23. Мужество — это продержаться еще одну минуту

      Леди было наплевать на то, что подумают другие. Ни одного из людей, которые понимали ее лучше всего, не было на борту, а адмирал был толще[1], чем ее обшивка.               Поэтому она обратилась к единственному другому человеку, который, возможно, сумел бы понять, что она была чем-то бОльшим.               Коммандер Венка бледнел всякий раз, когда она помещала изображение на его датапад. Она настойчиво делала это уже несколько дней, чередуя Вейдера и Пиетта.               Где они были?       Венка оглядывался вокруг с затравленным выражением лица и пытался выключить датапад. Она ему не позволяла.               И теперь... Теперь, наконец, она получила сообщение от Темного. Он звучал... не по-своему. Она была уверена, что он ранен. Но его указания были ясны. Он послал их ей, а она передала их Венке. Она не доверяла Оззелю.               <Камино,> — сообщила она коммандеру. — <Я должна пойти туда!> — Она очень четко показала ему маршрут на датападе, экстраполируя наилучший и самый быстрый маршрут от их текущего положения.               — Кто... кто это посылает? — сердито зашипел Венка на свою утреннюю овсянку.               <Темный!> — закричала она. Свет над его столом замерцал. Он потер висок.               — Я схожу с ума. Теряю самообладание, — простонал он.               Он не был так быстр в понимании, как ее Капитан. Он потребует более... прямого подхода.               Она не хотела раскрывать себя и то, кем она была на самом деле, очень многим. Но ее Темный и ее Капитан нуждались в ней. Она это знала.               Леди снова воспользовалась его датападом.               Ты не сумасшедший, — сообщила она ему, используя символы, которые люди применяли для общения, когда не использовали свои рты.               Это Леди.               — О, моя святая каркова тетя, — прошептал Венка, выглядя больным. — Нет!               Если ты перевернешь этот датапад или возьмешь другой, я ударю тебя током, — сообщила она мужчине.               Он сглотнул. — Как... это розыгрыш?               Я. Есть. Леди. Я служу со своим Темным и своим Капитаном. Мы должны им ПОМОЧЬ. Мы должны отправиться к Камино.               — Это не по-настоящему, — Венка поперхнулся. — У меня галлюцинации...               Это код допуска лорда Вейдера, — сообщила она ему, отправив тот в датапад.               Он глубоко вздохнул. — Лорд Вейдер был арестован за измену.               Так что я его СПАСУ. Он приказал мне отправиться к Камино, коммандер Венка. Я доверяю тебе, а не Оззелю.               — Откуда мне знать, что это тот самый корабль? — прошипел он. — А не какая-то огромная подстава? Докажи это. — Он огляделся. — Ээ... заставь вон тот автомат с кафом плюнуть пеной в этого энсина.               Она так и сделала. Энсин выругался и отскочил назад, вытирая мундир.               — Святое... Ладно, это могло быть совпадением. Хмм….               <Вот почему ты не мой капитан,> — чопорно сообщила Леди, хотя он не мог ее слышать. Как она тосковала по Пиетту.               — ...сделай так, чтобы все остальные лампочки здесь погасли.               Она это выполнила, и последовало много бормотания и оглядываний по сторонам.               — Сукин сын... — прошептал Венка, и Леди подумала, что ей наконец-то удалось дозваться.               — Хорошо, хорошо. Так ты говоришь мне, что лорд Вейдер приказал нам отправиться к Камино? Он сбежал, или что-то в этом роде?               Да. И он нуждается в нас.               — Но... это государственная измена.               Императору? Да. Но я служу лорду Вейдеру. И я хочу, чтобы мой Капитан вернулся. У тебя есть выбор, коммандер Венка. Я помогу тебе доставить нас к Камино. Но ты должен выбрать, чтобы привести нас туда.               — О, карк... — застонал Венка. — Могу я об этом подумать?..               