Часть 7 Анастасия

Анастасию провели в роскошные хоромы. Высокие потолки, ковры, резные окна — всё дышало величием. Она стояла посреди комнаты, растерянно оглядывалась, руки её всё ещё дрожали. — Господи… вот теперь мой дом?.. — прошептала она едва слышно. И вдруг дверь распахнулась. Вбежала стайка девиц — боярышни, фрейлины, служанки. Все с сияющими глазами, с улыбками. — Ах, Царица! — вскрикнула одна. — Красота-то какая! — добавила другая. — Вот так-то, Настасья Фёдоровна! Теперь вы — сама Государыня! Они окружили её плотным кругом, словно пчёлы. Начали приносить ткани, ожерелья, золотые пояса. — Смотрите, как на ней парча горит! — воскликнула девушка, накинув на плечи Анастасии тяжёлую ткань. — Нет-нет, вот этот убор, с жемчугами! Ей к лицу! — спорила другая, поправляя кокошник. — Ах, Царица, вы будете блистать, Государь не отведёт глаз! Анастасия растерянно смеялась, пытаясь удержать хотя бы один наряд на себе: — Милые мои… постойте же… я ведь ещё… ещё не венчана с ним… Но девушки не слушали. — Какая разница! Уже выбрана — значит, Царица! — Вы только посмотрите, глаза-то у неё как у ангела! — Настоящая Царица! Они вертели её то вправо, то влево, накидывали шали, примеряли серьги, подносили зеркало. — Ах, какое лицо светлое! — А волосы! Настоящее золото! Анастасия пыталась улыбаться, но внутри сердце билось всё сильнее. Она чувствовала — её жизнь отныне уже не её. Одна из девиц наклонилась ближе и шёпотом сказала: — Вы теперь — опора Государя. Берегите себя, государыня… и молитесь. Царский венец — тяжёлый венец. Анастасия вздрогнула. Слова задели её глубже, чем восторженные возгласы остальных. Она тихо, почти про себя, сказала: — Дай Бог, чтобы у меня хватило сил… И в это время в комнату вошла бабка Марфа. Увидела внучку в сиянии парч и украшений, улыбнулась и покачала головой: — Вот так, Настенька… ещё утр ом боярышня, а ныне — Царица. Господь велик… В комнате зашуршали руки девиц — одна принесла гребень из слоновой кости, другая встала позади Анастасии и осторожно провела зубцами по её волосам. — Ах, матушка-Царица, да у вас коса золотая! — воскликнула одна. — Не коса, а целое чудо! Смотрите, ниже пояса да ещё такая густая! — подхватила другая. — Ни у одной из нас нет таких волос… Господь вас благословил! Девицы щебетали, будто ласточки, а Анастасия сидела на резном стуле, опустив глаза, и только слегка улыбалась. Щёки её пылали румянцем. Гребень скользил, волосы струились, падали блестящими волнами до самого пола. Две девушки начали ловко плести косы — тянули пряди, перебрасывали, вплетали ленты и жемчуг. — Вот уж Государь обрадуется! — говорила одна, засматриваясь. — Когда войдёте к нему — он не устоит! — Не косы — сама река, длинная и сильная! Анастасия тихо выдохнула, едва слышно сказала: — Я… не знаю, достойна ли я… — Тсс, матушка-Царица, — шепнула девица, поправляя косу, — вы самая достойная. Господь вас сам к нему послал. Закончили плести: две тугие косы, тяжёлые, как сама судьба. Они ложились ниже бёдер, переливаясь золотым светом. Одна девушка восхищённо сложила ладони: — Да такими косами и Русь оплести можно! Все рассмеялись, но в смехе слышалась зависть и восторг. Анастасия же молчала, лишь тихонько улыбалась и не знала, куда девать руки — ей было неловко от всех этих слов.