36. Выстрел

      Когда человек по-настоящему погружался в Силу, возникало странное многоуровневое чувство ясности, которое могло быть ошеломляющим. Но Люк знал, что опытные пользователи Силы сохраняли эту ясность, оставаясь над ней.               Лучший способ, которым сам Люк мог это описать, был похож на плавание в потрясающе чистом океане. Можно было видеть до самого дна и знать, что оно было глубже, чем казалось на первый взгляд, знать, что оттенки синего означают тень и глубину, но все равно казалось, что можно протянуть руку и коснуться песчаного дна.               Так было и сейчас.               Он мог видеть, как вокруг него сомкнулась траншея. Мог видеть небольшой порт впереди своего истребителя. Ощущал приближающуюся опасность вражеских СИДов, которые всего несколько мгновений назад подбили Зева. Где-то на заднем плане были Ведж и Хобби.               Но прямо сейчас? Прямо сейчас Люк собирался протянуть руку и коснуться этого дна.               Он потянулся чувствами к мелькающим дюрастиловым панелям. К кнопке у него под большим пальцем. К своему крестокрылу, несущемуся к цели. К самому отверстию.               Арту бешено щебетал. Ведж что-то кричал. Но Люк был выше этого.               Сейчас.               Он нажал на кнопку.               Его ракеты устремились к цели. Люк сильно нажал на рычаги управления и вылетел из траншеи, его чувства все еще были связаны с плазменными ракетами на случай, если ему понадобится слегка их подтолкнуть.               Он знал, что этого не сделает.               Ракеты вошли в порт доступа, и Хобби закричал в недостойном ликовании.               — Они ушли! Скайуокер загнал их внутрь!               — Всем судам. Отойдите от «Звезды Смерти», — раздался голос Акбара. — Всем судам, отступить...               Люк мог видеть, как большие корабли повстанцев начали тяжело отходить назад и вниз, чтобы пройти под имперским флотом. Их истребители устремились обратно к нему, как стая майноков, напуганных лот-котом.               Но ему нужно было выполнить еще одно дело.               — Ведж! Хобби! — позвал он по связи. — Нам нужно добраться до Зева!               — Люк… он был подбит... — начал Хобби.               Но Люк знал, что Зев жив. Искал его подпись, как только вышел из траншеи доступа к «Звезде Смерти».               Сейчас он мчался к этому месту. Сила вела его к этой слабой жизни, но он также напрягал и зрение.               Там.               СИД висел неподвижно — крошечное пятнышко на фоне звезд. Только Люк мог его найти, так как истребитель был полностью лишен энергии.               — Как мы сможем его отсюда забрать? — спросил Ведж, явно изо всех сил стараясь, чтобы в голосе не звучала испытываемая им паника.               Люк знал, что другу ни в коем случае не понравится его решение, но был достаточно уверен, что они смогут его осуществить.               — Ты и я, Антиллес, заходим слева и справа соответственно, — ответил он, направляя свой истребитель, пока говорил, чтобы широко развернуться и зайти за бездействующий СИД. — Зацепи свои S-образные крылья за его крылья, и мы его «вынесем». Хобби, ты нас прикроешь...               — Скайуокер...               — У нас нет времени! — крикнул Люк. — Я знаю, что мы можем это сделать, и это — Зев.               — Это безумие... — пробормотал Ведж, но тоже развернулся, и они оба осторожно вошли в контакт с другим кораблем.               — Давай, давай, давай... — повторял Люк снова и снова, в то время как Хобби бормотал чередующиеся проклятья, пока они направлялись прочь от «Звезды Смерти».               Первая ударная волна заставила их яростно содрогнуться, но и Ведж, и Люк были достаточно опытны, чтобы удержаться на курсе. В этот момент Люк наполовину сосредоточился на полете, а наполовину — на хрупкой жизненной нити в кабине СИДа, желая, чтобы та держалась.               Всплеск Силы дал Люку полсекунды, чтобы подготовиться к полноценному взрыву космической станции, и он расширил свою Силу, делая все возможное, чтобы защитить их всех, когда на них обрушилась ударная волна, отправляя истребители кувыркаться по отдельности. Арту в тревоге пищал и кричал, а Люка отбросило назад на сиденье, зрение затуманилось от давления, оказываемого на его тело.               Последовал напряженный и ужасающий период времени, когда он совершенно не ориентировался и делал все возможное, чтобы не потерять сознание.               Именно Арту удалось вернуть истребитель под контроль, и Люк сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем включить свой комм.               — Ведж? Хобби?               Наступила ужасная тишина, и он попробовал еще раз.               — Антиллес! Кливиан! Отвечайте!               Еще одна пауза, когда Люк расширил свои чувства, чтобы снова найти Зева.               И его терпение было вознаграждено.               — Люк!               