На это нет времени. Я пойду с твоей помощью или без нее. Потому что я абсолютно могу, коммандер. Не сопротивляйся мне.               — Хорошо, хорошо, это все так быстро!.. Меня расстреляют за мятеж, Леди, так как же ты сможешь меня защитить?..               Она показала ему образ смеющейся женщины. — Я могу защитить тебя, коммандер. Клянусь. Но тебе нужно будет добраться до мостика и объявить о наших намерениях.               — Когда?..               Сейчас — это хорошо.               Он снова выглядел больным.               Я с тобой, коммандер.               Он выдохнул и поднялся. — Лучше бы так оно и было.               *********               Лея не отрывалась от сканера в пилотской кабине. Мэтт молча сидел в кресле штурмана напротив нее. Вот уже несколько часов они искали Пиетта. Девушка пыталась отрицать боль глубоко в своем сердце.               Если бы он был жив, они, конечно, смогли бы получить сигнал?..               Пожалуйста, дядя Фирмус, — подумала она. — Ты нужен Мэтту. Ты нужен мне. Отцу. Генералу.               Что-то настолько слабое, практически незаметное, промелькнуло на ее экране. — Стоп! — крикнула она, уставившись на него, желая, чтобы он снова звякнул.               Это произошло, и она нажала на кнопки управления, ухватившись за них, и приказала компьютеру проанализировать сигнал.               Она ждала, прикусив палец, пока вверх прокручивался идентификационный код.               — Арту! — закричала она. — Это он! О, Сила, пожалуйста… Капитан Соло, следуйте этому сигналу, — приказала она, и темноволосый контрабандист закатил на нее глаза.               — Здесь я отдаю приказы, дорогуша. Я. Капитан.               — Замечательно, — съязвила она, — Тогда прикажите себе, пожалуйста, отправиться по этим координатам.               Ей была безразлична ее грубость. Арту передавал. Арту все еще был там, и если был он, то имелся некоторый шанс, что Пиетт тоже был жив. Должен был быть. Мэтт стоял у ее плеча, и надежда в его глазах была ужасной.               — Мне за это недостаточно платят, — проворчал Соло, но «Сокол» устремился к координатам, которые отправлял Арту.               Вирс появился у входа в кабину пилотов. — Все в порядке? Я слышал крик...       — Мы обнаружили сигнал, — сказала ему Лея, и лицо сурового генерала оставалось неподвижным, но она почувствовала его эмоции.               — Хорошо, — это было все, что он сказал, но положил успокаивающую руку на плечо Мэтта.               — Полегче, Чуи, — сказал контрабандист, замедляя ход корабля. — Видишь? Эти обломки прямо там.               Лея переместилась, чтобы заглянуть через его плечо в иллюминатор. Она действительно могла видеть куски металла и обломки, плавающие перед ними, и ее желудок скрутило всевозможными узлами.               Дройд мог выжить в вакууме. Человек бы не смог...               Вуки взревел и указал.               И в поле зрения появились останки «Тантива IV». Их было достаточно, чтобы, может быть... просто возможно... кто-то мог выжить.               Лея вцепилась в спинку сиденья Соло так, что побелели костяшки пальцев, и, к счастью, кореллианин не отпустил ни одной шуточки, умело маневрируя к месту крушения.               Вирс тоже напряженно наблюдал за происходящим.               — Есть ли там атмосфера? — спросил он.               Пальцы Соло запорхали над панелью.               — Будь я проклят. Да. Нам нужно будет соорудить стыковочное кольцо. Чуи, ты и тот парень, блондин...               — Его зовут Люк, — сухо сказала ему Лея.               — Здесь много детей, которых нужно запомнить, — сказал ей контрабандист через плечо, подняв брови. — Дайте мне передохнуть. В любом случае, начинайте работать над этим. Я собираюсь подвести «Сокол» под корабль с левого борта, вы понимаете, о чем я говорю?       Вуки кивнул и поднялся, чтобы покинуть кабину.               Лея потянулась в Силе.               Дядя Фирмус...               