Глава 5

      Малва отлучилась в Эстрилурму на несколько ночей по учебным делам. Вернулась же на электрокрыльях за несколько часов до своей новой охоты. У входа её встретили Ойри и Эймо. Последний прибыл незадолго до сестры, с трудом вырвавшись из Института Иных Цивилизаций. Илтри же так глубоко нырнула в работу, что отказалась от приезда, пусть и с немалым сожалением. Малва обеспокоилась тем, что могла огорчить девушку своими поучениями, но Эймо поспешил её успокоить.       — Какие новости? — спросила Малва, складывая крылья.       Эймо подошёл к сестре и помог снять крылья.       — Нюйёри и Люми выбыли, — ответила Ойри. — Поговори с ними. Им очень неприятная карта попала.       — Обязательно. Как вы сами поживаете?       От новостей они перешли к обсуждению курсов по выживанию и работе во враждебных средах, что должен был пройти каждый член экспедиции. Ойри иногда сама их проводила. Эймо пошутил, что Малва уже их проходит. Ойри стала махать руками, картинно сокрушаясь наивности Эймо.       — Здесь — почти чистое развлечение, — сказала она. — Малва не хуже меня понимает. Даже если ты попал в среду с огромными чудовищами, не нужно прыгать на них с копьём, если цель не повеселиться. Вообще не нужно никаких поединков. Чем меньше личных контактов с опасностью любого рода, тем лучше. Нужно строить работу вокруг этого.       — Как я поняла, даже стрельба — это архаика, — дополнила Малва.       — Верно, — согласилась Ойри. — В традиционном виде, когда ты видишь цель, наводишь на неё своё метательное или лучевое оружие, и стреляешь, стрельба представляет собой непозволительный риск. Стрельбой должны заниматься дистанционно управляемые системы, если она всё же нужна.       — А как бы ты противостояла гигантским монстрам, если это необходимо было бы сделать максимально эффективно и безопасно? — поинтересовался Эймо.       — Спеленать их сетями, послав роботов, примерно как Малва сделала на прошлой охоте, только сети больше, — беззаботно ответила Ойри. — Если нужно уничтожить, то и тут приближаться необязательно. Можно даже роботов не посылать: есть широкий выбор средств от лучей, беспрепятственно проходящих через материю и превращающихся в разрушительную вспышку гамма-излучения на заданном расстоянии, до управляемых огненных вихрей из квазиживой плазмы. Можно наполнить занятый чудовищами объём программируемыми частицами, искажающими их метаболические процессы.       — А если частиц и плазмы нет?       — Можно придумать иные пути, но сам твой вопрос не вполне правильный, — задумчиво протянула Ойри. — Если его усилить, то в нашем мысленном эксперименте мы окажемся в юбках из рыбьей чешуи и с деревянными копьями. Нужно организовывать работу в опасных условиях так, чтобы необходимые ресурсы были. Всё это требует развитой сети наблюдения и обеспеченности связью. Инженерного и физико-вычислительного сопровождения. Но как иначе? Не нужно состязаться с жертвой: нужно создать управляемую среду, которая будет неумолимо перерабатывать её на удобрения. Добавлю, что стереотипное чудовище — огромный хищник с большими зубами и когтями, а также толстой шкурой — невеликая опасность, равно как и их мелкие собратья. С агрессивными животными и всем, что на них похоже, справиться несложно с нашими возможностями. В самом деле, при желании большого или маленького зверя можно заколоть копьём. Настоящую угрозу представляют совершенно иные явления.       Нагулявшись в полях вокруг старых шахт, троица спустилась в подземелье. В комнате отдыха Малва встретила Нюйёри и Люми, сидевших в обнимку в гнезде-кровати. Парочка пила горячий ягодный сок и выглядела очень грустной.       — Друзья, мне сообщили, что вы выбыли. Кто или что сумело оборвать ваш путь? — поинтересовалась Малва. — Мне горько, что вас постигла неудача.       Люми отхлебнула сока и заговорила.       — Нам выпала ужасная проклятая карта, «Лёд и пламя». После победы над добычей появляются два могучих монстра, один из которых выплёвывает струю огня, другой — струю жидкого азота. Нужно или победить их, или суметь добежать до выхода, отманив чудовищ подальше, — сказала Люми. — Но последнее маловероятно: они запрограммированы оборонять выход. Мы пытались победить, но меня размазали. Нюйёри продержался дольше.       — Противник оказался слишком силён. Я сам почувствовал себя добычей, — выдохнул Нюйёри. — У этих монстров даже есть имена: огнедышащего зовут Кайронон, азотного — Йанон. Художники жизни сделали их слишком сильными. Мне сказали, что их специально сделали настолько трудными противниками, насколько смогли. Проклятая карта «Лёд и пламя» — равносильна выходу из состязания. Не знаю, сможет ли кто-то их победить.       Ойри и Малва переглянулись.       — Расскажите больше о них, — попросила Малва. — Вдруг они попадутся мне?