Это был Ведж.               — Люк, я вижу Хобби. С ним все в порядке, но его связь была отключена.       Люк закрыл глаза и тихо облегченно вздохнул. Он снова открыл их и осторожно подтолкнул свой крестокрыл к плавно вращающемуся кораблю Зева. Он потянулся к Силе, прекрасно осознавая, насколько устал, и сделал все возможное, чтобы замедлить вращение, когда Ведж приблизился с другой стороны, а Хобби снова занял свою позицию выше и впереди них.               Осторожно, используя только двигатели, Люк и Ведж объединили свои усилия, чтобы подтолкнуть Зева к госпитальному кораблю.               Теперь у Люка появилось время осмотреть остатки поля их битвы. Обломки всех форм и размеров затрудняли навигацию, и он был весьма благодарен за то, что работал с Веджем, который хорошо знал его самого и его стиль пилотирования.               Один из вражеских звездных разрушителей был сильно поврежден взрывом, искрился и дрейфовал. Насколько Люк мог видеть, большинство командных кораблей повстанцев были целы. Половина «Клариона» была погружена во тьму, и он мог видеть повреждения на большинстве больших крейсеров, но они все еще были здесь... Все еще боролись.               Ведж издал восклицание.               — Что? — спросил Люк, глядя на своего друга в кабине.               — Я сказал, они отступают. Смотри!       Взгляд проследил за его рукой до других звездных разрушителей, и, конечно же, они исчезали в гиперпространстве у него на глазах.               — Даже с уничтоженной «Звездой Смерти» они все равно могли бы нанести ущерб, — задумался Люк. — Почему они уходят?               Он знал, что Ведж не сможет ему ответить. И прямо сейчас им нужно было сосредоточиться на том, чтобы доставить друга на госпитальный корабль. Люк понял, что они присоединяются к растущей толпе меньших кораблей, делающих то же самое.               Он связался с обеспокоенным офицером связи, чтобы узнать номер ангара.               Посадить СИД Вирса на корабль было непросто, но, к счастью, в этот момент небольшой притягивающий луч смог справиться, и они с Веджем приземлились там, где было указано, Хобби последовал их примеру мгновение спустя.               Все трое перепрыгнули через борта своих кораблей, не дожидаясь трапов — у них была долгая практика в использовании крыльев. Люк сорвал шлем со своих пропотевших волос и побежал к СИДу Зева, где собрались медики и инженеры. Инженеры быстро сняли пластиковый купол с передней части истребителя, и медики бросились вперед, чтобы оценить состояние пилота.               — Давай, Вирс, — пробормотал Хобби рядом с ним, сняв летные перчатки, чтобы крутить их в руках.               Наконец, двое медиков протащили между собой обмякшую фигуру к ожидавшим их гравитационным саням.               Люк мог видеть кровь, покрывающую светлые волосы и часть неподвижного лица его друга. Часть его летного костюма явно обгорела, и медик накладывал толстые, пропитанные лекарствами повязки от ожогов на большую часть левого плеча и груди Зева.               Его опустили на гравитационные сани, надели на лицо кислородную маску и тщательно пристегнули ремнями.               — Подождите! — Люк схватил за рукав одного из явно измученных медиков. — Куда вы его везете?               — Палуба 15. Хирург Рет.               Он оттолкнул Люка, и они потащили Зева прочь. Трое пилотов остались смотреть друг на друга — лица усталые и осунувшиеся.               — Мы... мы должны связаться. С нашими летными группами, — наконец, сказал Ведж, и Люк вспомнил, что его друг был лидером «разбойников» и имел соответствующие обязанности.               Он похлопал Веджа по плечу. — Спасибо тебе, — искренне сказал он, — И тебе, Кливиан. Без вас я бы не справился.       Хобби шлепнул его по спине и последовал за Веджем.               Люк отправился посмотреть, где может оказаться наиболее полезен.              *********************               Лея изо всех сил старалась дышать глубоко, вдыхая и выдыхая через нос. Они в головокружительном темпе прорывались сквозь яростный бой к планете внизу. Лицо Фокса, как и всегда, было непроницаем, пока он управлял приборами, но с того места, где Лея сидела позади него, она могла видеть, как время от времени сжимается челюсть Вирса.               Она доверяла Фоксу. Так и было.               Но...               …он не был Люком. Или ее отцом. А в этой безумной и непредсказуемой неразберихе над столичной планетой они были бы единственными пилотами, с которыми она могла бы чувствовать себя в безопасности.               На самом деле, главная опасность исходила от повстанцев, поскольку они находились в лямбде, и, в отличие от дружеских СИДов, она не была помечена гигантской красной звездной птицей.               Но когда они вошли во внешние слои атмосферы, Лея признала, что ей следовало бы иметь больше веры. Хотя Фокс, возможно, и не был способен чувствовать врага так, как это делала ее семья, его инстинкты были превосходны, а нервы непоколебимы.               