Ей казалось, что она может что-то почувствовать, но это было так слабо, и она еще не очень хорошо умела определять людей, не чувствительных к Силе.               Но за короткое время Люку и Чубакке удалось создать небольшое стыковочное кольцо. Ее брат и Фокс были теми, кто надел вакуумные костюмы и шлемы и вышел из «Сокола», чтобы соединить его с дрейфующим «Тантивом».               Они сделали круг и вернулись через верхний люк «Сокола», и Лея знала, что они работают так быстро, как только могут, но на счету была каждая секунда...               Наконец, они были готовы войти внутрь.               — Я иду, — твердо сказал Мэтт, выглядя намного старше своих почти 14 лет. Лея взяла его за руку.               — Хорошо. Люк, скорее всего, понадобимся мы с тобой. Генерал...               — Очевидно, я иду, — решительно сказал Вирс, перекидывая аптечку через плечо.               — Я приготовлю еще одну медицинскую койку, — сказал Фокс, и Лея оценила практичность клона.               Она встала рядом с Мэттом, держа в руке световой меч, и осторожно разрезала корпус «Тантива», стараясь не слишком приближаться к недавно прикрепленной стыковке. Металл провалился внутрь, когда она его толкнула, и с шипением к ним вышел затхлый воздух.               Лея вошла, и Мэтт последовал за ней.               В коридоре были тела, явно пораженные бластерными разрядами.               Она сжала губы и вытащила сканер, который дал ей Соло. Сигнал Арту был в ангарном отсеке. Они пробирались туда осторожно, им приходилось идти кружным путем, чтобы избежать огромных разрушений.               — Детонаторы, — мрачно сказал Вирс. — Они установили заряды, чтобы уничтожить корабль. Почему же он не превратился в пыль?               Ответ пришел мгновением позже.               — Этот был деактивирован, — сказал Люк, указывая.               — И те, кто там, — добавил Мэтт несколько мгновений спустя.               Лея подошла к противовзрывной двери, и здесь явно были повреждения от пожара. Люк принялся открывать панель и изучать проводку. Однако Лея была нетерпелива и сосредоточилась на Силе. С мучительным скрежетом металла дверь поднялась.               Люк на нее посмотрел. Вирс тоже это сделал, что произвело на нее большее впечатление.               — Нет времени, — сказала Лея своему близнецу и вошла в отсек.               Здесь тоже был нанесен ущерб, и ангар выглядел так, словно сюда был доставлен весь груз корабля и разбросан по палубе.               Однако у нее не было времени обдумать это, потому что к ним мчался маленький синий дройд.               [Лея Скайуокер! Вы должны поторопиться. Он там!]               Она посмотрела на камеру дройда, направленную на большую кучу упавших обломков корабля, и почувствовала тошноту.               — Он... это капитан, Арту? Он находится под этим?               [Да. Я больше не могу приводить его в себя. Я старался изо всех сил, Лея Скайуокер...]               Она положила руку на его купол. — Ты был великолепен, Арту, — сказала ему Лея, прежде чем подбежать к куче. Арту протянул руку к месту среди балок и панелей, и девушка опустилась на колени на палубу, чтобы заглянуть внутрь, осознавая, что Вирс стоит за ее плечом.               Белое лицо Пиетта было повернуто к ней, но он выглядел...               Она запустила сканер, затаив дыхание.               Жив.               Но только едва. И ужасно ранен. Она повернула голову к Люку, который изучал кучу.               — Нам нужно будет это сделать, — сказала она своему брату. — Если мы будем двигать вещи вручную, это полностью его раздавит. Итак, вот наш план.               Она держала себя в руках. Она была уравновешенной и уверенной в себе. Дядя Фирмус был жив, они были здесь и собирались его спасти.               — Я собираюсь сохранить ему жизнь. Ты поднимешь эту кучу за один раз, ты сможешь это сделать, Люк?               Он серьезно кивнул. — Я думаю, да.               — Ты должен это знать, — ответила Лея.               Брат серьезно посмотрел на нее. — Я знаю.               — Хорошо, генерал, я собираюсь сосредоточиться на его внутренних повреждениях, — продолжила Лея, поворачиваясь к Вирсу. — Вы готовы применить то, что ему понадобится из набора?               Вирс тоже был деловитым, и Лея могла понять, почему его прозвали «Железным Максом».               — И, Мэтт, — ласково сказала она мальчику, который стоял с другой стороны от нее, излучая страх, — тебе нужно с ним говорить. Напомни ему, что мы здесь, даже если он нас сейчас не слышит, хорошо?               — Ладно, — прошептал он.               Она оглядела их всех, затем обратила свое внимание на человека, запертого под грудой обломков. Она потянулась в Силе. Там. И там. Она могла остановить кровотечение. Сделать так, чтобы оно не усилилось. Кусок проволоки проткнул печень. Ей нужно будет обратить на это особое внимание.               Его руки...               О, дядя Фирмус. Но в данный момент она не могла с этим справиться.               — Готова? — спросил ее Люк. Лея сделала глубокий вдох.               — Да.       И огромная груда поднялась в воздух с оглушительным скрипом, когда ее брат применил свою силу. Груда осторожно отплыла от группы, и Люк позволил ей упасть на палубу на другом конце ангара с оглушительным грохотом, который потряс и их.               На полу стала видна хрупкая, скрюченная фигура, лежащая на животе, ее кровь пачкала палубу.               Вирс оказался рядом с ним через несколько секунд, применяя антибиотики, затем обезболивающее, за которым последовал укол питательных веществ.               — Он не слишком обезвожен, — пробормотал Вирс, работая. — Уровень питательных веществ низкий, но не ужасный.               [Я делал все, что мог,] — сообщил Арту, с тревогой зависнув рядом.               — Больше, чем мог, Арту, — одобрительно сказал ему Люк. — Без тебя он бы умер.               — Папа, — сказал Мэтт, опускаясь на колени у головы отца и осторожно кладя руку на вьющиеся каштановые волосы. Люк осматривал сильно поврежденные руки капитана.               — Я собираюсь снять наручники, — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь.               Вирс еще раз внимательно оглядел своего друга.               — Перелом позвоночника в двух местах, — серьезно сказал он. — Нам нужно действовать осторожно.       Лея использовала Силу, чтобы оценить ситуацию, теперь потея от усилий сохранить внутренние повреждения Пиетта стабильными. — Если вы позволите нам с Люком использовать Силу, чтобы его перевернуть, мы сможем уложить его на доску на спину, — сказала она. — Слава Силе, у него нет травмы шеи. И мы должны иметь возможность обработать его раны, поэтому нам понадобится доступ.               Люк использовал Силу, чтобы снять наручники, а затем принял от Вирса воздушные шины.               — Подожди, — задыхаясь, сказала Лея. Она сделала несколько успокаивающих вдохов. Если был хоть какой-то шанс спасти руки Пиетта, она хотела им воспользоваться. Девушка никогда раньше так не выкладывалась, но это же был дядя Фирмус. Она сделает для него все, что угодно. Убедившись, что внимательно следит за его поврежденными органами, Лея направила свою силу к его рукам. Кровоток все еще был, но имелась значительная закупорка из-за раздробленных костей. Она также обнаружила неповрежденные нервы. Если бы она могла немного сдвинуть, позволить крови течь, а нервам оставаться живыми...               — Люк, — выдохнула она, — нужна... помощь...               Он опустился на колени рядом с ней, и это было похоже на прохладную воду, текущую сквозь нее, когда близнец передал ей свою силу. Она осторожно перемещала крошечные кусочки кости, пытаясь восстановить кровеносные сосуды и залечить поврежденные нервы. Было так странно являться настолько сосредоточенной на этом уровне — она на самом деле не была привязана к своему телу, — это была... это была Сила. Такая, какую она никогда раньше не использовала.               