***

      Третий этап подразумевал парные охоты. Каждый из участников выбирал себе напарника или напарницу. Тех, кто не успевал определиться к началу, распределяли случайным образом. Малва долго обсуждала этот момент с Ойри, и в итоге выбрала её в напарницы. Ойри не отказалась.       Спустившись к решётке, они вдвоём подошли к роботу-пирамидке.       — Тяните карты, — прогудел робот.       Каждая из пары должна была вытянуть одну проклятую и одну благую карту. Малва решила тянуть первой.       — «Беззаботность», — сообщила Малва, перевернув карту с красной рубашкой.       Согласно правилам, эта карта разрешала продолжать охоту после попаданий в ловушки, в значительной степени отменяя их вовсе как часть задачи. Мало кому понравится быть перемазанным едкой слизью или упасть в яму, но данная перспектива теперь угрожала лишь психологическим дискомфортом и долгим приведением себя в порядок.       — Отличная карта, теперь тяни проклятую, — отозвалась Ойри, опираясь на копьё.       — «Топь», — с неудовольствием отметила Малва. — Твоя очередь.       Если охотник вытягивал эту карту, то некоторые участки пещеры покрывались вязкой субстанцией, затруднявшей передвижение. Впрочем, проблемы возникали и у добычи.       Ойри спокойно взяла верхнюю благую карту.       — «Повелитель грибов», о! Отлично сочетается с твоей картой, Малва! — обрадовалась Ойри.       «Повелитель грибов» давал охотникам телепатический доступ ко всем взрывающимся и плюющимся грибам в пещере, позволяя привести любой из них в действие мысленным усилием в желаемый момент, либо не позволить им сработать.       — Что же будет моим проклятием? — задумчиво уронила Ойри и вытянула карту с синей рубашкой.       Малва заметила, как Ойри подобралась и посуровела.       — Что там? — спросила Малва.       — Тяжёлый бой, — ответила охотница. — «Лёд и пламя». Нас ждут Йанон и Кайронон.       Малва ощутила весёлую злость.       — Лично я собираюсь их раздавить, — веско бросила она, глядя в глаза подруге.       — Сделаем это, — с той же весёлой злостью ответила Ойри.       Когда позади захлопнулась решётка, Сармо объявил о начале.       — Дорогие друзья! Сейчас мы увидим в деле блестящий дуэт неповторимой Ойри Луйнхус и могучей Малвы Айранон! Схватка предстоит не из лёгких, смогут ли наши охотницы выйти победительницами? Их первая добыча — шипастый многоногий ужас, ходячий улей ядовитых тварей, готовых роем накинуться на любого обидчика! Но после ждёт ещё более трудный бой! За славными подругами идут Йанон и Кайронон! Станут ли охотницы жертвами?       Пещера, доставшаяся Малве и Ойри на третьем этапе, была меньше двух предыдущих. Огромный грот с множеством боковых туннелей, мостов, укромных мест и переходов представлял великолепную сцену для охотничьего представления.       Воздух в пещере был влажным и тяжёлым. Обоняние шлема, куда более чувствительное чем слабый нюх алтимэ, регистрировало букет ароматов. Вместо кристаллов в пещере светились толстые, похожие на вены нити мицелия, оплетавшие стены и своды. Красные с синими выростами, они создавали тревожную и неуютную гамму. Под ногами хрустел мелкий щебень. Кое-где из трещин сочилась мутная багряная слизь, образуя покрытые плёнкой лужицы.       — Он совсем близко, слышишь? В этой пещере долго прятаться не выйдет ни у кого, — мотнула головой Ойри, указывая на высокий каменный клык, торчавший в проходе.       Малва прислушалась. Её чуткий слух уловил монотонное жужжание от сотен крошечных пропеллеров. Оно доносилось из полумрака, куда уводил перегороженный «клыком» проход.       Охотницы двинулись на звук, двигаясь бесшумно, точно две тени. Подолгу прятались за сталагмитами и прислушивались. Благодаря телепатической связи Малва и Ойри действовали с безупречной слаженностью.       Жужжание становилось всё громче. Малва осторожно выглянула за угол, жалея, что в снаряжение не входит тонкое щупальце с глазом.       В глубокой расщелине виднелось нечто, закованное в толстый шипастый панцирь. Творение художников жизни представляло собой настоящий хаос плоти, будто десятки или даже сотни видов ползающих, летающих и жалящих гадов пожертвовали части своих тел для его создания. Чудовище было грузно, могуче и бесформенно. Гнусные псевдоподии медленно тащили тварь вперёд. Щёлкали острые жвалы. Вытягивались сочащиеся ядом жала. Извивались уродливые хвосты, пульсировали зубастые пасти. Скребли когтистые лапы, противоестественно отросшие между глазастыми щупальцами и костяными хоботами. Среди шипастых пластин проглядывала бледная пульсирующая шкура. Сзади торчал жирный голый ноздреватый отросток. Из отверстий вылезали и отправлялись на разведку восьминогие твари с четырьмя биомеханическими пропеллерами каждая. С десяток ползали по панцирю. Многосуставчатые конечности заканчивались тонкими костяными лезвиями. Одно пролетело совсем рядом с охотницами. Раздутое серо-зелёное брюшко грозило лопнуть от внутреннего давления, обдав всё вокруг едкой жижей. Девять крошечных фасетчатых глаз создавали круговой обзор.       «Из плазменного излучателя хочется выстрелить, чтобы протуберанцами всю гадость зажарило, — поделилась мыслью Ойри. — Но состязание не про технологическое превосходство».       Малва понимала, что решение нужно принять быстро — бесконечно прятаться от жужжащих соглядатаев не получится.       «Что будем делать? Нападать прямо нельзя — жижей забрызгают, — поинтересовалась Малва. — Можно заставить грибы лопаться. Может, звук отвлечёт часть летунов? Или привлечёт добычу туда, где мы сможем её достать? А что, если…»       Малва поделилась идеей. Ойри мгновенно и беззвучно изложила план, родившийся на её основе. Замерла, сосредоточившись. Коснулась мыслями ближайшего крупного гриба, росшего на стене соседней расщелины. С резким, хлопающим звуком гриб выплюнул струю слизи в пролетавшую рядом тварь. Перекувырнувшись в воздухе, летун лопнул, точно огромный гнойник, обрызгав кислотой щебень и скалу.       Началась самая причудливая схватка из всех, виденных Малвой на охотничьем состязании. Управляя грибами, они с Ойри стремились сбить как можно больше летунов взрывами и едкими плевками. Чудовище выпускало всё новых и новых, истощая себя. На потерю своих соглядатаев и живых бомб оно отвечало отправкой новых, что было на руку охотницам.       — Прекрасное использование возможностей, даваемых картами, замечательно! — похвалил Сармо. — Малва и Ойри находчивы! С каждым утекающим мгновением добыча лишается своей жужжащей защиты! Кажется, скоро настанет пора выпускать Йанона и Кайронона!       Последние слова заставили Малву испытать укол гордости. Она не проиграет этим двум мохнатым уродцам!       «Пора!» — скомандовала Ойри.       Охотницы выскочили из укрытия. Вспорхнула стая тварей, нацелившись на алтимэт. Помчавшись что было сил по заранее просчитанной траектории, Малва и Ойри заманили рой в скопление грибов.       Бах! Бах! Бах!       Хотя и охотницам изрядно досталось от грибов, рой был повержен. Немногочисленных уцелевших летунов добили меткими бросками камней. Последние восемь летунов отчаянным рывком попытались достать Ойри. Малва никогда прежде не видела такой ловкости, точности и продуманности движений: не прошло и двух секунд, как всё было кончено. Четверо летунов расшиблись о скалы, двое друг о друга, ещё один пал от метко брошенного камня, а последний оказался сбит броском копья.       «Ты потрясающая! — восхитилась Малва. — Поделишься навыком!»       «У тебя есть всё необходимое, — спокойно подумала в ответ Ойри. — Дело не в навыке, а в его использовании в согласовании с другими процессами».       Дав Малве телепатически нужные пояснения, Ойри поторопила подругу.       — Пора брать добычу, — бросила она. — Сегодняшняя схватка будет долгой и тяжёлой.       — Ойри и Малва демонстрируют экстраординарную ловкость и находчивость! Роя как и не бывало! Да, добыче не поздоровится! — вещал Сармо.       Перемазанные с ног до головы едкой грибной слизью, охотницы отправились добивать жертву. Малве очень не нравилось пребывать в таком виде: хотелось немедленно почиститься. Увы, в этой пещере не было водоёмов. Мстя за необходимость перепачкаться, она накинулась на добычу с нешуточной злобой, отсекая щупальца, протыкая шкуру и терзая отвратительную плоть. Добыча отступила в узкий коридор между двумя скальными выступами, где массивная туша едва помещалась. Враг стал беспомощен. Малва отбивала бешеные удары жвал и жал, вновь и вновь вонзая алмазосталь в окровавленное мясо, стоило монстру на мгновение открыться.       Вскочив на небольшой выступ, Ойри оказалась над чудовищем и изо всех сил вонзила копьё в одно из отверстий на теле врага. Лезвие вошло с громким хрустом и чавканьем. Этот звук был одновременно омерзителен и невыразимо приятен. Монстр дёрнулся, издал пронзительный, свистящий звук и рухнул на бок, забив собой проход. На пол хлынула густая, зловонная жидкость.       Не давая противнику шансов, Малва нанесла несколько точных ударов в те места, где по её прикидкам располагались нервные узлы чудовища.       Наступила гулкая, тревожная тишина.       «Не расслабляйся, дорогая подруга, — подумала Ойри. — Это была разминка».       Малва щёлкнула языком и зашипела.       — Великолепно! У этого создания не было шансов против наших прекрасных охотниц! Они порвали его! Грозное чудовище обратилось грудой бесформенного мяса! — объявил Сармо. — Но из-за проклятия карты самое страшное впереди! Приготовьтесь, друзья, вас ждёт захватывающее зрелище! Малва Айранон и Ойри Луйнхус против ужасного Кайронона и неудержимого Йанона! Пламя и Лёд выходят на охоту за охотницами!       В пещере раздался низкий двойной рёв. Малва и Ойри перевели дух и приготовились к тяжёлой схватке.