Истребители, по большей части, не опускались так низко, и теперь Лея действительно могла сосредоточиться на поиске подписи своего отца, поскольку прошло отвлечение от весьма возможной огненной смерти.               На данный момент.               Она старалась не быть ошеломленной просто невероятным количеством существ, которых могла чувствовать вокруг себя на Корусканте. Она возненавидела планету-город, когда впервые приехала сюда, чтобы спасти своего отца.               Они снова были здесь, и она боролась с чувством дежавю, когда они устремились к очень заметному столбу дыма и пыли, исходящему от разрушенного императорского дворца.               Или того, что от него осталось.               — Ладно, принцесса, ты командуешь! — Позвал Фокс. — Скажи мне, куда двигаться! Я предпочел бы по возможности не приземляться из-за всех этих воздушных судов, иначе стану легкой добычей.               Они приближались сбоку, и Лея протянулась, чтобы коснуться разума отца.               — Отец.               Она почувствовала его потрясение, и это подтвердило то, что она подозревала. Оба ее родителя прибыли сюда, не ожидая, что вернутся.               —Лея? Где ты находишься?               — Над тобой. Мы идем за тобой. А... Мама с тобой?               Его ответ занял полсекунды, но за это время Лея прожила целую вечность.               — Да.               Теперь она могла точно его определить и перегнулась через плечо Вирса, напрягаясь, чтобы увидеть их физически через обзорный экран. И, в конце концов... она смогла. Там была ее мать — крошечная фигурка в синем, которой более высокая фигура отца помогала перебираться через завалы. Они были почти на самом верху сильно поврежденных ступеней, ведущих во дворец.               — Мы можем зависнуть там, где аллея пересекается со ступенями? — спросила Лея Фокса.               — Там, внизу, примерно двести солдат, и их количество продолжает расти, — сообщил ей Вирс.               — Вы хотите сказать, что мы попробуем где-нибудь в другом месте? — уточнила Лея.               — Я говорю, что это — более сложная задача, — ответил генерал, проверяя заряд своего бластера.               Фокс — стойкий и уравновешенный Фокс — усмехнулся его тону.               — Тогда мы его встретим, — сказал он и устремился вперед, чтобы открыть огонь по солдатам в белой броне, которые разбежались при его приближении.               — Отец, вы оба сможете спуститься по ступенькам? — послала Лея.               — Да, но мы оба двигаемся немного медленнее, чем обычно, — ответил тот.               Лея нажала на кнопку посадочного трапа, и он начал опускаться под ними, когда она вернулась в пассажирский отсек и поднялась на верхнюю часть трапа. Ее путь был свободен.               — Тогда я тебя прикрою, — объявила она.               — Принцесса!.. — позвал Вирс.               — Я собираюсь им помочь! — прокричала она сквозь яростный ветер, когда Фокс приблизился к широкому тротуару. — Не отходите слишком далеко!               И, выскочив из шаттла, она была уверена, что слышала Фокса.               — ...карковы Скайуокеры!!!...                Она крутнулась в воздухе, делая все возможное, чтобы оценить расстояние, и приземлилась на камень у подножия массивной лестницы, тотчас же включив свой меч.               Сразу же к ней рванулся бластерный огонь со стороны сотен солдат, и девушка напрягла все свои чувства, отражая его, осознавая, что отец спускается по ступенькам позади нее, а Падме прямо за ним.               А потом он оказался рядом с ней. Это казалось правильным. Более полным. Она могла чувствовать его усталость, но он был более спокоен, чем она когда-либо чувствовала, когда его клинок присоединился к ее.               — Тебе не следовало приходить! — прокричал он сквозь нарастающий шум вражеского огня.               — Если был шанс тебя спасти, я бы им воспользовалась! — крикнула она в ответ.               — Мне нужен бластер! — крикнула позади них Падме, и Лея протянула руку к одной из винтовок в руках солдата в первой линии.               Та подлетела к ее матери, и Лея почувствовала, как в Силе на нее нахлынуло одобрение отца.               — Спасибо, — сказал он ей, орудуя своим клинком с таким мастерством, что Лее почти захотелось остановиться и на него посмотреть.               — Всегда, — ответила она, когда лямбда резко накренилась и направилась к ним, с многочисленными стреляющими кораблями на хвосте.               — Мы должны помочь маме подняться на посадочный трап! — закричала Лея, когда шаттл приблизился, но затем в Силе нахлынула  опасность...               Она могла видеть Вирса, балансирующего на вершине трапа.               — Генерал! — закричала она. — Прыгайте!               