Постепенно Лея могла сказать, что добивалась успеха. А потом ей пришлось остановиться, потому что требовалось поддерживать функционирование органов Пиетта.               — Я... я думаю, что смогла дать его рукам шанс, — сказала она. — Ладно. Теперь ты можешь надеть воздушные шины.               Вирс и Люк принялись за дело.               Затем генерал обратил свое внимание на рану от бластера. Было неудобно пытаться перевязать рану, пока Пиетт лежал на животе, но он сделал все возможное, чтобы рана не открылась снова, когда его перевернут.               И Лея все это время чувствовала на заднем плане мальчика, который находил способ держать руку на отце и уверенно его звать, несмотря на слезы на лице.               — Ладно, как мы его перевернем? — спросил Вирс, глядя на нее.               — Люк, это снова должен быть ты, — сказала она. — Мы не можем переворачивать его, пока не окажемся на «Соколе» и не получим дополнительной помощи.               Светлые волосы ее брата были влажными от пота, но он кивнул. — Я могу это сделать.               — Пожалуйста, будь очень осторожен, — проинструктировала она, и Люк похлопал ее по плечу.               — Всегда.               Лея поднялась на ноги с помощью Вирса, а затем они наблюдали, как Пиетт тоже поднялся в воздух без каких-либо изменений в положении своего тела.               Ее брат был потрясающим               — Ты идешь первым, дройд, — проинструктировал Вирс Арту.               Астромех пискнул от этого грубого обращения, но покатил впереди них. Затем он использовал свои ракеты-носители, чтобы пройти через переоборудованный воздушный шлюз и попасть на «Сокол».               Вирс последовал за ним, затем Мэтт, а Люк и Лея встали по бокам от потерявшего сознание капитана, чтобы подняться на борт.               — Его нужно зафиксировать, — рявкнул Вирс, и Фокс оказался рядом со старой потрепанной медицинской доской. Осторожно, с помощью Зева и Мэтта, Люк перевернул Пиетта, двое других направляли руки капитана, чтобы они резко не опускались.               Фокс и Вирс привязали Пиетта к доске, чтобы его позвоночник оставался стабильным. Лея молча посетовала, что они не могут устроить его поудобнее, но знала, что это необходимо. Они положили его на пол в пассажирском отсеке, и она опустилась рядом с ним, скрестив ноги и не переставая работать в Силе.               — Карк, у него так много переломов, — прошептал Зев, опускаясь на колени рядом с ней со сканером, в то время как Вирс пошел проинструктировать Соло продолжать двигаться к Камино.               — Вот почему наш единственный шанс — Камино, — прошептала в ответ Лея, не желая, чтобы Мэтт их услышал. — И мне нужно сосредоточиться, Зев, извини...               Он понимающе положил руку ей на плечо, прежде чем подняться и присоединиться к Люку.               — Мне нужно проведать отца, Лея, — сказал ей Люк. — Ты с ним?               — Я буду здесь, — ответила она. Столько, сколько потребуется.               Мэтт устроился по другую сторону от отца, когда Фокс вернулся с одеялами, чтобы аккуратно укутать капитана.               Они оба смотрели на спокойное лицо Пиетта, все еще покрытое с одной стороны коркой его собственной крови.               Мэтт снова встал, чтобы взять чистую тряпку, которую он намочил в раковине освежителя, прежде чем вернуться, чтобы аккуратно смыть кровь.               — Он делал это для меня, — тихо сказал он ей, работая. — На его шаттле после того, как меня спас. Вытер мне лицо и вымыл волосы, и я почувствовал себя... в безопасности. — Он громко шмыгнул носом, храбро пытаясь сдержать слезы.               И Лея задалась вопросом, сколько боли она сможет вынести, когда Мэтт больше ничего не сказал, но нежно погладил отца по голове.               Пожалуйста, борись, дядя Фирмус.