликт был полностью устранён. Теперь демонический и праведный пути доступны в равной мере и не мешают друг другу.   <(￣︶￣)>]   «Ну, полагаю, хорошо не стоять одной лапой в могиле, — благодаря заверениям системы он смог облегчённо выдохнуть, но особого воодушевления не испытал. — Если так подумать, я словно искусственный полукровка».   Остаток пути до Шуанху Шэнь Цинцю провёл, с жадным интересом слушая рассказы системы о полной злоключений юности своего предшественника.   Прибыв в город — небольшой, но процветающий, — они направились прямо к резиденции господина Чена, заказчика, уже потерявшего из-за демона двух любимых наложниц, и по совместительству самого богатого чиновника во всём городе.   Всего погибло девять человек, и с каждого из них содрали кожу, да так тщательно и аккуратно, что казалось, будто жертвы изначально родились уже без неё — ужасное зрелище; за это убийцу прозвали Кожеделом. Он выбирал молодых и красивых женщин, и его не останавливали ни запертые на засов двери, ни круглосуточная охрана, ни любые другие меры предосторожности.   Там, где смертные оказались бессильны, настал черёд взяться за дело заклинателям, но Шэнь Цинцю, хоть убей, не мог вспомнить в ПГБД ни конкретно этот случай, ни демона (или зверя, или духа) с таким modus operandi.   И слезливые причитания господина Чена категорически не помогали ему сосредоточиться!   Труднее всего было заставить оставаться неподвижным хвост, особенно когда шестидесятилетний старикашка лапал слишком юную наложницу прямо у него под носом. Контролировать разрушительные порывы в теле демонического кота-убийцы оказалось гораздо сложнее, чем в бытность человеком.   «Я не могу ударить заказчика. Заказчика бить нельзя. Плохой Шэнь Цинцю, фу-фу-фу!» — повторял он как мантру.   [Но почему?   (」°ロ°)」]   «Бить людей только за то, что они продукт своей эпохи, — неправильно. Система, ты имеешь хоть малейшее представление о том, как нужно проводить расследование?..»   [Откуда?   ╮(￣_￣)╭]   «Мин Фань, я выбираю тебя, — решил Шэнь Цинцю и послал тому многозначительный взгляд. Он почти жалел бедолагу, которому предстояло отдуваться вместо него. — Мы ведь здесь ради тренировки учеников, не так ли? А я нужен исключительно для присмотра и страховки».   Стоило отдать ему должное, Мин Фань намёк уловил моментально и тут же начал многословно утешать господина Чена, по ходу дела ненароком выспрашивая подробности. Чем дальше, тем очевиднее становилось, что, если речь шла не о главном герое, на него можно было спокойно положиться в любом вопросе. Точнее, когда дело не касалось Нин Инъин: половое созревание никого не щадило. Оставалось надеяться, что со временем он это перерастёт, если, конечно, вообще проживёт так долго.   Окончательно утомившись переливанием из пустого в порожнее (разговор пошёл на третий круг, Мин Фань просто менял формулировки вопросов) и понимая, что ещё немного — и его нервы не выдержат, Шэнь Цинцю предпочёл откланяться, на прощание окинув учеников суровым предупреждающим взглядом, который должен был толсто намекнуть им не делать глупостей.   Стоило только вылететь на улицу, как ему сразу же полегчало, и он азартно погрузился в исследование быта простых людей в сянься-мире, но всего через полчаса уже вынес неутешительный вердикт: обычный средневековый город, унылый и разочаровывающий. На Цинцзин можно было хоть потренироваться, хоть книжки интересные почитать, а здесь только и оставалось, что медитировать. Ну, или искать следы убийцы, но Шэнь Цинцю всё ещё понятия не имел, как это правильно делается, а трату очков на покупку навыка отслеживания посчитал излишним расточительством. Вернувшись в резиденцию господина Чена, он устроился в выделенной ему неоправданно роскошной комнате, надеясь чуть вздремнуть в ожидании Мин Фаня с докладом: анализом свидетельских показаний и планом дальнейших следственных мероприятий.   