К его чести, Вирс не стал подвергать это сомнению. Когда он начал спускаться по все еще опущенному трапу, один из установленных на разрушенном дворце турболазеров выстрелил в лямбду, и взрыв сотряс шаттл.               Вирса отбросило за борт, и он рухнул на тротуар с пятнадцати футов, а сам шаттл бешено закрутился и врезался в лестницу позади них.              **************               Мэтт промчался мимо растущей толпы раненых членов экипажа, направлявшихся в лазареты. Он вошел в лифт как раз в тот момент, когда Леди снова слегка тряхнуло. Это было ничем по сравнению с тем ужасным ударом, который потряс ее раньше, но тот факт, что она вообще могла так дрожать, сильно его обеспокоил.               Лифт открылся на палубе мостика под вой тревоги и дальнейший хаос, когда ремонтные бригады пробегали мимо медиков, техников и раненых.               Противовзрывные двери на мостик, обычно закрытые во время боя, были открыты, чтобы обеспечить быструю доставку помощи.               Мэтт проскользнул в атриум незамеченным, его оливковая форма курсанта сослужила ему хорошую службу. Он мог видеть капитана Венку на середине мостика, его рука была на перевязи, когда тот отдавал приказы Яме под ним.               Инженеры столпились вокруг станции связи, а также внизу, в Яме, по левому борту. Медики работали над эвакуацией последнего раненого, и Мэтт, наконец, заметил своего отца, который торопливо общался как с оружием, так и с защитой, используя руки, чтобы проиллюстрировать то, что он передавал.               — Где мой карков пилот? — закричал папа, поворачиваясь, чтобы найти глазами Венку.               — Сэр! Они пытаются, — ответил капитан. — Команда вспомогательного мостика занимается серьезными повреждениями электрических систем. Они пытаются добраться до нас, поднимаясь по портам доступа, адмирал.               — Как насчет того, чтобы связаться с нами из кают-компании экипажа? С палубы 23? — рявкнул папа. Мэтт знал, что он сердится не на своего капитана. Папа ненавидел чувствовать себя беспомощным, и прямо сейчас это было наиболее на то похожее из того, что он чувствовал на своем собственном мостике.               — Они уже в пути, сэр, — крикнул другой офицер. — Оценивают время прибытия в десять минут!               — У нас нет десяти минут! — прорычал папа, а затем его взгляд нашел Мэтта.               Последовало молчание, пока в мальчика впивался этот напряженный карий взгляд. Затем лицо отца слегка смягчилось.               — Мэтт. Что ты здесь делаешь?               Мэтт прошел дальше по мостику, когда папа быстро двинулся обратно по центральному проходу к нему.               — Я... я видел, что произошло. Мне показала Леди, — ответил он, когда папа подошел к нему, полностью в режиме адмирала.               — Ты не можешь быть здесь, сынок, — строго сказал ему папа, хотя его хватка на руках Мэтта была нежной, и мальчик мог видеть мягкость в его глазах. Хотя он очень ценил то, что папа хотел его защитить, Мэтту нужно было сделать что-то. И факт был в том, что... он мог.               — Вам нужен экипаж, — сказал Мэтт, вытягиваясь по стойке смирно. — Я прибыл на службу, сэр.               Папина челюсть слегка напряглась от обращения, и Мэтт мог видеть, как он взвешивает сказанное. Мог представить, как отец в нем воюет с адмиралом. Можно было заметить, как папа обдумывает, какую защиту на самом деле получит Мэтт, вернувшись в их каюту, а не оставаясь на мостике.               — Спасибо, кадет, — сказал он, наконец, в последний раз сжимая руки Мэтта, прежде чем отпустить его и немного отступить. — Вы прошли базовую подготовку пилота, верно?               Мэтт пристально посмотрел на него. Папа был серьезен.               — Да, сэр.               — Идите сюда.               И он последовал за па... адмиралом обратно по дорожке к пилотскому посту, где ему показали кресло пилота.               Леди?.. Мэтт должен был пилотировать?..               — Папа…. — прошептал он, слегка запинаясь.               Папа нахмурился. — «Адмирал» или «сэр», кадет, когда вы на мостике. Вас учили в этом разбираться или нет?               Мэтт сглотнул. Его учили... но это было для эсминцев класса «Победа» и крейсеров поменьше. Леди была уникальна.               — Да, сэр, но... это немного отличается.               Папа на мгновение проглянул сквозь адмирала. — В основном, все одно и то же. Просто здесь и здесь панель управления расположена немного по-другому. Это ваша горизонтальная плоскость. Это ваша вертикаль. Продолжайте в том же духе, все остальное вам достаточно знакомо.               Он был прав. Теперь Мэтт мог это видеть, и он опустился в кресло пилота с колотящимся сердцем, глядя на обзорный экран, чтобы впервые увидеть надвигающийся на них флот планетарной защиты.               — На двадцать градусов ниже, мистер Пиетт, — спокойно сказал адмирал, и Мэтт взял управление ЗСР «Палач».