37. Никого не оставлять

      Фоксу нравилось считать себя экспертом по запутанным ситуациям. Он действительно чувствовал, что остальная галактика тоже должна это признать, но подобное привлекло бы к нему внимание, а он его ненавидел.               И все же.               Он был клоном, так что все сопутствующие радости были только началом.               Он был коммандером гвардии Коррусканта, и это означало, что ему приходилось тесно сотрудничать с сенаторами. Фокс не верил в кореллианских богов, но он был на сто процентов уверен, что сотрудничество с Сенатом, несомненно, было одной из форм их девяти преисподних. По крайней мере, шести из них.               Но работа с сенаторами бледнела по сравнению с явным ужасом работы на существо настолько злое, настолько мерзкое, что Фоксу приходилось принимать душ после каждой смены рядом с императором.               О, и еще была эта история с тем, что его чипировали, чтобы контролировать каждое его криффово действие… оставив Фокса гадать, какая часть его жизни действительно была следствием его собственных решений.               Пока, по иронии судьбы, его не освободил великий предатель, убийца братьев.               Так что Фокс был признанным экспертом по карку. Он мог бы написать об этом бестселлер. Гастролировать и читать лекции.               Если бы пережил нынешний пример.               Он боролся с ремнями безопасности, когда вокруг него ревело пламя, а поврежденный шаттл искрился и дрожал.               — Шавит! — выругался он и вытащил нож из ножен на голени, чтобы разрезать ремни. Затем он вытащил свои бластеры и начал непрерывный огонь в уже поврежденный обзорный экран, взорвав его.               Фокс нырнул вперед, скатившись по носу несчастного шаттла и упав на тротуар в нескольких футах под ним как раз в тот момент, когда позади него раздался мощный рев, и лямбда взорвалась.               Вирс.               Вирс был внизу, на опущенном трапе...               Фокс был не в лучшей форме, так как только что разбил шаттл, но вскочил на ноги, планировка дворца стала его второй натурой. В тридцати футах справа семья Скайуокеров сдерживала сотни солдат, так что для них это, должно быть, просто еще один Taungsday[1].               Его тоже заметили, и Фокс нырнул под прикрытие массивной балюстрады, когда вокруг него полетели каменные осколки. И, наконец, переведя дух, он заметил тело генерала, лежащее на открытом месте, беззащитное перед наступающим врагом.               Мертвого или нет, Вирса Фокс заберет. В нем была невысказанная преданность, и Фокс обнаружил, что действительно видит в этом человеке своего командира, даже если сам Вирс этого не знал.               Он присел, оценивая расстояние и направление стрельбы. Затем побежал.               Амидала поняла, что он делает, и взмахнула бластерной винтовкой, чтобы прикрыть его продвижение. Она дала ему время взвалить генерала на плечо, и Фокс повернулся, чтобы вернуться в свое укрытие, прежде чем уложить Вирса в углу, где балюстрада соединялась со ступенью.               Прозвучал еще один мощный взрыв, хотя на этот раз над головой. Он дернулся, чтобы посмотреть вверх, как раз вовремя, чтобы увидеть, как два воздушных корабля столкнулись, а затем полетели в облаке огня и дыма вниз, к городу. Его взгляд последовал от них к протянутой руке Скайуокера. Его дочь демонстративно оскалила зубы на приближающихся солдат, поочередно отбрасывая их Силой и блокируя их удары своим клинком.               Они карковски ужасали.                Хорошо, что в этот раз Фокс был на их стороне.               Внезапно рядом с ним оказалась Амидала, которая бросилась в его укрытие и опустилась на колени рядом с Вирсом, когда Фокс снова добавил к бою свой DC-17.               — Генерал, — услышал он голос Амидалы позади себя и отказался чувствовать слабость от облегчения, когда услышал низкий мужской шепот в ответ.               — Насколько плохо? — спросила Амидала.               — В чем заключается ущерб? — крикнул Фокс через плечо.               — Сломана нога, — ответила она. — Вероятно, также сотрясение мозга.               Ладно, это положило конец быстрому отступлению. Он бросил быстрый взгляд на Вирса, который встретил его взгляд с суровой решимостью.               — Оставьте меня здесь, — сказал он со знанием дела. — Я вас замедлю, и теперь, когда шаттл уничтожен, у вас нет выбора. Вы должны найти корабль.       Фокс издал очень громкий смешок и вернулся к отстрелу блестяшек[2].               — Я вас не оставлю, генерал. Всегда ожидал, что я каким-то образом умру здесь. Это лучше, чем я надеялся. Сенатор, вам и вашей семье нужно...               — О, нет, — прервала его Амидала. У нее всегда была эта привычка, вспомнил он. Она повернулась к Вирсу. — Если вы подумаете хоть одну каркову секунду, Макс, будто я собираюсь объяснять Фирмусу, что я оставила вас здесь...               Ее прервал муж, который бросился вместе с дочерью в их маленькое укрытие.               — Сэр, — сказал ему Фокс, слегка нахмурившись. — Мы все не можем оставаться здесь, мы окажемся в ловушке...               — Заткнись, Фокс, — прорычал Скайуокер и использовал Силу, чтобы прижать его спиной к каменной стене.               Фокс всерьез подумывал пристрелить его прямо здесь, когда огонь древних богов обрушился с небес, чтобы испепелить врага перед ними в полосах пламени и почти ослепительной яркости.              *************              Пиетту отчаянно хотелось расхаживать, похлопывать себя по ноге или каким-нибудь другим способом сообщить своей команде, что он напряжен так же сильно, как дюрастиловая якорная цепь.               Но он был адмиралом, проклятье, и, вдобавок, и его сын был прямо здесь. Мэтью и так чертовски нервничал, ему не нужно было, чтобы отец усугублял его борьбу с тем, чтобы скрыть свой страх.               Поэтому Пиетт сделал то, что делал всегда, и стиснул кулаки за спиной.               — Капитан, — окликнул он Венку больше для того, чтобы чем-то заняться, чем для того, чтобы действительно получить информацию. — Пилоты четко выполняют свои приказы сопровождать крейсер, как можно дальше, и защищать его любой ценой?               — Да, сэр, — ответил Том, без сомнения, понимая, что он делает.               — Что-нибудь из инженерного отсека? — спросил Пиетт офицера связи, поворачиваясь, чтобы посмотреть на нее.               — Еще нет, адмирал, — сказала она ему, и он сделал все возможное, чтобы казаться из-за этого спокойным.               — Это же Шеф, — сказал он мостику в целом, заставляя себя слегка улыбнуться. — Вы же знаете, что он должен все сделать идеально. Даже самодельное оружие массового уничтожения.               Ответом стали несколько улыбок вокруг него, и напряжение на мостике снизилось до чуть более приемлемого уровня.               Что было хорошо, так как они получили серьезные повреждения, и остальная часть столичного флота защиты надвигалась на них с ужасной целеустремленностью.               — Сэр! — взволнованно закричала связистка абсолютно не по уставу. Он повернулся, чтобы сурово нахмуриться на нее, но она вскочила на ногах, держась за наушники, и глаза ее сияли от возбуждения.               — Адмирал, я получила подтвержденные сообщения от адмирала Акбара о том, что «Звезда Смерти» уничтожена!               С мостика донеслись радостные возгласы.               — Отставить! — рявкнул Венка, но улыбался.               — А... Альдераан? — спросил Пиетт, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал ровно.               — Планете не причинено никакого вреда, сэр, — доложила связистка, широко улыбаясь.               Зная это, Пиетт определился со своей стратегией.               — Защита! — крикнул он, направляясь к этой станции. — Где на данный момент находятся наши самые сильные щиты?               — Левый борт, середина корабля, сэр, — ответил мужчина. Пиетт посмотрел на своего сына, наблюдавшего за ним, как конвор, ожидающий приказов.               — Поверните нас так, чтобы эта часть корабля была обращена к флоту, мистер Пиетт, — приказал он. — Если это сработает, мы все еще будем близко к взрывной волне, и нам нужно защитить нашу поврежденную сторону.               — Да, сэр, — резко сказал Мэтью, его руки задвигались над рычагами управления Леди. У адмирала не было времени, чтобы должным образом насладиться гордостью за своего сына, но он сделает это, когда все закончится. Мэтт справлялся с этим, как мужчина вдвое старшего возраста, и это было приятно. Правильно... что мальчик был с ним здесь вот так.               — Сэр, Шеф докладывает, что готов к запуску! — сообщил комм.               Пиетт посмотрел на Венку, который отошел, чтобы связаться с группами истребителей, прежде чем снова поднять глаза.               — Готов по вашему приказу, адмирал, — доложил он.               — Запускайте крейсер, — сказал Пиетт и зашагал обратно по проходу левого борта, чтобы встать рядом со своим сыном. Леди совершила свой медленный и царственный разворот, отражая новый сокрушительный огонь приближающихся эсминцев. У них была минута или около того, прежде чем расстояние между ними позволит этой огневой мощи нанести более серьезный урон «Палачу».               Он коротко положил руку на плечо Мэтта, а затем встал на свое обычное место в начале дорожки. В иллюминатор он мог видеть, как «Гозанти» пробивается к массе звездных разрушителей. Если он правильно рассчитал угол, Болдуин настроил автопилот на ЗР «Мародер». Если бы тот оказался достаточно поврежден, то помешал бы остальным.               Их истребительные группы роились вокруг модифицированного крейсера, защищая его дорогой для себя ценой.               Еще немного ближе, — подумал Пиетт, желая, чтобы они продолжили.               Мостик коллективно затаил дыхание.               Оружие ждало, когда Пиетт хотя бы дернется в его сторону…               — Отведите истребители, — приказал он, и Венка бросился выполнять приказ.               — Оружие, — сказал Пиетт, наблюдая за комбинацией СИДов и крестокрылов, мчавшихся с крейсера. — Сейчас.               И на том месте, где раньше был «Гозанти», вспыхнуло маленькое солнце. Пиетт закрыл глаза, когда мостик осветился, а Леди сильно задрожала от ударной волны взрыва.               Сработало еще несколько сигналов тревоги, и адмирал прищурился, чтобы разглядеть хоть что-то сквозь облако обломков перед собой.               — Доклад! — рявкнул он.               — Сканирую, сэр!               — Некоторое повреждение Леди на палубах 23-31, адмирал, но мы не теряем там атмосферу!               — Адмирал, «Мародер» врезался в «Созвездие», сэр!               Теперь он мог это видеть. Похоже, их самодельное оружие причинило больше вреда, чем он мог надеяться.               — Открывайте огонь, — хладнокровно сказал он. — Из всего, что у нас есть. Поколотите их.              Леди обрушила свою ужасную месть едва ли не раньше, чем слова слетели с его губ, и Пиетт мог понять по виду офицеров-оружейников, что она действительно «помогла» делу.               — Чувствуешь себя немного сердитой, а, Леди? — пробормотал он, и ее огни слегка замерцали. Пиетт подождал, пока не убедился, что они одержали верх. «Опустошитель» тоже стрелял, но «Мститель» был слишком сильно поврежден, чтобы оказать большую помощь.               — Прекратить огонь. Откройте канал связи с адмиралом, — приказал Пиетт связистке, шагая по дорожке к голоэкрану.               Ему не пришлось долго ждать. Имперский адмирал впился в него взглядом, выглядя еще более измученным.               — Сэр, — сказал Пиетт самым официальным тоном. — Я предлагаю вам шанс сдаться и спасти бесчисленное количество жизней. Я здесь, чтобы сообщить вам, что император мертв, «Звезда Смерти» уничтожена, и остальная часть флота Новой Республики скоро направится сюда. Я могу дать вам три минуты, чтобы посовещаться с вашими офицерами и подтвердить мои заявления, но не более того, иначе я буду по-прежнему считать вас агрессором и отреагирую соответствующим образом.               