Однако разбудило его вторжение кое-кого другого, а именно: Ло Бинхэ, который ворвался в дверь с искажённым от ужаса лицом.   — Шицзунь!   Сердце Шэнь Цинцю пропустило удар, после чего забилось с удвоенной скоростью, но он изобразил холодную безмятежность и размеренно спросил:   — Что случилось?   — Дашисюн взял меня с собой на осмотр кладбища, и мы обнаружили следы демонической энергии в почве вокруг могил первых шести жертв. На обратном пути он хотел зайти в морг, чтобы также проверить ещё не похороненные тела, но по дороге… по дороге он вдруг исчез, стоило мне только потерять его из виду всего на мгновенье! Этот ученик обыскал всю улицу, но, не найдя и следа, не придумал ничего лучше, чем обратиться за помощью к шицзуню, — протараторил Ло Бинхэ на одном дыхании и выжидательно уставился на Шэнь Цинцю.   А тот лихорадочно соображал: если верить его словам — а оснований не верить пока нет, — то злоумышленник был демоном, и неслабым, раз сумел похитить Мин Фаня. Тогда вовлекать в это дело остальных учеников — всё равно что собственноручно отдать их в качестве дополнительных заложников.   Он оценивающе посмотрел на Ло Бинхэ.   Конечно, главный герой — это совсем другое дело: ему смерть от руки злодея недели не грозила точно, тот разве что помял бы его немного для пущего драматизма, но и только. Ничего страшного не случится, если он всего лишь покажет Шэнь Цинцю место, где пропал Мин Фань, так ведь?   [Знаменитые последние слова.]   «Ты права. Это ПГБД: если что-то может пойти не так, оно обязательно пойдёт не так».   Но какая у него была альтернатива? Не пытаться спасти Мин Фаня? Он не был профессиональной жертвой, как Нин Инъин, и, не имея сюжетной брони, мог реально умереть.   И Шэнь Цинцю был тем, кто фактически подставил его под удар.   [Понапрасну разбрасываются качественными миньонами только глупые и расточительные тёмные властелины, а такие долго не живут.]   — Показывай дорогу, — велел он Ло Бинхэ.   Уже через несколько минут Шэнь Цинцю завис над довольно оживлённым перекрёстком, безуспешно пытаясь взять след (если не по остаточной демонической энергии, которую перекрывала его собственная, то хоть по запаху), но все попытки оказались тщетны: главный герой благоухал так, что наглухо забил ему нос.   [Доступно новое задание: «Рыцарь на белом мече».   Задача: спасти Мин Фаня и уничтожить похитителя.   Награда: 50 очков крутости, 50 очков стиля.   Штраф за отказ/провал: провал основного задания «Элементарно, дети!», нескончаемая головная боль от Нин Инъин в роли главной ученицы.   Принять?   Да/Нет]   Как только он согласился, перед его глазами появился маркер задания, указывающий направление к цели.   «Лучшая. Система. В мире».   [(⁄ ⁄>⁄ ▽ ⁄<⁄ ⁄)]   Шэнь Цинцю пролетел от силы пятьсот шагов, когда маркер скрылся за ветхой дверью заброшенного дома на окраине. Он замер на секунду, чтобы решить, как лучше войти: через крышу или сквозь стену, и последнее, чего ожидал, так это услышать сзади запыхавшийся голос Ло Бинхэ:   — Шицзунь!   Конечно, если кто и мог угнаться за духовным мечом на полной скорости, когда его дальнейшее присутствие совершенно нежелательно, так это главный герой.   — Возвращайся в резиденцию и жди там, — приказал Шэнь Цинцю, обернувшись к нему, но сразу же понял, что это была ошибка. Ло Бинхэ, всё ещё отчаянно хватая воздух, удивлённо вытаращился ему за спину и открыл было рот в запоздавшем предупреждении, когда вместе с мощным порывом ветра на них опустилась столь плотная завеса демонической энергии, что Шэнь Цинцю на мгновение перестал дышать от шока. Словно он голодал месяц и вдруг очутился в булочной, а повар секунду назад достал из печи самый аппетитный и упоительно пахнущий пирог на свете.   Этим пирогом была демоническая энергия.   Ему полностью сорвало крышу, и он, ведомый неконтролируемыми инстинктами, без проблеска единой разумной мысли кинулся на ближайший источник пищи: Ло Бинхэ; и даже успел преодолеть больше половины пути (их разделял какой-то жалкий чжан), прежде чем его сознание вдруг померкло.   [Пользователь!]   Громкий крик системы едва не оглушил Шэнь Цинцю и заставил невольно вздрогнуть всем телом, ну, насколько ему это позволило вервие бессмертных, которым Кожедел обмотал его с головы до пят, как какую-то меховую колбасу, тщательно заполнив пробелы между путами талисманами подавления демонической энергии. Он не чувствовал себя таким слабым и беспомощным, даже когда ещё был человеком: голова кружилась, ужасно тошнило, а зрение то и дело расплывалось. Тем не менее ему удалось рассмотреть, что напротив него валялся тревожно бледный бессознательный Мин Фань, связанный обычными верёвками.   [Всё ещё хочешь вырвать глотку Ло Бинхэ или уже попустило?]   Шэнь Цинцю прислушался к своим ощущениям и признал: «Попустило, но не до конца. Где он, кстати?»   [Хрен знает, где-то снаружи?.. Ты всё равно врезался в него по инерции, когда я тебя вырубила. Из-за этого Ло Бинхэ отбросило довольно далеко и серьёзно приложило о стену соседнего дома. Грохота и падающих камней было достаточно, чтобы Кожедел счёл его мёртвым, не озаботившись контрольным ударом.]   «Типичная ошибка тупого пушечного мяса. И они потом так удивляются, когда совершенно живой главный герой появляется в самый последний момент, чтобы спасти ситуацию», — презрительно фыркнул Шэнь Цинцю и немного поёрзал в надежде либо ослабить вервие, либо стряхнуть часть талисманов, но у него ничего не вышло.   [Боюсь, на прекрасных девиц в беде вы с Мин Фанем при всём желании не потянете, и спасаться придётся самостоятельно.]   Но как прикажете это делать, когда его упаковали настолько тщательно, что он не мог вообще ничего? Из его горла вырвался разочарованный рык.   «О, ну просто прекрасно, я даже говорить не могу!» — неприятно удивился Шэнь Цинцю, который прежде и не сознавал, что для речи использовал какую-то технику, настолько естественно и интуитивно это происходило.   Сзади раздался взрыв смеха, и из темноты выступила фигура в чёрном.   — Разве не позор для знаменитого мастера Сюя, владыки пика Цинцзин из великого ордена Цанцюн, так легко попасть ко мне в плен! Но я не жалуюсь! — Кожедел (а кто ещё это мог быть?) вновь расхохотался. Голос его был хриплым, а лицо скрывала вуаль, но женственная фигура и характерные украшения в виде бабочек со всей очевидностью выдавали, что демон скрывался под личиной юной наложницы Ди-эр.   [Получается, не только от господина Чена у тебя тогда были мурашки и желание наброситься.]   — Ты в жизни не догадаешься, кто я на самом деле!   [(￣_￣)・・・]   Шэнь Цинцю мог только закатить глаза в знак согласия с системой. Не дождавшись от него больше никакой реакции, Ди-эр триумфальным движением сорвала вуаль со своего лица.   — Наверняка тебе интересно, почему такой могущественный демон, как я, выбрал столь жалкую оболочку.   На самом деле нет, не особенно, но он был связан и не мог говорить, так что если она хотела с ним поделиться, у него при всём желании не получилось бы ей воспрепятствовать. Конечно, как и любой не слишком умный проходной злодей, Ди-эр жаждала похвастаться собственной гениальностью и разразилась пространным монологом о том, как хитро придумала сбрасывать старую кожу рядом со свежими трупами и какое-то время играть роль уже мёртвой женщины, тем самым вводя всех в заблуждение.   Затем она подошла к месту, где лежал связанный Мин Фань, и потыкала того в бок.   — С вами, заклинателями, мне, конечно, пришлось импровизировать и использовать его в качестве наживки, чтобы добраться до своего главного приза — бессмертного мастера, устойчивого к демонической энергии; но любые хлопоты кажутся незначительными на фоне возможности больше не переживать о поисках новой шкурки каждые несколько недель.   [Деточка, ты же не влезешь!]   «Демоны этого типа не имеют собственной формы и заполняют оболочку, точно жидкость или газ, — поспешил объяснить Шэнь Цинцю. В конце концов, Ди-эр не была чем-то уникальным, она просто освоила новый трюк, который сбил с толку даже знатока и любителя матчасти вроде него. — Они могут как расширяться, так и сжиматься, их приспособляемость в этом отношении почти безгранична».   [Пользователь… у тебя слюни подтекают.]   «Это от исследовательского азарта, — неубедительно открестился Шэнь Цинцю. — И вообще, либо говори что-то полезное, либо вовсе молчи».   [На самом деле у меня и правда есть идея, но она тебе не понравится.   (；⌣̀_⌣́)]   Система открыла магазин на вкладке особых навыков, которые для использования не требовали ни ци, ни демонической энергии, и подсветила одну из строчек.   «Да ты надо мной издеваешься?!»   Впервые увидев этот навык несколько дней назад, Шэнь Цинцю загорелся небывалым энтузиазмом, но продлилась его радость всего две секунды: пока он не прочитал подробное описание.   [Особый навык «Человеческая трансформация».   Внимание, только для не-гуманоидов!   Даёт возможность ненадолго принять антропоморфную форму.   Время действия: 10 секунд.   Стоимость применения: бесплатно.   Откат: 24 часа.   Стоимость покупки: 200 очков стиля.]   Очень, очень ненадолго. Серьёзно, десять секунд раз в сутки — это больше похоже на издевательство, да ещё и за очки стиля, которые заработать труднее всего! Эта покупка оставила бы Шэнь Цинцю на треть банкротом! Даже сумей он позже накопить достаточно, чтобы прокачать навык до максимума, получил бы в итоге лишь жалкие три минуты!   [Ты правда веришь, что это единственный раз, когда тебя свяжут?]   «Ой, оставь этому старику хоть немного чувства собственного достоинства, я же не аппетитная сестричка, чтобы меня похищали налево и направо! Это исключение и форс-мажор, больше не повторится».   Шэнь Цинцю так самозабвенно возмущался, что совершенно не заметил, как Ди-эр подобралась к нему вплотную, пока она, нависнув над ним, не начала жадно его щупать, словно примериваясь перед свежеванием. Это было настолько отвратительно, что он не мог больше терпеть и со словами: «Чёрт с ними, с этими очками стиля — шкура дороже!» — подтвердил покупку, а затем без промедления активировал навык.   Вервие бессмертных лопнуло, талисманы разлетелись во все стороны, как стая испуганных птиц, Ди-эр же, получив довольно сильный — хоть и непреднамеренный — удар в грудь, потеряла равновесие и неловко плюхнулась на задницу; её плащ распахнулся, обнажив рукоять Сюя, привязанного к поясу. Шэнь Цинцю, за несколько дней интенсивных тренировок успевший порядком отвыкнуть от человеческого тела, неуклюже упал на неё сверху, повторно выбив из Ди-эр дух, и что было сил вцепился ей в горло одной рукой, а второй нащупал Сюя и послал в него щедрую порцию духовной энергии. Комната озарилась ясным нежным светом, мелькнула серебряная вспышка, и голова Ди-эр отделилась от тела.   [Получено дополнительно: 100 очков фансервиса.]   «Фансе…» — начал было Шэнь Цинцю, но запнулся, внезапно осознав собственную наготу. Хорошо хоть Мин Фань так и не очнулся, а не то знатный бы вышел конфуз.   [Очки фансервиса по желанию можно конвертировать в любой другой тип очков.]   «Признайся честно, ты просто выдумываешь всё это на ходу, не так ли?»    Истерически хихикнув — сказалось напряжение последних событий, — он бессильно обмяк. Время трансформации закончилось, но Шэнь Цинцю не спешил вставать: ему нужна была минутка, чтобы смириться со своим первым убийством. Ди-эр загубила десяток невинных душ и собиралась использовать его в качестве парадно-выходного костюма, если бы он ничего не сделал, и всё же отнестись к её смерти, как к какому-то пустяку, было бы неправильно.   [(╯_╰)   Убийство демонов — обычная работа заклинателей, а для чжимин мао они и вовсе дичь. Если ты будешь цепляться за привычные гуманистические идеалы, то долго не протянешь.]   И то верно. Если Шэнь Цинцю хотел выжить, ему нужно было принять свою новую реальность со всеми её плюсами и минусами.   Его живот выбрал именно этот момент, чтобы голодно заурчать.   «Только не снова! Усыпить бешеную собаку — это одно, но делать потом из неё шашлык было бы уже перебором», — он быстро сполз с груди Ди-эр, чтобы убрать её скукоженный труп с искривлёнными конечностями (даже в таком виде всё ещё преступно аппетитный) в один из мешочков цянькунь — от греха подальше. Вероятно, однажды наступит тот день, когда Шэнь Цинцю наконец поддастся своим инстинктам, но точно не сегодня.   «Система, а где моя награда за задание?»   [Мин Фань всё ещё в опасности.]   И действительно: тот, несмотря на весь шум, до сих пор не очнулся, и его кожа была тревожно бледной.   «Ну и как мне его отсюда вытаскивать, когда у меня, блядь, лапки?!»   [Ой, не прибедняйся.]   В тщательности Ди-эр себе не изменяла: Мин Фань был опутан не менее плотно, чем сам Шэнь Цинцю прежде. Оставалось надеяться, что если использовать верёвку для транспортировки, его вес распределится достаточно равномерно, и он не пострадает ещё больше, например, от остановки кровообращения в конечностях или вывиха. Обильно влив духовную энергию, чтобы получить достаточный контроль над верёвкой, Шэнь Цинцю, наконец, покинул многострадальную халупу, ставшую ареной боевых действий. Мин Фань болтался за его спиной в виде экзотичного человеческого воздушного шарика.   Снаружи ждал Ло Бинхэ.   — Шицзунь! Дашисюн!   — Ты здесь, — при виде него Шэнь Цинцю разом овладело мрачное настроение.   Неужели главный герой уже ненавидел его так сильно, чтобы попытаться убить чужими руками и наблюдать за представлением из первого ряда?   «Вон какой весь красный, видать, злится, что ничего не вышло».   […]   Тысячу раз права была система на его счёт, надо её больше слушать.   [А вот с этим я спорить не буду.]   — Этот ученик только недавно очнулся и искал возможность помочь, — попытался оправдаться Ло Бинхэ, но Шэнь Цинцю ему не особенно поверил: не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы устроить отвлечение, а когда Ди-эр пошла бы проверить, кто это там шумит, проскользнуть через задний ход и развязать обоих пленников. А уж для великолепного главного героя реализовать такой план и вовсе ничего не стоило.   [Может, просто удар, отправивший его в нокаут, пришёлся по голове?]   «Хм…»   Но такая вероятность действительно существовала, больше того, Шэнь Цинцю очень хотел в неё верить. Кроме того, Ло Бинхэ неоткуда было узнать о его истинных намерениях, и со стороны всё должно было выглядеть так, будто он героически вытолкнул того из-под удара, чем спас от пленения.