Эти словесные удары очень ясно отразились на лице другого мужчины.               — Император... Откуда вы можете знать?..               — Потому что генерал Скайуокер отправился его убивать, а мы разрушили дворец. Генерал подтверждает, что он мертв.       Что ж. На самом деле, Леди, но он не собирался этим делиться.               Другой мужчина выглядел так, словно на него упала луна.               — Я... эм... Мне будет нужно...               Пиетт грациозно махнул рукой. — Пожалуйста, сделайте это. Я начинаю отсчет времени.               — Адмирал, — Венка оказался с ним с серьезным лицом. — У нас есть сообщения, что лямбда с принцессой была уничтожена.               Пиетт почувствовал холод и тошноту.               — А...               — Все еще жив, сэр, но в очень серьезном положении. Вражеские силы стягиваются к месту их дислокации.               И у Силы, похоже, было чувство юмора, потому что в этот момент к нему повернулась связистка.               — Адмирал, я получаю сигнал от неизвестного грузового судна, сэр... Спрашивают вас...               — Соедините меня, — сказал ей Пиетт.               — Адмирал, — протянул знакомый голос, — Решил, что галактика стала лучшим местом, когда в ней есть вы, и подумал, не могу ли помочь.               Офицеры в атриуме переглянулись, услышав небрежный тон Соло. Но у Пиетта не было времени злиться на контрабандиста.               — Мои люди заперты в столице, — немедленно ответил он. — За пределами дворца. Сумеете их доставить, капитан Соло?               Раздался свист. — Не многовато ли вы просите, а?               — Вы хотели помочь. Помогайте. Они весьма важны для наших усилий. Если только вы не готовы к этой работе?..       — Эй, — протянул Соло. — Это становится личным. Я понял... не могли бы вы дать мне немного прикрывающего огня?               Венка протянул ему датапад, и Пиетт увидел, что «Сокол» уже входит в атмосферу.               — Леди?.. — начал он и понял, что она уже стреляет, когда все оружейники испуганно выругались себе под нос.               — Сэр, вас вызывает адмирал.               — Вы сейчас довольно популярны, сэр, — тихо сказал Венка, ухмыляясь ему.               — Спасибо, Том, конечно, именно поэтому я и поступил на службу в военный флот.               Он одарил своего капитана самым невозмутимым взглядом, а затем открыл канал для адмирала, когда перед ним вспыхнуло голографическое изображение человека.               Ему почти… почти… стало жаль этого человека. Тот выглядел так, как и следовало ожидать от человека, весь мир которого рухнул у него на глазах.               — Адмирал Пиетт. Я проверил ваши заявления. Хотя я хотел бы получить дополнительные доказательства кончины императора, признаю, что в данный момент мы не можем вызвать никого во дворце. Однако, похоже, на поверхности все еще существует сопротивление...       — Которое мы подавляем, — твердо ответил Пиетт.               Пожалуйста, пусть так и будет. Он не мог раскрыть, кто был там, внизу, чтобы другой человек не решил, что стоит попытаться уничтожить с орбиты лорда Вейдера и его людей.               — У нас... большой ущерб. И пропавший персонал. Я бы согласился на прекращение огня, чтобы мы оба могли вернуть наших людей...       — Я соглашусь на перемирие, адмирал, — авторитетно заявил ему Пиетт. — Не меньше. Если вы сможете это сделать, то мы с удовольствием поможем в поисках.               Другой мужчина сжал губы и посмотрел в сторону. Без сомнения, его собственные офицеры также присутствовали и вносили свой вклад.               Он нахмурился и снова повернулся к Пиетту. — Я могу на это согласиться, если вы пообещаете, что с любым из наших людей, которых вы найдете, будут обращаться гуманно и вернут нам.               — Взаимно, — ответил Пиетт, слегка кивнув.               — Тогда, адмирал Пиетт, мы заключаем перемирие.              *************       Лея была измучена. Она чувствовала, что отец был вымотан еще сильнее. Фокс и ее мать были великолепны, но у них не было Силы, а шансы, стоящие перед ними, были просто ошеломляющими.               И, конечно, генерал Вирс был тяжело ранен, и они должны были его защитить …               — Отец... — послала она.               — Да, — ответил он, лезвие сверкало вокруг него, как энергетический щит.               — Если мы не выживем…               — Ты не имеешь права так говорить, Лея, — строго возразил он. — ТЫ уберешься отсюда, и это — мой приказ.               — Ты — не мой генерал, — чопорно ответила она. И даже в этих напряженных обстоятельствах она почувствовала веселье Анакина.               А потом с неба посыпались мощные взрывы, и они оба услышали Леди.               <Я здесь. Я спасу вас обоих. Мой Адмирал одержал победу и послал вам помощь.>               Лея переглянулась с отцом. Очень точная атака Леди оставила перед ними дымящийся кратер. Конечно, он помешал бы солдатам до них добраться, но не остановил бы растущее количество приближающихся воздушных кораблей...               <Я ценю это, Леди...> — начал отец, когда сквозь массивные клубы дыма перед ними появилась знакомая фигура, и Лею охватило чувство дежавю.               — Это что?.. — Фокс двинулся за ними, слегка покашливая от дыма.               Орудия были очень эффективны и создавали небольшую передышку в воздушной атаке. Анакин Силой отправил еще один корабль на землю, прежде чем согнуться, слегка задыхаясь.               — Отец, — обеспокоенно сказала Лея, когда «Сокол» очень точно снизился, чтобы зависнуть перед ними, и опустилась посадочная рампа.               — Я... я просто вымотался, — признался он.               — Убийство лордов ситхов это делает, — сухо сказала ее мать, подходя, чтобы его поддержать.               — Уж ты-то знаешь, — сказал ее отец, внезапно улыбнувшись Падме, и Лея увидела первую неприкрытую улыбку на лице матери.               На вершине рампы появилась знакомая долговязая фигура.               — Быстрей! Я выиграл нам, может, секунд тридцать!               Да. Все такой же противный, каким она его запомнила.               — Сначала генерал, — настоял Анакин, когда Фокс подошел к ним, поддерживая Вирса, который выглядел слишком бледным.               Лея знала, что перелом был тяжелым, и, честно говоря, было удивительно, что генерал вообще все еще оставался в сознании. Ее отец подхватил Вирса под другую руку, и они осторожно поднялись по рампе на корабль. Лея прикрывала мать, когда в их сторону снова полетели случайные выстрелы из бластера, и Соло появился снова.               — У меня нет целого дня, ваша милость! — крикнул он вниз, протягивая к ней руку, когда двигатели «Сокола» набрали мощность.               Она закатила глаза и прыгнула на посадочную рампу, помогая мышцам Силой. Корабль начал подниматься, и Соло схватил ее за руку.               Его темные волосы развевались на ветру, и он улыбнулся.               — Это будет для вас чем-то особенным? — спросила она сквозь шум. — Прилетать, чтобы поиграть в героя, когда вам этого захочется?               Он втащил ее в корабль с удивительной силой, когда рампа закончила подниматься.               — Может, ты мне нравишься, — тихо ответил он, глядя ей в глаза, когда в этот момент они стояли близко друг к другу.               И что бы она ни почувствовала, это заставило ее ощутить себя неуютно, ее дыхание участилось, чего не было даже во время битвы внизу.               — Не впадай в бред, лазерный мозг, — отрезала она, отстраняясь и чувствуя себя еще более иррационально злой, когда это, казалось, нисколько его не расстроило.               Он поднял руки и самоуверенно кивнул.               — Эй. Всегда пожалуйста. — Он повернулся и зашагал к пилотской кабине, в то время как Лея направилась в пассажирский отсек.               Заносчивый, неряшливо выглядящий нерфопас, — подумала она.